Подарок судьбы

      – Вот в общем так всё и произошло, – закончил рассказ Сириус.       Они с Ремусом сидели на застеленной алым покрывалом кровати в его напичканной различной защитной магией спальне на верхнем этаже под дополнительным заклинанием внешней тишины.       – Значит, ты провалился через некий разрыв пространства-времени на четыре года в другой абсолютно не магический мир, а вернули тебя обратно так, что здесь прошло лишь несколько минут. Поразительно… – задумчиво сказал Люпин. – А этот разрыв...       – Разлом. С большой буквы.       – Да, Разлом... оно обладает чем-то вроде сознания?       – Предположительно. Сам понимаешь такая блуждающая сущность трудновата для изучения, а записи его создателя туманны. Да он и сам вряд ли понял, что пошло не так в этом безумном эксперименте. В науке можно наворотить не меньше дел чем в магии.       – Интересно как спокойно местные реагируют на сваливающихся на их голову непонятных личностей.       – Привыкли. Пара человек в год проваливаются регулярно, изредка активность Разлома прерывается на несколько лет. И никогда оно никого не уносит из родного для себя мира, только наоборот. Счастье для подобных мне попаданцев, что учёные разработали метод эффективного возврата бедолаг в свои миры, более того почти в то же время, когда был осуществлен первоначальный перенос. Целая государственная сеть поиска, временного устройства и возвращения обратно, а также помощи тем очень-очень редким случаям, которым в силу разных причин, увы, не попасть домой. И счастье для того мира, что какими бы способностями не обладал новоприбывший, все они блокируются. Я ведь уже рассказывал тебе как мне поплохело, когда я понял, что нахожусь неизвестно где и при этом не чувствую в себе магию, волшебная палочка не откликается и я даже не могу принять анимагическую форму...       Сириус на время замолчал, вновь погрузившись в воспоминания. Перед мысленным взглядом калейдоскопом закрутились образы.       Открывшийся взору незнакомый пустынный пейзаж, после того как слепящий свет, застилающий глаза исчез и чувство падения сменилось на твёрдую землю под ногами. Резкий шум в стороне, похожий на выстрелы из магловского оружия. Худенькая девочка-подросток, скорчившаяся за грудой камней, и взрослые мужчины вдалеке, обстреливающие её на расстоянии. Попытка воспользоваться магией ни к чему не привела, но он не отступил: получив пулю в плечо и застряв ногой в камнях, повредивших лодыжку, но сумев отвлечь нападающих и дать возможность девчонке с испуганными зелёными глазами, нет, молодой женщине, просто хрупкой и миниатюрной, сбежать.       Он почти попрощался с жизнью, но девушка вернулась с оружием и подкреплением. Мощная светошумовая граната посеяла краткую панику во вражеских рядах, мускулистый здоровяк вытащил его из завала и вместе со спасенной ранее отступил под прикрытием огневой поддержки третьей участницы группы – женщины средних лет с серо-голубо-зелёными, словно никак не могущими определиться с цветом глазами.       Небольшое подземное укрытие, пёстрая группа в десять человек разного пола и возраста, но не моложе лет двадцати, в разномастной запылённой одежде, с уставшими лицами и всё же с налетом опрятности, как будто находящиеся в тяжёлых условиях люди отказывались опускаться до положения простых оборванцев держа себя в порядке насколько это возможно.       Перевязанное плечо, из которого извлекли проклятый кусочек металла разламывалось от боли. Лодыжка не отставала, громко и настойчиво жалуясь организму на свои повреждения. Поэтому было сложно сосредоточиться на том, что говорила давешняя женщина с неуловимо меняющими цвет глазами: спрашивала его о чём-то, судя по всему, на разных языках. Когда среди незнакомых слов вдруг прозвучала английская речь, Сириус сначала подумал, что ослышался. Но нет, женщина облегченно улыбнулась и заметила, что слава Богу не зря когда-то учила этот язык в своём родном мире. Общение наладилось.         – Вот твоя палочка. Ты ведь пытался ею что-то сделать, но не получилось? Не напрягайся так, ты не первый волшебник, попадающий в этот мир. К сожалению для тебя, магией здесь воспользоваться не удастся.       – Посмотри-ка в зеркало, никаких изменений в себе не замечаешь? Всё по-прежнему говоришь. Уверен? Это замечательно, значит противопоказаний к возвращению домой в обычных обстоятельствах у тебя бы не было. К сожалению, из-за начавшейся войны сеть ВДИАН перестала полноценно функционировать – это межгосударственная служба для отслеживания всплесков активности Разлома, поиска приносимых им на нашу планету попаданцев и их возврата в родные миры. Что такое Разлом? Сейчас расскажу...       – Я? Я – тот самый безумно редкий случай, которому противопоказано возвращение домой. Можно сказать, что Разлом подарил мне новую жизнь. Я была уже весьма пожилой женщиной, когда сунула свой любопытный нос в это угрожающее, но почему-то притягательное чёрное клубящееся марево. И попала сюда помолодевшей лет на шестьдесят... Ну что ж, по крайней мере по здешней госпрограмме и потому что координаты моей родной Земли хорошо тут известны удалось устроить дела по завещанию и инсценировать как положено смерть, а не просто пропасть без вести, оставив близких в подвешенном состоянии. Жутко скучала и скучаю по родным, но мне всё равно было суждено их покинуть, сколько мне там оставалось-то... Жаловаться не на что, работа во ВДИАН – увлекательное дело. Девушка, которой ты помог, Тайра, тоже попаданка и невозвратный случай, хоть и по отличным от моих причинам, а Миэр вытащивший тебя из руин работает там же где и я, но он коренной житель планеты. С остальными, если решишь остаться с нами, познакомлю позже. Все обычные местные, кроме ещё одного подобного тебе несчастливца, оказавшегося не в то время не в том месте. Очень жалеет, что не может использовать психические способности, привычные для его мира, но не принимаемые этим. Только и остаётся, что надеяться на победу нашей стороны и восстановление деятельности ВДИАН, чтобы попасть домой.       – Войну развязали люди с соседней планеты. Хотят контролировать Разлом... Безумцы. Историю бы почитали. Можно подумать раньше это не пытались делать: контролировать его, контролировать попаданцев, разблокировать и использовать их сверхъестественные способности, в случае наличия таковых, попасть в их родные миры с корыстными целями, переправить туда или оттуда какое-либо оружие или технологии. Заканчивалось всё и всегда плохо. Да и вообще много доказательств, что у Разлома есть сознание и он даже контролирует, по крайней мере частично, процесс возврата, рассчитываемый и осуществляемый по остаточным следам присутствия энергии первоначального переноса. Забавно было наблюдать как некоторые пытались во время процедуры возвращения что-нибудь скрытно пронести с собой: человек исчезает, запрещёнка остается с нами. Если ничего не оставалось, то или такой безупречно честный попаданец, или разрешение от загадочной блуждающей сущности получено. В порядке одного старого эксперимента даже сами сотрудники давали безобидные сувениры и большинство оставалось у нас, но некоторые исчезали с отправляемыми. Фиг знает почему кому-то можно, а кому-то нельзя, закономерность выявить не удалось.       – Когда я говорю «планеты», то это и имею в виду. Не соседняя страна напала, а именно планета. Это очень технологически развитый мир, гм, звёздная система. Ребята уже достигли уровня, позволяющего достаточно внушительные по расстоянию космические перелеты. И всё абсолютно так сказать материально. Ни следа какой-либо магии или сверхспособностей, лишь старый добрый разум да умелые руки. Мне здесь комфортно, я ведь родилась обычным человеком, люблю научно-технический прогресс и его плоды, с ведьмами и колдунами сталкивалась лишь в придуманных людьми сказках, а то, что на матушке Земле есть скрытый волшебный мир узнала лишь здесь.       – Тебя безусловно надо вернуть домой, вот только сейчас это невозможно... Так получилось, что мы в глубоком вражеском тылу, из которого пытаемся выбраться. Стараемся вести себя тихо, временами партизаним. С нами опасно, а альтернатива – выйти к противнику и сдаться на его милость. Но ходят слухи что за попаданцами та сторона прямо охотится и это не внушает уверенности в их дальнейшей счастливой судьбе. Впрочем, наверняка мы ничего не знаем: решать тебе, насильно никого не держим.       Ему действительно дали возможность посмотреть на чужой военный лагерь из удобного укрытия и, если он всё же решит пойти туда, даже дали разрешение открыть местонахождение последнего убежища партизанской группы, из которого всё равно собирались уходить. Так сложилось, что в этот момент в упомянутом лагере состоялась казнь нескольких человек, видимо, пленников. И зрелище связанных, стоящих на коленях людей, расстреливаемых в затылок, не слишком способствовало желанию сдаваться такому противнику. Убить вряд ли убьют, но если цель подчинить себе Разлом, то такие как он могут стать источником ценной информации, а оказаться подопытным животным не хотелось.       И закрутилось: бесконечные дороги, постоянный риск, новые дружеские связи между собранными судьбой невольными боевыми товарищами...       – Хм, поскольку никто не знает сколь долго продлится вся ситуация предлагаю тебе присоединиться к Этараниолу в изучении местного языка. Тут мне проще, потому что я знаю английский и объяснять тебе будет много легче.       – Не переживай так, Тайра тебя не боится, прекрасно помня, что ты её спас, просто не доверяет мужчинам. Это невозвратный случай, потому что ни у кого не поднимется рука вернуть девушку в мир, где она в полном соответствии с тамошним законом бесправная рабыня, а хозяин – безумный садист. Не для того врачи вытаскивали её с того света, когда лишь напоминающее человека переломанное окровавленное существо только появилось здесь. Просто нужно время.       – Что делаете? Ничего себе, вы же недавно, как и все просто валились с ног от усталости!       – Ну это не повод упустить возможность позаниматься. Как говорится в здоровом теле – здоровый дух, и весь этот джаз...       – Согласен с Волей. Я, например, после таких долгих отупляющих переходов борюсь с усталостью именно физическими упражнениями. Да и вообще мы стараемся регулярно посвящать этому время. Присоединяйся, если хочешь, Сириус. Пусть нас будет больше, чтобы остальным бездельникам стало стыдно!       – Что-то новенькое...       – Да вот, спарринг с воображаемым противником. Иногда кто-то присоединяется, чаще всего Тайра, уж очень она повернута на идее уметь защищать себя, или Воля – у той вообще девиз «движение – это жизнь», но она всё же больше по огнестрельному оружию. Хочешь немного размяться?       – В волшебном мире не приветствуют магловские драки... Поэтому с удовольствием.       – Отлично! Начали.       – Воля, блин, здесь чисто! Что за маниакальное стремление затевать уборку и реорганизацию каждого встреченного убежища. Мы на войне!       – Так легче дышать, Миэр, ты делаешь место своим.       – Вон ученики твои ждут не дождутся урока по языку, а ты грузишь народ общественными работами...       – Да мы не против.       – И эти туда же...       – Спасибо! Я уж думал мне конец. Неплохо для новичка, кстати. Чисто ты его уложил.       – Не благодари, я чуть тебе голову не отстрелил. Не знаток я магловского оружия...       – Ну не отстрелил же, попал куда надо. Практика, практика и снова практика – всё станет получаться. Ладно, дело сделано, теперь тихонечко отползаем к своим...       Исцеление душ, любовь, верность...       – Наговорились? Я же сказала Сириус, тебе и Тайре необходимо лишь время.       – Эх, молодёжь! Чудесная пора! Вот и мы с женой всё время болтали друг с другом. Когда весь этот кошмар закончится и мы увидимся, у меня столько всего будет, что ей рассказать... Не упускайте время, голубки!       – Не смущай людей, Ивор. Они просто хорошие друзья.       – Знаю я таких друзей, хе-хе...       – Ивор!       Потери...       – Спи спокойно, друг...       – ...Он так хотел встретиться с женой. Всё время только о том и говорил...       – Может и встретился.       – Что ты имеешь в виду?       – Ивор узнал про атаку на лабораторию, где она работала, когда удалось в очередной раз подключиться к новостной трансляции в одном из найденных нами убежищ. Передавали, что выживших не осталось. Может надеялся, что официальная информация не верна, а может под встречей понимал как раз такой исход... Надо впредь быть осторожнее, крепко мы их разозлили своей последней вылазкой.       Широко открытые зелёные глаза невидяще глядят в небо и яркое солнце больше не может их ослепить.       – Нет, не может быть... Тайра...       Ярость, боль, горе – на самом деле плохие соратники в сражении...       – Берегись!       Сириуса оттолкнули в сторону и его прокрутило по земле, прогремел взрыв.       – Это моя вина. Лез на рожон, ничего не замечая в своей жажде мести. И угробил Волю...       – Ещё не угробил, мы её обязательно выходим!         Новые страницы жизни...       – Так, отличное укрытие. Давайте приведём его в порядок, иначе если Воля очнётся в таком бардаке нам несдобровать. И что это за пришибленные взгляды? Она обязательно придёт в себя, без вариантов. А пока за дело.       Чёртова тишина оглушает, чувство вины и страха за чужую жизнь сдавило горло. Открой, пожалуйста, глаза. Ну же...       Тихий размеренный голос над ухом:       – Дыши. Вдо-о-ох, раз-два-три-четыре, вы-ы-до-о-о-ох, раз-два-три-четыре-пять-шесть, вдо-о-ох...       Он вслушивается в спокойные интонации и подчиняется им. Тугой узел в груди постепенно исчезает.       – Теперь порядок?       – Да, спасибо.       – Работа с дыханием – самая простая техника успокоения. У моего народа их много. Да и здесь я нашел пару интересных книг по вопросу. Воля говорила в её мире люди тоже интересуются психологией и проводят на эту тему много интересных исследований. И хоть мои способности здесь заблокированы, я продолжаю развивать контроль над разумом и чувствами, чтобы не потерять форму, когда вернусь домой.       – Да, чёртовы чувства. Вечно мешают сохранять ясность мышления...       – Не сказал бы. Когда ум и чувства работают вместе – это грозная сила, намного мощнее чистого разума, как по моему мнению. Например, если что-то действительно меня вдохновляет, то уровень концентрации и способность к запоминанию и анализу информации многократно возрастают. Самое главное правильно их подружить, а также развивать умение видеть ситуацию как бы со стороны. Конечно, это легче сказать, чем сделать.       – Научишь меня? Техникам, которые могут пригодиться даже тем, кто не обладает вашими способностями?       – С удовольствием.       – Я прощаю тебя.       – Что???       – Ты меня услышал, – бескровные губы дрогнули в слабой улыбке, серо-голубые глаза плавно сменили цвет на зеленоватые и обратно. – Только пообещай мне больше никогда не вести себя столь безрассудно. Не швыряйся своей жизнью так бездумно, есть люди, которым ты дорог.       – Обещаю.       – Как же, чёрт возьми, больно... и очень жарко... почему так жарко?.. Расскажи что-нибудь... мне нужно... отвлечься...       И Сириус говорил, говорил, говорил. Всё что угодно, лишь бы удержать друга на стороне жизни: где они сейчас, что происходит в их импровизированном партизанском отряде, какие новости удаётся выцепить из внешнего мира. А затем про свою жизнь до Разлома, про волшебный мир и события в нём происходящие, мысленно послав к чёрту статут о секретности, про любимых людей, свои страхи и мечты...       – Слушай, тебе не рано вставать-то?       – Действительно, процесс восстановления – это долгое дело.       – И не следует его торопить.       – Да не суетитесь вы, мне уже намного лучше.       –  Тайра говорила мне, что ты стал её спасением.       – Хреновый из меня спасатель...       – В самый раз. Она исцелилась душой, узнала какими должны быть нормальные здоровые отношения. Защитить же кого-либо абсолютно от всего на свете не в человеческих силах. Но она погибла в бою и забрала с собой часть нападавших. И жизнью своей, и смертью полностью исполнила данное самой себе обещание никогда больше не быть жертвой...       – Поверить не могу! Мы всё-таки выбрались и дошли до своих. Кстати, слышали последние новости? Мы наступаем и уже довольно успешно. Неужели наконец наступил правильный перелом в проклятой войне!       – Хотелось бы надеяться. В любом случае, среди такого количества вооруженных людей, не стремящихся это самое оружие на тебя наставить, определённо стало спокойнее на душе.       – Оказывается своими неуклюжими вылазками мы попортили немало крови противнику. Весьма неожиданно.       – Да. Насколько я понял нам даже предлагают остаться в качестве проводников. Мы же тут всё вдоль и поперёк исходили. Но не настаивают, мы не военные под присягой. Хотя знаешь что, я пожалуй приму это предложение. За столько времени чёртов конфликт перестал быть чужой проблемой, не имеющей ко мне отношения.       – Ты не одинок в этом желании. Похоже вся наша пёстрая группа готова продолжать драться.       – Хм, стоит в редкое затишье собраться, так обязательно кто-то издалека следит. Вроде, блин, уже всем всё доказали.       – Что? Где? А, это! Не волнуйся, Тиш, приняли нас. Этот военный просто Миэру глазки строит.       – Чего? Ты это о чём, Воля?       – Ну да, это он мне. Проблемы, Тиш?       – Нет, проблемы будут скорее у меня, если я тебе, орясине здоровенной что-то не то скажу. Спи с кем хочешь.       Общий смех.       – Да, давно хотел спросить... Сириус, не думал расширить свои горизонты?       – Прости, что? Эм, нет, не думал.       – Я без нажима, просто предлагаю. Я ведь как угодно могу: сверху, снизу, мне без разницы.       – Та-а-ак! Сириус, а ну-ка пересядь ко мне, подальше от этого растлителя...       – Воля, не будь занудой. И что значит растлителя? Ещё скажи, малолетних. Он взрослый человек, сам может решить.       – Взрослый не нуждающийся в защите мужчина, верно. Но дружескую заботу проявлять не возбраняется.       – Я ему тоже друг.       – Угу, на друзей так не смотрят. Я на него так не смотрю, а я вообще-то женщина...       – Так, брейк ребята! Миэр, я пока вообще ни о каких отношениях не могу думать. Слишком мало времени прошло... после...       – Понял, замолкаю... Ну, если когда-нибудь задумаешься.       Бамс! Бум!       – Ой! Дамы, вы чего делаете! Нечего в меня швыряться всякой фигней, я ж чисто гипотетически, на будущее.       БАМС!       – Ай! Ладно-ладно, молчу.       – Что там случилось с «межпланетным сообществом»?       – Ну, похоже их тоже напугал визит Разлома на флагман нашего противника, причём отнюдь не с тем, чтобы оставить там растерянного попаданца. Что бы из него ни вылезло, но выживших там не осталось. Вообще мало что осталось кроме стен да разорванной в клочья техники, откровенно говоря. Мы и без этой демонстрации силы уже набили морду нападавшим, однако сейчас процесс их капитуляции просто «понёсся вскачь», безоговорочно принимают любые наши требования. Все вдруг вспомнили, что лучше эту сущность непонятную и планету её рождения не трогать, ибо может быть чревато.       – Привет всем! С космическим кораблём как получилось: наши засекли в нём какое-то излучение непонятное, ну и слухи ходили, что у них там мощное экспериментальное оружие. Могут и вдарить напоследок. Все голову сломали над планом как туда проникнуть, но Разлом нас опередил.       – Привет! Так вот оно что. То-то вся звёздная система спешно стала разрабатывать законы и коллективные договоренности, защищающие нас от нападения. Раньше деятельность местной достопримечательности не выходила за пределы планеты и тут, надо же, появилась в космосе.       – А они что не предполагали такой возможности??? Оно же по другим мирам спокойно перемещается!       – Видимо, нет.       – Идиоты...       – Недавно связывалась с директором ВДИАН. Выживших сотрудников с нетерпением ожидают обратно. Передала что с нами два попаданца, которые хотят вернуться домой, однако с этим придётся подождать. Вся сеть работы с Разломом и переносимыми им людьми очень интересовала нападавших, многое было разобрано на части для изучения либо банально разрушено, множество работников убиты или замучены в попытках выпытать у них какую-либо информацию, минимум шесть попаданцев, провалившихся на занятую врагом территорию уже никогда и никуда не вернутся, ещё часть спасли и временно разместили в квартирах головного института. Пройдёт месяца три-четыре пока работу не наладят. Ну а у нас есть предписание.       – Предписание? Вроде же нам всем дружно пожали руки, поблагодарили за помощь и проявленное мужество и пожелали доброго пути на гражданку, или нет?       – А оно выдано не на службу, а на отдых и восстановление. Месяц на морском побережье на полном государственном обеспечении для всей нашей дружной бригады. Так что, собираемся и в путь: вылетаем завтра, с утра.       – Вы вообще думаете вылезать на берег?       – Не-а. Мы не виноваты, Ильга, что из всей компании лишь ты не любишь плавать.       – Я люблю плавать, но не чувствую желания проводить в воде по часу каждый раз как захожу в море.       – Ладно, выходим раз уж ты чувствуешь себя одиноко.       – А вот я, например, чувствую себя одиноко этими классными звёздными ночами. Все разбредаются спать, а ведь бархатная тьма так и манит прогуляться... Неужели меня одного? Сириус?       Дружный коллективный вздох и тихий смех.       – Ну вот, опять начинается. Отвянь от человека, бесстыдник.       – Всё в порядке. Я как-то и не думал раньше про как ты сказал «расширение горизонтов». Что ж, поразмыслив я не нахожу эту идею отталкивающей, но и привлекательной не назову. К тому же воспринимаю тебя только как друга. Так что мой ответ – нет. Не обессудь.       – Жаль, жаль. Что ж, понял, принял, умолкаю.       – Присаживайтесь, ребята. Как вас разместили?       – Отлично, институтская квартира симпатичная и то, что она рассчитана лишь на двоих устраивает и меня, и Этараниола.       – Я рада и вот что хотела вам сказать: мы подали официальный запрос, чтобы вам двоим разрешили вернуться домой без процедуры стирания памяти. Да, такое предусмотрено в официальном протоколе уже много-много лет и это тайна, посвящать в которую я не имею права. Однако, во-первых, шанс что заявку одобрят очень высок. Стереть пару недель, что является обычной практикой, не то же самое, что несколько лет. Плюс вы официально участники выигранной недавно войны и находитесь под защитой этого статуса. Кстати, военные прислали чудесную характеристику и что наиболее ценно обозначили там вашу способность, если необходимо, держать язык за зубами. Во-вторых, предупреждён – значит вооружён, и если заявку не одобрят, то знание того, что вам грозит может помочь сопротивляться самой процедуре. Давайте подумаем какие психологические техники могут пригодиться для защиты вашей памяти и насколько эффективными они будут в этом мире, где ваши способности заблокированы.       – Интересная музыка. Что-то знакомое, хоть я и не понимаю ни слова. Твой родной язык?       – Да, это на русском. Могу поставить и на твоём... Вот.       – Тоже не слышал ни разу... Хм, жизнеутверждающая песня, мне нравится.       – Ага. Ты и не мог её слышать, эту песню придумали в 2013-м, если не ошибаюсь, то есть в твоём будущем. Вот интересно почему такой относительно маленький промежуток времени между нами? Я ведь в том году, из которого тебя перекинули уже существовала, в школу ходила. Согласно собранным сведениям обычно Разлом посещает один и тот же мир не более одного раза в тысячу лет по тамошнему времени, хотя на Землю захаживает чаще, каждые триста-четыреста лет. Да и пошел он сначала в 2070-й, а потом вернулся в 1996-й, если выстраивать хронологию по времени попадания сюда, ведь ты появился позже меня на тринадцать лет.       – Может потому, что ты невозвратный случай? Или потому, что я из волшебной части нашего мира, а ты нет?       – Всё может быть.       – Можно выдохнуть. Разрешение на переход с сохранением памяти получено. Вас ещё замучают, конечно, различными наставлениями и предостережениями, но это уже ерунда. Примерное время процедур возврата определено и надо будет сообщить всем нашим: разбредаясь по домам они выразили желание приехать попрощаться. Кстати, мы выбили разрешение загрузить вас подарками и сувенирами, так что готовьтесь. Неизвестно согласится ли Разлом, но мы попробуем. Если удастся, то просто не светите сильно этими вещами и всё. Музыку, которую я тебе запишу, Сириус, слушай лучше дома. У тебя случай сложнее, мы из одного мира, так что пока её там не создали нужно быть аккуратнее. С другой стороны, музыка как вы её называете магловская так что риск уменьшается.       Небольшой зал с кучей различных устройств, улыбающиеся с грустинкой в глазах люди – конец длинного, увлекательного, но трудного и опасного путешествия, что и показывала загадочная блуждающая трещина в земле, маня и одновременно предупреждая цветом, у каждого своим, что есть подвох.       – Эх, Сириус! И всё же не понимаешь ты какое удовольствие упустил! – восклицает мускулистый здоровяк, медленно скользя заинтересованным взглядом по фигуре стоящего в центре круга человека с длинными иссиня-чёрными волосами.       Коллективный стон проносится над залом:       – Миэр!!! Ты опять!       Серые глаза, насмешливо прищурясь в свою очередь окидывают взглядом крепыша:       – Ничего, ты у нас мужчина хоть куда, быстро утешишься!       Раздавшийся смех приподнял собравшимся настроение, стало оживленнее. Все на время забыли, что это прощание навсегда. Ведь Разлом никогда за всю историю своего существования не забирал одного и того же человека дважды.       Сириус вынырнул из омута воспоминаний. Ремус всё это время безмятежно пережидал затянувшуюся паузу, не желая прерывать чужие размышления – эти качества натуры оборотня всегда нравились анимагу, и тогда, когда ему самому не доставало терпения, и теперь, когда жизнь заставила стать серьёзней и рассудительнее.       – Поскольку мне весьма сурово и настойчиво объясняли, что о Разломе и их мире распространятся не нужно, я и не собираюсь что-либо говорить остальным, в том числе Гарри. Поэтому и предпринимаю все меры предосторожности даже в своём доме, когда открываю истинные причины произошедших во мне изменений.       – А то, что ты поведал всё мне, никакими неприятностями тебе не грозит? – с тревогой спросил Ремус.       – Нет, ответственности не предусмотрено. Но я не мог не поделиться с тобой, ты мой друг, я тебе полностью доверяю.       Сириус редко видел такую гамму эмоций на обычно нейтральном лице.       – Мне действительно хотелось разделить с тобой своё приключение, пускай и в пересказе, – неловко продолжил анимаг. – А ещё это один из способов сказать, что мне безумно жаль за своё недоверие в прошлом. Какие бы мысленные оправдания не приходили в голову: и что из всех нас ты был наиболее закрытым человеком, от которого точно не знаешь, чего ожидать, и что многие оборотни поддержали Волдеморта, что неудивительно, учитывая каким гонениям они подвергаются в волшебном мире – но все они были чушью, просто скрывая неприятную правду. А она состоит в следующем – это я не заслуживал доверия, подставив тебя в школе. Честно, Ремус, я был сказочным идиотом, не дав себе труда подумать о последствиях, прежде всего для тебя, если бы ты убил или заразил ликантропией человека. И никакое раздражение длинным носом известного нам зельевара, задолбавшего своей слежкой, не может служить оправданием такой фееричной глупости. Зачем он вообще реально туда попёрся? Слушать врага – это последнее дело на свете! Ладно, а то я опять скатываюсь в оправдания. Суть в том, что я чуть не стал организатором убийства, совершенно не отдавая себе в этом отчёта, а ведь считал себя умным. Даже сейчас не совсем верится в твоё прощение, ведь...       Неожиданное объятие прервало неуклюжий монолог.       – Эй, я всё понял, не нужно так нервничать, – мягко сказал Ремус, отстраняясь. – Да, это была дурацкая и опасная идея. Когда мне всё рассказали, я не мог поверить своим ушам. Интересно, что я довольно быстро простил тебя: и от того, что ничего плохого не случилось, и от того, что было видно в каком ты ужасе от своего поступка, когда, судя по всему, до сознания дошло какие могли быть последствия – а вот гнев на саму ситуацию долго не проходил. Наверное, поэтому казалось будто прощение вымученное и ненастоящее. Заверяю тебя, оно было подлинным. Хоть и посещали временами мысли настучать по кое-чьей глупой голове, но это не мой стиль. Хотя так до тебя может быть лучше дошло.       Оба усмехнулись и обменялись понимающими взглядами.       – А я, в свою очередь, хочу попросить прощения, что поверил будто ты можешь предать Джеймса и Лили, подставить крестника. Не прими за пустое оправдание, мне очень долго претила сама мысль об этом, думал, что это ошибка, что на суде всё выяснится, но не нашёл в себе сил узнать, когда состоится заседание и прийти на него.       – Сложно прийти на то, чего не было...       – Как не было? А где тогда Дамблдор свидетельствовал перед Министерством, что ты был Хранителем тайны?       – Полагаю на предварительном следствии. Его результаты сочли столь убедительными, что решили не заморачиваться с судом.       – Даже не знаю, что сказать. Подавляющее большинство реальных Пожирателей смерти всё же удостоились заседания полного состава Визенгамота. И сейчас у меня вдруг промелькнула страшная мысль будто вообще осудили лишь тех, кто сам с гордостью признался в служении Волдеморту. Надеюсь, очень надеюсь, что это впечатление обманчиво.       – Хм, и мне твоя мысль показалась верной, как ни жутко это осознавать... Да нет, сажали и тех, кто клялся в своей невиновности. Не могли же они, в самом деле...       Оба мага на время замолчали.       – В любом случае, – тряхнул головой Ремус, – чем больше просачивалось разной информации, тем чаще стали возникать сомнения в твоей невиновности. А уж обстоятельства «смерти» Питера были вообще выразительные. Я не знал, что думать. А ведь это всё время был он и никто из нас ничего не заподозрил. Наш так называемый друг шпионил за Орденом уже давно, он ведь раскрывал врагу информацию о его членах, отдавал Пожирателям своих соратников и получается фальшиво переживал, когда мы находили жертв нападений. Просто не укладывается в голове... Зато туда полностью уложилась версия Министерства о тебе, вопреки всему, что я знал и чувствовал. Так что, я ничем не лучше и прошу за это прощения.       – Ну, версия следствия была весьма убедительна. А ещё чувство вины за глупый план, закончившийся трагедией, просто окутывало меня и не помогало выглядеть непричастным.       – План вообще-то был хорош. Отводил подозрения от истинного Хранителя, оставляя тебе весь реальный риск. И если бы не одна «крыса» в наших рядах, и это я не о его анимагической форме, обеспечил бы дополнительную защиту Поттерам. Подводя итог хочу сказать, что прощаю тебя за все прошлые ошибки, реальные и мнимые, допущенные в отношении меня. И честно заверяю, что полностью доверяю тебе и считаю своим другом.       Сириус даже удивился насколько легко стало на душе от обращённых к нему слов.       – Спасибо, это много значит для меня. Я по-прежнему считаю, что просить у меня прощения тебе не за что, но оно у тебя есть: полное прощение, всецелое доверие и, конечно, моя дружба.       – Спасибо, – Ремус искренне улыбнулся. – Даже удивительно насколько этот разговор был нужен и какой груз упал с плеч. После возрождения Ордена мы о чём только не болтали, а вот тема прошлых недомолвок не всплывала.       – С моей стороны это банальная трусость. Было здорово вот так общаться с тобой, как в школе, и я боялся всё разрушить.       – Аналогично. Ходили вокруг да около, не осознавая, что подобная робость может выйти боком в будущем и как раз разорвать возрождающуюся связь. Что ж, довольно покаяний на сегодня, можно перейти к другим темам.       – Согласен.