Чейнджлинг №1

Правительница Эрефойлии была одним из немногих чейнджлингов, превосходивших Блэйда по росту. Пользуясь этим преимуществом, а также своим положением, она расслабленно обошла кругом своего гостя. Тот чувствовал себя не в своей тарелке, но молчал и двигался следом за Кризалис. — Пэст говорил, ты самый многообещающий из вашего поколения. Духом воин, телом машина. Не знаю, каких кабанов ты жрал, чтобы вымахать в такого самца, но-о-о-о... — глотнула немного. — ...это любопытно. — Моя Королева, у меня не так много времени. Давайте займёмся тренировкой, если Вам так угодно, прямо сейчас, — без обиняков попросил Блэйд. Тогда королева отошла от него в центр зала и, повернувшись спиной, взялась за чашку. — Покажи мне, — допила до дна, после чего дезинтегрировала несчастный сервис. Всем видом она демонстрировала своё пренебрежение. Чада терзали смутные сомнения по поводу того, стоит ли заигрывать с королевой. Может, есть какой-то глубинный смысл её слов, означающий, что можно решить дело мирно? Впрочем, она не Лайт. При всём своём коварстве Кризалис не будет портить жизнь столь ценному индивиду, как он. С такими мыслями перевёртыш напрягся и с огромной скоростью налетел на неё. Мощный хлопок раздался из-за резкого движения крыльев... королева всего лишь отошла на шаг в сторону, и Блэйд пролетел мимо. Он остановился в середине зала и, удивлённый, обернулся. Откуда у королевы такая реакция? — Размина-а-аешься? Я думала, мы уже... тре-ениру-уемся-я... — прошипела королева и посмотрела на него, наклонив голову вбок, с такой жалостью, что это начало подбешивать Блэйда. Как на зло, разболелась голова. Он выпустил из рога несколько магических сфер, которые должны были попасть по стене за Кризалис, отрикошетить и пробить её спину, и одновременно с этим налетел на королеву спереди. Она зажата: либо отступает, оказываясь на пути сфер, либо остаётся на месте и попадает под удар Блэйда. Когда казалось, что выхода у неё нет, Кризалис захватила рогом оба летящих шара и, изменив их траекторию, направила на противника. Летевший Чад резко увернулся, однако одна из сфер задела его, снеся панцирь на левом плече. Хлынула зелёная кровь, закружилась голова. Он старался не подавать виду, но королева, разочарованная, самодовольно хмыкнула. — Скажи, Блэйд, тебе реально понравилось ударить его? — прошептала она. — Кого его? — тот затих, прислушиваясь к окружению. — Вообще, — та отпрыгнула назад и отправила миллион лучей. Блэйд отдёрнулся, но тут же понял, что это не по его душу — каждый снаряд попал по статуе в зале. Глаза каменных копий королевы засветились, они ожили и сошли с пьедесталов. Гранитные монстры, может, и не обладали магическими способностями, зато были невероятно ловки и быстры. Один из них моментально налетел на Блэйда, пытаясь пронзить рогом хитин в области сердца; тот блокировал удар спиной, где панцирь был более крепкий, и врезал по лицу статуи с такой силой, что оно разлетелось. Каменная Кризалис рассыпалась в прах, но остальные статуи налетели на Блэйда роем — со всех сторон! Опосредованно наблюдая за битвой, настоящая королева восстановила погибшую статую и поставила обратно на место. Ценила чистоту. Одна статуя взяла в захват сзади, другие принялись наносить удар за ударом, пробивая хитин. Блэйд харкнул кровью, но, взревев, сбросил захватчика вперёд изо всей силы, уничтожив сразу несколько противников, после чего сам налетел на остальных. Одна статуя замахнулась неизвестно откуда добытым реальным мечом, угрожая шее героя, но тот вовремя присел, благодаря чему оружие влетело в другую Кризалис и застряло в ней. Не теряя времени, Чад выбил меч из рук противницы и на полной скорости пробил сразу три статуи собственным телом. Со стороны был слышен тихий коварный смех. Упал на пол ослабленным, с залитым зелёным цветом панцирем. Последняя каменная Кризалис, беззвучно ступавшая за его спиной, тихо подобрала из останков своей соратницы меч и подкралась. Она замахнулась... и отдышавшийся Блэйд, резко обернувшись, врезал по ребру летевшего меча копытом, отчего то переместилось на десятки метров и вонзилось в пол перед реальной Кризалис. Статуя в шоке застыла, и тогда Блэйд врезал по её груди с такой силой, что осколки разлетелись по всему залу. Чад взглянул на свои копыта, сильно деформированные после таких ударов. Всё тело залито собственной кровью. — Бра-а-аво, — постучала копытами демонстративно Кризалис, о чьём существовании Блэйд и забыл, и схватилась за меч. — Бра-а-а-аво, превосходные физические показатели! На моей памяти только мой отец и Брутал крошили таких. Покажи мн... Улыбка спала с лица. Летевший на её голову кирпич с потолка, тайно сдвинутый магическим воздействием Блэйда, изменил свой маршрут и упал чуть поодаль. Чад встал в боевую позу, зная, что она должна сама приблизиться к нему, иначе никак. В ту же секунду его голову начало разрывать от кошмарной боли, будто под хитин разлили нечто более горячее, чем раскалённый кипяток. Он свалился и согнулся в три погибели, в то время как Кризалис приблизилась угрожающе близко. — Теперь у тебя достаточно времени? — что было силы врезала копытом ему по лицу, опрокинув на спину. — Так-то лучше... Вдруг со стороны Блэйда вылетел полупрозрачный, почти незаметный разряд энергии, который поразил Кризалис в лицо. Столь же малоприметные частицы переместились от неё к Чаду. Королева в удивлении коснулась копытом щеки. Не показалось — по нему стекала кровь. Блэйд, на кого больше не воздействовали телепатически, приподнялся. Пусть он и выглядел неважно, готовностью к бою никуда не пропала. — Так вот почему ты выжил... — вдумчиво пробормотала королева, разглядывая копыто, на котором остался след от собственной крови. — Ну конечно... с таким слабым магическим фоном выжить было бы невозможно. Ты паразит. Вор. Подлец! — снова атаковала и телепатически, и физически. — Верни мне ЖЭ! — схватила копытом за шею, ударила о пол и принялась высасывать всю жизненную энергетику, какую только могла обнаружить внутри соперника. Ощущения были такие, будто его душу самым грубым образом нарезали на части. Блэйд, чьи силы были на исходе, рычал от боли, зная, что смерть близко. Но даже так нашёл в себе смелость замахнуться кулаком. Кризалис ловко увернулась и, выстрелив в негодяя мощным магическим лучом, вырастила из пола огромный кокон, которым захватила его конечности. Больше Блэйд не мог сдвинуться. Панцирь на груди сгнил от действия луча, и королева направила всю свою мощь именно на сердце. Резко остановив кровоток и маноток в организме, державшаяся на расстоянии Кризалис с любопытством читала мысли Блэйда. Но среди потока ругательств и хаотичных мыслей она различила готовность бороться до самой смерти. Зрачки перевёртыша уже посерели от критической нехватки жизненной энергетики, а он, захваченный, продолжал исподлобья глядеть на Кризалис. Жуткое зрелище. Обычно чейнджлинг, подвергавшийся её пыткам, быстро ломался и начинал мысленно молить о пощаде или хотя бы быстрой смерти. Но этот — а ведь у него полностью отсутствует ментальная защита! — был совсем не таков. Ошарашенная, Кризалис вылезла из души Блэйда и недопонимая продолжила наблюдать за происходящим. Залитый кровью с головы до ног, полумёртвый, Чад инстинктивно вырвался из крепкого кокона. Почти лишённый рассудка, с отключающейся головой, он шатавшимся поплёлся в сторону Кризалис. Та поджидала. Блэйд медленно приближался... И упал трупом у её ног, так и не нанеся последнего удара. Кризалис расхохоталась — это была самая смешная шутка за последнее время. Из её рога вылетел массивный энергетический сгусток, который проник в тело Блэйда и быстро восстановил все его внутренние системы. Перевёртыш резко прокашлялся, а Кризалис магией повернула его голову, чтобы смотрел на неё, огромную и величественную. — Ты мне нра-а-авишься... Не знаю, что Лайт на тебя наговаривал. Уверена, вы сработаетесь... — но тот не отвечал, поэтому перешла к конкретике. — Приходи в себя. Получишь свой участок, когда поработаешь на меня. Твоей силе есть применение... Раздосадованная отсутствием какой-либо реакции со стороны Блэйда, Кризалис впечатала свои слова ему в разум и, подхватив тушку рогом, выкинула через балкон на улицу. Материализовала сервис с печеньками — проголодалась после изощрённых телепатических пыток. Первый хрум ознаменовал продолжение утренней трапезы.

***

"Так и знал!" было первыми словами прятавшегося за скалами Ампайра, когда он заметил, что из военной части вылетели Блэйд и Пэст. Жена мирно спала, но он должен был подтвердить свои опасения. Логично было, что Пэст может выкрасть своего любимого студента под покровом ночи; Ампайр намеревался помочь им, вот только было странно, что следом за двумя чейнджлингами из щели выглянули стражники. Это не побег? Блэйд и Пэст улетели с такой скоростью, что затормозивший Ампайр не поспел. К тому же, улицы патрулировали военные, и ему пришлось двигаться медленнее, осторожнее. К удивлению, герои направлялись во Дворец Кризалис. Что-то явно не так. Ампайр спрятался между ног статуи королевы рядом, издалека наблюдая за действиями двоих. А те спустились на лестницу, немного прошлись и вошли внутрь. Было похоже на самоубийство — Кризалис явно накажет обоих. Но что ему делать? Взволнованный, Ампайр остался на месте. Небо светлело, близился рассвет. Но даже через час никто не вернулся. А вдруг Блэйд и Пэст в смертельной опасности!? Нужно действовать, пока не стало слишком поздно. Но как проникнуть во Дворец, где день и ночь, редко сменяя друг друга, стоят стражники? Был только один вариант. И к счастью для Ампайра, случай представился. На его глазах во дворец влетела рабочая Улья, доставившая повозку с десятком ящиков. Оставив кепку на колесе, она начала вносить ящики один за другим во дворец. Судя по тому, что каждый раз внутри рабочая проводила несколько минут, заходила достаточно глубоко. И когда вернулась назад за последним ящиком, вдруг обнаружила, что её кепка улетает за ближайшее здание. Обругав всех богов, связанных с ветром, она залетела туда. После чего тихо упала, вырубленная заклинанием. Ампайр несколько раз извинился перед несчастной особой, но всё же для приличия обшарил карманы одежды. В одном нашёл её удостоверение личности — двадцать два года, зовут Лили. Этой информации должно было быть достаточно. Припрятал жертву под скамейкой и раздел. В игру включились особые метаморфические умения: магией Ампайр изменил себе причёску, цвет волос и глаз. С одеждой Лили он практически ничем не отличался от чейнджлинговки! Натянув кепку, полюбовался собой, чтобы ободрить себя, и вернулся назад. Вроде бы никто ничего не заподозрил. Правда, ящик был тяжеловат, но Ампайр притворился, будто бы это у него спину защемило, поэтому он так пыжится и дрожит. Взволнованный, зашёл во дворец, где раньше никогда не был, и сразу же растерялся — оказался на распутье в каком-то хвойном лесу. Не написано, где какой сектор. Впереди явно Королевский, а куда ему-то надо? Решил переть наугад и повернул направо. Как на зло, тут же подступили дежурившие неподалёку королевские гвардейцы. Лицо "Лили" покрылось потом. — Малышка хочет в Детский сектор? А что ты забыла? — спросил с интересом один из них. — Я, да так... что-то голову вскружило от тяжестей, извините... — уже собирался ретироваться, но неугомонный перегородил ему дорогу. — Какие чудные формы... Капитан, можно её быстренько? Ничего не случится. — Совсем дебил? — главный в отряде осуждающе покачал головой. — А если королева увидит? Меня же сразу на рудники отправят. — Да я пять минут всего, даже быстрее. Она же там занята... — после этих слов капитан отмахнулся, предоставляя тем самым разрешение. "Лили" покраснела, гвардеец заставил её выкинуть ящик и сесть на пол. Ситуация выходила из-под контроля. — У меня есть нежеланный сюрприз! Вы все сдохнете от такого, — пролепетала рабочая, но остановить гвардейца было невозможно... Тут двери отворились, и в главный зал вышли Кризалис с Пэстом. Насильник, уже собиравшийся снять с "Лили" маскировку, вдруг швырнул её, будто осматривал, та приподнялась и, недоумевая, повернулась к приближавшейся королеве. Пэст немного растерянно оценил рабочую, будто уже где-то видел это лицо, как вдруг широко распахнул глаза и, кажется, чуть не потерял сознание от шока. Он взглянул боковым зрением на Кризалис, затем на Ампайра и солдат. Студент понял, что Пэст вычислил его, и посмотрел умоляющим взглядом. Стоит королеве только залезть ему в голову... — А что это у вас тут происходит? — спросила королева капитана. — Да так, досмотр... — тот не успел договорить. Всех потряс мощный взрыв. Двери в королевские покои слетели с петель и с грохотом обрушились на пол, чуть не раздавив стоявших там перевёртышей. Кризалис в удивлении огляделась, но Пэст подтвердил, что разберётся со странной рабочей, может не волноваться. Когда королева удалилась, он в своей типичной генеральской манере обругал солдат — дескать, сразу понял, что они хотят изнасиловать чейнджлинговку, поэтому выдаёт им первое и последнее предупреждение. Под его надзором — а Пэст сверлил "Лили" взглядом — ящик был донесён до входа в Рабочий сектор, и только затем они оба покинули дворец. После того, как спустились по ступенькам и зашли за угол, скрывшись от гвардейцев, Пэст долбанул Ампайру по голове, тот едва подавил в себе вопль. — Пока твой друг бился насмерть с королевой, ты в облике кобылки... О-о-ох, теперь надо проверять каждую перед... Ну вот что ты здесь забыл? Ты что, следил за нами? — Я должен был спасти Блэйда, — обиженный, пробормотал Ампайр, возвращая себе прежний облик и раздеваясь. — Он живой? — Хвала Кризалис, он живой. Доставили в больницу, скорее всего, в течение суток выпишут, — яростный Пэст прошелся туда-сюда, затем резко приблизился к студенту и вновь отчитал: — Опознай тебя королева, ты бы сейчас был переведён из класса для идиотов в класс для шлюх. Никакой самодеятельности, понял? С Блэйдом я поговорю потом отдельно. Мне главное, чтобы ты зарубил себе на носу — никакой. Самодеятельности. — Я понял вас, — Ампайр опустил голову. — А что с той кобылкой делать? У которой я внешность и одежду забрал. Вместо тысячи слов Пэст потребовал отвести его к ней. Быстренько перелетели и обнаружили, что та по-прежнему спит, а рядом валяется одежда Ампайра. Последний переоделся, вернул "Лили" прежний облик и застыл, ожидая приказа от Пэста. Того этот идиот уже изрядно подбешивал. — Что пялишься? Лети домой. Я с ней сам разберусь, — Ампайр застыл как придурок. — Если не улетишь в течение минуты, я поставлю тебе нули по всем предметам. Угроза подействовала. Главный герой этого утра умчался, а Пэст, покачавший головой, уставился в стекло, в котором отражалась его разочарованная морда. Это он один такой или весь мир вокруг в последние десятилетия начал сходить с ума? Неясно.

***

Одно из самых забитых мест во всем Весалиополисе — Центральная больница, большая постройка к западу от дворца. Перевёртыши, при всей их суровости, достаточно хрупки, их нередко подкашивают физические и, прежде всего, душевные недуги, связанные с осложнениями в устройстве магического фона. Здравоохранение в Весалиополисе развито не так хорошо, как в других ульях. Километровые очереди тут — обычное явление. Тем не менее, с раннего утра Блонди удалось пробиться в операционный сектор, куда её впустили по разрешению лежавшего в полном сознании Лайта. Именно к нему и торопилась чейнджлинговка. Сыну канцлера выделили роскошную одноместную палату, его обслуживал отдельный врач, кто, судя по виду, уже устал выполнять поручения капризного пациента. Блонди аккуратно влетела внутрь и огляделась. Лайт, с переклеенной сверху вниз мордой, лежал на мягкой койке и читал очередной популярный труд о Великой войне. Рядом был установлен целый шкаф с такими же увлекательными, но полными вымыслов и легенд книжками. На полу стояла ваза с цветами, явно чей-то подарок. Палата была ухожена, чиста, в чём заслуга того самого врача, сейчас протиравшего оконные ставни. Работал регулятор температуры, большой прибор сбоку от койки, благодаря чему здесь всегда было комфортно. — А, Блонди? — Лайт наконец заметил её и убрал в сторону книгу, забыв оставить закладку. — Пришла навестить... раненого? — прокашлялся. — Блэйд в тюрьме. Он обосрал меня... просто так, — нашла едва приметную за дверью табуретку и села поодаль от койки, слезясь. — Ну-ну, — Лайт магией подхватил и табуретку, и Блонди, и приблизил к себе. — Не надо, милашка. Слёзы так портят твоё милое личико, — протянул копыто и протёр. — Мы друг друга ненавидим, но ты не должна смотреть на нас, кто прав, кто виноват. Это наши разборки. Главное тебе решить, какова твоя собственная судьба. Я лично помогу всем чем смогу. Из всех этих придурков ты хотя бы талантливая. — Я зна-аю, просто... он прав был. Я... — продемонстрировала другу шею. — Я кололась из-за страха за него... Только Артери и остановила-а. — Мда-а-а, — аристократ покачал головой. — Ну так дела тоже не делаются, Блонди. Я могу оплатить психиатра. Есть знакомый, мою мать пытается спасти от геенны огненной. Зовут... — Да нормальная я! — воскликнула недовольно Блонди. Лайт замолк, та наконец пришла в себя. — Прости. Я просто... хотела убедиться, что ты в порядке. И тут на меня опять нашло. Мне так тяжело контролировать себя, просто, понимаешь, просто очень обидно, когда... — Тш-ш-ш, — приложил копыто к её рту. — Мне тоже тяжело живётся. Так что я тебя прекрасно понимаю. Вместе они провели полчаса, раздражая сонного врача, вынужденного периодически проверять, как срастается хитин на голове Лайта. Последний немного отшутился про сложности аристократической жизни — "то слуги начинают зарплату требовать, то мать угрожает из дома выгнать", — прочитал с комментариями финальную главу книжки, посвященную финальному столкновению Кризалис с королём Метаморфозом и убийству последнего Пэстом, даже подарил Блонди цветы из вазы, красные розы. В общем, поднял настроение! Блонди была ему очень за это благодарна. — Только одного не пойму, — пробормотала чейнджлинговка, нюхая красивые цветы. — Зачем ты спровоцировал Блэйди? Зачем вам эта вражда? Вы ведь могли бы быть друзьями... Ответом ей было холодное молчание. Пораскинув мозгами, Лайт ответил: — Сама на него посмотри. Да он же мудак. Сначала изобьёт, потом осмыслит. Так и напал на меня, когда увидел того офицера, который вашего Ампайра трогал. Я просто проходил мимо... Блонди, если бы всё зависело только от меня... Он же даже тебя ни во что не ставит. — Ага. Ага. Отвернулась от Хита, тоже подумала. Её поведение резко переменилось. Кивком головы попрощавшись, она вернула цветы на место и покинула палату. Потерявший дар речи Лайт хотел её позвать, но замолк — с грустной миной застыл, после чего выругался на врача за то, что тот недостаточно старательно протёр подоконник. Бедолага покинул палату. Грустная, Блонди пересекала длинный коридор. По одну сторону окна, по другую палаты с прооперированными. Мимо неё пробегали один врач за другим. Гундёж, полный хаос, которому краю не видно! Она смотрела на улицу, где единым роем летали войска. Небо заволокло тучами. Говорят, скоро будет крупный конфликт. Не то с Эквестрией, не то с другими ульями, давно не подчинявшимися законной королеве. Но у Блонди другая война — с самой собой. Погружённая в свои мысли, она вдруг услышала несколько знакомых слов. Кто-то назвал имя Блэйда! Обернулась и заметила, что в палате напротив лежал её возлюбленный. Немедленно влетела внутрь! — Стабилизировался голубчик... Эй, сюда нельзя! — врачи пытались задержать Блонди, но, узнав, что она его любимая, позволили встать в углу, дабы не мешалась. — Куда вы его послали, что нашёлся полудохлый под стенами дворца? Потерял до половины крови, панцирь был поврежден, а магический фон это вообще полный баштет! Сейчас с ним полный порядок. К вечеру как огурчик будет. Блэйд и правда выглядел неважно. Онемевший, подключённый через спину к нескольким магическим приборам, он лежал обессиленным на койке. Вдруг его рассредоточенный взгляд сфокусировался на Блонди. Она, игнорируя предостережения врачей, приблизилась. Чад неразборчиво пробормотал какое-то слово, и только подруге удалось прочитать по губам, что он имел в виду: — Кризалис... — и снова застыл. Перегруженный разум нуждался в длительном отдыхе. Врачи выперли её из палаты, чтобы пациента ничто не беспокоило. Она целую минуту стояла в ступоре, выстраивая в голове картину произошедшего. Неужели это королева его так? Действительно, только она могла довести самого Блэйда до овощного состояния. За то, что тот посмел избить... И в этот момент Блонди догадалась. Вместо того, чтобы отправиться к выходу из больницы, она, напротив, развернулась обратно и вернулась к Лайту. Тот, один-одинёшенек, по-прежнему лежал и читал книжку. Заметя силуэт Блонди, он сразу обрадовался, но улыбке пришёл конец, как только стали ясны её истинные намерения. Хлопнув дверью — в шумной больнице никто не заметил, — она выстрелила из рога Хиту под ноги. — Блонди!? — испуганно прижался к стенке, но чейнджлинговка оградила их от внешнего мира магическим щитом и врезала копытом по шее. — Кх-кх-х-х... ты, х-х, что... — Ты, — прорычала она ему в лицо. — Ты... Ты мразь крысиная! Хотел убить Блэйди! — ЧТО!? — даже он был в шоке, а Блонди озверённо продолжала: — Ты специально подставил его, чтобы королева его убила. И молодец, она почти это сделала... Трус, сам же ты ничего не мог ему сделать... А мне лжёшь, какой он подонок... Он ангел в сравнении с тобой! — Что за обвинения!? — он сдвинулся, тяжело дыша и взглядом умоляя дать ему высказаться. — Ты не в себе, Блонди! Я бы никогда тебе не лгал... Я же люблю тебя!... Как друга! — А я верила, что в тебе есть что-то чейнджлинговское... — Я не думал, что всё так выйдет!... — ...маньяк сраный... — ...Прости, Блонди... — ...посмотрим, что будет, когда я доведу тебя до такого же... — её рог засветился в знак серьёзности намерений. — ...НЕТ, НЕ СМЕЙ... — ...состояния... — КОРОЛЕВА ВСЁ УЗНАЕТ! — и толкнул её. Шокированная Блонди убрала щиты и отступила к двери. Лайт продолжал ещё некоторое время, по инерции, защищаться: — Я же сказал, что не виноват! Я же извинился! Блонди... — только тут понял по ошарашенному лицу подруги, что сказал. — ...Блонди, ты не так поняла! Я испугался. Я в переносном смысле, чтобы ты не... чтобы ты не... Можно было не продолжать. Потрясённый до глубины души перевёртыш сел на койку и спрятал лицо в копытах. Разочарованная Блонди ушла, напоследок хлопнув дверью с такой силой, что та слетела. Мешкавшиеся как насекомые врачи в шоке остановились, пропустив разъярённую чейнджлинговку. Проводили её глазами, после чего посмотрели в сторону Лайта. Молчание было выразительнее тысячи слов.

***

То же самое относилось и к сотруднику, вынужденному снова сесть напротив настырной Артери. Но выше нос! Институт родословной, занимающий скалу в восточной части города — одно из самых старинных и уважаемых научных заведений во всей Чейнджлингии! Его директор, Брутал, помог тысячам перевёртышей узнать своё прошлое! От кого они происходят? В каких столкновениях участвовали их предки? Не благословлены ли их родители демиургом №638 из Иного Измерения? Даже в годы Великой войны Институт функционировал, помогая Эрефойлам и империи в селекции настоящих героев, не боявшихся шквала огня! Будущие родители нередко заглядывают сюда, чтобы узнать, какими будут их дети. По крайней мере, так оптимистична реклама анализов, а сам по себе Институт, конечно, не без изъянов. Нет, внутри красиво — пол ресепшна усеян красивой мраморной плиткой, здесь стерильно, и анализы обычно приходят вовремя, но вот персонал, конечно, устаёт от постоянного контакта с нетерпеливыми посетителями. Вот и этот сотрудник, лысеющий со стрессу перевёртыш по имени Септик, был вынужден терпеть уже четвёртое в этом месяце появление Артери. — Здравствуйте, э-э... Септик! Как ваши дела? — пытаясь сохранять оптимизм, обратилась севшая на стул гостья. — Сдача анализов у вас не сегодня... извините, — пробормотал чейнджлинг. Пятна под глазами говорили сами за себя. — Нет, я не этому поводу... Я хотела бы устроиться на работу, — Септик вытаращил глаза. — Хотя бы на подработку. Я могу поговорить с господином Бруталом? — Он, э-э... он сейчас занят... в лаборатории... Ладно, спрошу, — растерявшийся, сотрудник наконец пришёл в себя, встал и ушёл. Отсутствовал минут пять. За это время Артери с увлечением оглядела место, которое, как она надеялась, станет ей вторым домом. На стене висело несколько династических древ самых разных богатых родов. Это и Эрефойлы, и Хиты, и Маффины, и Афлюэнты, и многие другие. Интересна градация: пока главная королевская династия насчитывала всего три представителя, и то двое уже умерли, то вот число Афлюэнтов перевалило за третий десяток. Очень интересно, как именно знатные перевёртыши решают, стоит им размножаться или нет... — Доброе утро! Артери, верно? Проходите. Высокая неприметная дверь из лабораторий открылась, в ресепшн вместе с маленьким Септиком выглянул огромный мощный чейнджлинг в белом халате. Седая борода, жгучие красные зрачки — директор Брутал внушал уважение. Неудивительно, что он родился в одну эпоху с королевой Кризалис. — Здравствуйте, здравствуйте! — та подлетела и проследовала внутрь, пока Септик вернулся на своё законное место. Вместе с директором Артери попала в небольшую лабораторию. Остановились на складе, где хранились склянки с образцами телесных жидкостей и маны. В частности, тут была и пробирка с надписью "Артери (1)". Чейнджлинговка с интересом оглядела её, однако, аккуратно не трогая. Это обрадовало Брутала, кто остановился чуть поодаль. — Что привело вас сюда? Уж не рекомендации ли господина Пэста? — Так точно, — радостно к нему повернулась. — Сказал, перспективное место. — Это да... только работы много, — и взял в копыто склянку с материалами самой королевы Кризалис. — Наш долг — сохранять Эрефойлию сильной. Потому что ничто не делает государство сильнее, чем здоровые и крепкие подданные! — А, это что-то из Альфа Чада, — усмехнулась Артери. Брутал промолчал немного, затем продолжил, положив ману Кризалис на место: — Есть ли желание заняться чем-то конкретным? Куда направлен ваш взор — в прошлое или в будущее? Жаждете разгадать забытые тайны или познать судьбу чьей-то династии? Если уж Пэст рекомендовал, — усмехнулся, — волен предоставить выбор вам. — Если честно, то я бы хотела помогать родителям. Чтобы у них рождались здоровые дети. Я и сама хотела детей, в смысле хочу! — Нуц, — Брутал подошёл к Артери. — Интересная оговорка. После сдачи анализов я дам развёрнутую характеристику вашему фонду, но если вам нужна наша помощь в вопросе детопроизводства, то необходимо, чтобы анализы сдал и супруг. Вы же знаете, чем чреват плохой гено- и манофонд? — Я знаю, что... — недоговорила, так как Брутал достал из шкафчика под рабочим столом книжку и вручил чейнджлинговке. Называется "Проблемы яйцерождения". — Вам следует прочитать мою книгу на испытательном сроке. Тем не менее, изложил кратко основные положения, которые надо иметь в виду будущим родителям. Артери знала, что массовым яйцерождением в ульях занимаются королевы в силу... вероятно, важности этой миссии. Им не нужна помощь мужчин. Что же касается простых чейнджлингов, то у них половой акт возможен, однако занимаются подобным только представители знати. К сожалению, глубже Артери не лезла, подобные вопросы Пэст будет объяснять только на следующем курсе. Поэтому они продолжили обходить лаборатории, полные разных приборов и образцов, под объяснения Брутала. Действительно, великие королевы вроде Кризалис способны самостоятельно вырабатывать и откладывать яйца. Но помогает им в этом божественная энергетика и невероятно сильный магический фон, способствующий массовой выработке новых душ. Менее могущественным чейнджлинговкам всё равно нужно естественное оплодотворение, с помощью самцов. И вот тут вступает в игру такой фактор, как возвышенность существа, играющая особую роль для кольтов. Из-за ущербного природного фона большинство чейнджлингов не способно порождать живое потомство — яйца оказываются мёртвыми. Аристократы заботятся о чистоте своего фонда, как правило могущественны. У них выше шанс на появление потомства. — Мой будущий муж... ну, до божества ему ещё далековато, — пыталась подобрать нужные слова Артери, пока они бродили по полупустой лаборатории №3. — Хороший он перевертыш, но боязливый и ленивый. А тут его ещё побили... устроилась на подработку в том числе и потому, чтобы обеспечивать нашу семью. — Ваш муж не обеспечивает семью!? — и Брутал застыл, не веря своим ушам. Судя по тону, для него это звучало как неслыханная дикость. — Пока не в состоянии. И не в настроении... — Тогда мои прогнозы неутешительны. Я бы не рекомендовал. Гораздо проще будет взять ребёнка из приюта. Процедура платная, пять тысяч битсов, но тогда вы не рискуете своим здоровьем и не тратите год своей жизни на кладку мёртвых яиц. А я с такими работал в молодости. Открываешь, и там груда несформированных костей, да каша из белка... Травмировало некоторых неудавшихся родителей. Даже такая стойкая особа, как Артери, не могла не поморщиться от подробных описаний. Она ограничилась согласным кивком — теперь понимала опасность подобных решений — и вдруг вспомнила, что ещё хотела спросить. — Господин Брутал, а что не так с моим фондом? Вы писали, что он уникален... — М? Пройдёмте, — быстро довёл её обратно до первой лаборатории и показал лежавшую на столе схему. Артери ещё не понимала, что эти чудные линии обозначают. — Не редкость дети от мужчины-чейнджлинга и женщины-пони. Есть вероятность, и я в это верю, что мы — пятая, оскверненная раса пони, так что наша сперма подходит и другим расам. Чего я никогда не видел, так это детей от мужчины-пони и женщины-чейнджлинга. Учитывая наше яйцерождение, смысл есть. Но, изучив ваши данные, я пришел к выводу, что такой генофонд объясняется только тем, что ваш отец был пони. Артери с ужасом взглянула на свои копыта. Нет, многие сравнивали её с пони, в приюте тоже любили потешаться, но она полагала, что это лишь внешнее сходство! Быть не может, чтобы это было правдой. Она здоровый, адекватный чейнджлинг... Но если специалист так говорит, значит, нужно принять к сведению. — Вижу, загорелись, — Брутал, напротив, ликовал. Новое открытие его очень интересовало. Он приступил к обсуждению графика и рабочих обязанностей, а Артери замкнулась в себе. Весь её мир пошатнулся.