Наша любовь сияет за пределами миров.

Глава 10: Дэй, Сансет и Сумерки. Любовный Треугольник Радостные крики огласили Понивилль, когда Селестия въехала в город в своей открытой карете. Горожане ликовали: солнце вернулось, но это было ещё не всё. Разнеслась весть, что младшая сестра принцессы тоже возвратилась после того, как Твайлайт Спаркл, ученица Селестии, одолела Найтмер Мун. Твайлайт и остальные следовали сразу за каретой Селестии — они ехали в том самом золотом экипаже, на котором Твайлайт впервые прибыла в этот городок. Когда они приземлились, толпа зашлась в овациях, приветствуя героев, спасших Эквестрию от вечной ночи. Твайлайт вышла наружу, и её тут же встретил Спайк, прыгнувший ей в объятия. Отпустив его, Твайлайт вместе с подругами подошла к Селестии и Луне. Пони склонились перед принцессами, приветствуя возвращение Луны в этот мир. Вскоре к Луне подлетели жеребята-пегасы и подарили ей ожерелье из живых цветов. Это была прекрасная, счастливая картина, но Твайлайт не могла сдержать грустный вздох. Ей казалось, что здесь кого-то не хватает, и этим «кем-то» был… ***** Перед тем как все вернулись в Понивилль, они стояли снаружи, ожидая возвращения Селестии из руин замка. — Мы герои! — прокричала Дэш, описывая петлю в воздухе и проносясь над кобылками. — О да! Спорю, Вондерболты теперь точно меня заметят! Твайлайт слушала, как её новые подруги наперебой обсуждают будущую славу и внимание со стороны «верхов». Она была искренне рада за них, но всё же перевела взгляд на Дэя, который сидел в стороне от всех. Она не выдержала и подошла к нему. — Ты в порядке, Дэй? Дэй вздрогнул, вынырнув из своих мыслей, и молча кивнул. Они сидели в тягучем, неловком молчании, не зная, с чего начать разговор. — Твайли, — мягко произнёс Дэй, заставив её обернуться. Он не хотел смотреть ей в глаза, но понимал, что должен. Он повернулся к ней, но взгляд всё равно отводил. — Прости меня, я серьёзно. Прости за ложь и за те слова на вечеринке, прости, что не искал встречи… Мне просто очень трудно объяснить, что со мной произошло. Твайлайт нахмурилась: — Что? Что с тобой случилось? О чём ты, Дэй? — её охватило беспокойство. Она не могла иначе — ведь она всё-таки любила его. — У тебя неприятности? Ты снова… — сердце кольнуло от боли. — Снова страдаешь? Если так, я могу… — Нет! — перебил её Дэй. Он не хотел втягивать её в свою жизнь. — Нет, дело не в этом. — Он отвернулся. — Я просто хочу защитить тебя, вот и всё. — Защитить? От чего? От тебя самого? — От меня, от моей жизни, от всего. Я не хочу, чтобы ты или кто-то другой страдал из-за моих поступков. Я просто такой, каким был всегда. В итоге я только причиняю боль… — Он наконец посмотрел на неё. — Я не хочу рушить твоё будущее. У тебя всё так замечательно! Ты ученица Селестии! Перед тобой открыто столько дверей, ведущих к великим свершениям. Я в глубине души знаю, что это принесёт тебе счастье. И… — он почувствовал щемящую боль в груди, — …я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если меня не будет в твоей жизни. Твайлайт не верила своим ушам. Дэй желал ей прекрасного будущего, даже ценой разлуки с ним. Дэй посмотрел на остальных, радуясь их веселью. — Когда мы вернёмся домой, девочек будут чествовать как героев. Перед ними откроются пути к их мечтам. Я хочу, чтобы они были счастливы, даже если меня не будет рядом. Я уже вижу, как исполняются их желания. Твайлайт молчала, видя, как горько он усмехается. — Мне не стоит быть с ними, ведь в городе меня теперь многие недолюбливают. Я знаю этих девочек: они скорее откажутся от всего, от лучшего будущего, лишь бы не бросать меня. А я не могу этого допустить, — он вздохнул и прошептал едва слышно: — Я вернусь домой один, и, думаю, мне пора подыскивать жильё в другом го… — Хватит! Дэй обернулся: — Что? — Я сказала: хватит! Перестань нас отталкивать! — Твайлайт смотрела на него со слезами на глазах. — Прекрати это! Хватит решать за нас, что нам лучше! Это не так, и ты сам это знаешь! — Но… — Никаких «но»! — закричала Твайлайт, уже не сдерживая слёз. — Просто… просто перестань так делать. Я ненавижу, когда ты так поступаешь. — Она опустила голову, чувствуя, как сердце разбивается на куски. — Ты вечно прячешь свою боль, чтобы другие были счастливы, и это так больно — не иметь возможности ничего изменить. — Она снова взглянула на него заплаканными глазами. — Ты важен. Ты чего-то стоишь, так что перестань убеждать себя в обратном. — Я… — начал Дэй, но слова застряли в горле. Он потерял дар речи, не зная, как реагировать. — Стоишь! Хватит думать о себе так низко! Перестань раздавать себя по частям другим, иначе в тебе ничего не останется! Что бы ты ни говорил, ты всё равно мой лучший друг, и я никогда не забуду то время, что мы провели вместе, и нашу дружбу — даже сейчас! Она обхватила его копытами, крепко прижимая к себе. Дэй опешил, но не отстранился. Напротив, он обнял её в ответ, прижимая к сердцу. — Дэй, обещаю тебе. Я сделаю этот мир лучше для тебя. Место, где пони не будут смотреть на тебя свысока из-за того, каким ты родился. Обещаю, ты больше не будешь страдать. Не пока я рядом. Я стану героем для тебя. — Твайли… — Я знаю, что шрамы, которые ты носишь, никогда не заживут полностью, но я и остальные — мы поможем. Мы можем помочь тебе, если ты нам позволишь. — Твай… — Всё хорошо, ты не один, слышишь? Никогда больше не будешь один. Пожалуйста, не отталкивай меня, потому что мне не всё равно, и девочкам тоже. И даже если ты не нравишься всему городу, мы будем тебя любить, потому что мы — твои друзья. — Твай… ли… — его глаза заблестели от слёз. — Так что не бойся. У тебя есть друзья, а друзья всегда рядом. Они защитят друг друга, чего бы это ни стоило. Ведь в этом и суть дружбы. — Твай-Твай-ли… Он больше не мог сдерживаться. Эмоции захлестнули его. Он разрыдался, вцепившись в неё, и Твайлайт не выпускала его из объятий. Подруги, видя эту сцену, улыбались, а некоторые и сами прослезились от счастья, видя, что эти двое наконец помирились. Твайлайт обняла его ещё крепче. Она знала, что Дэй дорожит ею как другом, но она должна была это сказать, иначе жалела бы всю оставшуюся жизнь. — Я люблю тебя, Дэй. Дэй услышал это, и плотину окончательно прорвало. Слёзы хлынули ручьём, он не мог вымолвить ни слова — голос пропал. Он был счастлив, что Твайлайт ответила на его дружескую любовь. — Я люблю тебя… — сердце Твайлайт болезненно сжалось, будто что-то разрывало её изнутри. — …так же, как и ты сказал: как своего лучшего друга. Поэтому… — она разорвала объятия и посмотрела ему прямо в глаза. — Я буду ждать. Ждать, когда ты расскажешь мне истинную причину, по которой ты бросил меня, не сказав ни слова. — Её грустно-счастливое лицо вдруг стало серьёзным и сердитым. — И в этот раз ты от меня не отделаешься, слышишь! Я наконец нашла тебя и больше не отпущу! Так что лучше даже не пытайся сбежать, понял?! Дэй не смог сдержать смешок: — Да, я понял. — Вот и славно! — Твайлайт улыбнулась. Она невольно покраснела под его взглядом. — Что? — Я не собираюсь от тебя избавляться, Твайли. Я люблю тебя! — Он широко заулыбался, а Твайлайт почувствовала, как бешено заколотилось сердце от этих слов… но… — Я никогда не брошу подругу детства, которую так сильно люблю. Ни сейчас, ни когда-либо ещё. Твайлайт выдавила фальшивую улыбку. «Лучшие друзья… ну да». — Я так рад, Твайли. Рад, что ты — мой лучший друг. — Да… я и дальше буду твоим лучшим другом… Все остальные наблюдали за этой сценой. Сначала они хотели оставить их наедине, но услышав слова Дэя, решили остаться. Рэрити недоверчиво протерла глаза. — Не могу поверить, что он не замечает, как она его любит! Я знала, что он немного… тугодум, но это уже слишком! — Да, в любви этот чувак, похоже, полный ноль, — добавила Дэш. — Он ведь даже не видит, что большинство кобылок в городе пялятся на него как на конфетку. — Ну, по крайней мере, он её любит, так что и это сойдёт, — вставила Эпплджек, подходя к подругам. Рэрити это категорически не понравилось: — Как друзей?! Нет, я не позволю такой любовной истории закончиться во «френдзоне»! Он любит её, она любит его, и я, как истинно верующая в романтику, не допущу, чтобы он ушёл к какой-то кобылке, которая не является нашей дорогой Твайлайт! — И как же ты планируешь это провернуть, сахарок? — Просто: мы заставим его осознать свои чувства, разумеется. — Эм… и как мы это сделаем? — робко спросила Флаттершай. Рэрити победоносно улыбнулась: — Предоставьте это мне. У леди, которая на досуге почитывает любовные романы, есть свои методы. — …Любовные романы? — хором переспросили три подруги в полном недоумении. Внезапно сверху, вися вниз головой, появилась Пинки Пай: — О-о-о-о! Там будут вечеринки?! Или тортики?! — Пинки выудила кусок торта прямо из своей гривы и начала его жевать… а затем шлёпнулась на землю прямо перед девочками. — Я в порядке! Подруги не знали, как реагировать на очередную странность Пинки, но не смогли сдержать смеха. — Не думаю, что вечеринка тут поможет, сахарок. Рэрити тем временем пристально наблюдала за парочкой, которая начала увлечённо обсуждать, как прошли их годы в разлуке. — Не волнуйся, Твайлайт, дорогая! С моей помощью ты точно завоюешь его сердце, и он признается в своих истинных чувствах! — Она издала тихий, по-злодейски предвкушающий смешок. Эпплджек и Дэш переглянулись — они нутром чуяли, что для их друзей это добром не кончится. Спустя некоторое время Селестия вышла из своего старого дома. Она подошла к Твайлайт и Дэю, но заметила, что Дэй упорно избегает встречного взгляда. — Принцесса, я хочу познакомить вас с тем существом, о котором рассказывала вам много лет назад! Думаю, вы отчасти знаете его, раз упоминали о нём тогда… Это Дэй Вейв, мой друг детства. Селестия посмотрела на него, и в её памяти всплыло всё былое. Она не знала, как ответить; она понимала: если Твайлайт узнает правду о том, как именно Дэй был изгнан её рукой, последствия будут непредсказуемы. Принцесса боялась реакции своей ученицы — ей меньше всего хотелось, чтобы ещё одна подопечная возненавидела её и сбилась с пути. Но она нашла нужные слова. — Понимаю. Что ж, я очень рада, что вы воссоединились. И спасибо тебе, Дэй, за помощь в спасении моей сестры. Если бы не вы, Эквестрия навсегда погрузилась бы во тьму, а мои маленькие пони страдали бы гораздо больше. Дэй мгновенно понял, что Селестия делает вид, будто знает его лишь понаслышке. Он оценил этот жест и решил подыграть, чтобы избежать неловкости. — Не стоит благодарности, принцесса. Это меньшее, что я мог сделать, — ответил он с улыбкой. — Что ж, теперь, когда ночь отступила и моя сестра вернулась, полагаю, нам пора домой, — улыбнулась Селестия. — Праздник Летнего Солнцестояния ещё не окончен. Принцесса закрыла глаза, призывая колесницы. Твайлайт поклонилась и потянула Дэя за руку, приглашая следовать за собой, но Селестия мягко преградила ей путь крылом. — Принцесса? — Моя дорогая ученица, я хотела бы сказать пару слов твоему другу. Можешь отправляться в путь со своими новыми подругами, мы скоро вас догоним. Твайлайт не понимала, чего хочет Селестия, но послушно кивнула. Она побежала к каретам, оставив их двоих. Дэй и Селестия молча проводили её взглядом. Вскоре к ним медленно подошла Луна; она в общих чертах знала, что произошло между ними в прошлом, и не могла винить парня за холодность. — Дэй… — произнесла Селестия с тенью стыда в голосе. — Это была моя вина, принцесса? — спросил он, по-прежнему не глядя на неё. Селестия опустила взгляд, пытаясь понять его вопрос. Говорил ли он о прошлом? Или о настоящем? Вопрос был слишком туманным. — Что ты имеешь в виду? — Я разрушил жизнь Сансет? — Он наконец поднял на неё глаза. — Твайлайт сказала, что никогда о ней не слышала и была уверена, что она ваша единственная ученица. А недавно, незадолго до встречи с Твайлайт, я столкнулся с Санни. Она подтвердила, что больше не учится у вас, но не сказала почему. Так что… Селестия поняла суть его тревоги и меньше всего хотела, чтобы он нёс груз вины за прошлое. — Это не твоя вина. Ты никогда не был причиной её падения, и её поступки — это её личный выбор. — Она видела замешательство на его лице. Ей хотелось сказать больше, но если Сансет снова где-то рядом, оставалось лишь надеяться, что Дэй сможет остановить её, что бы та ни задумала. — Я не могу сказать больше, Дэй. Во всяком случае, не сейчас. Надеюсь, наступит день, когда Сансет сама тебе всё расскажет. Пожалуйста, не вини себя в её решениях. Это она выбрала свой путь, и твоей вины в этом нет. Дэй хотел знать подробности, но понимал правоту Селестии: это история Сансет, и он должен дождаться её признания. — Я понял. Простите, что спросил о ней, и… Луна сделала шаг вперед, склонив голову: — Пожалуйста, прости меня, человек. Я не желала вносить хаос в твою жизнь, когда кошмар внутри меня выкрикивал те слова в ратуше. Дэй понимал, о чём говорит Луна — о том, что теперь многие горожане будут смотреть на него косо. Но он не злился. Почему он должен её винить? Это всё равно бы случилось рано или поздно, ведь некоторые пони недолюбливали его ещё до начала всей этой кутерьмы. — Я не сержусь на вас, Принцесса. Это были не вы. К тому же, я привык, — он вздохнул. — Для всех я просто чужак, даже для девочек в начале нашего знакомства. Так что не грустите. Я знаю, что многие всё ещё ненавидят меня просто за то, что я человек, так что неудивительно, что теперь горожане станут думать обо мне ещё хуже. Луне не понравилось, с каким смирением он это принимает, но она знала, что это правда. Пребывая в заточении на луне, она видела кошмары пони и знала их истинные мысли. Селестия хотела возразить, но понимала: таков его характер. Он всегда ставит других выше себя, и, кажется, это неизменно. — Дэй, я обещаю тебе. Настанет день, когда пони перестанут смотреть свысока на другие расы и прекратят совершать поступки, подобные тем, через которые прошёл ты. Я клянусь своим именем и титулом правительницы Эквестрии, что однажды ты обретёшь покой. — Селестия низко склонила голову перед ним. Она знала, что после всех прошлых ошибок эта клятва может звучать пусто, но она обязана была попытаться. Дэй улыбнулся и кивнул: — Спасибо. Луна тоже склонила голову: — И я обещаю то же самое, друг Дэй. Я понимаю боль, через которую ты прошёл, и помогу сделать этот мир лучше для всех юных и невинных душ. Дэй не знал, что ответить. Он не хотел доставлять им хлопот, но видел решимость в глазах обеих принцесс. — Хорошо. Спасибо, принцессы. Правительницы подняли головы, улыбаясь. — А теперь, не пора ли нам возвращаться? Уверена, остальные заждались, — сказала Селестия, подавая знак королевской гвардии. Дэй наблюдал за тем, как карета подкатила к ним. Обе принцессы уже заняли свои места, оставив свободное пространство и для него. Если бы он вернулся в город вместе с правительницами, те горожане, что успели его возненавидеть, увидели бы в нём героя. Ему давали идеальный шанс выбраться из этой неприятной ситуации… но… — Не сочтите за дерзость, но не могли бы вы высадить меня у моего дома? — спросил он, опасаясь, что его просьбу отклонят. — В чём дело, друг Дэй? Тебе стоит вернуться с нами, ведь в глазах наших подданных ты — герой. Они будут счастливы узнать, что ты возвращаешься вместе с нами как победитель. Ты вовсе не тот, кем тебя выставила Найтмер Мун — не тот, кто помог ей бежать, — произнесла Луна, искренне считая, что так будет лучше для него. — Простите, принцесса. Но я беспокоюсь о маме. Я исчез вчера вечером, а сейчас уже полдень, судя по тому, что солнце в зените. Уверен, она места себе не находит и ищет меня. И кроме того… — он перевёл взгляд на Селестию. — Санни ждёт моего возвращения. Я знаю, она расстроена тем, что я заставил её так долго ждать. Селестия скрыла вспышку тревоги. Она понимала: Сансет действительно вернулась и что-то замышляет. Однако в глубине души она почувствовала слабое облегчение — если и был кто-то, способный остановить Сансет и спасти её от выбранного пути, то это был именно этот мальчик, которым Сансет так дорожила. — Я понимаю, но учти: Твайлайт это не обрадует. Она может решить, что ты нарушаешь обещание, которое только что ей дал. — Я обязательно навещу Твайлайт и девочек позже, — пообещал Дэй. — Что ж, как пожелаешь. Садись, покажешь дорогу к твоему дому, и мы тебя высадим, — подытожила Селестия. Дэй поднялся в карету, сел между принцессами и указал путь. ***** Селестия открыла глаза, глядя на свою дорогую ученицу. Она слышала, как та расстроена тем, что Дэй снова покинул её, но принцесса чувствовала, что дело не только в этом. — Почему ты так печальна, моя верная ученица? Разве ты не рада, что твоё задание выполнено и ты можешь вернуться к занятиям в Кантерлот? Твайлайт понурилась, нахмурившись: — В том-то и дело. Стоило мне вновь осознать, как чудесно иметь друга, оказаться среди тех, с кем я могу разделить этот мир… как я должна их оставить. Твайлайт посмотрела на девочек — те выглядели не менее грустными, слушая их разговор. Селестия всё поняла и не стала медлить. — Спайк, запиши, пожалуйста, — Спайк тут же приготовился записывать всё, что продиктует принцесса. — Я, принцесса Селестия, настоящим указом постановляю, что единорог Твайлайт Спаркл должна взять на себя новую миссию во благо Эквестрии. Она обязана продолжить изучение магии дружбы. О своих успехах она должна докладывать мне из своего нового дома в Понивилле. Твайлайт просияла, когда подруги бросились к ней, обнимая и наперебой твердя, как это здорово, что она остаётся. Твайлайт улыбалась, но в её голосе всё ещё слышалась нотка грусти: — О, спасибо, принцесса Селестия! Я буду учиться усерднее, чем когда-либо… Все вокруг закричали «Ура!», и только Пинки почему-то болтала с кем-то невидимым в стороне от толпы. Селестия не смогла сдержать смешок, глядя на странное поведение розовой пони. — У меня есть предчувствие, что магия вашей дружбы будет только крепнуть, — сказала Селестия, улыбаясь ученице… но она видела, что Твайлайт всё ещё чем-то расстроена. — Понятно. Селестия присела на землю перед Твайлайт, укрыв их своими огромными крыльями от чужих глаз. — Есть что-то ещё, не так ли? Твайлайт кивнула, глядя в землю: — Да. Это из-за Дэя. Селестия уже догадывалась, что её беспокоит. — Ты гадаешь, почему он не здесь, верно? — Да. Селестия прижалась своим лбом ко лбу Твайлайт, прикрыв глаза. — Моя дорогая маленькая ученица, я не знаю почему, но я чувствую, что сама судьба изменилась для тебя, — Селестия не могла до конца объяснить это странное ощущение. — Будто тебе предначертано нечто великое в этом мире, и, возможно… это связано с Дэем. Кто знает, но ты должна быть сильной. Помни обещание, которое я дала тебе много лет назад, — она открыла глаза, глядя прямо в глаза Твайлайт. — Когда этот день придет, оставайся верной себе. Верной той пони, которой ты являешься. — Принцесса ласково потерлась носом о её щеку, словно мать. — Я знаю, где он живет. Иди к нему. — П-правда, Принцесса? Вы серьезно? — Конечно. В конце концов, я не могу держать тебя вдали от него. У вас двоих крепкая связь, которую никому не разорвать. Так что иди, беги и никогда не отпускай его, — с улыбкой сказала Селестия. — Принцесса! Твайлайт крепко обняла её, без конца повторяя слова благодарности. Селестия лишь тихонько хихикнула. — Мне только в радость, Твайлайт. Кроме того, я не собираюсь стоять на пути у любви. Услышав это, Твайлайт тут же отстранилась. Её мордочка залилась густым румянцем. — П-пр-принцесса?! Селестия продолжала посмеиваться, глядя на то, в каком смятении оказалась ученица. — О, успокойся, моя ученица. Я всё знаю и очень рада за тебя, так что не волнуйся. — Я-я-я… — Твайлайт начала заикаться, отчего Селестия рассмеялась ещё сильнее. — Ты такая милая, когда смущаешься. Твайлайт не знала, что ответить. Спустя пару минут Селестия раскрыла крылья и проводила взглядом Твайлайт, которая рысью припустила к окраине жилого района Понивилля. Принцесса была счастлива за свою ученицу: счастлива видеть, как в ней снова вспыхнула искра после познания дружбы, и рада тому, что Твайлайт нашла кого-то особенного… То, как Твайлайт убегала и как реагировала на поддразнивания, напомнило Селестии о… «Моя маленькая Уайлдфайр…» ***** Твайлайт бежала по грунтовой дороге, понимая, что уже покинула город и оказалась на его окраине. То тут, то там виднелись домики, но она знала, что ни один из них не принадлежит ему. Она продолжала путь, высматривая дом, который описала ей Селестия. Наконец она остановилась, тяжело дыша и обливаясь потом. Стояло жаркое лето, и полуденный зной давал о себе знать. — Да где же он?! Я надеялась, принцесса не ошиблась, и… — Она огляделась. Дома были, но всё не те. — Он должен быть прямо здесь! Твайлайт снова сорвалась на бег, озираясь по сторонам в поисках дома Дэя. Она металась взглядом туда-сюда, пока… — Вот он! Нашла. Она замерла перед уютным коттеджем, который, как и говорила Селестия, больше походил на лавку, чем на жилой дом. Фасад был украшен вывесками, а в окнах виднелись подносы с выставленными напоказ пирожными и чаем. Твайлайт обрадовалась, но тут же занервничала. Она осознала, что никогда не встречала мать Дэя; по правде говоря, она почти ничего о ней не знала, кроме того, что та, как и сама Твайлайт, обожала чтение. Она похлопала себя по щекам, подбадривая: «Ты сможешь! Давай же!» Твайлайт двинулась вперед, прямо к парадной двери. На ней висела табличка «Закрыто», но, слегка толкнув дверь, Твайлайт поняла, что та не заперта. Она вошла внутрь и замерла. — Ого. То, что должно было быть гостиной, превратилось в полноценный магазин. Стены были уставлены полками с подносами аппетитной выпечки и пакетиками разного чая. В зале стояло несколько столиков для посетителей. — О, прошу прощения. Боюсь, магазин закрыт, сегодня мы не принимаем заказы. Твайлайт обернулась и увидела пожилую единорожку, выходящую из двери за прилавком. — Ой, простите! Я не хотела… Чай (Chai) заметила, что никогда раньше не видела этого единорога. Туристка? Если так, нужно быть вежливой. — Всё в порядке, дорогуша. Можешь осмотреться, а если что-то понадобится — дай знать. Я всегда рада помочь новому покупателю. Забудь, что я сказала — я с радостью приму твой заказ! — Н-нет, я здесь не за покупками. Я… ну… эм… Чай удивилась, почему молодая кобылка так нервничает. Может, недавно переехала? «Наверняка, я её раньше не видела». Приняв свой самый радушный вид, Чай принялась за дело. Она вышла из-за прилавка и начала указывать на каждый торт и сорт чая в лавке. — У нас множество видов сладостей и чая, милочка. Всё свежее, выпекается каждый день, так что вы не встретите один и тот же вкус дважды, — улыбнулась Чай. — Или, может, хотите ассорти, чтобы попробовать всё сразу? Твайлайт покраснела, замахала копытом и замотала говорой. — Н-нет, нет. Я не… Но Чай уже потащила её к более дорогим тортам, которые выглядели просто божественно. — Если цена вас не пугает, у нас есть эксклюзивные десерты. Наша лавка знаменита фирменным тортом, который можно найти только здесь! — Чай отпустила её и открыла витрину, достав кусочек знаменитого лакомства. — Вот! Бесплатный образец нашего лучшего торта, который вы когда-либо пробовали! Она впихнула маленькую тарелку с кусочком прямо в копыта Твайлайт. Та вынуждена была признать — выглядело это очень аппетитно, но… — Извините, я пришла не за тор— ОЙ! Чай буквально запихнула торт в рот Твайлайт. Та хотела возмутиться, но как только вкусовые рецепторы распознали вкус, она почувствовала себя на седьмом небе. — Ого! — выдохнула Твайлайт, не заметив, как быстро смела угощение. Она проглотила всё и продолжала жевать. — Это самый вкусный торт, который я ела в своей жизни. — Видите? У нас всё самое лучшее! Это наш знаменитый вишнево-шоколадный заварной торт с розочками из масляного крема! Мой сын придумал этот чудесный рецепт. Твайлайт уставилась на Чай. «Она сказала…?» Она прочистила горло. — Эм… простите? Чай отвлеклась от витрины и снова посмотрела на Твайлайт. — Что такое, золотко? — Знаю, это звучит странно, но… вы сказали, ваш сын создал этот торт? — Да. Твайлайт улыбнулась, радуясь, что узнала о нём что-то новое. Она и понятия не имела, что Дэй — пекарь. — Как я и говорила, я здесь не ради чая или тортов, я пришла повидать вашего… — Твайлайт чувствовала, как бешено колотится сердце; она так нервничала перед этой встречей, но должна была довести дело до конца. — Повидать вашего сына. Чай в замешательстве нахмурилась. Почему эта кобылка пришла к её сыну? «Стоп». Радушие на лице Чай сменилось взглядом суровой матери-защитницы. — О-о, ещё одна девица, которая ищет моего сына, потому что опять повелась на его внешность, а? Твайлайт моргнула. — Что? — Ты меня слышала! Я таких, как ты, постоянно вижу! Приходите сюда, надеетесь его увидеть и пытаетесь затащить на свидание! Так вот что я скажу: ты не первая и не последняя! — Н-н-но… Чай не дала ей вставить и слова. С помощью магии она схватила метлу и принялась гонять Твайлайт по залу. — Никакой любви у тебя нет! Я знаю, тебе просто нужно его тело! — Да о чём вы вообще говорите?! Чай не слушала. Она выгнала её из торгового зала прямо в кухню. Чай швырнула метлу, заставив Твайлайт бежать со всех ног. «Почему она такая быстрая?! Я не могу позволить ей ударить меня, и… о боже!» Твайлайт споткнулась и повалилась на пол, всё тело отозвалось болью. — Ой. Твайлайт потерла нос, но замерла: кончик метлы упёрся ей прямо в лицо. Она подняла взгляд и увидела глаза Чай, пылающие яростью. — Прости, дорогуша, но никто не будет пользоваться моим малюткой! — Она каким-то образом передернула метлу, словно затвор дробовика. — Твоё последнее слово?! Никогда в жизни Твайлайт не было так страшно. Даже битва с Найтмер Мун не шла ни в какое сравнение с этим ужасом. Она зажмурилась, но тут они обе услышали, как открылась задняя дверь. — Мам? Ты чего ор— Твайли?! Обе обернулись. В дверях стоял ошеломленный Дэй. Он замер, увидев здесь Твайлайт, которую его мать вот-вот была готова огреть метлой. Он быстро вклинился между ними. — Мам! Ты зачем на неё напала?! Твайли — мой друг! Подруга детства! Чай опустила метлу и перевела взгляд на Твайлайт, которая испуганно улыбнулась. Затем она снова посмотрела на сына. — Подруга детства? Что-то я не припомню, чтобы ты о ней рассказывал. И вообще, а как же Санни? А? Что она подумает, если ты притащишь в дом другую кобылку?! Дэй был ошарашен, но, в общем-то, не удивлен. Он терпеть не мог, когда мать начинала сводничать, ведь он видел в Сансет только друга и почти сестру. — Мам, она не такая. Мы с Твайли просто друзья. И всё. И прекрати это про меня и Санни! — он вздохнул. — А теперь, пожалуйста, положи метлу. Чай раздраженно проворчала, но всё же отставила метлу в сторону. — Ладно. Дэй повернулся и помог Твайлайт подняться. — Ты в порядке? Твайлайт взяла его за руку и села, кивнув. Но уже через секунду она отпихнула его руку и вплотную подступила к нему: — Разве ты не обещал перестать вот так меня бросать?! — она наступала, заставляя Дэя покрыться холодным потом от осознания того, как сильно он её разозлил. — Я так испугалась, что ты снова исчезнешь навсегда, придурок! — Она замолчала, чувствуя, как катятся слёзы. — Я не хочу снова тебя терять, понимаешь? Пожалуйста, Дэй… Дэй виновато опустил голову. — Прости меня. — Он не знал, что ещё сказать; ему было невыносимо видеть её слёзы. Чай это окончательно надоело. Она вклинилась между ними, встав вплотную к сыну. — Так, секундочку! Кто эта девочка?! О чём вы вообще говорите? — Мам, я же сказал, она подруга детства, как Санни. И… — Дэй потер затылок. Ему повезло, что мама была слишком занята выпечкой и чаем, чтобы заметить, что творилось снаружи. — Ну, видишь ли… Твайлайт вытерла слёзы, сгорая от стыда за то, что дала волю чувствам. «Боже, я такая плакса». Она слушала, как Дэй объясняет матери всё, что произошло: про Найтмер Мун и то, как он помогал Твайлайт и остальным одолеть злую кобылицу. Чай слушала молча, с абсолютно непроницаемым лицом, что не на шутку тревожило и Дэя, и Твайлайт. — Вот так всё и было, мам. Чай моргнула и легонько стукнула Дэя метлой по голове. Твайлайт наблюдала, как Чай принялась отчитывать сына за то, что он ввязался в такую опасную авантюру, где мог погибнуть. Нагоняй продолжался довольно долго, пока Твайлайт не зацепилась за одну деталь. — Погоди… еще одна подруга детства? Санни? — прошептала она про себя. Она вспомнила, как Дэй спрашивал о какой-то кобылке при их первой встрече, и как её собственные подруги упоминали другую знакомую Дэя. Она должна была во всем разобраться, поэтому прервала тираду Чай. — Простите, что вмешиваюсь, но, Дэй… — он посмотрел на неё. — Кто эта Санни, о которой вы говорите? Прежде чем Дэй успел ответить, в открытую заднюю дверь кто-то вошел. — Меня кто-то звал? Все обернулись. В дверях стояла Сансет Шиммер. Чай с радостным видом подскочила к ней и буквально втолкнула её в объятия Дэя, отчего оба густо покраснели. — Вот настоящая подруга детства моего сына! — Чай вплотную подошла к Твайлайт, одарив её гневным взглядом. — И она — единственная пара для моего малютки. Уяснила, милочка?! Твайлайт почувствовала, как по спине пробежал холодок от этого «материнского» взгляда, но также заметила, как Дэй, смутившись, выпустил Сансет. Парень тяжело вздохнул — поведение матери начинало его всерьез раздражать. — Мам! Прекрати! Мы с Санни просто друзья! «О, слава Селестии!» — ликовала про себя Твайлайт, услышав, что у Дэя нет чувств к этой кобылке. — Такие же, как мы с Твайлайт. Радость Твайлайт мгновенно сменилась горечью, когда она вспомнила, что для Дэя она тоже — «просто друг». «Ах, ну да… точно». Пока Дэй и Чай продолжали препираться по поводу него и Санни, Твайлайт подошла к Сансет, чтобы представиться. — Привет. Я Твайлайт Спаркл. Сансет посмотрела на протянутое копыто. Затем перевела взгляд на лицо Твайлайт, проигнорировав жест. — Сансет Шиммер. — Да. Дэй рассказывал мне о тебе. — Неужели? Твайлайт неуверенно кивнула: — Ну, по крайней мере, назвал имя… Они стояли в тишине. Единственным звуком в комнате был спор Чай и Дэя. Твайлайт чувствовала себя крайне неуютно под пристальным взглядом Сансет — и взгляд этот не сулил ничего доброго. — …Значит, ты тоже знаешь Дэя с детства? Странно, он никогда о тебе не упоминал. — Взаимно, — это было всё, что ответила Сансет, продолжая сверлить Твайлайт взглядом сквозь свои черные очки. Твайлайт не выдержала этой гнетущей тишины. Ей нужно было хоть что-то выяснить. — Так, эм… Дэй ведь потрясающий, правда? —… — Эм… а как вы двое познакомились? —… — …Эм… а ты… — Ты почему всё еще здесь? — холодно бросила Сансет. Твайлайт вздрогнула от такого ледяного тона. — Прости? — Ты что, его кобылка или вроде того? Твайлайт покраснела и отвела взгляд. — Нет, но… Сансет покачала головой, явно ей не веря. — Друзья не смотрят друг на друга так, как ты смотришь на него. — Она встала и начала наступать на Твайлайт, заставляя ту пятиться. — Я вижу тебя насквозь. Думаешь, сможешь ему помочь, да? Сделать его счастливым? Твайлайт замерла, пораженная этими словами. — Тебе может казаться, что ты справишься, но я скажу прямо: нет. Единственная пони, способная сделать его счастливым — это я. И только я. — Чт-что ты такое несешь?.. Сансет проигнорировала вопрос и буквально вытеснила Твайлайт из кухни в жилую часть дома. Она продолжала наступать, пока Твайлайт не споткнулась и не повалилась на спину. — Только я понимаю, через какие трудности, боль и страдания он прошел. Страх Твайлайт мгновенно сменился гневом. Она приподнялась на локтях: — О чем, черт возьми, ты говоришь?! Я прекрасно понимаю его боль! Я видела… Но Сансет не дала ей закончить, нависнув над ней с яростью в глазах. — Ничего ты не видела! А я видела собственными глазами, с чем ему приходилось мириться! Видела ожоги на его теле, когда задиры палили по нему магическими лучами! Видела, как он притворялся, что всё в порядке, прячась за фальшивой улыбкой, чтобы я не волновалась… Но я видела его слёзы, я чувствовала его боль! — Голос Сансет дрогнул, в нем послышалось страдание. — Каждый день мы были вместе. В ночи, когда я оставалась у него, я лежала рядом и чувствовала, как он дрожит и плачет во сне. И это убивало меня изнутри. Осознание того, что я не могу забрать его боль, если только… если только не… Твайлайт сидела неподвижно, видя, как глубоко переживает Сансет. Она видела в ней отражение себя. Она знала, как страдал Дэй в детстве, и боль Сансет была ей до боли знакома. Сансет тряхнула головой. — Забудь. Нам никогда не сравняться с той болью, что чувствует он. Наших усилий никогда не будет достаточно, чтобы по-настоящему понять его и заставить почувствовать себя любимым и принятым. Так что, Твайлайт Спаркл, тебе лучше… Сансет осеклась, когда в комнату вошел Дэй. Он заметил, что Сансет практически лежит на Твайлайт, которая повалена на пол. Дэй густо покраснел и отвел взгляд, так как в голову ему пришла весьма двусмысленная мысль. — Простите, что… эм… прерываю ваше занятие, чем бы вы там ни занимались. Сансет и Твайлайт моргнули, не понимая, почему их друг так смущен. Затем они посмотрели друг на друга, а потом — на позу, в которой находились. Обе мгновенно стали пунцовыми. Поняв, что именно подумал Дэй, они мигом вскочили на ноги. — Эй! Ты что себе вообразил?! — выкрикнула Сансет, сгорая от стыда. — Мы ничем таким не занимались! — Твайлайт отчаянно замахала копытами, пытаясь развеять недоразумение. Дэй помотал головой, прогоняя назойливые картинки. «Да ладно тебе, Дэй! Не будь извращенцем. Ты выше этого!» Он прочистил горло: — В общем, я рад, что ты здесь, Твайли. Я как раз собирался готовить обед, так почему бы тебе не присоединиться? Насчет мамы не переживай, она наконец остыла. — Он повернулся к Санни. — Прости, что бросил тебя вчера вечером и вернулся только сейчас. Сансет махнула копытом: — Всё путем, чувак. То, что ты делал, было важнее. — Она улыбнулась. — Я рада, что ты наконец-то решил поставить свои интересы на первое место для разнообразия. Дэй слабо улыбнулся, понимая чувства Сансет. — Прости, что заставил волноваться. — Забей. Пошли уже, я умираю с голоду. Сансет и Дэй вышли, оставив Твайлайт одну. Она чувствовала какой-то странный подвох в поведении Сансет, но решила пока отбросить эти мысли. — Твайли, идешь?! — крикнул Дэй из кухни. Твайлайт не заставила себя долго ждать и поспешила присоединиться к своему другу… и его другой подруге детства. ***** За обедом Дэй рассказал Твайлайт, как он познакомился с Сансет. Затем он объяснил Сансет и матери, как встретил Твайлайт — разумеется, умолчав о том, что подарил ей книгу из замковой библиотеки. — Понятно… — хором произнесли Твайлайт и Сансет, после чего мгновенно переглянулись. Чай не знала, как на это реагировать, и была слегка расстроена. Ей совсем не нравилось, что у сына появилась ещё одна подружка-кобылка, которую он фактически скрывал за спиной Сансет. Она посмотрела на Санни, которая с истинным блаженством уплетала хэйбургер. «Я знаю Санни. Она не покажет виду при Дэе. Спорю, ей больно видеть, что у него есть… еще одна…» — она тряхнула головой, не в силах это произнести. «Единственная кобылка, которую я вижу рядом со своим мальчиком — это Санни, и никто другой. Они созданы друг для друга». Чай наблюдала за тем, как Дэй и Сансет непринужденно болтают. Это было так мило, и Чай втайне надеялась, что Дэй наконец поймет, как сильно Санни его любит. Затем она перевела взгляд на Твайлайт, которая просто сидела и… довольно неаккуратно ела свой бургер. Чай не могла её понять — эта пони совсем не походила на тех, с кем обычно общался её сын. Она начала придирчиво её изучать. «Я знаю своего мальчика. Знаю, какой тип ему нравится. Я видела те журналы «Playcolt», что он прячет в комнате, и эта кобылка даже близко не подходит под этот стандарт. Зачем ему она?.. Санни — вот его идеал». Чай изо всех сил пыталась понять, что связывает её сына с этой гостьей. «Если она действительно знает моего мальчика, то, может, я и ошибаюсь. Итак…» — Так, Твайлайт… эм… — Спаркл, — подсказала Твайлайт. Чай проигнорировала подсказку и продолжила: — Значит, ты знала моего дорогого сына еще маленьким, да? — Твайлайт кивнула. — Тогда ты наверняка много о нем знаешь, верно? Твайлайт снова кивнула: — Конечно, мы с Дэем очень близки. — Вот как. Что ж, мне было бы очень интересно послушать. Ты ведь не против, если я задам тебе несколько вопросов о нем? — Конечно. О чем угодно. — О чем угодно? — Чай хитро улыбнулась. Дэй и Сансет заметили, к чему клонит Чай. — Мам, ты что задумала? Чай нацепила свою самую невинную материнскую улыбку: — Ой, ничего особенного, милый. Просто хочу убедиться, что она действительно тебя знает. — Она повернулась к Сансет. — А почему бы не превратить это в небольшое состязание? Санни, присоединяйся. Сансет была застигнута врасплох: — Э-э, я? — Да. Присоединяйся и докажи мне, кто из вас двоих знает моего сына лучше. Победительнице я испеку самый вкусный торт. — Мам… — Не волнуйся, дорогой. Это всего лишь дружеское соревнование. Дэй лишь тяжело вздохнул: — Ладно… — Вот и славно! А теперь… — добродушное лицо Чай мгновенно стало серьезным, когда она посмотрела на обеих кобылок. — Какое у моего сына любимое блюдо? Твайлайт открыла рот, чтобы ответить… но вдруг осознала кое-что ужасное. Она понятия не имела. И это её напугало. «Любимое блюдо? Я… я не знаю. Я никогда не спрашивала его об этом…» — Гамбургеры с луковыми кольцами, посыпанные твоими фирменными специями, Чай, — ответила Сансет, откусывая кусок своего бургера. — Кстати, я вижу, Дэй научился у тебя приправлять еду, вкус один в один. Очень вкусно. Чай расцвела от похвалы и перевела взгляд на Твайлайт. Она видела, как та отчаянно пытается скрыть панику. — Я… эм… — ВРЕМЯ ВЫШЛО! — выкрикнула Чай. — Следующий вопрос: какое у моего сына хобби? Твайлайт улыбнулась — она была уверена, что знает ответ. Ей же только что сказали, что Дэй сам придумал рецепт того торта, а значит, он увлекается кулинарией. — Выпечка! В комнате воцарилась тишина. Трое остальных смотрели на Твайлайт в упор. Чай прикрыла рот копытом, едва сдерживая смех. Твайлайт видела реакцию матери, а затем посмотрела на Дэя — тот виновато и неловко ей улыбался. — Хобби Вэйви — это чтение, — ответила Сансет. — Он перечитал бы почти все книги в библиотеке, если бы я ему позволила. — Но она еще не закончила. — А еще он обожает бегать. — Она улыбнулась, поддразнивая его. — Ты всегда был отличным бегуном, так что я не удивилась, узнав, что ты работаешь курьером. Я так и не смогла обогнать тебя в гонках! В голове Твайлайт началась настоящая буря. К ней быстро приходило горькое осознание. «Я не задала ему ни одного вопроса, когда мы общались в детстве! Я не знаю его достаточно хорошо, совсем не так, как Сансет!» Она искоса взглянула на Сансет, которая продолжала спокойно наслаждаться обедом. Казалось, ей даже не нужно было беспокоиться о победе — она и так знала Дэя как свои пять копыт. Твайлайт понурила голову, слыша, как Чай объявляет, что время вышло, и задает следующий вопрос. Вопрос, на который у Твайлайт снова не было ответа. «Какая же я идиотка. Я должна была тратить время на то, чтобы узнавать его, а не только болтать о себе. Мне и в голову не пришло спросить о его интересах, увлечениях или чем-то личном». Твайлайт пропустила следующий вопрос мимо ушей, полностью погрузившись в свои мысли. «Как я могу смотреть ему в глаза? Как я могу называть себя другом, если не знаю о нем ровным счетом ничего?» — Твайли? — А? Твайлайт посмотрела на Дэя и увидела его обеспокоенное лицо. Она не могла найти слов, глядя в его глаза. Ей было так стыдно, она чувствовала себя ничтожной. «Он, наверное, меня ненавидит». — Твайли? «После этого он больше никогда не захочет со мной разговаривать». — Твайли? Мама спросила тебя… эй? Что с тобой? — Д-да! — выкрикнула Твайлайт, глядя на Дэя и не замечая, как на глазах наворачиваются слезы. — Ты в порядке? Твайлайт кивнула и резко вскочила со стула. Она не могла сейчас находиться рядом с ним. — Простите, я… я забыла об одном деле и… мне пора идти! Прежде чем Дэй успел её остановить, Твайлайт пулей вылетела из лавки. На лице Чай застыла самодовольная ухмылка — она убедилась, что Твайлайт не настоящая подруга и уж точно не чета её сыну, в отличие от Сансет. Сама же Сансет проводила убегающую Твайлайт холодным, изучающим взглядом… ***** Твайлайт успела прилично отдалиться от дома Дэя, когда начала замедлять шаг. Её голова была низко опущена — ей было невыносимо стыдно. «Не могу в это поверить. Какая же я идиотка. Как я вообще могу называть себя его другом? Да и чьим бы то ни было другом, если я даже не удосужилась узнать о нем хоть что-то?» Она чувствовала, как ноет сердце, но это было ничто по сравнению с тяжестью в груди. «Как мне теперь снова смотреть ему в глаза?» Она продолжала идти, пока прямо перед ней не раздался характерный звук телепортации. Твайлайт медленно подняла взгляд и увидела Сансет. — Пф-ф, ты ничего не знаешь о Вэйви, а еще думаешь, что реально можешь ему помочь? У Твайлайт не было сил отвечать, и она снова повесила голову. Сансет подошла к ней и без предупреждения отвесила ей пощечину. — Я не позволю тебе стоять на пути его счастья. Он заслуживает того, чтобы быть счастливым, и никто не знает его так, как я. Я видела его боль собственными глазами, а ты — нет, — Сансет в упор смотрела на Твайлайт, не выказывая ни капли милосердия. — Так что держись от него подальше. Тебе не место рядом с ним. С этими словами Сансет направилась прочь, оставив Твайлайт одну. Но вдруг она остановилась. — Я всегда буду защищать его от тех, кто причиняет ему боль. И ты ничем не лучше тех пони, что травили его. — Я знаю… — Твайлайт не могла сдержать слез. — Но я чувствовала его боль, когда он был один. Когда он просто исчез, мне было так больно. Казалось, моё сердце разлетелось вдребезги, — она посмотрела в спину Сансет. — И я хочу быть его другом. Помогать ему в трудные времена, несмотря ни на что. Поэтому, даже если он видит во мне только друга, я приму это. Но я не позволю ему быть одиноким. Больше никогда. Сансет приложила копыто к своему шраму, вспоминая прошлое. — Нашей боли никогда не будет достаточно, — тихо произнесла она, ведя копытом вдоль шрама. — Она никогда не сравнится с тем, что пришлось вынести ему… — она опустила копыто. — Так что всё это — пустяки. — Она слегка повернулась к Твайлайт, видя «это» внутри неё благодаря своим новым очкам. — Так что не смей сравнивать его страдания со своими. Я этого не делаю, потому что его боль куда сильнее того, что чувствовала ты или я. У Твайлайт поникли уши; она вовсе не пыталась соревноваться в страданиях, но эти слова заставили её чувствовать себя еще хуже. — Я… я не это имела в виду… — Именно это, — отрезала Сансет, снова подходя к ней. Она посмотрела Твайлайт прямо в глаза, отчего та ахнула. — Ты понятия не имеешь, какой была его жизнь, и всё равно думаешь, что можешь ему помочь? Считаешь, что спустя пару часов общения знаешь его лучше, чем я? Ты ни черта не можешь сделать, но при этом имеешь наглость заявлять обратное. Слова Сансет жалили, и Твайлайт хотела что-то возразить, как-то доказать её неправоту. Но… не могла. — Вот почему ты его не заслуживаешь, — бросила Сансет, уходя. Твайлайт стояла как вкопанная, не в силах пошевелиться, пока слезы катились из глаз… но вдруг она вспомнила свой сон, ту цель, которой хотела достичь… ради него. — Ты и права, и неправа одновременно… Сансет замерла. Её уши дернулись, ловя слова Твайлайт. — Может, я и мало о нем знаю, но он действительно мой друг. Человек, которого я глубоко люблю. Да, я видела его боль. Пусть не так близко, как ты, но это не значит, что я её не заметила. Он показал мне свои шрамы, свою слабость, свою печаль, и всё же он улыбался. Но та улыбка… она была не настоящей. Это была маска, скрывающая страдания. Сансет молчала, продолжая слушать. — Я не знаю, какую именно боль он перенес, и я не сравниваю её со своей. Его боль намного больше моей… или твоей. И я хочу забрать эту боль, хочу быть рядом с ним. Сансет стиснула зубы. Это были те самые слова, которые она сама так долго хотела ему сказать. Она посмотрела на землю, вспоминая всё, через что пришлось пройти Дэю. — Вот почему я собираюсь изменить этот мир изнутри. Я буду учить пони не судить существ по их внешности. И, может быть… когда-нибудь настанет день, когда он сможет жить счастливо среди нас, без осуждения и ненависти. Вот почему… вот почему я буду стоять за него горой, несмотря ни на что. Я хочу сделать мир лучше. Ради него… Твайлайт выпрямилась, и её тело окутало мягкое сумеречное сияние в лучах заходящего солнца. Она гордилась тем, что нашла в себе силы ответить и не позволила кому-то другому решать за неё. — И ты никогда этого у меня не отнимешь. Сансет стояла неподвижно, впитывая каждое слово. Наконец она обернулась и сняла очки, явив свой холодный взгляд. Её тело тоже засияло огненным светом заката. — Ты правда думаешь, что это путь, а? Менять всё изнутри? Ты ошибаешься, — Сансет гневно сузила глаза. — Единственный способ создать мир, где он сможет жить и улыбаться — это заставить мир измениться силой! Искоренить саму причину боли! Я изменю то, как все себя ведут, и сделаю мир местом, где он сможет ходить с высоко поднятой головой! Я сделаю для этого всё, что потребуется! — Всё, что потребуется? — Твайлайт шокировано уставилась на неё. От Сансет начала исходить пугающая аура. — Абсолютно всё! Они стояли друг против друга, осознавая, что у них общая цель, но пути к ней ведут в разные стороны. — Значит, любой ценой? — Твайлайт не собиралась отступать. — Что ж, я тоже. Потому что… — …Для этого и нужны друзья. Быть рядом, даже если они этого не просят, — произнесли Твайлайт и Сансет в унисон, с удивлением посмотрев друг на друга. Они начали расходиться в разные стороны, не скрывая неприязни. Проходя мимо друг друга, они произнесли: — Значит, мы соперницы. И я не проиграю, — сказала Сансет, глядя перед собой. — Не будь так уверена. Я тоже не проиграю. Твайлайт продолжала идти, не оглядываясь на свою соперницу, и её глаза были полны решимости. — Всё ради него, — сказали они обе одновременно. ***** Прошло несколько часов, и на город опустилась ночь. Твайлайт и её подруги вовсю наслаждались вечеринкой по случаю новоселья — Мэр Понивилля по приказу Селестии выделила ей библиотеку «Золотой дуб» в качестве жилья. Спайк вернулся в Кантерлот, чтобы забрать их вещи, пока она заканчивала оформление бумаг на аренду городской библиотеки и внимательно осматривала свои новые владения. После чудесного вечера с девочками все разошлись спать, но Твайлайт всё не могла уснуть. Она смотрела на луну в ночном небе, и её мысли вновь и вновь возвращались к Сансет. «…Она тоже его любит. Она такая же, как я: готова на всё ради него, на гораздо большее, чем просто друг…» Она приложила копыто к сердцу, вспоминая свою мечту и цель. «И это нормально. Я буду рядом с ним, буду поддерживать его как друг — и этого достаточно. Если он когда-нибудь найдет ту самую единственную, и она завоюет его сердце, я пожелаю им счастья, даже если это буду не я. Так должен поступать настоящий друг, и я так и сделаю». Она закрыла глаза. — Но это не значит, что я сдаюсь прямо сейчас. Я люблю его не меньше, чем Сансет, и я не позволю ей заполучить его без боя. Твайлайт открыла глаза — решительная и готовая к действию. «Я изменю этот мир и покажу ему будущее. И, надеюсь, когда-нибудь наступит день, когда он обретет счастье и… любовь…» ***** Тем временем в доме Дэя Сансет, раскрасневшись, устраивалась на полу с подушкой. — Не верится, что ты захотел устроить ночёвку в нашем-то возрасте. — А что не так с ночёвками? — спросил Дэй, приподнявшись на кровати и глядя на неё сверху вниз. — Для них не бывает «слишком поздно». Это же весело… ну, по крайней мере, так всегда говорит Пинки. Сансет закатила глаза, но улыбнулась: — Наверное. Не буду врать — я и правда скучала по тем временам, когда мы вот так засыпали в одной комнате. Дэй усмехнулся: — Да. Здорово тогда было, правда? Сансет посмотрела на него: — Да, очень. — Она закрыла глаза. — Спокойной ночи, Вэйви. Дэй снова лег и тоже закрыл глаза. — Спокойной. Только постарайся не храпеть так громко, как ты обычно это делаешь, — он рассмеялся, но тут же почувствовал, как в лицо ему прилетела подушка. — Замолчи! Я не храплю! Это ты дрыхнешь и сопишь, как жирный дракон! Они оба рассмеялись, затеяв небольшую битву подушками. Когда Дэй наконец улегся и попытался уснуть, он не мог перестать беспокоиться о Твайлайт. Она выглядела такой напуганной, когда не смогла ответить на те вопросы. «Надеюсь, она не возненавидела меня за то, что я так мало рассказывал о себе…» Дэй и сам не заметил, как снова взялся за старое: начал винить во всём себя. Он постепенно погружался в сон, не осознавая, как сильно разросся его шрам… ***** Несколько часов спустя Сансет проснулась от какого-то шума. Сверху доносились звуки борьбы и глухие удары. — Вэйви? Она села, и её сердце ушло в пятки при виде него. Он обливался потом и тяжело дышал, будто после долгого бега. Его тело дрожало, глаза были плотно зажмурены — казалось, ему снится плохой сон… нет, это был настоящий кошмар. — Прости… — бормотал он. — Хватит… больно… Сансет мигом запрыгнула к нему на кровать. Она призвала свои очки и надела их. Теперь она видела его кошмары; видела то, что терзало его прямо сейчас. Теневые пони били его копытами и палили заклинаниями, проклиная за то, кто он есть. — …Вэйви. Сансет переключила очки в режим «Найтмер Мун». Она вытянула кошмары из его сознания и впитала их в себя. Дэй наконец затих, погрузившись в безмятежный сон. — Вот и хорошо… Сансет снова посмотрела на него. В его душе она не видела ничего, кроме доброты. Она вспомнила, как смотрела через эти очки на Селестию: видела кошмары, видела уродливую сторону своей бывшей наставницы. Видела грызущее ту сожаление. — Я вижу кошмары каждого. Вижу их самые мрачные секреты, их сокровенные страхи. У всех есть темная сторона, и это зрелище лишь показало мне, насколько слабой была Селестия на самом деле. Но… Она видела его сон. Видела, насколько он отличался. Его кошмар был пропитан ненавистью, яростью и болью — бесконечной болью… направленной на самого себя. — Это несправедливо. Почему его страхи настолько хуже? Это травма или его судьба — страдать вот так? Она медленно протянула руку и коснулась его щеки, чувствуя жар его тела. — Как ты можешь быть таким добрым, когда всё, что ты чувствуешь — это боль? Я не прощу тех, кто сделал это с тобой. Кто причинил тебе боль. Кто превратил тебя в это… Сансет была полна решимости. Она крепко прижала Дэя к себе. — Я не позволю этому повториться. Никогда больше. Ей было плевать на других, плевать на свою жизнь. Всё, что имело значение — это он. *«И когда-нибудь ты это поймешь. Я единственная, кто может сделать тебя счастливым. Ты мой, и только мой».* Она поцеловала его в щеку и прошептала на ухо, что он в безопасности, что больше никто не причинит ему вреда. Вскоре и она начала засыпать… и страдать во сне. В своем сновидении она заняла место Дэя в его кошмаре. Она принимала на себя всю ту боль, что он испытывал каждый божий день. — Ты заслужил это! — Монстр! — Тебя не должно существовать! — Умри! Сансет принимала всё. Она впитывала всё это страдание. — Этой боли никогда не будет достаточно, — прошептала она, чувствуя удары копыт и магические лучи, прошивающие её тело в полной темноте. — Так что это — пустяки. Она принимала это, как и обещала — ради него. И пока она страдала, в глубине мира снов она увидела фигуру. Она знала, кто это, и обратилась к ней: — Ты нашел его? Следующий фрагмент, который поможет превратить этот уродливый мир в нечто лучшее? — Она услышала ответ. Сансет улыбнулась, хотя по её лицу начала сочиться кровь. — Хорошо. Еще один шаг к созданию идеального мира для Вэйви. — Она увидела, как фигура потянулась к ней, но оттолкнула руку. — Не беспокойся обо мне, я справлюсь. Ты должен найти остальные части, и тогда мы начнем. Пожалуйста, не волнуйся за меня. Просто найди их… мой друг. Фигура попыталась что-то сказать, но она оборвала её. — Эту боль я с радостью приму за него, — она услышала немой вопрос «почему», будто фигура хотела напомнить ей, ради чего всё это. — Потому что он мой… В реальном мире Сансет содрогалась от боли, но постепенно начала успокаиваться: Дэй проснулся от её движений и крепко обнял её в ответ. Он был шокирован тем, что она оказалась в его постели, но, видя, что ей снится кошмар, тут же забыл об этом. Он хотел только одного — чтобы ей стало легче. — Санни, — прошептал он, прижимая её к себе. Сансет перестала дрожать и мирно уснула, чувствуя его тепло. — …мой лучший друг. Я… люблю его. **Конец 10-й главы**