Законное нарушение / Законно или нет

Глава 3 Провокация В четыре утра Фэн Лулин принял душ. Он обмотал полотенце вокруг бёдер, накинул на плечи толстовку и, весь в облаке влажного пара, поднялся в спальню. За окном небо было чёрным, вокруг чрезмерно тихо. Фэн Лулин высушил волосы феном, лёг в постель и наконец расслабился, глубоко выдохнув. Рана на брови случайно намокла, распухла и сильно болела. Всё тело устало до того, что казалось, разваливается, но он уже привык к такой нагрузке. Каждый раз, ложась под утро, ему чудилось, что сейчас лишь девять вечера и можно проспать целый день. Фэн Лулин перевернулся, вытащил из-под подушки телефон, затем взял с тумбочки полицейскую форму и достал из кармана аккуратно сложенную бумажку. Он зажал записку между пальцами и, прищурившись, разглядывал её в полумраке. Это был номер, который Фэн Тан оставил ему в новогоднюю ночь… Фэн Лулин включил телефон и набрал сообщение: Завтра вечером. Крепостной ров, патруль. Сообщение отправлено. Он ещё какое-то время смотрел на экран, пока тот не погас сам по себе, и только тогда выключил аппарат и засунул обратно под подушку. Дорога вдоль рва входила в его участок, так что с самого приезда в город он проезжал её бесчисленное множество раз, туда и обратно. По вечерам он там почти не бывал, потому что ночью эта улица кишела молодыми людьми, они пили и пели. Работа по проверке нарушений и выписке штрафов была кропотливой, поэтому начальство предпочитало отправлять его на проверки в пригород или ночные рейды на пьяных водителей. Фэн Лулин закрыл глаза, и перед ним снова всплыло лицо Фэн Тана в свете фар, а следом предостерегающие слова отца. Он перевернулся на другой бок, придавил одеяло весом тела, кадык дрогнул, и он с силой втянул в лёгкие холодный ночной воздух. *** У крепостного рва находилась улица с самой высокой концентрацией баров и клубов во всём городе, настоящая Мекка ночной жизни. Фэн Тан за последние годы вроде бы остепенился, но всё равно не мог отказать себе в удовольствии собрать друзей и как следует оторваться. Тем более что этим утром, едва открыв глаза, он увидел то самое сообщение. Пять коротких слов заставили его сердце ёкнуть, интуиция подсказывала, что это точно от Фэн Лулина. Стоило только подумать об этом, как Фэн Тана охватило раздражение. В первый день праздников он как примерный гражданин, поехал в районное отделение платить штраф, а там ему заявили, что можно было расплатиться на месте. Он так взбесился, что бродил по коридорам полдня, но даже тени того человека не увидел. И как ещё можно так людей обманывать? Впрочем, в последние дни по всему городу только и говорили о том, как Фэн Лулин, рискуя жизнью, остановил перегруженный грузовик на своём мотоцикле. Наверху уже шушукались о возможном награждении. Фэн Тан от нечего делать потратил всё утро, листая чаты в WeChat и наблюдая за всеобщим ажиотажем. Во всех группах взахлёб расхваливали нового патрульного. Какой красивый, какой мужественный. Фэн Тан испытывал странную смесь чувств, но где-то в глубине уважение к нему явно подросло. Да, с виду ходячая добродетель и долг. Но под этой кожей, наверняка, сидит самый что ни на есть волк, тот, что кусает так, что даже крови не видно. Отогнав мысли, Фэн Тан едва не врезался лбом в лобовое стекло, ибо Хэ Цин резко нажал на тормоз. Тот поднял голову и увидел, что на улице уже собралась изрядная толпа: все столпились под яркими неоновыми вывесками, громко смеялись и шумели. Ночной ветер гулял по широкой дороге. Листья на деревьях колыхались в такт, отражая пёстрые огни. Всё вокруг казалось психоделическим сном, подсвечивая лица то ярче, то тусклее. Фэн Тан прищурился и увидел, как Хэ Цин одной рукой держится за руль, а другой ковыряется в настройках парктроника. — Не паркуйся где попало, здесь контроль жёсткий. Если твою тачку поцарапают, ты меня сегодня точно придушишь. После того штрафа Фэн Тан стал патологически бдителен. Чуть что, сразу в панику. Сказав это, он выхватил у Хэ Цина ключи от машины, сжал их в кулаке и настороженно огляделся. С той самой поры, как Фэн Лулин выписал ему штраф, где бы он ни развлекался в этом районе, Фэн Тан строго следил и за собой, и за друзьями. Стал образцово-показательным законопослушным гражданином. Ещё месяц в таком режиме, и можно было бы подавать заявку на почётную грамоту, чтобы повесить её себе на лоб. — Послушай, — Хэ Цин подошёл ближе и обнял его за плечи, — всего один штраф, и ты уже шарахаешься от дорожных полицейских? Фэн Тан фыркнул: — Хэ Сяочуньцин*1, с твоим-то характером ты, наверное, теорию вождения сдавал раза четыре, прежде чем сдал? Хэ Цин сверкнул глазами: — Не смей мне об этом напоминать! Фэн Тан не стал продолжать, запер дверь и пошёл проверить, хорошо ли нанесена линия парковки рядом с машиной. Его собственную машину тоже пригнали с водителем. Она стояла рядом, в тени, так что с первого взгляда её и не разглядишь. Двое друзей, обнявшись за плечи, шагнули в бар. Электронная музыка накатывала мощными волнами, прямо била по вискам Фэн Тана. Жар толпы смешивался с ритмом, всё бурлило и пульсировало, неустанно подстёгивая и без того взвинченных посетителей. — Чёрт подери, — Хэ Цин поднял глаза и увидел на сцене у шеста полуголого иностранца. Он не выдержал, зажмурился и пробормотал: — Ты не предупреждал, что тут эротическое шоу. Фэн Тан каждый раз, видя его в таком состоянии, не мог удержаться от подколки: — Это же приличный стриптиз, смотри внимательнее! — Смотреть-то… — Хэ Цин зло посмотрел на него, чуть не плача. Когда вернётся домой, его парень точно прибьёт. Раньше здесь был тихий бар, как же он вдруг скатился до слоу-шейка и таких представлений? Фэн Тан ещё хотел заставить его посмотреть подольше, как вдруг из кабинки поднялся Лань Чжоу и стал манить их рукой. Рядом с ним на чёрном бархатном диване сидели двое молодых парней. Аккуратные, с ясными чертами лица, одетые как студенты. Именно тот тип, который раньше особенно нравился Фэн Тану. Ведя за собой Хэ Цина, Фэн Тан опустил голову и начал пробираться сквозь толпу. С трудом добрались до кабинки, и только тогда разглядели что их всего пятеро, ни одной девушки. Лань Чжоу с удивлением спросил Фэн Тана: — Ты не привёл девушек? — А сегодня я вас двоих угощаю, разве нет? Эй, Хэ Цин, ты за рулём? Позже вызовем водителя, не увиливай от выпивки! Сколько мы не собирались в полном составе, и не напивались в стельку… Лань Чжоу говорил и наливал алкоголь, подмигнув двум приглашённым парням: — По одному с каждой стороны. Те и не подумали стесняться. Один сразу прильнул к Фэн Тану сбоку, другой без церемоний устроился прямо на коленях Хэ Цина. Хэ Цин вздрогнул всем телом, резко отодвинулся, вскочил на ноги и уставился на Лань Чжоу: — Ты что вытворяешь?! — Блин, Сяо Гуань! Ты чего такой прямолинейный? Когда я сказал «по одному с каждой стороны», я имел в виду чтобы молодой господин Тан обнял по одному с каждой! Лань Чжоу понял, что ляпнул глупость, сам налил себе стакан и объяснил: — Молодой господин Хэ давно занят. Фэн Тан весь напрягся от неожиданной близости, буркнул себе под нос: — Ты специально для меня людей пригласил? — А как же! Вижу, ты эти годы слишком одинокий, вечно в разъездах. Брат, тяжело же тебе, — Лань Чжоу сказал это и чокнулся с ним стаканом. Парни, которых выбирал Лань Чжоу, обычно были на уровне, так что и эти двое на вид казались вполне симпатичными. Но Фэн Тан уже успел проглотить несколько мохито, лёгкий хмель ударил в голову. Он пристально разглядывал профиль того, что слева, потом перевёл взгляд на правого… Оба с длинными ресницами, аккуратными носами, алыми губами и белоснежными зубами. Он смотрел на них всё дольше, и интерес как-то сам собой угас. В конце концов, ради чего всё это? Руки, которые он положил им на плечи, он медленно убрал, внезапно почувствовав раздражение. Взял сигарету. Сяо Гуань ловко поднёс зажигалку, улыбнулся и спросил: — Что-то не так? — Ничего, — Фэн Тан взял зажигалку, поиграл ею, наблюдая, как пламя вспыхивает раз за разом. — Просто руки затекли. Сяо Гуань улыбнулся особенно мягко: — Руки затекли, давай я тебе разомну. Едва пальцы коснулись его, Фэн Тан почувствовал острый дискомфорт и поспешно отстранился: — Нет-нет, не надо. Сейчас он реагировал на все эти привычные приёмы и прозрачные намёки почти аллергически, слишком остро. — Что случилось, брат? — Сяо Гуань больше не мог улыбаться. — Все говорят, раньше ты был совсем другим. Фэн Тан, услышав это, почувствовал, как голова наливается тяжестью. Он поднялся, бросил сигарету в пепельницу и решительно затушил её, провёл ладонью по лицу и с явным раздражением произнёс: — Каким это «раньше» я был? Я всегда был очень сдержанным. Произнося это, он повернулся в профиль, даже не подозревая, что его собственные ресницы куда длиннее, гуще и красивее, чем у всех тех юнцов из его прошлого. Фэн Тан уже давно не выходил в свет, слишком долго не сталкивался с подобным и сейчас просто не знал, как реагировать, как справиться с этим напором. Он сделал глубокий вдох, снова опустился на диван и в душе выругал этот диван за его чересчур мягкие пухлые подушки, он чуть не утонул в них целиком, будто в самой настоящей ловушке соблазна. Взгляд его медленно обвёл шумное, бурлящее окружение, а ноздри уловили густой, тяжёлый воздух, пропитанный потом, алкоголем и похотью. Глядя на всех этих одиноких людей вокруг, он внезапно задумался о том, чем же занимался все эти годы. Когда обнимались, всё было по-настоящему, когда держались за руки, все ласково звали друг друга «малыш». Всё менялось с головокружительной скоростью, и это было легко, беззаботно, в полной свободе и наслаждении моментом. А в итоге всё оказывалось всего лишь миражом: одна волна за другой, смена за сменой, и в руках ничего не оставалось. Видя, как Фэн Тан пьёт и задумчиво уставился в одну точку, Хэ Цин ущипнул его за ухо и очень серьёзно, по-дружески напомнил: — Город маленький, не ввязывайся в истории! — Ты-то хороший, послушный, но слишком много болтаешь. Фэн Тан позволил ему щипать себя за ухо, увидел, что стакан пуст, и потянулся за бутылкой. На губах ещё оставался сладкий, свежий привкус лаймового мохито: — В этом мире есть настоящие чувства. А у меня их нет. Сказав это, он повернулся к Лань Чжоу, у которого в стакане плескалось всего на донышке, и громко рассмеялся: — Ты что, рыбу разводишь? Наливай полный! Хэ Цин был за рулём и не прикоснулся к алкоголю. После нескольких раундов он выпил подряд несколько бутылок колы, и живот у него раздулся. Когда веселье пошло на спад, они вдвоём подхватили изрядно захмелевшего Лань Чжоу и, шатаясь, вывалились из бара. Фэн Тан переносил алкоголь отлично, оставался почти трезвым и вместе с Хэ Цином, поддерживая его с двух сторон, без труда усадил Лань Чжоу в машину. Фэн Тан вытер пот со лба, увидел, как Лань Чжоу лежит навзничь, и опустил стекло в спорткаре Хэ Цина: — Ты пока присмотри за ним. Я схожу в магазинчик у бара, возьму что-нибудь от похмелья. Хэ Цин кивнул. Фэн Тан развернулся и направился через дорогу. *** Издалека, с конца улицы, за углом показались два-три патрульных мотоцикла. Красно-синие мигалки сверкали особенно ярко в ночи. Фэн Тан остановился, невольно почувствовав интерес, обернулся и увидел, как впереди ехал молодой парень, за ним следовал двухместный полицейский мотоцикл, а сзади, замыкая колонну… Конечно же, он увидел Фэн Лулина на последнем месте. Тот сидел с лицом, на котором было написано, будто весь мир задолжал ему десятки миллионов, подъехал к краю улицы, припарковал мотоцикл и одним махом спрыгнул с седла. Сначала Фэн Лулин отдал распоряжения команде расчистить пробку на перекрёстке, затем достал блокнот из нагрудного кармана, щёлкнул ручкой и принялся за работу. Фэн Тан ещё не успел дойти до магазина, как Хэ Цин издалека заметил, что Фэн Лулин с блокнотом в руках идёт от угла, проверяя номера машин, хлопнул себя по лбу и воскликнул: — Чёрт! Разве здесь нельзя парковаться? Почему патрульные записывают номера?! От этого внезапного крика Лань Чжоу даже частично протрезвел, резко распахнул дверь и заорал через всю улицу: — Фэн Тан! Садись в машину! — Куда садиться! У меня всего два места! — отозвался Хэ Цин. Лань Чжоу заорал слишком громко. Фэн Лулин поднял голову и медленно, не торопясь, посмотрел в их сторону. Двое мужчин, сидевших в спорткаре, были ему незнакомы. Но тот, что пониже ростом, выкрикнул имя, которое он прекрасно помнил. Увидев, как Фэн Лулин зажал дубинку под мышкой и пошёл к следующей машине, Хэ Цин нажал на тормоз, завёл мотор и бросил Лань Чжоу: — К чёрту! Не будем его ждать! Уезжаем! Лань Чжоу остолбенел: — Неужели? Мы просто бросим Фэн Тана одного? — Лучше один пострадает, чем двое. К тому же этот патрульный… По-моему, Фэн Тан сам не прочь, чтобы его поймали. Хэ Цин крутанул руль, огляделся что путь свободен и, пока Фэн Лулин повернулся к мотоциклу за терминалом, вдавил газ в пол и умчался. Фэн Тан только подбежал к своей машине, как увидел, что Хэ Цин уезжает, и просто окаменел от шока. В душе он скрежетал зубами: сколько лет дружбы, а этот подлец всё такой же! Хотя, если подумать, если бы Хэ Цин сегодня не смылся, баллы сняли бы уже с двоих. *** Неподалёку Фэн Лулин подошёл ближе, держа в руках терминал, затянул дубинку потуже на поясе и прямо спросил: — Те двое твои друзья? Фэн Тан кашлянул, опёрся спиной о дверь своей машины и без тени смущения ответил: — Нет. Фэн Лулин внутренне усмехнулся, но внешне остался совершенно невозмутим. С холодным, строгим лицом он опёрся рукой о дубинку. Фэн Тан аж внутренне ёкнул, испугавшись, что тот ударит его дубинкой. В рабочее время Фэн Лулин не любил тратить слова, отдал честь и не терпящим возражений тоном произнёс: — Передайте своим друзьям: я выписываю штрафы и за Улин Хунгуан*2 за пятьдесят тысяч, и за Макларен за десятки миллионов. В следующий раз, если снова поймаю за нарушением правил парковки, я достану запись с видеорегистратора. Фэн Тан редко слышал, чтобы с ним разговаривали в таком тоне, тем более прямо упоминая Хэ Цина. Он заявил: — Мы с ним такие друзья, что я бы его даже в секту первым позвал, если бы вступил. Он сразу уехал, как только увидел, чего ещё надо. Если ты ко мне имеешь что-то, разбирайся со мной, а не с моими друзьями. — У тебя личная вражда со мной? Что, планируешь гонять по городу и боишься, что я тебя остановлю? Взгляд патрульного был слишком острым, пронизывающим, и Фэн Тан почувствовал лёгкий внутренний трепет. Но сдаваться он не привык. — Кто по городу гонял? Не наговаривай! Откуда ты знаешь о моих прошлых выходках? Фэн Тан напрягся. Всего две встречи, а они уже будто знают друг друга? Мужчина, получивший такой отпор, лишь усмехнулся, опустив взгляд. — Хэ Цин сбежал. А ты почему за ним не рванул? Видимо, сам просишь, чтобы тебя приструнили. Имя друга прозвучало без обиняков и Фэн Тан не остался в долгу: — Мужественно отвечать за свои ошибки, разве не вы, полицейские, это пропагандируете? Это вы, нарушители, вечно нам работы добавляете, — подумал Фэн Лулин, но проглотил эти слова, не желая лишний раз его задевать, и опустил голову, что-то записывая в блокнот. Фэн Тан попытался украдкой заглянуть, но Фэн Лулин слегка повернулся, заслонив блокнот, и спросил: — Ты как здесь оказался сегодня вечером? Вопрос был неожиданным, Фэн Тан чуть не ляпнул правду, вспомнив то самое сообщение, и ему стало неловко. — Тебе-то какое дело? Фэн Лулин при этих словах слегка приподнял бровь, сделал вид, что отрывает листок, и внезапно ткнул Фэн Тана пальцем прямо в лоб. — Ай! Ты что творишь?! — Фэн Тан закричал от боли, схватившись за голову. — Выписываю штраф. Фэн Тан в замешательстве на секунду решил, что это правда: — Здесь же можно парковаться! Вон же линия нанесена, ты… — Ты превысил скорость, — сказал Фэн Лулин. Фэн Тан почувствовал, что эти слова прозвучали как-то двусмысленно. Голос у Фэн Лулина был ленивый, расслабленный, с низкой хрипотцой. На секунду Фэн Тан опешил, но быстро пришёл в себя: — Ты хоть объясни, какое превышение? — А ты догадайся. Фэн Лулин развернулся, убрал терминал за пояс, выписал штрафную квитанцию и протянул ему. — На этом участке стоянка вообще запрещена. Вы что, знаков не видели? Оплата картой или наличными? — Наличными. Фэн Тан произнёс это и вскинул подбородок. Изгиб его подбородка и носа отражал золотистый свет уличных фонарей. Он немного помолчал и, не переставая улыбаться, добавил: — Впрочем, если офицер Фэн захочет взять штраф побольше… я не против. Произнося последние слова, он посмотрел на Фэн Лулина. Взгляд был вызывающим, в нём сквозила откровенная двусмысленность. Фэн Лулин на мгновение замер, опустил глаза, и его губы плотно сжались. Фэн Тану это доставило удовольствие. С таким уровнем ещё пытается его зацепить? Да ладно. — Всего две встречи, а наглости через край, — лицо Фэн Лулина потемнело. — И ты так уверен, что мне нравятся мужчины? — Поэтому, — продолжил Фэн Тан, не сбавляя натиска, — сначала подумай сам, а потянешь ли ты меня. Внешне он казался образцом благонравия, но стоило поднять на него взгляд, как в глазах читались рассеянность и горделивость, которые делали его похожим на хищного зверька. Фэн Тан улыбнулся, в уголке губ появилась ямочка. Он прекрасно знал силу своего обаяния. *** Его мысли унеслись к вчерашнему дню. Один из подчинённых позвонил ему и сказал, что во входящих есть материалы. Фэн Тан открыл почту и долго листал, пока не нашёл резюме Фэн Лулина. Там говорилось, что раньше, пока не расформировали округ, он служил в авиационном полку ВВС. Учился летать на севере, потом попал в аварию, получил травму, больше не мог пилотировать истребители. После училища оставил лётную службу, вернулся на родину, служил в войсках связи и только в этом году перевёлся в город. Он тогда переслал это Хэ Цину, просто посмотреть. Тот сразу набрал номер и выпалил: — Ты что, извращенец? Фэн Тан чуть не поперхнулся, не понял, то ли сам ещё не протрезвел, то ли Хэ Цин не в себе: — Знай врага в лицо, побеждай в ста битвах, понял? Хэ Цин пробурчал в трубку: — Да не задирай ты его… Человек, видавший виды, где ему до твоих игр? Накопи хоть немного кармы. Хотя… он и правда интереснее всех твоих прошлых странных типов вместе взятых. Фэн Тан швырнул трубку. Хэ Цин же уставился на экран в недоумении: ник Фэн Тана в WeChat был «Игрок», а когда заходишь в альбом, личная подпись «Больше не играю». Полное противоречие. Тогда Хэ Цин ещё добавил, что характер его не изменишь, легче гору сдвинуть. Никакой небожитель его не спасёт. *** — Фэн Тан. Мысли резко вернулись в настоящее. Фэн Тан отступил на шаг, глаза застилало от мерцания синих мигалок. Он лишь почувствовал, как Фэн Лулин, выше его почти на голову, наклонился ближе. В ледяном воздухе ночи его дыхание было обжигающе горячим. Голос Фэн Лулина был режущим, будто вырезан лезвием, каждое слово звучало с силой. Особенно «Фэн» он выделял, произнося его с нажимом. — Тогда и ты подумай хорошенько, стоит ли снова меня провоцировать. Сноски: *1. Хэ Сяочуньцин — прозвище, буквально означает «Хэ маленький чистый/наивный». *2. Улин Хунгуан (Wuling Hongguang) — недорогой китайский микровэн, одна из самых массовых и доступных моделей на рынке. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum