И восставая вновь, мы бабочкой взлетим

То обещание перечеркнёт договор

И все потеряют терпенье.

Доверье не сможем мы вновь обрести,

Даже ценою спасенья.

Огромная пещера, освещённая лишь тусклым, пробивающимся через расщелины светом была пропитана запахом сырости и гниющей плоти. На тёмно-зелёных каменных стенах, усеянных островками мха, подобно клубкам переплетённых змей, вились лозы, вокруг которых расселись маленькие насекомые. Они с интересом смотрели своими чёрными глазками на вошедших в их дом чужестранцев и активно двигали крошечными усиками, словно предупреждая остальных о возможной опасности. Чимин медленно сделал шаг вперёд и, подняв глаза кверху, заметил, как капля мерзкой слизи рвотно жёлтого цвета вязкой нитью тянется прямо на грязь под ногами и с хлюпающим звуком шлёпается в лужу непонятной субстанции. — Ну и отвратное место, — Чимин побрёл за Юнги прямиком в ту сторону, откуда эхом раздавались вопли и звуки, больше напоминающие стоны раненых диких животных. — Держись ближе, — Юнги притянул друга к себе настолько неожиданно, что тот, не успев среагировать, врезался в его спину. — Я понимаю, что близко, но не настолько же, — прошептал он, потерев ушибленной нос центром ладони и мило недовольно им шмыгнув. — Будь у меня возможность, я бы вообще примотал тебя к себе скотчем, чтобы ты не вляпался в очередной пиздец, — Юнги глубоко вздохнул. — Хотя ты бы и в этом случае нашёл на жопу приключения. — Да нет. — Да-да, — Юнги сделал ещё пару шагов вперёд и оценил обстановку. Сверху из небольших дыр выглядывали редкие лучи солнца, которые вырисовывали искажающие образы силуэтов где-то в глубине туннеля, отчего не было до конца понятно, стоит там кто-то или это всего-лишь разыгравшееся из-за переживаний воображение. Ещё шаг в неизвестность. От каждого неосторожного движения раздаются гулкие звуки, которые отбиваются от стен и убегают вглубь, передавая каждому жителю пещеры, что в дом явились незваные гости. Дара окинула взглядом нужный проход. — Ладно, я готова признать, что мы вляпаемся по самое «не хочу», но с другой стороны, когда это мы жили спокойно, верно? — она издала нервный смешок. — Не нам жаловаться. Юнги неодобрительно хмыкнул. — Вовремя ты решила запаниковать. — Вот, — Ами протянула фонарики Юнги. — Они, конечно, мощные, но я понятия не имею, насколько долго протянет их заряд, так что пользоваться ими будем по очереди. Один вам, другой нам. И да, краткое напутствие: все держимся рядом, смотрим в оба и при возникшей проблеме говорим мне, а лучше сразу Даре. На нашей карте указано огромное количество развилок, но это не значит, что они сохранились по сей день. Поэтому идти будем по принципу стаи волков, только с главным звеном впереди, то есть Дарой. От услышанного Юнги затормозил, развернулся и, вздёрнув вопросительно брови, уточнил, указывая на знакомую: — Повтори-ка. С хуя ли она тут главная, а? Абсолютно не ведясь на чужую провокацию, Ами спросила: — Скажи, пожалуйста, ты знаешь в какую сторону нам надо идти? — не давая Юнги вставить слово, она продолжила строгим голосом. — Напомню, карта верная, но ведёт вовсе не туда, куда стоило бы лезть. Тем более ты не знаешь, где верная дорога. Или, может, твоя шея захотела первой испытать на себе зубы пустых в случае провала? — она наклонила голову вбок и выжидающе сверила его взглядом. Проглотив язык, Юнги перебирал в голове варианты того, как бы ответить. — Убедительно, но блять. — Но, блять, напоминаю: ты в ответе за него, — Ами перевела свет от фонарика на Чимина, а затем вернула на себя. Её лицо растянулось в улыбке, из-за чего сейчас она выглядела прямо как одержимый персонаж в ужастиках. — Ну так что? Готов им рискнуть? Юнги выругался и сжал маленькую ладонь в своей руке ещё крепче. — Сука. Ладно, будь по вашему, но если с ним что-то случится… Дара язвительно продолжила за него: — Из-под земли нас достанешь. А может… грохнешь? Мы зависим друг от друга, так что переставай накручивать себя и давай наконец возвращаться к проблеме. Подойдите пока все трое к стене, я объясню, что к чему. Вся компания последовала её указанию. — Так вот. Со мной пойдёт Чимин. — А это ещё почему? — не расцепляя рук, Юнги всё бегал взглядом от Чимина к Даре. — Да что ж ты не угомонишься никак? Может дашь мне закончить? — Может. Продолжай. — Вот спасибо, — Дара осадила его взглядом. — Твой друг будет между мной и Ами. Мы обе отлично владеем оружием и навыками самообороны, и раз уж каждый из нас обязался помогать друг другу, то с нашей стороны данное слово будет выполнено. Так как для тебя больше важна его безопасность, то, — её в очередной раз перебили. — И как ты можешь считать себя лидером, если даже тут проебалась? Ами готова была поклясться, что терпению Дары скоро придёт конец и та либо треснет Юнги, либо наплюёт и пойдёт одна, и, дабы не запороть операцию, она встала между ними и бескомпромиссно расцепила руки Чимина и Юнги под недовольное шипение последнего. Теперь все стояли в линии, как и задумано. Не отрывая взгляда от Юнги, Ами сказала: — Главное чтобы вы сдержали своё слово. Юнги, не теряй время и прислушайся к себе. Я же вижу, что ты рациональный, так что, пожалуйста, осознанно ко всему подходи. В любом случае мы нацелены на спасение всех. Так что выполни часть сделки, а мы, — она дала подзатыльник подруге. — Выполним свою часть. Дара, взяв себя в руки, добавила: — Юнги, ты идёшь последним, так как смышлёный и сильный, поэтому в случае чего сообразишь, как увеличить шансы на спасение. Внимательно выслушав всё, Чимин прокрутил последнюю фразу в голове ещё разок, дабы убедиться, что это не его разыгравшийся разум. — Ты сейчас назвала его сильным и умным? — Тебе показалось. Поворачивайся лицом вперёд. — А я говорила, что она душечка, когда не язвит, — Ами поправила лямку рюкзака на плече и ускорила шаг. — Ами. — Да? — Будь добра, направь свою светлую энергию в нужное русло и вспомни, что ты должна быть моей защитой. И, пожалуйста, не знаю, кто из вас это делает, но поднимайте ноги выше. От летящих камней шума больше, чем от нашей перебранки. — Ой это я, извините, — Чимин постарался поспевать за общим шагом. — Знаешь, Дар, за вами так интересно наблюдать, потому что… Ойк. Чего остановились? Ему ответила Ами. — Судя по развилке сейчас нужно свернуть налево и идти тихо, потому что впереди будет огромное открытое пространство.

***

Дара скрылась за огромным булыжником. — Смотрите туда. Подойдите ближе. Ребята стояли на возвышении и наблюдали за тем, как снизу, прямо возле нужного им прохода, роем кружило ужасающее количество пустых. — Ну естественно, — Дара, прошипев словно змея, высунулась из укрытия чуть дольше нужного и, чуть не попавшись, скрылась обратно. Ами встревоженно спросила: — Тебя заметили? Что там? Дурная, давай аккуратнее. — Дело дрянь. Все нервозно заёрзали на своих местах, слыша дикое рычание и крики, будто осадком ложившиеся на каждый участок кожи, оставляя на себе липко-грязное чувство предстоящей беды. Проглотив уже не первый неприятный раздирающий ком в горле, Чимин спросил: — У кого-то есть хоть что-то наподобие идеи? Юнги? Друг находился где-то глубоко в себе. — Может, стоит кинуть им приманку куда-то подальше, а самим побежать до нужного туннеля? — Ами едва верила, что сказанное может сработать. Дара скептически глянула на тварей. — Не вариант. Если первые минуты эта ловушка каким-то чудом ещё и сработала бы, но потом… Половина из нас попусту не успеет добежать до туннеля, вход которого ничем не защищён. Нет. Так нам не оторваться. Да мы даже не спрячемся толком, потому что эти твари хорошо видят в темноте. — Ну, может тогда… может, — Чимин расстроенно опустил голову и поджал губы. — Ничего в голову не идёт. Дара взглянула на задумчивого Юнги. — Придумал что? Последний шанс тебе высказаться, потому что мне в голову пришла максимально пришибленная идея. До абсурда убогая, абсолютно сумасшедшая, но вполне сносная для тех, кто и так в безвыходной ситуации. — Звучит так, словно мы помрём ещё до начала плана, — Юнги тяжело вздохнул. — К моему сожалению, я ничерта не придумал, так что выкладывай давай. — У нас остались салюты, прочая пиротехника и… освежители. У Юнги округлились глаза, а пульс в панике ускорился, срываясь с нормы. Он чуть не заорал в возмущении, но вовремя прикрыл рот ладонью. — Блять, нихуя. Дара кивнула. — Понимаю твой восторг, но что нам ещё остаётся? Уверена, ты тоже думал об этом, но не решился озвучить из-за рисков. — Да. Я отбросил идею, ибо она ебанутая. То есть прошлую ты откинула из-за возможных рисков, а эту — нет? Ты чем думаешь вообще? — Прошлую я откинула, так как там шансов сдохнуть больше, — Дара сделала несколько шагов к Юнги и, вздёрнув голову, с угрозой во взгляде проговорила: — Ты не кретин, поэтому должен здраво оценить, в каком мы положении. Их слишком много. Те разлагающиеся тела, что бродят внизу, это только верхушка айсберга, только то, что не скрыто от нас. Даже сейчас невооружённым глазом видно, что их не менее пяти десятков. Наша задача добежать, и мы сделаем это. Потом заблокируем вход. Юнги шагнул вперёд и, давя на девушку преимуществом в росте и диким леденящим взглядом, проговорил сквозь зубы: — Так в этом уверена? Тогда ты ещё безумнее, чем я на тебя ставил, — он шагнул назад, затем ещё и ещё, подходя к Чимину. Только потом он обернулся через плечо и сказал: — Мы похороним себя под обвалами камней. Если ты готова к этому, то дерзай. Дара глубоко вздохнула и, с силой закусив внутренние стороны щёк и выпятив подбородок вперёд, проглотила всё, что было на уме и языке. — Мы с Ами дадим тебе ровно десять минут на раздумье, — она холодно посмотрела на Чимина. — Надеюсь, я всё верно смогла высчитать и ты имеешь гораздо больший вес, чем тот, о котором он треплется, — Дара указала Ами взглядом на углубление снизу, что переходило в туннель. Подруга поняла без слов и, выключив фонарик, спустилась туда, следом пошла Дара. Юнги утянул Чимина немного подальше и заставил присесть. — Я знаю. По глазам вижу, что ты скажешь. — Тогда ты также знаешь, что это может сработать. Тебе ведь под силу просчитать большинство нюансов. — Но не все. Чимин взял обе руки Юнги и, уместив в свои ладошки, поглаживая успокаивающе каждый палец, продолжил: — Но ведь у нас есть процент успеха. — Как и поражения. — Всегда можно увеличить и уменьшить обе стороны. Давай так, у тебя есть предложения получше? Подумай, пожалуйста, потому что я готов пойти за тобой куда угодно. — Не говори так. — Но если это правда, Юнги, — на друга с нежностью смотрела пара тёмных глаз. — Я поддержу тебя в любом выборе, даже если его итог будет не очень. Это мой выбор. Моё решение. Юнги с жалостью посмотрел на такого открытого и лучезарного Чимина. Даже в такой поганой обстановке он умудрялся светить и бесконечно верить в него. За время, проведённое с ним, он так для себя и не понял, его это больше бесит или вдохновляет на новые безумства. — Других путей нет. Я не упущу возможность спасти тебя и себя. Подсядь ближе. Чимин придвинулся совсем впритык к Юнги. Из освещения у них были только редкие блёклые лучи солнца. Создавалось ощущение, будто природа намеренно не хотела делиться с этим мрачным, потаённым местом своим теплом и защитой. Словно она понимала: здесь затаилось зло. — Слушай внимательно, шустрик, поклянись, что, что бы ни случилось, ты не помчишься никому помогать. Чимин нахмурился. — Но мы же догово… Юнги обхватил руками щёчки Чимина, дождался пока чужие напуганные глаза прочитают всю ту тревогу в его собственных, все те немые отчаянные крики о том, что ему нельзя, ни в коем случае нельзя рисковать им, нельзя потерять его. — Даже. Не. Вздумай. Умоляю, Чим, я и так справлюсь, — он погладил большими пальцами бледные щёки и обманчиво уверенно произнёс: — Задачка для нас вполне выполнимая, и не такое пережили. А девочки… сам говорил, они те ещё неуловимые персоны, так что, прошу, позаботься о себе. — Н-но… Юни, это же неправильно. — Неправильно будет потерять из-за каких-то незнакомок моего единственного близкого, — Юнги начинал закипать от мысли о подобном, из-за чего в голосе мелькали рычащие нотки раздражения. — Думаешь, если выбор встанет между мной и этими двумя, ты не отдашь предпочтение мне? — Да, но… — Чимин еле слышно перебирал слова: — Они же тоже часть команды… Как мы можем? Юнги подвинулся ближе и оставил лёгкий поцелуй тёплых губ на лбу Чимина, а затем покрепче прижал к себе свою Луну, передав через объятия всю недосказанность и те очевидные вещи, которые скрывались на виду, но были талантливо проигнорированы им. — Мне тоже страшно, но вместе мы справимся, помнишь? — Конечно… но я всё ещё не уверен, что это прави… — Пожалуйста Чимини, хотя бы на этот раз, сделай всё так, как я тебя попрошу, — Юнги впервые чувствовал себя настолько уязвимым, даже несмотря на то, через что он прошёл. — Хорошо, но тогда и ты пообещай мне кое-что, — Чимин слегла отстранился. Их лица были всего в паре сантиметров друг от друга, отчего дышать становилось невыносимо тяжело. Он смочил языком пересохшие губы и прошептал, наклонившись непозволительно близко к чужому лицу и смотря через глаза прямо в душу: — Пообещай, что сбережёшь себя для меня. И когда мы выберемся отсюда, то продолжим путь бок о бок. Пообещай, что что бы ни случилось, ты вернёшься ко мне, — Чимин смотрел так проникновенно, так отчаянно пытаясь насмотреться на полюбившиеся карие глаза, которые впервые были настолько близко, что в них можно было рассмотреть крохотные янтарные, рассыпанные по всей радужке пятнышки, которых он не видел ранее. — Обещаю, кроха. Я вернусь к тебе. Вернусь.

***

— Мы согласны, но при условии, что вы гарантируете безопасность мелкому в первую очередь, — скинув всю тревогу и сосредоточившись на неизбежном, Юнги собранно спокойно смотрел на Дару с Ами. — Я выживу и без гарантий, а вот он… Ему ответила Ами: — Мы согласны. Ладно. Эм-м… тогда поступим так. Сделаем упор на мне и Чимине. Мы разделимся и отвлечём пустых, зайдя с разных сторон. Чимин с левой, если ориентироваться по входу, я с правой, так как там находятся больше тварей. Дара продолжила: — Они немного пробегут вперёд и прикроют нас с тыла, пока мы не установим пиротехнику. После того, как ты и я убедимся, что всё прогорит, побежим ко входу, догоним, отойдём на безопасное расстояние и сделаем искусственный обвал. Годится? — Чимин? — Он будет с Ами, да. — А мы? — Мы зайдём вторыми с левой стороны, да, всё верно. Не давай переживаниям поглотить тебя, Юнги, иначе они наступят тебе на горло и ты не сможешь помочь даже себе. — Но если что-то не получится. — Получится. Не давай мозгу питать подобные мысли. Выкинь всё лишнее. Если уж мы решились делать, то давай сделаем это без страха, — она протянула ему правую руку. — Давай постараемся, — она улыбнулась. Он выпрямился в спине и, протянув руку в ответ, сказал: — Ради цели и жизни. Давай попробуем. — Тогда сейчас каждый проговорит план от начала до конца со всеми подробностями и начнём.

***

— Их же там наверняка больше пятидесяти, — голос Чимина был совсем поникшим. — Это ты сейчас так всеобщее напряжение сбрасываешь? — уже приняв неизбежное, Юнги старался не накручивать себя ещё сильнее. — Все взяли по баллону освежителя? — Да. Дара внимательно осмотрела каждого из команды. — Спрашивать, готовы ли вы, бесполезно, поэтому просто начнём. Ами и Чимин держитесь своих сторон. Будет лучше, если из вас двоих именно Чимин подожжёт фейерверк. Главное обязательно поставьте его боком, так заряды полетят прямо на пустых. Ами при идеальном раскладе будет живым щитом Чимина. Благодаря огненной завесе, созданной при помощи электрической зажигалки и струи от освежителей всё должно пройти плюс-минус гладко. Я прочитала состав на баллонах и убедилась, что там содержится достаточное количество нужного вещества для поджога. Единственное, очень прошу, как будете готовы взрывать салют, выкиньте остатки флаконов нафиг в самый дальний угол. Не вздумайте забыть об этом иначе подорвёте нас всех за милую душу. Разглядывая баллончики освежителей, Чимин уточнил, оглядываясь по сторонам из-за шума: — А разве Ами не будет больно? Дара вопросительно на него посмотрела. — А? А-а. Нет. Для Ами созданное пламя будет не таким обжигающим в отличие от монстров, потому что она наденет специальные перчатки созданные Катриной и Намджуном. Правда, они больше предохраняют от ядов и порезов, но, в теории, и с этим должно прокатить. Чимин подытожил ровным тоном: — То есть ты не уверена. — То есть она сейчас максимально утешила, — Ами нервно усмехнулась и легонько пихнула Чимина в плечо. — Не волнуйся, ты крутой парень, у которого всё получится. Раз ты дошёл до этого этапа, то и до следующих доберёшься. Поверь, если мы с Дарой, то самое страшное, что мы можем пережить это её, а не те сумасшедшие планы, которые она озвучивает нам ради достижения цели. Так что… всё в порядке. Сосредоточься на главном. — Ага. Ты тоже максимально утешила, — на самом деле, после озвучивания плана Чимин и правда меньше переживал. Отчасти потому что чувствовал, насколько сильно Ами доверяет свою жизнь подруге. Дара продолжила: — Мы же пойдём следом, тоже отвлечём тварей контролируемым потоком пламени. Как только салюты начнут греметь, не задумываясь, все бежим ко входу, — она перевела взгляд с Юнги на Чимина и заметила, как тот нервно повторяет всё сказанное и с волнением скачет взглядом с неё на Ами. — Чим, ты всё уже давно запомнил, не переживай. У тебя будет поддержка со стороны Ами, которая прекрасно владеет ножом, мы позади, так что держись рядом, следуя плану, и всё будет хорошо. К тому же каждый из нас обязательно тебе поможет, если что-то пойдет не по плану. Понимаешь? — она поймала глазами его растерянный взгляд. — Клянусь, я помогу. На этих словах даже Юнги напрягся. — А ты, — Дара указала на него пальцем и сощурилась. — Колючка. Не отставай от меня. Я хоть и не сильно вдохновляю тебя, но это не отменяет того факта, что я помогу. Всё, пошли.

***

Чимин старался не показывать свою панику, но глаза, такие стеклянные, наполненные беспокойством, по-прежнему выдавали его с головой. — С твоим Юнги всё будет хорошо. Более того, он даже под большей защитой, нежели ты. — Как ты?.. С чего ты решила, что я думаю о нём? Да и что за? Ами хмыкнула и, глянув на то, как растение поглотило мошку, продолжила идти по каменистому туннелю, ведущему прямо к открытому участку с пустыми. — Твои глаза. Они ловят буквально каждое его действие в надежде запечатлеть образ как можно детальнее. В твоём взгляде столько нежности, что меня просто удивляет, как он до сих пор не заметил этого… Хотя если учесть, что он как-то… да не важно. Чимин приподнял брови ближе к переносице и взволнованно спросил: — Всё настолько очевидно? — О-о, ты себе даже представить не можешь. Вот доберёмся мы до Дами, увидишь, как Намджун зависает, когда видит Дару, и как моя подруга лагает, смотря на него. Все их неловкие гляделки, глазки сердечки, искренний смех… вы просто их копия, поверь, ты сразу поймёшь, о чём я. Ну, — она занялась, — то есть, если вы, конечно, захотите потом пойти с нами, — Ами остановилась. Её карие глаза последний раз задержались настолько надолго на Чимине, а затем в её чертах лица появилась та серьёзность и сосредоточенность, которая была при их первой встрече. Эта перемена ровно за мгновение подбила Чимина на мысль, что новые знакомые и правда отличные бойцы. — Давай! Они побежали к заранее обговорённой точке недалеко от бродящих пустых. Щелчок. Вспышки огня на мгновения ослепили, болезненно ударяя по глазам. Пламя яростно рычало, агрессивно пыталось укусить безумных подобий людей, которые ринулись на ребят, подобно собакам на брошенную кость. Твари бездумно бежали к пище, не зная, что на сей раз именно они станут лакомством. На бледной коже со светящимися синими венами стали появляться массивные пузыри, заполненные кровянистым содержимым, но на этом всё не закончилось. Обжигающий огонь жадно поглощал пустых. Сдирал плоть до костей, заставляя истошно завывать, скулить и биться в предсмертной агонии на земле. Где-то по правую сторону от Чимина с Ами вспыхнули яркие языки пламени и послышался крик. Ами что есть мочи крикнула: — Чимин, что там? — она едва успевала отмахиваться от озверевших от боли пустых. — Всё!!! Выкидывай флакон и отходи, скоро… Всё громыхнуло и предалось хаосу, как только коробка начала менять направление из-за сильной отдачи. Каждый новый заряд летел с такой скоростью, что предугадать его траекторию было просто невозможно. Из-за мощных толчков коробка то и дело тряслась и кружилась. Всё было охвачено шипящими искрами, которые, резвясь, пытались догнать новых жертв. — Бежим, бежим, бежим!!! — истошный крик Юнги, который на фоне диких воплей пустых и свистов от петард, едва ли был слышен, но этого хватило, чтобы Чимин наконец вышел из ступора и стал действовать. Превышая возможности организма, задыхаясь от паники и выброшенного в кровь адреналина, вся четвёрка неслась по грязи, острым камням и полумёртвым телам, в то время, как за ними вновь и вновь взрывались оглушительные салюты. Теперь, помимо искр, они состояли из брызг крови и разорванных на куски трупов. Взрыв. Чужая кровь омывает несчастных бегунов. Новый взрыв, что мощнее предыдущего. Плоть и органы пустых разлетаются в разные стороны, а искры кусают кожу, рябя мигающими разноцветными огнями повсюду. Очередной мощный толчок от взрыва утягивает огромное количество тел в разломы под ногами. Всё горит, рушится, сверкает. Тела содрогаются в предсмертной агонии, скрючиваются в неестественных позах и вопят, скулят жалобно, пока смерть заботливо присматривает за тем, чтобы у каждого монстра в этой гробнице закрылись глаза. Юнги сквозь затянутый серой пеленой туман, пронизанный тусклым светом с расщелин, будто в замедленной съёмке оглядывается по сторонам, пока взгляд не приковывается к первому участнику, которому удалось… удалось скрыться в туннеле. Он устало прикрыл глаза и с силой сощурился. — У тебя всё получится, Юнги, — шепчет ободряюще внутренний голос. — Прошу, потерпи немного. Не думай ни о чём. Он в порядке, а значит и ты должен быть. Для него… Чтобы быть с ним. Чтобы быть рядом. Поэтому просто… БЕГИ!!! БЕГИ ЖЕ!!! НУ ЖЕ ДАВАЙ!!! Игнорируя острую боль, которая уже стала просачиваться сквозь шоковое состояние, Юнги перебирает ногами и с хрустом ломает чужие рёбра, пробираясь вперёд. Он уже не бежит. Идёт практически вслепую, наступая на очередное тело. Единственный его ориентир — Дара. Тем временем взволнованный Чимин, сильно кашляя, всё всматривается сквозь пелену, молит о том, чтобы остальные смогли поскорее добраться до него. Поскорее оказаться в безопасности. Сейчас ближе всех ко входу была Ами. Она довольно быстро оббегала все булыжники и останки под ногами, прикрывая руками голову от беспорядочно разлетающихся грязных, острых и горящих предметов в воздухе. Ами находилась совсем близко, чего нельзя сказать о задыхающихся от огромного столпа пыли Юнги и Дары. Им нужно прибавить темп. И срочно. Тело Чимина всё порывается ломануться, помочь, но хозяин, запрещая себе подобное, игнорируя разрывающееся от боли сердце, смиренно стоит. Трясётся от беспомощности и всё старается игнорировать рвоту, поступающую от отвратного металлического запаха и вида расчленённых тел. Он ждёт. Ждёт. Просто ждёт… ждёт. Ждёт. Ждёт. Ждёт. Ждёт… Ждёт. Ждёт. Душа не может больше терпеть подобную пытку. Она горестно рыдает, умоляет своего господина нарушить обещание и побежать к нему. Помочь. Защитить. Уберечь своё. Чимин с силой до крови впивается ногтями в ладони и заставляет себя стоять на месте. Игнорировать разъедающие чувства. Он ждёт и напоминает себе о тех карих вселенных, которые с такой тревогой и трепетом вытянули из него проклятое обещание. Ждать. Ему остаётся только надеяться и ждать, ждать, ждать… Ждать. В затяжных минутах скрывается вечность, сдавливающая грудь. Послышался оглушительный пронзительный крик, который утонул в новой волне взрывов. Глаза Чимина заметались в панике в поисках источника подавленного крика. Юнги? Он? Дара? Ничего не видно. Абсолютно ничерта. Чимин вытянулся посильнее в надежде увидеть вдали хоть кого-нибудь. Ничего. Ничего не видно. Сердце в бешенном ритме качает кровь учащая пульс. Никого. Он не видит ни-ко-го. Не видит Юнги. В неописуемом испуге от судорожно вертит головой, пока глаза не цепляются за… — Ами, — слетает с дрожащих губ, а в груди разливается предательское облегчение, которого быть не должно. Значит. Значит это не его друг… По вискам ударяет блаженное, но ужасное осознание: ранен не его друг, но часть команды, которая надеялась, что сможет таковым стать. Девушка, которая вынужденно угрожала, но потом, подобно ему, дала клятву оберегать. Чимин рвано дышит и вот-вот разрыдается от цунами смешанных эмоций, которые удушливо накрыли его с головой, прибив к месту. Искр становилось всё меньше, отчего, даже несмотря на сильную игру света, можно было наконец разглядеть происходящий вокруг хаос. — Чим… мин. Помоги, — надрывно и с хрипотцой в голосе прокричала Ами. Лёжа на земле рядом с грудой камней, она по максимуму пыталась не шевелиться и, смотря на содранную в мясо неглубокую рану, всё старалась подавить всхлипы. — По-пожалуйста. Б-больно. У Чимина сердце падает и крошится на мелкие крупицы. Хочется ринуться на помощь, ведь Ами совсем близко. С ним ничего не случится, если он проигнорирует клятву, а вот с ней — да. Разве он позволит ей умереть? Сделав шаг назад от искушения, Чимин затряс головой и стал истерично кричать, из-за чего горло полосовала острая боль: — Не могу! Не могу! Я. Не. Могу. Не стану. Умоляю, прости меня. Прости, прости, прости, прости, пожалуйста!!! — он повернулся лицом к туннелю не в силах больше смотреть на то, как в перепуганных заплаканных глазах рождается бесконечное разочарование. Чимин прикрыл глаза, прекрасно зная, что так ему не удастся избежать горечи от принятого решения. — Я дал ему обещание и не могу подвести хотя бы на этот раз, — шёпотом: — Мне так хочется помочь всем вам, каждому, но я правда не могу. Не в этот раз, — он беспомощно рухнул на колени. Где-то позади уже давно шли двое отстающих, которым до спасения оставалось каких-то несколько метров. Они не видели до конца происходящего впереди, но по исчезающему силуэту в тёмном туннеле поняли: Чимин бросил Ами. Дара в замешательстве перевела взгляд на спокойного Юнги, уголки губ которого медленно растянулись в довольной улыбке. — Спасибо, шустрик, — произнесено с огромной нежностью и усталостью. — Спасибо. Зрачки Дары расширяются настолько сильно, что теперь едва ли можно увидеть голубо-серую радужку. Она не моргает. Не двигается. Только прожигает свирепым взглядом, игнорируя пролетающие мило последние заряды. — Какого хера происходит, Юнги?! Мы договорились помогать, так почему Чимин бросил её одну? Рядом прогремел очередной взрыв, и на них обрушилась новая волна ошмётков, из-за чего оба рухнули на землю. — Она ранена. Ами беги, — кашель. — Борись, дурочка! — стряхнув с себя мелкие обломки, Дара на чистом гневе и упрямстве поднялась на дрожащих ногах, устремилась вперёд, полностью игнорируя того, кто неподвижно остался лежать на камнях. Прогремел самый оглушительный и мощный запал, а после всё будто поставили на паузу. Пустые не двигались, несмотря на лакомую добычу, которая маячила прямо перед их носом. Раздался совсем тихий кашель вперемешку со всхлипом. — Дар, — Ами тянула руку к подруге, которая хромая пыталась идти быстрее. — Ами, вставай, иначе клянусь, я прибью тебя раньше, чем отмудохаю мудака Юнги!!! По всей пещере эхом раздалтся треск, а затем и тихие рыки растормошенных чем-то тварей. — Блять, — добравшись до подруги, Дара помогла ей подняться. — Делай упор на здоровую ногу, облокотись на меня и шагай, дорогая. Вырубаться не смей, — сказано строго, но с заботой. — Б-больно. Дара огорчённо выдохнула. — Знаю, родная, знаю. Прости меня, — она чуть ли не тянула Ами за собой, лишь бы та добралась до безопасной зоны. — Ещё немного. Потерпи ещё чутка, ладно? Сильно шатаясь, они добрели до входа. Дара помогла Ами устойчиво встать рядом со стеной. Заметив движение, Чимин хотел было ударить пришедших чем-нибудь посильнее, но опешил ещё больше, чем если бы это были пустые. — Д-девочки. Дара исподлобья презренно бросила на него недовольный взгляд, от которого тому стало не по себе. — И тебе привет, д-р-у-г, — не сдержавшись, она вспыхнула: — Вот я, блять, только одного не понимаю, ты… — Спаси его. — Ч-что, прости? — Умоляю, спаси моего друга. Брови Дары взлетели на лоб. Она запылала пуще прежнего. — И тебе ещё хватает наглости. Напомнить, как ты подло поступил с моей семьёй? Совсем красный, зарёванный и трясущийся, Чимин стыдливо поднял опухшие глаза. — Я, — осипший голос пропитался отчаянием: — обещал ему, — всхлипывая вновь и вновь, его тело проигрывало истерике. — Прошу, я присмотрю за Ами. Нужно будет — на спине отнесу дальше отсюда, но… Я обещал ему, — всхлипы становились всё чаще. Чимин судорожно хватал ртом воздух и пытался чётче произнести слова, окончание которых уже терялось за усиливающимся шумом снаружи. — Мне нельзя туда. Понимаете? Не-нельзя, но я н-не мо-гу поте-потеря-потеря… не могу потеря-ть его. Он моё всё. Понимая, что сейчас произойдёт, Ами обречённо вздохнула. — Дар, я в тебя верю, ты же знаешь. Дара закинула голову назад и произнесла, злясь на себя: — Грёбаный Юнги, я тебя лично на сухожилиях повешу, чисто от всей моей щедрой души. И себя за собственную тупость, — она сняла рюкзак и, впихнув его Чимину, бросила напоследок: — С тобой я сделаю то же самое, если с Ами что-то случится, — она выбежала из туннеля, стараясь игнорировать слабость и головокружение, но на половине пути контролировать это стало ещё труднее. Со всех углов то и дело мелькали яркие блестящие золотые глаза, которые с жадностью следили добычей. Особенно смелые стали активно выползать из укрытий, поняв, что им больше ничего не угрожает. До того, как у Дары иссякли почти все силы, она опустилась на землю и со всей дури пихнула Юнги кулаком в грудь. — Вставай, мерзавец. Юнги проморгался и едва ли стал приходить в сознание. — Ты? — образ знакомой двоился в глазах и плавал. — Я. Поднялся живо и пошёл, — не давая ему прийти в себя, Дара потянула Юнги за руку и, перекинув её себе на плечи и придерживая за бок, заставила его идти. — Чимин, он? — Всё в порядке с твоим Чимином, угомонись и иди. Спотыкаясь о камни, шипя от новых ссадин, Юнги старается отталкиваться посильнее и идти, идти, идти. Он упёртый, всегда таким был, поэтому и сейчас повредничает немного. Конечности поднимаются выше и сами несут его прочь, делая упор веса на здоровую ногу. Оба чувствуют на себе скользкие изучающие голодные взгляды пустых, которые приближаются всё ближе и ближе, чтобы вогнать зубы в заветную шею. Прогрызть кожу, мышцы и… спинной мозг. А потом обглодать человеческое мясо до косточки. Особо сообразительные остановились прямо недалеко от заветного входа. Послышался сильный треск, будто сама гора разломилась на две части. Из туннеля послышались надрывные крики: — Быстрее!!! Всё рушится!!! — Чимин, вглубь. Живо!!! — Дара буквально выталкивала из себя остатки воздуха вместе со словами: — Иначе я скину его тут. Сваливайте!!! Они не видели, как встревоженные глаза проводили их в последний раз, но чувствовали, что теперь их друзья в безопасности. Будут в безопасности. Дара отпустила Юнги и достала из рюкзака маленький нож. — Ты обещал ему вернуться. Я дала такую же негласную клятву моей семье, так что давай постараемся. С потолка уже вовсю сыпались большие булыжники. — Нужно будет бежать, как никогда. Дара достала из чужого рюкзака нож, который вложила в руку знакомого. — Убьёшь их, — себе оставила петарду и, схватив Юнги крепко за руку, побежала на пустых. Когда же они добежали, то времени на подумать не оставалось. Одичавший желанием укусить, мертвец бежал навстречу. В тот миг Юнги не целился. Он сжал сильнее рукоять, пока напарница без слов отскочила. Тогда Юнги не смотрел на неё. Не понимал, что происходит. Он лишь двигался по наитию. Сначала с силой пнул заражённого мужчину ногой в живот, а потом полоснул ему живот. Каждую его клетку в теле будто бил ток. Прежде чем он вспомнил про второго, его пихнули в туннель. — Что ты? — его глаза в ужасе расширились. — Нет! Стой, что ты творишь?! Туда нельзя целится нас расплющит обвалом!!! Раздался последний взрыв погружающий всё во тьму.