02:00. Режим выживания

Студия встретила их ослепляющим белым светом и запахом дорогого лака для волос. Сонхуна тут же утащили к гримерам, а Джейк, надев свои самые солидные очки без диоптрий, ходил по павильону с видом человека, который лично изобрел шоу-бизнес. Джей, которого вписали в контракт как «консультанта по атмосфере», а на деле — единственного, кто мог угомонить Джейка, стоял у кофейного автомата и молча молился. — Итак, — продюсер хлопнул в ладоши. — Пак Сонхун, в кадр! Рекламируем наш новый эксклюзивный продукт: «Smart-Water 02: Вкус Интеллекта». Сонхун вышел в свет софитов. На нем был шелковый халат глубокого синего цвета, а в руках — тяжелый стеклянный стакан с прозрачной жидкостью. — Твоя задача: посмотреть в камеру так, будто ты знаешь ответ на главный вопрос Вселенной, отпить глоток и сказать слоган на английском, — скомандовал режиссер. Парень замер. «Главный вопрос Вселенной». Он вспомнил свои уроки с Брайаном, когда тот спрашивал, почему "fish" во множественном числе всё еще "fish". Вот он — истинный экзистенциальный кризис. Камера поехала. Сонхун сделал максимально пафосное лицо, пригубил воду и произнес своим самым глубоким голосом: — Drink the mind. Feel the... brain. Water is... heavy. — Гениально! — закричал Джейк из-за монитора. — Это так концептуально! «Вода тяжелая» — это же метафора на груз знаний! Режиссер зачесал затылок. — Э-э... ну, допустим. Сонхун, теперь попробуй добавить больше... страсти? Покажи, что эта вода меняет твою жизнь. Джейк подбежал к Сонхуну, пока поправляли свет. — Сонхун-и, представь, что это не вода. Представь, что это... последний кусочек пиццы, который ты отвоевал у Джея! Но ты должен съесть его элегантно. Глаза Пака блеснули. Вот это он мог прочувствовать. Следующий дубль был шедевром. Сонхун смотрел на стакан так, будто в нем была заключена вся его любовь к углеводам. Он медленно поднес его к губам, его кадык дернулся, а взгляд стал таким пронзительным, что ассистентка режиссера выронила планшет. — Intelligence... is tasty, — выдохнул Сонхун в объектив. — СНЯТО! — заорал режиссер. — Это было странно, это было пугающе красиво, это... продаст нам миллионы бутылок! Когда всё закончилось и Сонхуну смыли тонну пудры, Джейк буквально светился от гордости. — Я же говорил! Ты — икона! Ты — лицо интеллекта! — У меня от этой воды изжога, — честно признался тот, переодеваясь в свои любимые треники. — Джей, мы можем пойти и поесть чего-то, что не претендует на мой IQ? Джей, который всё это время наблюдал за процессом, усмехнулся: — Идемте. Модель заслужила нормальный обед. Кстати, Джейк, тебе звонили из бухгалтерии студии. Твой «акцент» при оформлении документов их так впечатлил, что они попросили тебя озвучить пару фраз для закадрового текста. Что-то про «дикую природу города». Джейк застыл на месте. — Озвучка? Мне? Настоящая?! — Да. Но умоляю, — Джей приложил руку к сердцу, — обойдемся без кенгуру и криков из шкафа. Поздним вечером они вернулись домой. Гонорар ждал их через неделю, но ощущение победы уже витало в воздухе. Квартира, всё еще украшенная гирляндами, казалась уютнее любого павильона. Джей возился у плиты, напевая какую-то новую мелодию. Сонхун и Джейк, по доброй традиции, оккупировали диван. Джейк положил голову на колени Сонхуну, а тот лениво перебирал его отросшие волосы. — Знаешь, — прошептал Шим, глядя на то, как мигают огни на потолке. — Мы ведь могли бы жить по отдельности. У тебя была бы тихая квартира без моих носков и песен Джея в три ночи. Сонхун на секунду замер. Он представил эту идеальную, тихую, стерильную квартиру. А потом посмотрел на Джейка, на Джея в его дурацком фартуке и на недоеденный бутерброд на журнальном столике. — Там было бы слишком много кислорода, Джейк, — ответил Сонхун. — И некому было бы напоминать мне, что «вода — это тяжело». Джей обернулся, держа в руках поднос с тремя дымящимися раменами. — Хватит лирики. Ешьте, пока я не решил, что вы слишком богатые для домашней еды. — Никогда! — в один голос ответили они. В эту ночь им снились великие свершения, рекламные контракты и австралийские берега. Но когда утром Джейк в очередной раз проспал свой будильник, а Сонхун начал во сне бормотать неправильные глаголы, Джей просто потише закрыл дверь на кухню и начал варить кофе. Их общая жизнь была его самой длинной и самой любимой песней. Утро понедельника выдалось на редкость ленивым. Сонхун сидел за столом, медленно размешивая сахар в кофе, и с непроницаемым лицом смотрел на свое отражение в выключенном экране планшета. — Джей, как ты думаешь, — вдруг произнес он, — мне стоит начать носить очки без диоптрий на постоянной основе? Ну, для поддержания образа «Интеллектуальной Воды»? Джей, который в этот момент пытался оттереть пятно от соуса со своей любимой куртки, замер. — Сонхун-и, если ты наденешь очки, ты окончательно перестанешь видеть реальность. А реальность такова: сегодня твоя очередь мыть пол в коридоре. Интеллектуальный ты наш. В этот момент из спальни выкатился Джейк. Буквально. Он запутался в одеяле, упал с кровати и прополз до кухни, не вылезая из кокона. — Я слышал слово «образ»? — его голова показалась из-под одеяла. — Сонхун, я уже всё продумал! Мы сделаем тебе портфолио. Джей-я, нам нужны твои навыки фотографа. — Я музыкант, а не папарацци, — буркнул Чонсон, но уже потянулся за своим профессиональным фотоаппаратом, который хранил для съемок обложек альбомов. — Ладно, но чур концепцию придумываю я. Никакой «воды». Сделаем что-то... домашнее. Концепция «домашнего уюта» в их квартире превратилась в полосу препятствий. Джейк решил, что лучшая декорация это гора подушек и пледов. — Так, Сонхун, сядь сюда. Смотри в окно, будто ты ждешь музу или курьера с едой, — командовал Джейк, поправляя на друге воротник свитера. — Джей, свет! Нужно больше естественного света! Джей открыл шторы, и яркий солнечный луч упал прямо на пыль, которая весело кружилась в воздухе. — Идеально, — саркастично заметил Джей. — Пыль придает кадру винтажности. Сонхун, не шевелись. Сонхун замер в профиль. Он действительно выглядел как модель из дорогого журнала: острые скулы, мягкий взгляд, расслабленная поза. Но в ту секунду, когда Джей нажал на затвор, Джейк решил, что кадру «не хватает жизни». Он прыгнул на Сонхуна сзади, обнимая его за шею и весело смеясь прямо в камеру. — Смотрите! Семья в естественной среде обитания! — Джейк! — вскрикнул Сонхун, заваливаясь на бок вместе с подушками. — Ты испортил мой драматический момент! Джей посмотрел на получившийся снимок на экране камеры. На фото был Сонхун с широко открытыми от неожиданности глазами и сияющий, зажмурившийся от счастья Джейк, чьи волосы переплелись с волосами друга. Это было не идеальное фото для журнала, но это было самое «их» фото. — Оставим это, — улыбнулся Джей. — Это купят за миллионы. Назовем «Магнит и его жертва». К вечеру город накрыл сильный ливень. Звук капель по подоконнику всегда действовал на них умиротворяюще. Джей сидел в своей «неоновой» студии, перебирая струны. На этот раз это была не резкая рок-мелодия, а что-то очень тихое и нежное. Дверь приоткрылась. Сначала заглянул Джейк, а за ним, как всегда, Сонхун. Они молча зашли и уселись на пол прямо у ног парня, прислонившись спинами к его кровати. — Джей-я, сыграй ту песню, которую ты написал в выпускном классе, — попросил Шим, прикрывая глаза. — Ну, ту, где ты пел про то, как мы все уедем в Сеул и станем знаменитыми. Джей усмехнулся, но начал играть знакомый перебор. — Мы тогда были такими наивными. Думали, что будем жить в пентхаусе, а не в квартире с капающим краном. — Зато у нас есть личный повар, — пробормотал Сонхун, имея в виду Джея. — И личный репетитор по эльфийскому английскому, — парировал Джейк. — И актер, который так вжился в роль сони, что его не добудишься даже пушкой, — закончил Джей. Они сидели в полумраке, освещаемые только синими и розовыми огнями гирлянд. В такие моменты не нужно было ничего доказывать миру, не нужно было быть «лицом бренда» или «уличным маэстро». Достаточно было просто быть рядом, слушать дождь и знать, что завтра утром снова начнется этот прекрасный, нелепый и абсолютно их хаос. — Знаете, — сказал Джейк, когда музыка стихла. — А ведь мы реально справились. Мы вместе. Сонхун только крепче прижался плечом к его боку, а Джей легонько коснулся грифом гитары головы Джейка. — Спите уже, «звезды». Завтра нам всё еще нужно платить за эту квартиру. И, кажется, я видел в холодильнике последний йогурт... чур, он мой. — ЭЙ! — хором отозвались двое, и мирная атмосфера мгновенно сменилась шутливой погоней по коридору.

***

Поход в парк аттракционов и первый настоящий рабочий день Джейка в студии озвучки — эти два события разделяли всего сутки, но по уровню стресса они могли сравниться с запуском ракеты в космос. План был прост: отпраздновать первую зарплату Сонхуна за рекламу воды походом в парк развлечений. Джейк светился ярче, чем все неоновые вывески парка вместе взятые. — Мы пойдем на «Падение в бездну»! — провозгласил он, указывая на гигантскую вертикальную башню. — Это поможет мне войти в образ для озвучки хоррора. Я должен вспомнить, как звучит истинный страх! Сонхун посмотрел на башню, потом на свой стакан с колой, и его лицо приобрело тот самый оттенок синего, который был на упаковке «Smart-Water». — Джейк, истинный страх звучит как тишина. Моя тишина. Я подожду вас у ларька с кукурузой. — Ну уж нет, «Мистер Интеллект»! — Джей подтолкнул его в спину. — Мы идем все вместе. Если мы умрем, то сэкономим на аренде в следующем месяце. Через десять минут они уже были пристегнуты к сиденьям. Джей сидел с каменным лицом, сжимая поручни так, что костяшки побелели. Сонхун закрыл глаза и начал вслух повторять таблицу неправильных глаголов, чтобы отвлечься. А Джейк... Джейк просто держал Сонхуна за руку и восторженно вопил еще до того, как аттракцион тронулся. Когда платформа резко рухнула вниз, парк огласил крик, который заставил птиц улететь в другой город. — I AM GOING TO DIE! PRESENT SIMPLE! — орал Сонхун. — WAAAAOOOOW! — завывал Джейк. Джей просто издал короткий, но очень емкий звук, который обычно издает гитарная струна, когда она лопается под максимальным натяжением. На выходе они выглядели как три стадии распада: Джейк прыгал от адреналина, Джей пытался восстановить сердечный ритм, а Сонхун просто стоял, обняв столб, и смотрел в пустоту. — Ну как? — спросил Джейк, заглядывая Сонхуну в лицо. — Вдохновился? — Я видел конец света, — прошептал тот. — И там не было английского. Там были только твои крики, Джейк. На следующее утро Джейк, вооруженный своим «опытом» на аттракционах, отправился в студию озвучки. Джей и Сонхун пошли с ним в качестве группы поддержки (и чтобы убедиться, что он не перепутает студию с буфетом). Студия была профессиональной. Звукорежиссер — суровый мужчина с бородой, посмотрел на Джейка. — Текст простой. Ты — голос за кадром в документалке о городских енотах. Нужно звучать таинственно, но с долей юмора. Поехали. Джейк зашел в кабинку. Он надел огромные наушники, которые делали его похожим на очень серьезного чебурашку. Сонхун и Джей наблюдали за ним через стекло. — «В джунглях из бетона...» — начал парень, и его голос вдруг стал на удивление глубоким и бархатистым. — «...появляется он. Теневой воришка. Мастер мусорных баков. Енот». Звукорежиссер удивленно поднял бровь. — Ого, а парень-то хорош. Но тут Джейк решил добавить «драмы», которую он вынес из вчерашнего падения с башни. — «Но что это?!» — внезапно выкрикнул он, подавшись вперед. — «Холод! Ужас! Мусоровоз приближается! БЕГИ, КРОШКА, БЕГИ!» — Стоп, стоп! — режиссер нажал на связь. — Джейк, это документалка для семейного просмотра, а не триллер про маньяка в лесу. Успокойся. Просто енот. Просто мусор. Джей за стеклом закрыл лицо рукой. Сонхун же начал показывать Джейку жестами, чтобы тот «остыл». Джейк кивнул, сделал глубокий вдох и... увидел, как Сонхун за стеклом пытается изобразить енота, чтобы помочь ему настроиться. Парень смешно шевелил носом и делал «лапки». Джейк прыснул от смеха прямо в микрофон. — Простите... мой ассистент... он слишком талантлив в имитации грызунов. Смена длилась три часа. Под конец Джейк был выжат как лимон, но звукорежиссер пожал ему руку. — У тебя странная энергия, парень. Но голос живой. Будем звать тебя на эпизоды. Выйдя из студии, Джейк сразу же повис на шее у друзей. — Вы видели?! Я — голос енотов! Сонхун, ты был лучшим енотом в моей жизни! — Я просто пытался спасти твою карьеру, — пробурчал Сонхун, поправляя прическу. — Теперь ты официально работаешь голосом, я — лицом, а Джей... — А Джей по-прежнему работает тем, кто заставляет вас обоих принимать душ и не тратить все деньги на сладости, — закончил Джей, улыбаясь. — Пошли домой. Сегодня я закажу что-нибудь особенное. Вы оба сегодня... ну, почти не позорились. Они шли по вечернему городу, три друга, три истории, которые сплелись в одну. Один — голос, другой — лицо, третий — сердце их маленького союза. И пусть их путь к славе лежал через шкафы, аттракционы и рекламу воды, они знали: пока они могут смеяться друг над другом, они непобедимы. — Сонхун-и, а покажи еще раз енота? — подмигнул Джейк. — Только если ты пообещаешь больше не орать на английском на аттракционах, — ответил Сонхун, но всё же забавно сморщил нос. И в этом простом моменте было больше счастья, чем в любом рекламном контракте мира.