Пилигрим путей

      Пробираясь через луг белоснежных роз, Тори недовольно вздохнул. Идея снова заходить в эту игру спустя почти два года после ухода, да еще и тратя на это единственный выходной, нравилась ему все меньше. Вдобавок пришлось создавать нового персонажа — паладина, потому что его стартовый город был ближе всего. Будь у него прошлый аккаунт, он бы мигом добрался куда нужно.       Впрочем, идти было не так уж далеко. Спустя всего несколько минут паладин увидел большой белоснежный, словно мраморный, валун. Издали он почти терялся среди такого же белого моря цветов; наверное, найти это место впервые было бы почти невозможно. Тори подошел ближе, провел рукой по камню и невольно улыбнулся. Когда-то именно здесь он встретил Адама, и эта встреча положила начало их гильдии и множеству других счастливых воспоминаний.       Он взглянул на неумолимо отсчитывающий время таймер — до закрытия игры оставалось чуть больше часа. По крайней мере, солнце в Ванахейме только-только клонилось к закату, и вокруг еще было светло.       Внезапно рядом вспыхнуло знакомое сияние, возвещавшее, что кто-то вот-вот войдет в систему.       Из белого света шагнул воин в лазурных доспехах — высокий, широкоплечий, с плащом, отливающим синим металлом. Над его головой, чуть ниже игрового ника, мерцало бледное сияние, складываясь во что-то наподобие нимба, а мраморно-белая кожа и слишком правильные черты сразу выдавали в нем не человека, а ангела. Даже без подсказки системы Тори узнал бы его сразу, но над головой все равно горел ник, который в свое время заставлял напрягаться целые гильдии Ванахейма.       Игрок сотого уровня. Бывший согильдиец. Мировой чемпион.       — А я уж решил, что ты все-таки вздумал надо мной подшутить, Адам, — сказал Тори.       Если бы лица аватаров в Иггдрасиле могли менять выражение, сейчас он бы наверняка улыбался.       — Позвать меня на последнюю встречу и не прийти самому… Зная тебя, я бы даже не удивился, если бы это было местью за то, что я когда-то ушел из гильдии.       Адам снял шлем.       Лицо его аватара осталось прежним — все та же легкая, почти неподвижная улыбка и пустоватый серый взгляд. Но голос прозвучал неожиданно живо, почти по-старому.       — Да ладно тебе, Тори. Неужели ты правда обо мне такого мнения?       Он широко раскинул руки, а потом с наигранным трагизмом прижал их к груди.       — Ты ранишь меня в самое сердце! Да, я злился. На тебя, на остальных, вообще на всех. В конце концов мы потеряли гильдию… Но это уже в прошлом. Я ведь тоже с тех пор немного повзрослел.       И все же за этой театральностью слышались знакомые нотки. Тот самый парень, с которым Тори когда-то познакомился здесь, в игре, никуда не исчез. И, в отличие от подавляющего большинства людей их мира, Адама миновала участь впрячься в машину мегакорпораций, стирая о работу собственное здоровье просто ради права продолжать существовать. Сын влиятельного человека, редкий счастливчик, он мог позволить себе то, что для других давно стало недосягаемой роскошью.       Когда они встретились впервые, Адам был еще почти новичком. Тори помог ему освоиться, потом познакомил с другими, а дальше все как-то закрутилось само собой: совместные рейды, первые крупные победы, создание гильдии, месяцы, наполненные шумом голосового чата, руганью, смехом и тем особенным ощущением, когда игра вдруг становится чем-то большим. Даже поражение в полуфинале Мирового турнира, которое когда-то болезненно задевало Тори, теперь вспоминалось с теплой усмешкой.       — Если честно, после вашего ухода я и сам продержался не так уж долго, — продолжил Адам уже спокойнее. — После поступления в университет времени на игры почти не осталось. Отец у меня, знаешь ли, не из тех, кто спокойно смотрит на чужие провалы… особенно когда речь идет о его собственном сыне.       Он усмехнулся, но смех вышел каким-то блеклым.       Для большинства людей подобные жалобы прозвучали бы странно, а у кого-то и вовсе вызвали бы раздражение. Полноценное образование давно уже считалось привилегией, а высшее — почти недостижимой роскошью для тех, кто не родился в правильной семье.       — Понятно, — тихо сказал Тори. — Но сейчас-то у тебя все нормально?       — Да. Привык, наверное. К тому же осталось не так уж много. И… — в голосе Адама вдруг снова прорезалось живое тепло, — я встретил девушку. Она правда замечательная. Думаю, у нас все хорошо.       Он качнул головой, будто сам себя одернул.       — Но ладно, не об этом. У нас и без того времени немного. И, честно говоря, довольно грустно видеть тебя в такой момент на новом персонаже. Неужели обязательно было удалять старого? Или это у тебя уже окончательно вошло в привычку? Сколько тебя помню — ты вечно менял специализацию, пробовал новые билды, пересоздавал персонажей и начинал с нуля. Между прочим, таскать тебя по прокачке раз за разом было той еще головной болью.       — И все-таки ты не можешь отрицать, что это приносило результат, — хмыкнул Тори. — Благодаря этому я нашел немало такого, чего другие так и не заметили. Несколько секретных классов, которые я тогда открыл, насколько знаю, до сих пор так и остаются нераскрытыми.       Адам чуть наклонил голову.       — О? Значит, ты все-таки следил за игрой?       — Время от времени.       И этого было достаточно, чтобы незадолго до закрытия серверов он успел увидеть, как форумы буквально взорвались откровениями. Старые секреты, которые годами оставались достоянием отдельных игроков, топовых гильдий и узких групп исследователей, один за другим всплывали наружу. Тори не успел прочесть все, но и того, что он увидел, хватило с избытком. Даже он — человек, который сам когда-то нашел и сохранил несколько важных тайн Иггдрасиля, — не раз ловил себя на мыслях вроде: «Да вы издеваетесь… Так тоже можно было?» и «Чертовы разработчики».       Дальше разговор покатился сам собой.       Они вспоминали старые походы — удачные и провальные, безумные охоты на игроков, войны гильдий, из которых им довелось выйти и победителями, и проигравшими. Время, казалось, незаметно вернулось на много лет назад. Только теперь все это звучало спокойнее и глуше, словно они перебирали не игровые события, а собственную юность — и это было не так уж далеко от правды. Если бы Тори пришлось назвать лучшие моменты своей жизни, большая часть из них была бы связана именно с Иггдрасилем.       Адам рассказал, как после ухода ключевых участников гильдия начала рассыпаться. Сначала один за другим исчезали люди, потом начались внутренние конфликты, а затем кто-то окончательно прибрал остатки к рукам. В конце концов их гильдию захватили и распустили. Сам Адам после этого заходил все реже и реже — уже скорее по привычке, чем по-настоящему.       Потом он вдруг замолчал, будто что-то вспомнил, и с заметным оживлением произнес:       — Кстати, смотри, что мне не так давно повезло достать.       Он открыл инвентарь и вынул амулет странной формы.       На первый взгляд предмет выглядел даже скромно. Металл напоминал адамантий, но без особого блеска или вычурной отделки — почти аскетично для вещи в руках Мирового чемпиона. Однако в центре амулета был вставлен камень, и стоило Тори взглянуть на него, как ощущение простоты исчезло без следа. У камня было столько граней, а в его глубине переливалось столько света, что взгляд невольно начинал теряться. Казалось, там, в толще кристалла, медленно вращается что-то разноцветное и живое, складываясь в символ, который невозможно было разобрать.       — Что это? Артефакт какой-то?       В голосе Адама послышалась усмешка.       — Лучше. Но объяснять на словах — только портить впечатление. Давай-ка ты сначала сам его надень.       Он протянул амулет.       Стоило Тори принять предмет, как перед глазами всплыло окно статуса, и на мгновение он просто уставился на название, не веря увиденному.       — Это же…       — Именно, — с явным удовольствием подтвердил Адам. — Мировой предмет. Третий, который вообще побывал у нас в руках за все время игры. И, увы, последний из тех, что у нас остались.       Обычно в этих словах прозвучала бы горечь. Каждый Мировой предмет доставался их гильдии слишком дорогой ценой, чтобы говорить о нем легко. Но сейчас Адам выглядел почти счастливым.       — У него несколько применений, — продолжил он. — Но сначала попробуй активную способность на мне.       Тори экипировал амулет.       Сразу же активировались постоянные эффекты: защита от воздействия других Мировых предметов, повышение удачи — даже чуть выше, чем от «Великой удачи», — и удвоение получаемого опыта. Усиление базовых характеристик было небольшим, совсем не под стать предмету этой категории. Но куда интереснее были активные способности.       Первая называлась «Смена пути» — для использования на себе. Вторая, под названием «Анализ», — для цели.       Тори без колебаний выбрал Адама.       В тот же миг ник Мирового чемпиона окрасился в красный, а система с коротким знакомым звуковым сигналом сообщила о переходе в PvP-режим. Одновременно перед глазами Тори раскрылся подробный список классов Адама: все семьдесят уровней профессиональных классов, не считая расовых, — весь билд как на ладони.       — Ну как? — с нетерпением спросил Адам.       Поскольку Тори не предпринимал дальнейших враждебных действий, PvP-режим вскоре спал, и ник Адама снова стал нейтральным.       — Полезно, — признал Тори, пробегая взглядом по списку еще раз. — Возможность увидеть все профессиональные классы противника, не обращая внимания на разницу в уровне, — это серьезно. Но узкоспециализированные классы вроде Шпиона и так умеют добывать подобную информацию, а иногда даже более подробную. Да и то, что использование считается агрессией, — ощутимый минус. А что тут еще есть…       Он перевел взгляд на описание первой способности.       И замер.       Если бы мимика в Иггдрасиле действительно существовала, на лице Тори сейчас расплылась бы такая улыбка, какую невозможно было бы скрыть.       — А вот это уже… — выдохнул он.       — Да! — почти торжествующе воскликнул Адам. — Я знал, что тебя зацепит именно это!       Он даже шагнул ближе, явно наслаждаясь моментом.       — Эта штука позволяет менять профессиональные классы трижды в день. Не бесплатно, конечно: система замороченная, откат назад, условия, необходимость прокачки новых классов — довольно муторно. Но сам факт… Ты понимаешь? Теоретически возможности тут просто чудовищные. А если вспомнить твой опыт…       — Будь у нас это раньше… — начал Тори и осекся.       Перед внутренним взором на мгновение вспыхнули десятки старых идей. Билды, которые тогда были невозможны. Комбинации, до которых им не хватало одного шага. Тактики, которые могли бы перевернуть весь баланс их гильдии. Сколько всего они могли бы успеть. Сколько могли бы изменить.       Но азарт погас почти так же быстро, как вспыхнул.       Тори опустил взгляд.       — Хотя нет, — тихо сказал он. — Уже неважно. Серверы все равно вот-вот закроются.       Адам только пожал плечами.       Несколько секунд Тори молчал, все еще разглядывая описание предмета, а потом вскинул голову.       — Но все же… где ты вообще это нашел?       — Помнишь, как Старшой когда-то рассказывал про башню в Бескрайней долине?       Тори задумался, вспоминая самого старшего из их согильдийцев — сухого, вечно серьезного мужика, который играл каким-то тощим получеловеком и постоянно ворчал. Потом кивнул.       — Так вот, после вашего ухода я какое-то время искал то место. И, кажется, заметил закономерность: башня появляется в случайной точке долины каждое полнолуние. Проверить толком я не успел — почти сразу сам перестал заходить в игру. Но три дня назад как раз было полнолуние, и мне, похоже, просто невероятно повезло. Я почти сразу наткнулся на нее.       Адам усмехнулся.       — Монстры там были выше девяностого уровня. В другое время нам пришлось бы собирать на рейд всю гильдию, но из-за закрытия серверов монстры сами не нападали. Так что я просто вошел, поднялся на самый верх и забрал предмет. Там даже босса не было. Похоже, это был ограниченный по времени ивент, потому что башня довольно быстро снова ушла под землю. И все же получилось как-то… неловко.       Он рассмеялся, и Тори невольно фыркнул в ответ.       Перечитав до конца довольно длинное описание предмета, Тори протянул амулет владельцу, но Адам только отмахнулся.       — Не надо. Прошлый Мировой предмет ты в свое время отдал мне. Так что считай, мы в расчете. К тому же эта штука подходит тебе куда больше, чем мне.       И не успел Тори придумать, чем возразить, как Адам достал еще несколько вещей — книги о монстрах, старые записи, заметки и прочие материалы, оставленные когда-то на хранение.       — Это тоже забирай, — сказал он уже без тени шутки. — Давно пора вернуть это законному владельцу.       Тори узнал их сразу.       Когда-то, перед уходом из игры, он почти наспех передал все это Адаму, не желая тащить за собой груз незавершенных дел. Удалять же записи, сделанные за годы игры в попытках собрать лучший билд и найти способы побеждать других игроков, тогда казалось слишком болезненным. И вот теперь эти вещи снова лежали у него в руках — лишь затем, чтобы совсем скоро исчезнуть вместе с этим миром.       Больше говорить было почти не о чем.       Оставалось только ждать.       Таймер неумолимо отсчитывал последние секунды жизни Иггдрасиля. Где-то далеко, по всему миру, другие игроки, наверное, тоже стояли в любимых городах, подземельях и гильдейских залах, встречая конец игры каждый по-своему. Вдалеке уже взрывались фейерверки. А здесь, среди белых роз и старого камня, сидели двое бывших товарищей и молча смотрели, как уходит эпоха.       — Знаешь, теперь мне не хочется, чтобы все заканчивалось, — голос Тори дрогнул.       Перед глазами всплыли темная комната, недовольное лицо начальника, и вдруг собственное тело словно стало реальным — Тори почти почувствовал боль старых травм.       Адам положил руку ему на плечо.       — Да. Надеюсь, мы еще встретимся. Не хочешь как-нибудь сыграть в «Аберэйдж» или во что-то подобное?       Тори кивнул, хотя и слабо верил, что хоть какая-нибудь игра сможет понравиться ему так же, заставив забыть о реальности. Адам убрал руку и оперся о камень.       Времени почти не осталось.       Тори взглянул на часы.       23:58:17       Сервер закроется в 00:00, и в этом мире даже не успеет наступить ночь. Тори еще раз поднял взгляд на своего бывшего согильдейца. На фоне заката Адам и правда выглядел как герой. Мировой чемпион Ванахейма, его блудный сын, встречал последний закат родного мира.       От этой мысли Тори только кисло усмехнулся. Заметив взгляд паладина, Адам махнул рукой на прощание. Тори ответил тем же жестом. Но от этого стало только тяжелее.       Еще один взгляд на часы.       23:59:48       49       50       Тори закрыл глаза, и его рука неосознанно потянулась к подаренному амулету.       «Амулет смены путей».       Таково было его название, и чередой совпадений игрок первого уровня, Тори, стал его последним владельцем.       23:59:58       59…       Следующий вдох обжег легкие странно-сладким запахом, и Тори поперхнулся. Его согнул кашель. Ноги вдруг стали ватными, тело — чужим, непослушным. Он попытался устоять, но тут же рухнул на землю.       Откашлявшись, Тори наконец огляделся.       — Где я? — вырвалось у него.       И голос был не его.       Вместо бескрайней поляны белоснежных цветов вокруг стоял густой лес.