Что же было дальше?

      — Алло? Это Лена? — спросил в трубке женский голос.       На другом конце несколько секунд стояла тишина, а затем раздался мужской голос, спокойный, но настороженный:       — Смотря кто спрашивает, — ответил Чейз.       — Можно Лену к телефону? — повторила женщина.       Чейз закатил глаза, словно уже заранее знал, что разговор будет неприятным, но всё же повернул голову в сторону гостиной и громко позвал:       — Лен, тебя.       Лена подошла к телефону, который лежал на столе, вытерла руки о полотенце и взяла трубку.       — Кто? — коротко спросила она, даже не пытаясь скрыть раздражение.       — Это я, Сэдди, — прозвучал знакомый голос.       Лена на секунду замерла.       — Э… да, мы же вроде помирились, — осторожно сказала она. — Но откуда у тебя мой номер?       — Ты оплачивала покупку по номеру телефона, — объяснила Сэдди. — Я просто запомнила. И я звоню не ради сплетен, честно. Хотела предупредить тебя.       Лена нахмурилась и отошла чуть дальше, чтобы Чейз не слышал каждое слово. Она не была уверена, что разговор стоит вести при нём.       — О чём? — спросила она, и в голосе сразу появилась тревога.       — Я сегодня говорила с одним парнем… ты его точно помнишь. Джош, — сказала Сэдди, будто специально проверяя реакцию.       Лена сжала телефон сильнее. Она почувствовала, как неприятный холод пробежал по спине. Даже спустя столько лет одно это имя всё ещё звучало как что-то грязное и опасное.       — И что? — тихо спросила она, стараясь говорить спокойно.       — Разговор зашёл не туда, и я упомянула, что встретила тебя сегодня в аптеке. Просто случайно сказала, что ты живёшь в Лос-Анджелесе, что у тебя дети… — Сэдди сделала паузу, будто сама сомневалась, стоит ли продолжать. — А он сказал, что ты всё равно будешь его.       Лена на мгновение перестала дышать.       — В каком смысле? — спросила она, хотя уже понимала ответ.       — В прямом. И знаешь… тон, с которым он это говорил, мне не понравился. Я его подруга, да, но его зависимость от тебя пугает. Он говорил так, будто ты не человек, а вещь, которую можно вернуть. Я не хочу тебя запугивать, просто… решила, что ты должна знать.       Лена медленно выдохнула. Её пальцы побелели от напряжения.       — Поняла, — коротко сказала она. — Спасибо.       — Я правда не хотела ничего плохого, — добавила Сэдди уже мягче. — Просто будь осторожна.       — Буду, — ответила Лена. — Пока.       — Пока, — сказала Сэдди и отключилась.       Лена опустила телефон и несколько секунд стояла на месте, пытаясь успокоить дыхание. Она чувствовала раздражение, тревогу и странное чувство, будто прошлое снова тянет к ней руки. Хотелось тут же рассказать Чейзу, но она знала: любое упоминание Джоша мгновенно превращает Чейза в человека, который готов решать проблемы кулаками и угрозами.       Она вернулась к столу, стараясь выглядеть так, будто ничего не произошло.       Чейз поднял взгляд.       — Кто это был? — спросил он, уже заранее понимая, что разговор был не обычным.       — Сэдди, — ответила Лена правду, потому что смысла скрывать это не было. — Мы сегодня в аптеке встретились. Она позвонила проверить, мой ли номер.       Чейз недоверчиво прищурился, но промолчал. Лена быстро добавила, не давая ему времени задавать лишние вопросы:       — И ещё какую-то сплетню из Белфроста рассказала, про Стейси. Представляешь, в каких подробностях она описывает Бобби всем подряд… будто меня это вообще интересует.       Она говорила легко и даже с улыбкой, но эта улыбка была слишком натянутой, чтобы быть настоящей.       — И что она про Бобби говорила? — спросил Чейз, усмехнувшись.       — Что он мужлан, бабник и идиот, — фыркнула Лена. — И что она сразу знала, что он идиотище, потому что он не верит в гороскопы.       Чейз тихо рассмеялся.       — Главное, чтобы эти сплетни не долетели до Элли, — сказал он, всё ещё улыбаясь.       Лена кивнула и сделала вид, что разговор её больше не волнует. Но Чейз смотрел на неё слишком внимательно. Он не был глупым и прекрасно слышал имя «Джош», даже если Лена пыталась сделать вид, что его не произносила. Он понял, что она соврала, понял, что она что-то скрыла, но решил не давить. Однако внутри него что-то неприятно сжалось. Неужели этот псих до сих пор не успокоился?

***

      Кэсси стояла в Бурановске, в том самом месте, где когда-то всё началось. Здесь пахло холодом, сырой землёй и чем-то металлическим. Станция выглядела почти так же, как и раньше: облупившаяся краска, старые лавочки и ржавые фонари.       Скоро должен был подъехать поезд. На нём она доедет до Екатеринбурга, а оттуда уже на самолёте улетит в Нью-Йорк. Дальше на пути будет Белфрост. И тогда она наконец окажется дома. Она снова увидит Эвана, Лену, Элли, Бобби, Чейза и Блейна. Если они там. Если они всё ещё вместе. Если… вообще живы. Кэсси сглотнула и попыталась не думать слишком много, но мысли всё равно лезли в голову, будто издевались. Есть ли у них дети? Изменились ли они? А Эван… нашёл ли он кого-то? Скорее всего — да. Он ведь имел на это полное право. Они даже не встречались официально. От этой мысли становилось так больно, будто внутри кто-то снова вырывал кусок сердца, оставляя пустоту, которую невозможно заполнить. Но ей нельзя было грустить. Нельзя было нервничать. Нельзя было поддаваться стрессу. Она слишком долго восстанавливалась. Полтора года реабилитации не прошли даром, но организм всё ещё был слабее, чем раньше. Чтобы окончательно вернуть всё «как было», ей понадобился бы ещё год тренировок: укреплять мышцы, заниматься речью, возвращать координацию движений. Но времени у неё не было.       Рядом стояла та самая девушка, которая провожала её. Ветер трепал тёмные волосы незнакомки, а сама она выглядела спокойной, даже слишком спокойной для человека, который отпускает кого-то в неизвестность.       — Удачной дороги, — сказала она. — Твой парень… как его там?       Кэсси усмехнулась.       — Эван. Он не то чтобы мой парень…       Брюнетка хмыкнула и скрестила руки на груди.       — Кэсси, мой тебе совет: не трать время на недопонимания. Это твоё счастье. Даже если у него кто-то есть — добивайся.              — Но на чужом счастье своё не построишь, — тихо возразила Кэсси.       Девушка подняла бровь и усмехнулась так, будто слышала самую смешную глупость в своей жизни.       — Кто такое сказал? Проигравший? Ещё как построишь. Если любит — будет с тобой. А если не любит… зачем тебе такой мужик?       Кэсси только качнула головой и всё равно улыбнулась. В этой прямолинейности была вся её спасительница: резкая, честная, будто жизнь научила её говорить правду даже тогда, когда она режет.       В этот момент к платформе, скрипя и грохоча, подъехал поезд. Он остановился с таким звуком, будто сам был старым и уставшим, как человек, который слишком многое видел. Дверь открылась, и водитель громко окликнул:       — О! Блондиночка-пушиночка!       Кэсси резко подняла голову и застыла.       — Дядя Миша? А я думала вы уже спились к чёртам…       Старик выглянул из кабины, прищурился и довольно улыбнулся, будто встретил старую знакомую, которая когда-то задолжала ему деньги.       — Я тебя помню! Ты же это… куча лет назад приезжала. Чё, так и не отъехала?       — Здрасте, дядь Миша, — фыркнула Кэсси. — Отъезжаю.       Она шагнула ближе и прищурилась.       — А вы как и раньше едете, как бог покажет? Или уже приборами пользуетесь?       Дядя Миша хрипло рассмеялся.              — Я их жопой чувствую.       — Как и шесть лет назад… — пробормотала Кэсси, а потом повернулась к брюнетке. — Я буду скучать, — сказала она тихо. — Но ты лучше не скучай. Прощай?       Девушка кивнула и улыбнулась чуть напряжённо, словно ей было трудно отпускать Кэсси, даже если она делала вид, что всё в порядке.       — Прощай.       — А дружки твои где? — спросил дядя Миша, оглядываясь. — Они же тоже не уехали никуда, я бы запомнил. Особенно того, который деньги пачками пихал. Ты ещё возмущалась, что он твою косметичку не взял. Хых!       Кэсси закатила глаза.       — Деньги взял, а косметичку мою — нет.       Дядя Миша только развёл руками.       — Эта напыщенная морда и остальные уехали на машине, — пояснила Кэсси. — А я осталась. Мне тут… понравилось.       — Ты если что своему дружку скажи, что я готов его ещё раз повезти! — крикнул дядя Миша. — И вас всех тоже!       Кэсси резко повернулась к нему.       — Я в тот раз вообще не по своей воле ехала! — возмутилась она. — Он меня похитил! Как и Лену с Бобби! Третий раз!       Брюнетка удивлённо подняла бровь, явно не ожидая услышать такое.       — Но не по злым намерениям… — быстро добавила Кэсси, уже менее уверенно. — Чтобы спасти своего дружка-наёмника от агентства, пока тот не взорвал полконтинента…       Брюнетка моргнула.       — Подожди… наёмника?       Кэсси мгновенно поняла, что сказала лишнее.       — Я так сказала? — быстро переспросила она. — Я не это имела в виду. Блейн, конечно, не лапочка, но и не…       — Блейн?! — резко перебила её брюнетка.       Кэсси застыла, а её собеседница выглядела так, будто только что увидела привидение.       — Прости… — выдохнула она. — Но… Блейн?       Кэсси медленно улыбнулась.       — О, я вижу, ты его знаешь.       — Знаю, — коротко сказала девушка.       — А Чейза тоже? — осторожно спросила Кэсси.       — Да…       Кэсси нахмурилась, и в голове начали складываться кусочки пазла. История Блейна и его первой любви. «Академия», которая на самом деле была… агентством?… Девушка, сбежавшая оттуда. Друг, или же Чейз, который помог одной девушке исчезнуть. И ещё один человек, которого все считали мёртвым… Напоминает Блейна.       Она медленно выдохнула и произнесла:       — Ты… Рейн?       Девушка резко повернулась к ней.       — А ты откуда обо мне знаешь?       — Блейн рассказывал, он кстати живой. Если ты узнала о его смерти от Чейза, то знай, информация была не точной, — спокойно ответила Кэсси. — И, кстати… может, тебе будет приятно это услышать, но он однолюб.       Рейн опустила взгляд, и на секунду её лицо стало совсем другим. Сломанным, усталым, будто боль, которую она годами прятала, вдруг показалась наружу.       — Не надо, — тихо сказала она. — Не говори так.       Кэсси сделала шаг ближе.       — Поехали со мной.       Рейн резко покачала головой.       — Нет, меня там убьют. А вместе со мной — Блейна и Чейза. Я не могу.       Кэсси нахмурилась, но поняла: этот страх был настоящим, он не был капризом.       — Тогда я разведаю обстановку, — сказала Кэсси. — Потом позвоню тебе. Номер у меня есть. Правда… интернет у тебя не всегда ловит.       Рейн сжала пальцы и прошептала:       — Не говори ему, пожалуйста.       Кэсси кивнула.       — Ты скажешь всё сама.       Дядя Миша, который слушал всё это с широко раскрытыми глазами, наконец пробормотал:       — Какой индийский сериал…       Кэсси фыркнула, поднялась в вагон и тихо сказала себе под нос:       — Приключение только начинается.

***

      Кэсси сидела в вагоне, и этот вагон был тем самым. Тем, в котором несколько лет назад она, Лена, Бобби и Блейн ехали спасать остальных. Тогда поезд казался дорогой в ад, а теперь он вдруг стал дорогой домой. Это было странно и почти смешно, потому что прошлое выглядело таким далёким, будто происходило не с ней, а с кем-то другим. Но память не отпускала. Она думала об Эване и боялась представить, что будет, если у него уже есть жена и дети. Она боялась, что он забыл её. Или если услышит её имя, просто нахмурится и скажет: «Где-то я это слышал…» Кэсси закрыла глаза, потому что было больно. Он имел право забыть. Она исчезла на пять-шесть лет. Она сама не знала точного срока, не знала даты, когда почти умерла, не знала, что делать, когда наконец окажется в Белфросте. Если их там не будет, где искать? Если будут, имеет ли она право появиться и разрушить их спокойную жизнь? Имеет ли она право просто постучать в дверь Эвана и сказать: «Привет. Я всё это время была жива»? Не обвинит ли он её Частично это не было её виной. Четыре года комы и полтора года восстановления. Она физически не могла связаться с ними. Она не помнила номеров. А если бы и помнила, они наверняка давно поменяли телефоны. Её собственный телефон остался в том мире. Соцсетей у них почти ни у кого не было, кроме Сэдди, и страница Сэдди была самой бесполезной вещью на свете: бесконечные посты про детей, мужа и счастье, которое выглядело слишком показным. Кэсси даже закатила глаза, вспомнив это, но всё равно продолжала винить себя. Она винила себя за то, что не нашла способ, что не вернулась раньше, что дала времени пройти. Она сжала в руках маленькую сумочку. Вещей было немного: телефон, паспорт, тушь, блеск и немного денег. Рейн предлагала ей одежду, но Кэсси отказалась, потому что хотела купить всё сама и почувствовать себя самостоятельной, а не беспомощной. Она хотела снова почувствовать, что она живая и настоящая.

***

      Эван летел в самолёте из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк вместе с маленькой Кэсси. Снежка он оставил у Чейза и Лены, потому что таскать кота туда-сюда каждую неделю было бы слишком проблемно. Да и кот был послушным… По крайней мере так он говорил. На самом деле Эван прекрасно знал, что кот не сильно различает лоток и кроссовки, и если Снежок нагадит дома у его брата дома, Чейз устроит настоящую казнь двоим. Ну и что? Если и умирать, то хотя бы весело.       Маленькая Кэсси сидела у окна и восторженно смотрела вниз, туда, где огни городов выглядели как россыпь звёзд на тёмной земле.       — Вау! — воскликнула она. — Как красиво! Я первый раз в таком самолёте!       Эван поднял бровь.       — В смысле? Тебя же твой папа возил на Мальдивы. Не пешком же?       — Там не было людей! — громко сказала девочка так, что несколько пассажиров обернулись.       Эван быстро наклонился к ней.       — Тише…       — Там были только дяденьки, которые спрашивали, хочу ли я чего-то! — продолжила она совершенно спокойно.       Эван усмехнулся.       — Ну наверное тётинек Лена запретила, - фыркнул блондин. — Личный самолёт. В духе Чейза. Твой папаня никогда не любил публичные места.       Он взглянул на неё с улыбкой.       — Ну и как впечатления?       Девочка огляделась. Кто-то спал, кто-то слушал музыку. За окнами была глубокая ночь, и лететь им оставалось около двух часов.       — Прикольно, но скучно, — честно сказала она. Эван засмеялся.       — А тебе сразу цирк подавай?       Кэсси посмотрела на него серьёзно.       — Одного клоуна хватит.       Эван прищурился.       — И кто же это?       — Нет… — она задумалась. — Дяди Бобби хватит.       Эван рассмеялся так громко, что половина самолёта проснулась. Кто-то недовольно фыркнул, кто-то снова уткнулся в подушку.       — Он тебе клоуна напоминает? — спросил Эван, улыбаясь.       — Мне Лео по секрету сказал, что дядя Бобби готовит мне сюрприз на день рождения, — сообщила девочка и заговорщицки улыбнулась.       Эван покачал головой.       — Какая же ты любопытная…       Он аккуратно накрыл её пледом.       — Сплетни любишь?       — А кто не любит? — фыркнула Кэсси. — Особенно когда кто-то готовит тебе сюрприз, а ты об этом знаешь!       Эван улыбнулся.       — Всё, спи. Ночью дети должны спать.       — А ты почему не спишь?       — Потому что я уже не ребёнок.       — Каждый в душе ребёнок, — философски заявила Кэсси.       Эван усмехнулся.       — Кэсс… баю-баю, засыпай.       — Спокойной ночи…       Девочка закрыла глаза и почти сразу уснула. Эван посмотрел на неё и вдруг почувствовал знакомое щемящее чувство. Она характером была удивительно похожа на ту Кэсси. На его Кэсси, ту, которая много лет назад умерла на холодном алтаре и исчезла вместе с тем миром. Иногда ему казалось, что она где-то рядом, смотрит на него сверху и думает: «Не мучай себя. Живи дальше. Найди девушку. Заведи семью. Будь счастлив». Но он не мог. Он слишком сильно любил её. Говорят, полюбить нелегко, но разлюбить ещё сложнее. Маленькая Кэсси была почти копией: упрямая, оптимистичная, дерзкая и весёлая. Иногда, когда она улыбалась или делала похожее выражение лица, Эвану хотелось отвернуться, потому что становилось слишком больно. Если честно, Эван не собирался жениться и не собирался заводить семью. У него уже была семья: брат, который ради него пошёл бы на всё, Лена и Элли, которые стали ему почти сёстрами, Бобби, без которого жизнь всегда казалась скучной. Даже Блейна он временами считал частью семьи, хотя скорее проблемным кузеном. Рокко, Нэш, Лео и Бонни он любил как своих детей. А маленькую Кэсси он и вовсе считал дочерью. Этого должно было быть достаточно, но ему всё равно не хватало одного. Его Кэсси. Той, которой у него так и не было. И именно поэтому у него не было жены и не будет. У него был бизнес, деньги, возможности. Жизнь шла своим чередом, и он не был несчастным. Просто где-то глубоко внутри оставалась пустота, которую нельзя заполнить ничем, кроме неё.

***

      Кэсси была в аэропорту Нью-Йорка. Перелёт из Екатеринбурга оказался долгим и изматывающим, и теперь, оказавшись в огромном шумном здании, она чувствовала себя так, будто её выбросили в чужую жизнь без инструкции и без карты.       Она сидела на металлической лавочке и крепко держала в руках маленькую чёрную сумочку. Люди вокруг спешили: кто-то тащил чемоданы, кто-то говорил по телефону, кто-то смеялся, а кто-то ругался из-за задержки рейса. Всё выглядело настолько обычным, что у Кэсси появилось странное ощущение, будто всё, что случилось с ней за последние годы, было просто кошмаром. Но это был не сон. Она действительно долетела до Нью-Йорка. И теперь не знала, что делать дальше. Наверное, самым разумным было бы снять номер в отеле хотя бы на пару дней. Ей нужно было прийти в себя, выспаться, перестать дрожать от нервов и снова начать думать нормально. А потом можно купить билет на поезд в Белфрост и уже там разбираться, что делать дальше. Она понимала, что торопиться опасно. Организм ещё не до конца восстановился, мышцы всё ещё иногда подводили, голос мог сорваться в самый неподходящий момент. Но мысль о том, что она может ещё хоть день откладывать встречу, казалась почти невыносимой. В Екатеринбурге она купила себе новую одежду, потому что ехать в Америку в жёлтом пальто, серой футболке с дыркой и старых лосинах было бы просто смешно. Пусть она изменилась и больше не была той наивной девчонкой, но чувство стиля в ней никуда не исчезло. Наоборот, оно стало чем-то вроде брони — последней вещью, которая напоминала ей, что она всё ещё Кэсси. На ней была длинная белая футболка и короткие светлые джинсовые шорты. Волосы она собрала в хвост, потому что после перелёта они казались ей грязными и тяжёлыми, хотя любой человек сказал бы, что она выглядит так, будто сошла с обложки журнала. Иногда прохожие украдкой смотрели на неё и, наверное, думали: «Вот и ангел спустился с небес». Ирония заключалась в том, что в каком-то смысле это действительно было похоже на правду. Кэсси попыталась успокоиться, но сердце стучало слишком громко, а ноги слегка дрожали. Она боялась не самолётов и не Нью-Йорка. Она боялась того, что будет дальше. Боялась увидеть людей, которых любила, и понять, что теперь она им чужая. Боялась услышать в ответ не радость, а холодное молчание. Боялась узнать, что за эти годы всё изменилось окончательно и бесповоротно.       Она заставила себя встать и направилась к выходу, убеждая себя, что сначала нужно заняться простыми вещами: отель, душ, сон. Её план казался логичным, но в голове всё равно стояла одна мысль: чем быстрее она поедет в Белфрост, тем быстрее всё станет понятно. Однако почти у самого выхода она увидела странную сцену, и внутреннее напряжение сменилось тревогой. Неподалёку стоял мужчина в чёрной одежде и держал в руке конфету в яркой обёртке. Рядом с ним была маленькая девочка, а другой рукой мужчина держал её за запястье. Девочка выглядела ухоженной и явно не бедной, но её лицо было напряжённым, и она не улыбалась, хотя обычно дети улыбаются, когда им обещают сладости. Возле мужчины стояла чёрная машина с тонированными окнами. Всё выглядело слишком аккуратно и слишком неправильно одновременно. Самое страшное заключалось в том, что люди вокруг просто проходили мимо и делали вид, что ничего не происходит. Кэсси замедлила шаг и почувствовала, как в груди появляется знакомое чувство. Это было то самое ощущение, которое она всегда испытывала перед бедой. И оно никогда её не обманывало. Она подошла ближе и постаралась говорить спокойно, чтобы не напугать ребёнка.       — Эй, малышка, ты этого дядю знаешь?       Девочка посмотрела на неё и честно ответила:       — Нет. Дядя обещал конфеты, а я сказала, что не люблю конфеты. Я шоколадки люблю.       У Кэсси внутри всё оборвалось.       Она мгновенно достала телефон и набрала номер полиции, но пока не нажимала вызов. Она понимала: если ошибётся, это будет выглядеть глупо. Но если не ошибётся, времени может не хватить. Кэсси подняла взгляд на мужчину и произнесла таким тоном, каким обычно говорят люди, которых лучше не злить:       — Значит так. Если ты сейчас же уйдёшь отсюда, я забуду, что тебя видела. Если не уйдёшь, я вызываю полицию. Номер машины я запомнила. И если ты тронешь меня или ребёнка, я буду кричать так, что сюда сбежится весь аэропорт. Понял?       Мужчина нахмурился и попытался улыбнуться, но улыбка получилась нервной и слишком натянутой.       — Я её дядя. Мы просто играем, — быстро сказал он.       Девочка тут же добавила, даже не задумываясь:       — Это не мой дядя.       Кэсси усмехнулась.       — Я не первый день живу на этом свете. Или уходишь сам, или уезжаешь с полицией.       На секунду мужчина замер, будто решая, что делать. А потом резко схватил девочку и потянул к машине. Всё произошло слишком быстро, и Кэсси поняла, что медлить больше нельзя. Она подбежала и закричала так громко, что люди вокруг наконец начали оборачиваться. Кто-то остановился, кто-то начал снимать на телефон, кто-то просто застыл, не понимая, что происходит. Похититель заметил, что внимание привлекли, и понял, что теперь ему не уйти тихо. Он грубо оттолкнул девочку, и та упала на колени, а сам запрыгнул в машину и захлопнул дверь. Через секунду машина рванула с места и исчезла, будто её и не было.       Кэсси подбежала к девочке и присела рядом, стараясь говорить мягче, чтобы не напугать её ещё сильнее. А люди, как ни в чём не бывало, медленно начали расходиться, будто только что не видели попытку похищения.       — Всё в порядке? Он тебе ничего не сделал? Голова не болит? Руки, плечи?       Девочка покачала головой и неожиданно серьёзно сказала:       — Всё хорошо. Вы… на ангела похожи.       Кэсси улыбнулась, хотя внутри у неё всё дрожало, и она уже чувствовала, что сама начинает плохо держаться на ногах. Голова кружилась, сердце колотилось, дыхание сбивалось, а руки стали ледяными. Стресс был слишком сильным, и организм, который ещё недавно был на грани жизни и смерти, явно не справлялся.       Но она заставила себя держаться.       — Как тебя зовут? — спросила Кэсси.       — Кэсси.       Девушка удивлённо подняла брови и тихо рассмеялась.       — Какое совпадение. Меня тоже так зовут.       Она взяла девочку за руку и попыталась говорить увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.       — Ладно, пойдём искать твоих родителей.       Девочка вдруг внимательно посмотрела на неё и нахмурилась.       — А я вас где-то видела. Только не помню где…       Кэсси хотела ответить, но в этот момент позади раздался громкий мужской голос, от которого у неё внутри всё сжалось.       — КЭССИ!       Девочка сразу оживилась и радостно повернулась на звук.       — Вот же он! — сказала она и побежала туда.       А взрослая Кэсси осталась стоять на месте. Потому что узнала этот голос мгновенно. Это был Эван. Она не могла ошибиться, потому что запомнила его навсегда. Её сердце ударило так сильно, что стало больно. Она даже на секунду подумала, что лучше убежать, пока он не подошёл. У него дочь. А она обещала себе, что не станет вмешиваться в его жизнь. Что не будет разрушать то, что он построил без неё. Что не будет лезть в чужую семью. Но ноги не слушались. Тело словно окаменело. Эван подбежал к девочке и сразу же схватил её за плечи, осматривая, будто проверял, цела ли она.       — Ты где была?! — выпалил он. — Меня бы твой папаша убил, если бы ты потерялась!       — Меня пытались похитить, — спокойно сказала девочка.       Эван застыл, а затем резко выдохнул.       — ЧТО?! И ты так просто об этом говоришь?!       — Мне тётенька-ангел помогла, — перебила девочка и показала пальцем в сторону Кэсси.       Эван поднял голову… но там никого не было. Только несколько такси, ожидавших клиентов, и люди, которые спешили по своим делам. Ни одной «тёти», ни одной подозрительной фигуры. Эван нахмурился и снова посмотрел на девочку.       — Мы сейчас едем в полицию. Кэсс, ты номер машины запомнила? Или лицо?       — Не-а, — пожала плечами девочка. — Только лицо… немножко.       Эван сжал челюсть. Он уже хотел схватить телефон и вызвать охрану аэропорта, но понимал, что поздно: похититель исчез, растворился среди машин и дорог. И в этот момент он даже не подозревал, что его настоящая проблема была совсем не в этом.

***

      Кэсси убежала. Пока Эван говорил с девочкой, она быстрым шагом ушла в другую сторону. Сердце колотилось так сильно, что ей казалось, будто оно сейчас разорвёт грудь. Она не оглядывалась, потому что боялась: если она хоть раз посмотрит назад и увидит его лицо, то больше не сможет сделать ни шага. Она спряталась за толстой колонной, глубоко вдохнула и закрыла глаза. Он не должен меня увидеть. Не сейчас. У него есть дочь. Он назвал её в честь неё. Значит, он не забыл. Но это ничего не меняло. Если у него есть дочь… значит, скорее всего, есть и жена. И если это так, она не имеет права вмешиваться в его жизнь после стольких лет отсутствия. Она не имеет права ломать его мир, даже если её собственный давно разрушен. Кэсси медленно сползла по колонне вниз и села прямо на холодный асфальт, обняв колени и заплакала. Тихо, беззвучно, почти без истерики, но слёзы всё равно катились по щекам. Ей было всё равно, что какие-то люди смотрят на неё странно. Ей было больно. Ей было плохо. Она всегда знала, что у Эвана будет новая жизнь, но в глубине души надеялась, что в этой жизни всё ещё осталось место для неё. Как оказалось — не осталось. Она попыталась что-то сказать вслух, хотя бы себе, чтобы успокоиться, но из горла не вышло ни слова. Только хрип, Кэсси замерла. О нет… Рейн предупреждала её. Говорила, что сильный стресс может вернуть её в состояние, которое было сразу после комы. Что организм иногда откатывается назад, будто защищается от перегрузки. И вот это случилось. Кэсси попыталась встать. Слава богу, получилось. Ноги дрожали, но держали. Она сделала шаг… второй… Но перед глазами всё начало плыть, будто воздух стал густым. Мир расплывался, окрашиваясь в странный зеленоватый цвет. В ушах заложило, как в самолёте на высоте. Её дыхание сбилось.       Мне нужно в больницу.       С трудом удерживаясь на ногах, она дошла до первого попавшегося такси и буквально рухнула на заднее сиденье. Водитель оживлённо начал что-то говорить, приветствовать её, спрашивать адрес, но Кэсси почти ничего не понимала. Слова проходили мимо, как шум воды. Она собрала последние силы и выдавила из себя:       — Бо… ль… ни…       — Вам плохо?! — встревоженно спросил водитель.       Кэсси только кивнула, потому что говорить уже не могла.       — Понял. Больница. Сейчас, держитесь! — быстро сказал он и резко тронулся с места.

***

      Эван вместе с племянницей приехал в свою квартиру. Квартира была просторная, светлая, с дорогим ремонтом и большими окнами. Всё выглядело аккуратно и правильно — слишком правильно для человека, который внутри давно был сломан. Он закрыл дверь и, не снимая обуви, повернулся к девочке.       — С утра поедем в полицию. Ты и так почти ничего не помнишь, так что сейчас лучше спи, — сказал он устало.              Девочка вдруг подняла голову и вспомнила:       — Тётя-ангел запомнила номер машины.       Эван нахмурился.       — Кэсс, там никого не было.       — Но она там была! — крикнула девочка, будто он оскорбил её лично.       Эван попытался не закатить глаза, но всё равно спросил:       — Ладно… как выглядела эта «тётя»?       — Как ангел, — серьёзно сказала Кэсси.       — У неё были крылья? — устало уточнил Эван.       — Нет, но она выглядела как ангел! — упрямо повторила девочка. — Она была в белом. И волосы у неё были очень светлые. И у неё была маленькая чёрная сумочка.       Эван почувствовал, как что-то неприятно сжалось внутри. Светлые волосы и маленькая чёрная сумочка… Это было слишком знакомо. Он резко отвёл взгляд и попытался убедить себя, что это совпадение. Просто совпадение. В Нью-Йорке полно блондинок в белом. Полно женщин с сумочками.       Но девочка продолжала:       — И… её звали как и меня. Кэсси!       Эван замер. Слишком много совпадений. Он сел на диван и провёл ладонью по лицу. Нет! Это не она. Перестань думать об этом.       Но девочка вдруг хлопнула ладонями по коленям и закричала:       — Я вспомнила, где я её видела!       Эван медленно поднял голову.       — Где?       — У тебя на татуировке!       Эван резко выпрямился. Он почувствовал, как сердце ударило в груди, будто кто-то стукнул кулаком.       — Кэсс… ты не могла её видеть, — тихо сказал он. — Этой девушки больше нет.       Девочка нахмурилась.       — Нет? Как это?       Эван сглотнул.       — Она на небесах.       Девочка широко раскрыла глаза.       — Значит она ангел?! Значит это точно была она!       Эван устало вздохнул. Он не хотел спорить. Он слишком устал. И слишком сильно хотел хоть на секунду поверить. Он наклонился к девочке и мягко сказал:       — Да… возможно, это была она. Как ангел-хранитель. Пришла, чтобы спасти тебя.       — Но она не знала, кто я… — задумчиво пробормотала девочка.       Эван натянуто улыбнулся.       — Спокойной ночи, Кэсс.       — Да… — тихо сказала девочка и ушла в комнату.       Эван остался в гостиной. Долго сидел, не двигаясь, и смотрел в одну точку. Впервые за много лет ему стало страшно не от реальности, а от надежды.

***

      Позже он всё-таки взял телефон и набрал номер Лены.       — Алло? Лен? — спросил он.       На другом конце послышался шорох, будто телефон упал на стол, а затем сонный голос:       — Да, Эв? Что-то случилось? Ты обычно не звонишь так поздно…       — Всё… в порядке, — ответил Эван слишком быстро. — Где Чейз?       — В спальне, — тихо сказала Лена.       — А ты где?       — На кухне. У тебя голос такой, будто ты сейчас расплачешься, — заметила Лена. — Эван… что случилось?       Эван замолчал. Несколько секунд он просто слушал её дыхание в трубке, а потом выдохнул:       — Лен… я схожу с ума. Я окончательно тронулся.       — О чём ты? — сразу напряглась Лена.       — Кэсси мне сейчас говорит, что на улице видела тётю-ангела. Светлые волосы, вся в белом. Потом сказала, что её звали Кэсси, и что она у меня на татуировке! Она даже показала на неё пальцем… но там никого не было!       Лена молчала, а Эван сжал телефон крепче.       — Ну скажи что-нибудь… — глухо попросил он.       Лена наконец тихо произнесла:       — Эв… я не знаю, кого она видела. Но… учитывая всё, что было… ангелы уже не кажутся такими нереальными.       — Тогда почему я её не увидел? — спросил Эван почти шёпотом.       Лена вздохнула.       — Дети иногда видят то, что нашим глазам не дано увидеть.       — Ты серьёзно?       — Я серьёзно настолько, насколько могу быть серьёзной в нашем мире, — ответила Лена. — Эван, я правда не знаю, что с этим делать.       Эван сжал губы.       — Да… прости, что разбудил. Только не говори этого Чейзу. Он опять отправит меня к психологу.       — Хорошо, — тихо сказала Лена. — А как там Кэсси?       — Спит.       — Ну и хорошо. Спокойной ночи, Эв.       — И тебе.       Лена сбросила вызов. А Эван так и остался сидеть в гостиной с телефоном в руке. Он смотрел на тёмное окно, на огни города и пытался понять, что это было. Совпадение? Галлюцинация ребёнка? Или что-то паранормальное? Может, его Кэсси действительно стала ангелом и пришла спасти дочь Чейза и Лены? Он не знал… правда не знал. И он даже не мог предположить, что его Кэсси жива.