Ты хуже моих молитв

Ночь после возвращения Макса прошла тревожно и почти без сна. Лиза долго лежала, глядя в потолок и прислушиваясь к каждому звуку в квартире. За тонкой стеной иногда скрипел диван, слышались шаги, шум воды на кухне или тихий стук по подоконнику. Макс не спал вообще. По крайней мере, она ни разу не услышала характерной тишины спящего человека. Он будто просто существовал где-то рядом, постоянно двигаясь, вздыхая у окна, включая и выключая воду, бесцельно бродя по квартире. От этого присутствия становилось одновременно спокойнее и хуже. Лиза сама не понимала, почему не выгнала его ещё вчера. Любой нормальный человек уже давно бы вызвал полицию, закрыл дверь на все замки и попытался забыть весь этот бред. Но вместо этого у неё в квартире жил парень с красными глазами, который реагировал на кровь так, будто действительно мог сорваться в любую секунду. Самое ужасное заключалось в том, что теперь она знала — это не игра. Не странная ролевая шутка, не наркотики и не психоз. Когда Макс схватил её на кухне, Лиза впервые увидела в нём что-то по-настоящему чужое, и это ощущение никак не уходило. Ближе к утру она всё-таки задремала, завернувшись в одеяло почти с головой. Проснулась девушка от запаха кофе и приглушённого мата с кухни. Несколько секунд Лиза просто лежала, пытаясь понять, почему у неё дома вообще кто-то есть, а потом вспомнила. Тяжесть внутри вернулась мгновенно. На кухне Макс стоял возле плиты в её серой бесформенной толстовке и задумчиво смотрел на турку так, будто пытался понять, как она вообще работает. Волосы у него были влажными после душа, под глазами залегли тёмные круги, а на шее всё ещё виднелись подсохшие следы чужой крови, которые он плохо оттёр. Парень заметил её не сразу. Лиза молча прислонилась плечом к дверному косяку, наблюдая за этой сюрреалистичной картиной. Вампир на её кухне варил кофе. Макс наконец повернул голову. — У тебя кофе отвратительный. — Ты живёшь у меня всего сутки, но раскритиковал абсолютно всё. — Я не живу у тебя. — Конечно. Просто ночуешь, ешь мою еду и носишь мои вещи. Он хмыкнул и отвернулся обратно к плите. Лиза неожиданно поймала себя на том, что ей нравится эта почти бытовая нормальность. Настолько, что стало стыдно. Ещё вчера она боялась его до дрожи, а сейчас стояла сонная посреди кухни и спорила с ним так, будто знала всю жизнь. Макс выглядел слишком обычным, наверное, именно это и сбивало с толку сильнее всего. Если бы не бледность, слишком тёмные глаза и невозможная скорость заживления ран, он ничем не отличался бы от любого другого парня её возраста. Наглый, раздражающий, вечно лезущий не в своё дело. Только иногда в нём вдруг проскальзывало что-то неправильное, как вчера. Лиза молча взяла кружку и села за стол. Макс поставил перед ней турку с кофе и приоткрыл окно. В квартиру потянул свежий июньский воздух. Несколько минут они сидели в тишине. Макс выглядел напряжённым, не таким расслабленным, как вчера вечером. Теперь он будто постоянно прислушивался к чему-то за пределами квартиры. Лиза вспомнила браслет. Тот до сих пор лежал на кухонном столе рядом с книгой из архива. — Ты так и не рассказал, что вчера произошло. Макс медленно выдохнул. — Я нашёл одного из тех уродов. — И? — И мне не понравилось то, что он говорил. Лиза нахмурилась. — Что именно? Макс долго молчал, будто решая, насколько вообще стоит её втягивать. — Они искали не меня. После этих слов в душе снова неприятно похолодело. Лиза машинально посмотрела на браслет. Утром он выглядел ещё неприятнее. Потемневший металл, царапины и странный символ, похожий одновременно на крест и что-то языческое. Макс заметил её взгляд. — Эти штуки носят не все новообращённые. — Тогда кто? — Те, кто их за собой ведёт. Лиза медленно подняла глаза. — В каком смысле? Он пожал плечами. — Не знаю. Я не особо успел вникнуть в местную вампирскую тусовку, извини. Она раздражённо фыркнула. Макс криво усмехнулся, но почти сразу снова стал серьёзным. — Слушай… тебе лучше какое-то время не ходить одной. Лиза открыла было рот, чтобы огрызнуться, но остановилась, потому что парень выглядел очень серьёзно. И от этого становилось только тревожнее. После завтрака Макс почти сразу ушёл в комнату, а Лиза наконец открыла книгу. Теперь, при дневном свете, она выглядела менее пугающей, но ощущение неправильности всё равно никуда не делось. Страницы были исписаны разными почерками. Некоторые записи датировались ещё концом девятнадцатого века. Другие — девяностыми. Самые свежие появились как будто вчера. Лиза медленно перелистывала страницы, всё сильнее чувствуя, будто читает не архивный документ, а что-то живое. «После обращения голод усиливается с закатом» «Новообращённые особенно опасны первые месяцы» «Запах крови вызывает почти неконтролируемую реакцию» На последней фразе Лиза невольно вспомнила кухню. То, как Макс смотрел на её руку, как у него дрожали пальцы. Она резко перевернула страницу дальше. Следующая запись оказалась почти полностью перечёркнута чьими-то нервными пометками. Внизу карандашом было написано: «Виктор запретил продолжать наблюдение.» Лиза нахмурилась. Виктор Иванович — старейшина из церкви. Она никогда особенно о нём не думала. Просто старый церковный работник с тяжёлым взглядом и привычкой говорить так, будто все вокруг ему мешают. Но теперь его имя встречалось слишком часто. Лиза уже потянулась за телефоном, чтобы написать дьякону Алексею, когда из комнаты вышел Макс. Он остановился почти сразу. — Что это? — Книга из архива. Макс подошёл ближе, и Лиза заметила, как изменилось его лицо, когда он увидел страницы. Он резко выхватил книгу у неё из рук. — Где ты это взяла? — В церкви. Макс быстро пролистал несколько страниц, и впервые за всё время в его взгляде появилось что-то похожее на настоящий страх. — Лиз… это плохая хрень. — Очень информативно, спасибо. Он даже не отреагировал на сарказм. — Здесь написано про обращённых. — И? Макс посмотрел на одну из страниц и тихо выругался. — Никто нормальный не должен знать столько информации о вампирах. Лиза почувствовала, как внутри снова поднимается тревога. — Макс… — Эти записи ведут давно, очень давно. И если кто-то продолжает это собирать, значит… Он не договорил. В квартире повисла тяжёлая тишина. Лиза внимательно смотрела на него. Сейчас он выглядел иначе. Не как раздражающий парень с дурацкими шутками, а как человек, который впервые понял, что сам оказался частью чего-то намного страшнее. И именно в этот момент зазвонил её телефон. На экране высветилось имя дьякона. Девушка сама не поняла, почему напряглась. Макс тоже заметил звонок. — Это ещё кто? — Не твоё дело, — она быстро вышла в коридор и ответила. Голос Алексея звучал спокойно и привычно, но после всего произошедшего Лиза вдруг слишком остро почувствовала разницу между ним и Максом. Знакомый из церкви ассоциировался с теплом, тихими разговорами и ощущением безопасности. Рядом с ним не приходилось постоянно ждать чего-то страшного. И наверное поэтому сейчас ей захотелось услышать именно его. Дьякон спросил, почему её сегодня не было в храме. Сказал, что пришедшая сегодня Соня выглядела странно напряжённой и почти ни с кем не разговаривала. На неё это было не похоже, зная как одногруппница воздыхает по дьякону. Лиза машинально посмотрела в сторону кухни. Макс стоял у окна с книгой в руках и хмуро листал страницы. — У тебя всё нормально? — тихо спросил Алексей. Этот простой вопрос неожиданно ударил сильнее, чем должен был, потому что нет. Ничего уже не было нормально. Лиза сама не заметила, как начала рассказывать больше, чем собиралась. Не про вампиров, не про кровь, но достаточно, чтобы Алексей понял — что-то происходит. Он предложил встретиться вечером после службы, и Лиза согласилась слишком быстро. Когда она вернулась на кухню, Макс уже смотрел на неё тем самым раздражающим внимательным взглядом. — Парень? — Священник. Макс медленно поднял брови. — Серьёзно? — А что? — улыбнулась Лиза. — Ничего. Просто у тебя очень интересный вкус на мужчин. Девушка закатила глаза и попыталась забрать книгу обратно, но Макс не отдал. — Ты никуда сегодня не пойдёшь одна. — Господи, да хватит уже командовать. — Я не командую. — Именно это ты и делаешь. Макс раздражённо провёл рукой по волосам. — Ты вообще понимаешь, что вчера могло случиться? — А ты понимаешь, что не можешь просто поселиться у меня и решать, что мне делать? Они замолчали одновременно. Лиза вдруг поняла, насколько близко он стоит. Слишком близко. Макс тоже это заметил. Несколько секунд никто не двигался, потом парень всё-таки отступил первым. И это почему-то задело сильнее, чем должно было.