Как убить чудовищ?

Голос вышел надтреснутым, но твёрдым как лезвие, которое только что заточили. Флеш слегка наклонил голову, движение было почти незаметным, но внимательным, оценивающим. Улыбка исчезла с его лица полностью. Теперь он смотрел на Итана уже не как на упрямого мальчишку, а скорее как на возможный актив, как шахматист, который вдруг заметил, что пешка может стать ферзём, если её не сбросить с доски слишком рано. — О? — произнёс он тихо, почти шёпотом. — Неожиданно. Флеш повернулся к двери. Движения его были спокойными, отточенными, как будто весь этот визит был просто коротким разговором по делу. Он взял шляпу со столика, надел её одним привычным движением, чуть сдвинул набок, как ковбой в старом вестерне, завершающий сцену. — Хорошо. Будем играть по твоему. На мгновение он остановился, положив руку на дверную ручку. Пальцы длинные, покрытые старыми шрамами, сомкнулись на металле. Но дверь он не открыл сразу. Только повернул голову через плечо, медленно, без резкости. За тёмными очками невозможно было увидеть глаза, но ощущение было такое, будто он смотрит прямо в душу, глубоко, безжалостно, как рентген. — Не забудь, — произнёс он тихо, почти ласково. — Вампиры придут за тобой. — И когда это случится, ты вспомнишь, кто первым предложил тебе помощь. Дверь распахнулась. Холодный дневной воздух ворвался в квартиру, сырой, с привкусом мокрого асфальта, выхлопных газов и далёкого дождя. Он принёс с собой шум города: гудение машин, далёкий лай собаки, шорох листьев под ветром. Телевизор на секунду замолк словно дом сам прислушался, затаил дыхание. Политик на экране всё ещё улыбался, но звук пропал, оставив только беззвучное движение губ. Флеш чуть наклонил шляпу, короткий, почти ироничный жест прощания. — Думай быстрее, Хитчер. Он вышел, не оглядываясь. Тяжёлые шаги ковбойских ботинок прогрохотали по лестничной площадке, уверенные, размеренные, как метроном. Они удалялись вниз, ступенька за ступенькой, пока не стихли совсем. Дверь осталась полуоткрытой, щель шириной в ладонь, через которую вползал холод и тьма подъезда. Итан стоял в коридоре, вцепившись пальцами в дверной косяк так сильно, что дерево скрипнуло под ногтями. Он чувствовал, как холод прокатывается по позвоночнику, медленно, волнами, от затылка до поясницы. «Как он меня нашёл?.. — мысль билась в голове, как мотылек о стекло.» « Проследил? Или... наблюдал давно?» Он вспомнил лица в парке, камеру на телефоне, смех вампиров. Вспомнил суд, где все знали его имя. Вспомнил, как легко Флеш назвал его фамилию, Рид. Как будто она уже была в каких-то списках. Темнота за порогом выглядела глубокой, почти вязкой, чёрная яма, в которую можно шагнуть и не вернуться. Где-то внизу хлопнула дверь подъезда,далёко, глухо. «И почему он был так уверен, что они вернутся?» Итан медленно закрыл дверь, не хлопнул, а именно закрыл, с тихим щелчком замка. Повернул ключ два раза. Потом прислонился лбом к дереву. Дерево было холодным, пахло старой краской и пылью. Он стоял так долго пока дыхание не выровнялось, пока сердце не перестало колотиться в горле. Потом повернулся спиной к двери. В комнате всё было по-прежнему: мигающий телевизор, чёрные шторы, пустота. *** Среда 19:30 Вечер оказался серее, чем обычно, не просто серым, а каким-то выцветшим, будто кто-то выжал из неба последние краски и оставил только пепел. Дождь кончился час назад, но улицы всё ещё блестели, отражая неон в лужах, вспышки розового, синего, фиолетового, которые тут же гасли, словно город начал медленно засыпать. Свет рекламных щитов дрожал, буквы нестабильно мигали в щитке. Итан шёл на работу по мокрым тротуарам, стараясь не смотреть никому в лицо. Люди и вампиры двигались рядом, но будто по разным рельсам. люди медленные, с опущенными плечами, в старых куртках и мокрых кедах, шагали, глядя под ноги, словно боялись встретиться взглядом с кем-то выше себя. Вампиры, выглядели точно так же как и люди, но их можно было отличить по рабочим костюмам, уверенные, холодные, шли ровно, без лишних движений, плащи и пальто развевались за ними, как крылья, которые они не удосужились сложить. Они не спешили, не толкались, не извинялись, просто проходили сквозь толпу, и люди инстинктивно расступались, как вода вокруг камня. «Просто дожить до конца смены...» — повторял Итан про себя, как мантру. «Сделать вид, что всё хорошо. Улыбнуться и наливать и уйти потом домой, не думать о глупых вещах!». Вывеска «Сладкий Зайчик» висела над входом в переулок, белый неон с розовыми ушками зайца, который периодически щёлкал и моргал, будто вот-вот нужно будет его поменять. Свет был тусклым, но настойчивым, он пробивался сквозь дождевую морось и ложился на мокрый асфальт длинными полосами. Дверь клуба была тяжёлой, металлической, с облупившейся чёрной краской. Когда Итан толкнул её, изнутри ударил тёплый, душный воздух, пропитанный запахом густой крови, сладкого сиропа и чего-то металлического, что оставалось на языке даже после того, как закроешь рот. Внутри клуб был утоплен в красном свете, бархатном, как внутренняя сторона глазного века. Лампы под потолком светили тускло, отбрасывая длинные тени на стены, обитые чёрным бархатом. Барная стойка из тёмного дерева блестела от пролитых капель, за ней уже стояли другие бармены, двое людей и один вампир с серебристыми волосами, который никогда не улыбался. Итан прошёл за стойку, надел фартук,чёрный с маленьким розовым зайчиком на груди и начал работать механически. Протирал стаканы, проверял бутылки, наливал. Руки двигались сами, привычка была сильнее усталости. Молодой вампир лет двадцати на вид с идеально уложенными чёрными волосами и тонкой золотой цепочкой на шее сидел у стойки на высоком стуле. Он едва взглянул на часы на запястье, тонкие, серебряные, с крошечными бриллиантами вместо цифр и протянул, не поднимая глаз: — Ты опоздал на сорок семь секунд. Я засекал. Голос был лёгким, почти игривым, но в нём сквозила та холодная точность, от которой по спине ползли мурашки. Итан коротко выдохнул через нос. Пальцы на мгновение сжались на тряпке. — Пробки, — сказал он тихо, без эмоций. Вампир усмехнулся, уголком рта обнажили кончики зубов. Усмешка была короткой, как вспышка. — У людей всегда пробки, — произнёс он, глядя теперь прямо на Итана. Глаза его были светло-серыми, почти прозрачными, как лёд под луной. — Дороги, чувства, жизнь... всё у вас тормозит,забавно. Он откинулся на спинку стула, постукивая пальцем по краю стакана. В стакане ещё оставалась капля крови,густая, тёмно-бордовая, медленно стекающая по стеклу. Итан молча взял бутылку с тёмно-красной жидкостью, синтетическая кровь премиум-класса, с лёгким привкусом вишни и металла и налил ровно столько, сколько требовалось по этикету. Три четверти стакана без капли на край. Он поставил стакан перед вампиром,аккуратно, без лишних движений. Тот взял его двумя пальцами, поднёс к губам, но не отпил. Просто смотрел на Итана поверх края стакана. — Ты выглядишь хуже, чем обычно, — заметил он почти ласково. — Не выспался? Или... у тебя кто-то умер? Слова упали тихо, но в тишине бара они прозвучали как выстрел. Итан замер. Руки на стойке напряглись, он почувствовал некую злость, не ответил. Просто отвернулся, взял следующий заказ, коктейль для пары за соседним столиком и начал смешивать, не глядя в сторону вампира. Но внутри что-то сдвинулось. Гнев, тот самый, тяжёлый, который родился в зале суда и который он пытался задавить работой,снова шевельнулся. Он старался не думать за всё происходящее и просто делать свое дело. Позже, в раздевалке, флуоресцентные лампы мерцали так уныло,как будто им самим было больно гореть. Свет был холодным, мертвенно-белым, отражался от потрескавшегося кафеля и металлических шкафчиков, покрытых слоем старой краски и царапин. В воздухе висел запах пота, дешёвого дезодоранта и чего-то металлического, то ли от труб, то ли от крови, которую здесь проливали чаще, чем воду. Итан снял униформу, пропитанную запахом сиропа и синтетической крови. Ткань шуршала, когда он стягивал её через голову, и бросил в корзину для грязного белья. Потом остался в одной футболке и джинсах,тонкой, выцветшей, с пятном от пролитого коктейля на груди, которое он так и не отстирал. Он уткнулся лбом в холодный металл шкафчика. «Как же мне хорошо..» — подумал он тяжело вздыхая. Металл был ледяным,приятная, почти болезненная прохлада, которая на секунду заглушила жар в висках. Глаза закрылись, дыхание медленно выровнялось. «Если он и правда хотел помочь...» — мысль пришла тихо, но настойчиво, как комар в темноте. «Почему тогда он ушёл? Мог бы что-то посоветовать... хоть слово, хоть намёк. Или это была просто игра? Просто посмотреть, как я сломаюсь?» Он не успел додумать. Воздух вдруг стал холоднее,не просто сквозняком из вентиляции, а резким, ощутимым падением температуры, будто кто-то открыл окно зимой. Кожа на затылке покрылась мурашками. Итан почувствовал присутствие раньше, чем услышал шаги, просто знал, что за спиной кто-то стоит. «Близко, слишком близко» — подумал Итан. Бледная рука легла ему на плечо, лёгкая, но тяжёлая одновременно. Пальцы были холодными, как мрамор, который долго лежал в тени. Кожа на них была гладкой, без единой поры, без единой морщинки. — Мистер Хитчер, — прозвучал спокойный, почти дружелюбный голос. Низкий, бархатный, с лёгкой модуляцией, как у человека, который привык, что его слушают даже тогда, когда он говорит шепотом. Глаза Итана распахнулись шире, зрачки расширились от внезапного адреналина. Он резко обернулся. Перед ним стоял вампир в дорогом тёмном костюме, чёрный, идеально сидящий, сшитый на заказ, без единой складки. Материал слегка поблескивал под лампами,тонкая шерсть, наверное, с примесью чего-то синтетического, чтобы не мяться. Белая рубашка под пиджаком была безупречной, галстук,узкий, тёмно-бордовый, почти чёрный в этом освещении. Руки он держал за спиной расслабленно, но твёрдо, как преподаватель, который пришёл вручить выговор и знает, что ученик не посмеет возразить. Лицо вампира было спокойным, почти безупречным, высокие скулы, прямой нос, губы тонкие, но не сжатые в линию. Кожа загорелая, он вообще не выглядел как идеальный пример вампира из сказок, глаза,холодные, стеклянные, светло-серые, с едва заметным красноватым отблеском в глубине, как угли под пеплом.