Вдох для полукровки

​

***

О Мерлин! Я ждала этого дня, кажется, все семь лет учебы в Высшем магическом колледже. Сегодня я возвращаюсь в Хогвартс уже не ученицей, а преподавателем. Точнее, пока только ассистентом. ​Интересно, к кому меня приставят? ​Я так спешила, что всё равно опоздала: пропустила и распределение, и праздничный ужин. Пробегая по длинному коридору замка, я внезапно споткнулась и полетела прямо к чьим-то ногам. ​— Вы могли бы быть аккуратнее, мисс... — он замолчал, вглядываясь в моё лицо. — Гринч? Что вы здесь забыли? — ледяным тоном спросил профессор Снейп. ​— Здравствуйте, профессор, — ответила я, пытаясь подняться и отряхнуть мантию. — Я прохожу практику в качестве помощника преподавателя зельеварения. ​— Помощник? Кто вам сказал, что они мне нужны? Я прекрасно справляюсь сам и в ваших услугах не нуждаюсь. До свидания. ​Какой был грубый, такой и остался. А ведь на последнем курсе я только о нем и думала. Весь седьмой год старалась, из кожи вон лезла, чтобы он заметил мои успехи... Но он же ничего не видит. Или не хочет видеть. И всё же в нем есть что-то притягательное. Интересно, какой он на самом деле? ​За этими мыслями я не заметила, как подошла к кабинету директора. Постучала. — Войдите, — отозвался Дамблдор. — О-о, мисс Гринч! Здравствуйте, мы как раз вас ждали. — Здравствуйте, профессор. Прошу прощения за опоздание. Мой путь лежал через магловский мир, и там пришлось задержаться, — ответила я с виноватой улыбкой. — Первые уроки завтра. А пока присаживайся, подождем Северуса. ​В этот момент в кабинет стремительно вошел Снейп. По его лицу было видно: он в ярости. Ну, приплыли... Я еще не успела приступить к работе, а он меня уже ненавидит. ​— Профессор Дамблдор, прошу заметить, — отчеканил Снейп, — я не нуждаюсь в помощи. — Северус, мы все это знаем и ничуть не сомневаемся в твоей компетенции, — мягко прервал его директор. — Но девушке нужно пройти стажировку. Кто, если не ты, лучший мастер своего дела, сможет ее обучить? — Так значит, вы навязываете мне еще одну ученицу? — в голосе Снейпа послышалось раздражение. — Мне и так хватает работы. — Профессор Снейп, боюсь, это не обсуждается. — Отлично! До завтра! — Снейп круто развернулся и, громко хлопнув дверью, вышел. ​— Не обращайте внимания, он всегда такой, — успокаивающе произнес Дамблдор, протягивая мне шоколадную конфету. — Сегодня он даже в хорошем настроении. — Спасибо, профессор. Я, пожалуй, пойду. — Идите-идите, завтра у вас тяжелый день

***

Я проспала! Эта мысль ударила в голову, как заклинание Оглушения. На скорую руку я привела себя в порядок и, пожертвовав завтраком, помчалась вниз. К счастью, в кабинет я влетела одновременно со звоном колокола. ​— Здравствуйте, профессор, — выдохнула я, пытаясь унять одышку. — Что мне делать? — Не мешать, — отрезал он холодным, звенящим тоном. — Вот вам бумаги. Переберите их и разложите строго по алфавиту. — Я думала, что наставник должен учить, а не давать работу секретаря... — начала было я, но он перебил меня на полуслове. — Вы — не педагог, — его голос резанул, как нож. — Насколько мне помнится, вы в принципе не слишком стремились к знаниям, будучи студенткой. — Но, профессор, я же в итоге всё сдала и получила диплом! Почему вы так категоричны? — в недоумении спросила я. ​Он не ответил. В кабинет шумной толпой ввалились первокурсники. Среди них я сразу заметила его — мальчика со шрамом. Гарри Поттер! Какая честь — присутствовать на уроке у магов, о которых говорит весь мир. ​Урок пролетел незаметно. Я старалась быть полезной: следила за котлами и вовремя подавала ингредиенты. Казалось, Северус даже оценил мою молчаливую помощь. Когда класс опустел, он обернулся ко мне: ​— Следующий урок у седьмого курса. Подготовьтесь. — Да, хорошо, профессор. — Северус, — вдруг произнес он, не глядя на меня. — Можно просто Северус. Вы уже почти коллега. ​— Хорошо... Северус, — я едва сдержала улыбку. Произносить его имя вслух оказалось чертовски приятно. Может быть, он не такой уж и ужасный, каким хочет казаться ​Подготовка к следующему уроку прошла быстро. Я же решила убраться за личным столом профессора. Там я увидела картинку рыжеволосой девушки. У неё были поразительные, миндалевидные ярко-зеленые глаза и добрая, сияющая улыбка. Её лицо казалось удивительно знакомым, а копна густых темных волос медного оттенка делала её образ невероятно теплым и живым на фоне мрачных стен подземелья. ​Интересно, кто она? Я засмотрелась на это фото, не услышав, как за спиной скрипнула дверь. ​— Что... вы... Блядь. Здесь. Делаете?! — каждое слово вонзалось в тишину кабинета, словно ледяной осколок. — Какого черта вы роетесь в моих вещах?! ​Я резко обернулась. Профессор не просто злился — он был в бешенстве. Его лицо исказилось от ярости, дыхание стало тяжелым, а в глазах полыхало такое пламя, что мне стало физически холодно. Таким я не видела его никогда. Казалось, сам воздух вокруг него наэлектризовался. ​Горячие слезы мгновенно обожгли глаза, застилая зрение. Сердце испуганной птицей забилось о ребра. Как всегда: хотела как лучше, а вышло через жопу. ​— П-п-простите... — голос сорвался на жалкий хрип, я едва узнавала себя. — Профессор... я просто... я решила прибраться у вас на столе. ​Я попыталась оправдаться, судорожно сжимая в руках какую-то папку, но под его тяжелым взглядом мои аргументы рассыпались в прах. ​— Никогда! Слышите меня?! — он сделал стремительный шаг вперед, сокращая дистанцию до опасного предела. — НИКОГДА не суйте свой паршивый нос в мои вещи! ​Его голос сорвался на рык, и я невольно вжала голову в плечи, мечтая только об одном — исчезнуть, раствориться, лишь бы не чувствовать этот испепеляющий гнев. ​Он грубо вырвал фотографию из моих рук, буквально оттолкнув меня в сторону. Удар пришелся на плечо, я не удержала равновесие и повалилась на пол. Раздался неприятный звук — я зацепилась ногой за острый край тяжелой дубовой тумбы. Резкая, пульсирующая боль тут же прошила голень, заставив меня вскрикнуть. ​Я попыталась подняться, опираясь на руки, но нога отозвалась такой вспышкой боли, что в глазах потемнело. Я бессильно опустилась обратно на холодный паркет. ​Ярость профессора утихла так же внезапно, как и началась. Тишина, воцарившаяся в кабинете, давила на уши. Он медленно убрал фотографию в карман пиджака и подошел ближе, глядя на меня сверху вниз. ​— Что у вас? — спросил он ледяным, лишенным всяких эмоций тоном. Но в глубине этого холода теперь читалось нечто похожее на глухое раздражение вперемешку с тревогой. ​— Ничего... сейчас пройдет, — пролепетала я, испуганно вжимаясь в пол и стараясь не смотреть ему в глаза. Слезы продолжали течь, но теперь уже от боли. ​— Давайте я отведу вас в лечебницу, — произнес он, делая шаг ко мне. ​Увидев, что я даже не могу опереться на ногу и лишь беспомощно скребу пальцами по дереву, он коротко выдохнул. Не дожидаясь моего ответа, профессор наклонился и легко, словно я ничего не весила, подхватил меня на руки. Я невольно вцепилась в его лацканы, ощущая костяшками пальцев быстрый ритм его сердца, который явно противоречил его спокойному голосу. ​В лечебнице мадам Помфри быстро вынесла вердикт: перелома нет, обычный вывих. Пара пассов палочкой, тугая повязка и обезболивающее зелье — и через пару-тройку дней всё должно было прийти в норму. Но пока каждое движение отдавалось тупой ломотой. ​— Спасибо, профессор, за помощь, — тихо произнесла я, когда Снейп, придерживая меня за локоть, помогал дойти до кабинета. ​Расстояние между нами казалось физически ощутимым. Он шел молча, его мантия черным крылом взметалась при каждом шаге. ​— Вас не было за завтраком. Почему? — внезапно спросил он. Вопрос был таким резким и неожиданным, что я едва не споткнулась. ​— Я... я проспала, к сожалению, — я замялась, чувствуя себя глупой первокурсницей. — Был выбор: остаться без завтрака, но прийти вовремя, или поесть и опоздать к вам. Очевидно, что я выбрала первое. ​Снейп остановился у двери кабинета и медленно повернул ко мне голову. Его взгляд был непроницаем. ​— Поздравляю, обед вы тоже благополучно пропустили, — процедил он холодным тоном. — Из-за инцидента с вашей ногой теперь остается ждать лишь ужина. ​Он открыл дверь и жестом приказал мне заходить внутрь. ​— А сейчас у нас урок. И мне совершенно плевать, как вы будете передвигаться. Хоть на руках ходите, — отрезал он, и в его голосе снова прорезались те самые стальные нотки. — Садитесь на место и достаньте пергамент. У вас есть пять минут, чтобы подготовить ингредиенты для зелья, стоя на одной ноге. ​— Конечно, профессор, — ученики гурьбой зашли в кабинет, неспешно рассаживаясь по своим местам. ​Урок прошел на удивление неплохо. Несмотря на то что Снейп оставался по-прежнему непреклонен, он то и дело помогал мне, когда я едва справлялась, стоя на одной ноге. Его холодная отстраненность больше не казалась такой пугающей. ​— Спасибо, Северус, — тихо сказала я, когда последний ученик скрылся за дверью. ​Он замер. — Не обольщайтесь, — отрезал зельевар, но после короткой паузы добавил: — Пожалуйста. ​Он подошел чуть ближе, глядя куда-то в сторону. — Знаете, внизу, в учительской столовой — куда ученикам вход строго воспрещен — варят весьма недурной кофе. Я бы выпил чашечку сам, но боюсь, даже моя совесть не позволит мне наслаждаться напитком, зная, что вы сегодня и маковой росинки во рту не держали. Так что... идемте. ​Сердце мгновенно ушло в пятки. Кофе? С Северусом?! Те самые «бабочки» в животе, которые спали где-то в глубине души с седьмого курса, вдруг снова неистово затрепетали. ​— Спасибо, профессор! — воскликнула я, сияя от счастья. — Северус, — поправил он, едва заметно усмехнувшись. — Я же говорил. Северус привел меня на кухню, в ту её часть, где стояли столики для педагогов. Я никогда раньше здесь не была и даже не подозревала о существовании этого уютного уголка. ​Он галантно помог мне сесть за столик, а сам направился к эльфам-поварам. Спустя пару минут он вернулся, неся поднос: ароматная булочка с корицей и яблоком и кофе с тонкими нотками вишни. Боже... Откуда? Откуда он знает, что именно это я люблю больше всего на свете? ​— Спасибо, Северус, — я подняла на него глаза и искренне улыбнулась. — Не утруждайтесь благодарностями, — привычно холодным тоном отозвался он, хотя в глубине его глаз что-то дрогнуло. ​— Северус, можно вопрос? Боюсь только, что вы разозлитесь, — осторожно начала я, чувствуя, как внутри нарастает волнение. Он лишь изогнул бровь: — И какой же? — Кто эта девушка на фотографиях? Извините, что лезу не в своё дело, просто... — Это не имеет для вас никакого значения, — мгновенно отрезал он, и в голосе зазвучал металл. — Да и рассказывать об этом я не намерен. — Я поняла. Простите... — я виновато опустила взгляд в чашку. ​Но, к моему удивлению, лед быстро растаял. Беседа сама собой перешла на воспоминания о моём седьмом курсе. Северус изредка комментировал мои рассказы в своей манере, а над парой моментов даже негромко, но искренне рассмеялся. За разговорами мы не заметили, как пролетело несколько часов. ​— Спасибо, Северус. Мне было очень приятно провести с вами время, — прошептала я, когда пришла пора уходить. — Не обольщайтесь. До завтра, — бросил он уже на ходу. ​Но почти сразу он остановился, словно что-то вспомнив, и вернулся, чтобы помочь мне дойти до моей спальни. — Спасибо еще раз, Северус, — снова улыбнулась я, когда мы остановились у моей двери. В этот раз он не стал язвить. Он просто улыбнулся мне в ответ — одними уголками губ, но этой улыбки хватило, чтобы моё сердце забилось вдвое быстрее.