Подарок судьбы

      Снейп смотрел и слушал как кричит Блэк. Наверное, вид мечущегося в оковах и захлёбывающегося криком школьного врага должен доставлять радость, но Северус чувствовал лишь опустошение, с трудом удерживая маску сдержанной заинтересованности в происходящем. Как же он устал... Не было сил изобразить злорадство, удовольствие от чужой боли, жадный интерес в разных вариациях и сочетаниях прослеживающиеся на лицах других Пожирателей.       Выставив вперёд чувство тёмного удовлетворения, испытанное им когда-то по совсем другому поводу, как скрывающий истинные мысли щит, зельевар прокручивал в голове цепочку событий, приведшую к этой ситуации.       После фиаско в Отделе тайн Тёмный лорд пребывал в прескверном расположении духа. Северусу не хотелось даже вспоминать как он выкручивался перед господином, объясняя каким образом проморгал действия членов Ордена Феникса и не доложил о готовящемся спектакле под названием «Одураченный Гарри Поттер сотоварищи попадает в западню в Министерстве».       Прошу простить меня, хозяин, но мне самому ничего не сообщили... Нет, не потому что не доверяют, но Дамблдор находился на тот момент в бегах, Блэку удалось связаться с ним напрямую, полагаю, через Патронуса... Увы, мне неизвестно, как Поттер связался с Блэком, этого не знает даже директор... Жаль, что мне также были неизвестны детали разработанной  Вами операции и когда она произойдёт... План Орденом был составлен очень быстро, мой Лорд, основная ставка на элемент неожиданности... Увы, Оборотное зелье в достаточном количестве нашлось у Грозного Глаза, поэтому обращаться ко мне, пребывающему на тот момент в школе, не имело смысла... Как получилось, что Гарри видел происходящее в Отделе тайн находясь в другом месте? Это одно из изобретений Блэка, у него прорва свободного времени, вот он и пытается его занять... Увы, наша вражда не способствует доверительному общению. Я не знал, что он занимается созданием волшебных устройств...       Ну и так далее, и тому подобное. Конечно, он получил свою порцию заклятия Круциатус наряду с Беллатрисой. Впрочем, досталось и тем, кто никак не был вовлечён в поход в Министерство или шпионские игры с Орденом, просто за компанию. Доверие было подорвано не только к нему, но всё равно это могло сильно осложнить жизнь.       А на встрече в новом месте сбора – в заброшенном в лесу особняке одного из давно исчезнувших с лица земли чистокровных семейств – Тёмный лорд сообщил Снейпу о новой миссии, в детали которой он будет полностью посвящён, чтобы потом не оправдывался будто его не снабдили всей относящейся к делу информацией.       – Поскольку мальчишка теперь знает о том, что я способен насылать на него ложные видения и будет начеку, нужно зацепить его чем-то реальным. Первоначальный план выманить Поттера, используя его привязанность к крёстному отцу на самом деле хорош, почему бы не воспользоваться им снова, только теперь всё будет по-настоящему. Твоё дело, Северус, извлечь Блэка из штаб-квартиры Ордена, куда лишь ты один из нас имеешь доступ, и доставить сюда. Когда у меня появится реальный заложник мальчик станет сговорчивее.       Воцарилось молчание. А затем:       – Для меня большая честь служить Вам, хозяин, – поклонился Снейп. – Я прошу дать мне время для выполнения задания.       – Время?       – Да. Сейчас все настороже. Было бы разумно подождать пока страсти улягутся. Я же сделаю всё, чтобы втереться Блэку в доверие. Он умелый волшебник, вытаскивать его из дома силой – плохой вариант. Мне он не верит и потребуется определённое время, чтобы это переломить, возможно значительное. К тому же надо всё продумать, чтобы не возбудить подозрения членов Ордена и Дамблдора, как до, так и после успешного завершения порученного дела. Может после уничтожения Поттера их доверие больше не понадобится, а может всё ещё будет полезным.       – Хорошо, Северус. Ты получишь столько времени, сколько сам посчитаешь необходимым. Однако учти, что для тебя же будет лучше, если всё пройдёт успешно. Я не потерплю ещё одного провала.       Профессор зельеварения сломал голову, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Если он не выполнит поручение, то скорее всего распрощается с жизнью. Сделать же то, чего требует Тёмный лорд, ему никто не даст. В конце концов Снейп отправился на встречу с Альбусом, решив переложить бремя решения проблемы на его плечи. Тот долго молчал, а затем произнёс:       – Что ж, Северус, делай то, что велит Волдеморт.       Снейп завис. Неверяще посмотрел в глаза напротив и выдавил:       – Вы... хотите, чтобы я отдал Блэка Тёмному лорду?       – Не хочу, – ответил старый маг, – но не вижу другого выхода.       Дамблдор слегка ослабил контроль, позволив заглянуть в свои мысли и эмоции, и Снейп на несколько секунд почувствовал, насколько тяжело далось подобное решение.       – Я не могу потерять доступ во внутренний круг Волдеморта, он критически важен для победы в войне. Если же мы проиграем, то нас всех раньше или позже всё равно уничтожат.       Снейп помолчал немного и поинтересовался:       – Блэк обладает ценной информацией о деятельности Ордена. Что если Тёмный лорд захочет получить к ней доступ? Хотя бы сравнить с моей?       – У него не получится. Вырвать эти сведения из Сириуса под пыткой не удастся, в этом я совершенно уверен. Залезть в его разум, используя легилименцию? Все члены Ордена умеют защищать сознание, пусть и не так хорошо, как ты. Поверхностно считать чувства или намерения Сириуса в данный момент времени у него получится, понять лжёт ли он – да, проникнуть в воспоминания – нет. Кстати, мы с тобой уже пытались просчитать его той весной, когда проверяли, так сказать, на подлинность. По моим наблюдениям Сириус в последние месяцы последовательно и неуклонно улучшает магические навыки, в том числе защиту разума. Ты тоже должен был это заметить, когда пробовал её пробить. Ведь пробовал же, верно? – с лукавой улыбкой спросил директор.       Недовольное лицо подчинённого было достаточным ответом, заставившим улыбнуться ещё шире.       Что мог сказать мастер зелий? Ну да, пробовал. До неожиданного весеннего преображения Блэка (тоже мне, бабочка нашлась), тот не так сильно интересовал Снейпа. Слизеринец, конечно, с удовольствием изводил старого врага, но тут и без заклятий было ясно куда бить и доставало простой наблюдательности, чтобы увидеть и порадоваться результату. Тем неожиданнее оказалось после некоторого перерыва, одним не очень солнечным днём в конце марта натолкнуться на тёмный омут там, где раньше мысли и эмоции кружили просто на поверхности. Это интриговало, заставляя предпринимать новые попытки нырнуть в омут. Не совсем безуспешные – всё-таки он превосходный легилимент – но, как и предположил Дамблдор, ничего не заходило дальше считывания части эмоций и намерений в данный момент времени. На одной из встреч Ордена Снейп поймал взгляд Блэка и, незаметно сжимая волшебную палочку в кармане мантии, невербально применил полноценное заклятие легилименции. Почувствовал в ответ удивление, шок, неудовольствие, наряду с чёткой мыслью – «Что ты, зараза, делаешь?» – следом в голове промелькнул образ спальни в ало-золотых тонах (слишком быстро, чтобы можно было толком её рассмотреть), а затем на него уставилось собственное лицо словно он видел отражение в зеркале. Сначала он подумал, что проник в какое-то воспоминание, но быстро понял, что это не так. Руки Сириуса по-прежнему лежали на столе, пальцы сцеплены в замок, взгляд тот не отвёл и за палочку не схватился, а потому не мог контрзаклинанием выкинуть наглеца из разума. Однако в качестве щита упорно держал в уме картинку того, кого видел перед собой, не позволяя заглянуть за неё. Из эмоций прочитывалась лишь одна: сдержанное раздражение. Что ж, это было остроумное решение, надо отдать должное чёртовой псине. Снейп сам прервал действие заклятья и отвёл взгляд.       – Мне рассказать Блэку или это сделаете вы? – спросил Северус, вынырнув из воспоминаний.       Улыбка Альбуса исчезла, лицо посуровело:       – Он не должен ничего знать. К сожалению, если ярость и боль от предательства будут искусственными, наш противник может это почувствовать. Мы не имеем права так рисковать.       – Понятно.       Что ж тут непонятного. Судя по всему, шанса выжить у будущего заложника также не было.       Снейп без энтузиазма приступил к выполнению задуманного. Казалось бы, радуйся, такая шикарная возможность мести за всё хорошее, одобренная обоими хозяевами. И что для него могут значить какие-то жалкие извинения жалкого человека! Разве они смогут компенсировать годы травли?       «Ну да, а ты прям был беспомощной жертвой», - встревал в мысли ехидный внутренний голос. – «И заклинаниями в них никогда не швырялся, в том числе первым; и не таскался за ними, пытаясь поймать на горячем и добиться исключения из школы, сталкер недоделанный; и в Визжащую хижину тебя потащили связанным по рукам и ногам, не сам ты пошёл. Почему тебе не пришло в голову, гений, что это может быть ловушка? Враг сообщает некие сведения, ты радостно в глухую полночь в одиночку идешь их проверять. Молодец, что ещё сказать!»       Да, был глуп и самоуверен, полагал, что сможет выпутаться из любой ситуации и чуть не поплатился жизнью, чудом пережив эту ужасную ночь.       «Угу, перед тем как Джеймс тебя увёл, ты увидел оборотня в дальнем конце коридора. Ужасная душевная травма... Дать телефон психолога или так справишься?»       А гриффиндорцы, конечно, были смелые – толпой на одного.       «А ты, конечно, был волком-одиночкой. И компании-то у тебя в Слизерине не было, ну это которые потом почти все в Пожирателях смерти оказались; и все вместе вы никогда никаких розыгрышей, порой жестоких, не устраивали; и использование твоими приятелями чёрной магии ты, разумеется, никогда не оправдывал, тем что это шутка такая. Вот Макдональд было не смешно, но у тебя же ничего не ёкнуло? Потому как не твоя проблема…»       Его проблемой было убедительно сыграть дружеские намерения по отношению к мерзавцу, отравившему лучшие годы его жизни и едва эту жизнь не отнявшему. Которого, за все совершённые непростительные дела, убить мало.       «Верно. К сожалению, ты точно знаешь, чего заслуживают непростительные дела. И как они выворачивают душу наизнанку, когда осознаёшь, что на самом деле совершил и каковы последствия».       Снейп ненавидел, когда его внутренний голос переставал быть ехидным брюзгой и становился таким: тихим и серьёзным. Лучше уж насмешки…       Сначала Северусу не хватало убедительности в общении с Сириусом. Легилимент из анимага был слабый, но каким-то звериным чутьём тот всё же чувствовал неискренность мастера зелий. Однако Снейп очень старался, постоянно наступая самому себе на горло, и потихоньку дело сдвинулось с мёртвой точки. А затем выяснилось, что Блэк интересный собеседник, у них могут быть общие темы для разговора, не связанные с болезненным прошлым, о котором анимаг действительно сожалеет и желает исправить ситуацию, насколько это возможно. Необходимость общаться также и с проживающим на Гриммо Люпином была дополнительной неприятной обязанностью, разбавляемой его частыми отлучками по делам Ордена, пока и здесь всё не наладилось как-то совершенно незаметно для всех вовлечённых. Снейп даже стал предвкушать эти разговоры, особенно с Сириусом. Да и, в конце концов, на этого обаятельного мерзавца было просто приятно смотреть (эти непрошенные мысли Северус безжалостно изгонял в момент появления, но не сказать, чтобы успешно).       Когда Сириус предложил как-нибудь составить ему компанию вне общих встреч, в том числе и в отсутствие Ремуса, Северус ничего не ответил, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, это та долгожданная возможность провернуть всё тихо и незаметно для окружающих, тем более Тёмный лорд начал выказывать признаки нетерпения, что дело так затянулось. С другой стороны, как же вынужденному двойному агенту не хотелось делать того, что от него требовали.       Одно дело лгать в глаза Пожирателям и их главарю, которых он уже давно ненавидел, вести к возможному проигрышу в войне, чтобы отомстить за отнятый ими единственный луч света в его жизни – за Лили. Да и не только за неё: все эти бессмысленные убийства неугодных либо просто не нравящихся им по разным причинам волшебников, впрочем, как и маглов, давно стали поперёк горла. Прошедшие годы открыли глаза на многое, застарелая ненависть к отцу перестала распространяться на всех не обладающих волшебной силой людей в целом. Он понимал себя прошлого, но нынешний Снейп очень близко познакомился с тёмной стороной. Она обещает могущество, отмщение врагам, реальным и вымышленным, но приносит в конечном счёте лишь боль и пустоту. И вот уже ты терзаешь ни в чём неповинных людей, не сделавших тебе ничего дурного, лишь за то, что они не разделяют твою точку зрения. Прикрываясь некой великой целью, но всё это ерунда. Просто комплексы когда-то сильно обиженного человека, который не смог пережить, нет, не того, что жизнь обошлась с ним несправедливо, а того, что считал и считает себя королём мира, а мир упорно с этим не соглашается и равнодушно отмеряет испытания, как и абсолютно всем людям живущим на земле, никак его такого замечательного не выделяя.       И совсем другое дело, хладнокровно вести к погибели человека, который начал тебе нравиться. Ещё год назад принести Сириуса в жертву было бы за счастье, но не теперь. Мастер зелий сам загнал себя в ловушку: добиться доверия бывшего недруга можно было только по-настоящему сблизившись с ним, что, честно говоря, раньше не казалось сколько-нибудь возможным, а когда на удивление получилось, эта близость стала проклятьем, ведь Северус чётко понимал к какому страшному финалу он всё ведёт.       Какое-то время маг размышлял, не заняться ли само-саботажем. Всего-то рассказать Сириусу кто передал начало пророчества Тому-Кого-Нельзя-Называть, с чего и закрутилась вся история с Поттерами. Вряд ли их только формирующееся хрупкое товарищество выдержит такое откровение. Результат невыполнения приказа Тёмного лорда, неважно по какой причине, это верная смерть. Готов ли он умереть? После потери Лили – безусловно. Готов ли он умереть, не выполнив своей миссии – стать одной из причин падения тёмного мага, под влияние которого он попал в молодости по собственной глупости? Нет. Он не может поступить так безответственно, а значит выход только один.       Заманить Блэка в ловушку оказалось легко, ведь тот не ждал подвоха. Когда анимаг чуть не вырвался из западни, несмотря на жгучее желание позволить ему это сделать, именно Снейп сумел остановить слишком шустрого и изобретательного противника. И он же среагировал быстрее всех, связывая и оттаскивая от Тёмного лорда от души врезавшего ему Сириуса (честно говоря, так чётко и быстро двигаться после Круциатуса – это производило впечатление). Затем последовали несколько напряжённых минут, когда взбешённый, дважды стукнутый тёмный властелин чуть не убил пленника. Остановился лишь поняв, что захваченный маг именно этого и добивается. И хотя Северус понимал, насколько болезненное наказание на собственную голову вызвал своим упорным сопротивлением Блэк, он испытал облегчение. Чёртова псина осталась в живых. Столкнуться с таким необратимым последствием как смерть подставленного им человека, да ещё столь быстро, шпион был пока не готов.       Так и получилось, что сейчас он «наслаждается» плодами своих трудов. Тёмный лорд им доволен: и успешным завершением порученного дела, и его быстрыми действиями впоследствии. Даже, наверное, уверен, что сцена пыток Блэка, разворачивающаяся сейчас перед глазами его «верного» слуги, доставляет тому удовольствие.       Гарри сходил с ума от беспокойства, ночью он почти не спал, а утром буквально взял штурмом кабинет директора. К сожалению, никакой обнадёживающей информации у того не было.       – Неужели никто ничего не видел? – вопросил нервно расхаживающий по комнате юноша.       – Увы, нет. Ремус отсутствует уже несколько дней по заданию Ордена. Миссис Блэк видела Сириуса вчера днём, но потом занавесилась портьерами и заснула. Ничего подозрительного она не слышала и разбудил её лишь мой визит.       – А Кикимер? Он может быть к этому причастен?       – Нет, я попросил Сириуса предоставить мне своего домовика в качестве помощника. Причём ни ему, ни эльфу не довелось узнать в каком деле: ты ведь знаешь, что я ищу и почему держу свои изыскания в тайне. В любом случае Кикимер также отсутствовал в особняке довольно продолжительное время и когда я, на всякий случай, всё-таки воспользовался легилименцией в его отношении, ничего дурного или подозрительного найти не удалось. Наоборот, мировоззрение старого слуги действительно значительно поменялось, и он искренне переживает за хозяина.       – Он может его найти? Ведь между ними магическая связь, – встрепенулся Поттер.       Директор лишь покачал головой:       – Это так не работает. Если бы Сириус позвал Кикимера, тот бы, выполняя приказ действительно отправился к господину куда угодно, где бы тот ни находился. Однако Сириус его не зовёт и думаю не позовёт.       – Почему?!       – Потому, что твой крёстный ни за что не воспользуется даже несуществующей возможностью привести тебя к нему каким угодно способом, чтобы ты не попался Волдеморту. Он не желает стать причиной твоей гибели и сделает для этого всё, что в его силах. Помни об этом, когда у тебя появится искушение всё-таки отправиться на смертельную встречу, минуя Орден.       Гарри отвёл взгляд от внимательных голубых глаз собеседника, пронзавших насквозь строгим взором: искушение появлялось неоднократно, но бдительные друзья и возлюбленная тут же это замечали и засыпали тонной аргументов против опасной затеи, заклиная положиться на старших более опытных магов. Это серьёзно выводило его из себя, как и собственная беспомощность.       – А Снейп? Шпион наш великий. Он хоть в курсе этой ситуации? – ядовито бросил парень.       – Профессор Снейп, Гарри, – назидательно поправил директор Хогвартса. – Он тоже будет делать всё, что возможно и обязательно передавать мне полученную информацию. Но его самого не поставили в известность о готовящейся западне, так что докладывать пока нечего.       Гарри недоверчиво усмехнулся, а затем в голове засела новая мысль. Он серьёзно взглянул на собеседника:       – Он ведь ненавидит Сириуса, с чего бы ему усердствовать? И ведь действительно, совсем не просто проникнуть в особняк Блэков, туда сейчас имеют доступ строго определённые люди. И подозрение вызывает лишь один из них...       – Не нужно идти по этой дороге, – предупредил его Дамблдор. – И даже если принять во внимание твою версию, то как же Северус мог заманить куда-то Сириуса, учитывая их обоюдную ненависть? Нет, к сожалению, Орден не может с полной уверенностью утверждать, что обладает знанием о том, каким образом сработала западня Волдеморта. Все наши предположения не подкреплены доказательствами.       – Крёстный принёс ему извинения, – глухо буркнул Гарри, – только их не приняли. Так что не знаю была ли ненависть обоюдной.       – И что? Учитывая сказанное тобой, считаешь, что Сириус безоговорочно доверял Северусу, пусть и не испытывал больше негативных чувств?       Поттер не нашёлся, что на это ответить.       – К тому же Северус вчера также отсутствовал, выполняя моё задание. Несправедливо бездоказательно обвинять в чём-то другого человека, Гарри.       – Он же вхож к Волдеморту, – зашёл тот с другой стороны, – и совсем ничего не слышал? Не поверю.       – Ты ведь уже достаточно знаешь благодаря нашим урокам о личности Волдеморта. Он никому не доверяет и если не нашёл нужным поделиться с кем-то своими планами, то что-то выяснять у него хоть прямо, хоть намёками, очень опасно. Повторяю: Северус будет делать всё, что в его силах, но не имеет права возбуждать в отношении себя даже тень подозрения. Ему придётся быть предельно осторожным.       Дамблдор поймал взгляд поникшего юноши и мягко добавил:       – Пожалуйста, Гарри, не принимай поспешных решений и не пытайся действовать в одиночку. Не срывайся на окружающих, они только хотят помочь. Мы тщательно ищем, но это не быстрый процесс. Завтра вернётся Ремус, тоже подключится к поискам. Только держись.       – Это пожелание лучше адресовать Сириусу, – прошептал Поттер.       Гарри отправился на занятия, чтобы немного отвлечься от паники и дурных сводящих с ума мыслей. Когда за ним закрылась дверь Дамблдор снял с крючковатого носа очки, а затем закрыл лицо ладонями. Ему было противно от самого себя. Несчастные зелёные глаза, глядящие на него с полным доверием, выжигали душу невыносимым стыдом. Стоит ли оно того? Так называемое спасение волшебного мира. Не много ли он на себя берёт, чёртов вершитель судеб? И не пересёк ли уже черту, за которой подобные методы достижения цели приведут к иному не задуманному им катастрофическому результату, от которого он и пытается всех уберечь?       Он не отстоял в своё время Сириуса, даже не попытался вникнуть в ситуацию на том уровне, как, например, с Мраксами. К чёрту собственную боль, он обязан был засомневаться и всё проверить. Его простили, анимаг ни словом не обмолвился о старой истории. Он запер человека в его доме, отлично зная деятельную натуру наследника Блэков. Да, чтобы помешать привести в исполнение чудовищный несправедливый приговор Министерства магии. Однако, когда понадобилось, спокойно швырнул Сириуса на съедение волкам, да простит ему Ремус эту метафору. Грамотно подставил человека, считавшегося с его мнением, несмотря ни на что доверявшего его суждению, помогшему ему доказать факт возрождения Волдеморта и этим вновь обрести почву под ногами. Вернув себе все регалии и доверие волшебного сообщества, Альбус вновь мог более эффективно противостоять проискам врагов. И что получил в ответ Сириус? Вот уж правду молвят: «с такими друзьями и врагов не надо». Не говоря уже о том, что ожидает впереди Гарри. Да, согласно всем расчётам у парня будет реальный шанс выжить, но то, что всё повернётся как надо не может быть гарантировано на сто процентов. В пророчестве же не указано кому из противников уготована окончательная победа. Стоит ли оно того?..       Чуть сместившийся локоть что-то задел, послышалось шуршание бумаги. Альбус глянул на лежащий на столе очередной номер "Пророка". Раздел новостей пестрел невесёлыми историями чужой боли и страха: кто-то пропал, кто-то найден мёртвым в своём доме с горящей над крышей Чёрной меткой, на кого-то напали и покалечили. Кошмар вернулся, и он коснётся каждого, кто дорог старому волшебнику. Что может случиться в новом мире, продвигаемом могущественным и на данный момент бессмертным чёрным магом, помешанным на чистоте крови и идее превосходства чародеев, особенно чистокровных, над всеми остальными, например, с талантливой мисс Грэйнджер? Как быстро действительно сильная ведьма с великолепными способностями, но, увы, «неправильным» происхождением отправится в условный Азкабан или вовсе лишится головы? И сколько таких будет? Затем он бросил взгляд на почерневшую правую кисть: осталось мало времени и ещё столь многое нужно сделать.       Устремив взгляд в никуда, лидер Ордена Феникса с болью произнёс:       – Простите... Сириус... Гарри...       Затем водрузил обратно на нос очки-половинки и решительно встал из-за стола.       Снейп отчитался перед Волдемортом о предпринятых Орденом Феникса шагах по поискам Блэка и что директор Хогвартса убедил Поттера пока не лезть в устроенную западню, а подождать результатов.       – Понятно, – поморщился Тёмный лорд. – Ну что ж, не повезло псу Дамблдора, придётся применить дополнительные усилия чтобы поторопить мальчишку. С другой стороны, мне это в удовольствие. Может и отучу в конце концов отступника огрызаться... Продолжай следить за ними и, если нужно, направлять поиски по ложному пути. Можешь идти.       Спускаясь по лестнице зельевар прошёл мимо хмурой и недовольной Лестрейндж, целеустремлённо шагающей наверх. Насколько он знал в назначенное дежурство ведьма, как и другие охранники, попробовала отточить на Сириусе остроумие, а получив достойный отпор, в отличие от остальных предпочетших принять поражение и благоразумно заткнуться, кинула в кузена заклятье Круциатус. За что получила такое же от своего господина за нарушение приказа, а также распоряжение не находиться в одном помещении с Блэком наедине, не приближаться к нему и даже не смотреть в его сторону.       К чести захваченного мага сам он перепалки никогда не начинал, лишь не молчал в ответ невзирая на последствия. Взгляд узника временами бесстрастно скользил по окружающим или становился отрешённым и погружённым в себя. Единственным на кого Блэк принципиально не смотрел был сам Снейп. Тотальное игнорирование не должно было иметь никакого эффекта на зельевара, но, к его удивлению, почему-то задевало Северуса.       Выйдя в большой зал, он помимо воли бросил взгляд на арку возле стены. На лице находящегося рядом с ней Яксли застыло бешенство, губы сжались в тонкую линию, яростный взгляд устремлён вдаль. Прямо картина маслом: очередной проигравший в словесной дуэли. Впрочем, пленник был тоже слишком напряжён. Возможно, сказывалась неудобная поза, затекшие мышцы наверняка сейчас просто выворачивает наизнанку, плюс жажда и голод, а ещё... Ну да, выделительная система организма работает исправно даже при отсутствии поступления воды и пищи и об этом часто никто не задумывается. Так что, Блэк сейчас скорее всего пытается сдержать естественные позывы тела, понимая, что эта битва будет проиграна. Снейпу не должно быть до этого никакого дела, тем не менее он не желал дополнительного унижения чёртовой псины и потому решительно направился к двум недовольным по разным причинам своим нынешним положением чародеям.       Пожиратель смерти насторожился, заметив вынутую коллегой волшебную палочку. Не обращая на него внимания, тот произнёс заклинание, заставившее пленника шумно выдохнуть, цепи тихонько зазвенели от дрожи, прошедшей по всему удерживаемому телу.       – Ты чего? – встрепенулся охранник.       – Просто избавил нас от некоторых назревающих проблем, – спокойно ответил Снейп. Посмотрел на ничего не понимающего Яксли и уточнил:       – Физиология. Видишь здесь где-нибудь туалет для нашего гостя? Вот и я нет, а нам тут с ним ещё какое-то время находиться. Это заклятье внутреннего очищения как раз для таких случаев.       – Хм, не помню я чтобы, например, в больнице применяли такое, – подозрительно протянул Пожиратель. – Там утки используются для больных, которые не могут самостоятельно передвигаться.       – Естественно, ведь оно пробуждает очень мерзкие ощущения, а после повторяющегося длительного применения вызывает нездоровые необратимые изменения в организме. Впрочем, мне плевать на здоровье Блэка, к тому же он всё равно не проживёт так долго, чтобы нарваться на упомянутые последствия.       Сириус за весь диалог не поднял хмурого злого взгляда от пола, однако прежнее напряжение ушло и анимаг слегка расслабился. Посчитав, что сделал всё что мог, Северус направился к выходу: у него много дел и нет нужды торчать здесь дольше необходимого.       Сириусу жутко не хотелось испытывать к Снейпу хоть толику благодарности, но, к сожалению, что-то похожее на неё он сейчас и ощущал. Хотя само заклинание будто прошлось внутри наждачной бумагой, а чувство жажды стало почти нестерпимым, однако одной проблемой, причём довольно постыдной, оказалось меньше. Теперь он мог сосредоточиться на других, иронично подумал анимаг: на пустом ноющем желудке, неприятно тянущих и словно выкручиваемых невидимым великаном мускулах, разламывающихся от боли коленях. Чтобы хоть как-то облегчить себе жизнь он то подтягивал тело вверх, немного отрывая многострадальные колени от каменного пола, то, когда верхние конечности отказывали, опускался вниз и расслаблял мышцы рук насколько было возможно. Облегчения эти манипуляции почти не приносили, но хотя бы держали все неприятные ощущения в рамках терпимого. Хотя, конечно, он понимал, что с течением времени любая стойкость даст трещину, а терпение истощится и надеялся, что к этому моменту ситуация успеет подойти к логическому завершению.       Приставленный страж встрепенулся и поспешно отошёл от каменной арки. Сириус поднял голову: на него со смешанным выражением раздражения и предвкушения на лице надвигался Волдеморт. Значит, выманить Гарри пока не удалось и анимага ждёт очередная встреча с Непростительным заклинанием. Ничего, он выдержит, заодно и отвлечётся от невыносимого тянущего ощущения во всём теле, когда Круциатус хорошенько встряхнёт организм. Честно говоря, слабое утешение, но другого у него не было. И жаль, конечно, что крестнику снова предстоит это увидеть. Хочется надеяться, что Дамблдор засунул мелкого в какое-нибудь убежище, из которого тот не сможет выбраться при всём желании...       В голове разорвалось маленькое солнце. И так бледный от недавнего видения Поттер вообще сравнялся по цвету с бумагой и упал на колени. «Что это было?» – возникла ошеломлённая мысль. Днём Волдеморт по субъективным ощущениям парня достаточно вежливо постучался в его сознание, но лишь затем, чтобы посетовать на медлительность противника и показать, чем эта неторопливость может грозить Сириусу. Пытка анимага вывернула Гарри наизнанку. Издевательски посоветовав поторопиться, а то пациентов, тронувшихся умом, в Мунго прибавится, Тёмный лорд разорвал связь. И вот теперь это.       Придя немного в себя, Гарри отполз с середины коридора и прислонился к стене. А затем, понимая, что в таком состоянии духа и тела не сможет встать, сосредоточился на дыхательных упражнениях. Хорошая оказалась идея, в том числе в перспективе, ведь через некоторое время в разум снова попытались проникнуть, но осторожно, не напролом. «Волдеморт, что, издевается?» – в каком-то трансе подумал юноша. Однако открыть сознание пришлось, несмотря на дурное предчувствие и страх, что ему намереваются показать теперь.       – Ай-яй-яй, Поттер, нехорошо обманывать старших.       – Что? О чём ты говоришь?       – О фальшивом Гарри Поттере, заявившемся в Лютный переулок и попытавшемся бессовестным образом обмануть моих Пожирателей. А ты не знал? Впрочем, незнание не спасает от ответственности. В следующий раз будешь думать, кому разбалтываешь доверенные тебе сведения. Я в общем-то хотел дать Блэку больше времени, чтобы отойти от прошлого Круциатуса, но передумал: кто-то же должен ответить за эту наглость. До тебя не добраться, Орден тоже чуть что трансгрессирует с поля боя, а он вот, под рукой. И советую посмотреть всё до конца, а то будет хуже.       И Поттеру, во время вражьего монолога боявшемуся пикнуть и ещё больше усугубить ситуацию, пришлось подчиниться.       Когда парень сумел с помощью нашедшего его Рона добраться до кабинета директора, на нём лица не было. Обнаружившиеся около статуи горгульи и занятые разговором Шеклболт и Дамблдор на несколько мгновений потеряли дар речи, а затем засыпали Гарри вопросами. Услышав рассказ, помрачнели.       – Это моя вина, – вздохнул директор. – Я должен был предвидеть такой вариант, учитывая прошлогоднюю битву. Я отправил члена Ордена под Оборотным зельем притвориться тобой, не без поддержки, разумеется. А два Пожирателя вдруг напали на него, крича "Фальшивка!" и пришлось быстро ретироваться. Видимо, Том специально нанёс тебе сильный мысленный удар, чтобы проверить отреагирует ли на него юноша в переулке и таким образом выявил обман.       – Паршиво получилось, – озабоченно покачал головой Кингсли. – И Сириусу досталось... Вот чёрт!       Дамблдор окинул ученика взглядом, полным тревоги:       – Переночуй сегодня в больничном крыле, Гарри, выглядишь ты сейчас как инфернал. И всё-таки закрывайся хоть немного, чтобы подобное не повторилось. Рон, будь добр, проводи его к мадам Помфри.       У Гарри не нашлось сил на возражения.

***

      Неизвестно какими силами, но Сириус ещё держался, хотя двое суток в вынужденной коленопреклонённой позиции вконец измотали его. Впрочем, в изобретательности грёбаной ящерицы-переростка, особенно что касается причинения неприятностей ближнему своему, он не сомневался. Круциатус может и много хуже, но всё-таки длится поменьше, чем это непрекращающееся истязание.       Зато по отношению к Снейпу опять вернулись правильные чувства: зашкаливающая ненависть. Тот вновь крутился возле арки, обновлял антитрансгрессионное поле, заодно повторно пройдясь по пленнику очищающим и теперь Сириус никак не мог избавиться от какого-то неуловимого мерзкого чувства царапающей сухости. Как итог наизнанку выворачивало не только мышцы, но и внутренности – вот прямо то, что нужно, чтобы окончательно сойти с ума. Ну а последнее заклятье закрутилось ветром вокруг него, отчего волосы взметнулись и упали на лицо – просто прекрасно, и как теперь от них избавиться, со свободой движений у него не очень – а затем ледяной и влажный промозглый воздух с запахом какой-то тины и гнилой размокшей листвы на несколько секунд окутал анимага, заставив судорожно закашляться и начать гневно отплёвываться от повлажневших прилипших ко рту и щекам прядей. Охватившее бешенство придало сил, а также заставило забыть о данном самому себе обещании даже не смотреть в сторону слизеринского лжеца. Блэк поднял голову, готовясь высказать всё, что думает, но взору открылась лишь удаляющаяся вражья спина. Надо же, даже не остановился позлорадствовать, двуличная змеюка. Впрочем, если это и было издевательством, то оно не сработало как надо. Напротив, стало чуть легче, в горле исчезло ощущение будто там разместился филиал Сахары, тело по-прежнему кричало от боли, но внутренности более-менее успокоились. Новый охранник попробовал съязвить по поводу «жалкой мокрой дворняги», но пожалел об этом: Сириус его узнал, а дальше дело техники – слабости и грязные секреты всех чистокровных семей ему, представителю Блэков, были известны, как от родни в прошлом, так и из досье на политических противников и соратников благородного семейства из фамильной библиотеки, на которые он как-то наткнулся. Закончилось предсказуемо: Пожиратель смерти, помня о наказе Тёмного лорда титаническим усилием воли опустил сыпящую искрами палочку и благоразумно заткнулся, предпочитая сделать вид, будто так и было задумано.       Вновь предоставленный сам себе, Сириус попытался отрешиться от поганой ситуации, в которой находился и частично преуспел. Измученное сознание застыло на границе сна и реальности, не имея возможности полностью впасть в забытье, но хоть немного приглушив реакции физического тела.       В действительность анимага вернуло смутное ощущение чего-то неправильного, что вот-вот должно случиться. Он сфокусировал взгляд на окружающей обстановке: за окнами стояла темнота, видимо опустилась ночь, зала освещалась лишь пламенем факелов. Широким полукругом, на большом расстоянии от него стояли Пожиратели смерти, непривычно молчаливые. Рядом с местом его пленения не было никого.       Через минуту послышались неторопливые шаги, в комнату прошествовал Волдеморт и остановился метрах в пяти от Сириуса.       – Как самочувствие? – неожиданно поинтересовался тёмный властелин.       – Бывало и лучше, – настороженно откликнулся анимаг.       – Что-то твой крестник не торопится тебе на выручку. Ожидание начинает утомлять.       – Вот и хорошо. Нечего Гарри здесь делать.       – Мило. Тебе не надоело, Блэк? Уже который раз «силы добра» кидают тебя на произвол судьбы. Как тогда, позволив запереть без суда и следствия. Как сейчас, спокойно пренебрегая твоими мучениями во имя «великой цели». Сколько можно унижаться, просто позор для представителя столь древнего и благородного рода. Всё то, что дала тебе кровь, растрачивается впустую, на потребу недостойных. И не приносит тебе ничего стоящего в ответ. Ради кого стараешься?       У Сириуса против воли вырвался смешок:       – У нас разные представления об унижении. И избавь меня, пожалуйста, от лекций на тему чистокровности, в своё время я наслушался их на сто лет вперёд. Да, какие-то силы и качества передаются по наследству, но не всё и не всегда. А древность и могущество рода ещё ничего не говорят об обязательной исключительности всех его членов.       – Понятно. Видимо, я впустую трачу слова, пытаясь открыть глаза добровольно ослепшему глупцу, готовому сдохнуть, защищая всякое отребье волшебного мира. Ты круглый дурак, пёс.       – Возможно, но это мой выбор, – спокойный и твёрдый взгляд Сириуса встретился с презрительным взором Тёмного лорда. Чтобы Волдеморт не увидел в нём, но презрение уступило место неприкрытой злости.       – Очень хорошо, – прошипел Волдеморт. – Только кто сказал, что я просто убью тебя? Ты действительно думаешь, что готов ко всему? Вот сейчас и посмотрим.       Пожиратели смерти в едином порыве отошли ещё на несколько шагов, а в помещении ощутимо похолодало. Появившиеся в зале четыре неестественно высокие фигуры со скрытыми капюшонами лицами словно скользили над полом. Сириус в каком-то ступоре уставился на них, не до конца веря кого он видит. В глазах Волдеморта горело тёмное торжество, губы кривила издевательская ухмылка.       – Возможно мне следует, как будущему правителю мира уже сейчас трепетно следить за исполнением закона, коль Министерство никак не сподобится, – елейным голосом чуть ли не пропел Том. – Помнишь свой приговор? И раз мракоборцы не в состоянии поймать преступника и применить к нему заслуженное наказание, придётся взять эту тяжёлую обязанность на себя.       Анимаг даже не мог до конца осознать, что он точно чувствует, глядя на приближающийся ночной кошмар. Просто ему стало очень-очень холодно, и хотелось кричать, и внезапно стало не хватать воздуха. Прежде чем тьма полностью заслонила собой всё, Сириус ещё раз встретился глазами с Волдемортом.       – Какая же ты всё-таки мерзкая тварь, – прошептал Блэк немеющими губами.       А затем свет померк.       Гарри скорчился под одеялом, огромным усилием воли сдерживаясь, чтобы не кинуться прочь из спальни. Куда? Без понятия! Прошло чуть больше двух дней с момента пленения Сириуса. Ну почему его никак не могут найти? Каждый раз, как Волдеморт вторгался в его разум, чтобы показать мучения крёстного, всё внутри юноши переворачивалось. Каждый раз кто-то из друзей или членов Ордена Феникса оказывался рядом и продолжал повторять набившие оскомину доводы почему ему нельзя кидаться в расставленную ловушку, что тогда страдания Сириуса окажутся напрасными, что он не имеет права так рисковать собой и если добровольно полезет в петлю, то просто добьётся того, что убьют их обоих, и так далее, и тому подобное. Все наперебой уверяли, что скоро обнаружат показанное ему убежище Пожирателей смерти и освободят Сириуса. Но ничего не происходило. Когда у Волдеморта лопнет терпение и что тогда произойдёт с крёстным?       Погружённый в тяжкие беспокойные думы Поттер не сразу почувствовал как горит шрам, а заметив похолодел. С ним пытаются связаться... И надо ответить, хоть ему и заранее страшно и больно от того, что придётся увидеть. Впрочем, Сириусу приходится намного хуже.       Сделав глубокий вдох, Гарри приоткрыл сознание навстречу настойчиво ломящемуся чужому разуму. Вопреки предыдущим сеансам связи в этот раз его встретила тишина. Представшую глазам каменную арку заслоняли высокие тёмные фигуры, а затем слуха коснулись какие-то хрипящие звуки, словно кто-то шумно, надсадно и непрерывно втягивал в себя воздух...       Нет! Парня подбросило на кровати.       – О, да! – раздался вкрадчивый голос в его голове. – Твоя догадка верна, мальчишка. Ты ведь всё не желаешь почтить нас своим присутствием и вынуждаешь меня идти на крайние меры.       Волдеморт сместился слегка в сторону и в просвете между потрёпанными одеждами дементоров Гарри увидел Сириуса, по-прежнему прикованного к каменным столбам. Он был белым как мел, плотно сжатые губы слегка подрагивали. Анимаг был с одной стороны странно неподвижен, с другой по телу непрестанно проходили волны дрожи. В широко распахнутых серых глазах застыл ужас, и он всё усиливался, с каждым свистящим вдохом жутких созданий. Сириус дрожал всё сильнее, а тело стало клониться к земле: силы явно покидали узника.       – Стой, – простонал Гарри. – Прекрати!       – Всё зависит от тебя, Поттер, – промолвил безжалостный голос. – Твоя трусость разочаровывает. Мне начинает надоедать эта игра и я подумываю о других способах получить то, что мне нужно. А раз так, то и твой крёстный бесполезен. Приведу-ка я в исполнение назначенный псу приговор и отправлю мой подарок Министерству.       – Не смей! – юноша вскочил на ноги разбудив Рона, но не обратил на это внимания.       – И как же ты меня остановишь? Погрозишь пальчиком из убежища, в котором прячешься? Кстати, пока пёс не потерял сознание надо бы выбрать дементора, который применит назначенный поцелуй. Блэк наговорил мне много лишнего, и я желаю, чтобы предатель крови полностью прочувствовал весь процесс. Интересно, что ощущает человек когда его душу поглощает дементор? Когда-нибудь задумывался об этом?       У Гарри перехватило дыхание, от ужаса парень не мог ни говорить, ни думать.       – Ну, так как? Который из них? Решай быстрее, а то я выберу за тебя.       – Подожди, – выдавил из себя Гарри. – Я выберусь, я приду к тебе. Ещё немного времени. Пожалуйста, не надо...       Молчание. Наконец Волдеморт снова заговорил:       – Ладно, Поттер, я дам тебе ещё один шанс. Не упусти его.       Тёмные создания продолжали вытягивать из анимага тепло, радость и энергию. Гарри увидел, как пленник бессильно обвис на цепях, страх затопил сознание, и он словно сквозь вату в ушах услышал голос Волдеморта, в котором сквозило пренебрежение:       – Успокойся. Это просто обморок, он ещё долго держался, против четырёх-то дементоров.       Высокие закутанные фигуры наконец утихли, а затем развернулись и поплыли прочь.       – Значит так, у тебя есть ещё остаток ночи и целый день в запасе, чтобы перехитрить собственных защитничков. Твоя задача добраться до могилы моего покойного папаши, а Орден пусть продолжает караулить Лютный переулок. Не забывай, если ты не явишься в особняк до заката этого дня Блэка ждёт поцелуй дементора.       И тёмный маг резко разорвал мысленную связь с Гарри. Перед глазами парня предстала тёмная тихая спальня и стоящий рядом Рон, со страхом и беспокойством глядящий на друга.       Поттер, не говоря ни слова, отвернулся и подсвечивая себе палочкой стал одеваться.       – Э-э.. – неуверенно произнёс Рон. – Ты куда?       – К Волдеморту, – спокойно ответил Гарри.       – ЧТ.. – попытался крикнуть Уизли, но ему помешала рука, крепко зажавшая юноше рот.       – Тихо, ребят разбудишь, – странно бесцветным голосом ответил Гарри. – Волдеморт привёл к Сириусу дементоров и, если я не появлюсь до заката, они высосут его душу.       Затем убрал руку и продолжил сборы. Рон пару раз открыл и закрыл рот, не находя слов, а потом прошептал:       – Но как же... Как ты выберешься отсюда?       Гарри молча показал другу мантию-невидимку и волшебный нож.       – Каким образом доберёшься до Сириуса?       – Согласно инструкциям, которые мне дали. Волдеморт всё предусмотрел.       – И что ты собираешься там делать в одиночку, без плана и поддержки? – яростно зашептал Рон, несколько напуганный неестественным спокойствием Гарри.       – Волдеморту что-то нужно от меня помимо моей жизни. Попробую сыграть на этом.       – Ты... окончательно спятил, – резюмировал Рон. – Нам надо рассказать всё Ордену и...       – И они запрут меня где-нибудь и постараются всё же найти Сириуса, но не преуспеют, как и до этого. А крёстного постигнет участь куда страшнее смерти: он превратится во всё ещё дышащую, но абсолютно безмозглую марионетку – без разума, без чувств, без памяти. Живой труп. А ради кого? Ради липового Избранного, который себя-то защитить не в состоянии, не то, что других. Судьба здорово посмеялась, выбрав в противники Волдеморту такого бесполезного растяпу.       – Ничего подобного! – возмутился собеседник. – Ты стольких уже успел спас...       – Хватит разговоров, – перебил Гарри. – Будь другом, Рон, и дай мне полчаса времени, а затем расскажи всё профессору Дамблдору. Может успеете найти нас и как-то помочь. Хлебные крошки за собой, увы, разбросать не получится, а если я хотя бы намекну тебе куда направляюсь, то Волдеморт может это узнать – он отличный легилимент, я не могу рисковать.       – Но я мог бы пойти с тобой...       – Никаких но. И потом чётко было сказано, что ждут только меня, а не всю нашу дружную компанию. Пожалуйста, Рон, прошу тебя...       Уизли растерянно замер, но в зелёных глазах сквозила такая обречённость, что рыжий неожиданно для себя просто молча кивнул.