Highway to Hell

Эндрю не сказал бы, что жалел о вчерашнем вечере, но публичное появление Натаниэля, где он выглядит вполне здоровым и психически уравновешенным, внесло свою лепту. Все утро он то и дело отклонял любые запросы от журналистов, потому что они решили, что вчерашний вечер - это зеленый свет, чтобы Нейт дал интервью какому-нибудь каналу или изданию. У него и без этого было работы выше крыши, а тут еще весь день приходится отбиваться от гребаных журналистов. И, к сожалению, послать нахер их тоже нельзя, а то воспримут это за официальный ответ, а ситуация компании и так плачевна. Поэтому он чуть лампу не кинул в Натаниэля, когда тот заявился в его кабинет. — Тебя нет в моем расписании, — устало сказал он. Хотел раздраженно, но утро было настолько выматывающим, что сил на другие эмоции уже не хватало. Нейт, конечно же, оскорбился. — Я и есть твое расписание, — с обидой сказал он, скрещивая руки на груди. Натаниэль выглядел свежим и бодрым, даже кофту чистую умудрился надеть. Хотя Эндрю знал, что тот спал не больше трех часов, если вообще ему удалось уснуть. На публике он, может, теперь и казался адекватным, однако после плена лучше ему так и не стало. Ну, может, немного и стало. Он работает постоянно над каким-то своим проектом, и это придает блеска его глазам, но со сном явно оставались проблемы. Еще Эндрю волновала эту штука в его груди. Мини реактор или как он там ее называл. Эндрю не был гением инженерии, но годы в отделе тестирования в компании чему-то его научили и что-то ему подсказывает, что без должных исследований нельзя с уверенностью говорить, что это безопасно. Дошло все до того, что ему на это намекал даже Рико Морияма, и Эндрю очень хотел бы проигнорировать его. Он не доверял Рико и сейчас считал, что у того есть свои виды на реактор, финансовые виды, конечно же. Однако это не значит, что Рико не прав. Тут уже к сожалению. Но эта вещица в груди была темой сакральной, и Нейт постоянно уходил от ответа. Эндрю даже думал сказать ему, что согласится выйти за него замуж, если он отдаст реактор на исследование и пойдет уже к психотерапевту. Но он еще не пал настолько низко. — Да, и я тебя сегодня из него вычеркнул, — ответил Эндрю. — Чего ты хочешь? У меня много работы. Нейт страдальчески вздохнул и обогнул стол, садясь на угол. На его, блядь, бумаги. Молодец какой. Это было бы соблазнительно, надень этот придурок нормальные джинсы, а не те, которые еще через два шага развалятся. И если бы он не мял своей задницей документы, которые он же и должен подписать, а не Эндрю подделывать подписи. — Хочу вытащить тебя на обед, — пожал плечами он. — Мой обед случится только завтра вечером, — ответил Эндрю. — И это в лучшем случае. — Тогда это уже ужин. — Ты сейчас вылетишь нахер из этого кабинета, умник. Надув губы, Нейт наклонился к нему. Наверное, он думал, что его жалкая моська сработает. Она бы могла сработать в любых иных ситуациях, если бы Эндрю не тратил все свои нервы на решение проблем, которые и создал Натаниэль. — Давай, я приехал в офис только ради тебя. — Не романтично. Я хочу услышать, что ты приехал ради работы. Вот такие слова меня теперь возбуждают. Натаниэль, ожидаемо, проигнорировал эти слова. — Осчастливь немного любимого мужчину. — Ты не мой… — заговорил Эндрю, но тут у него зазвонил телефон. В очередной раз. Это уже шестой звонок за последние полчаса. — Миньярд. Слушаю. Звонила Кристи, та самая журналистка, с которой Натаниэль переспал до своего плена. Не то чтобы Эндрю запоминал всех, с кем тот спал. Он бы с ума сошел в таком случае, но бывали особо яркие особы, которые запоминаются надолго. Кристи была одной из них именно потому, что это случилось за день до Афганистана, поэтому он ее так хорошо и запомнил. Она что-то говорила про курс компании и Афганистан, что там что-то случилось сегодня утром и может ли она получить официальный ответ от Натаниэля. Господи, Эндрю так устал от всего этого дерьма, что просто сказал: — Знаете, что? Да, вы можете лично спросить у мистера Веснински. Передаю ему трубку, — раздраженно сказал он, а потом сунул мобильный в руки ничего не понимающего Нейта. — Давай, твоя подружка из Беркли. Натаниэль состроил страдальческую гримасу, пробормотал себе под нос «ты что, ревнуешь», а потом все-таки ответил: — Натаниэль Веснински. Эндрю было все равно, что тот скажет. Пусть хоть кого-то он сегодня осчастливит своим голосом. Даже если после этого акции компании упадут еще ниже, хотя, казалось, падать ниже уже просто некуда. Однако Кристи что-то много говорила и все не останавливалась, а выражение лица Нейта с каждым разом становилось все мрачнее и мрачнее. Дошло все вплоть до того, что он продиктовал ей свою личную почту (чего он ни в коем случае не должен был делать, и Эндрю практически отобрал у него телефон, но тот отмахнулся). В итоге Нейт на своем телефоне что-то открыл, и Эндрю увидел, как у него затряслись руки. Так что он подошел и забрал его, пока Кристи что-то продолжала говорить. Это были какие-то фотографии, которые журналистка прислала на почту. Эндрю не узнал город, но был уверен, что это точно Афганистан. И ладно бы, кучка военных и разруха - привычная картинка для такого места, вот только не это было главным пятном. На этих фотографиях было полно оружия «Веснински Индастриз», но оно находилось не в руках американских военных. И хуже всего было то, что среди них больше всех выделялся тот самый «Иерихон», из-за которого Нейта чуть не убили в Афганистане. — Послушай, Кристи, я не знал, — он старался звучать уверенно, но все равно было слышно, как он напуган. — Я не руковожу компанией в одиночку… да, я в курсе, что там мое ебаное имя, большое спасибо. Но я не отвечаю за каждый шаг моих сотрудников. Тем более ты же не глупая и должна понимать, что это не какой-то рядовой дурачок делает. Может, даже не в компании дело. Это ведь может быть кто-то из правительства. Этими словами Нейт закапывает себя только глубже. Если в прессу просочиться такое предположение Натаниэля, то им всем будет еще хуже, поэтому Эндрю отобрал у него телефон и просто сбросил звонок. Благо в этот раз Нейт не сопротивлялся. Он больше никогда в жизни не даст ему общаться с прессой. Хотя, казалось, это сейчас вообще не самое главное. Поэтому он решил его не отчитывать. — Когда были сделаны эти фото? — спокойно спросил он, показывая на экран. Хоть кто-то из них должен оставаться в здравом уме. — Она сказала, сегодня утром. Эндрю покачал головой, не веря ушам своим. Вот только такого скандала им здесь не хватало. Если это выльется в прессу, а так и будет, то им всем пиздец. — Мы можем сослаться на нелегальную торговлю, — предложил Эндрю. — Конечно, это почти то же самое, что обвинить правительство, ведь они единственные наши покупатели. Но все же знают, что они потом перепродают оружие в другие страны, а куда оно там уже девается… так что да, нелегальная торговля. Наверное, это единственный их выход. Кажется, этот вечер он проведет не за звонками журналистов, а за разговорами с кризис-менеджементом и пиарщиками. Нейт покачал головой. — Мне надо поговорить с Рико. Эндрю, который не предвещал ничего хорошего, решил просто сделать вид, что это отличная идея. — Хорошо, — сказал он. — На какой день его записать? Нейт раздраженно фыркнул и вышел из кабинета Эндрю, что-то бурча себе под нос. И ему следовало просто отпустить его, в конце концов, это его гребаная компания, в названии которой есть его гребаная фамилия. Пусть хоть раз в жизни перестанет заниматься своими игрушками и поймет, что такое корпорация. Конечно же, придурок прекрасно все это понимает, а Эндрю просто лишний раз злиться, что вся эта ответственность была скинута на него. Его злит, что Нейт выбирает спокойно не заниматься своими обязанностями, поэтому прямо сейчас ему хочется не останавливать его. Пусть наворотит дел и сам их расхлебывает. Тяжело вздохнув, Эндрю пошел за ним. Недостаточно быстро, потому что, когда Эндрю приближался к кабинету Рико, Натаниэль уже кричал. — Это просто непозволительная наглость! — заявил Веснински, тыкая телефоном ему в лицо. — Мое блядское оружие в руках террористов. Куда вы, блять, все здесь смотрите? Натаниэль был не просто зол, а в бешенстве. Эндрю за годы работы с ним даже припомнить не смог, видел ли он когда-нибудь его настолько вне себя. Поэтому он остановился в дверном проеме, чтобы посмотреть на этот спектакль. Надо было вмешаться, как-то образумить, но ему хотелось посмотреть, что в итоге будет дальше. Может быть, он уволит Рико. Правда, у Нейта нет таких полномочий, жизнь Рико Морияма все равно будет связана с компанией из-за владений какого-то количества акции, да и совет директоров никогда не отстранит его от руководства. Очень жаль. Рико был настолько хреновым актером, что от его страдальческого вздоха его просто тошнило. — Натаниэль, — миролюбиво сказал он, выставляя руки вперед. — Не делай сейчас вид, будто тебя так заботят дела компании. — Делать вид? Да я закрыл оружейное производство из-за этого. — Да, потому что был в плену три месяца, а не потому, что тебя действительно волнует бедная Америка. — Не перекладывай все с больной головы на здоровую, — рыкнул Нейт, делая шаг вперед. Ох, хоть бы он ему врезал. — И не веди себя как скотина. Даже если меня раньше не волновало, то это не имеет значения, потому что волнует сейчас. И мне нужны ответы. Неожиданно взгляды Эндрю и Рико встретились. Тот смотрел на него как на спасательный круг, вот только Эндрю даже не понимал, как спасать. В смысле, он уж точно не станет помогать Рико Морияма. Но просто почему, черт возьми, он ожидает от него что-то? Поэтому Эндрю просто дернул плечами, показывая, что он всего лишь зритель без попкорна на этом разговоре. — Какие ответы ты хочешь? — вздохнул Рико. — Ты и без меня хорошо знаешь, что утечка оружия - обычное дело. — Да, но не в таких количествах. И откуда у них оказался «Иерихон»? Этот вопрос, честно говоря, тоже волновал Эндрю. Потому что да, доля трезвости в словах Рико была - оружие действительно перепродавали по черному рынку и делали это регулярно. Их служба безопасности пытается работать с этим, однако систему нельзя сделать идеальной. Коррумпированные чиновники, которым не найдешь конца и края, будут всегда и везде. Но ведь правда, как у них оказался «Иерихон»? Террористы за этим похитили Натаниэля и держали его в плену. И его сняли с производства в тот же день, когда Нейт вернулся. Имеющиеся экземпляры даже не успели продать, а единственный, который доехал до Афганистана, был там же и использован для демонстрации. Рико с сочувствием положил ему руку на плечо. — Это я предложил отстранить тебя от должности, — заявил он. Ладно, не то чтобы это какая-то удивительная новость. Эндрю видит Рико насквозь и понимает, что тому надо от жизни. Он вслух всегда говорил, что Нейт и Кевин - его лучшие друзья, но Эндрю знает, что тот подставит их в любой удобный момент. И Натаниэль, возможно, тоже подозревал такое, но это же все равно был и есть его друг. Нейт стоял спиной к Эндрю, но тот видел, как у него опустились плечи. Оставалось только догадываться, насколько же разочарованным был Натаниэль. — Да, круто, — пробормотал он, видимо, больше и не зная, что сказать. Рико сделал вид, будто он о чем-то сожалеет. — Мне надо идти, у меня встреча через пять минут, — сказал он. — Но мы поговорим об этом позже, хорошо? А пока просто не думай об этом. Словно Рико было удобно, чтобы Нейт ни во что не вмешивался лишний раз. Ему даже понравилось, когда Нейт больше погрузился в собственные проекты, не связанные с оружием, вот только была одна загвоздка - Нейт закрыл оружейное производство. Теперь, когда по его инициативе Нейта отстранили, то и производство может возобновиться. Это будет сложно, потому что Нейт все еще решающее звено, но свои лазейки найдутся. Натаниэль больше ничего не сказал, поэтому Рико спокойно обошел его. — Миньярд, — сказал Рико. Ему надо было пройти и Эндрю отошел в сторону, но его все никак не покидало ощущение, что ему надо что-то еще. В голове Рико что-то есть. Такое нехорошее, что может повредить всем вокруг, но особенно Натаниэлю. Нейт сказал, что ему надо быть глазами и ушами в компании. Замечать каждую подозрительную мелочь. И Эндрю сразу начал смотреть в сторону Рико, но прямо сейчас он выдавал себя с головой. — Наверное, мне действительно стоит поехать домой, — тихо сказал Нейт, что Эндрю даже не сразу заметил. — Мы же встретимся вечером, да? Эндрю взглянул на него, тут же жалея об этом. Большую часть времени ему хотелось либо врезать Натаниэлю, либо поставить его на колени. Сейчас ему хочется пожалеть его, но все еще поставить его на колени, хоть какие-то желания не меняются. Было бы так легко поддаться хоть одному искушению. Или всем сразу. В конце концов, Натаниэль заслужил, чтобы ему все-таки хорошенько врезали по его симпатичному лицу. Просто не прямо сейчас. Эндрю поджал губы, поднимая руку. Он убрал прядь с лица Натаниэля, а потом зачесал его волосы назад. Вот чего он, собственно, и боялся. Поддаешься одному маленькому желанию и все, больше нет сил остановиться. — Да, я приеду, — пообещал он. ХХХ Нейту казалось, что внутри него просто буря эмоций, но потом он обнаружил, что на самом деле там лишь пустота. Вот что от тебя остается, когда пытаешься все исправить, эти ошибки свои и чужих, но твои старания бесконечно втаптывают в землю. Он потерял такое кошмарную сумму денег на остановке производства, кто-то вообще без работы остался. И ради чего? Чтобы ничего не изменилось? Казалось, что все стало только хуже. Кристи сказала, что фото сделаны в маленьком городке Гульмира. Конечно, он сразу же вспомнил название. Потому что именно это местом было родном городом человека, который пожертвовал своей жизнью ради него. Ему так часто снится смерть Инсена, а потом он не может избавиться от чувства вины. Он понимает, что ничего не мог сделать. Инсен в тот день сам принял решение не дожидаться пуска системы и пойти отвлекать до зубов вооруженных ублюдков, хотя Нейт просил его этого не делать. Он понимал тогда, что их шансы были мизерными, все пошло к черту. Но Нейту все равно до последнего хотелось верить, что никто из них не умрет. В итоге Инсен умер за него. Или, может быть, за его идеи, но это сейчас не имело значения. А Нейт даже ничего стоящего не сделал, чтобы спасти его город от разрухи. — КЕВИН, что там у нас? — устало спросил он, когда спустился в подвал. — Костюм полностью готов, сэр. Нейт ожидал тот самый азарт, который был у него ранее. Но сейчас, когда он смотрел на него, на самое главное детище своей жизни, то ощущал лишь ту самую пустоту. Конечно, это был не тот же самый костюм, но с помощью этой технологии и благодаря жертвенности Инсена он сейчас смотрит на него. Планирует свое будущее. Разговаривает каждый с Эндрю, и это кажется самым большим благословением после тех трех месяцев ада. Он должен этому человеку. Наверное, своей жизнью. — Он уже готов летать на дальние расстояния? — Ох, сэр, ну… — Значит, готов! Нейту хотелось что-нибудь разбить. Или просто все перевернуть здесь. Но за пеленой ярости он понимал, что любит свой подвал, да и Эндрю это не понравится. Еще он наверняка скажет, что для восстановления всего надо будет впустить сюда рабочих, а ему бы не хотелось. Да и в целом что ему делать, пока тут бардак не разгребут? Нет уж, спасибо, он побережет свою пылкость для чего-нибудь другого. Но такое сильное желание было ударить кого-то прямо сейчас. Он подошел на место сборки костюма. Встал на нужные позиции, попросил КЕВИНа включить тяжелый рок для атмосферы и просто ждал со сложным лицом, когда машина полностью покроет его тело. Это всего лишь второй раз, когда он надевает костюм, не считая той операции в Афганистане, и честно говоря, это невероятные ощущения. На секунду все его негодование забывается, уступая место тому самому мальчишескому восторгу. — Сэр, хочу напомнить, что мистер Миньярд вас убьет, — напомнил ему механический голос, когда опустилась на его лицо. — Поэтому мистер Миньярд ни в коем случае не должен об этом узнать. — Куда летим, сэр? — В Афганистан. КЕВИН очень по-машинному и очень по-страдальчески вздохнул. — Вы уверены, что это хорошая идея? — Нет, это плохая идея, я знаю, — фыркнул Нейт, привыкая смотреть на мир через железную маску. — Но кто-то должен сделать хоть что-то. Нейт не хотел больше говорить на эту тему. Иначе КЕВИН начнет им манипулировать в духе «представьте, как расстроиться мистер Миньярд, если вы внезапно умрете, да и еще в Афганистане». Во-первых, Нейт может повестись на такую чушь и реально никуда не полететь. Во-вторых, Эндрю не расстроиться, не с тем миллиардным состоянием, которое появится у него после смерти. Если он и будет плакать, то слезы вытрет сто долларовой купюрой. Нейт был уверен, что вернется до того, как рабочий день Эндрю закончится. Этот костюм - настоящая броня, способная развязать и закончить конфликт за пять минут. Господи, да он дольше будет лететь. В этот раз с полетом все прошло лучше. Нейт провел несколько часов, чтобы правильно научиться балансировать и понимать, в какой момент и что надо делать. Так что полет на другой конец света за какие-то пару часов - самая приятная часть этой импровизированной миссии. Даже частный самолет не доставит тебя никуда так быстро, как эта штука. Возможно, теперь он сможет даже вылетать на переговоры в другие страны за двадцать минут до их начала. Но на этом все приятные мысли и закончились, потому что Нейт ни с чем не мог спутать живописный вид Афганистана, от которого у него перехватывало дыхание, и не в хорошем смысле. Он точно не знал, где его держали, но местность все равно похожа. И эти ужасные воспоминания о той яме и сырости одолели его настолько, что он полетел вниз. — Сэр, у вас паническая атака? — спросил КЕВИН. Нейт не смог ответить, потому что у него сдавило горло. Он мог только наблюдать, как стремительно летит вниз на какую-то местность. Дома там и так были полуразрушенны, но это не добавляло ему никакой уверенности, ведь там могут быть люди. Да и он сам, если не возьмет себя в руки, то просто разобьется в этом костюме. Господи, если он выживет, то обязательно подумает над этим моментом тоже. Благо из них двоих мозг есть хотя бы у КЕВИНа, который взял управление на себя и не дал им умереть. — Сэр, — обеспокоено повторил он. Нейт сидел на земле, пытаясь прийти в себя. Наверное, не стоило возвращаться сюда так рано, но выбора не было. Надо взять себя в руки, иначе… — Я в порядке, — вздохнул он, ощущая, как жизнь к нему возвращается. В груди стало легче. — Спасибо, КЕВИН. — Сэр, боюсь это не единственная наша… КЕВИНу не нужно было договаривать. Нейт и сам увидел вооруженных головорезов прям перед своим железным носом. Правда, на костюме не было носа, система вентиляции прекрасно работала и без него, но вы поняли. Нейт не считал, что он в полной заднице и что сейчас умрет. Не прямо сейчас. Просто надо взять себя в руки. Скрывая панику, террористы что-то сказали. Вокруг женщины и дети ютились по углам бараков, а мужчины, те самые мирные мужчины, стояли у стены, ожидая скорой смерти. Можно сказать, Нейт подоспел как раз вовремя. Вовремя не для террористов. — О боже, кажется, я вижу знакомое лицо, — сказал он, поднимаясь с колен. На него тут же наставили кучу пушек, крича что-то явно не на английском. Но тут и без перевода было все понятно. Среди них действительно был один из ублюдков, что держал его в яме. Может быть, и еще кто-то, но пока что он вспомнил только одного. Потому что этот самый урод пытал его в первые дни, пытаясь заставить построить «Иерихон». Тогда Нейт наивно полагал, что он тут главный, но в итоге оказалось, что это всего лишь пешка. Нейт вытянул руки вперед, чтобы продемонстрировать всю свою боевую мощь. Не «Иерихон», конечно, но от таких игрушек тоже можно наложить в штаны. — Что же, давайте повеселимся. И веселье действительно началось. ХХХ — Знаешь, КЕВИН, в этой жизни я ненавижу только две вещи, — довольным голосом сказал он, когда они тронулись с места в направлении Штатов. — Тот факт, что Кевин Дэй не может признать, что он не гетеро на сто процентов. И гребаных террористов. Это занялось все-таки не пять минут, как он рассчитывал. Но, хэй, можно ли винить его в этом? Это же первая миссия, дальше будет лучше. Все гражданские остались живы, террористы - мертвы, а оружие он уничтожил. У него был большой соблазн самому убить мудака, который держал его в плену, но он решил поступить по-другому. В конце концов, этот мужик кошмарил не только его, но и жителей этого маленького городка. Бог знает, скольких людей он погубил до этого. Поэтому он просто покалечил его и отдал на растерзание тем людям, которые потеряли родных или сами чуть не лишились жизни. В его голове это звучит жестоко и совсем не гуманно, но чувство правильности не покидало его. Ему не хочется примерять на себя роль бога, окей? Нет вот этого «если не я, то кто». Да кто угодно, черт возьми, он не особенный. Просто сейчас именно он должен этим заняться. — Сэр, но вы ведь тоже долгие годы спали только с женщинами, — справедливо заметил КЕВИН. — Да, но мне хватило ума осознать после одного раза, что мне могут нравиться члены, — недовольно фыркнул он. — А этот что? — Он - военный, сэр. — А я - оружейный магнат, и что с того? Конечно, я никогда не делал каминг-аут публично, но все мои друзья знают. — Сэр, оставим этот разговор на потом, — сказал КЕВИН. — У нас хвост. — Да что ж ты будешь делать. Ну, стоило ожидать нечто подобное, когда врываешься на территорию государства, которое кишит американскими военными. Вообще удивительно, что они только сейчас его заметили, а то могли бы подбить еще на пути сюда. Два американских самолета пытаются его сбить. Если у них ничего не получится, то в небе тут же появится подкрепление, которое будет еще похуже. Самый правильный способ - оторваться от них настолько, насколько мощность их самолетов не позволяет. Костюм может это сделать, он предусмотрел такое. Вот только, видимо, тактик из него все-таки не очень. Он не подумал, что они не просто сядут ему на хвост, но и выпустят ракеты, пытаясь замедлить его. Это уже была проблема. Проблема до такой степени, что ему пришлось защищаться и чуть-чуть подбить самолет. Он не хотел, чтобы кто-то умирал. Если это не террористы, конечно, но сейчас это были не они. Он не может допустить смерть американского военного. И тут, как некстати, зазвонил телефон. — КЕВИН, отклони. — Сэр, на линии Кевин Дэй. Черт возьми, ну конечно. До главного штаба наверняка уже дошла эта новость. Вряд ли Кевин думает, что в костюме скрывается именно он. Если они вообще поняли, что это за костюм. Но учитывая их разговоры про особый проект, у него могли возникнуть подозрения. И, возможно, его утренняя вспышка ярости по поводу оружия в Афганистане могла дойти до его ушей, и там он уже сложил два на два. Догадливый ублюдок. — Хей, Кевин, чем занимаешься? — с наигранным весельем спросил он, пытаясь не выдать себя. — Ты в курсе, что разговариваешь с полковником из службы по разработке оружия? — нервно сказал Кевин первым делом. Нейт уверен, что тот себе все пальцы искусал и ногти отгрыз. — Наконец-то за годы твоей службы я узнал, какое у тебя звание. — Что у тебя там гудит? Господи, если какой-то шум выдаст его, то это будет просто катастрофа вселенского масштаба. — Это… ну, микроволновка? Почему надо было именно сейчас включать клоуна и говорить эту чушь? Да никто в жизни не поверит, что он пользуется самостоятельно микроволновкой. Ладно, с кем-нибудь другим это и могло бы сработать, но Кевин слишком хорошо его знает. — Ты умеешь ей пользоваться? — Именно поэтому она так и шумит. Если бы у КЕВИНа были глаза, он бы их закатил. Но вместо этого он услышал только раздражающий машинный вздох, который тот даже не пытался от него скрыть. — Знаешь, только что был взорван склад с оружием недалеко от того места, где ты был в плену. Тут в него полетела новая ракета, и ему пришлось уворачиваться. Костюм - это мощное оружие, для которого надо много мозгов, но он прост в использовании. Однако, когда пытаешься оторваться от двух самолетов, которые пускают в тебя ракеты, приходится прикладывать некоторые усилия. И пытаться сосредоточиться, а это сложно сделать, когда разговариваешь по телефону. Кажется, ему надо развивать многозадачность. — Хорошие новости, да? Хоть кто-то делает за вас работу. — Почему ты пыхтишь? — Бегаю. — Ты же включаешь микроволновку. — Да, и при этом бегаю на дорожке. А как ты думаешь, почему она так гудит? Я пытаюсь делать несколько дел одновременно, у меня не так много времени. И вот он результат, она сейчас… меня подорвет! — Ладно, раз у тебя бурный роман с микроволновкой, то мы идем в атаку. Пока, приятель. Вот же ублюдок! Распыляться на пустые оскорбления не было смысла, потому что началась реальная атака. Нейт честно не хотел отвечать, но ему пришлось обороняться, из-за чего он потерял управление и полетел вниз. Броня сильно пострадала, но он справился. Отлетел назад и успел зацепиться за самолет. Это был самый легкий способ получить передышку и придумать, что делать дальше. Вот только в какой-то момент они все равно заметят, а он уже так легко справиться с ними не сможет. Поэтому оставался один вариант. Снова позвонить Кевину. — Чего тебе? — Ты же не хочешь оставить Эндрю вдовцом раньше времени? Это было то самое времени, когда приходится признавать, что ты в полной заднице. Но опять же, первая миссия, да? В следующий раз, если он выживет, то точно учтет этот момент. — Я думаю, он будет только рад, — раздраженно ответил он. — Хорошо, тогда не лишай меня возможности хотя на пять минут побыть его законным мужем, — в панике сказал он, чувствуя, как он на балансирует на грани между инвалидностью и смертью. — Слушай, Дэй, это не беспилотник. Это костюм, и я в нем. Прямо сейчас. Твои ребята сильно его повредили, и я вряд ли смогу нормально отбиться от них. Но это оказалось бесполезно, потому что самолет, за который он цеплялся, ушел в бок, и вот тогда второй пилот увидел его. Дальше все происходило настолько быстро (извините, он не успел пройти курсы для космонавтов - тоже надо учесть на будущее), что он даже не успел понять, как его занесло вперед. Он потерял управление костюмом и не успел отдать КЕВИНу приказ, поэтому влетел в крыло второго самолета. И вот это уже было не просто плохо. — Нельзя запускать гражданские объекты в зону боевых действий! Нейт не мог ему ответить. Он боролся с тем, чтобы КЕВИН восстановил питание. И со своим желудком, потому что от такого полета его сейчас стошнит. Он тут же забыл о своей тошноте, когда понял, что второй самолет взорвался от столкновения. А самое худшее было то, что пилот, который успел катапультироваться, не может раскрыть парашют. Господи, этот момент был хуже любых его кошмаров. Даже пытки водой не пугали его так сильно, как эта картина. — Питание восстановлено, мистер Веснински, — услышал он КЕВИНа. — Слава богу, — вздохнул с облегчением он. — Давай, полная мощность. Нам надо его поймать. — Сэр, вы под прицелом. — Тогда добавь огоньку. Мы сейчас летим только вперед. Ему просто надо успеть быстрее, чем сможет прицелиться второй пилот. Учитывая, что они и так работают на резеврынх мощностях, это так себе идея. Но Натаниэль не может позволить умереть невинному человеку из-за его безумных идей. Возможно, КЕВИН тоже это понимал, поэтому дал газу, и он успел схватиться за сиденье пилота и вытащить парашют. Наверное, это можно было назвать их обманным маневром. Потому что после того, как он спас пилота, ему удалось оторваться. Он справился! До конца не верил, что что-то получится, но он сделал это! Нейт рассмеялся от облегчения. — Нейт? — услышал он голос Кевина. — Ты там как? — Я в порядке! — с восторгом сказал он. Это все выброс адреналина. — Ты такой мудак, — с улыбкой в голосе сказал Кевин. — И должен мне новый самолет. И менталку, желательно. — Да хоть два, — фыркнул Нейт. — Что я теперь скажу прессе? — Выйди к ним и скажи, что тебе нравятся члены, — фыркнул он. — А потом какую-нибудь ерунду про учения. Вы же этим кормите народ. ХХХ Дубина честно старался освободить его от брони аккуратно, но прозвище Дубина он получил не просто так. Дошло все до того, что он случайно задел один из датчиков в разломанной броне, и что-то выстрелило прямо в стеклянные двери на выходе из подвала. Шум стоял ужасный, его чуть не оглушило, а он и так был потрепан. Даже сил злиться не было, хотелось просто поскорее снять все это и завалиться в постель. — Осторожнее, приятель, — попросил он. — Ты и так уже наворотил бед. Еще одна оплошность, и я точно отдам тебя Кевину Дэю вместо разрушенного самолета. Он не услышал, как кто-то спускается в подвал. Наверное, даже КЕВИН предупреждал его, но у него все еще стоял звон в ушах. Поэтому он слишком поздно заметил, как Эндрю рассматривает осколки на полу, осторожно их переступает, ругаясь себе под нос, а потом поднимает голову. Прямо на Натаниэля, который все еще стоял в костюме, который пытался снять с него Дубина. Надо было заснять на камеру шокированное лицо Эндрю Миньярда, потому что такой спектр эмоций на его лице случается раз в столетие или даже реже. — Какого хуя, Веснински? — тут же спросил он. Нейт не планировал такое скрывать от него. Честно, недолго. Может быть, еще месяц, пока он на сто процентов не овладеет этим костюмом. Уж точно не так. Но сейчас уже деваться было некуда. Машину времени он еще не изобрел. — Давай так, — вздохнул он, принимая это поражение. Эндрю проиграть он может и готов сделать это с достоинством. — Это не самое худшее, за чем ты меня заставал. Эндрю явно не знал, что сказать. — Да, — медленно ответил он. — Это уж точно не хуже, чем когда ты пытался устроить оргию. Думаю, это я смогу пережить, но только если ты мне дашь хорошее объяснение, почему ты все больше пытаешься превратить себя в киборга. — Да не пытаюсь я… ай, Дубина! — Я жду тебя внизу через десять минут, иначе ты спишь на диване, — пригрозил ему Эндрю, развернулся, аккуратно переступив осколки, и поднялся по лестнице. — Он уже ведет себя как трофейный муж, — раздраженно сказал Нейт. — А на свадьбу не соглашается. Ему понадобилось чуть больше десяти минут, чтобы привести себя в порядок. Надо было усовершенствовать костюм, потому что на нем остались дырки от пуль, а на коже Нейт - болезненные синяки, из-за которых он садится нормально на задницу не сможет еще неделю. Быстро переодевшись в какую-то рабочую одежду, которую он нашел в подвале, Нейт поднялся наверх. Удивительно, но Эндрю ничего не делал. Не смотрел в ноутбук и не сидел за телефоном, а просто глядел в окно перед собой. Эндрю не просто устал. Он был истощен, потому что последние недели выдались настолько плохими, что компания еще никогда не переживала подобный кризис. Переживет ли она его вообще? И надо ли оно ей. Нейт подошел и осторожно сел на диван. — Я теперь умею летать, — с детским восторгом сказал он. Эндрю, конечно же, этого настроения не разделял. — А я поседею раньше сорока. Приятно было рассказать кому-то, кто умеет слушать. Эндрю всегда таким был, пока Нейт не умел закрыть свой рот и извергал любую чушь, которая приходила ему в голову. В его лице не было особого интереса, когда Нейт рассказывал подробности из Афганистана - история, про которую он уже слышал, но без деталей. Однако он все равно его слушал и если бы не хотел, то давно остановил бы его. — Я понял, что это, — указал он на грудь, где сквозь футболку светился реактор. — Дело всей моей жизни. Я столько дерьма успел наворотить, и это будет моим искуплением. На что Эндрю презрительно фыркнул. — Искуплением за что? За развратный образ жизни? За пьянство и лечение хламидия? — За то, что я был таким наивным и глупым, — с жалостью пробормотал он, смотря на свои руки. Руки, которые все это натворили. Но, по крайней мере, сейчас он не стеснялся быть жалким. — За то, что позволил своим идеям попасть не в те руки. Посмотри, в чьих руках оказалось оружие, над которым я работал! — Нейт, — цыкнул Эндрю, придвигаясь ближе к нему. — Ты управляешь огромной оружейной империей. И не можешь контролировать каждый процесс. Признаю, где-то ты проебывался, когда цеплял девчонок вместо работы, но ты же всего лишь человек, у которого есть свои слабости. Ты придурок и мудак, который не умеет работать в корпорации, и если честно, тебе нельзя быть гендиром. Но ты - лучший инженер своего поколения. — Лучше моего отца? — решил пошутить он. Если он как-то не разбавит ситуацию, то расплачется. И вот это уже будет настолько жалко, что он этого не переживет. — Я сказал «своего поколения», — закатил глаза Эндрю. — Но твой отец был еще большим мудаком, чем ты. Постарайся хотя бы в этом его не обскакать. — Буду делать все, чтобы нашим детям не было стыдно за фамилию. — У наших детей не будет твоей фамилии, — тут же возразил Эндрю. — Эй, я хотел, чтобы у них была хотя бы двойная фамилия, — усмехнулся Натаниэль, игриво тыкнув его в бок локтем. — Миньярд-Веснински или Веснински-Миньярд? — с наигранным ужасом спросил он, в ответ ущипнув его за руку. Причем довольно больно. — Ни за что на свете. Ты хочешь, чтобы они потом всю жизнь ходили к психологу? На самом деле, меньше всего он думал о мифических детях. Сказал это так, чисто в прикол. Он даже не думал, что Эндрю ему подыграет. Картина, может быть, и была бы привлекательная, но какие из них родители? Эндрю будет строгим отцом, а Нейт - раздолбаем, который сможет ребенка трех месяцев накормить только мороженым. Да детям повезет, если они доживут хотя бы до года. — Мне просто… хочется хоть раз в жизни сделать что-то правильное, — признался он. Сделать так, чтобы смерть Инсена не была напрасной. Доказать в первую очередь самому себе, что как изобретатель он ничем не хуже отца, а как человек может быть даже лучше. Не посрамить окончательно свое имя и дать компании новый виток развития. Что его наследие может не разрушать, а создавать что-то новое и защищать. Все эти годы ему казалось, что он именно этим и занимается, но потом оказалось, что Натаниэль Веснински делает все ровно наоборот. Его отец не был человеком, который выступал за мир. Это все чушь, придуманная для журналистов и общественности. Ему всегда было плевать на людей, Нейтану нужны были только деньги и достижения. И Нейт не мог винить его за это. В конце концов, его отец родился на берегу первой мировой и много работал во время второй. Он один из авторов атомной бомбы, и Нейт содрогается от этой мысли, но понимает, что время было другое. Выживание и какие-то свои амбиции породили страшного и гениального человека, которым Нейт не хотел бы стать. Прийти к абсолютному миру невозможно. Но ему хочется хотя бы попытаться. — Будешь супергероем? — насмешливо спросил Эндрю. — Только супергероем твоего сердца, — кокетливо сказал он. — Заткнись, железный человек. — Железный человек, ха? А что, для таблоидов звучит хорошо. Эндрю отвлекся на телефон, но Нейту не было обидно. Он разгребал его дела, да и если честно, он и так без него сейчас провел больше времени, чем Нейт может вспомнить. У Эндрю была удивительная способность переключаться с одного дела на другое и не терять настрой. Хотя тут нужно поспорить, был ли у него изначально этот самый настрой. Пока Эндрю внимательно что-то читал в телефоне, Нейт разглядывал стену и думал, получится ли у него уговорить Эндрю однажды заняться сексом в костюме. Как будто Миньярд до этого соглашался с ним на обычный секс до этого. Да для Нейта любой будет как самый настоящий праздник, как будто у него в один день сошлись все празднования мира. Наконец, Эндрю посмотрел на него. — Рико вылетает на вечеринку в Дубай, — оповестил он, поморщившись, как обычно бывало, когда речь заходило о Рико. — Спрашивает, не хочешь ли ты к нему присоединиться и все обсудить. Нейт страдальчески вздохнул, откинув голову на спинку дивана. — Напиши ему, что ты мне не разрешаешь. Меньше всего ему хотелось сейчас разговаривать с Рико. Конечно, они позже все обсудят и даже придут к согласию, как это было всегда. Он, Рико и Кевин сходят вместе куда-нибудь выпить, как в старые-добрые, и все забудется. За годы дружбы и совместной работы они столько раз ссорились между собой, что и вспоминать страшно. По разным причинам, с разными масштабами. Когда работаешь с обороной и оружием, когда еще на разных людей, конфликтов нельзя избежать. Рико хочет пойти на мировую. Но Нейту не хочется сейчас веселиться или даже делать вид. — «Я ему не разрешаю», — начал набирать текст Эндрю, зачитывая его вслух скучающим голосом. — «Потому что ты мудила, который не может поделиться презервативами. Я не хочу потом лечить его от ЗППП или воспитывать внебрачных детей». — Ты этого не писал. — Этого мы уже никогда не узнаем, — закатил глаза он и заблокировал телефон. — Я потом сам спрошу у него. Пронзительные глаза Эндрю уставились на него, словно он хотел сказать что-то важное. Но передумал, опустив взгляд, а Нейт спрашивать не стал. Было уже поздно, и он очень устал. Ему повезло, что Эндрю был больше шокирован костюмом, чем фактом, что он успел сгонять в Афганистан, убить террористов, взорвать американский самолет и чуть не убить их военного. Наверное, он вспомнит про это завтра, если только Нейт не попадет в какую-то новую передрягу. Но тогда он получит пиздюлей в двойном объеме. Эндрю снова посмотрел в телефон. — Он пишет, что тогда поговорит с тобой завтра вечером, — прочитал он. — Спрашивает, можно ли прийти сюда и поговорить наедине. Нейт пожал плечами. — Пусть приходит. — Отлично, значит меня здесь не будет. Нейт невольно вспомнил те дни, когда только вернулся из плена. Они с Рико толком ни о чем не поговорили, только много спорили по поводу нового курса компании. Конечно, он понимал, что Рико в чем-то прав. Разработка и поставка оружия - их основной источник дохода, и их приостановка все равно, что выстрелить себе в ногу (ха-ха, как иронично). Но Веснински просто не может продолжать, пока не поймет, кто стоит за всем этим. Он не отказывается совсем от оружия, это было бы лицемерием. Просто хочет сначала решить эту задачу, а потом уже восстановить всю работу. И то, как показала практика, даже это не помогло остановить утечку. Может быть, если у него на руках будут доказательства, то Рико не будет так категоричен в этом вопросе? Если он все ему объяснит и пообещает, что после разбирательства все встанет на свои места, то он не будет вставлять ему палки в колеса? В конце концов, Рико не меньше него заинтересован, чтобы «Веснински Индастриз» смотрела в будущее и была чиста. Натаниэль повернулся к Эндрю: — Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал. — Тебе всегда что-то от меня нужно, — без особого интереса отозвался он. Меньше всего ему хотелось втягивать в это Эндрю, но больше было некому. Если завтра Натаниэль заявится в офис и запрется в своем кабинете, в который он не заходил уже бог знает сколько времени, это может вызвать подозрения. Миньярд же туда заходит пусть не каждый день, но несколько раз на неделе точно. Никто не будет задаваться вопросом, что он там делает. — Сгоняй завтра в моей кабинет, — нервно начал он. Оттягивать нельзя не только из-за Рико, его в дрожь бросает от одной мысли, что может произойти что-то еще очень страшное. Что-то такое, с чем он потом справиться не сможет. — Из сервера компании нужно скачать все накладные на поставки. Данные могут быть спрятаны на созданном виртуальном диске. В общем, ты сам знаешь, как искать и что нужно пользоваться модулем взлома. Он не знает, что это даст. Может быть, этот предатель даже не хранит все на сервере, но это надо быть хорошо подкованным программистом, чтобы настолько уничтожить отчеты. Или это вообще кто-то не из компании, что с одной стороны будет облегчением, а с другой - усложняет задачу, потому что искать надо будет уже где-то в другом месте, куда у него нет столько допуска. Конечно, правительство занимается этим вопросом. Он лично написал заявление в ЦРУ, однако пока эти ребята разберутся со всеми бумагами, могут пройти годы, а у них нет столько времени. — Предположим, я что-то найду, — сказал Эндрю. — И что ты будешь делать с этой информацией? — Найду ублюдка, который торгует моим оружием, и убью его. Вот так просто. Он больше не может ждать. Ладно, «убью» - слишком громко сказано. Чуть-чуть покалечит, а потом уже сдаст властям. В тюрьме сидеть не очень хочется. Он видел, что Эндрю не нравится эта идея. И был готов выслушать любые возмущения, лишь бы Миньярд завтра сделал это. Даже если он попросит за эту услугу новый Мазератти, Нейт ему хоть пять подарит. Но Эндрю просто кивнул. — Хорошо, — сказал он. С какой несвойственной ему уверенностью Эндрю хлопнул себя по коленям и поднялся. — Сделаю это завтра единственными своими делами, а то у меня скоро кукуха поедет. А теперь я иду спать, пока ты мне перед сном еще не рассказал какую-нибудь еще байку про рептилоидов. Нейт закатил глаза. — И тебе спокойной ночи, дорогой. Эндрю направился в сторону своей спальни, но в дверях что-то вспомнил и обернулся. — Нейт? — Да? — Я скажу это один раз, — начал он. Неохотно, словно кто-то его заставил. — Что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне. И не успел Нейт как-то среагировать, тот ушел. Натаниэль не мог сдержать улыбки. Он чувствовал такую вселенскую усталость, но после таких слов вряд ли сможет уснуть. — Он точно в меня влюблен, — пробормотал он с довольным видом.