Гнездо гадюк

Хогвартс-экспресс мчал сквозь туманную дымку, унося студентов к началу нового учебного года. Гарри Поттер, гриффиндорец шестого курса, сидел в купе, прислонившись головой к плечу Тома Реддла. Том, староста Слизерина, лениво перебирал непослушные черные волосы Гарри, делая вид, что читает заклинания в толстом фолианте. Напротив них сидел Маттео Реддл, младший брат Тома, и с благоговением смотрел на «золотого мальчика», который каким-то чудом не побоялся влюбиться в его, прямо скажем, пугающего брата. — Слушайте, а вы слышали новость? — в купе без стука влетел Рон Уизли, игнорируя ледяной взгляд Тома. — Малфои возвращаются в Англию. Том наконец оторвался от книги. Его красивое лицо исказила легкая гримаса. — Я думал, Люциус отправил своего отпрыска в Дурмстранг, чтобы избежать позора общения с полукровками в Хогвартсе. — Видимо, в Дурмстранге оказалось слишком много грязной работы, — хмыкнул Рон. — Правда, едет не один Драко. С ним его младшие: близнецы Алексис и Астория. Гарри заерзал. Драко Малфой. При одной мысли о фамилии Малфой у Гарри начиналась изжога. Старший Малфой, Люциус, был замешан в темных делах, и Гарри не ждал от его сына ничего хорошего. *** Церемония распределения в этом году затянулась. Профессор МакГонагалл, поджав губы, держала список. — Малфой, Алексис! Шляпа едва коснулась головы мальчика, как рявкнула: «Слизерин!» — Малфой, Астория! Та же история. Девочка грациозно прошествовала к зеленому столу, где под гром аплодисментов Маттео Реддл подвинулся, освобождая ей место. — Малфой, Драко! В зале воцарилась тишина. Со скамьи первокурсников поднялся не тот задиристый коротышка, которого помнил Гарри, а высокий, бледный юноша с острыми, как бритва, скулами и стальным взглядом. Он двигался с ледяной грацией человека, привыкшего к суровым условиям. В отличие от мантии Дурмстранга, сейчас он был одет в стандартную черную робу, но держался так, будто это был королевский бархат. Драко опустился на табурет. Шляпа упала ему на голову, скрыв лицо почти до подбородка. Прошла минута. Две. Слизеринский стол начал переглядываться. Том Реддл прищурился. Он знал Драко раньше — тот был трусоват, но амбициозен. Почему Шляпа медлит? — Пуффендуй! — наконец выкрикнула Шляпа. Зал ахнул. Ложка выпала из руки Гарри, звонко ударившись о тарелку. Том замер. Он видел, как плечи Драко под мантией едва заметно расслабились, а по тонким губам скользнула тень улыбки — не ухмылка превосходства, а искреннее, подавленное облегчение. Улыбка длилась долю секунды, но Том, мастер микроэмоций, успел её заметить. Это было непохоже на поражение. Это было похоже на триумф. Стол Хаффлпаффа взорвался аплодисментами. Сьюзан Боунс энергично хлопала, а Симус Финниган что-то одобрительно кричал. За столом Слизерина стояла гробовая тишина. Близнецы Малфой выглядели так, будто им дали пощечину. — Видимо, Шляпа совсем состарилась, — прошипел чей-то голос со Слизерина. Но Драко уже шел к желтому столу, высоко подняв голову. Он сел рядом с Седриком Диггори, который дружелюбно пожал ему руку. Гарри толкнул Тома локтем: — Ты видел это? Малфой... и не на Слизерине. — Я видел, — медленно произнес Том, провожая нового барсука изучающим взглядом. — Это был осознанный выбор. А я всегда уважал людей, которые умеют обмануть систему. Особенно если системой является тысячелетним артефактом. *** Первая неделя в Хогвартсе была для Драко Малфоя тяжелым испытанием. Ходить в подвал к Хаффлпаффу, а не в темницы к Слизерину. Есть за столом желтых и черных цветов. Слышать за спиной смешки бывших знакомых. Но Драко улыбался. Искренне. Его комната была светлой, с окнами на теплицы и запахом свежей земли. Никто не требовал от него доказательств чистоты крови. Седрик Диггори, староста факультета, на следующий день после распределения просто сел рядом с ним на диван и сказал: — Слышал, ты хорошо дуэлируешь. Хочешь размяться после обеда? Без магии, просто форма. Драко согласился. В Дурмстранге его учили боли. Здесь его учили поддержке. Гарри, проходя мимо зала для тренировок, случайно услышал обрывок разговора. Драко говорил Седрику: — ...Шляпа хотела отправить меня к твоим барсукам сразу в первый класс, но я запаниковал. Это было... неправильно для Малфоя. В Дурмстранге мне сломали этот страх. Диггори, я уговаривал её десять минут. Я обещал ей, что построю мост вместо стены. И она согласилась дать мне шанс. Гарри замер у двери. Он ненавидел Драко заочно, по рассказам Рона и по историям о Люциусе. Но этот Драко был другим. Сломанным и пересобранным заново, как человек, вырвавшийся из клетки. Вечером в Выручай-комнате Гарри поделился этим с Томом. Они часто прятались здесь от чужих глаз, лежа на старом диване перед камином. — Он на самом деле хороший актер, — задумчиво сказал Том, поглаживая Гарри по спине. — Обмануть Шляпу, убедить её, что ты хочешь чего-то другого... Это уровень легилименции, Гарри. — Или отчаяния, — возразил Гарри. — Возможно, — Том повернулся и поцеловал Гарри в макушку. — Но мы не будем ему мешать. У него есть младшие на Слизерине. Маттео сказал, что Астория Малфой — умная девочка и не похожа на фанатичку. Возможно, Драко пытается защитить их даже ценой изгнания из «змеиного гнезда». *** В конце сентября слизеринцы занимались в библиотеке и в этот же момент там был и Драко и его одногруппники с пуффендуя. Слизеринцы, ведомые Томом Реддлом, надменно игнорировали «желтых». Но один инцидент все изменил. Шестикурсник со Слизерина, Забини, специально опрокинул чернила на эссе Астории Малфой. Чернила поплыли, пергамент был безнадежно испорчен. — Ой, прости, — лениво протянул Забини. — Твоя семья теперь нищеброды с Пуффендуя, вам должно быть не привыкать к грязи. Драко встал. Это движение было настолько тихим и быстрым, что никто не заметил, как он оказался рядом с Забини. В следующую секунду Блейз Забини висел в воздухе, подвешенный за лодыжки, а на него смотрело острие волшебной палочки. — Ты ошибаешься, Забини, — голос Драко был холоден, как ветер Дурмстранга. — Мы не нищеброды. Мы воины. А твой отец до сих пор должен моему отцу три тысячи галеонов за прошлогоднюю партию контрабандных артефактов. Хочешь, чтобы я взыскал долг прямо сейчас, взяв в залог твой язык? Слизерин замер. Том Реддл медленно, демонстративно захлопал в ладоши. — Браво, Малфой. Пуффендуй сегодня берет верх, — сказал он с ноткой уважения в голосе. Гарри смотрел на эту сцену с широко раскрытыми глазами. Драко опустил Забини на пол, поправил мантию и, прежде чем вернуться к своему столу, встретился глазами с Гарри. После урока Том догнал Гарри в коридоре. — Теперь ты видишь? — спросил Том, прижимая Гарри к холодной каменной стене в нише. — Малфой не просто сбежал. Он строит новую империю. На этот раз из верности, а не из страха. Это опасная конкуренция. — Или отличный союзник, — прошептал Гарри, глядя в тёмные, почти чёрные глаза Тома. — Он защищал сестру. Прямо как ты защищал бы Маттео. Том улыбнулся своей фирменной улыбкой — острой и понимающей. — Мой маленький гриффиндорец. Вечно ищешь хорошее в плохих людях. Ладно, дадим Малфою-Барсуку шанс. Но если он приблизится к тебе слишком близко, я напомню ему, что змеи кусают даже тех, кто сменил нору. Гарри только рассмеялся и потянул Тома за галстук вниз, вовлекая в поцелуй. Где-то за поворотом послышался звонкий смех Астории и голос Маттео, объясняющего ей план замка.