Антидот

​В Вашингтоне была полночь. Серебристый лунный свет, пробившись сквозь плывущие по небу облака, падал на пол через открытую дверь балкона, и длинные шторы плавно колыхались от приятного ветерка. Однако в эту прекрасную ночь, даже под нежные касания ветра, Леон спал беспокойным сном. На его лбу выступил пот, между бровей пролегла глубокая морщинка. ​С тех пор как в свой первый рабочий день в качестве офицера полиции в Раккун-Сити ему — двадцатиоднолетнему копу-новобранцу, полному надежд и веры в человечество — пришлось столкнуться с событиями, способными пошатнуть даже самых бывалых, его почти каждую ночь мучили кошмары. Прошло четырнадцать лет, но эти ужасные картинки всплывали в памяти Леона так четко и ярко, будто всё это было вчера. ​Облака сгустились и полностью скрыли луну. Ветер окреп, и шторы начали сильнее, с шумом взмывать вверх. Леон вздрогнул и, прежде чем окончательно проснуться, на автомате засунул руку под подушку, выхватывая пистолет. Сердце бешено колотилось, грозясь сломать ребра. Дышать становилось всё тяжелее. Хоть реальной угрозы и не было, мысль о неминуемой гибели ударила в висок. Леон не мог успокоиться и унять тремор. Палец на спусковом крючке предательски дрожал. Он слишком ясно ощущал гнилостный запах разложения вперемешку с едким порохом. Он снова видел трупы своих коллег, беспомощно лежащие на полу участка… ​Под бешеный стук сердца Леон резким движением направил оружие в сторону беспросветной темноты в открытой балконной двери — на шум ветра и шелест занавесок. Ему казалось, что там, за порогом, в тени колышущихся штор, вот-вот блеснут пустые глазницы или послышится то самое утробное рычание, которое он запомнил навсегда. ​Мышцы одеревенели, ладонь, сжимавшая рукоять пистолета, стала липкой от пота. Леон замер, не смея даже моргнуть. В каждом движении ткани ему виделся силуэт из прошлого: изуродованное лицо, тянущиеся к нему когтистые руки... Палец на спусковом крючке дрожал уже от напряжения, готовый в нажать до упора. Тьма будто сгущалась, приобретая очертания тех монстров, от которых он не смог спасти своих коллег. Он сидел так целую вечность, пока пульс постепенно не замедлился, а дыхание не начало выравниваться. Наконец Леон опустил пистолет и, шумно выдохнув, на мгновение закрыл глаза. ​Звуки и запах начинающегося дождя помогли ему окончательно вернуться в реальность, но это хрупкое мгновение спокойствия нарушила вибрация телефона. На экране светилось имя: Ингрид Ханниган. Тяжело вздохнув и проведя ладонью по лицу, будто стирая остатки кошмарных видений, Леон ответил на звонок. ​— Ханниган, — его голос прозвучал глухо и надтреснуто, как будто он не разговаривал несколько дней. Он прочистил горло, пытаясь вернуть себе привычную невозмутимость, но предательская хрипотца всё равно выдавала его усталость. ​— Привет, Леон. Надеюсь, не потревожила. ​— Да нет... — Леон на секунду отнял телефон от уха. Яркий свет экрана на мгновение ослепил его, заставив сощуриться. Он взглянул на цифры, прежде чем снова прижать трубку к щеке. — На часах всего лишь половина второго ночи. ​— У нас ЧП. Вспышка неизвестного штамма в Стилуотер. Жду тебя в штаб-квартире в семь утра. ​— Принято.