Подарок судьбы

«Лицом к лицу

Лица не увидать.

Большое видится на расстоянье»

С. Есенин

      Лондонские грозы редки. Несмотря на постоянные дожди природа здесь нечасто разражается громом и молниями, не говоря уже о таких исключительных случаях, когда на дворе вообще-то зима. Тем удивительнее был этот февральский вечер 1996-го года, когда погода будто взбесилась: хоть сам ливень оказался не очень сильным, но небо не переставало сверкать, а отдельных ударов грома было просто не разобрать, всё слилось в непрерывный гул. Складывалось впечатление, что грозу записали на видео, а затем запустили в ускоренной перемотке.       Впрочем, зрелище вышло очень красивым. Настолько что находящийся в последнее время в постоянно дурном расположении духа Сириус Блэк его заметил и оценил. Раздвинув шторы в гостиной, он стоял у окна и даже с некоторым восхищением смотрел на это буйство стихии. Внезапное желание оказаться снаружи просто выворачивало душу наизнанку. На самом деле, анимаг не являлся большим фанатом прогулок в плохую погоду и после побега из Азкабана вынужденно накушался этого сомнительного удовольствия на годы вперёд. Если бы место, в котором он находился ощущалось родным домом, надёжной крепостью, то Сириус только порадовался бы возможности обозревать озаряемые почти непрерывно вспышками молний небеса сидя в тепле и уюте. Вот только ни тепла, ни уюта здесь не наблюдалось.       Дом душил его, погружал в пучину отчаяния, невозможность вырваться из мрачных стен в последнее время причиняла почти физическую боль. Эта боль не глушилась алкоголем, не поддавалась уговорам и доводам разума, бросала тень на трезвость его суждений и ясность рассудка. Абстрагироваться от неё не получалось при всём желании. Уж очень нечастыми и хаотичными были моменты удовольствия: неожиданно весёлое Рождество, редкие встречи с Ремусом в свободное от его длительных миссий время, ещё более редкие контакты с Гарри (будь проклято Министерство магии в целом и неугомонная Амбридж в частности). И после них становилось ещё хуже.       Работа Ордена в данный момент была налажена и в отсутствие каких-либо происшествий даже встречи не проводились. Впору лезть на стенку от безделья.       Кстати, о соратниках в борьбе. Несмотря на горечь стороннего наблюдателя за чужой деятельностью Сириус был готов уже даже ко встрече со Снейпом... Хотя нет, не готов, не настолько он ещё отчаялся и слишком точно в цель били издевки этой змеюки.       Справедливости ради, его давнему недругу вполне естественно вести себя подобным образом. Тем более по отношению к нему. Куда неприятнее ощущались воспоминания о ночи нападения на Артура Уизли. Переход от «Сириус, дружище» к «Тебе легко говорить, тут сидя!» и «Не вижу, чтоб ты рисковал своей шкурой!» был, мягко говоря, непредсказуемым. Удар прилетел откуда не ждали и от того казался более болезненным. Разум успокоился достаточно быстро, прекрасно осознавая, что страх за отца и бессильная ярость от невозможности хоть что-то сделать являлись причиной поведения Фреда, но тупая боль в сердце не стала от этого меньше.       Яркая вспышка перед глазами вырвала мужчину из раздумий. На сей раз молния не расчертила небо, а ударила куда-то в землю. Желание вырваться на свободу даже ценой удара подобной молнии по безрассудному лбу стало нестерпимым. И вступило в схватку со здравым смыслом. Судя по тому, как разболелась голова и перехватило горло битва разгорелась нешуточная и срочно требовалось найти компромисс, пока Сириус фигурально выражаясь «не развалился на куски». А затем сама собой возникла спасительная мысль, что в любом приличном английском доме в несколько этажей есть вообще-то задний двор и по идее защита распространяется и на него.       Дворик представлял собой унылое зрелище: голая мокрая земля, несколько засохших деревьев и кустарников у забора и ровно посередине груда сгнившей древесины, раньше бывшая небольшой беседкой. Сириус сделал пару шагов от крыльца и остановился, дальше земля превращалась уж в совсем неприятную грязную жижу. Маг, специально не прихвативший с собой никакой защиты от непогоды, мгновенно вымок под ливнем, а налетевший ветер пробрал до костей. Казалось, в таком тоскливом окружении захочется разве что завыть и заползти обратно в дом, но... льющаяся сверху вода, её освежающее прикосновение к коже и вкус на губах, ветер, ощутимо толкающий в грудь и заставляющий слегка напрячься для сохранения равновесия, притягательный запах озона в воздухе, а пуще того бесподобное зрелище чёрных низких туч почти ежесекундно прошиваемых ветвистыми молниями, по три-четыре за раз – просто пиршество для глаз без преграды в виде грязного стекла – наполняли душу и тело восторгом. Он всё стоял и не мог никак насытиться этими ощущениями. Шаг навстречу жизни из затхлого склепа, в котором его замуровали!       Неизвестно сколько прошло времени как вдруг что-то изменилось, какое-то лёгкое мерцание на земле около останков беседки пойманное периферийным зрением. Сириус нехотя оторвал взгляд от небес и вернул его на грешную землю. И это действие будто запустило некий механизм: мерцание усилилось, обратилось в нечто похожее на трещину в земле, заполненную на вид расплавленным серебром над которым клубилась лёгкая изумрудная дымка и стало медленно разрастаться. Это ещё что такое? Мужчина выхватил волшебную палочку и плавно отступил на ступеньки крыльца.       Дождь словно бесследно исчезал, не долетая пару сантиметров до дымки. Угрозы как таковой не ощущалось. Наоборот, сияние влекло к себе неясным обещанием захватывающего приключения, манило неразгаданной тайной, сочетание зелени и серебра завораживало...       Хм, зелень и серебро. Стоп! Анимаг мгновенно вспомнил почему эти цвета кажутся ему не внушающими доверия, а также где он находится: на заднем дворе дома, принадлежавшего многим поколениям одного из самых тёмных и чокнутых семейств магической Британии. Честь родиться в котором принадлежит и ему, но это мало что значит, осторожность терять нельзя, а то будет ему приключение, что и косточек потом не найдут. Лучше отойти ещё немного назад. Возникло стойкое ощущение, что дивное явление опечалилось, но не обиделось. Дожили, он уже считывает чувства какой-то трещины в земле.       Тем временем немного поколыхавшись у нижней ступеньки крылечка загадочный разрыв стал потихоньку отступать, уменьшаясь в размерах. Сириус невольно сделал несколько шагов вперёд, не теряя, впрочем, бдительности и держась на некотором расстоянии, что в конечном счёте было не важно. Потому что в следующий миг одна из молний ослепительным столбом света рухнула с тёмного неба и ударила прямо в центр трещины, отнюдь не испарившись как дождь, а словно бы впитавшись в неё. Та стремительно увеличилась в размерах, расплавленное серебро на мгновение заняло весь двор, изумрудная дымка охватила забор и почти дотянулась до стены дома, а затем сияющее чудо схлопнулось, не оставив и следа своего пребывания.       Всё вернулось к начальному состоянию, за одним исключением: на пустынном пятачке голой земли с мёртвыми деревьями и развалинами беседки не было ни души.       Гроза продолжила бушевать.