Стигматы

— Здравствуй, Ян. Её голос разносится по комнате, разрезая напряжённую тишину. В нём чувствуется невыносимая мука, боль, страх… и всё та же нежность. Нет никаких сомнений — это она. Ян медленно поднял руку. Движение даётся с трудом, тело просто отказывается слушаться. Пальцы дрожат, и он замирает на полпути, не решаясь продолжить. Внутри всё протестует. Кажется, он совершает ту же ошибку, которую допускал во сне из раза в раз. Одно прикосновение — и она рассыпется. И это пугает. Он резко отдергивает руку и опускает, ведомый страхом кошмара, что сжимал пальцы на его шее больше года. Но настоящая Лэйн — его Лэйн — подмечает терзания и страх в глазах. И не даёт этим чувствам победить. Она хватает Яна за руку, от чего он вздрагивает, и, не отпуская, медленно прижимает к своему лицу. Тепло её кожи тут же проникает в ладонь парня, давая ещё раз убедиться, что это не сон, не больная фантазия и не призрак. Это правда его Лэйн. Такая живая, такая настоящая. — Это ты… — почему-то он шепчет. — Это правда ты. Лэйн кивает почти незаметно, не отводя взгляда. — Это я. — тихо отвечает она. — Я здесь. Этого оказывается достаточно. Ян прижимает девушку к себе, не оставляя пространства между их телами, будто боится, что если ослабит хватку хоть на мгновение, она снова исчезнет. Его руки обхватывают её спину, пальцы сжимаются до боли, и он чувствует, какая она лёгкая. Слишком лёгкая. Но живая. Она отвечает на объятие сразу, так же сильно, так же отчаянно, утыкаясь лицом ему в плечо. Ян почувствовал, как его собственное тело сдаётся. Напряжение, которое он носил в себе месяцами, рушилось в секунду. Глаза жгут, и он не пытается сдержаться. Горячие, неконтролируемые слёзы хлынули в один момент, застилая взор. Эмоции перемешались так, что сложно понять, какая из них сильнее. Но самое главное — он чувствовал, чувствовал всё. Чувствовал её. Он закрыл глаза, прижимая Лэйн сильнее, вдыхая запах её волос и не веря, что всё по-настоящему. Он слышал тихое всхлипывание девушки, чувствовал, как ворот футболки стал мокрым от её слёз, чувствовал, как её плечи вздрагивают, как дыхание сбивается, как пальцы судорожно сжимают ткань его одежды. Они не двигались, не говорили ни слова, будто время вокруг остановилось и дало им эту короткую, хрупкую паузу после долгой разлуки. Лэйн резко вздрогнула. Это не похоже на обычный испуг или движение. Её тело пробила конвульсия, словно от сильной внутренней боли. Ян сразу почувствовал это по тому, как напряглись мышцы девушки, и тому, как она на секунду будто потеряла опору. Ян с испугом посмотрел на Лэйн, и сердце снова начало колотиться с пугающей силой. — Лэйн? — сказал он настороженно. — Что с тобой? Лэйн хватала ртом воздух, как будто в комнате его катастрофически мало. Глаза её на мгновение помутнели, потеряв фокус. Девушка впивалась острыми ногтями в шею парню, царапая кожу и оставляя алые полосы. Ян зашипел сквозь зубы, но не расцепил рук вокруг талии Лэйн. — Он идёт… — голос Лэйн звучит будто чужой. — Идёт во славе обещанной. На утешение верным и во возвращение заблудших. Ян не успевает ничего сказать. Лэйн резко обмякает у него в руках, словно из неё в один миг ушли все силы. — Лэйн! — Ян кричит, когда голова девушки поворачивается. Словно у поломанной куклы. Дверь комнаты распахивается. В комнату вбегают Павел, Дмитрий и Анна, которая, к счастью, будучи уставшей, решила заночевать в доме Яна. — Ян! Что слу… Фраза, кажется, Дмитрия, остаётся незаконченной, когда включается свет, и всем открывается шокирующая картина. — О Боже… — шепчет Анна, прикрывая рот руками. Непонятно, что шокировало девушку больше: факт того, что перед ней давно пропавшая Лэйн, или то, как девушка выглядела. При ярком свете становится видно то, что раньше скрывал полумрак: Лэйн у Яна на руках выглядит пугающе хрупкой. Бледная кожа, тени под глазами, впалые щеки, слишком острые скулы. Одежда не такая затасканная, как у других членов экспедиции, но всё равно далека от той, которую носила криптограф до своей пропажи. Её волосы утратили природный лоск и теперь висели, словно сухая солома, обломанные то тут, то там. Под сломанными ногтями Лэйн виднелись залежи грязи и запекшейся крови. А на левой руке кровоточила огромная рана, которую, казалось, расковыряли острым предметом. Такая же рана, как у всех её ныне покойных коллег. Несколько секунд все молчат. Никто не знает, что сказать, куда смотреть, как реагировать. Ян сидит на кровати, сгорбившись, прижимая к себе обмякшее тело, и его руки дрожат. Анна приходит в себя первой. Она быстро подходит, опускается рядом, осторожно касается Лэйн, проверяет дыхание, пульс. Она говорит коротко, чётко, не поднимая головы, раздавая указания, которые все сразу начинают выполнять. Кто-то отодвигает стул, кто-то приносит воду, кто-то открывает окно. — Осторожно положи её на бок. — командует Анна. — Да, вот так. Придержи её голову. Дмитрий, дай телефон, включи фонарик. Анна аккуратно раскрывает глаза Лэйн, проверяя её зрачки. Когда раздражитель в виде фонарика попадает на роговицу, зрачок заметно сужается. Анна облегчённо вздыхает. — Реагирует. Жива. — коротко констатирует сестра Дмитрия. — Ей нужно в больницу. Неизвестно, какие повреждения получило её тело за это время. — Никакой больницы. — холодно отвечает сестра Дмитрия. Анна скептически поднимает бровь и складывает руки на груди. Смерив брата взглядом, выдает тем же холодным тоном: — Ты хочешь, чтобы Лэйн тут умерла? Ей нужно в больницу. — Анна, Дмитрий прав. — вмешивается в зарождающуюся перепалку Павел. — Подумай сама: для мира Лэйн мертва. Если сейчас доставить её к врачам, они, конечно, окажут ей помощь. Но что сделают следом? — Позовут полицию… — прошептала Анна. Её плечи опустились. — Если Лэйн имеет те же симптомы, что и остальные члены экспедиции, то её сначала замучают допросами, а после запрут в психушке. А потом… — Дмитрий покосился на Лэйн. — Потом будет уже поздно. — Ян, расскажешь, что случилось? — Павел повернул голову в сторону друга, который всё это время молча пялился на лежащую Лэйн. — Ян! — Я спал. — хрипло ответил Ян. — Мне снился всё тот же кошмар, где Лэйн умирает. Потом я резко проснулся и увидел её. Мы обнялись, она плакала, я тоже. А потом… ей будто стало больно, и… она заговорила будто не своим голосом. — Проповеди? Исайя? — уточнил Дмитрий. — Только проповеди. Анна подошла к лежащей Лэйн и присела около кровати. Осторожно, стараясь не касаться кровоточащей раны, она покрутила ладонь девушки в руках. Рана выглядела просто ужасно. Анна и представить не могла, какую боль ощущала подруга на протяжении всего этого времени. Сердце её пронзило сожаление, а к горлу подступила едкая горечь. Её взгляд скользнул по второй ладони Лэйн — сухой, обезвоженной, поцарапанной, но без характерной раны. — У неё только одна. — Анна обернулась к Павлу и Дмитрию. — У всех остальных стигмы были на каждой ладони. Почему? — Об этом нам может рассказать только сама Лэйн. — Ян, у тебя есть бинты и антисептик? — Бинты были. Антисептика нет. Есть водка. — Неси. Ян соскочил с кровати. На кухне послышался шорох, а после — громкий стук предметов о пол. Никто не обращал на это никакого внимания. Все взгляды были устремлены на девушку на кровати. — Насколько плохо её состояние? — спросил Павел. — Тяжело сказать. — Анна вновь положила руку на пульс девушки, перепроверяя. — Я могу лишь поверхностно её осмотреть, сам понимаешь. — Нашёл. Ян буквально влетел в комнату, не успев затормозить на повороте, от чего влетел прямиком в Павла. Он протянул Анне полупустую бутылку водки и новый, ещё не распакованный моток бинтов. Анна открыла бутылку и, игнорируя капли, что летели на пол и разносили по комнате характерный запах спирта, протерла руки. После этого она распаковала бинты и, смочив рану Лэйн, принялась за перевязку. — Этого хватит до утра максимум. — Девушка приняла ножницы из рук Яна и отрезала бинт. — Если ей нельзя в больницу, нужно придумать что-то, что скрепит рану хотя бы временно. Нельзя ходить с такой дыркой в руке. — Как только заработают аптеки, отправимся за медикаментами. — кивнул Дмитрий. — У меня хорошая знакомая работает в больнице. — Анна тут же продолжила, пресекая возражения парней. — Я схожу к ней просто взять то, что в аптеке нам не продадут. Она мне нехило задолжала — подсела на наркоту и почти потеряла лицензию. Придётся надавить ей на старые раны. Жизнь Лэйн сейчас важнее, чем честь и её карьера. — Но ни слова о Лэйн. — Ян постарался поймать взгляд Анны. — Слышишь? — Слышу.

***

Утро впервые принесло Яну не боль пустого существования, а надежду. Когда первые лучи пробились сквозь шторы тонкими линиями, Лэйн всё ещё спала. Её лицо приобрело мирное выражение, которое лишь изредка искажала гримаса боли. Если бы не запавшее лицо и чернота под глазами, девушка бы походила на обычную себя. Рядом с Лэйн дремала Анна, которая всю ночь проверяла, дышит ли подруга. Сидя на полу у края кровати, Анна буквально держала руку на пульсе подруги. В такой позе она и заснула. Ян же спать не хотел. А даже если бы сонливость напала, боролся бы с ней до самого конца. Он боялся, до жути боялся того, что, уснув, после обнаружит на кровати пустоту. Никакой Лэйн, никакой Анны около неё. Ему всё ещё было сложно поверить, что после стольких дней поисков девушка просто лежит рядом. Хотя не так уж и просто. Ян кинул взгляд на бинты, что уже просочились насквозь кровью. Недостаточно, чтобы Лэйн умерла от её потери, но вполне хватит, чтобы испытывать агонию. Сколько она бродила, ища помощи? Сколько пережила, скитаясь по миру одна? И самое важное: почему тогда исчезла просто посреди улицы? Эти и ещё тысячи вопросов копошились в голове Яна словно черви. Он молча задавал их спящей Лэйн, но ответов не было. И, если честно, он боялся их услышать. Конечно. Горькая правда всегда лучше сладкой лжи, но это отнюдь не значит, что такая правда не раздробит его на куски. Но он был готов к этому. Навряд ли это больнее, чем хоронить закрытый гроб. Или видеть каждый раз её смерть во снах. Рука Анны зашевелилась, а после и всё её тело пришло в движение. Девушка медленно открыла глаза, всё ещё сонная. Она пару раз моргнула, не осознавая, где находится. И через секунду, когда смогла оценить обстановку, схватила Лэйн за руку с глазами, полными страха. — Я уже проверил, не переживай. Анна подняла взгляд на Яна, который сидел чуть поодаль, облокотившись на стену. — Который час? — Анна поморщилась, ощущая, насколько сильно затекли её ноги. — Шесть утра. — Ян кинул взгляд на телефон. Тот почти разрядился. — Точнее, шесть пятнадцать. Анна слегка кивнула и покрутила головой, разминая шею. Кое-как поднявшись на ноги, она покрутилась в разные стороны. Раздался едва слышный хруст, от которого девушка удовлетворённо выдохнула. — Мне нужно поехать домой, привести себя в божеский вид, прежде чем ехать в больницу. После ночного дежурства у кровати Лэйн вид Анны был больше чем просто никакой. Непривычно было наблюдать вечно собранную Анну, одетую с иголочки, такой растрёпанной, со отпечатками рук, на которых девушка лежала, на лбу. — Можешь взять вещи Лэйн. Это ускорит процесс. — Ян кивнул в сторону двери. — Комната, в которой ты спала. Там её шкаф. Там ещё полотенца и прочие женские примочки. — Надеюсь, Лэйн не будет против. — Устало улыбнулась Анна и вышла. В коридоре послышался шум и обрывки коротких фраз на русском. Дверь неслышно приоткрылась, и в комнату проскользнул Дмитрий. Мужчина выглядел слегка помятым, но сохранял стоический вид. — Как она? — он кивнул в сторону Лэйн. — Сложно сказать. Всё ещё спит. — Ян пожал плечами, не глядя в сторону друга. — Анна напишет нам список, и мы с Павлом пойдем штурмовать аптеки. Ты пока побудешь дома с Лэйн. — Ян не возражал. — На тебя делать кофе? Как насчёт завтрака? — Только кофе. — Значит, кофе и завтрак. — Ян кинул на Дмитрия хмурый взгляд. — И не смотри на меня так. Мы не знаем, в какую хрень влезаем. Нам нужны силы. А ты выглядишь так, будто тебя может унести даже самое лёгкое дуновение ветерка. Вскоре с кухни запахло жареным беконом и яичницей. Павел, проснувшийся последним, совершил то же действие, что и все — зашёл в комнату проверить Лэйн. Они с Яном перекинулись парой слов, после чего зашёл Дмитрий и позвал всех к столу. Ян наотрез отказался оставлять Лэйн одну. По этой причине было решено, что пока все поедят, Анна присмотрит за подругой. Это предложение хоть и было приемлемым, но всё равно вызвало у Яна тревогу. Он в один присест поглотил содержимое тарелки, буквально проталкивая еду в себя. — Ты хочешь поскорее вернуться к Лэйн или это такой идиотский способ умереть от удушья? — Павел, наблюдавший со стороны, не смог сдержать комментария. В ответ он получил от Яна средний палец, тыкнутый прямо в лицо. Спустя полчаса Анна, Дмитрий и Павел покинули дом, каждый со своим заданием. Анна составила громадный список лекарств и средств первой помощи, которые можно было достать в аптеке без проблем. По сути — попросила купить почти всю аптеку. — Я постараюсь надавить на Джорджину по максимуму. — сказала девушка, прежде чем за ней захлопнулась дверь. Ян лежал на кровати рядом с Лэйн, поглаживая её по голове. Он часто так делал, когда просыпался раньше неё. Лежал, почти не двигаясь, наблюдал за едва подрагивающими веками и лёгонько гладил. Он знал, что когда Лэйн проснётся, то расплывётся в своей самой нежной улыбке. Будет ли так и сейчас? Или вся их старая жизнь, вплоть до мельчайших привычек, канула безвозвратно в Лету? Ян с болью в глазах окинул девушку взглядом. Он не знал, насколько поменял её тот ад, через который она прошла. Но был готов принять новую её, со всеми страхами и тёмными сторонами души. Люди так часто клянутся любить в горе и в радости, думая, что «горе» — это просроченный платёж по кредитке, сорванная поездка на уикенд, бытовая ссора после тяжёлой рабочей недели. А когда настоящее, всепоглощающее горе стучится в их двери, оббивая порог, они понимают, что не были к этому готовы. И это становится крахом любви, что казалось, будет длиться вечно. Клятва сразу кажется огромной ошибкой. Страшной ошибкой, которую двое слепо совершили в приступе бушующих их эндорфинов. Красивая сказка рассыпается, крошится как стеклянная фигурка, что упала на кафельный пол. Многие дают клятвы, не планируя их сдержать. Но Ян в это число не входил. Он не давал громогласных клятв, не сорил словами, пуская пыль в глаза. Он просто пообещал — сам себе — что будет с Лэйн, что бы ни случилось. Не сейчас, не в этот момент, а задолго до этого, когда ничего не предвещало беды. И ни на секунду не думал о том, чтобы отступить от своих слов. Настоящая любовь кроется не в торжественных клятвах перед алтарями, а в тех тихих обещаниях, что человек дав сам себе, держит несмотря ни на что. Он продолжал гладить её волосы до самого возвращения Павла и Дмитрия. Именно в таком положении они и застали его. На их лицах не было ничего, кроме понимания. Они как можно тише вышли из комнаты и принялись разбирать огромные пакеты с медикаментами на кухне. Шум стука баночек и шороха коробочек долго не прекращался. Когда мужчины закончили, весь кухонный стол был забит всевозможными таблетками из списка Анны. На часах было начало первого, когда она сама вернулась домой. По её лицу было понятно, что разговор со знакомой прошёл ужасно. Горечь и сожаление читались среди прочих эмоций ярче всего. Анна водрузила огромный пакет на стул с характерным звуком. — Вижу, ты преуспела. — сказал Дмитрий и получил в ответ колкий взгляд сестры. — Она послала меня и назвала гнилой стервой. — скривилась Анна. — Я буквально напомнила ей о самом мрачном периоде жизни и шантажировала, заставив нарушить закон. — Плевать на неё. — отрезал Павел. — Главное сейчас — Лэйн. Анна коротко кивнула. — Вы всё купили? — она оглядела заставленный стол. — Бинты, марли, лейкопластыри, обеззараживающие средства. — Павел перечислял, попутно указывая на покупки. — Перчатки стерильные вон, с краю. — Гемостатические губки и порошок? — Вот. — Дмитрий поднял предметы, показывая. — Отлично. Должно хватить на первое время. — Анна открыла пакет, который принесла, и стала доставать предметы, называя их по очереди. — Инструменты для обработки, фиксаторы, гемостатики, растворы, турникеты… на худой конец. — Надолго этого хватит? — спросил Дмитрий. — Честно? Не знаю. — Анна сняла очки и потерла переносицу. — Пока у неё только эта рана — хватит. Когда же… если появятся другие — будет сложнее. Такие раны нельзя скрепить скобами или клеем. Остаётся только временно стабилизировать и искать способ исцеления на стороне. Воцарилось напряжённое молчание. «Искать исцеления на стороне» — самая сложная часть. Задача была не просто сложной, а буквально невыполнимой. Никакого чёткого понимания корня проблемы ни у кого не было. Только Лэйн могла пролить свет на чертовщину, что творилась вокруг. Анна раздражённо фыркнула, отгоняя не самые оптимистичные мысли. Она открыла шкафчик и достала пару кружек. Залив в чайник воды, стала, облокотившись на столешницу, и потупила взгляд. Телефон девушки завибрировал, и она, оживившись, достала и прочитала уведомление. В тот же миг Анна сорвалась с места и промчалась мимо Дмитрия и Павла. — Она приходит в себя. Все трое влетели в комнату. Ян сидел около Лэйн на корточках, а она осматривала пространство вокруг себя. Увидев новоприбывших, девушка уставилась на них, оглядывая так, будто видела впервые. Тело девушки заметно напряглось, готовясь отразить любую атаку. Её взгляд метнулся к Яну, ища какую-то поддержку. — Всё в порядке. Не волнуйся. Я рядом. — Ян сжимал руку Лэйн — не сильно, но достаточно, чтобы она ощутила. Лэйн, услышав это, заметно расслабилась и устало вздохнула. Никто не приближался к ней — первая реакция дала ясно понять, что это не лучшая идея. Анна взглянула на руку подруги — повязку пора было сменить. Осторожно отступив назад, она нашла на кухне всё необходимое и вернулась в комнату. Она медленно подступила к Лэйн, смотря ей в глаза. — Лэйн, это я, Анна. — девушка указала на предметы у себя в руках. — Позволишь? Я хочу тебе помочь. — Хорошо. — хрипло ответила Лэйн. Голос девушки с трудом ей подчинялся. Анна неспеша присела около Лэйн, разложив с краю все принадлежности. — Сейчас сниму старые бинты. Она озвучивала каждое своё действие и ничего не предпринимала, пока Лэйн не кивала, позволяя продолжать. Закончив перевязку, Анна надёжно зафиксировала всё и довольно улыбнулась. Лэйн всё это время внимательно наблюдала за ней, изучая. — Спасибо, Анна. — прошептала она, когда девушка отступила. — Лэйн, у тебя что-то болит? Ну, помимо руки. — Всё тело. Но едва ли сильнее, чем это. — Лэйн подняла руку, демонстрируя белоснежные бинты. — Говоря об этом… — осторожно начал Дмитрий, но его грубо прервал Ян. — Обязательно сейчас? Она только очнулась. — Всё нормально, Ян. — Лэйн едва коснулась рукой пальцев парня. — К тому же, времени в обрез. Лэйн постаралась привстать, но попытка провалилась. На дрожащих руках она слегка поднялась вверх, принимая сидячее положение. Каждое движение отзывалось в её теле невероятной болью, которая отражалась на лице. — Спрашивайте. — Вы пока говорите, а я приготовлю что-то лёгкое для Лэйн. — Анна удалилась на кухню. — И без лука. — Эта фраза вызвала на лице Лэйн благодарную улыбку. — С чего же начать… — Дмитрий почесал голову в растерянности. — Давай начнём с самого начала, — Павел присел на корточки рядом с Яном. — Расскажи, что случилось в Мар Саба.