02:00. Режим выживания

Вечер среды был официально объявлен «Днем безделья». Джей, честно отыграв два часа на набережной, бросил гитару в угол и упал на диван между Сонхуном, который читал учебник по продвинутому английскому, и Джейком, который листал ленту в поисках вдохновения. — Я тут подумал, — вдруг сказал Джейк, переворачиваясь на живот и случайно заезжая локтем Сонхуну под ребро. — Раз госпожа Ким оценила мой «австралийский акцент», может, мне стоит заняться озвучкой? Представьте: мой голос в мультфильмах. Я могу быть харизматичным львом или... очень эмоциональной белкой. Сонхун, не отрываясь от книги, поправил очки: — Белка из тебя выйдет отличная. У тебя такой же уровень концентрации внимания. О, смотри, орех! О, смотри, кастинг, который я проспал! — Эй! — Шим шутливо толкнул его. — Я серьезно. Я вчера нашел объявление: ищут голоса для короткометражного инди-хоррора. Им нужен кто-то, кто умеет убедительно кричать и шептать. В шепоте я мастер. Джей приоткрыл один глаз и посмотрел на потолок. — Если ты начнешь репетировать крики в этой квартире, соседи вызовут экзорцистов. Или полицию. Или и тех, и других, чтобы наверняка. — Давайте проверим мой потенциал! — Джейк вскочил и побежал к старому жесткому диску, который пылился под телевизором. — У нас же там были видео из старшей школы. Помните, мы снимали проект для театрального кружка? Там был мой первый драматический опыт. Двое Паков переглянулись. Воспоминания о школьных годах были смесью неловкости и чистого золота. Джей со вздохом подключил диск к телевизору. На экране появилось зернистое видео. Десятый класс. Маленький, еще более щуплый Сонхун в картонных доспехах, которые Джей помогал ему склеивать всю ночь, стоял посреди школьного двора. — «О, прекрасная Джульетта!» — произнес экранный Сонхун с абсолютно каменным лицом, которое он тренирует и по сей день. Камера дернулась, и в кадр влетел Джейк в длинном белом парике, который постоянно сползал ему на глаза. — «Ромео! Почему ты Ромео?! И почему твои доспехи пахнут клеем ПВА?» — выкрикнул школьный Джейк, драматично прижимая руки к груди. На заднем плане был виден Джей, который стоял с гитарой и пытался играть «трагическую музыку», но постоянно сбивался, потому что не мог перестать смеяться над париком Джейка. — Выключай! Выключай это немедленно! — Сонхун закрыл лицо подушкой, его уши стали пунцовыми. — Нет-нет, посмотри на этот драматический накал! — Джейк, наоборот, придвинулся к экрану. — Смотрите, как я упал в обморок! Это же чистый талант! На видео «Джульетта»-Джейк так усердно падал, что зацепил «Ромео»-Сонхуна, и они оба рухнули в кучу осенних листьев, похоронив под собой весь шекспировский пафос. — Знаете, — Джей выключил видео, когда экранный он сам начал бить их обоих гитарным чехлом за испорченный дубль. — Глядя на это, я понимаю, что мы вообще не изменились. Мы всё так же падаем друг на друга, только теперь за это приходится платить налоги. — Но голос! — не унимался Джейк. — Вы слышали мой крик в конце? Это же готовый хоррор! Сонхун-и, давай завтра запишем демо-запись? Ты будешь моим режиссером. У тебя лицо строгое, ты будешь меня критиковать. Сонхун высунулся из-под подушки и посмотрел на сияющего парня. В его глазах светилась такая детская надежда, что отказать было невозможно. — Ладно. Но только если мы будем записывать это в шкафу. Там звукоизоляция лучше, и Джей не будет кидать в нас сковородки. — В шкафу? — Джейк задумался. — Дизайнерское решение! Идем проверять акустику прямо сейчас! Он схватил Сонхуна за руку и потащил в сторону спальни. — Джей-я, ты будешь звукорежиссером. Нам нужны эффекты! Джей остался сидеть на диване, глядя на пустой экран телевизора. В квартире снова стало шумно: из спальни донеслось глухое «Бу!» и последующий хохот Сонхуна, который пытался объяснить Джейку, что «призрак не должен звучать как простуженная чайка». Он улыбнулся и пошел на кухню заваривать чай на троих. — Озвучка, значит... — пробормотал он. — Ну, по крайней мере, для этого не нужно просыпаться в шесть утра на кастинг. На следующее утро квартира превратилась в звукозаписывающую студию «Шкаф-Интертеймент». Сонхун, как истинный профессионал, подошел к делу со всей серьезностью: он притащил в шкаф ноутбук, обложил стены зимними пуховиками для «акустического поглощения» и выдал Джейку фонарик. — Джейк, ты должен прочувствовать момент, — шептал Пак, сидя на корточках между своими пальто. — Ты — последний выживший в заброшенной психиатрической больнице. За дверью... что-то страшное. Это «что-то» — долги по коммуналке или Джей с грязной сковородкой. Выбирай, что тебе ближе. Джейк зажмурился, вцепившись в микрофон, который они одолжили у Чонсона. — Я готов. Я чувствую холод... и запах твоих духов. — Это запах успеха. Давай, пишем! — Сонхун нажал на кнопку записи. Джейк набрал в легкие побольше воздуха и выдал серию леденящих душу звуков: от приглушенного всхлипа до пронзительного: «НЕЕЕТ! ТОЛЬКО НЕ ВТОРОЙ ЭТАЖ!». В это время Джей на кухне мирно пил кофе, пытаясь настроиться на написание новой мелодии. Но звуки, доносящиеся из спальни, больше напоминали экзорцизм, чем творчество. — Ребята, если вы там убиваете друг друга, делайте это тише! — крикнул он, но «актеры» его не слышали. Через десять минут в дверь постучали. Не просто постучали, а начали настойчиво барабанить. Джей вздохнул, поставил кружку и пошел открывать. На пороге стояла госпожа Хван из соседней квартиры — женщина почтенного возраста и невероятной бдительности. — Молодой человек, — строго начала она, поправляя очки. — Я всё понимаю, вы музыкант. Но почему из вашей квартиры уже десять минут доносятся крики о помощи и мольбы не идти на какой-то второй этаж? У нас в доме всего пять этажей, и второй абсолютно безопасен! Джей замер, судорожно придумывая оправдание. В этот момент из спальни донесся очередной вопль Джейка: — КРОВЬ! ОНА ПОВСЮДУ! ПОЧЕМУ ОНА ТАКАЯ КРАСНАЯ?! Госпожа Хван схватилась за сердце. — Это... это репетиция! — выпалил Джей, пытаясь загородить проход. — Мои друзья... они... готовятся к медицинскому экзамену. По психологии! Изучают реакции на стресс. — В шкафу, я так понимаю? — подозрительно спросила соседка, заглядывая за его плечо. — Это метод полного погружения, — парень уже почти верил в то, что говорил. — Сенсорная депривация. В этот момент дверь спальни распахнулась. Из неё, пошатываясь, вывалились Сонхун и Джейк. Оба были красные от нехватки кислорода, растрепанные и обвешанные нитками от свитеров. — Джей, мы записали шедевр! — радостно выкрикнул Шим, не замечая гостью. — Сонхун сказал, что мой предсмертный хрип звучит как у обладателя Оскара! Сонхун, заметив госпожу Хван, мгновенно выпрямился и включил режим «идеального внука». — Good morning, madam, — произнес он, забыв, что соседка не понимает английский. — Ой, то есть... Доброе утро. Мы просто... проводили инвентаризацию верхней одежды. Госпожа Хван посмотрела на них троих. На серьезного Сонхуна в пуху, на сияющего Джейка и на Джея, который выглядел так, будто хочет телепортироваться на Марс. — Странная сейчас молодежь, — буркнула она. — То английский, то шкафы. Но если я услышу еще хоть один хрип — вызову участкового. Пусть он проверяет вашу «инвентаризацию». Когда дверь закрылась, в коридоре повисла тишина. — Ну что, «Оскароносцы»? — Джей скрестил руки на груди. — Доигрались? Теперь мы официально — самая странная квартира в районе. — Зато у нас есть демо! — Джейк подбежал к нему и включил запись на телефоне. Из динамика раздалось: «Шур-шур... Джейк, подвинь ногу... НЕЕЕТ! КРОВЬ! КРАСНАЯ КРОВЬ!.. Сонхун, у тебя в кармане мятная конфета? О, давай съем...» Джей закрыл лицо ладонями. — Вы записали, как вы едите конфеты посреди хоррора? — Это создает реализм! — гордо заявил Сонхун. — Жертва проголодалась в процессе погони. Это глубокий психологический подтекст. Чонсон только рассмеялся, обнимая их обоих за плечи. — Ладно, психологи. Раз вы такие талантливые, то сегодня «жертва» и «режиссер» моют посуду. Весь этот реализм с едой оставил на кухне гору тарелок. — Но Джей-я! — заныл Джейк. — У меня творческий кризис после такой нагрузки. — У тебя сейчас будет кризис нехватки чистых вилок, если не пойдешь на кухню, — ласково пообещал Джей. После того как «Шкаф-Интертеймент» закончил свою работу, Джейк почувствовал в себе силу великого импресарио. Раз его собственный актерский путь временно зарос мхом из-за любви к подушке, он решил, что обязан сделать звездой Сонхуна. — Сонхун-и, посмотри на себя! — Джейк кружился вокруг друга, который пытался спокойно пить утренний протеиновый коктейль. — Ты статный, холодный, у тебя лицо принца, который только что узнал цену на газ. Это же готовый типаж для рекламы дорогих часов или... люксового корма для котов! Сонхун подавился коктейлем. — Почему сразу для котов? — Потому что у тебя такой же взгляд: «Я вас всех презираю, но погладьте меня», — вставил Джей, проходя мимо с охапкой грязного белья. — Джейк, оставь его в покое. У него сегодня три урока, он и так на пределе своих лингвистических фантазий. — Нет! — Джейк был непоколебим. — Я вчера отправил твое фото и нашу запись из шкафа, (я вырезал момент с конфетой!) одному знакомому помощнику ассистента продюсера. И угадай что? Нам назначили встречу в кафе! Сонхун и Джей замерли. — Встречу? — Сонхун поправил очки. — Настоящую? С человеком, который не живет в этой квартире?

***

Кафе было из тех, где кофе стоит как половина их аренды, а официанты смотрят на тебя так, будто ты пришел просить милостыню. Сонхун выглядел безупречно: черная водолазка, пальто, взгляд максимально отрешенный. Джейк сидел рядом, изображая «акулу шоу-бизнеса» в кепке и с блокнотом. Джей же пришел «просто посмотреть, чтобы их не продали в рабство», и сел за соседний столик, прячась за меню. За столик сел мужчина в очень дорогом пиджаке. — Итак, Пак Сонхун? — он посмотрел на Сонхуна. — Мне сказали, у вас уникальный голос и... международный бэкграунд? Джейк тут же включился: — О да! Он долгое время работал... э-э... культурным атташе в лингвистических кругах. Его английский это нечто. Сонхун, скажи что-нибудь статусное. Сонхун почувствовал, как внутри всё сжимается. Он посмотрел на мужчину, потом на друга, чьи глаза сияли верой в него, и выдал: — The weather in London is... very constant. Like my dedication to... watch. Мужчина нахмурился. — Часам? — К часам! — подхватил Джейк. — Он так пунктуален, что даже просыпается раньше будильника. Он идеальное лицо для вашего бренда мужских аксессуаров. Джей за соседним столиком прикрыл лицо меню, плечи его мелко дрожали от беззвучного смеха. — Знаете, — мужчина внезапно улыбнулся. — Нам как раз нужен кто-то, кто может выглядеть очень дорого и при этом нести полную чепуху с абсолютно серьезным лицом. Это сейчас в тренде. Концептуальность. Вы нам подходите для пилотного ролика. Джейк под столом так сильно сжал колено Сонхуна от радости, что тот чуть не вскрикнул на «чистом австралийском». Когда они вернулись домой, квартира казалась им дворцом. Они купили самую дорогую лапшу быстрого приготовления и целую курицу-гриль. — Мы это сделали! — Джейк прыгал на кровати, той самой, которую они с Паком делили. — Сонхун, ты теперь модель! Я — менеджер года! Джей, ты... ты просто наш ангел-хранитель, который не дал нам опозориться окончательно! Джей сидел на краю стола, наблюдая за этим безумием. — Вы понимаете, что он взял тебя только потому, что ты выглядишь как человек, который не понимает, что происходит, но делает это красиво? — Это и есть определение высокой моды, Джей-я! — Сонхун лениво растянулся на диване, впервые за день расслабив плечи. — Главное, что теперь у нас будут деньги на тот новый пылесос, о котором ты мечтал. И, может быть, на новые струны для твоей гитары. Джейк тут же спрыгнул с кровати, прибежал в гостиную и приземлился прямо на них двоих, создавая живой комок из конечностей и тактильности. — Мы — команда! Даже если Сонхун станет супермоделью, он всё равно будет спать в одной кровати со мной, потому что ему страшно одному после хорроров! — Ничего подобного, — пробурчал Сонхун, но при этом поудобнее устроил голову на плече Шима. Джей вздохнул, выключил свет в гостиной, оставив только мигающие гирлянды Джейка, которые теперь казались не такими уж и раздражающими. В темноте, под аккомпанемент чьего-то сопения и тихого спора о том, чей это тапочек, он понял: лучшей работы, чем быть «мамой» этих двоих, в этом мире просто не существует.