бездна бездну призывает

Когда единороги умирают: Большой Зал. Стол Рейвенкло       Однако, произошедшее сработало замечательно.              — Он правда ему помог?!              — А я не удивлён. Слизеринцы хоть и используют тёмную магию, лучше всех знают, как ей противостоять, — с важностью и деловитостью подмечает Субтилитас Гринграсс, аристократично отрезая кусочек стейка.              Всем известно, как Тил препирался со Шляпой при поступлении — она не отправила его в Слизерин. Его отец из попечительского совета долго сидел у директора в кабинете, явно пытаясь договориться о переводе учеников на факультеты, которые они действительно хотят и выбирают сами.              Это ни к чему не привело.              Традиции — нерушимы. (Только те, которые выгодны).              — Да. Я была на последнем Очищающем Огнище, — с достоинством заявляет Кьюри. — И между прочим, от Фрая магией разило так, будто на завтрак он ест проклятых.              — От Тома, конечно, тоже ощущалась мощь, но будь я на его месте — маглорождённым в Слизерине — я бы тоже так тренировался, — с неподдельной гордостью за прогрессивный Рейвенкло, вставляет Гринграсс.              Как бы он ни восхищался великолепием серпентария, его душа обретала равновесие именно здесь, в Рейвенкло. Правда, признаться себе в этом он бы никогда не посмел.              — Он маглорождённый!? — встрепенулась с писком девушка с мышиным цветом волос — Кьюриосити Шафик, которую все звали просто Кьюри.              Конечно, маглорождённые могли попасть в Слизерин, но Том! Он же такой милый, аристократичный, умный — совершенно не похож на кого-то вроде Фрая или Гарри. А его грация и осанка — будто тренирована с гувернантками годами! Кьюри просто хотелось посплетничать о нём, а тут выясняется, что он и вправду может подвергнуться насилию!              — Тише, тише, — Тил опускается к её уху. — Не думаю, что дойдёт до рукоприкладства… А вот про Фрая ты попала в точку. Помнишь тот день, когда все профессора всполошились? У берега озера нашли проклятого единорога. Об этом не распространяются, но Том спас Гарри, который чуть не умер, ловя сову, осквернённую чем-то похожим. Единорог пострадал куда больше. Он практически мёртв. Кеттлберн сейчас пытается выходить его, но судя по кое-каким источникам, успехи малы. Кто? Каким образом? Как посмел? Неизвестно. Говорят, что это… не мог сделать человек. Остаётся только ждать новых жертв, возможно, уже более разумных, и надеяться, что Хогвартс сумеет от этого отмыться. Министерство занято Гриндевальдом, но некоторые уже видели кентавров, выходящих к кромке леса с луками. Это так просто не оставят. Что-то творится в лесу. Тёмное.              Кьюри сглатывает, твёрдо решая: из замка в ближайшее время — ни ногой. Даже на матч Гриффиндора против Слизерина. Хотя она та-а-ак хотела посмотреть на новенького милого ловца «львов», с которым завёл дружбу Пай.              Как-то раз она попросила Пая представить их. Тот лишь неоднозначно пожал плечами, перелистывая страницу и порывисто что-то копируя на пергамент. Большего её гордость не позволила выпрашивать.              Когтевранцы обожают Пай. Даже Гринграсс тихо им восторгается. Но Кьюри готова поставить пятьдесят галлеонов — Том легко переплюнет его по популярности через года два. Умный, интересный, скрывающий загадки похлеще самого Хогвартса с его невероятными потайными комнатами и ходами, о которых знает Гарри.              Гарри — вот ещё одна загадка. Кьюри, любопытная первокурсница Рейвенкло, не могла не догадаться: Пай, совершенно не увлекающийся ни архитектурой, ни историей замком, вдруг смог предоставить своему факультету защиту в виде загадочной комнаты от ночных дежурных? Явно знания пришли от «Поттера номер два» (Шафик давно пытается доказать Гринграссу их схожесть, но тот лишь скептично отмахивался).              Гарри интриговал. Он открыл школьникам выход из Хогвартса. Он завоевал внимание Пайпера Фрай и Филиуса Флитвика, которые после знакомства с гриффиндорцем начали приводить «бронзово-синих» на ночёвку в эту волшебную комнату. И это отсутствие фамилии! Чарлус Поттер — выпускник Гриффиндора — мало попадался на глаза, полностью погрузившись в своё производство зелья для волос и учёбу в академии авроров. Малыш Флимонт поступит лишь в следующем году, вместе с наследником Селвинов. И Кьюри была просто вне себя от любопытства.              Чарлус бесстрашно шёл к мечте, хотя, по слухам, с трудом продирался сквозь учебники и часто ссорился с чистокровными, что не добавляло ему очков для работы в Министерстве. Поэтому «Поттер номер один» и не дал никакой информации, когда Кьюри пыталась выведать степень его знакомства с Гарри. Всё, что он рационально и сухо написал в ответ: «Меня не волнует. Всего хорошего».              Гарри, как и Том, был одним из лучших учеников. Ему не хватает теории, но с заклинаниями он справляется великолепно, будто оттачивал их годами. Том же не отставал: он знал ответ на любой вопрос, хоть и выглядел в последнее время взвинченным в Большом Зале.              Кьюри понимала: до Тома, окружённого пугающими Блэками, ей не дотянуться. Но подружиться с Гарри? Это было вполне в её силах.       

#

* * *