Руководство по жизни NPC

Это было воспоминание из самого раннего детства. Вечер, залитый светом заходящего солнца. Пустая детская площадка, давно покинутая всеми детьми. Вокруг — ни малейшего признака жизни. И лишь под неприметной тенью горки, свернувшись калачиком, сидел маленький ребёнок. Он прикрывал глаза крошечными ладонями, но то, как он подглядывал сквозь пальцы, ясно выдавало игру в прятки. Ребёнок играл в прятки. Ожидая водящего, которого не существовало. Сначала его переполняло предвкушение, но с течением времени выражение лица становилось всё более угрюмым. В конце концов он опустился на землю и начал бездумно царапать песок, выводя бессмысленные каракули, лишь бы скоротать время. Ребёнок выглядел печальным, но слёз не пролил. Даже в столь юном возрасте он уже умел рационализировать происходящее. Меня никто не находит, потому что я слишком хорошо спрятался. Взрослые заняты. Мне всё равно больше нравится быть одному. Я… Чирик-чирик— Тёплый утренний солнечный свет заливал маленькую уютную хижину с белыми стенами и мягкой деревянной крышей. На освещённой солнцем ветке сбились в кучку птицы, согреваясь после ночной прохлады. Они без умолку щебетали на разные голоса, делясь событиями прошедшей ночи. Шум был негромким, но самая солнечная ветка тянулась прямо к окну. Поэтому мальчик, дремавший неглубоким сном, завис между сновидением и явью и медленно открыл глаза. Его юное лицо, всё ещё затуманенное сонливостью, выглядело удивительно мягким. Моргнув большими глазами, он уставился в потолок. Он проснулся в небольшой хижине. Очередное спокойное утро, как и всегда — если не считать нежелательных воспоминаний, что вновь всплыли в памяти. Он нахмурился и тихо зевнул, когда что-то крошечное, сидевшее у окна, вспорхнуло в воздух и мягко опустилось ему на бледный лоб. Вес был почти неощутим, но лёгкий ветерок от крыльев дал о себе знать. Мальчик поднял взгляд и увидел крошечный белый пушистый комочек, устроившийся у него на голове. Выглядел он крайне недовольным. Как всегда, мальчик поприветствовал его: — Доброе утро. Крошечное существо лишь молча уставилось на него, ясно давая понять, что он снова проспал. — Хе-хе… Неловко усмехнувшись, мальчик поднял указательный палец и осторожно погладил его по лбу. — Хорошо поспал? Белый пушистик увернулся от прикосновения, словно находя его раздражающим, после чего вспорхнул и, описав мягкую дугу по комнате, опустился мальчику на грудь. Его маленький чёрный клюв наконец раскрылся: <Хорошо поспал? Хорошо поспал?! Да я и глаз не сомкнул из-за этих шумных птиц за окном! Я как раз был в разгаре воспитательной лекции!> Существо, устроившееся у него на груди, оказалось не кем иным, как крошечной белой длиннохвостой синицей. Несмотря на умилительную внешность, этот маленький сосед, живший с ним с самого пробуждения в хижине, обладал весьма вспыльчивым характером. — А-а, вот оно что. <«Вот оно что»?!> Теперь всё ясно. Неудивительно, что сегодня птицы так шумели. Пробормотав это и понимающе кивнув, мальчик и не заметил, как крошечная птица «нахмурилась» — насколько это вообще возможно — и подскочила ближе, клюнув его за подбородок. <Негодяй! Негодяй!> — Ай, ай! Прекрати. <Думаешь, раз ты выспался, всё в порядке?! Ты даже кормушку не наполнил! Купальню оставил совершенно сухой! Негодяй!> Над головой птички поднялось облачко белого пара. Размахивая крошечными крылышками, она принялась без устали шлёпать мальчика по щеке. <Нахал! Нахал!> Порхание было таким яростным, что несколько пушинок взмыли в воздух, но для мальчика это ощущалось лишь как щекотка. Однако стоило ему выдать хоть тень улыбки — и птичка могла надуться. Поэтому он плотно сжал губы. — Ладно, ладно. Прости. Сейчас же принесу тебе еду. Уворачиваясь от крылатой тирании, мальчик встал с кровати и быстро подошёл к связке посылок на полу. Он положил их на стол, развязал верёвку и снял бумажную обёртку, под которой оказался деревянный ящик. Стоило крышке открыться, как внутри заблестели упитанные зёрна. Увидев их, птичка мгновенно повеселела и принялась радостно пританцовывать у него на плече. — Вот, держи. Зачерпнув немного зёрен маленькой ложкой, мальчик пересыпал их в круглую кормушку у окна. Деревянная миска была аккуратно вырезана, а рядом с ней красовалась крошечная надпись — имя его маленького спутника. «Уайти» Мальчик рассеянно наблюдал, как Уайти виляет хвостиком, клюя зёрна. Внезапно его лицо изменилось. Точно! Сейчас не до этого. Он поспешил к шкафу, быстро сбросил пижаму и надел висящий на стене халат. Мягкая белая ткань легко легла на тело, словно окутывая его теплом. Затем он взял аккуратно сложенный пояс со стола и плотно завязал его на талии. Закончив одеваться, он повернулся к зеркалу в полный рост. Его светло-каштановые волосы слегка поблёскивали в утреннем свете, а над головой в воздухе парили маленькие буквы. [NPC] Сольт — Ай, горячо! Сольт скривился, ошпарив палец, пока кипятил воду. Услышав его вскрик, птица, мирно дремавшая на подоконнике после сытного завтрака, тут же встрепенулась, подлетела к нему и снова начала отчитывать: <Опять поранился! Я же говорила — будь осторожнее! Осторожнее!> — Да знаю я… Что со мной в последнее время? Он быстро подставил палец под холодную воду, но тот уже наливался злым красным цветом. Более того, на коже начинал появляться небольшой волдырь. — Ну, ничего не поделаешь. Разглядывая распухший палец, он услышал рядом тихий вздох. Как бы птичка ни ворчала, она всегда за него переживала. Сольт выключил шумящий чайник и осторожно поднял его. Он налил кипяток в толстую керамическую кружку и размешал длинной палочкой. От кружки поднимались белые струйки пара, неся с собой сладкий, насыщенный аромат. Горячий шоколад, заказанный в продуктовом магазине Мурсии — крупнейшего города острова Силиан, — пах куда лучше того, что он пробовал раньше. Он ещё не сделал ни глотка, но уже был уверен: вкус не подведёт. У Сольта был утренний распорядок, которого он придерживался каждый день. Первое — накормить Уайти. Второе — приготовить тёплый напиток и насладиться им. Третье — если до работы остаётся время, выйти на улицу и почитать исторические книги. Следовать ему было не обязательно, но валяться в кровати, дожидаясь начала работы, ему не нравилось. Он предпочитал быть занятым. Вернее, он должен был быть занятым — иначе не выдерживал. — …Вздох. Стоило мыслям свернуть в ненужное русло, как настроение мгновенно падало. Он со стуком поставил палочку на стол и обхватил руками тёплую кружку. Прижимая её к себе, он вышел на дорожку, ведущую к работе. Звучит громко — «идти на работу», — но на деле рабочее место Сольта находилось всего лишь за одной занавеской от комнаты, где он проснулся. Время в пути: 3 секунды. Как обычно, Сольт окинул взглядом безупречно чистое помещение, поставил кружку на стол и повернулся к доверху заполненному книжному шкафу за рабочим местом. Поднявшись по деревянной лестнице, он вытащил из плотно заставленных полок книгу, которую читал накануне. Лишь после этого он взглянул на интерфейс внизу поля зрения, проверяя, сколько страниц успеет прочесть. Хм. 09:57 — Три минуты? Сольта охватила паника. Он поспешно спустился и схватил кружку с горячим шоколадом. После всех усилий — и обожжённых пальцев — он не собирался позволить ей пропасть зря. Он несколько раз подул на ещё дымящуюся жидкость и сделал глоток. — Ай, горячо! Сольт тут же выплюнул всё обратно. Густая тёмно-коричневая жидкость потекла с его губ, запачкав халат. Остальное, не успев впитаться, закапало на ухоженный деревянный пол, оставляя безобразные пятна. — Ааа… Рот обожгло так сильно, что он не мог нормально говорить. Высунув покалывающий язык и обмахивая его ладонью, Сольт зло уставился на кружку в руке, после чего со всей силы швырнул её в сторону деревянной двери. Бум! Раздался глухой звук — кружка разлетелась на осколки. Шоколад разлился, заливая стоявшие рядом ведро и табурет, превращая некогда безупречное помещение в настоящий разгром. То, что ровно через две минуты сюда начнут стекаться посетители, его, казалось, совершенно не волновало. <Что ты творишь?! Что ты творишь?!> Припозднившись, Уайти влетела в комнату, уселась Сольту на голову и снова принялась его отчитывать. Всего лишь обжёг рот. Всего лишь лишился одной кружки горячего шоколада утром. То, что начиналось как крошечная искра раздражения, стремительно разрослось, окрашивая сознание в багряный цвет. Гнев нахлынул, неудержимый. Поддавшись импульсу, Сольт схватил вазу со стола. Тресь! Прочная керамика с силой врезалась в, казалось бы, хрупкое стеклянное окно. Ваза разлетелась, и один из осколков, пролетая, задел Сольта по щеке. По неглубокой царапине тонкой струйкой выступила кровь. И всё же, в отличие от него, окно не получило ни единой трещины. Оглядев устроенный разгром, Сольт небрежно рухнул на диван. Он тяжело, устало вздохнул и взглянул на интерфейс. 09:59:59 В тот миг, когда время сменилось на 10:00:00, коричневые пятна у входа и разбитая кружка исчезли без следа. Осколки вазы потянулись друг к другу, трещины бесшовно затянулись. Пролитая вода собралась в единый поток и аккуратно вернулась внутрь восстановленной керамики. Даже упавший цветок с переломанным стеблем вновь обрел прежнюю свежесть, выпрямившись в центре вазы, словно ничего не произошло. Одновременно исчезли все повреждения — ожог во рту, порез на щеке, ошпаренный палец. [Система: начато время входа в «Дом старосты деревни»] Перед глазами Сольта всплыло чёрное окно уведомления, но он остался сидеть, совершенно невозмутимый, будто происходящее было для него делом привычным. Он моргнул — и картина сменилась. В одно мгновение он уже стоял у стола, а не лежал на диване. Затем заиграла музыка, хотя в комнате не было видно ни единого источника звука. Это был Дом старосты деревни Эльче — стартового города игры The Frontier. А он был Сольтом, молодым NPC-старостой этой деревни. ПОДСКАЗКА! Повышайте уровень симпатии NPC, даря им предметы, которые им нравятся.