Что же было дальше?

      Сейчас уже приближался закат. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в тёплые оранжево-красные оттенки. Облака казались мягкими, будто их кто-то нарисовал кистью и слегка размазал по небу. Лето — самоё лучшее время года.       Лена находилась в небольшой аптеке недалеко от дома. Внутри пахло лекарствами, мятой и чем-то стерильно-чистым. Тусклый свет ламп отражался в стеклянных витринах, и от этого помещение казалось холоднее, чем было на самом деле. Она пришла сюда не просто так. Кэсси — её дочь — заболела. У девочки поднялась температура, появилась слабость, и она жаловалась на боль в горле. А дома, как назло, не оказалось подходящих лекарств. Чейз первым вызвался сходить в аптеку, но Лена остановила его ещё на пороге,       — Ты пока найдёшь подходящие таблетки, у неё уже жар начнётся, — сказала она, и Чейз только фыркнул, закатив глаза, но спорить не стал.       Теперь Лена стояла между рядами с детскими сиропами и пакетиками порошков, держа телефон у уха и разговаривая с Элли.       — …Я не знаю, что лучше взять, — вздохнула Лена, пробегаясь глазами по полкам. — Тут всё одинаковое. Сиропы, пастилки… и куча названий, которые звучат как заклинания.       — Попроси кассиршу помочь, — подсказала Элли с той самой спокойной уверенностью, которая всегда спасала Лену.       — Я до этого не додумалась, — признала она и тихо усмехнулась. — Спасибо. Перезвоню через пару минут.       — Хорошо.       Лена сбросила звонок и подошла к кассе.       — Добрый день, простите, а не могли бы вы…       Она подняла взгляд — и слова застряли у неё в горле.       За кассой стояла Сэдди. Та самая… Её бывшая лучшая подруга. Та, которая когда-то умудрилась влюбиться сначала в Эвана, потом в Чейза, а потом… Ещё в кого-то. Это превратилось одну сплошную драму, которая разрушила дружбу, доверие и слишком многое из того, что когда-то казалось важным. Сэдди тоже замерла. На пару секунд в аптеке стало слишком тихо, будто даже кондиционер перестал работать. А потом Сэдди слегка приподняла брови и усмехнулась.       — Ну надо же… как жизнь умеет сводить людей, — сказала она. — Какими судьбами ты в Лос-Анджелесе?       Лена почувствовала, как внутри поднимается неприятный ком. Не злость — нет. Скорее старая обида, которая никогда до конца не исчезла, просто стала пылью на сердце.       — Живу здесь, — сухо ответила она.       Сэдди прищурилась, внимательно разглядывая Лену, словно пыталась найти на ней следы прошлого.       — А ты? Почему решила переехать в Лос-Анджелес?       Сэдди пожала плечами.       — Климат для детей лучше, — ответила она спокойно, будто это была самая обычная встреча двух знакомых, а не людей, которые когда-то были почти сёстрами.       Она склонила голову набок и продолжила, с лёгкой насмешкой:       — Ну как жизнь? Есть муж, дети, работа, дом, машина?       Лена сжала пальцы на ремешке сумки.       — Есть желание найти нужное лекарство, — сдержанно сказала она. А потом добавила фальшиво-любезным тоном: — А у тебя?       Сэдди оживилась, будто только и ждала, когда её спросят.       — Я вышла замуж, — начала она. — Его зовут Итан. Он высокий… и красивый.       Лена мысленно закатила глаза.       — И у нас двое детей. Мэри — младшая, ей почти годик. А старшего зовут Джейкоб, ему три.       — Как… круто, — фыркнула Лена, даже не пытаясь скрыть сарказм. — Так какие лекарства лучше взять от гриппа?       Сэдди на секунду замолчала, будто почувствовала укол. Но потом всё же ответила:       — Зависит от возраста.       Она вышла из-за прилавка и подошла к витрине. Движения у неё были уверенные, привычные — видно, что работает здесь не первый день.       — Три года, — сказала Лена.       — Значит, лучше вот это, — Сэдди достала упаковку и повернулась. — Но не больше двух раз в день.       Лена кивнула.       — Ага.       Сэдди осторожно посмотрела на неё.       — Так у тебя тоже есть дети?       Лена молчала а Сэдди вздохнула.       — Слушай… если ты до сих пор злишься на меня из-за Эвана… прости. Я правда тогда поступила глупо.       Потом она чуть тише добавила:       — Понимаю, подругами нам уже не стать. Но… может хотя бы не врагами?       Лена посмотрела на неё, долго и внимательно. И вместо ответа просто сказала:       — У меня дочь.       Сэдди будто облегчённо выдохнула. Она поняла: это уже не война.       — А как зовут? — спросила она мягче.       — Кэсси.       Сэдди чуть заметно вздрогнула, вспоминая ту, которую тоже так звали…       — Оу…       И после короткой паузы пробормотала:       — Прости.       Лена нахмурилась, но не стала давить.       — А муж… шёл в комплекте? — спросила Сэдди, пытаясь вернуть лёгкость в разговор.       Лена усмехнулась.       — Бежал, — ответила она. — Конечно, есть. Я бы морально троих не потянула.       Сэдди округлила глаза.       — Подожди… троих?!       — Да, ещё два мальчика, им почти по пять. Рокко и Нэш.       — Вау… — выдохнула Сэдди.       Сэдди вдруг сменила выражение лица. Осторожно, будто боялась задеть старую рану, спросила:       — А… это правда, что Чейз… ну, тот, с которым ты была около семи лет назад… умер?       Лена замерла, а потом резко сделала испуганное лицо.       — Да ты что?! — воскликнула она. — Я только на десять минут вышла, а он уже успел откинуться?!       Сэдди застыла, а потом нервно рассмеялась.       — Так он жив?! И ты за него замуж вышла?! Поздравляю!       — Спасибо, — сухо сказала Лена, но уголки её губ дрогнули.

***

      Когда Лена вышла из аптеки, небо уже стало темнее. Закат почти догорел, оставляя на горизонте только красноватую полоску света. Она набрала Элли.       — Элли!       — Что? — лениво спросила та.       — Ты не поверишь, кого я встретила в аптеке!       — Кого? Ношпу? — хихикнула подруга.       — Не угадала. Сэдди! Она там кассиршей работает.       — Ну ничего себе… — протянула Элли. — И как она?       — Муж и двое детей. Про меня спрашивала. Мы… типа помирились.       Лена сделала паузу и добавила:       — Но подругами мы не стали. И не станем. Просто… уже не враги.       — А она что-то говорила про Джоша?       Лена закатила глаза.       — Не вспоминай лихо, — буркнула она. — Я не вспоминаю — и его нету.       — Мудро, — усмехнулась Элли.       Через несколько минут Лена попрощалась с подругой и вошла домой. Там её встретил белый кот. Он стоял в прихожей, гордо подняв хвост, и смотрел на неё так, будто это был его дом, а она — просто гостья. Лена сначала растерялась.       — Откуда в доме кот?..       А потом вспомнила — Снежок. Это кот Эвана. А значит… Эван уже приехал.       — А почему двери открыты?! — крикнула она. — Хочу — не хочу, зайду и что-нибудь украду!       — Кради, — спокойно ответил Чейз, появляясь в прихожей.       Он выглядел расслабленным и довольным. Будто день прошёл идеально.       — Пришёл бы кто-то чужой… ну, или Блейн — я бы его вырубил.       Лена захихикала и протянула мужу пакет.       — Вот, дай это Кэсси.       Она разулась и вошла в гостиную с панорамными окнами с видом на океан. Там на диване сидел Эван, а за ним стояла Кэсси, сосредоточенно плетя ему косички, будто это было самым важным делом в мире.       — А ты, кажется, только что умирала? — спросила Лена у дочери.       Кэсси даже не обернулась.       — Буквально полчаса назад ты лежала в кровати и говорила, как тебе плохо.       — Подарки лучше всяких лекарств, — заявил Эван. Кэсси засмеялась.       — И какие подарки? — спросила Лена, садясь на диван. — Кукла, кукла и ещё одна кукла?       Чейз вошёл следом, поставил пакет с лекарством на стол и сел рядом, обнимая Лену за плечи.       — Как видишь, у нас гость, — сказал он. — Кстати, Рокко и Нэш звонили из лагеря. Им там нравится. Правда, на завтрак была овсянка, которую они ненавидят.       — Пусть попробуют завтра не съесть завтрак, — фыркнула Лена. — Я им дома устрою…       Эван улыбнулся.       — Кстати, — вмешался Чейз. — Мы с Эваном поговорили… и он хотел бы забрать Кэсси к себе на пару дней.       Лена резко повернула голову.       — К себе? В Нью-Йорк?       — Если тебя это не убедило, то она будет в больнице, — ухмыльнулся Чейз. — Как ты и обещала, когда она отказывалась пить «грипикс».       — Я НЕ ХОЧУ В БОЛЬНИЦУ! — громко возмутилась Кэсси.       Эван засмеялся и тут же поднял руки, будто сдаётся.       — Не в роли больной, Кэсс.       Девочка задумалась, а потом серьёзно кивнула.       — А… тогда можно.       — Тогда и я согласна, — сказала Лена. — Это я с Блейном её никуда не отпущу.       — Почему?! — возмутилась Кэсси. Она просто обожала дядю Блейна.       Лена наклонилась вперёд и тихо, почти шёпотом сказала:       — Потому что это равно похищению.       А потом громко сказала:       — С ним не отпущу, потому что вы поедете не в Нью-Йорк, а в Сибирь! А там холодно, холодно и ещё раз холодно! А ты и так заболела, по этому лучше поезжай в больницу.       Чейз и Эван захихикали, а Кэсси надула губы.       — Зато там есть белые мишки…       — Нет, — перебила её Лена. — Там злые волки.       — Которых твоя мама умеет отгонять палкой, — добавил Чейз, ухмыляясь.       Он потрепал Кэсси по голове.       — Принцесса, иди вещи собирай.       Кэсси фыркнула, но улыбнулась и побежала по лестнице к себе в комнату.       — Откуда в детях столько энергии? — устало спросила Лена, наблюдая, как Кэсси начала носится по дому, словно у неё внутри моторчик.       — И откуда взялся такой сложный характер… — фыркнул Чейз, покачав головой.       Эван тихо усмехнулся, но в его улыбке было что-то слишком знакомое и одновременно болезненное. — Кого-то она мне напоминает… Нашу Кэсси.       Вместо нашу Кэсси, он бы хотел сказать мою. Но не мог. Она не успела стать его девушкой. Не успела стать кем-то официальным, кем-то, на кого можно было бы иметь право. Она исчезла слишком рано, и всё, что осталось, — это недосказанность, обрывки надежд и то чувство, будто жизнь просто вырвала её из его рук.       Сначала Эван не мог есть, не мог спать и не мог даже нормально думать. Он не позволял себе улыбаться, потому что каждый раз казалось, будто этим он предаёт её. Как будто демонстрирует миру, что ему хорошо без неё. Он ждал, что со временем станет легче, потому что так говорят все. Но легче не стало. Он просто смирился с тем, что её больше нет. Не привык — именно смирился. Время не лечит, оно калечит. Заставляет жить так, будто всё нормально, даже если внутри всё давно разрушено.       — Эв, ты как?… — осторожно спросил Чейз, заметив, что Эван слишком долго смотрит в одну точку.       Эван моргнул и быстро отвёл взгляд, будто его застали за чем-то запретным.       — Нормально, а что? — ответил он, стараясь звучать спокойно.       Уже нормально. Кому он врал? Чейзу? Лене? Себе? С ним не было всё нормально. Просто теперь было немного легче, чем в первые месяцы. Тогда он в каждой второй девушке видел Кэсси: в голосе, в жестах, в выражении лица. Иногда ему казалось, что стоит только обернуться — и она будет рядом. Но это была не она. Нет. Её убили. Тогда он пошёл к психологу. Точнее, Чейз буквально отправил его туда, потому что иначе Эван бы просто продолжал тонуть в собственных мыслях. Можно сказать, это помогло. Он научился жить с этой болью, научился прятать её глубже, но она всё равно оставалась. Она была рядом каждый день, просто теперь не разрывала его на части так явно. И всё равно… ему до сих пор было больно.

***

      Сэдди шла домой быстрым шагом. Её смена закончилась, и за кассу уже встала другая девушка — аптека работала круглосуточно, и отдыхать тут мог только тот, кто действительно уходил домой. Всё вокруг выглядело так спокойно, будто мир никогда не рушился и никого не терял. Она достала телефон и набрала номер. Номер единственного человека, которого могла назвать своим другом. Почему единственного? Потому что других у неё давно не осталось.       — Алло, Джош, — сказала она в трубку. — Ты как там? Чем сегодня занимался?       — Привет, Сэд, — сонно отозвался он. — Да ничем… у меня выходной. Я весь день валялся в кровати.       Сэдди фыркнула.       — Какой активный день, — пробормотала она себе под нос, поправляя сумку на плече.       — Я фильм крутой посмотрел, — продолжил Джош. — Там, короче, есть мужик, которого все буллят, девушка его отшивает… а потом через пару лет он становится крутым, и все хотят с ним дружить. А та девушка уже сама умоляет быть с ним.       Сэдди усмехнулась и завернула за угол, обходя парковку.       — Что-то мне это напоминает, — сказала она с сарказмом. — Джош, только не живи прошлым. Лучше найди нормальную девушку, а не какую-нибудь… на одну ночь из клуба. Пора уже семью строить. Хотя… сначала купи дом. Мы с Итаном до сих пор в двушке живём — не так уж удобно, скажу тебе.       — Я живу будущим, — пробормотал Джош.       — Живи настоящим, — отрезала Сэдди. — И пойми наконец, что Лена к тебе не вернётся. Я хоть и на твоей стороне, но умею мыслить разумно. Она никогда не будет с тобой.       — Тебе этого не знать, — упрямо ответил он. — Кто знает, замужем ли она? И вообще… первая любовь не забывается.       Сэдди на секунду замедлила шаг. Слова Джоша вдруг показались ей смешными и одновременно раздражающими.       — Откуда мне знать? — сухо сказала она. — По чистой иронии, я сегодня встретила её.       На том конце провода мгновенно наступила тишина.       А потом Джош словно ожил.       — Ты видела Лену?!       — Даже разговаривала, — спокойно ответила Сэдди, как будто сообщала прогноз погоды.       — Она… она говорила про меня?! — голос Джоша дрогнул.       Сэдди закатила глаза и посмотрела на свои ногти, будто её это больше занимало, чем его истерика.       — Да она тебя уже и не помнит, расслабься. Она замужем и у неё трое детей.       — Трое?..       — Да. Живёт в Лос-Анджелесе. Я поняла это, потому что она сегодня была в моей аптеке. Дочка заболела, вот и пришла за лекарствами.              Джош шумно вдохнул, будто это было слишком много информации за раз.       — А за кого она замуж вышла?! — резко спросил он. — Я ему…       — За Чейза, — перебила его Сэдди. — Думаю, ты его помнишь.       На том конце провода снова повисла тишина. А потом Джош заговорил громче, почти с яростью:       — Она всё-таки с ним?! Да я же… я в тысячу раз лучше!       Сэдди усмехнулась.       — Ну, с этим бы я поспорила…       — СЭДДИ!       Она вздохнула и лениво добавила:       — Ладно, ладно, моглашусь. Ты в миллион раз лучше. Доволен?       Её голос звучал насмешливо, но внутри было странное чувство — будто разговор с Джошем возвращал её в прошлое, где они все были другими. Где всё казалось проще. Но прошлое не возвращается…       После конца нападения Снежков Джош на два года уехал в другой город. Он думал, что сможет начать новую жизнь. Думал, что там всё получится, но не получилось. Он вернулся в Белфрост, злой, пустой и упрямый. Сначала он искал Лену, но её уже не было. Как и никого из её компании. Ктому моменту она уже вышла замуж и исчезла из Белфроста так, будто её никогда и не существовало, но он об этом не знал. Джош устроился грузчиком — больше ничего не нашёл. Он не хотел строить семью, не хотел серьёзных отношений. По выходным он ходил в клубы, находил девушек на одну ночь и исчезал из их жизни так же быстро, как они исчезали из его. А иногда, как сегодня, он просто лежал дома, пил пиво и смотрел телевизор, словно скуфф, который давно сдался, но сам себе в этом не признаётся.       Сэдди остановилась у своего подъезда и подняла взгляд на окна. Где-то там её ждали дети. Мэри и Джейкоб. А ещё Итан — муж, который, скорее всего, уже сходит с ума.       — Ладно, я уже почти дома, — сказала она, доставая ключи. — Итан, наверное, уже на стену лезет с Мэри и Джейкобом. Пока.       — Прощай… — глухо ответил Джош.       Сэдди уже хотела сбросить звонок, но услышала, как он добавил, почти шёпотом — но так, будто это было обещание:       — Лена… так или иначе… будет моей.       Сэдди замерла на секунду. Пальцы с ключами остановились в воздухе. Она ничего не ответила. Только молча нажала «сбросить» и вошла в подъезд. И почему-то в этот момент ей стало не смешно.