Зарницы

Небосвод затягивала тьма, предвещая ночь. Звезды лениво выползали, заставляя Люмин сщуриться и улыбнуться, вызывая в уголках ее глаз легкие морщинки. Ее улыбка была совсем печальной. Она скучала, так чертовски скучала по небесным просторам, по невесомости, по обжигающему чувству, когда ее собственные ладони зажигали Утреннюю звезду, обещая всему живому новый рассвет. "Нужно найти ночлег", - тонкий голос Паймон, ее спутницы - Блуждающего огонька, залепетал над ухом, - "Местный Лель - Венти приглашал нас на поляну у северных болот". Люмин задумчиво опустила взгляд с небосвода на свою яркую спутницу, что была чуть больше ворона в размерах и светилась, как одна из сестриц небесных звезд. "Что ты?!" - воскликнула она и чуть отпрянула от Паймон, наконец осознавая, что предложила ей летающая девчушка, - "Северные болота? Там же до деревни рукой подать, а ты светишься не меньше, чем Святой месяц на небосводе. Паймон, нас увидят и идти к Венти... Выдумала". - Люмин отмахнулась от маленького духа и зашагала в обратную от северных болот сторону, подминая под своими босыми ногами траву, словно точно знала, куда идет. "Ну же, не дури, Люмин!" - Паймон, замахав ножками, обогнала на лету свою подопечную, - "У Венти всегда есть информация! Много-много информации, он же где только не бывает, а?" - Паймон хитро улыбнулась, заглядывая в лицо Люмин, и когда увидела, как та колеблется, то от удовольствия помотала головой, - "Ну-ну, видишь? К тому же, у Венти всегда есть вкусная еда". - Паймон прикрыла глаза, представляя, как пожинает угощения у Леля, ее маленькие ручки накрыли живот и пару раз смяли ткань рубахи. Люмин глубоко втянула воздух носом, принимая решение. Ее губы сжались, оставляя на лице бледную полоску, светлые брови нахмурились, а щеки в одно мгновение стали розовыми. Легкий, прохладный ветер тронул ее плечи, успокаивая жар в теле, словно сам Венти приглашал ее прийти на поляну. Оттого у Люмин по обнаженной коже пробежали мурашки. "Венти что-то знает. Он всегда что-то знает", - подумала она. "Да неужели мне оно надо?" - Люмин опустила глаза к траве в поисках ответа, но ответ был очевиден. Тонкие травинки уже примялись потоком ветра, который пришел с севера, указывая для девушки путь - к поляне. И она зашагала, ощущая, как дуновение, что обнимало ее плечи, теперь лизало ее ступни, обдавая теплом и заставляя Люмин верить, что она идет в правильном направлении. Путь по темному лесу сопровождался тихой музыкой, что доносилась из свирели Венти, далеким уханьем совы и предвкушением, что сидело в душе у Люмин. Паймон почти спала, едва поспевая за спутницей, не обращая внимания на ночной лес. Бесчисленные зелёные деревья вокруг постепенно сменялись темными болотами. Люмин улавливала аромат тины, влаги и... сладости. Это был запах, который она узнавала безотказно - цветет папоротник. И чем ближе они подходили к болотам, тем сильнее этот запах окутывал пространство. По реке, что едва различалась в низине, стали виднеться венки - множество цветочных корон проплывало мимо, вдоль течения, то потонув, то снова всплывая на поверхность. Люмин глубже вдохнула, ощущая аромат паленого бревна, что переплетался со сладостью цветов. "Вон там!" - Паймон заметно взбодрилась и указала на поляну, где издали был заметен свет костра, а многочисленные силуэты сновали вокруг, напевая какие-то мотивы, которых Денница никогда не слышала вблизи. "День летнего солнцестояния", - пробормотала Люмин, едва используя голос. Тело ее напряглось, готовое к рывку в тень леса. "Что?" - звучно переспросила Паймон, направляясь прямо к поляне, пока Люмин не схватила ее за шкирку и не нырнула вместе с ней в глубину болот, утопая в тине в своих золотых одеждах. Люмин двигалась быстро, яростно, унося спутницу подальше от огнища. "Что ты делаешь, Люмин?!" - визжала Паймон, заглушая голоса с поляны и звуки флейты Венти. Но Люмин все бежала, прорывалась сквозь болото, пока не оказалась на сухой земле. Ее платье было вымазано болотной тиной, грязью и полностью измочено. Люмин уже не светилась, она стала менее приметной, более обычной. Почти человеком. "Вот и мои подруги", - звонкий голос спустился к ним с одного из деревьев рядом, принося с собой своего владельца. Лель Венти предстал перед девушками. Невысокий, статный, одетый в подпоясанную косоворотку, темные штаны и абсолютно босой. - "Ну, что, Люмин, видела людской праздник?" Люмин скидывала с себя остатки тины, пытаясь очистить платье. Ее взгляд на мгновение поднялся к Венти. Она увидела его довольную ухмылку и тут же вернулась к своей одежде, испытывая злость, которая была ей несвойственна. "Людской праздник? Те на поляне - были люди?!" - вскрикнула Паймон, подлетая к Венти и обхватывая свою голову маленькими ладошками. В ее глазах на мгновение блеснул свет костра, который теперь не манил, а напротив, пугал до мурашек. "Ты с ума свихнулся, праздный Лель!" - Люмин дернулась с места, уже не ощущая тяжести болотной воды на своем теле. Ее пальцы вцепились в воротник рубахи Венти, властно вдавливая его тело в кору дерева, с которого мгновение назад он же и спустился. - "Безумец! Они же увидят нас! И тогда..." - ревела Люмин ему в лицо. Венти же лишь ухмыльнулся, ощущая физическую силу Денницы. Теперь, когда воды болота смыли с нее не только остатки дневного света, но и, казалось, ответственность, что она несла, будучи частью мироздания, она позволила себе злость. Его ладони обхватили ее запястья - успокаивающе, обещая, что он готов принять наказание. Но позже. "Что тогда, Люмин? Что стало бы?" - Лель осторожно улыбнулся, не отрывая взгляда от девушки. - "Не знаешь?" - спросил он уже тише, склонив голову и приближаясь к ее лицу. - "А я знаю. Доверься мне". Люмин застыла. Она не хотела принимать его предложение. Довериться ему? После того как он чуть не подставил ее и Паймон? Она не могла рисковать. Но ее руки уже отпустили его воротник, и тело подалось назад, давая свободу для Леля. Венти мягко кивнул ей и протянул ладонь, приглашая пройти вместе с ним к костру, к поляне, к людям.