Хрупкие и сломанные вещи

Ванцзи не знал, как ответить, целую долгую, полную неловкости минуту. Более того, никто в комнате, казалось, не знал, что сказать. Они уставились на Вэй Усяня, словно у того выросла вторая голова. Предложить использовать Сопереживание как способ раскрыть это дело — было безрассудно выше всякой меры. Существовали причины, по которым такой метод не допускался в качестве доказательства. Во-первых, только принимающий видел, что произошло. Он мог солгать об этом позже и представить любую историю, какую пожелает, чтобы оговорить других. И, что более важно, Сопереживание была опасно. Заклинатели теряли жизни бесчисленное количество раз до того, как эту практику упразднили. Риск потерять себя и не суметь вернуться в собственное тело был настолько велик, что это стало синонимом самоубийственных наклонностей. По личному мнению Ванцзи, было достаточно плохо то, что Вэй Ина уже был втянут в своего рода Сопереживание мстительным призраком. Если бы он сам это инициировал, Ванцзи ни за что не смог бы спасти его от последствий перед лицом дяди и МПС. Вэй Ин мгновенно лишился бы своего звания и работы. Его бы пометили как опасную обузу, подвергли бы постоянному контролю и надзору. — Какого хрена ты себе позволяешь! — взорвался Цзян Ваньинь, разрушив тишину в комнате. Ванцзи очнулся от своих ошеломлённых размышлений. — Это слишком опасно, Вэй Ин. — С какой целью? — спросил Сичэнь, что заставило Ванцзи немедленно сердито уставиться на него. Последнее, в чём нуждался Вэй Усянь, — это любое поощрение в этом отношении. Неужели Сичэнь не видел, что это поддержит столь рискованное предприятие? — Подумай об этом. Если кто-то из Цзиней хоть отдалённо говорил о том, что происходит возле пациента в коме, мы могли бы это выяснить! — спорил Вэй Усянь. Он вскочил на ноги и принялся жестикулировать, объясняя свою позицию. — По крайней мере, тогда мы смогли бы начать исключать некоторых ключевых игроков. Я не могу представить, чтобы Цзинь Цзысюань такое сделал, он слишком мягкий. — Вэй Ин, — мягко упрекнул его Ванцзи. — Это опасно для тебя. — И что? Ты сможешь меня вернуть. Ты уже делал это раньше, эр-гэгэ. — Вы использовали Сопереживание в Гусу? — поперхнулся Цзян Ваньинь. Для главы Ордена в нём, казалось, было мало такта. — Вы все, блядь, что, тупые?! — Цзян Чэн! Всё не так! — уговаривал Вэй Ин, приближаясь к Ванцзи, его глаза умоляли. — Мы можем это сделать, Лань Чжань. Это уберёт все домыслы. — Молодой господин Вэй, — осторожно вмешался Сичэнь. — Дело не в том, можете Вы это сделать или нет. Сопереживание слишком рискованно, а при Вашем состоянии… — Минуточку! — рявкнул Цзян Ваньинь. Его тон действительно раздражал спокойствие Ванцзи. — Каком ещё «состоянии»? Ты что, болен? — Нет! — воскликнул Вэй Усянь высоким голосом и, повернувшись, ухмыльнулся своему бывшему младшему боевому брату. — Я просто немного устал! Знаешь, со всем тем, что в последнее время происходит… В тот момент Ванцзи понял, что Вэй Усянь нёс бремя своей инвалидности полностью один. Никто в Юньмэне не знал правды о ней. Его сердце вновь стало разрываться от боли за своего молодого человека, и Ванцзи протянул руку, чтобы притянуть Вэй Усяня ближе, удерживая его стоящим между своих ног. Как только его молодой человек оказался прямо перед ним, Ванцзи прижался щекой к его животу и обнял. — Лань Чжань! — испуганные слова Вэй Усяня были такими же милыми, как и его смущённое удивление. — Вы двое… вы что…? Нет! НЕТ! Не смейте мне, блядь, говорить! — рявкнул Цзян Ваньинь. Ванцзи даже не удостоил его взглядом. Он решил последовать желанию сварливого Цзяна и ничего не говорить ему о своих отношениях с Вэй Ином. Это было гораздо больше, чем Цзян Ваньинь заслуживал. Как он мог бросить Вэй Ина так, как бросил? Насколько понимал Ванцзи, связи с его бывшим Орденом вообще не было. При их первой встрече Цзян Ваньинь только ругался и бросался обвинениями. Он не годился быть семьёй Вэй Ина. — Как бы ни была похвальна эта идея, — дипломатично ответил Сичэнь, — она слишком рискованна. Нам нужно что-то другое. Пока что мы знаем, что Илин и Гусу оба пережили похожие нападения. У нас есть улики, какими бы подозрительными некоторые из них ни были, и их нужно проверить. Пальцы Вэй Усяня приятно перебирали волосы Ванцзи. Он слушал, как остальные начали спорить. То, о чём они умалчивали, — что Сопереживание было совершенно ненадёжна, главным образом из-за репутации, окружавшей характер самого Вэй Усяня. Если бы это был Лань Ванцзи, никто бы не усомнился в его словах как в абсолютной истине. — Мы могли бы использовать Расспрос, — предположил он, снова остановив разговор. Последовал настойчивый рывок за волосы, и Ванцзи понял, что его возлюбленный хочет посмотреть ему в глаза. Сначала он сопротивлялся. Предложить Расспрос было почти жестоко. Это подразумевало, что Цзян Яньли не поправится и находится на грани смерти. Он не хотел быть предвестником такой правды, но это нужно было предложить. Если бы это было возможно, они могли бы не только провести Расспрос, но и результаты были бы признаны законом как факт. — Шицзе не… Это не сработает, — голос Вэй Усяня дрогнул. — Лань Ванцзи! Встань, чтобы я мог, блядь, ударить тебя! — разъярённо прорычал Цзян Ваньинь. Ванцзи вздохнул, запрокидывая голову так, что его подбородок прижался к животу Вэй Усяня. — Если её дух в ловушке или потерян, это может помочь. — Как же, поможет! Это дерьмо для мёртвых! Моя сестра жива, ты, грёбаный придурок! — Сколько времени тебе понадобится? — спокойно спросил Сичэнь, что, казалось, лишь ещё больше разъярило Цзян Ваньиня. — Цзян Чэн! Битьём людей ничего не решить! — взорвался Вэй Усянь, поворачиваясь лицом к своему разъярённому бывшему младшему боевому брату, тем самым заслоняя Ванцзи обзор своим восхитительным задом. — Я бы не стал этого предлагать, если бы не думал, что есть шанс. — Он говорит так, будто она мертва, ты, балда! — Ванцзи наблюдал, как молодой глава Ордена пытается обойти Вэй Усяня. Учитывая, как всё шло, он плавно встал. Если его руки опустились на бёдра возлюбленного, никого, кроме него самого, это не касалось. — Глава Ордена Цзян, — начал Сичэнь, явно пытаясь не допустить, чтобы это переросло в драку, — Ванцзи вовсе не это предлагает. У нас был успешный опыт использования Расспроса, а также других музыкальных партитур, чтобы помочь вывести недееспособных и находящихся в коме пациентов с того света. Если Цзян Яньли действительно в ловушке, это могло бы помочь ей, а также прояснить всё, что она могла слышать, находясь в своём нынешнем состоянии. Хорошо задокументировано, что пациенты в коме слышат, что происходит вокруг них. — Видишь? Он пытается помочь. — Вэй Усянь скрестил руки на груди и прижался спиной к Ванцзи, фактически зажимая его между кроватью и собой. Если его возлюбленный думал, что это помешает Ванцзи отразить физическую атаку, он глубоко заблуждался. Наоборот, ему нужно было встать между Вэй Ином и чрезвычайно нестабильным главой Ордена Цзян. С этой целью он немного крепче сжал бёдра своего молодого человека и мягко, но настойчиво убедил его отойти в сторону. Вэй Усянь посмотрел на него слегка паническим взглядом, безмолвно умоляя, скорее всего, не перекраивать лицо Цзян Ваньиня, и Ванцзи не смог удержаться от лёгкой улыбки. — Мне понадобится двадцать минут, — Ванцзи снизошёл до ответа на вопрос брата, продолжая держать одну руку на талии возлюбленного. — Глава Ордена Цзян, вы позволите ему попробовать? — быстро перебил Сичэнь. Впечатляющая гамма цветов промелькнула на лице Цзян Ваньиня. Яростный красный, пепельно-белый страх, и теперь лиловый оттенок чего-то гораздо более уродливого, чем всё остальное. Ванцзи на мгновение встревожился за здоровье этого мужчины. Безусловно, такая расстроенность была чрезмерной и неоправданной. Как бы то ни было, это будет безопаснее, чем позволить Вэй Усяню заняться Сопереживанием. — Ладно! — упрямо сплюнул Цзян Ваньинь. — Как только я замечу, что ты делаешь ей больно или что-то идёт не так, я выпущу тебе кишки. — Ай-я! Прекрати, Цзян Чэн! — рявкнул Вэй Усянь. — Он пытается помочь, мы все пытаемся помочь! Палец Цзян Ваньиня поднялся и угрожающе ткнул в сторону Вэй Усяня. — Иди ты на хер со всем своим дерьмом! Ты хоть представляешь, какую херню мне придётся сделать, чтобы провести вас, ублюдков, тайком? Тебе повезло, что Цзиньчжу и Иньчжу сейчас на задании! Кем бы ни были эти двое, они заставили Вэй Усяня замереть от тревоги. Ванцзи это не понравилось. Возможно, ему стоит попросить брата прислать ему досье на действующих боевых заклинателей Юньмэна. Как ещё он сможет защитить от них своего возлюбленного, если не будет знать, кто представляет угрозу, а кто нет? — Зачем нам куда-то тайком пробираться? Ты же теперь глава Ордена, разве нет? — огрызнулся Вэй Усянь с самой милой на свете надутой губой. — Господа, — снова заговорил Сичэнь, его глаза сверкнули той твёрдой решимостью, которую Ванцзи видел только в напряжённых ситуациях. — Наши защитные барьеры приватности предназначены только для подавления звука. Не забывайте, что мы сейчас прячем беглых преступников. * * * Вэй Усянь застонал, энергично почёсывая голову после того, как снял вязаную шапку. Ему никогда не повторить ту чёлку, которую сделала стилистка. Но раз уж они оставались на ночь в Илине, он не видел особого смысла поддерживать «маскировку». Цзян Чэн их обнаружил, как и Лань Сичэнь. Видимо, это было связано с тем, что обеспокоенный Лань Ичень объяснил ход событий, что позволило Сичэню разобраться. Зная Лань Ванцзи так, как он его знал, предположительно, догадаться, куда они направятся, было несложно. Это показалось ему немного предсказуемым, и он на мгновение задумался, не поймали ли и не допросили ли также Не Хуайсана. Появление Цзян Чэна, по крайней мере, имело смысл. Ни на секунду Вэй Усянь не подумал, что они установят на двери бесшумную сигнализацию. Такое случалось только на активных местах расследования или в районах с крайне нестабильными или опасными условиями. Сигнализация в лучшем случае была ненадёжной, по крайней мере, когда дело касалось сверхъестественного. Датчики движения могли сработать от зверей-яо или движущихся предметов, потревоженных мстительными духами, и многого другого. Негативная энергия также каким-то образом портила электронику, не давая ей работать должным образом. Нахождение в самом сердце одной из самых печально известных зон, пропитанных энергией обиды, означало, что в Илине часто случались цифровые отключения электричества. Как побочный эффект, сам город полагался на аналоговые системы больше, чем где-либо ещё в стране. Это было похоже на шаг назад во времени, однако существовали компании, такие как Jin Cultivation Technologies, которые активно инвестировали в этот район, чтобы продвигать на рынке свою экранированную цифровую технологию. Если вы не могли избавиться от проблем с отключениями, вы тратили немного больше денег, чтобы Jin Cultivation Technologies обновила ваши системы. Если бы не расстояние, любой мог бы подумать, что Илин является частью территории Ланьлина. Если Юньмэн Цзян решил установить наблюдение за складом и поставить сигнализацию на двери, они, вероятно, наняли бы Jin Cultivation Technologies для установки системы. Означало ли это, что у следа бабочки было объяснение? Как только он подумал об этом, Вэй Усянь отмёл эту мысль. Эти массивы-ловышки были активны и опасны. Даже если бы Ланьлин Цзинь нанимал заклинателей в свою технологическую компанию, они не были бы боевыми заклинателями. Эти массивы прошлись бы по ним как нож сквозь масло. Может быть, Ланьлин действительно хотел захватить Илин? Неужели они устроили появление того яо, который уничтожил отряд Цзянов? Это казалось немного чрезмерным даже для этих напыщенных придурков. Он нахмурился, стягивая рубашку, прежде чем ослабить ремень штанов. Если бабочку нельзя было объяснить, могли ли они игнорировать рукав мантии Вэней? — О чём ты думаешь? — Тепло тела Лань Ванцзи коснулось его обнажённой кожи, и Вэй Усянь лукаво ухмыльнулся. Если бы дверь между двумя номерами не была оставлена широко открытой по настоянию Цзян Чэня, он бы, возможно, насладился тем, что его молодой человек находится с ним в гостиничном номере. Похоже, его бывшему брату по Ордену было трудно принять мысль о том, что они будут обниматься. Он также заявил, что должен «присматривать» за ними, чтобы они не сбежали ночью. — Просто думаю о деле, — ответил он, откидываясь назад на своего молодого человека. К чёрту Цзян Чэна и его чувствительную душу. Вэй Усянь будет обниматься с Лань Чжанем, даже если здание загорится. — Я не могу понять, кто за этим стоит. Пальцы Лань Ванцзи скользнули вокруг его талии, они дразнили живот Вэй Усяня, а подбородок возлюбленного мягко опустился на его плечо. — Сичэнь не решается обвинить какую-то одну группу. Он верит в улики. Неважно, на кого они, в конце концов, укажут, он проследит, чтобы справедливость восторжествовала. Вэй Усянь усмехнулся и повернул голову ровно настолько, чтобы поцеловать Лань Ванцзи в щёку. — Даже если это кто-то, кто ему нравится? — Мм. — Вы двое лучше не занимайтесь там хернёй! — голос Цзян Чэна внезапно нарушил тишину комнаты. — Я вас вижу! — Тогда не смотри! — огрызнулся Вэй Усянь. — Какого хрена ты вообще раздеваешься? — Чтобы принять душ! Ты и там хочешь за мной наблюдать? — Он устал о тот, что его спрашивают каждой мелочи. — Тогда иди в грёбаный душ… один! Неудовольствие Лань Ванцзи вырвалось мягким рыком, который прокатился по спине и шее Вэй Усяня. Ему захотелось растаять в руках своего возлюбленного и умолять его повторить это снова. Чёрт возьми, он хотел разделить душ со своим молодым человеком-полубогом и умолять его использовать те модные заклинания тишины, чтобы заставить его молчать, пока сам Лань Чжань будет его разбирать совсем не безопасным для работы способом! — Лань Чжаню нужно провести обмен энергией. Почему бы вам не обсудить дела Орденов с главой Ордена Гусу Лань, пока мы этим занимаемся? — предложил он, зная, что это разозлит его брата, не по крови, но по сути. Может ли он до сих пор называть Цзян Чэна так? Это ранило каждый раз, когда Вэй Усянь позволял себе думать о том, что с тех пор, как его выгнали, от Цзян Чэна не было ни слуху ни духу. Не то чтобы это была полностью вина Цзян Чэна. Когда его уволили, его телефонную линию отключили, и его номер тоже аннулировали. Вэй Усянь быстро перезапустил его по своему собственному независимому плану, но ему всё равно дали новый номер. Он написал Цзян Чэну, чтобы сообщить. Сообщение было прочитано, и больше он от него не слышал ни слова. У него ещё не дошли руки дать ему сдачи за то, что тот пропал. Последнее, что Вэй Усянь хотел услышать, — это то, что его бывший младший боевой брат его отвергает. Они выросли вместе, их воспитывали как братьев, и они бок о бок изучали боевое совершенствование. В юности их целью было догнать Яньли и присоединиться к ней в МПС. Мать готовила её к наследованию Ордена, в то время как дядя Цзян сосредоточился на тренировке Цзян Чэна для этой роли. Это вызывало не одну ссору в семье Цзянов, и только после того, как Яньли приняла предложение о помолвке от Цзинь Цзысюаня, этот вопрос был улажен. Цзян Чэн унаследует Орден, а Яньли через свой брак построит мост между Цзянами и Цзинями. Яньли, казалось, была рада такому решению, хотя Вэй Усянь иногда задавался вопросом, не жалеет ли она об этом. — Вэй Усянь! — возмущённый голос Цзян Чэна прозвучал отчётливо. — Какого хрена он тебе для этого нужен!? — Цзян Ваньинь, — голос Сичэня прокатился между двумя комнатами. — Вэй Усянь проходит терапию для восстановления своего повреждённого золотого ядра. Это её часть… Дверь между двумя комнатами закрылась с тихим щелчком, и Вэй Усянь оглянулся поверх плеча своего молодого человека, чтобы посмотреть на неё. — Это ты сделал, эр-гэгэ? — Нет, Сичэнь, — ответил Лань Ванцзи, осыпая мягкими поцелуями плечо Вэй Усяня и поднимаясь по шее. — Он это сделал? — Его сбивчивые слова перешли в тихий вздох, когда он почувствовал, как зубы скребут нежную кожу под ухом. — Хочешь, чтобы я остановился? — спросил Ванцзи, его губы дразнили ухо возлюбленного. — Не-е-ет! — По правде говоря, Вэй Усянь хотел большего! Намного большего! Лань Ванцзи издал довольный звук, проводя своими прекрасными руками вниз по животу Вэй Усяня, чтобы помог ему снять штаны. Они были такими удобными и свободными, что много усилий не потребовалось. Ткань сползла по бёдрам и собралась вокруг лодыжек. Он внезапно оказался почти полностью голым, в то время как Лань Ванцзи не снял ни одного грёбаного слоя! — Эр-гэгэ! — Вэй Усянь потянулся назад, запутав пальцы в длинных шелковистых волосах своего молодого человека, и настойчиво притянул его голову вниз. — Если ты продолжишь в том же духе… тебе, возможно, придётся заткнуть меня. Его сердце застряло в горле, когда его идеальный молодой человек снова издал один из тех сексуальных рыков и начал толкать Вэй Усяня к ванной комнате. — Вэй Ин должен быть тихим. — Как я могу быть тихим, Лань Чжань!? Ты собираешься меня изнасиловать! Что скажет мой молодой человек? — поддразнил он, восхищённый поворотом событий. Сегодня был тяжёлый день, ему это было нужно. Вэй Усянь ахнул, когда зубы Лань Ванцзи вонзились ему в плечо. Это, несомненно, означало, что его сейчас грубо затащат в душ, но в то время как он был почти гол, Лань Ванцзи до сих пор был полностью одет. Как только эти почти наказывающие зубы покинули его плечо, Вэй Усянь развернулся, чтобы посмотреть в лицо объекту своего желания. — Душ? — спросил он между вздохами. Это помогло бы заглушить звуки для тех чувствительных заклинательских ушей в соседней комнате. — Мм. — Лань Ванцзи мгновенно согласился и начал снимать с себя одежду. Вэй Усянь почувствовал укол любви, наблюдая, как его возлюбленный мило борется с облегающими штанами. Он знал по опыту, как трудно снять обтягивающие штаны в конце ночи, а эти брюки были мягкими и ничего не скрывали. У Вэй Усяня был очень хороший обзор того, насколько возбуждён был его ходячий Адонис! — Позволь мне, — предложил он и пальцами потянул за расстёгнутые штаны, чтобы стянуть их с тела Лань Ванцзи. Вэй Усянь присел на корточки перед своим молодым человеком, губы, не касаясь, скользнули вдоль его бедра. Он поднял взгляд, чтобы увидеть, как его возлюбленный стаскивает с себя свою сексуальную чёрную водолазку, и подавил желание потискать эти идеально очерченные мышцы пресса. Потребовалось усилие, чтобы оставаться сосредоточенным на необходимой задаче по снятию штанов. Когда же они исчезли, и он увидел, как член Лань Ванцзи непристойно топорщится под мягкой тканью его тёмных боксеров, он не смог удержаться. Вэй Усянь провёл ногтями вверх-вниз по длинным ногам своего молодого человека и уткнулся лицом прямо в этот твёрдый бугор. Лань Ванцзи издал мучительный стонущий вздох и сжал волосы возлюбленного в кулак. С мучительной осторожностью Вэй Усянь стянул с него трусы. Их первый раз вместе был лихорадочным и полным нужды. Он знал, что его молодой человек хорошо одарён, но, оказавшись в одном дыхании от этого монстра между ног Лань Ванцзи, Вэй Усянь почувствовал трепет. Это было не столько желанием попробовать своего молодого человека на вкус, сколько потребностью. Не колеблясь, он прошёлся губами вдоль всего этого великолепного члена, пока не смог поцеловать головку. — Вэй Ин! — Шипящий зов его имени дразнил уши Вэй Усяня, подбадривая его. Проводя языком по щели, он поднял взгляд и втянул Лань Ванцзи в рот. Горячий и твёрдый, его член давил на язык Вэй Усяня, как тяжесть. Слюна собралась во рту, заставив его пускать слюни на член возлюбленного, пока он медленно брал всё больше и больше этой твёрдой длины. С каждым движением головы губы Вэй Усяня скользили всё дальше вниз по стволу Лань Ванцзи. Когда Вэй Усянь почувствовал резкий рывок за волосы, он захныкал, жадно посасывая член во рту. Он хотел заставить своего идеального, великолепного возлюбленного развалиться на части. Он также очень хотел, чтобы его трахнули. Тёмное, заворожённое выражение лица Лань Ванцзи только подбодрило его продолжать, и Вэй Усянь скользнул рукой с бедра своего молодого человека к промежности и обхватил его тяжёлые яйца, сжимая и массируя их. Щёки Вэй Усяня впали, когда он сосал, отводя голову назад, но пока только головка Лань Ванцзи оставалась между его губ. Он вздрогнул от гортанного стона своего возлюбленного и ахнул, задыхаясь от члена мужчины. — Тебе нравится? — спросил он, язык дрожал на головке. Лань Ванцзи зашипел, удерживая голову Вэй Усяня неподвижно, пока он двигал бёдрами, медленно вталкиваясь в его рот. — Делай это как следует. Весь шум в голове Вэй Усяня стих, и он заскулил на члене Лань Ванцзи. Он хотел. Боже, он хотел сделать это так хорошо, чтобы его молодой человек прижал его к чему-нибудь и сломал. Его собственный член ныл от потребности, и он следил за тем, чтобы его губы были плотно сомкнуты вокруг Лань Ванцзи, посасывая и извивая языком, чтобы свести его с ума. Глаза Лань Ванцзи слегка расширились, и его нежное, медленное покачивание запнулось резким толчком. Это заставило член продвинуться дальше в рот Вэй Усяня, и тот упёрся в заднюю стенку горла. Вэй Усяня затошнило, глаза его почти мгновенно наполнились слезами, слюна вытекла из уголка рта и устремилась вниз по подбородку. Оставив попытки дразнить яйца Лань Ванцзи, Вэй Усянь упёрся обеими руками в его бёдра. — Ты в поря…? — Голос Лань Ванцзи оборвался, превратившись в стон, когда Вэй Усянь начал активно сопротивляться попытке стащить его с члена. Вэй Усянь попытался сказать ему, что всё в порядке, но его рот был занят, и слова превратились в жужжащее невнятное бормотание, которое щекотало член Лань Ванцзи. Казалось, это разрушило сдержанность его хладнокровного молодого человека, потому что следующее движение его бёдер снова заставило этого монстра забиться в горло Вэй Усяня. Хотя теперь он знал, чего ожидать, это вызвало у него грязный звук удушья, когда он заглатывал член Лань Ванцзи. Лишняя слюна сделала весь процесс скользким и неряшливым делом. Вкус этого мужчины лишил Вэй Усяня остатков мыслей. Он просто хотел большего и сопротивлялся каждый раз, когда Лань Ванцзи пытался оттянуться назад, чтобы проверить его состояние. Неважно, что он задыхался и давился, Вэй Усянь хотел проглотить его целиком, просто чтобы посмотреть, как долго он продержится, прежде чем потребность в воздухе перевесит всё остальное. Слёзы склеили ресницы и затуманили зрение, но он не сдавался. Казалось, прошла вечность, возможно, так и было, у него не было чувства времени. Всё, что он знал, — он становился лучше в том, чтобы брать этот член, и Лань Ванцзи с энтузиазмом соглашался «кормить» его им. Вэй Усянь перешёл от того, что упирался в бёдра своего молодого человека, к тому, что обнимал его и лапал за задницу. Всё, чтобы притянуть возлюбленного ближе, утолить свою жажду, которую он сам уже не до конца осознавал. — Вэй Ин! Я… это… я… — заикаясь, произнёс Лань Ванцзи, и его уши покраснели, а на безупречных скулах появился мягкий розовый румянец. Эти яркие золотые глаза почти полностью почернели из-за того, как сильно расширились его зрачки. Это вызвало у Вэй Усяня трепет. Он снова всхлипнул, зарываясь носом в тело Лань Ванцзи. Этот большой ствол толкнулся в заднюю стенку его горла, и он судорожно сглотнул, извиваясь на коленях, пока глотал член своего молодого человека. Сдавленный звук над головой и жжение на коже головы от того, как Лань Ванцзи сжимал его волосы в кулак, — всё говорило ему, как хорош он был. Горло Вэй Усяня сжалось очередным глотком вокруг вторгшейся твёрдой длины. Лань Ванцзи издал самый восхитительный выбитый звук, который он когда-либо слышал. Всё его тело начало дрожать и напрягаться, затем его член начал пульсировать на языке, и горячая сперма покрыла его горло. Её было так много, что она вспенилась у него во рту, просачиваясь сквозь губы. Он отстранился ровно настолько, чтобы почувствовать, как следующая струя густой жидкости покрывает его язык. Это был, безусловно, самый эротичный опыт в его жизни. На вкус она была солёной и немного горьковатой, но он уже полюбил это и позволил густой массе оседать на языке. Он схватился за основание члена Лань Ванцзи и несколько раз провёл вверх и вниз, что вырвало ещё один стон у его идеального молодого человека. Вэй Усяня особенно восхищало то, насколько разбитым выглядело выражение его лица. Когда Лань Ванцзи, задыхаясь, кончил, он наконец смог вернуть самообладание и отстранился. Его глаза выглядели встревоженными, и он беспомощно огляделся, прежде чем поднёс руку к подбородку Вэй Усяня. — Выплюнь. Что? Мозг Вэй Усяня отчаянно пытался осмыслить то, что ему сказали делать. Зачем ему что-то выплёвывать? Ему нравился вкус спермы его молодого человека. Он моргнул, глядя на Лань Ванцзи, вызывающе держа рот плотно закрытым, и покачал головой. Он, вероятно, выглядел совершенно нелепо. — Вэй Ин, выплюнь, — твёрдый тон Лань Ванцзи был действительно сексуальным. Было обидно, что на нём всё ещё были его трусы, но Вэй Усянь не мог перестать гладить бёдра возлюбленного, чтобы устранить эту проблему. Всё, что, казалось, умел Вэй Усянь, — это то, что он не собирался выплёвывать то, что дал ему его молодой человек. Вместо этого он проглотил, открыл рот и высунул язык для пущего доказательства того, что сделал это. — Лань Чжа-а-ань, — его голос звучал хрипло и в конце жалко сорвался. — Почему на мне всё ещё есть одежда? Прежде чем Вэй Усянь успел даже подумать о реакции возлюбленного, Лань Ванцзи подхватил его, подкинув его возбуждённое тело в воздух, пока тот не оказался переброшенным через плечо. Вэй Усянь издал короткий удивлённый вскрик и заливисто расхохотался. Горячая ладонь шлёпнула его по заднице, и, пока он визжал от шока, трусы были стянуты. — Ты шлёпнул меня! — Мм. Мир начал клониться и качаться с каждым шагом. Не успел Вэй Усянь опомниться, как они оказались в душе, и горячие струи воды ударили по его коже. Лань Ванцзи опустил его не сразу. Казалось, ему нравилось, как его напарник извивается и вскрикивает, пока его задница исполняет роль новой игрушкой для сжимания. Только когда он чуть не соскользнул с плеча своего молодого человека, его поправили и поставили на пол. Они оказались лицом друг к другу и сцепились возбуждёнными взглядами. — Лань эр-гэгэ, твоя лобная лента испортится! Не думая, Вэй Усянь потянулся вверх и ухватился за шелковистую ткань, пока та не ослабла в его руках. Лань Ванцзи замер, его волосы рассыпались по лицу. Лента не так уж сильно их удерживала, но за неимением ничего другого она справлялась с задачей убирать волосы с лица мужчины. Где-то в глубине сознания Вэй Усянь знал, что лента важна. Честно, знал, поэтому и освободил её. Прежде чем он успел даже дотянуться, чтобы убрать эту ленту за пределы душа, Лань Ванцзи схватил его и толкнул, пока его спина не ударилась о стену душа. Пальцы обхватили его мучительно твёрдый член, а губы столкнулись с его собственными. Каждый крик и протест были проглочены их поцелуем, а лобная лента осталась зажатой в кулаке Вэй Усяня, совершенно мокрая и почти забытая. Тугое трение вокруг его члена казалось раем, и он начал подаваться бёдрами в руку Лань Ванцзи, издавая гортанные звуки, когда его снова толкнули обратно к кафельной стене душа. Слегка безумный блеск сверкнул в глазах его возлюбленного, когда он отстранился, тяжело дыша. Вэй Усянь испытывал какой-то извращённый восторг от того, насколько агрессивно всё развивалось. Он хотел прикоснуться к щеке своего молодого человека и, чуть не выронив лобную ленту, озорно усмехнулся. — Теперь она вся мокрая… Вэй Усянь накинул ленту на шею Лань Ванцзи и игриво потянул, используя её, чтобы возлюбленный оказался ближе. — Вэй Ин этого хочет? — мрачно спросил тот, мучительно медленно двигая рукой вверх и вниз по члену Вэй Усяня. Неважно, имел ли он в виду сам акт, лобную ленту или что-то совсем другое. Если это исходило от Лань Чжаня, Вэй Усянь хотел этого. Он кивнул, и с его губ сорвался всхлип, когда рука на его члене замерла. — Лань Чжань! Эр-гэгэ! — Каждая попытка кончить в эту руку останавливалась, и он чувствовал себя почти отчаявшимся. — Я хочу этого! Правда! Не… ах! Не останавливайся? Дрожь удовольствия прокатилась по нему в ту же секунду, как рука Лань Ванцзи снова начала двигаться, восхитительно надрачивая его член. Его голова стукнулась о стену душа, и он издал стонущий звук нужды. Могучее бедро вклинилось между ног Вэй Усяня, добавляя мучительное давление на его чувствительные яйца. Такими темпами он долго не протянет! — Вэй Ин должен быть тихим. — Губы Лань Ванцзи дразнили мочку его уха. — Держись за меня. — Ах! Лань Чжань! — Как, чёрт возьми, он мог молчать? Было слишком хорошо! — Чёрт, я… я не… я… — Что тебе нужно? — Губы прижались к его губам в почти ленивом поцелуе. Как он мог ответить, когда его рот был занят!? Вместо этого он застонал в поцелуй, его слова затерялись между ними, пока он цеплялся за плечи Лань Ванцзи. Он был вознаграждён тем, что давление, удерживающее его неподвижно, исчезло. Вэй Усянь прижался к бедру возлюбленного, насаживаясь на его руку, отчаянно желая найти освобождение. Это не заняло много времени. Вскоре он уже кричал в шею Лань Ванцзи, экстатическое удовольствие мурашками побежало вверх по позвоночнику, а его член запульсировал, покрывая руку и живот возлюбленного его освобождением. Вэй Усянь чувствовал себя так, словно лишился костей. Его ноги дрожали и грозили подкоситься, когда он прижимался к стене мышц перед собой. Они оба тяжело дышали. Ему показалось, что он услышал щелчок колпачка, но следующее, что он осознал, — что-то скользкое орудовало между его ягодицами, и он почувствовал горячее жгучее давление от пальцев, врывающихся внутрь него. — Ах! Лань… Лань Чжа-а-ань! — Широко раскрыв глаза, он уставился на стоящего перед ним молодого человека. Покалывающее ощущение от его оргазма ещё не утихло, и жгучее растяжение заставило его член отчаянно дёрнуться между ними. Лань Ванцзи хмыкнул, укусил Вэй Усяня за челюсть, ав потом и вовсе засосал его кожу, оставляя синяк на шее. Вэй Усянь любил это! — Не оставляй следы! Мой молодой человек… нгх! Ах! Лань Чжань! Пальцы в его заднице начали безжалостно двигаться, и Вэй Усянь внезапно понял, к чему всё идёт. Поначалу он наивно думал, что всё ограничится только руками и ртом, но теперь, когда он обратил внимание, он чувствовал, как член Лань Ванцзи прижимается к его бедру. Он снова великолепно твёрдо стоял, и Вэй Усянь жалобно заскулил. — Ты такой зверь! Ханьгуан-цзюнь! Ты сломаешь своего Вэй Ина! — взволнованно затараторил он, время от времени вскрикивая, когда пальцы раздвигались в его заднице, растягивая его. Что бы это ни было за скользкое вещество, оно творило чудеса с его дырочкой. Его спина скользила по холодной плитке, пока он извивался, закидывая ногу высоко на бедро Лань Ванцзи. Шелковистая лента всё ещё свисала с плеч его возлюбленного, и у Вэй Усяня промелькнула мысль использовать её как поводок, чтобы притянуть своего молодого человека туда, где он был нужнее всего. — Вэй Ину нужно молчать, — прорычал Лань Ванцзи и впился зубами в шею Вэй Усяня, словно так хотел доказать свою правоту. Это ничуть не заставило его замолчать. Вместо этого Вэй Усянь завыл и забился в руках своего молодого человека. — Нгх! Лань Чжань! Делай это сейчас! Чёрт! Пожалуйста?! Пощади, эр-гэгэ! Он схватился за оба конца лобной ленты и потянул, просто чтобы посмотреть, что из этого выйдет. Его молодой человек издал один из самых звериных звуков, которые он когда-либо слышал, и прижал Вэй Усяня к плитке, заставив его потерять опору. Он с криком вцепился в Лань Ванцзи, а золотые глаза его возлюбленного вонзились в него. Никогда прежде Вэй Усянь не чувствовал себя жертвой до этого самого момента. Эти коварные пальцы выскользнули из его задницы, и он заныл, не в силах остановить своего возлюбленного! — Руки. Он не двинулся, моргая под струями душа, драматично надув губы. — Чжань-эр, будь хорошим мальчиком, ты такой грубый со своим Вэй Ином. Я ведь могу и правда сломаться. Ты этого хочешь? Возможно, Вэй Усянь и был новичком во всей этой близости, но он заметил, как Лань Ванцзи реагировал на его поддразнивание. Он провёл последний месяц, изучая микровыражения этого человека, и чувствовал, что хорошо понимает, что по-настоящему сводит его с ума. К тому же он обнаружил, что ему очень нравится чувствовать себя нежным и уязвимым перед этим богоподобным мужчиной. Это возбуждало его и вызывало трепет так, как он никогда не ожидал, и он подсел на погоню за этим ощущением. — Вэй Ин! — Лань Ванцзи звучал почти нечеловечески. — Дай мне свои руки. — Я упаду! — запротестовал он. Чтобы решить эту дилемму, Лань Ванцзи немедленно схватил его за бёдра и поднял, плотно прижимаясь к нему. Вэй Усянь чувствовал, как этот толстый член трётся о его задницу, и сцепил лодыжки за спиной возлюбленного. Весь его вес теперь был на Лань Ванцзи, и тот практически смотрел в ожидании, пока он сделает то, что ему велели. — Ч-что ты собираешься делать? — спросил Вэй Усянь, облизывая губы. Отсутствие прикосновений так, как он хотел, сводило его с ума. Казалось, достигнув предела, Лань Ванцзи схватил его руку и потянул вниз, между ними, прежде чем повторить действие с другой рукой. Вэй Усянь выгнулся у стены душа, желая большего и не совсем понимая своё положение. Одна большая рука сжимала его запястья вместе, в то время как другая сняла с плеч ленту с вышитыми облаками. — Я дарю её тебе, — серьёзно ответил Лань Ванцзи, обматывая мокрый шёлковый материал вокруг его теперь уже связанных запястий. — Лань Чжань! Что ещё он мог сказать!? — Тише, остальные услышат, — предупредил его молодой человек, начиная вязать один мёртвый узел за другим в бесконечной цепи, чтобы плотнее скрепить его запястья. Вэй Усянь дёрнулся, пытаясь ослабить ленту. Она была не зверски тугой, но и не настолько свободной, чтобы попытаться выскользнуть из её плена. К тому же этот человек ещё и выбрал мёртвый узел! В душе его будет практически невозможно развязать, даже если каким-то чудом удасться добраться до него пальцами! — Ай-я! Ты так хорошо меня связал! — Вэй Усянь озорно усмехнулся и обхватил руками шею Лань Ванцзи так, что его связанные запястья оказались у него за затылком. Если он не мог использовать ленту как поводок, ему придётся использовать всё своё тело. — И что ты теперь со мной сделаешь? Я беспомощен! Я не могу сопротивляться! Ты воспользуешься этим бедным, невинным юношей? — Вэй Ин! — Губы Лань Ванцзи дрогнули, и он крепко поцеловал возлюбленного, в то время как его большие руки сильно сжали его талию. — Отвечай за свои слова. Все остроумные насмешки, которые Вэй Усянь планировал произнести, испарились с криком, когда головка члена Лань Ванцзи пробила себе путь в его тугую задницу. Руки Вэй Усяня напряглись, притягивая возлюбленного ближе, их лбы соприкоснулись. Это было намного больше, чем он помнил с прошлой ночи! Как?! — Аргх! Ты меня сломаешь! Боже, как больно, Лань Чжань! — Вэй Усянь почувствовал, что мужчина колеблется, и застонал, сжимая его бёдрами, чтобы подбодрить. — Только посмей остановиться сейчас! А-а-а! Вэй Усянь наконец начал пожинать плоды, посеянных им зёрен: Лань Ванцзи резко двинул бёдрами вперёд, входя глубже в его задницу. Растяжение жгло, он напрягся и громко закричал, не в силах вспомнить ни одной уважительной причины, почему они должны были вести себя тихо. Всё, что имело значение, — что его разорвали на части большим членом Лань Чжаня, и он, чёрт возьми, обожал это! — Я не смогу ходить! Помогите! Ах! Лань Чжань! Пощади! — вскричал Вэй Усянь, откинув голову назад и ударившись затылком о кафельную стену душа. — Вэй Ин! — Казалось, контроль Лань Ванцзи был разрушен, когда он начал направлять Вэй Усяня вверх и вниз по своему толстому стволу, трахая его у стены душа без всякой пощады! Пальцы его ног скручивались, чем глубже этот монстр проникал в него, и когда тот коснулся его простаты, Вэй Усянь громко заскулил. Настолько громко, что Лань Ванцзи пробормотал что-то горячее и непристойное, прежде чем он запечатал крики напарника своими губами, жадно пожирая его рот. Однако урон уже был нанесён. Что-то резко застучало вдалеке, пока Вэй Усянь умолял между вздохами о большем, а затем он услышал тревожный крик. — Какого хера… аргх! Мои глаза! — разгневанный голос Цзян Чэна перешёл в звуки рвоты. Лань Ванцзи замер, и Вэй Усянь почувствовал, как его сердце отчаянно колотится о грудную клетку. Он взглянул через плечо возлюбленного и увидел своего бывшего брата по Ордену, согнувшегося пополам с закрытым ртом, и отмахнулся от этого. Чёрт возьми, не тогда, когда он был так близко! — Лань Чжань! — громко ахнул Вэй Усянь. — Если ты сейчас остановишься, клянусь богом, я тебя, блядь, убью. — Твою мать! Мои глаза! — взвыл Цзян Чэн. Саньду с грохотом упал на кафельный пол ванной, и через мгновение его бывший младший боевой брат исчез из виду. — Я пытался тебя предупредить, — эхом раздался приглушённый голос Сичэня в крошечной ванной, но его нигде не было видно. — Я серьёзно, Лань Чжань. — Вэй Усянь задыхался. — Трахай меня. Трахай своего сладкого Вэй Ина. Быстрее! — Ванцзи, Усянь, не слишком затягивайте. — Какого чёрта Сичэнь вообще их звал??? Уже поздно. Разве хорошие маленькие Лани не ложатся спать? — Не сейчас, старший брат! — громко прорычал Лань Ванцзи, почти полностью выйдя из возлюбленного, прежде чем снова глубоко вонзиться в него. Вэй Усянь прикусил его плечо, делая всё возможное, чтобы заглушить свой крик чистого восторга, содрогаясь и переживая мини-оргазм в самый неподходящий момент, известный человечеству! Боже, неужели у него фетиш на публичный секс? — Слишком долго!? Ты позволишь этим ублюдкам… продолжать… аргх! Хрк! — Цзян Чэн звучал так, будто его либо затыкали, либо ему было плохо. Как получилось, что они всё ещё были в комнате? Ладно, их не было в ванной, но дверь в ванную тоже не была закрыта! Прохладная покалывающая энергия наполнила меридианы Вэй Усяня вместе со следующим резким толчком, и его глаза закатились. Он ответил тем же, открываясь Лань Ванцзи, делясь с ним духовной энергией, что было очень трудно, поскольку он не мог использовать традиционную точку входа на запястье своего напарника! Это, казалось, не имело значения: они были соединены вместе, и физически, и духовно, и это кружило ему голову. — Че-… нргх! Ахх! Ты мо-оох! — Вэй Усянь чувствовал, что у него текут слюни, когда темп ускорился, а с его губ слетали слова, влажный шлепающий звук отражался от стен душа. — Г-глубже, Лань Чжа-а-ань! — О боже! — чопорный ответ Сичэня был бы смешным, если бы разум Вэй Усяня не взрывался от чистого экстаза в тот момент. Его пятки впились в поясницу Лань Ванцзи, и он оттолкнулся от стены насколько мог, просто чтобы заставить своего молодого человека каким-то образом вонзиться в него ещё сильнее, если это было возможно. — Откуда мне было знать, что они будут… заниматься этим! — Голос Цзян Чэна стал тише, возможно, подальше. — Дверь была открыта настежь! Нгх! Меня сейчас… тьфу! Вскоре единственными звуками остались хрипы и вздохи Лань Ванцзи и ритмичные, пусть и сбивчивые, хлопки их тел, сталкивающихся друг с другом. Обмен энергией ничуть не ослабевал, наоборот, казалось, что он стал ещё интенсивнее. Всё существо Вэй Усяня начало подниматься на волне пугающе сильного удовольствия, и с его губ сорвался высокий крик. Он вскинул руки и притянул голову Лань Ванцзи к себе. — Вэй Ин! — пальцы впились в ягодицы, располагая его так, как хотел его возлюбленный. — Такой тугой! — Ла-ань Чжа-а-ань! — Слова были ему не подвластны. Тело Вэй Усяня напряглось, выгибаясь навстречу его молодому человеку, когда он начал бешено выплёскиваться. Вся эта восхитительная энергия бурлила в нём, прохладная и покалывающая, но в то же время почему-то наполняющая его теплом и негой. Она собиралась в его золотом ядре, беспорядочно кружась. В один прекрасный, захватывающий дух момент его мозгу удалось связно задаться вопросом, что произойдёт, если это прямо сейчас сломает его. Затем мысль исчезла, и на краях его зрения замелькали яркие пятна цвета. — Вэй Ин! — Всё тело Лань Ванцзи задрожало, и он сильно вонзился в его покорное тело, входя членом как можно глубже. Вэй Усянь почувствовал непристойное тепло спермы, заливающей его внутренности. Член Лань Ванцзи пульсировал внутри его тела, и каждая мышца напряглась, стремясь удержать его внутри как можно дольше. Горячий воздух защекотал ухо, когда Лань Ванцзи застонал, прижавшись к нему, и Вэй Усянь был очень рад, что его руки были связаны. Иначе ни за что на свете он бы не удержался на месте. Когда чувства начали возвращаться к нему, вся ванная была наполнена паром, а покалывающий поток энергии всё ещё приятно струился по нему. Интенсивность улеглась во что-то нежное и совершенное, отчего Вэй Усянь стал сонным, и его ухмылка казалась расслабленной, будто он был под наркозом. Он даже не знал, что делать, кроме как плыть по восхитительным волнам посторгазменного блаженства. Мягкие губы прижались к его губам, и он застонал в поцелуй. Возможно, он умер, и это был его рай? Лань Ванцзи сменил позу, и его член задвигаться внутри зада Вэй Усяня. Это вырвало из него шипение. Точно, не рай. Он не умер. — О-ох! Нежно! Я… ах-х… я сломан, — выдохнул Вэй Усянь, откидываясь назад достаточно, чтобы сфокусировать взгляд на мужчине, которого любил. — Лань Чжань, мне кажется, меня только что разорвало пополам. Его молодой человек фыркнул и легонько поцеловал его, прежде чем прижаться лбом к его лбу. — Тш-ш-ш. Расслабься, Вэй Ин. — Я так расслаблен, что чувствую себя лужей, — протянул тот, чувствуя себя почти пьяным. — Ты не сломан, — очередной поцелуй приземлился на его плечо. — Расслабь ноги. — Я упаду! — Я держу тебя, — пообещал Лань Ванцзи. — Ты не упадёшь. Каким-то образом он полностью поверил этому. Вэй Усянь моргнул, глядя в глаза самому красивому мужчине, которого он когда-либо знал. — Обещаешь? — Мм. Вэй Уснь вздрогнул, чувствуя, как большие руки нежно скользят вверх и вниз по его бёдрам. Потребовалось усилие, чтобы расслабить ноги. Почему-то было трудно отпустить, и он нахмурился, глядя на свои руки, запоздало вспомнив, что его запястья были связаны и петлёй накинуты на шею Лань Ванцзи. Вэй Усянь медленно приходил в чувства, ноги стали как ватные. Пальцы возлюбленного разминали его ягодицы, поддерживая его всё это время, и как только его лодыжки наконец ослабили свою мёртвую хватку за спиной мужчины, нежно сняли его с этого чудовищного члена. Вэй Усянь жалобно заскулил и задрожал, чувствуя, как тёплая сперма стекает по его бёдрам. Он одновременно ощущал опустошённость и покинутость, даже если они всё ещё делились энергией друг с другом. Это действительно не имело смысла, и у него возникло внезапное желание просто повиснуть на возлюбленном, каким-то образом зная, что тот позаботится обо всём, если он это сделает. Лань Ванцзи снова поцеловал его, мягко хваля и помогая твёрдо встать на ноги. Он оставался рядом, вторгаясь в личное пространство Вэй Усяня, в то время как его руки начали прокладывать путь по его телу. Запоздало Вэй Усянь понял, что в руках у возлюбленного мыло, и он его моет. Ему не нужно было ничего делать. Он купался в сиянии лучшего оргазма в своей жизни (по крайней мере, пока что), позволяя Лань Ванцзи благоговейно заботиться о себе. — Вэй Ин, — хриплый тембр напарника омыл его чувства. — Тебе нужно прекратить передачу. — Мм? — Пальцы массировали кожу его головы, втирая шампунь в волосы. Это было так приятно! — Прекрати передачу ци, Вэй Ин. Как только ты это сделаешь, сможешь отдыхать, — мягко ответил Лань Ванцзи, целуя кончик его носа. — Я держу тебя. Он направлял свою ци? Вэй Усянь медленно моргнул и заглянул внутрь себя. Яркие потоки энергии текли по его меридианам, с нежной заботой успокаивая и залечивая хрупкие участки. Его золотое ядро кружилось в смеси его собственной энергии и чего-то прохладного, покалывающего и на сто процентов принадлежащего Лань Ванцзи. О. Ого! Они занимались двойным совершенствованием. В душе! С публикой! — Ах! Э-э-э! Да… — жар пополз вверх по его шее и щекам, и Вэй Усянь сосредоточился, стараясь взять под контроль свою собственную духовную энергию. Через мгновение он перестал вталкивать свою яркую ци в Лань Ванцзи и медленно выдохнул. Прохладное покалывание не утихало, наполняя его всё большей энергией, пока он не заёрзал в руках своего молодого человека. Когда это прекратилось, одна мыльная рука Лань Ванцзи подтолкнула его подбородок вверх, запрокидывая голову назад, чтобы смыть шампунь с волос. Когда они успели переместиться под струю воды? — Хороший мальчик, — поцелуй, приземлившийся на его руку, был таким нежным, что он подумал, будто ему показалось. — Лань Чжань? — Мм. — Ах… Как долго я был… — Вэй Усянь нервно хихикнул. — Я что, отключился…? Как, чёрт возьми, ему спросить, не отключился ли он или что-то в этом роде? Они занимались сексом! По-видимому, очень публичным сексом! Во время этого нельзя просто становиться вялой лапшой! А он явно так и поступил! Жар на его лице усилился от осознания того, что из-за адски мощного оргазма он буквально уплыл прямо в никуда, даже без своего молодого человека. — Им больно? — внезапно спросил Лань Ванцзи. — Моим ногам? Из его молодого человека снова вырвался мягкий фыркающий звук. Это был его способ смеяться? Подожди! Неужели он каждый раз смеялся над Вэй Усянем, когда издавал этот звук? Он прищурился, глядя на молодого человека перед собой. — Твоим запястьям, — наконец пояснил Лань Ванцзи, втирая кондиционер в волосы Вэй Усяня. Ему следовало бы ответить взаимностью и помыть своего возлюбленного, да? Почему он не мог пошевелить руками? Он нахмурился от сосредоточенности, поднимая руки, только чтобы понять, что их всё ещё крепко удерживает эта чёртова лобная лента. — Нет? — Когда Лань Ванцзи снял его руки с шеи? — Хорошо. — Больше ничего не было сказано, пока Лань Ванцзи продолжал мыть его, а затем быстро помылся сам. Время от времени Вэй Усянь чувствовал, как тёплые руки ласкают его тело. Иногда его ягодицы получали нежный массаж, в других случаях было лёгкое прикосновение к животу. И всё, что он делал, — это стоял и тёрся лицом о грудь и шею Лань Ванцзи. Он чувствовал себя странно избалованным, особенно когда его молодой человек внезапно сместился, подсунув руку под бёдра Вэй Усяня, чтобы поднять его под коленями. Подхватив его на руках, как невесту, он вынес его из душа. Появилось полотенце, и ему нежно вытерли кожу, а потом и вовсе закутали в него и отнесли к кровати. Лань Чжань сел, усадил Вэй Усяня себе на колени, и только тогда начал аккуратно распутывать цепочку мёртвых узлов. — Я чувствую себя таким бесполезным, — проныл Вэй Усянь, тихо наблюдая, как возлюбленный ловко распутывает лобную ленту. — Ты не бесполезен, — нежно возразил Лань Ванцзи. — Ты устал. Вэй Усянь не чувствовал усталости. Вся духовная энергия Лань Ванцзи заставляла его тело покалывать. Единственной нечёткой частью был его мозг. Он выбрал прекрасное время, чтобы стать медленным и вялым. Он не мог придумать аргумента, чтобы возразить против обвинений в усталости. Пучки огня зашипели на его запястьях, когда Лань Ванцзи снял ленту. На коже остались розовые полосы. — Ого. Это забавное ощущение. — Больно? — спросил Лань Ванцзи, поднося его запястье к губам и целуя розовую линию. — Нет… просто… покалывает, — усмехнулся Вэй Усянь, его разум медленно догонял их текущее состояние. — Мне это очень нравится. — Нелепо, — тихо произнёс Лань Ванцзи, уголки его губ дрогнули, едва намекая на улыбку. — Лань Чжань! Ты не можешь говорить мне такие милые вещи! Я не готов! — запротестовал Вэй Усянь. Но прежде чем его идеальный молодой человек успел ответить, в дверь между двумя номерами постучали. — Ванцзи? Усянь? Вы оба прилично выглядите? Всё сразу же обрушилось на голову Вэй Усяня. Его поймали с поличным — он гарцевал на члене Лань Чжаня в душе! А это брат Лань Чжаня! Глава Ордена! Мало того, Цзян Чэн тоже увидел идеальную задницу Лань Чжаня! Ему не особенно нравилась эта мысль. Только он должен видеть обнажённое тело Лань Чжаня. Почему Цзян Чэн тоже получил право на представление? Разве у него нет вообще никаких элементарных приличий?! Вэй Усянь ясно помнил, как сказал ему, что они собирались принять душ и заняться обменом энергией! — Скажи ему нет! — прошипел Вэй Усянь, пряча лицо на груди Лань Ванцзи. — Пять минут, старший брат. — Лань Чжа-а-ань!! — заныл Вэй Усянь. — Я не могу смотреть на них! У меня не такая толстая кожа! — Они ничего не скажут, — Лань Ванцзи поцеловал его в макушку. — Старший брат не стал бы прерывать нас без веской причины. Нам нужно выслушать его. Да, но как насчёт Цзян Чэна?! Лань Чжань не знал его бывшего младшего боевого брата так же хорошо, как Вэй Усянь. Показываться где-либо рядом с его вспыльчивым братом было плохой идеей! Особенно сейчас! Цзян Чэн всегда был чувствительным, когда дело касалось чего-то отдалённо похожего на проявления привязанности на людях, а то, за чем они их застали, было далеко за этими рамками! — Тебе придётся защищать меня, если Цзян Чэн попытается меня заколоть. — Он не будет. Он оставил свой меч в ванной. * * * Пятнадцать минут спустя Ванцзи сидел рядом с Вэй Ином на их кровати. Сичэнь любезно дал им немного дополнительного времени, чтобы одеться, и хотя их волосы не были полностью сухими, они были расчёсаны, а его влажная лобная лента Лань Ванцзи снова была на своём месте. В глазах Сичэня блестел весёлый огонёк, и Ванцзи видел, что он едва сдерживает довольную усмешку, переводя взгляд туда-сюда между ними. В ближайшие дни, когда кризис закончится, Ванцзи был уверен, что брат будет без конца дразнить его за то, что произошло сегодня ночью. Он не хотел терять контроль, но Вэй Ин был соблазнительной сиреной со своим голосом. Пережив умопомрачительный минет, что ещё Ванцзи мог сделать, кроме как ответить взаимностью? Даже сейчас Вэй Ин казался немного отрешённым и возбуждённым. Чтобы успокоить своего молодого человека, он держал его руки, проводя большим пальцем по слабеющим следам от ленты. По крайней мере, их застал Сичэнь, а не дядя. Ванцзи не чувствовал ни малейшего раскаяния. По правде говоря, он должен был серьёзно подумать и признать, что у него, возможно, есть небольшая склонность к эксгибиционизму. Вэй Усянь, несомненно, был к этому склонен. Иначе он бы не стал угрожать ему на глазах у всех, требуя не останавливаться. Мысль об этом вызывала у него трепет. Это подтверждало его теорию об эксгибиционизме. Почему ещё он бы возбуждался перед своим братом и болезненно бледным Цзян Ваньинем в их гостиничном номере? Что ж, если ему нравилось, когда за ним наблюдают, то Сичэнь определённо любил смотреть. Его брат довольно медленно уводил Цзян Ваньиня из ванной комнаты. Если у него были какие-то планы подглядывать за ними с Вэй Ином, ему придётся просветить его о глупости такого предприятия. Вэй Усянь ущипнул его за бок. — Лань Чжань… ты не собираешься отвечать? — Мм? Сичэнь подарил ему терпеливую маленькую улыбку, весёлый блеск в его глазах рос с каждой секундой. — Он хочет, чтобы ты сказал, что мы… ну, знаешь… — Вэй Усянь заёрзал у него под боком, едва не сорвав способность Лань Ванцзи ответить, не сделав чего-то совершенно неприличного. — Мы — партнёры по двойному совершенствованию, — твёрдо объявил он, не в силах удержаться от того, чтобы не прижать Вэй Усяня ближе к себе. Цзян Ваньинь издал сдавленный звук, отвернулся и согнулся в приступе рвоты. Ванцзи уставился на него, ожидая, когда этот одиозный мужчина скажет что-то, о чём навсегда пожалеет. Вэй Усянь не мог винить его, если он немного перекроит лицо его бывшего младшего боевого брата, верно? Этот мужчина, должно быть, знал. Он намекал на это знание, когда так явно испытывал отвращение на складе. Если он не понял, это делает главу Ордена Цзян весьма наивным. — Понятно. Значит, эта совместимость… это больше, чем просто… — Сичэнь взмахнул рукой, пытаясь охватить какую-то абстрактную мысль, которую не мог подобрать на язык. — Мм. — Это шутка? — раздражённо рявкнул Цзян Ваньинь. — Двое парней? Двойное соверше… кхек!! — Ты сам сказал нам не говорить на складе, — ввернул Ванцзи, бросая вызов мужчине, чтобы тот сказал что-нибудь оскорбительное в адрес Вэй Ина. Если он это сделает, никакая сила на этой планете не остановит его от того, чтобы исправить его косные убеждения. Вэй Ин не заслуживал унижения или насмешек за их любовь. Она была искренней, чистой и прекрасной. Мнение окружающих не имело для Ванцзи значения, но он болезненно ощущал напряжённую фигуру Вэй Ина рядом с собой на кровати. Его прекрасный молодой человек всё же заботился о чужом мнении, и он развалится на части, если на него сейчас нападут. — Ты! — взбешённо прошипел Цзян Ваньинь, ткнув пальцем в сторону Ванцзи. Сичэнь вмешался и, схватив другого главу Ордена за запястье, твердо опустил его руку. — Я рад за тебя, Ванцзи. И за тебя тоже, Усянь. Я могу называть тебя так, не так ли? Вэй Усянь немного заёрзал. — Э-э-э… конечно? Я имею в виду… меня устраивает. Или… А-Сянь, если хочешь… Из Цзян Ваньиня вырвался ещё один приступ кашля. Ванцзи постарался уставиться на него как можно свирепее, пытаясь заставить этого ограниченного главу Ордена вести себя прилично. — Тогда А-Сянь, — просиял Сичэнь. — Пожалуйста, обращайся ко мне старший Сичэнь, или брат Сичэнь. В конце концов, мы теперь почти семья. Ванцзи вздохнул, слегка раздражённый. Всего несколько часов назад его брат был готов прикончить Вэй Ина и называл его опасным. Теперь он полностью переменился, действуя так приветливо, как только мог. «Старший» застряло в горле у Ванцзи, как какой-то мерзкий сухой монстр, и он украдкой бросил на Вэй Ина самый незаметный взгляд, чтобы оценить его реакцию. — Э-э-э… конечно! Не вопрос, брат Сичэнь. Ванцзи испустил тихий вздох облегчения. — Ради бога! Можем мы теперь продолжить? — рявкнул Цзян Ваньинь. — Случилось кое-что, пока вы двое… были… аргх! Слушайте! Случилось кое-что! Не ваши дела! Настоящие дела! Аргх! Красный, как рак, он повернулся, чтобы уставиться прямо на Сичэня, ожидая, когда брат Ванцзи внесёт ясность. И вдруг выражение лица Сичэня ужесточилось, и он торжественно кивнул. — Было ещё одно нападение. Мы оба получили известия, пока вы двое были… заняты терапией А-Сяня. — Из Цзян Ваньиня снова вырвался рвотный звук, и Ванцзи на мгновение подумал об использовании на нём заклинания тишины. — Это случилось в Цинхэ. А-Сянь, я хотел бы извиниться за то, что обвинил тебя. Нет никакой возможности, чтобы ты мог устроить что-то подобное такого масштаба из такой дали. — Кто пострадал? — спросил Ванцзи, успокаивающе сжимая руку возлюбленного. — Брат Минцзюэ был целью. Хуайсан говорит, что его самолюбие уязвлено, но в остальном он в порядке, — плавно ответил Сичэнь. — Произошло нечто, что вызвало отдачу против атакующих призраков. Хуайсан сказал, что это из-за Бася, но не стал объяснять. Это то же самое нападение, что случилось с дядей. Есть свидетельские показания, утверждающие, что они видели на месте происшествия Старейшину Илина, играющего на своём поперечной флейте. Когда они приблизились к нему, из теней появилось ещё больше призраков, и нападавший скрылся. Ванцзи вскипел, готовый защитить Вэй Ина, но его молодой человек заговорил раньше, чем он успел. — Это был не я. Я был… я имею в виду, я великолепен, но не до такой степени, понимаешь? — Я склонен согласиться. — Взгляд Сичэня переместился на Цзян Ваньиня, и он благоразумно не сказал больше ни слова о хрупком золотом ядре Вэй Ина. — Хуайсан также не самый надёжный источник. Когда он паникует, его репертуар из «я не знаю» быстро множится. — Да, этого было много. Этот мужик несёт ахинею хуже трёхлетнего ребёнка, — пробормотал Цзян Ваньинь, упорно не глядя на Лань Ванцзи или Вэй Усяня. — Как бы то ни было, похоже, нападавший был ранен. На месте, где его заметили, нашли много крови. Поступают сообщения от малых Орденов с юго-запада. Он направляется на территорию Пинъян Яо, где-то вдоль восточной границы провинции Шаньси, — ответил Сичэнь. — И они думают, что это я? — недоверчиво уточнил Вэй Ин. — Да. — Старший брат, — Ванцзи нахмурился, пытаясь подобрать слова помягче, хотя ему хотелось кричать. — Ты не отменил розыск Вэй Ина? — Нет, — твёрдо ответил Сичэнь. — Если я это сделаю, мы раскроем свои карты, и нападавший узнает, что его раскрыли. — Не могу поверить, что я это говорю, но он прав, — подал голос Цзян Ваньинь. — То, что вы, двое идиотов, в бегах, делает этого придурка неосторожным. — Цзян Чэн! Теперь ты мне веришь? — спросил Вэй Ин, крошечная надежда в его голосе была едва различима. — О, отвали! У меня не было особого выбора после Илина, знаешь ли! Сичэнь поднял руку, останавливая очевидную тираду. — Как бы то ни было, нам предстоит работа, — объявил он. — Ванцзи и А-Сянь отправятся с тобой утром в Юньмэн. Проведи их тайком и позволь им попробовать Расспрос, это может помочь разбудить твою сестру. А я вернусь в Гусу, чтобы забрать файлы по Илину. Они остались в машине дяди после нападения. Затем я сообщу вам, если что-то найду. Я также направлюсь в Цинхэ, чтобы помочь Не и проверить, что брат Минцзюэ действительно не ранен, как утверждает Хуайсан. — А этот чокнутый ублюдок? — рявкнул Цзян Ваньинь. — Он бродит там и нападает на любой Орден, который встаёт у него на пути. — Нападающий ранен и не сможет долго продолжать в том же духе. Я связался с главой Ордена Яо. Он готовит своих людей. Надеюсь, это остановит это безумие на корню. Ванцзи не смог сдержать недоверчивой усмешки. Глава Ордена Яо был многим и ничем. Требовать от него способности справиться с такого рода опасностью было слишком много. — Ты думаешь, это Вэни. Губы Сичэня слегка сжались. — Он движется в Шаньси, это по пути на территорию Цишань Вэнь. — Это не делает его Вэнем, — упрямо возразил Ванцзи. Его интуиция подсказывала, что это слишком коварно и низко для Вэней. Они были далеки от чести, но обычно действовали прямолинейно и открыто в своём коварстве. Предательская природа этого нападающего не вязалась с ними. — Что, думаешь, это кто-то из Пинъян Яо? — с сомнением воскликнул Цзян Ваньинь. — Не-а, — легко ответил Вэй Усянь. — Движение на юго-запад может быть просто отвлекающим манёвром. Когда он выдохнется и уйдёт в подполье, это может быть где угодно, скорее всего, где-то в Хэнани. Чёрт, может, он возвращается сюда. Ванцзи кивнул в знак согласия. — Если Расспрос даст ответы, мы можем узнать, с кем имеем дело. — Клянусь, это был покупатель из Yi Industrial. Когда тот труп втянул меня в Сопереживание, я видел его. Он молод, и у него не хватает одного пальца, помнишь, эр-гэгэ? — По наброску не было совпадений. Мы не смогли найти ни одного заклинателя в базе данных, подходящего под его описание, — добавил Ванцзи, сверля взглядом Цзян Ваньиня и ожидая вспышки от этого разгневанного мужчины. — Не хватает пальца? — Это прозвучало гораздо спокойнее, чем ожидал Ванцзи. — Ага. Это было странно. Не представляю, чтобы заклинатель мог делать такие вещи без какого-то инструмента. Ему нужно что-то довольно мерзкое и могущественное, чтобы контролировать заклинателя, особенно такого, как Лань Чжань или Цзян Фэнмянь. Двое мужчин, стоявших перед ними, оба замерли, и их жёсткие выражения сместились с Вэй Ина на Лань Ванцзи. Сичэнь, конечно, знал. Это было в отчёте Ванцзи об убийстве Чжу и битве на консервном заводе. Знание того, что какая-то коварная сила смогла заставить его замереть, было тревожным. Он нахмурился. — Когда мы выезжаем в Юньмэн? — Утром. Вы двое, придурки, может, и чувствуете себя бодрыми и свежими, но я быстро летел сюда, — хмурый взгляд Цзян Ваньиня полностью сосредоточился на Ванцзи, будто это было исключительно его виной. — Мне нужно отдохнуть. Меня не ждут, что я появлюсь, а если я это сделаю, мать начнёт задавать вопросы. — Я уезжаю в Гусу сейчас. Если потороплюсь, то доберусь к утру. Пообещай мне, что вы двое будете осторожны. Вся страна ищет вас обоих. — С нами всё будет в порядке. — Да, не волнуйся, брат Сичэнь. Я знаю Юньмэн как свои пять пальцев! Если нужно будет залечь на дно, я знаю лучшие места. Даже Цзян Чэн не знает, где бы я спрятался! — Вэй Ин озорно ухмыльнулся, казалось, уже не так опасаясь выпадов со стороны своего бывшего брата по Ордену. — Откуда тебе знать! — Господа. Постарайтесь ладить? А-Сяня подставляют, и мне хотелось бы знать, почему, — сказал Сичэнь и быстро добавил: — Я свяжусь с вами, когда доберусь до Облачных Глубин. — У нас нет наших телефонов. — О боже! Он разнёс мой мобильный телефон в куски, брат Сичэнь! Как мы с тобой свяжемся? — произнёс Вэй Ин с таким скорбным видом, что Ванцзи на мгновение пожалел о своих действиях во время побега. Сичэнь полез в свои одежды, достал маленький телефон и бросил его в сторону Ванцзи. Тот легко поймал его. — Пользуйтесь им.