Подарок судьбы

      Мастер зелий обошёл весь рынок методично собирая информацию по ассортименту, ценам и так далее. В общем-то нетипичное для него поведение, поскольку волшебник всё равно старался как можно меньше времени проводить среди маглов, но сейчас требовалось чуть остудить кипящий внутри котёл чувств. Здесь, среди множества незнакомцев с их формальной вежливостью, это было сделать легче всего. Никто не смотрел с недоверием, не выныривал с неудобными или провокационными вопросами, не лез в душу.       Последнее сложнейшее зелье придётся, по-видимому, просто вылить на землю. Не выдержав то ли собственных неумолкающих сомнений, то ли давления общественного мнения часть и так немногочисленных заказчиков стали отказываться от сотрудничества. Хуже было то, что по умолчанию предполагалось будто зельевары создают заказы из собственных ресурсов, а полученные деньги помимо самой работы перекрывают и затраты на ингредиенты. Поэтому, когда кто-то отказывается от уже готового варева, это оборачивается просто чудовищными убытками.       – Эти огурцы вам чем-то персонально насолили?       Снейп медленно повернулся к говорившей и встретил привычный ехидный взгляд своей бывшей сиделки.       – Ещё немного и они воспламенятся под этим взглядом, – безмятежно продолжила Берта, игнорируя хмурое выражение лица собеседника.       – Сами-то не боитесь? – фыркнул Снейп. – И какими судьбами вы здесь?       – Я полукровка и не считаю зазорным жить на оба мира. Мне нравится и там, и там. Количество идиотов примерно одинаковое, как и нормальных людей коих, слава Богу, большинство.       – Неужели?       – Да. Просто хороших людей отпугивает такое кислое выражение лица и испепеляющий взгляд. В отличие от огурцов, живые существа обычно инстинктивно отползают в сторону, прочь от источника опасности.       Мастер зелий, к облегчению продавца, отошёл от прилавка, чтобы не делать дальнейший разговор достоянием посторонних.       – Что ж, не буду нервировать несчастные овощи и их владельца.       Миссис Паддик окинула Северуса внимательным взглядом:       – Нервировать овощи не нужно, а вот есть их желательно. Что-то вы опять превращаетесь в бледную немочь. Аллергия на солнце? Бесконечная любовь к сырым и тёмным подземельям? Желание забиться в норку?       Маг недовольно посмотрел на неё:       – Второе, но с оговорками. Подземелья могут быть и сухими, знаете ли. Я, кстати, думал, что ваша вредность – это такая роль, припасённая для пациентов, но теперь вижу, что это свойство характера: совать нос куда не просят.       Женщина широко улыбнулась:       – Так и есть, однако меня правда злит, когда пациент выбрасывает усилия целителей на помойку. Что плохого в хорошем самочувствии? Так ли уж нужно доводить себя до ручки, пускай и по привычке? И да, это не моё дело, но от лекции вы всё равно не отвертитесь.       Северус закатил глаза, а потом быстро завернул за угол в тёмный закуток, скрываясь от людских глаз, и трансгрессировал в привычный лес. Сзади снова раздался голос:       – Так на чём я остановилась?       Возмущённый зельевар резко развернулся к невозмутимой медиведьме, выпустившей из рук край пиджака. Видимо, несносная женщина повторила его маневр и умудрилась ухватиться за одежду, переместившись вместе с Северусом.       Сначала его охватило жгучее желание использовать какую-нибудь чёрную магию на неугомонной чародейке, он даже нацелил волшебную палочку на источник раздражения, но Берта посмотрела на неё с таким скепсисом, что опомнившийся зельевар бессильно опустил руку, а затем совершенно неожиданно для себя расхохотался. Он всё смеялся и смеялся, не в силах остановиться, чувствуя, как потихоньку отпускает напряжение последних недель.       Когда Снейп более-менее успокоился, то принял предложение миссис Паддик отправиться в старый малопосещаемый парк, располагавшийся относительно недалеко от его дома. Там пришлось выслушать обещанную лекцию, а потом они просто болтали о том, о сём. Северус оказывается не отдавал себе отчёта насколько соскучился по такому доброму общению. «Вот тебе и одиночка, которому никто не нужен», – саркастически попенял сам себе мастер зелий. В конце Берта всучила ему корзинку с различными овощами-фруктами, взяла обещание выбираться на свежий воздух, причём не только для сбора трав и уверила, что всё будет в конечном счёте хорошо. Северус на это лишь снова возвел очи горе, но спорить не стал, не хотелось изгонять поселившееся в душе умиротворение, каким бы кратким оно ни было.       Сириус кинул на стол очередной номер «Пророка», в стопку уже прочитанных. Он и не предполагал, что всё так плохо. Подавляющее количество материала, между прочим, подавалось правдиво и взвешенно, но было исключение из правил. Неугомонная Рита Скитер, с упорством достойным лучшего применения, сосредоточилась на единственном полностью оправданном Пожирателе смерти – Северусе Снейпе. О, прямых обвинений в чём-либо там не было, просто намёки да предположения, выглядящие очень правдоподобно. И всё это под соусом искренней заботы об общем благе, фальшивых призывов к бдительности «в это непростое время». Ловко устроилась. И вряд ли журналистка трудится бескорыстно, слишком узкий фокус внимания. То ли опять пытается подняться на интригах и скандалах, то ли отрабатывает чей-то заказ.       Да и эти активировавшиеся по всей стране борцы за добро и справедливость, постоянно вынюхивающие «преступников, которые могли уйти от возмездия», подогреваемые в том числе и такими статьями. Во времена поганого недоящера столь нездоровой активности у этих «правдолюбов» не наблюдалось.       Стоило признать, что цель выбрана грамотно. Писать что-то негативное в адрес победителя Волдеморта и его соратников было не принято, Рита больше не задевала даже Дамблдора, а вот мастер зелий стоял особняком среди этого сонма защитников. Занятые ворохом разных дел члены Ордена Феникса упустили из виду эту мягкую неочевидную атаку на одного из своих. К тому же Снейп никогда не был близок ни к одному из них, чаще всего намеренно отталкивая от себя соратников, а после победы вообще исчез из поля зрения. Пожалуй, лишь Гарри с подачи Гермионы обратил внимание на провокационные публикации, но где находится зельевар он тоже не знал, чем помочь не представлял. Только поделился своими тревогами с крёстным.       Золотое трио принимало живое участие в восстановлении Хогвартса, также они решили закончить школу, тем более Макгонагалл заявила о повторном обучении всех курсов чьё время пришлось на тот несчастливый год. Это означало, что все, кто тогда учились не перейдут на следующий курс, а будут заново проходить соответствующую программу, естественно без нововведений, привнесённых волей Тёмного лорда. К ним прибавятся те, кого тем или иным образом лишили возможности посещать Хогвартс, а также чудовищно разрастётся первый курс, в который войдёт и новое поступление одиннадцатилетних ребят и девчонок. Всё это создавало дополнительную нагрузку, оттягивающую на себя львиную долю внимания.       В общем, оказалось только Блэк и озаботился в конечном итоге защитой Снейпа на практике, если, конечно, удастся его найти. Но Сириус тоже не мог бросить на это все силы. Он и Ремус занимались проектом реабилитации оборотней, на что также требуется внимание, время и средства. Впрочем, он попытается. Ещё бы знать где начинать поиски...

***

      

      Сириус отменил последний заказ на Волчье зелье. Рекомендованный зельевар не оправдал ожиданий: результат его трудов в предыдущей партии имел низкую действенность и побочные эффекты в виде тошноты и спутанности сознания. Хорошо ещё, что зелье полагалось пить за неделю до полнолуния и Ремус быстро понял, что не так. Придётся Блэку и Люпину варить Успокаивающее, которое хорошо зарекомендовало себя ранее, если не удастся быстро добыть необходимого мастера зелий.       Поиски нормального специалиста привели анимага к жилищу какого-то грубоватого неряхи, не вызвавшего у Блэка доверия. Очередная рекомендация оказалась пустышкой, видимо, придётся обращаться к более дальним вариантам, проявившим себя во время летних странствий по кланам оборотней.       Ворчащий себе под нос волшебник вышел из грязного подвала на улицу и столкнулся с высокой статной женщиной.       – Ещё один бывший пациент лазает по подземельям. Всем резко разонравился свежий воздух? – поинтересовалась та.       – Берта, – улыбнулся Сириус. – Рад тебя видеть. Нет, меня не тянет во тьму и тесные пространства. Наоборот.       Чародейка внимательно его оглядела:       – Вижу. Молодец, в отличие от некоторых.       – От кого? Кого из бывших ты ещё встретила? Меняешь нас как перчатки, не уследишь за тобой, – усмехнулся анимаг.       Берта погрозила ему пальцем, хотя глаза её смеялись:       – Но-но, молодой человек! Без вольностей. Северуса Снейпа я встретила.       Блэк весь подобрался:       – Снейпа? А где?       – На местном магловском рынке. Хожу туда иногда и сама не ожидала.       Тут медиведьма обратила внимание на жадный интерес собеседника и замолчала.       – Знаешь, где он живёт? Мне нужно с ним поговорить, – стал допытываться Блэк.       Та вздохнула:       – Точно не знаю, а если бы и знала не стала рассказывать без спроса. Он явно не настроен на общение.       – Берта! Не иди по стопам Дамблдора, прошу тебя! – простонал анимаг. – Я просто хочу поговорить. Если Снейп выставит меня вон, настаивать не буду.       Волшебница заколебалась, но затем покачала головой:       – Если встречу ещё раз, обязательно спрошу, как он относится к твоему желанию пообщаться. А пока не могу ничего сказать, извини.       Сириус мысленно взвыл, но не стал настаивать.       – Ладно... Как у тебя дела, что нового? Это надеюсь не секрет? – хмыкнул маг.       – Не секрет. Что ж, слушай коль не шутишь, – улыбнулась Берта.       Чёрный пёс последовательно и неустанно обнюхивал очередной поисковый квадрат. Загодя Блэк сгонял в Министерство, где выбил из не столь принципиального как миссис Паддик сотрудника её адрес, по счастью известный, после чего разметил на карте районы поиска, отдавая предпочтение рынкам, и принялся за дело. Занимался он им уже неделю, чередуя с другими насущными хлопотами.       Сегодня он слишком увлёкся, пользуясь тем, что оборотни после полнолуния сутки были на постельном режиме, а новые пока не прибывали. От разнообразных запахов уже кружилась голова и собака побрела в сторону старого заброшенного парка, чтобы немного прийти в себя. Здесь было тихо и безлюдно. Около покосившейся скамейки на берегу небольшого прудика пёс на минутку присел и тут порыв ветра взъерошил траву и дунул пылью со скамейки прямо в нос. Уши встали торчком – знакомый запах! Вновь воспрянувший духом Бродяга пошёл по следу.       На стук никто не отозвался. Анимаг попробовал ещё раз... и ещё... и ещё... Наконец, не выдержав, заорал:       – Снейп, открывай! Надо поговорить!       Тишина.       – Я знаю, что ты там! Открой дверь!!!       Блэк подождал ещё немного.       – Знаешь, я тут решил научиться играть на гитаре... и петь! Здесь в общем-то хорошее место для тренировок. Никого кроме тебя не потревожу!!!       Лёгкое дуновение воздуха и анимаг отклонился в сторону, пропуская пронёсшееся прямо через преграду заклинание.       – Мимо!!! – с нескрываемым удовольствием оповестил он хозяина дома.       Послышались шаги и дверь резко распахнулась. На пороге стоял злой как чёрт зельевар со взятой наизготовку палочкой:       – Хватит вопить.       – Привет, – нормальным голосом ответил Сириус. – Нужно поговорить, я не займу много времени. Пустишь?       Чёрные глаза опасно прищурились.       – Заходи, – тихим вкрадчивым голосом ответствовал Снейп, посторонившись.       Мысленно подобравшись и подключив своё «особое» зрение анимаг прошёл в крохотную гостиную. Дверь за спиной мягко захлопнулась, а Блэк мгновенно присел, одновременно разворачиваясь лицом к противнику. Над головой просвистел Петрификус Тоталус. Ожидаемо.       Анимаг не стал доставать волшебную палочку, а принялся бодро уворачиваться от летящих в него проклятий. Наконец он спрятался за диваном. Несколько выдохшийся, но настроенный решительно зельевар обошёл предмет обстановки и наткнулся на сидящего на полу здоровенного чёрного пса, изо всех сил старавшегося выглядеть грустным и безобидным. Виновато прижатые к голове ушки, подобранный под себя хвост, жалостливый взгляд тёмных глаз, тихо сопящий чёрный нос. В общем-то, это был риск и немалый, но сработало. Снейп застыл, прожигая собаку взглядом. Крепко сжатые напряжённые пальцы, держащие палочку, расслабились. Зельевар покачал головой и устало бросил:       – Клоун...       После чего спрятал своё волшебное оружие и хмуро сел в кресло.       Бродяга рискнул выбраться из укрытия, неуверенно вильнул хвостом.       – Превращайся и садись, – раздражённо махнул рукой Снейп. – Говори, что хотел и убирайся.       – Вовсе незачем так злиться, – заметил Сириус. – Я пришёл с миром.       – Как ты меня нашёл?       – Это было нелегко. Никто из тех, кто мог знать что-то конкретное не желал делиться информацией. И Альбус, и Берта отказались говорить, дескать ты не желаешь ни с кем общаться, а захочешь так сам и появишься.       – Ты знаешь Берту? – удивился Снейп.       – Она приглядывала за мной в больнице, куда меня отправили невыразимцы. Милая леди, но невероятно упрямая.       – Милая? – фыркнул зельевар.       – Ну, я не пытался с ней сражаться, был очень покладистым пациентом, в отличие от некоторых, – ответная улыбка Сириуса была полна беззлобной иронии.       Взгляд Снейпа задержался на его губах, а потом мастер зелий снова помрачнел.       – Пришлось немало побегать, вынюхивая тебя, – продолжил анимаг. – Но, в конце концов, удача мне улыбнулась.       – Зачем я тебе сдался? – напряжённо спросил Снейп. – Хочешь предъявить претензии за плен? Выставить счёт за моё спасение и исцеление?       – Ничего подобного, – покачал головой Сириус. – То, что ты жив и на ногах – моя благодарность за спасение из огня, за твои усилия по защите Гарри, за жертвы понесённые во имя победы нашей стороны. Ты ничего мне не должен, даже напротив. А искал я тебя, чтобы предложить работу. Вот и всё, никаких скрытых мотивов.       В чёрных глазах промелькнуло удивление.       – Что за работа?       – По твоему профилю. Мне необходим мастер зелий, способный варить сложные составы, в частности Волчье зелье, в больших количествах. Я и Ремус пытаемся вернуть оборотней в волшебное сообщество, при этом облегчив их жизнь и обезопасив обычных магов от ежемесячного безумия вервольфов.       Снейп подозрительно прищурился:       – И ты решил обратиться с этим ко мне? Почему?       – По рекомендации Ремуса. Мы много у кого заказывали Волчье зелье, есть с чем сравнивать. Пока что по субъективным ощущениям моего друга твой вариант лучший. К тому же я надеялся, что ты сможешь, используя свой гений в зельеварении преодолеть некоторые его недостатки, например, малый срок хранения. Вдруг его можно увеличить.       – Хм, не думаю, что Дамокл Белби положительно отнесётся к тому, что незнакомый специалист будет модифицировать придуманное им зелье. И с чего ты взял, что я какой-то там гений?       – Я выкупил права на противоядие от оборотничьего безумия у его создателя, так что проблем быть не может. Ну а твой талант подтверждается моими воспоминаниями и заметками в одном старом учебнике, чей владелец называл себя Принцем-полукровкой. Как-то он попал к Гарри, что и позволило крестнику блистать на уроках Слизнорта на шестом курсе.       Анимаг замолчал, а Снейп некоторое время сидел, переваривая обрушившуюся на него информацию.       – Соглашайся, – продолжил Блэк. – У тебя будет стабильный доход, своя лаборатория, возможность создавать новые зелья. Я не против, если ты решишь брать заказы со стороны, при условии, что они не будут отвлекать тебя от основной работы. Можешь перебраться в мой особняк: он теперь виден на картах, однако по-прежнему находится под сильной защитой, просто так в него не войдёшь.       – Предлагаешь переселиться к тебе и жить в доме полном оборотней? Нет, спасибо, – с нескрываемым сарказмом в голосе процедил Снейп.       Серьёзный открытый взгляд Сириуса не изменился:       – Это необязательно, просто предложил. Понятно, что в своём доме тебе уютнее. И они люди, Северус, просто люди, над которыми довлеет страшное неизлечимое проклятие.       Вновь воцарилось молчание.       – У меня есть время подумать? – поинтересовался мастер зелий.       – Да, – откликнулся анимаг, – где-то до следующего полнолуния. Мне бы хотелось заполучить именно тебя, поскольку я верю, что в случае добровольного согласия ты ответственно и добросовестно подойдёшь к возложенным задачам. Не предашь и не будешь работать спустя рукава. Однако на мне лежит ответственность за благополучие доверившихся мне людей, бесконечно ждать не могу и, если начну сотрудничать с кем-то другим тоже неправильно будет давать им отворот-поворот просто так.       – Я понял тебя, – задумчиво протянул Снейп. – Если решу принять предложение, пришлю сообщение в течение нескольких дней.       – Договорились, – кивнул Блэк.       Взгляд анимага заскользил по окружающей обстановке. Снейп усмехнулся:       – Тебе пора.       – Да, конечно, – откликнулся собеседник, вставая. – Кстати, здорово, что выбираешься хотя бы в парк. Отличное местечко.       Зельевар закатил глаза:       – Вот только от тебя мне не хватало выслушивать лекции о пользе свежего воздуха.       Сириус негромко рассмеялся:       – Дурное влияние Берты. Но действительно, не стоит рушить усилия целителей. Вопреки всему ты выжил и несмотря на непредсказуемость будущего всё ещё можешь прожить долгую-долгую жизнь, хочешь ты того или нет. И всяко лучше на склоне лет оставаться крепким деятельным стариком, а не зависящей от других развалиной. Наплевательское же отношение к здоровью вполне может привести к потере самостоятельности, что, как мне кажется, для тебя неприемлемо. Уж слишком ты дорожишь своей независимостью. Ничего не отвечай, просто подумай.       Несмотря на внутреннюю вредность и желание поступить назло Северус потихоньку стал приучать себя заботиться о теле. Не то, чтобы он раньше совсем небрежно относился к здоровью, но всё-таки в этом плане просто плыл по течению, не прилагая усилий, безжалостно эксплуатируя внутренние ресурсы, если было нужно для дела. Однако слова и Берты, и Блэка заставили задуматься. На самом деле хорошее самочувствие после Мунго и исчезновение некоторых ранее донимавших проблем ему нравились. Нормальный цвет кожи, здоровые волосы и так далее радовали, хоть он и старался почему-то скрыть это даже от самого себя. Наконец признал: поправленное здоровье обернулось безусловным благом и как для всех сто́ящих вещей для его поддержания необходимо прилагать усилия. Так что, Северус скорректировал свой режим и питание, и всё больше времени проводил снаружи.       Параллельно мучительно думал над предложением Блэка, взвешивая все за и против. Само оно было, приходилось признать, отличным. Перед уходом анимага, уводя разговор от темы здоровья зельевар уточнил несколько моментов этого безусловно щедрого приглашения и нашёл что его всё устраивает. Если бы не одно но – сам Блэк. А точнее испытываемые Северусом чувства. Они никуда не делись, ожили и окрепли едва он увидел чёртову псину. Вернулись красочные сны. Северус по-прежнему любовался Сириусом, хотел его, и совершенно не представлял как будет работать с ним бок о бок, изо дня в день. Поселиться в особняке Блэков? Исключено.       И всё же, спустя всего лишь три дня Снейп поддался искушению. Он устал: от враждебного отношения, периодически поступающих угроз, от безделья, безденежья и одиночества. Может если они будут часто видеться, то Сириус в конце концов ему примелькается, или станет раздражать, или вызовет разочарование, и чувства сойдут на нет.

***

      

      Лора с серьёзным видом раскладывала травы по пакетикам под взглядом внимательных чёрных глаз. Снейп, честно говоря, не ожидал найти реальную помощь у оборотней, в том числе и у их детей, даже не обращённых. По зрелому размышлению удивляться тут было нечему: не имея доступа к передовым достижениям грамотных магов-целителей вервольфы выкручивались как могли. Знахарство, лечение с помощью трав процветало. А ещё помогал замечательный нюх, слабо, но всё же сохраняющийся и в человеческой форме. К тому же, что Северусу очень нравилось, волкодлаки и иже с ними, примкнувшие к Блэку были жадны до знаний – все, от мала до велика. Таких прилежных учеников ещё поискать.       Сначала мастер зелий просто выполнял свою работу, потихоньку всё ближе знакомясь с окружающими. Потом заказанная партия редких кореньев не пришла к сроку, а Маркус и Дарина вдруг заявили, что знают где их можно достать. Явились через день, грязные и усталые после беготни по осеннему лесу, но довольные. И такого качественного материала Северус не видел уже давно. Дальше – больше. Дошло до того, что огромную часть ингредиентов, причём не только травы, стали добывать своими силами – лёгкие на подъём, привыкшие к кочевому образу жизни вервольфы были отличными поисковиками. А затем оборотни начали помогать варить зелья, жадно впитывая новые сведения. Кто-то, как дочь деревенской знахарки Дарина, многому научившаяся у пожилой матери до её смерти и своего обращения, обладали бо́льшим набором знаний, кто-то меньшим, но энтузиазм, внимательность и скрупулезность были присущи всем.       Блэк умудрился наладить поставки избыточно собираемых компонентов в магические лавки, а их высокое качество позволяло успешно конкурировать с другими поставщиками. Получающие за свои труды первые деньги оборотни радовались заработанному как дети. Поскольку пока предпринимались лишь начальные робкие шаги в деле изменения мнения о вервольфах массово выйти в общество не представлялось разумным решением, но отдельно отряжаемые представители успешно отоваривались в обычных магазинах по поручениям сородичей.       В конце октября в Хогвартсе состоялся Вечер Памяти. Министерство магии в основном наладило свою работу, большинство подельников Волдеморта было схвачено без устали работающими мракоборцами и настала пора подвести первые итоги, помянуть погибших и наградить выживших. Снейп получил Орден Мерлина – горько-сладкая награда за труды – и вопреки опасениям у собравшихся не возникло даже косого взгляда в его сторону, что не могло не радовать. Орден Ремуса, с ведома и согласия оборотня, стали эксплуатировать в прессе как повод поговорить о проявленном мужестве отдельно взятого вервольфа, с вполне явно читаемым сожалением о его преследовании и невозможности нормально жить из-за несправедливых дискриминационных законов. Также вбрасывалась мысль сколько ещё достойных членов общества можно обрести если не идти на поводу у предубеждений. Столь закрытому человеку как Люпин такое повышенное внимание обернулось испытанием для нервов, но тот, сжав зубы, держался. Снейп даже ловил себя на мысли, что искренне сочувствует волкодлаку. Вот и сейчас, Блэк и Люпин присутствуют на каком-то открытом сборище, отстаивая свои идеи, и хорошо, что Северусу туда не надо.       Сириус обстоятельно и выдержанно отвечал на возникшие вопросы. Ремус за его спиной в основном молчал, но анимаг не настаивал, другу и так было нелегко.       Из дальних рядов поднялась женщина средних лет и решительным шагом направилась к приятелям, на её лице горел гнев, в глазах стояли слёзы. Блэк безмолвно ожидал, что будет дальше. Все присутствующие также насторожились.       – Какая вдохновляющая защитная речь, – с горечью начала чародейка, остановившись за пару метров от них. – А что делать тем, кто потерял своих близких от зубов ваших замечательных подопечных? Ах да, вы всех их тщательно проверяете при поступлении и убийц людей среди них нет. Пока! Волчье зелье позволяет сохранять рассудок? И что? Оно только делает их более опасными! Облегчает охоту!!!       Сзади к ней подскочили две девушки.       – Мама, не надо, – взволнованно зашептали они.       Та стряхнула ласковые руки, продолжая с вызовом глядеть на Сириуса.       – Кто у вас погиб? – тихо спросил анимаг.       – Мой сын! – заплакала женщина. – Ему было только пять лет. Пять! Сивый напал на него и то, что вы его уничтожили не даёт... не даёт вам право... никакого права защищать этих тварей!       – Не я убил Сивого, – по-прежнему спокойно промолвил Блэк. – Его отправил на тот свет оборотень, один из его жертв, которого покусали в детстве.       Женщина замолчала от неожиданности. На плечо Блэка опустилась рука, анимаг понятливо кивнул и отошёл в сторону. Ремус посмотрел на напряжённо замерших за спиной чародейки девушек и перевёл взгляд на неё:       – Миссис Монтгомери, так? - спросил он.       Та кивнула.       – Фенрира Сивого убил я, – продолжил Люпин. – Я тоже оборотень. Был покусан Сивым в качестве мести моему отцу за необдуманные, но справедливые слова. Мне было пять лет.       Волшебница задохнулась от ужаса и закрыла рот дрожащей рукой.       – Мне очень жаль вашего сына и поверьте, помня момент нападения я очень хорошо понимаю, что он тогда испытал. В отличие от него мне повезло выжить... родители поддержали меня... впоследствии я даже нашёл друзей, не отвернувшихся от меня, когда они узнали правду... но не всегда мне... не всегда мне было легко... я понимаю... простите... мне, правда, жаль...       Тишину в зале можно было резать ножом. Блэк встал рядом с другом, плечом к плечу.       – Простите, миссис Монтгомери, если в моих словах вы услышали оправдание людских смертей. Я этого не хотел, – начал анимаг. – Нет прощенья подобным Фенриру, но не все такие... даже так, большинство совсем не такие. Мой друг с трудом, но смог более-менее вписаться в магическое сообщество благодаря помощи и поддержке близких, и своему невероятному упрямству. Его травили по всем направлениям, а он упорно продолжал жить по совести, неся при этом бремя вины за то, в чём совершенно не виноват.       Чародейка шмыгнула носом и с задержкой, но взяла предложенный Блэком платок. Анимаг сочувственно смотрел прямо в покрасневшие полные слёз глаза:       – Если бы ваш малыш выжил, хотели ли бы вы для него судьбу изгоя? Я думаю, ваша семья поддержала бы его, не отказалась как многие другие, но он был бы лишён возможности нормально учиться, ему бы не позволили работать, да даже просто спокойно жить. Вот против чего мы выступаем... Простите, что причинили боль.       Женщина вытерла заплаканное лицо и подняла на друзей неуверенный взгляд:       – Мне... мне надо подумать.       – Конечно, – кивнул Сириус. – Это то, что мы хотим, чтобы люди задумались. А какие выводы будут сделаны каждый решит для себя самостоятельно.       Миссис Монтгомери кивнула, затем посмотрела на Ремуса:       – Простите меня... накинулась не разобравшись.       – Ничего, – слабо улыбнулся оборотень. – Я понимаю вас.       Больше никаких происшествий не было. Ремус опять укрылся за спиной Сириуса, позволяя ему и дальше вести беседу. Спустя ещё полчаса все в задумчивости разошлись. Блэк посмотрел на бледного замкнувшегося в себе Люпина и неожиданно схватив его переместился прямиком к Министерству.       – Ты что, – изумлённо вскинулся очнувшийся оборотень.       – У твоей жены как раз закончилось дежурство, – невозмутимо ответил анимаг. – И если она не воспользуется выходами внутри здания, то... А вот и она. Дора, привет!       Появившаяся из входных дверей метаморф увидела машущего ей рукой анимага и быстро сбежала вниз по широким ступеням.       – Привет! Что случилось?       – Вручаю тебе твоего благоверного и советую прогуляться, а что случилось пусть сам рассказывает.       Северус столкнулся со входящим в дом анимагом. Оглядел уставшего хозяина особняка:       – М-да, Блэк, выглядишь ужасно.       – Спасибо за откровенность, Снейп. Чувствую себя немногим лучше, – вяло усмехнулся Сириус.       – Настолько погано прошло? – полюбопытствовал зельевар.       – Всё неплохо, на самом деле, но я здорово вымотался, больше морально, чем физически, – пожал тот плечами. – Собираешься домой?       – Да... Кстати, вспомнил одну вещь. Я как-то вынес из твоей спальни несколько листов с непереводимыми письменами, да так и не разгадал эту головоломку. Я верну их завтра.       – А, это когда ты устраивал тут обыск, – прищурился анимаг. – Слушай, давай ты мне их сейчас отдашь. Дело пары трансгрессий.       – Ладно, пошли.       Переместившиеся в Паучий тупик чародеи оказались совершенно не готовы к виду полыхающего огнём дома, да объятого не простым, а Адским пламенем.       – Что за... – раскрыл рот анимаг. – Эй, ты куда!       – Книги! – прошипел кинувшийся вперёд Снейп, на ходу окутывая себя соответствующей защитой. Блэк бросился за ним.       Оказавшись внутри оба мага соорудили двойную защиту ещё уцелевших полок и оперативно принялись уменьшать старинные тома, раскидывая по карманам. Затем вырвались из огненного ада и возведя вокруг здания магический барьер попытались потушить заклятое пламя. Чудовища, сердито ворча, уворачивались от пущенных в них заклинаний. Буквально через пару минут на улице оказались вызванные Патронусом Блэка мракоборцы. Совместными усилиями удалось уничтожить Адское пламя и скрыть произошедшее от маглов: хоть и окраина, где почти никого не бывает, но всё же задворки достаточно большого города.       Потом находящийся в ступоре мало на что реагирующий мастер зелий давал кажущиеся ему бессмысленными показания, вполуха слушая назначенного ему следователя.       На стоящий рядом стул приземлился Сириус, и Северус нехотя повернул к нему голову:       – На тех листах было записано что-то важное?       – Нет, – отмахнулся анимаг. – Это копия, оригинальные знания хранятся в библиотеке особняка. Туда можем поместить на время и твои книги.       – Хорошо, – безо всякого выражения отозвался Северус.       – Мы найдём поджигателей, – заверил Сириус.       – А смысл? Зачем ломать жизнь доблестным борцам со злом.       Его слова жутко не понравились собеседнику.       – Надеюсь, это сарказм! Невелика доблесть травить из-за угла. Мы ведь были недавно на вечере памяти, где присутствовали реальные воины и герои. Хоть кто-то бросил на тебя один-единственный неодобрительный взгляд? Усомнился в твоём праве находиться там? Нет.       – Присутствовала некоторая настороженность, – протянул Снейп.       – Что могу сказать, репутация язвительного и опасного волшебника, ничего не поделаешь, – развёл руками Блэк. – А эти «борцы» просто трусы. Где они были раньше? С такой храброй принципиальной армией Волдеморта и его прихлебателей просто бы не допустили до власти, не дали закрепиться. Однако предполагаю, что они все дрожа сидели по домам, не решаясь пикнуть, а то и активно поддерживали всяких сволочей.       – А может ошибаешься ты, Блэк? – устало вопросил зельевар. – Может это чародеи, пострадавшие от рук Пожирателей смерти. При Тёмном лорде они ничего не могли поделать даже если старались, а теперь просто восстанавливают справедливость. Как могут, как её понимают...       – Спорим? – прорычал анимаг.       – На что? – фыркнул Северус.       – Если прав ты, то я оплачу любое жильё для тебя, вплоть до восстановления старого дома или покупки нового. Если же я, то ты без разговоров отправляешься под защиту особняка Блэков. Свободные комнаты там есть. Ну?       – Хорошо, спорим... – сдался полностью лишённый сейчас каких-либо моральных сил чародей.       Сириус резко поднялся.       – Куда ты? – вяло удивился зельевар.       – Пойду, поработаю служебной овчаркой, – высказался анимаг и ушёл.       Чёртова псина оказалась права. Молодчиков нашли, проверили и схватились за головы, такой за ними тянулся шлейф мелких и крупных пакостей. Когда же соседи пойманных магов убедились, что за них принялись всерьёз, открылся настоящий ящик Пандоры. Ушлые «правдолюбы» в своё время активно поддерживали Тёмного лорда, ратовали за чистоту крови коей у них самих не было и в помине, но меток Пожирателей не удостаивались (тогда таких пособников у Волдеморта было как грязи под ногами), а после поражения злого властелина быстро переменились и заделались чуть ли не мракоборцами. Все всё видели, но рассказывать правду в таких маленьких сообществах, находящихся вдалеке от столицы себе дороже. Зато теперь бедные зашуганные бандой маги стремились поведать всё, буквально требовали допрашивать их под сывороткой правды, чтобы никакие адвокаты не смогли усомниться в их свидетельских показаниях. А дело раскручивалось серьёзное: использование безумно опасного Адского пламени, да ещё в чисто магловском городе, отдельные родившиеся там полукровки не в счёт.       Блэк предложил Шеклболту обратить пристальное внимание не только на этот случай, но и вообще на распоясавшееся движение народных мстителей. Тот мрачно согласился, что да, следует, иначе можно дойти до большой беды. Затем они разработали основы плана по разоблачению таких шаек в прессе и кампанию по противодействию клевете на соратника, то бишь на Снейпа. Северус был благодарен, но сомневался в их способности потягаться со Скитер на её поле.       И, конечно, ему пришлось переехать в особняк.       Снейпу казалось, что оставшийся в наследство дом не вызывает никаких чувств, просто привычное место для того, чтобы скоротать время на летних каникулах, а всё же его потеря, да ещё и таким образом, вызывала боль и горечь, злость на негодяев, посмевших покуситься на его жилище. В фамильном гнезде Блэков всё было чужим и непривычным. В переезде сюда пока наблюдался лишь один безусловно положительный момент: ему открыли вход в неуловимую библиотеку. И да, у него просто разбежались глаза, когда он наконец оказался в закрытой от посторонних огромной комнате. В ней же Северус и скрывался последующие несколько дней, привыкая к ворвавшимся в жизнь переменам. Сириус не препятствовал. Разумеется, потихоньку всё наладилось, зельевар расслабился, стал свободнее передвигаться по дому, принимать участие в беседах за общим ужином и в общем-то пришёл к выводу, что всё сложилось не так уж и плохо.       Северус с задумчивым видом вышел из лаборатории.       – Кто-нибудь видел Блэка? – вопросил он у идущих навстречу оборотней, несущих добытые компоненты Волчьего зелья. Те пожали плечами, но маленькая девочка встрепенулась:       – Он в той комнате, со странными штуками.       Снейп непонимающе посмотрел на неё. Лора передала свою ношу одному из взрослых:       – Пойдёмте, покажу.       Малышка привела зельевара к нужной двери и помахав рукой убежала. Северус улыбнулся вслед одной из самых прилежных своих помощниц. У девчонки определённо был природный талант к зельеварению, тут и отсутствующий у неё оборотничий нюх не нужен, всё делалось как будто по наитию.       Маг зашёл в комнату мельком отметив, что «странные штуки» это магловские тренажёры, а потом прикипел взглядом к её обитателю. Сириус занимался физическими упражнениями, естественно, лишь в одних спортивных штанах. Зельевар мысленно взвыл, чувствуя как его охватывает привычное возбуждение. «Дежавю, блин», – недовольно подумал он, прожигая работодателя мрачным взглядом. Тот закончил подход и вопросительно взглянул на посетителя. Снейп откашлялся, дав себе мысленный наказ смотреть только на лицо, не позволяя взору скользить ниже:       – У меня стало что-то получаться с увеличением срока хранения Волчьего зелья, а также есть идеи как разливать его по сосудам и транспортировать без потери свойств, однако изменённый отвар необходимо опробовать в деле. Давай подумаем как об этом сказать.       Блэк потянулся:       – Считаю, что прямота – лучший выход. Просто расскажем о сложившейся ситуации сегодня за ужином. Если добровольцев не найдётся, будем думать дальше, но мне кажется за ними дело не станет.       Мастер зелий кивнул, понимая, что лучше уйти прямо сейчас, но найдя что не в силах сдвинуться с места.       – Кстати, можешь присоединяться когда хочешь, – махнул рукой на окружающую обстановку анимаг. – Физические упражнения поддерживают форму и укрепляют здоровье. Некоторые парни уже оценили.       Снейп покачал головой:       – Силовые тренировки не сильно меня вдохновляют.       – Просто нужно найти свою активность. То, что понравится. Мне кажется, тебе подошёл бы бег или плавание.       – А тебе нет?       – Отчего же. Например, я очень люблю воду, – ответил Сириус. – Регулярно посещаю один магловский бассейн. Мне нравится. А вот бег – не моё.       – Весьма странно, – усмехнулся Северус. – Для мага, обегавшего пол-Англии в собачьей форме. А почему магловский бассейн? Обычные реки и озёра не привлекают?       Блэк улыбнулся в ответ:       – То была суровая необходимость, никогда меня не вдохновлявшая. Реки – это хорошо. Однако водная гладь, чётко разделённая на полосы заданного размера, дисциплинирует, позволяет точно рассчитывать интенсивность и длительность занятий, отслеживать прогресс, а также плавать без оглядки на погоду за окном. Советую попробовать.       – Может, позже, – уклонился от ответа зельевар. «Ага, я тебя без майки готов сейчас завалить, а если ты будешь в одних плавках...» – подумалось Северусу, которого вновь окатило жаром.       – Для бега же могу предложить замечательный вариант, – продолжил меж тем анимаг. – Тихая живописная тропа, где можно встретить только своих.       – Да? И где же? – заинтересовался Северус.       – Давай я закончу стандартный комплекс, это примерно ещё полчаса, а потом покажу тебе. Можешь как вернуться в лабораторию, так и побыть здесь. Вон там есть скамейка.       По-хорошему, следовало уйти, но Снейп не смог. И ещё около получаса пялился на ловкие отточенные движения чёртовой псины, то ругая себя и понукая убраться отсюда, то скользя взглядом по фигуре Сириуса, проигрывая в уме постыдные, но такие увлекательные фантазии.       Снейп знал, что для размещения всех желающих оборотней места в особняке Блэков не хватило бы, но ни разу не спросил, где обретаются остальные периодически появляющиеся в лаборатории волкодлаки, не относящиеся к той их части, что постоянно проживала в доме предков Сириуса. Со всеми он был знаком, но так и не поинтересовался.       Оказалось, анимаг выкупил обширный глухой лес в труднопроходимой отдалённой местности, но удивительным было другое. Северус поражённо смотрел на строящийся особняк на очень знакомой поляне, где когда-то стоял совершенно другой дом – ветхий и заброшенный, сожранный Адским пламенем одной тёплой майской ночью, предположительно вместе с прикованным к арке пленником.       – У тебя странное чувство юмора, – покачал головой мастер зелий.       – Кингсли уже говорил об этом, – рассмеялся Сириус. – Чистокровное семейство, владеющее землёй, исчезло в вечности, наследников нет, местность вернулась в собственность государства и других охотников купить её до меня не находилось. Заклятый огонь выжег всё, включая обширные подвалы, уничтожил всю остаточную магию – девственная территория. Ладно, пошли покажу и дам опробовать тропу.       – Сомневаюсь, что в мантии будет удобно.       – Если разрешишь мне её чуток трансфигурировать прямо на тебе, то сделаю как надо. Потом верну всё обратно.       Северус подозрительно посмотрел на спутника, но согласился. Затем оказалось, что начать бегать это не просто сорваться с места в карьер, а целая система из предварительного разогрева, контроля дыхания, постепенного увеличения темпа, и в конце в обратном порядке. Однако запыхавшемуся Снейпу неожиданно понравилось, и он решил, что стоит включить сию физическую активность в свой распорядок. Довольный Блэк умудрился также соблазнить его бассейном, выманив обещание пойти туда вдвоём в ближайшее время.

***

      

      Гарри и Сириус с интересом наблюдали за суетой в новой лаборатории – против обыкновения сегодня здесь обреталась куча народа. Впрочем, царящий хаос был иллюзорным. На самом деле обязанности чётко распределены и каждый на своём месте.       Анимаг обрадовался визиту крестника. Директриса Хогвартса спокойно относилась к привилегии победителя Волдеморта посещать по выходным не просто Хогсмид, а своего крёстного, при условии, что Поттер не будет афишировать эти отлучки или делать так слишком часто, чтобы не подрывать дисциплину. Сим прекрасным декабрьским днём Гарри захотелось увидеть, как продвигается дело на «новых землях» Сириуса. Строительство самого дома уже закончилось, велись работы по внутренней отделке помещений.       – Скоро можно будет переселяться. Наверное, твои подопечные этого сильно ждут, – заметил юноша.       – Как сказать, – усмехнулся анимаг. – Самые «оседлые» из них и так проживают в особняке Блэков, а остальные пока настороженно относятся к идее перейти из своих временных домиков сюда.       – Они не выглядят временными. Там уже целый лесной городок. Помнишь мы как-то ночевали в одном из них на пробу? Очень комфортно и тепло, есть всё необходимое.       – Я не против, – пожал плечами Сириус. – Просто положение оборотней пока зыбкое. Когда здание будет окончательно доделано я пройдусь по нему всеми охранными заклинаниями, которые уже служат верой и правдой моему дому. Привлеку также и Северуса с Ремусом. Защита должна быть монументальной, прежде чем оборотни переедут сюда. А тот городок с разрозненными домами оберегать сложнее, хотя, конечно, магический купол над ним я поддерживаю.       – Полагаешь, им может что-то угрожать? – с тревогой спросил крестник.       – Надеюсь, что нет, но готовлюсь к разным вариантам развития событий, – ответствовал анимаг. – Меня и так уже осторожно, исподволь пытаются полоскать в СМИ. Всё из-за защиты Северуса, ведь поднятая совместно с Кингсли волна против «народных мстителей» резко обрушила их поддержку среди магического сообщества. А тут ещё и оборотни.       Гарри нахмурился:       – Привлекай меня в вашу информационную кампанию. Окажу всю поддержку, какую смогу.       – Думаешь я не вижу, как ты бежишь от публичности? Зачем опять отправлять тебя на передовую, ты и так сделал более, чем достаточно.       – Переживу, – отмахнулся Поттер, – Мне всё равно плохо удаётся затворничество, а так хоть для пользы дела.       – Хорошо, – кивнул Сириус. – Твоя помощь будет кстати. Кредит доверия у меня отличный, но у тебя раз в сто бо́льший. А для людей репутация тех, кто пытается формировать их мнение, важна.       Юноша покраснел:       – Репутация, чтоб её... Но я буду рад помочь.       Затем Гарри кинул взгляд на мастера зелий, подробно рассказывающего что-то внимательно слушающим его вервольфам. Те с серьёзным видом кивали, кроша разные компоненты в стоящие рядом котлы. Цвет, текстура и даже пар, поднимающиеся над каждым из них, были полностью идентичны. Среди всей толпы выделялась юная десятилетняя дева, стоящая на табуретке около одной из ёмкостей и справляющаяся в одиночку. Снейп одобрительно улыбался ей и явно использовал в качестве примера.       – Разительное отличие, – усмехнулся Гарри. – Просто образцово-показательный урок, на котором действительно можно многому научиться.       – И не говори, – мягко улыбнулся Сириус, чувствуя как в груди разливается знакомое тепло. – По контрасту с твоими рассказами тут он не похож сам на себя. Никакой язвительности, резких окриков и несправедливого отношения. С другой стороны, они так ему внимают, постоянно консультируются, высказывают идеи, что просто невозможно не ощутить сильнейшее желание всё разъяснить и научить.       Гарри смутился:       – Ну да... Конечно, хватало и неспровоцированных нападок, однако случалось, что мысли наши витали где-то далеко от уроков. Какому учителю это понравится?       – И то верно. Но он и сам изменился.       Сириус смотрел на увлечённого Северуса, неприкрытый энтузиазм, горевший в чёрных глазах, очень ему шёл. Зельевар теперь достаточно расковано чувствовал себя в фамильном гнезде Блэков, хотя и начал тишком перетаскивать рабочие принадлежности на новое место: сказывалась общая закрытость характера, заставляющая неосознанно стремиться к уединению. Но и нельзя сказать, что не желал общаться с окружающими, охотно поддерживая разговоры на интересующие его темы.       Походы в бассейн стали регулярными. Сначала зельевар явно готовился к какой-то критике, то ли от самого анимага, то ли от других посетителей, затем расслабился, поняв, что окружающим вообще-то есть дело только до себя и своих знакомых. Никто и не собирается пристально рассматривать его внешность, технику плавания и тому подобное, там занимались или просто с удовольствием проводили время множество самых разных людей. Сириус вообще не понимал этого странного отношения к себе: стройный хорошо сложенный молодой мужчина, держащий себя с достоинством – поразительный контраст со школьником из его воспоминаний. От полюбившихся Снейпу занятий бегом стал постепенно формироваться красивый рельеф мышц. Всё это вкупе с острым умом, любознательностью и высоким уровнем профессионализма создавали весьма привлекательную картину.       Сириус поймал себя на том, что слишком долго рассматривает Снейпа с какой-то нежностью во взоре, и повернулся к крестнику. Гарри, приподняв брови в свою очередь заинтересованно смотрел на него. Анимаг улыбнулся, не желая обсуждать даже со столь близким человеком бушующие внутри противоречивые чувства и будоражащие кровь мысли. Прежде всего это должен быть разговор между ним и Северусом, а уж потом при необходимости с близкими. Так честнее.       – Пошли, продолжим экскурсию. Ещё есть на что посмотреть, – заметил анимаг.       – Ладно, – покладисто согласился Поттер.