Кролики и кошки

      Прекрасный выходной день, солнце ярко светит, поют птички…       А в доме молодой семьи шум и гам.       — Да как ты не понимаешь, болван?! Тебя дурили! — кричал Злушенька в праведном гневе. Чешир же ручки на груди сложил, неверяще кидая взгляд из-под противосолнечных очков. — Дети появляются, когда у взрослых происходит соитие! Все так появляются! И ты тоже!       — Нет! Папа мне сказал, что меня в коконе принесла большая моль! Зачем ему меня обманывать?!       От таких повышенных тонов оба родителя тут же сагитировались, с дивана подскочили, друг на друга взгляды непонимающие кинули, да разбираться пошли.       — Дети, угомонитесь! — прикрикнул Душенька, оказавшись в детской вперёд супруга. — Что вы так внезапно сцепились?!       — Мы смотрели видео про насекомых, — начал пояснять сердитый Злушенька, опять надулся. — И там показали, как шелкопряд вылупляется из куколки. И этот начал нести бред, что удивлён, что насекомые появляются таким же образом. Пап, объясни ему, что он дурак и люди так не появляются!       — Да почему не появляются?! Мне приятно кутаться, в плед, как в куколку! Значит, это так! Ты просто странный! И вообще это ты бред несёшь!       Душенька тягостно вздохнул. Случайно плеча коснулась ключица склонившегося над ним Обсидиана.       Вот и первая всесемейная ссора.       — Мальчики, давайте будем рассудительны, — начал миротворчески Душенька, обращаясь к сыну и пасынку. — Нашли из-за чего ругаться! Запомните: если человек упирается, то вы его ни за что переубедить не сможете! Это бесполезно! Лучше посмотрите что-то другое.       И, только это договорив, схватил Обсидиана за запястье с такой мощью, с которой крокодил хватает жертву, и утащил на кухню, закрывая дверь.       И встали два противоборствующих лагеря друг напротив друга. И оба были крайне недовольны.       — Большая моль и коконы? Серьёзно?       — Это дети, Душенька, — пытаясь держать голос спокойнее и ровнее, проговорил Обсидиан. — Какое нафиг «соитие»? В таком возрасте надо в игрушки рубиться и мультики смотреть, а не знать, как совокупляются люди!       — Господи, ты говоришь это так, будто я ему наглядно показывал! Я готовился к этому делу и читал книги от психологов. Нужно быть честным с ребёнком и не строить ему иллюзии о мире! Это может быть опасно.       — Чем?       — Ты совсем всяких извратов не боишься? — эти слова Обсидиана жёстко осадили. И он притих, а Душенька давить продолжил, но тише, сдержаннее. — Мальчики сейчас как раз такого возраста, что они всё больше и больше контактируют с большим миром, где много разных чужих людей. Надо объяснять ребёнку, что такое секс, что у него есть личные границы, которые нельзя никому пересекать, и что у него бывают последствия. Это лучше, чем если малышарик вслепую будет через всё это проходить и не понимать, что происходит и что это такое. Я понимаю, что ты над Чеширом как вертолёт всё время, потому что у него особенности, но ведь это делает его ещё более уязвимым. Поговори с ним. Ты же ему такую версию дал…       Обсидиан помялся, похмурился, плюхнулся на табурет.       — Я не смогу даже «соитие» при нём сказать… Я сам-то всё узнавал от пацанов во дворе… Это как будто менее стрёмно, когда с тобой об этом говорят ровесники.       — Ну, а ты помнишь, сколько ты тогда нездоровых стереотипов нахватался из такого познания? — выгнул бровь дугой Душенька, Обси пристыженно должен был признать — уйму всяких смутных и неточных формулировок услышал. Даже удивительно, как он с такими знаниями умудрился жениться. Правда, потом на примере жены он мог наблюдать, как рушится картина его мира в мелочах. — Тем более, я сам решил смягчить пока что и не называл всё конкретно… Думаю, ты тоже можешь придумать какое-нибудь обходное слово… У тебя с фантазией же всё в порядке… Особенно после коконов и молей…       — Да хватит тебе, — вздохнул поражённый Обси и встал тяжко с табуретки. — Я просто подумал, что капуста и аисты — это скучно.       — Ну, вот, тем более сможешь придумать что-то интересное. Давай-давай, бегом на разговор.       — Да подожди, Душенька, мне обдумать всё надо!

()_() ^-^

()_()=х= =w=^_^

             Минула неделя с того разговора, и в субботу в гости пришёл человек, которого из детей хоть как-то отдалённо помнил лишь Злушенька.       — Я не потревожил? — спросил, сотрясая громким голосом весь дом, молодой мужчина с белыми, как снег, волнистыми волосами.       — Нет-нет, мы сегодня ничего не планировали, разувайся, проходи… — увещевал Душенька будущего зятька. Ведь это был не кто иной, как Санчез, парень его младшего брата. — Обсидиан уехал в мастерскую, там что-то ремонтировать надо.       — Понятно…       Злушенька прекрасно слышал, как за дверью детской ходят две пары ног и вежливо переговариваются люди, которые ещё не породнились, но всё к этому медленно шло. Но выходить поздороваться не спешил — ему этот Санчез никуда не упирался. Ему даже дядя казался каким-то чужим, а тут — и подавно.       Так что он продолжил втыкать в планшет, пока Чешир забарахтался опять под столом и выполз к двери, чтобы послушать новый незнакомый голос и понять вообще, что творится.       Тем временем голоса ушли из гостиной в кухню. И Чешир тихо, словно котёнок, учащийся охотиться, подкрался к кухне. И за стенкой встал, внимая. А приоткрытая дверь не прятала звуков, как и закипающий тихонько чайник.       — А чего ты, кстати, Пугода с собой не привёл?       — Да я поговорить хотел с тобой… Без его ведома… Ты же секреты хранить умеешь?       — Ну, допустим, умею, а что там такое? — и Душенька быстро присел рядом за столом, пока две чашки сиротливо стояли без кипятка — лишь с сахаром и заварками. Санчез меланхолично сверлил белые кристаллики на дне посудины.       — Я ещё боюсь ему о таком рассказывать… Всё-таки он сейчас заряжен совсем другими вещами… И я переживаю, что… Ну, что он не оценит, и что мы поругаемся.       — Ты хочешь сказать, что…?       — Я беременен. Да. — Чешир изумился и рот раскрыл. Впервые на его памяти человек, ждущий ребёнка! — Срок ещё мизерный, и лучше бы решаться уже сейчас, но я бы очень хотел, чтобы он… Принял это. Будет невесело совсем быть родителем-одиночкой… К слову, я частично ещё хотел бы попросить совета, как с этим мириться и…       Договорить ему Чешир не дал — гордо вычапал в проход, задрав голову и представ во всей красе своих кошачьих ушек на ободке и чёрных очков с затюканной медицинской маской.       Прежде чем отчим успел открыть рот и что-то либо сказать, Чешир глаза свои вдохновлённые на Санчеза обратил и вопросил:       — Напрыгался?       Все замолкли.       Чайник никогда прежде так громко не бурлил…

()_() ^-^

()_()=х= =w=^_^

      — Ты что опять ребёнку наплёл?! — раздалось в лицо Обсидиана с самого порога.       Никогда Обсидиан не думал, что его Душенька будет вновь отчитывать на кухне, как маленького ребёнка.