Acceptance

Рико проходит к самой левой. Ставит мягкую ногу на вытянутые камешки. Они нагреты солнцем. Не горячо, не больно. Просто тепло. Непривычное ощущение. Он маленький, а мир вокруг всё больше. Но округлая гладкость под стопой неизменна в размере. Нет голубизны неба, чёрная сетка делает всё менее ярким. Тусклее. Не насыщенно. Темный и тусклый - хорошие слова. Вторая нога становится дальше. Рико ощущает ногами так много. Просто небольшие каменные плиточки неправильной формы. Это как смотреть на мяч во время игры, слушать все движения, шаги и удары, разный пот и голоса. Как трибуны, если бы их было меньше. Не плохое много. Ровно как надо. Странно. Рико не знает такое, тепло правильного объёма. Он помнит холод металла. Делая шаги, Рико думает, что для охлаждения себя нужно сначала перегреться. Как разница стрижек. Контраст. Коричневые волосы с оттенком рыжего жёсткие и неправильные. Поэтому они короткие, не касаются кожи. Красные волосы насыщенно мягкие с ровным тоном кровотечения. Поэтому они длинные, даже путаются. Различия, вот нужное слово. Камни под ногами полностью разные, нет системы и порядка. Их можно рисовать одной палитрой, но использовать разные оттенки. Не свет и тень. Просто разное. Непривычно. Не неправильно. Рико хочет понять. Он слишком сильно погружён в ноги. Как вода в бутылке, спущен в самый низ ёмкости. Ничего наверху, ничего снаружи. Не полностью везде. Рико хочет слышать Рона. Он не поворачивает голову, чтобы смотреть. Правильно будет идти прямо, не отклоняясь, до конца. Как выполнить комплекс упражнений. Тренировка закончится, тогда можно думать о другом. Этого недостаточно. Люди могут разговаривать во время тренировок. Рико сам давал указания во время процесса. Сейчас нельзя. Раздражает. Руки дёргаются, сокращение мышц неравномерно. Ступни шевелят пальцами. Нравится. Он смотрит только вниз, на поверхность. Коричневый, жёлтый, серый, песчаный, охра. Нет белого и чёрного. Что-то неправильное и неприятное, но не ощущается. Под ногами это просто тепло и гладкость. Странно. Рико ставит ноги на шарики. Каменные шарики одинакового размера до половины закопаны в землю. Как мячики, только серые. Нужный Кейлу размер, под ногой удобен. Вместо плит с этой стороны. Он проходит пару шагов, тут же сворачивая на следующую дорожку, чтобы идти обратно. Вернуться кажется важным. Это тяжело: ноги болят всё сильнее, бёдра, затем голени, а над коленями совсем больно. Рико привык к боли от тренировок. Он идёт и идёт. Рон стоит ровно, не меняясь. Неподвижно. Неслышимо. Неправильно. Внимательно наблюдает за ним. - Вы можете продолжить завтра, дорожки всегда будут здесь, а упражнения не обязательно должны отличаться. Это буквально заставляет споткнуться, Рико держит губы плотно сомкнутыми. У него нет команды. Нет тех, кто выполняет те же действия. Нет плана тренировки. Нет расписания. Примера для подражания. Тренера. Рамки плывут, условия искажаются. Шаг, ещё один, ещё. Плиты гладкие и сплошные. Не как первые плиточки, только под одну ногу за раз. Не как вторые, где ступня не помещалась полностью. Не как третьи, где стопа будет балансировать на двух или трёх. Он думает об этой неровности, провалах и усилении давления. Ощущение вылома кубов проникает под кожу, что-то рвётся наружу, толкает, как выбитая кость. Рико дёргается. Выворачивается из чужой кожи. Отличаться. Отличия. Разногласия. - Закончить. Завершить надо сразу, вот сейчас, сегодня. Нельзя оставлять. Хуже, чем книга. Количество страниц даёт некоторый потенциал для пауз, изучение по главам, темам. Но тренировки Рико не может разделять подобным образом. В каждой есть разминка, основная часть и заминка. - Вы ведь устали, молодой господин. Никто не тронет площадку, слуги здесь не ходят. Завтра начнёте с третьей дорожки, хорошо? Время обеда. Его светлость пожелал семейной трапезы. Рико переставляет ноги по плитам. Плоско, ровно, правильно. Дозволительно. Почти монолит. Подогнано безупречно. Опускается на пол, выпрямляет ноги. Спина не кажется уставшей. Красные волосы падают на глаза. - Имя, кто не может приказывать. Потому что Кейла звали по имени. Так правильно, так надо. Рон не реагирует на странность речевых формулировок, только согласно склоняет голову, опускаясь на левое колено. Грудная клетка поднимается на вдохе. Рико смотрит на ткань, где должны быть ключицы. - Его светлость граф Дерут пожелал собрать на дневную трапезу всех ныне здравствующих членов семьи Хенитьюс. Дерут Хенитьюс. Мячики под черепом. Рико встаёт сам. Выступы-шипы. Отсутствие окошек на стебле розы. Тецудзи Морияма. Кенго Морияма. Ичиро Морияма. Рико. Это мысли, просто мысли, но он двигается резко, как спортсмен. Кейл Хенитьюс. Другие правила. Не надо переодеваться в кимоно, завязывать пояса, ошарашенно пугаясь женского наряда, многослойного до скованности. Каменные плиты холодят босые ноги. Ему нравится. Рико помнит маршрут, пусть и недостаточно хорошо знает здание. Место для приёма пищи сразу после коридора, оно большое, всё с солнцем, окнами. Рон идёт за ним, стук обуви тихий, как подошва из каучука. Сложный процесс производства. Требуется высокотехнологичность. Мысли перекатываются чем-то мелким, репетитор биологии, ботаника - жёлуди. Шляпка. Гладкая изнутри, безупречный сплющенный шар. Снаружи чешуйчато, ромбовидное наложение. Он не знаток систематики, слова в голове просто подходящие, нужные, как он хочет. Хочет. Чувствовать боль не только в ногах, но и во всём теле, утомлённое вытекание тяжести. Это неожиданно нравится - думать о мыслях, усложнять собственные размышления. Структурировать. Неожиданно. Отсутствие ожиданий. Так много времени и свободы вне тренировок. Так много выбора. Холст, не бумага. Мольберт. Палитра. Звук шага отдаётся эхом, не ярко, теряясь, гаснет, теряет инерцию отскока. Чернота теней - коридоры без окон, правильно. Холод камня. Ровно. Рико входит, готовясь щуриться, перебирает ногами в ровном ритме. Запах пота недостаточно силён, чтобы мешать. Он ещё ребёнок, тело Кейла маленькое и неразвитое. Не талисман команды. Портьера висит, закрывая тенью половину длинного стола. Зона приёма пищи. Столовая. Недостаточно столов в целом, они не стоят рядами. И нет изменения перед поступлением, небольших столиков, квадратно-круглых и удобных для меньшего количества людей за раз. Непривычно. Он садится за короткую часть стола. Напротив, так далеко, сидит человек. Мужчина. Взрослый. У него коричневые волосы, а глаза карие, в освещении солнца похожи на смолу. Совсем не как лицо Кейла. Широкая челюсть, щетина. Даже через стол пахнет старым спиртом, как от испорченных бинтов. Рико не нравится. Этот человек чужой. Неуместный. Неправильный. Находится в состоянии алкогольного опьянения. Но перечить нельзя, это одно из главных правил - этому человеку принадлежит дом. Владелец. Бог или хозяин. Боги реальны, малец, не думай о них так. Под кожей головы крутится верёвка, щепки, обломки сломанной клюшки. Стул удобный, мягкое сиденье всё ещё непривычно. Спинка жёсткая. Высокая. Граф молчит. Рико не рискует начинать разговор. Делать первую подачу. Он не видит мяча. Ворот. Не получил план вопросов. Это странно и сложно. Как натянуть слова на свои мысли. Он может, научен. Но недостаточно. Тарелка круглая, белая, не как для супа, менее глубокая. Рис рыжеватый. Кусочки мяса коричневые с светлым подтоном. Жидкость белая с жёлтым, основной тон бежевый. Густая. Соус или подлива. Рико не повар. Он хочет есть, не начинает первым. Нужно расписание. Проверить время. Вся еда тёплого цвета. Снаружи. Снаружи. Снаружи. Надо убрать. Пахнет хорошо. Мягко, нежно, тускло. Правильно. Нравится. Правильно - самое нравное слово. Рико их собирает, складывает инвентарь в свою голову, хранилище. Создаёт, рисует. Дерут смотрит глазами почти-европейца. Чужими. Джур и Кейл - черты азиатов, но странные. Размытые. Глаза узкие, но недостаточно. Между корейскими и китайскими. Японский ровный нос и белая кожа. Знакомо-незнакомое. Капля чернил в стакане воды. Кроме глаз лисьей формы - две линии горизонта и скос - нет ничего прям заметного. Но он отличается. Выделяется. Как неуместный цвет, холодный тон на тёплой картине заката и огня, другая палитра. Странно. - Мне сказали, ты чувствуешь себя лучше, но выглядишь как всегда. Тёплый цвет, всё снаружи, грязь земли и дорожная пыль. Рико не нравится этот человек. Но Дерут смотрит прямо ему в глаза, и зрение слишком острое, расстояние не помогает. Вода, плохая вода, грязная и мутная, тяжёлая, много, много, через края, под потолок. Пронзительный свет из окон режет её, слишком остро и горячо, не как хороший металл. Плохо. Ему нечего говорить. На такое надо ответить чем-то из разряда шутки или флирт: приятно знать, что я настолько прекрасен, что улучшения тяжело заметить. Но сейчас он маленький, под толщей, и рот не контролируется полностью. - Время принимать пищу? Запах тухлой рыбы достигает носа Рико слишком внезапно. Страх. Но Рон спокоен, он уходит, ведь Бикроса здесь нет. Дерут слишком далеко, чтобы учуять хоть что-то. Остаётся только он сам. Страшно. Ему страшно. Это боль в спине, изнутри костей, всё изнутри, изнутри него, он - стены, пол и потолок, лестницы и повороты, огромное поле, самое большое из допустимых пространств, а ещё внизу, где по переходам бегают люди, игроки, охрана, работники разных направлений, что значит, сверху ещё земля и тоже люди двигаются. Неправильное. Муравьи. Опарыши. Не плохо, странно, просто естественно. Неприятно. Незнакомо. Царапается, топчется, колется. Звуки ломаются: дыхание скребёт по ушам. - Не понимаю, чего ожидал... Вы слишком похожи. Да. Согласие, разрешение, падение клюшки из сведённых судорогой рук. Стук. Мячик в воротах. На очко больше. Вилка узкая, металл серый. Рико набирает рис, пропитанный жидкостью, и накалывает кусочек мяса. Поднимает руку ко рту. Размыкает губы, зубами снимает еду, опускает руку, жуёт. Мягко. Тускло. Неярко, тёмный зелёный, как плесень, и чуть тёмного красного. Правильный вкус. Ещё кусочек. И ещё. Напитков два: стакан с водой и чашка чая. Тухлая рыба исчезла, будто бы кто-то насыпал хлора. Ему некогда думать. Чай не имеет сильного запаха, почти как вода, но коричневый. Рико разжимает губы лишь на малость, ловя каплю языком. Бело. Но не ярко. Теперь это... Вкусно, да. Совершенно. Идеал - округлое слово, эллипс для броши на горле. Рико так думает, во всяком случае. Воспринимает. Уверяет себя. Убеждает, возможно. Мысль работает. Этот оттенок коричневого близок к красному. Холодному красному. Красиво. Напиток и блюдо. Всё правильное. Подходящее. Рико нравится. Чай можно пить глотками больше. Не за раз, не как протеин. Просто напиток. Как вода. Лучше. - Спасибо. Он доел быстро. Тарелка пуста, приборы лежат ровно. Не чисто, но близко. Жидкость не закончилась, чашка удобна. Правильность дробится, стук дождевых капель, ритм множества шагов. Заведение привычки, новый пункт распорядка, графа списка. Нравится. Рико глотает больше за раз. Вкус не испорчен. Чистое. Изнутри, не снаружи. Гнездо. Правильность. Уместность. - Соответственно. Это способ выразить симпатию. Структуризация отношения. Информирование. Рико старается сделать свои мысли понятными, он направленно смотрит на чашку и показывает рукой на тарелку. Фарфор похож на фарфор. Тонкая керамика. Как яичная скорлупа, что понятно, потому что варёные яйца бывают необязательной добавкой в рацион, и тогда они остаются неочищенными, лежат в тарелке посередине стола и их надо чистить. Рико не чистил яйца после одной попытки, потому что структура меняется под пальцами и осколки скорлупы острые. Он всё ещё может раздавить всё яйцо, если сделает трещину. Возможно, Кейл объяснялся лучше. Но это не английский. Не японский. Даже французский, который очень сложен, больше даже, чем знакомые языки, проще этого нового. У языка, на котором Рико думает, нет названия. Так работает мир после смерти. Или мир вместо смерти. Или другая планета, где медицина развита намного лучше, но влияет на память. Ещё нельзя исключать вариант, что это подарок из готовых правил, структуры. Рай, может быть. - Если ты хочешь выразить благодарность, следует сказать спасибо или похвалить вкус. Дерут стоит ближе. Рико чувствует запах, и этот запах плохой, особенно так близко, точный, подробный, детальный. Не нравится. Кисло, жгуче, то, что составляет цвет глаз Кейла, но много и испорчено. Вино, вот это слово. Вино делают из винограда. Не того зелёного, который называется белым и используется для еды, а тёмного, фиолетового, почти чёрного с белым налётом, который называется красным. Виноград и вино звучат как связанные. Только в этом языке. Рико чувствует свою голову как клюшку. Тяжело. Запах сильный, яркий, как снаружи. Это место не рай, потому что концепция рая предполагает отсутствие плохих вещей, или тех, которые не нравятся. Это место не ад, потому что концепция ада предполагает постоянные страдания без хорошего. Рико думает, что кто-то сделал клетку, соединяющую две концепции мира после смерти соответственно большинству монотеистических религий, или использовал индуизм, реинкарнацию и карму. Сансара. Сложное. Яркий запах вина мешает думать. Делает плохо. Рико теряется, путается, клубок ниток, иголка в столе сена, мячик с пятнышком краски внутри всей корзины. Это понятно. Не должно быть понятно. Он не читал такое, не видел. Пахнет тухлой рыбой. Дыхание человека напротив становится громче. Больше. Неправильнее. - Благодарность, вкус тускло, хорошо. Язык работает неправильно. Мышца внутри рта, прикреплённая к нижнему нёбу сзади. Двигается самостоятельно. Стол большой. Портьера чёрная. Чёрный нравится. Рико хочет мыться. Ему надо сделать себе боль, чтобы зацепиться. Но тело принадлежит Кейлу. Кейл не дал разрешения. Рико нельзя ему вредить, это не человек из команды. Но если всё станет ещё ярче, мозг отключит Рико от управления. Тело будет двигаться само. И, возможно, бить. Такое происходит. Рико останется в стороне. Как мячик, выпавший из дырявой клюшки, пока игрок бежит. Кожа покрыта запахом, плохо. Чешется. Рико давит ногтями и водит мягкой стороной пальцев. Он не может отойти, потому что сидит. Но надо убраться от запаха. - Грязно! Голос Рико громкий. Это голос Кейла. Расхождение. Маятник Ньютона, законы физики. Инерция. Раскачивается всё больше. Рико. Кейл. Рико. Кейл. Ногтями давить нельзя, это тело не его. Человек с плохим запахом отходит. Рико снимает правую руку с левой и кладёт её на стол. Пальцы стучат. Мизинец, безымянный, средний, указательный. По одному опускать. Не поднимать большой. Ритм считается. One-two-three-four. Как упражнения. Стол липкий. Чашка лежит на боку. Не разбилась. Рико не помнит, как ставил её. Ему жаль потерянного чая. Пальцы противно. Чавканье похоже на хлюпанье. Портит стук. - Такое поведение недостойно. Не соответствует статусу, понимаешь? Кейл, нельзя так себя вести. Рико думает, что человек злится. У Дерута нет трости. Не ясно, что именно не правильно для правил графа. Рико отцепляет руки и аккуратно перемещается на пол. Стоит. Пол тоже липкий. Ноги чувствуют. Холоднее. Рядом человек в костюме. Это Рон. По всем параметрам. Его руки двигаются медленно и понятно. - Молодой господин, вы хотите принять ванну? Рико кивает. Ему надо сказать. Кажется, где-то в двери стоит Бикрос. Точно он готовил. Запах объясняет. Исправить язык. Сделать послушный механизм. - Еда была хорошо. Чай хорошо. Грязь плохо. Рон берёт его на руки, и маленькое тело становится удобнее. Рико почти нравится. Он не знает, как работает водопровод. Не уверен. Может быть, всё ещё больше отличается. Но надо воду. Холодную, потом горячую. Убрать пот. Всё должно сработать, его голова вернётся на место. Рико надеется.