После всего

Если бы я должна была выбрать только одну мысль,

которую больше всего хочу до вас донести, то она была бы такой:

Чувства не убьют вас, а вот их подавление - может.

Барбара Шер

Зайдя в зал, на него сразу хлынуло тепло, после пронизывающего ледяного ветра этот контраст слегка отрезвил его мысли. Драко глубоко вдохнул, заставляя свои черты сложиться в привычное и непроницаемое выражение, которое было как его второе лицо. Особенно в те моменты, когда он играл образ наследника Малфоев. Никто не должен был видеть происходящее внутри него. Он осматривался, останавливаясь на кружащихся парах, выискивая нужные ему лица. Теодор Нотт обнаружился у одной из стен, совершенно поникший. Он задумчиво крутил в руках наполовину пустой бокал и всем своим видом излучал мрачную аристократичную скуку. Его вечер не складывался, все его надежды на то, что он сможет урвать хотя бы немного времени с девушкой, в которую давно был влюблен - не оправдались. - Где, блять, носит Блейза весь вечер? - бросил Драко, подходя к другу и бесцеремонно выхватывая бокал из его рук, чтобы сделать большой глоток. Жидкость обожгла горло, но это было ничто по сравнению с тем, что творилось в груди. Тео медленно повернул голову, окинув Драко оценивающим взглядом. Конечно от него не укрылось, что тот где-то пропадал. Он пол вечера потратил на то, что бы следить за ним. Не позволить слететь с катушек и натворить глупостей, от которых будут одни проблемы. - А где был ты? - вопросом на вопрос ответил Нотт, игнорируя украденную выпивку. - И, что гораздо интереснее, почему Грейнджер минут десять назад вошла в зал под руку с Чарли Уизли с таким видом, будто увидела призрака? Драко криво усмехнулся, глядя на алкоголь в чужом бокале. - Потому что она его и видела. - Что ты натворил, Драко? - голос Нотта стал жестче. Никто из них не желал снова вытаскивать друга из забвения. - Ничего, блять. Я не сделал абсолютно ничего, - процедил Драко, чувствуя, как снова закипает ярость. - И, вероятно, именно в этом и заключается грёбанная проблема. Теодор тяжело вздохнул и потер переносицу, словно у него начиналась мигрень. Ему самому нужна была помощь, а еще и друг сходящий с ума от злости. - Драко, чёрт возьми, определись уже, чего ты хочешь. Я говорил тебе, что ты не сможешь играть в благородство. Ты не из тех, кто отступает. - Давай не сейчас, - отрезал Драко, возвращая ему бокал. - Мне нужно напиться. Желательно до беспамятства. - Не могу не согласиться, - мрачно хмыкнул Тео, провожая взглядом кружащиеся в центре зала пары. - Дафна закончила уже пятый танец. Последний кажется был с каким-то олухом из Министерства. - Понимаю тебя, как никто другой, друг, - Драко похлопал его по плечу, чувствуя горькую солидарность. - Найди Блейза. Скажи, чтобы тащил свой итальянский зад сюда. Пора покинуть это богоугодное заведение, пока я не начал сыпать непростительными. - Драко, мальчик мой! Наконец-то я тебя поймал! Громогласный, елейный голос за их спинами прервал разговор. Драко едва удержался, чтобы не закатить глаза, прежде чем повернуться. К ним, сияя искусственной улыбкой, приближался Гринграсс. Явно довольный, что ему удалось его перехватить. По обе стороны от него, словно две дорогущие фарфоровые куклы на выставке, шествовали его дочери. - Мистер Гринграсс, - Драко вежливо кивнул, мгновенно примеряя на себя светские приличия. - Прошу прощения, был занят деловыми беседами. - О, пустяки, пустяки, - отмахнулся глава семейства, цепко оглядывая Драко и снова игнорируя стоящего рядом Нотта. - Дорогой мой, бал в самом разгаре! Не хочешь ли пригласить мою девочку на танец? Вы будете просто прекрасно смотреться вместе. Настоящее украшение этого вечера. Драко прекрасно понял, кого именно имел в виду старый лис, но строптивая натура потребовала немедленного саботажа. Он не собирался сразу же сдаваться, даже под натиском этого старого пройдохи, который порядком за сегодня уже надоел. - Конечно, мистер Гринграсс. Я с огромной радостью приглашу свою давнюю подругу, - он ослепительно улыбнулся и элегантно обогнув ожидающую Асторию, протянул руку старшей сестре. - Дафна? Окажешь мне честь? Реакция на его дерзость была мгновенной и читалась как открытая книга. Лицо Астории, на долю секунды, исказилось от шока и вспыхнувшего гнева, прежде чем она успела снова натянуть милую улыбку. Дафна растерянно моргнула, переводя взгляд с протянутой руки Драко на отца. За спиной Драко отчетливо и очень зло засопел Теодор. А что еще ему было делать. Потом он объяснил бы, что это выгодно им обоим. Драко избавлялся от Астории, а Нотт от того что бы наблюдать ее в руках очередного предполагаемого жениха. Но Лорд Гринграсс был не так прост. - О, нет-нет, дорогой, какая досада! - Гринграсс поспешно шагнул вперед, нервно рассмеявшись. - Дафна уже пообещала этот танец сыну моего французского партнера. А вот, кстати, и он! К их группе, источая аромат дорогого парфюма и уверенности в собственной неотразимости, подошел высокий, статный волшебник со светлыми волосами и легкой небритостью. Он остановился около них с идеально выпрямленной осанкой. - Mademoiselle Daphné, - промурчал француз, склоняясь и запрашивая её руку. - Наш танец? Дафна бросила затравленный, полный подавленной боли взгляд через плечо Драко туда, где стоял побледневший Тео. Обреченно кивнув, позволила увести себя в центр зала и француз перехватив её за талию, закружил в очередном вальсе. Хотя она и казалась со стороны холодной королевой, сейчас Дафна задыхалась. Их скрытные чувства с Тео были на грани отчаяния. Она была полна глубокой преданности к нему. Только он знал, как она умеет смеяться по настоящему, и только с ним она чувствовала себя свободной. Её собственный отец продавал её, словно редкую антикварную мебель на аукционе, чтобы закрепить международные торговые связи. Каждый шаг по паркету прочь от Тео казался ей предательством. Ей до дрожи хотелось плюнуть на все и сбежать с ним куда угодно, прятаться от этого лицемерного мира, но вбитый долг чистокровной дочери оказался сильнее. Она не хотела разбивать сердце матери, хотя та даже не пыталась встать на её сторону. Сейчас единственное, что она могла сделать, улыбаться и крепче сжимать зубы, загоняя не пролитые слезы внутрь себя. Она позволяла этому чужому человеку кружить себя и заставляла все свое нутро вежливо отвечать на его слова и улыбаться. Стоящий рядом с Драко Гринграсс, не теряя ни секунды, подтолкнул младшую дочь к нему. - Астория, дорогая, составь компанию наследнику Малфоев, - проворковал он и в его глазах блеснул жесткий расчет. - Вам стоит чаще проводить время вместе, Драко. Привыкать друг к другу, так сказать. От этих слов у Драко по спине скользнул холодок. Привыкать друг к другу. Он бросил быстрый взгляд на Теодора, и тот, нахмурившись, едва заметно кивнул, подтверждая его опасения. Гринграсс звучал слишком уверенно. Драко совсем не нравилось, то как он навязывал свою дочь и еще больше не нравилось то как Астория, забив на всякое достоинство, соглашалась на такое унижение. - С удовольствием, - сухо произнес Драко, предлагая Астории локоть. Как только заиграл медленный вальс и они влились в толпу танцующих, Астория мягко положила руку ему на плечо. Она была красива, безупречно воспитана и грациозна, но от неё веяло холодом, как и от статуй в его доме. Под её кукольной внешностью скрывалась пугающая целеустремленность. Астория ждала своего часа слишком долго. Она еще на его шестом курсе начала замечать то, что он кем-то увлечен, и сегодня она заметила как он смотрел на эту грязнокровку Грейнджер, которая всё же вырядилась в то платье. Ей было абсолютно плевать на его юношеские трагедии и сломанное сердце. Драко Малфой был идеальной партией, она любила его и самое главное, он принадлежал ей по праву контракта. Она собиралась пойти напролом. Если потребуется, она заставит его забыть о своих неуместных привязанностях, уничтожит любые слухи, но станет леди Малфой. Чего бы ей это ни стоило. Даже если придется убрать эту грязнокровку с дороги самым жестким методом. Но сейчас было важнее очаровать его. Поэтому она продолжала изображать дурочку и улыбаться. - Ты был жесток, Драко, - тихо произнесла она, глядя на него из под длинных ресниц. - Пытался сбежать от меня к моей сестре. - Не принимай это на свой счет Тори, я просто ценю дружбу, - ровно ответил он, ведя её в танце. Ситуация нравилась ему всё меньше. - Дружба это прекрасно, - она мило улыбнулась, чуть сокращая дистанцию и прижимаясь к нему. - Но нам, представителям Священных Двадцати Восьми, нужно думать о вещах более… долговечных. О будущем, к примеру. О том, как наши семьи могут усилить позиции друг друга в этом новом и враждебном для нас мире. Нашим семьям нужны крепкие узы, которые усилят нас и наследники. Она не сказала ни слова о помолвке или браке, но эти слова словно повисли между ними. Он не планировал давать ей ложных надежд. Ни ей, ни кому либо другому. - Астория, - Драко чуть отстранился, глядя ей прямо в глаза, чтобы не оставить места для иллюзий. - Все эти разговоры об усилении позиций замечательны, но я не планирую жениться в ближайшем будущем. О наследниках и вовсе говорить не стоит, это неприлично, - помолчав он уже более спокойно добавил. - Наши семьи сейчас не в том положении, чтобы диктовать условия Министерству. И, если быть до конца откровенным, мое сердце уже занято и это ничего не изменит. Эта девушка очевидно сошла с ума, если позволила себе вот так просто вести разговор с ним о наследниках. Он ожидал её истерики, хотя бы холодного презрения или, возможно, обиды. Но Астория лишь чуть крепче сжала его пальцы и её улыбка стала какой-то сочувствующей. - Я так не думаю, Драко, - мягко, но с уверенностью промолвила она, продолжая легко плыть по кругу в танце. - Уверена, со временем ты поймешь, что для тебя действительно правильно. Особенно, когда выбор коснётся твоего сердца. - Она плавно подалась ближе, и её голос упал до интимного шепота. - Ведь некоторые неосторожные привязанности могут оказаться... крайне разрушительными для кристальной репутации. Не так ли? Драко напрягся, его пальцы на её талии чуть сильнее сжали её. Он впился взглядом в её невозмутимое кукольное лицо, пытаясь прочесть, блеф это или нет. Но Астория лишь безмятежно улыбалась ему в ответ. Он быстро подавил тревогу, решив, что возможно, младшая Гринграсс просто бросает слова на ветер, пытаясь задеть его. Драко еще не понимал, насколько глубоко она успела окунуться в его тайны. Не понимал, насколько стоит вникать в то, серьезной ли угрозой она собиралась стать. Когда музыка смолкла, Драко испытал физическое облегчение и галантно довел Асторию обратно к отцу. - Вы прекрасная пара! Просто услада для глаз, - тут же запречитатал Гринграсс-старший. Драко проигнорировал эту реплику, стараясь поскорее избавится от это парочки. - Прошу меня извинить, мистер Гринграсс. Я должен найти одного из наших французских партнеров, чтобы обсудить важный вопрос о поставках. Дела не ждут, мы же здесь именно для этого. - Это замечательно, мой мальчик! - удовлетворительно закивал Гринграсс. - То, что ты так ответственно относишься к семейным делам, делает тебе честь. Ты станешь отличным семьянином. Иди дорогой, конечно. Едва он отошел на безопасное расстояние и выдохнул, как перед ним, словно из-под земли, выросла Пэнси Паркинсон. В её руках качался лишний бокал с шампанским, который она решительно впихнула ему в руку. Он почувствовал облегчение, что это именно она. - Что, старый хрыч всё-таки смог вынудить тебя на танец со своей драгоценной дочерью? - хмыкнула она, отпивая из своего бокала. - Это был вопрос выживания, Пэнс. Иначе он бы начал зачитывать мне брачный контракт прямо посреди зала. Он словно взбесился, не отлипал весь вечер, пока не добился своего. - Будь осторожен, Драко. - Пэнси вдруг перестала улыбаться. - Астория всегда мечтала стать твоей женой. Еще будучи маленькой, помнишь, когда мы учились на шестом, а её чувства начались еще раньше. Ты знаешь не хуже меня, от одержимости очень сложно избавиться. Они коротко рассмеялись, но смех вышел нервным. Каждый вспомнил свою одержимость. И если одержимость Пэнси стояла прямо перед ней, то его находилась где-то в зале, совершенно далеко от него. - Поттер? Серьезно, Пэнс? - Драко решительно сменил тему и выразительно выгнул бровь, вспоминая то, как видел их рядом несколько раз за этот вечер. Пэнси прищурилась, её губы изогнулись в опасной усмешке. Она никогда не уступала ему. - Грейнджер? Серьезно, Драко? Драко вздохнул и поднял бокал в знак капитуляции. - Хорошо, твоя взяла. Ни слова больше. Ты не видела Блейза? Нам пора уходить. - Забини никак не отлипает от мелкой Уизли, - фыркнула Пэнси. - Боюсь, ты не сможешь отлепить его от неё даже заклятием. Оставь его, пусть наслаждается. Драко лишь раздраженно качнул головой и извинившись, растворился в толпе гостей. Пэнси проводила его взглядом и сделала еще один глоток, обводя всех скучающим взором. Ей не хотелось признаваться даже себе, но этот бал действительно выматывал. Он был фальшивым и это чувствовалось. Весельем тут и не веяло. Она развернулась, собираясь найти укрытие где-нибудь, а потом и вовсе слинять, но едва не столкнулась с фигурой в парадной мантии. - Сбежал? - поинтересовался Гарри Поттер, проследив за её взглядом и сразу же найдя Малфоя в толпе. Пэнси скептически выгнула бровь, быстро беря себя в руки. Между ними повисло странное напряжение. Нельзя было сказать, что они нравились друг другу в привычном понимание, как то много было вражды за все эти годы. Вражды и презрения. Гарри помнил ту ночь, когда она просила выдать его Реддлу. Однако, за те встречи, что у них случились, он научился видеть её глубже. Что-то ему подсказывало, что эта девушка вовсе не бессердечная сука, какой отчаянно хочет казаться. За её ядовитыми ухмылками и колючими словами он чувствовал знакомую пустоту. Несмотря на то, как сильно она была предана своим друзьям и как отчаянно за них цеплялась, Пэнси Паркинсон была невероятно одинока. Это внутреннее одиночество, которое Гарри так хорошо знал по себе, необъяснимым образом тянуло их друг к другу. - Спасается от брачных уз, Поттер, - хмыкнула она, вскидывая подбородок. - А ты от кого прячешься? Гарри пожал плечами и к её, да и к своему искреннему удивлению, протянул руку. - Потанцуем, Паркинсон? Она помедлила, но руку приняла. Когда они вышли и встали в круг, Пэнси ощутила, как десятки взглядов сошлись на их паре. Слизеринка с подмоченной репутацией и Герой, спасший нацию. - На нас пялятся, Поттер, - хмыкнула она, легко следуя за его неуверенными шагами. - Причем с таким видом, будто тебя следует защитить. Они ждут, что я всажу тебе кинжал в спину прямо здесь. - Мне плевать, - совершенно искренне ответил Гарри. Он оставался спокойным. - Я переживал и худшее. Помнишь пятый курс, когда пресса называла меня сумасшедшим и лжецом? По сравнению с этим, несколько косых взглядов полнейшая ерунда. Пэнси усмехнулась, признавая его правоту. В конце концов она сама издевалась над ним. В его зеленых глазах не было враждебности, только какая-то общая для них всех усталость. - Ты собираешься возвращаться в Хогвартс? - спросила она, меняя тему. - Да, но воспользуюсь тем, что уже прохожу стажировку в Аврорате, - ответил Гарри, уводя её от столкновения с другой парой. - Буду посещать школу только пару дней в неделю, чтобы взять нужные классы. Еще МакГонагалл попросила меня вести дополнительную практику по Защитным искусствам для младших курсов. Пэнси рассмеялась, её темные глаза лукаво блеснули. - О, чудесно. Вам определенно нужно объединиться с Малфоем. Ты будешь рассказывать им теорию, а он показывать Темные искусства для наглядности. Гарри чуть нахмурился, и его шаг на мгновение сбился. - Неудачная шутка, Пэнс. Она изящно повела плечом, ничуть не чувствуя вины. Для слизеринки это была абсолютно нормальная шутка. Циничная констатация их общего темного прошлого, от которого она не собиралась открещиваться. - Я просто реалистка, Поттер, - хмыкнула она. - Малфой... Как он вообще? - спросил Гарри после небольшой паузы. - Держится, - Пэнси отвела взгляд. - По-малфоевски. - Это-то и пугает, - негромко отозвался Поттер. Он чуть помедлил, словно решаясь задать вопрос, не зная на него реакцию. - Не хочу показаться грубым, но... что между вами? В прошлом казалось, что ты была слишком привязана к нему. Пэнси на мгновение задумалась, будто вспоминая и окунаясь внутрь себя. Поттер нечаянно задел старую, давно запертую шкатулку, на дне которой пылились её юношеские, приносящие боль, иллюзии и чувства. Она любила Драко, но мальчик, о котором она мечтала, долгое время ломался на части, пытаясь спасти свою семью, любимую и друзей. Боль от того, что он никогда не смотрел на неё так, притупилась. Нет, не исчезла окончательно, но переродилась во что-то другое, возможно более глубокое. - Это уже не важно, Поттер, - её голос стал мягче, утратив язвительность. - Мы друзья. Больше чем друзья, и так будет всегда. Он слишком много сделал для меня. То, чего никто не видел. Гарри кивнул, его взгляд был по-настоящему теплым и понимающим. Он понимал её, его чувства к Джинни тоже не пропали по щелчку. Скорее всего она как и он, задушила их и спрятала. - Я слышал на суде. Мне жаль, Паркинсон. Она сглотнула и натянула свою фирменную ухмылку, не желая утопать в жалости и вспоминать то время и свой страх. Ожидание того, что её жизнь станет мраком. - Хорошо, что в этот раз они сделали хотя бы одно послабление и мы сможем отсутствовать по выходным. Иначе, я бы точно сошла с ума. Мне крайне не хочется возвращаться в школу. - Как и всем нам... - с понимающей усмешкой согласился Гарри. Они переглянулись, и в их глазах мелькнула одна и та же мысль. - Кроме... - начал Гарри. - Грейнджер, - со смешком закончила за него Пэнси. Они оба искренне улыбнулись друг другу. Между ними не было романтики, но в этом танце, под косыми взглядами толпы, существовал легкий флирт бывших врагов, которые вдруг обнаружили, что война оставила на них одинаковые шрамы. Эти отношения были понятны только им и они были весьма довольны этим фактом. Тем временем Драко пришлось провести еще около получаса, курсируя между важными гостями. Он вел вежливые, пустые беседы о политике, о новых тарифах на экспорт и размышлял об инвестициях. Внешне он был идеально собранным, но мыслями всё еще находился там, под ледяным ветром, в плену её близости. Наконец его взгляд выхватил в толпе знакомую элегантную фигуру в синем платье. Он решительно направился к матери. Нарцисса Малфой стояла у окна, наблюдая за залом с легкой полуулыбкой. - Мама, - он склонил голову. - Подаришь мне танец? - С радостью, Драко. Они вышли в центр. Танец с матерью всегда был для него чем-то особенным. Моментом спокойствия, где не нужно было притворяться или ждать удара в спину. В памяти пролетали обрывки детских воспоминаний. Ему четыре или пять лет, и он, наверное, до смешного серьезный в своей крошечной парадной мантии, гордо выводит Нарциссу на паркет старинных бальных залов. И его прекрасная мама с гордостью танцевала с ним. Светское общество тогда умилялось их паре, а для маленького Драко не было в мире никого прекраснее. С годами ничего не изменилось. Он безгранично любил и уважал эту невероятно сильную женщину. Нарцисса двигалась с безупречной грацией, её лицо было спокойным, но глаза замечали и читали своего сына. - Я говорила с ней, - негромко произнесла она, когда они сделали новый поворот. Драко не нужно было спрашивать, о ком речь. Он чуть напрягся, но продолжил уверенно вести. - Когда? - Возможно час или минут сорок назад. В дамской комнате, она поправляла макияж. Драко сглотнул подступивший ком. Это он заставил её плакать. Снова. - Я тоже говорил с ней, - глухо ответил он. Нарцисса внимательно посмотрела на сына. Она видела эти тени под его глазами, видела напряженную линию челюсти. Знала, как он терзает себя. Она и не ожидала, что расстояние поможет ему забыть. Такие чувства не проходят, он словно был одержим этой девушкой. Их связала сама судьба. Спасая их и одновременно глубоко нанося раны, но все это, было лишь их путём к счастью. Она была в этом уверенна. - Драко… ты уверен, что сделал всё правильно? Вопрос застал его врасплох. Еще час назад он бы ответил “да”. Еще час назад он верил в свою святую миссию. Но все изменилось, как только он увидел её, как только вдохнул её запах, когда коснулся её волос и смотрел на её губы. Как только отпустил, позволил уйти с другим… - Уже нет, мама, - его голос дрогнул, и он честно посмотрел ей в глаза, сбрасывая всю свою сдержанность, весь свой выстроенный фарс. - Уже нет. Нарцисса мягко сжала его ладонь. В её взгляде не было осуждения, она дарила ему лишь безграничную материнскую любовь и понимание женщины, которая ради семьи прошла через ад. Она хотела, чтобы её сын наконец-то взял себя в руки и начал бороться за своё счастье. Счастье, которое было выстрадано. Они молоды, у них всё еще есть будущее и им незачем оглядываться назад. Прошлое должно остаться погребенным под завалами старой эпохи. - Мой мальчик, - прошептала она так, чтобы слышал только он. - Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Вы заслужили это. Вы оба. Горло свело спазмом. Эти простые слова значили для него больше, чем признание всего магического мира. Он всегда мог положиться на Нарциссу, он знал, что она примет любой его выбор. Будет стоять рядом и бороться за него до конца. - Спасибо, мама, - когда музыка закончилась, Драко бережно, с глубочайшим уважением, поцеловал её руку. Бал тихо близился к своему завершению. Оркестр заиграл прощальную мелодию, а волшебники, прощаясь друг с другом, потянулись к выходу. Драко, предложив матери локоть, повел её прочь из этого душного, насквозь пропитанного фальшью, зала. В просторном холле он накинул на Нарциссу меховую накидку и они, ожидая своей очереди, чтобы покинуть замок, предсказуемо наткнулись на шумное скопление рыжих макушек. Семейство Уизли в полном составе стояло слева и, разумеется, она была с ними. Артур Уизли, заметив их, отделился от своей семьи и сделал несколько шагов навстречу. Драко был вынужден вместе с матерью пойти к нему на встречу. Он не собирался вести себя как отец и продолжать эту вражду. Артур выглядел уставшим, но старался держать лицо. Молли Уизли за что-то громко отчитывала своих сыновней, и Драко с неприсущий ему жалостью и тоской отметил, что сейчас у них детей стало на одного меньше. Он терпеть не мог всех рыжих, возможно готов был терпеть только их сестру и то не больше десяти минут, но все же он обнаружил в себе какое-то новое чувство. Он испытывал сочувствие к родителям, которые потеряли ребенка. Пусть даже если он этого человека и не выносил. - Лорд Малфой, - Артур слегка склонил голову. Обращение прозвучало немного скованно, но без враждебности. - Рад, что первый послевоенный бал прошел без происшествий. Как вам в новом статусе? - Вполне сносно, мистер Уизли, благодарю, - ровным, непроницаемым тоном ответил Драко, безупречно играя свою роль. Он не выражал никаких эмоций и людей такого типа как Уизли это пугало. Они не могли его разгадать, в силу того, что сами были абсолютно другими их даже это смущало. И сейчас он чувствовал растерянность взрослого человека, который не понимал истинных чувств парня, стоящего перед ним. - Министерство проделало отличную работу. Я рад, что мы помогли отстроить замок и организовать этот бал. Надеюсь, это пойдёт на благо для нашего общества. Пока они обменивались дежурными политическими любезностями, периферийным зрением Драко уловил движение. Гермиона подошла к Нарциссе. Драко продолжал вежливо кивать мистеру Уизли, но его слух выхватил из гула голосов тихий тон матери. Он чуть не сбился с мысли, когда наблюдал за ними и слышал как его мать обащалась так дружелюбно с Гермионой. - Я пришлю вам сову на днях, дорогая. Очень хотелось бы обсудить с вами ту книгу … Вы уже дочитали её? - О да, миссис Малфой! Спасибо вам огромное, я так была рада её получить. Она ведь до сих пор не вышла в продажу! - а затем добавила абсолютно спокойным, искренним тоном. - И, миссис Малфой... как Люциус? Ему всё так же трудно даётся заточение? Нарцисса издала тихий вздох и её улыбка стала чуть теплее. - Ему уже лучше, Гермиона. Хотя он, конечно, с трудом переносит изоляцию, он даже прочитал те книги, которые вы советовали мне. Представляете Люциуса, читающего магловскую литературу? - они тихо засмеялись, а потом Нарцисса ласково взяла её за руку и произнесла. - Благодарю за заботу, дорогая. Драко моргнул, продолжая смотреть на Артура Уизли, но физически чувствуя, как окклюменция с оглушительным треском разлетается на куски. Что, блядь, здесь происходит? Его мать и Грейнджер? Переписываются? Обсуждают книги? Она стоит здесь, абсолютно расслабленная, в компании его матери и совершенно искренне интересуется самочувствием Люциуса и тем, как он переносит домашний арест?! Он ошарашенно смотрел на Нарциссу, но та лишь мило улыбалась девушке. Драко едва подавил желание протереть глаза. Он что, сошел с ума и проснулся в какой-то извращенной параллельной вселенной? Или кто-то подмешал ему в шампанское сильный галлюциноген? Может, это она сошла с ума? - пронеслась в голове шальная мысль. Драко мысленно фыркнул. Нет, конечно, он всегда знал, что незабываем и дьявольски неотразим, но не до такой же степени, чтобы расставание с ним лишило её рассудка настолько, что она вступила в книжный клуб с его родителями! - ...еще раз хорошего вечера, Драко, - голос Артура Уизли вырвал его из ступора. Попрощавшись с Артуром, Драко повернулся и посмотрел на неё. Гермиона не отвела взгляда и смотрела прямо ему в глаза. В её глазах больше не было слез, только боль и изнеможение. После того, что произошло между ними, казалось, должна была образоваться невидимая пропасть, но она всё равно смотрела на него так, словно он оставался центром её мира. Сейчас он выглядел чужим и одновременно самым родным человеком, перед которым было невозможно устоять. Драко позволил себе задержать на ней взгляд дольше дозволенного, наплевав на все правила и тех кто мог видеть это. -Спокойной ночи, Гермиона, - его голос прозвучал низко, бархатно, окутав её, как вторая кожа. Он снова предложил матери руку, собираясь окончательно уйти отсюда и разобрать все мысли в своей голове. Она лишь выдохнула, словно завороженная его голосом. За её спиной выросла фигура Чарли. Драко встретился взглядом со старшим Уизли. Чарли коротко кивнул ему. Драко так же сдержанно кивнул в ответ, прежде чем увести Нарциссу. У самого выхода они столкнулись с Тео и Блейзом. Заметив Нарциссу, оба слизеринца мгновенно подобрались, сбросив образ скучающих парней. - Миссис Малфой, - Блейз галантно поклонился, сверкнув обаятельной улыбкой. - Вы, как всегда, затмили абсолютно всех леди на этом балу. Мое сердце разбито. - Прекрасно выглядите, Нарцисса, - добавил Тео, тепло улыбнувшись. Нарцисса рассмеялась их рябчеству и ласково коснулась плеча Блейза, а затем мягко провела ладонью по щеке Теодора, подарив им особый материнский взгляд, который она берегла только для сына и его самых близких друзей. - Я провожу маму домой и присоединюсь к вам, - бросил им Драко, поправляя воротник рубашки. - Мне нужно поговорить с отцом. Ждите меня. - Прихвати из отцовских запасов что-нибудь приличное, - хмыкнул Теодор им вслед. Малфой-мэнор встретил их тишиной и ледяным холодом мрамора. Оказавшись в родных стенах, Драко тут же повернулся к матери. - Вы что… общаетесь с Гермионой? - спросил он, пока эльф забирал их верхнюю одежду. Нарцисса спокойно поправила прическу. - Да, Драко. Мы переписываемся иногда. Обсуждаем книги и… разные мелочи. Я хотела знать, что с ней всё нормально. - Как давно, мама? - С самого суда, - просто ответила она, направляясь к лестнице. Драко провел рукой по волосам, переваривая эту информацию. С самого суда. Просто поразительно. - Отлично, - выдохнул он. Ему нужно было выпустить пар. - Я к отцу. Он стремительным шагом направился к двери кабинета. Люциус Малфой стоял у камина, меланхолично наблюдая за пламенем. Заметив вошедших, его лицо мгновенно смягчилось. Он шагнул навстречу жене, бережно взял её руки в свои и почти невесомо поцеловал костяшки пальцев. - Ты выглядишь уставшей, душа моя, - тихо произнес Люциус, окинув её полным тревожной нежности взглядом. - Этот вечер без тебя, был слишком долгим. Нарцисса слабо улыбнулась ему и, отпустив его руки, молча прошла к дальнему дивану, предчувствуя скандал. Драко остановился посреди комнаты и наблюдал за этой сценой. - Больше ничего не хотите мне рассказать? - дождавшись пока мать сядет, он чуть ли не проорал это. Голос звенел от напряжения. Отец неохотно оторвал взгляд от жены, подошел к бару и плеснул в хрустальный стакан огневиски. - Не понимаю, о чем ты, сын, - ровным тоном произнес Люциус, возвращаясь к своему столу. Он опустился в кресло. - Как прошел вечер? Расскажи узнику среди эльфов, бывшему Лорду, как обстоят дела в светском обществе? - Отец, не играй со мной, - прорычал Драко, делая шаг к столу. Люциус сделал неспешный глоток, приподняв бровь и наблюдая за взбешенным сыном. - Драко, ты кажешься слишком взволнованным. - Люциус не сводил с сына проницательного взгляда. - Неудачная беседа? Я слышал, мисс Грейнджер сегодня тоже была не в духе. Драко раздраженно закатил глаза. Ну конечно. У Люциуса, как всегда, везде были свои информаторы. Ничто не брало этого пройдоху. Казалось, запри его в подвале, кишащем дементорами, он и там умудрится наладить связи и добыть нужную ему информацию. - Это ты мне скажи! - Драко сорвался, проигнорировав выпад. - Какого хрена Гринграсс весь вечер так вульгарно подсовывал мне свою дочь, будто мы уже выбираем цвет штор в нашу общую спальню?! - Драко, послушай… - начала Нарцисса с дивана. - Мама, не лезь! - громко и резко оборвал её сын, не сводя полыхающих глаз с отца. - С меня хватит тайн. - Не смей так разговаривать с матерью! - лязгнул голос Люциуса. Он угрожающе подался вперед, мгновенно сбросив скучающее выражение лица. Драко стушевался. Привычка уважать Нарциссу была вбита в него на подкорке и этот резкий, властный тон отца заставил его запнуться. Но ярость, кипящая в венах, быстро отстранила минутную слабость. К черту это всё. Только не сегодня. - Сын, ты должен успокоиться, присесть, и мы всё спокойно обсудим… - Люциус указал пальцем на стул напротив, держа бокал в руке. - О нет, отец. Ты скажешь мне всё прямо сейчас! Что ты снова натворил за моей спиной? Что ты обсуждал с ним? - Это было не сейчас, Драко, - Люциус поставил стакан, его голос приобрел жесткость. Он не привык, чтобы на него кричали. Ну если не считать тех моментов, когда на него орал и пытал Темный Лорд, Люциус поёжился он ужасных воспоминаний. - Ты не посмел… - Драко побледнел, осознание медленно доходило до него. - Скажи, что ты не делал того, о чем я думаю! - Драко! Возьми себя в руки! - рявкнул Люциус, подаваясь вперед. - Я не знал, что всё так выйдет! Тебе было тринадцать лет! Всё, что ты тогда говорил о мисс Грейнджер в ваш первый год это то, какая она гадкая, противная выскочка и грязнокровка! Традиции требовали закрепления союзов, мы с Гринграссом заключили предварительный договор… Драко со всей силы ударил двумя ладонями по дубовому столу. Звук разнесся по кабинету, заглушая даже его собственные мысли. Хрустальный стакан Люциуса жалобно звякнул, подпрыгивая на столе. Он стоял, опустив голову, и тяжело дышал, оперевшись на обе руки. - Чёрт! Нет! Ты не посмел сделать этого! - заорал Драко. - Традиции, Драко! Ты всегда знал, что так будет! Я не думал, да и потом война… - О чем ты думал, отец?! - он был в бешенстве, вся выдержка и терпение догорали прямо сейчас, осыпаясь серым пеплом прямо на его мечты. Ему казалось, все его шансы ускользали от него прямо сейчас. Он пытался призрачно за них ухватиться. - Я всё положил на алтарь тебя и твоей фамилии! Из-за тебя и твоих чертовых традиций меня пытали в моем же собственном доме! Мне пришлось терять слишком многое! Мы все ходили по краю смерти, мы едва выжили! И сейчас, когда я наконец-то свободен, ты смеешь говорить, что у тебя есть договоренности о моей грёбанной помолвке?! - он дышал тяжело, как загнанный зверь, нависая над столом. Люциус выглядел постаревшим и уставшим, но пытался сохранить остатки авторитета. - Надеюсь, еще можно всё исправить… - процедил Драко, отворачиваясь. - Возможно шанс есть, но Драко! - Нет! Ты будешь молчать! Я не желаю слушать! - он резко развернулся обратно. - Когда ты собирался мне сказать об этом? Когда я уже стоял бы с ней перед алтарём? Этого брака не будет! Никогда! Люциус потер виски, сдаваясь под напором этой ярости. — Хорошо, Драко. Успокойся. Отец Астории напомнил мне об этом договоре только месяца два назад. Сказать по правде, из-за войны и всех передряг, суда и угрозы Азкабана я и сам забыл о нашем контракте. Но послушай меня, - Люциус поднял на него усталый, но твердый взгляд. - Я ведь отдал тебе фамильное кольцо Блэков. После всего, что мы пережили... после того проклятого дня ... я признал твое право на брак с ней. Но ты не воспользовался им. Ты сам вернул мне кольцо и сказал, что не станешь портить ей жизнь. Что в нашем мире ей будет только хуже. Союз с этой девушкой это правильный, безопасный для тебя выбор. Подумай об этом. Эти слова повисли в воздухе. Еще вчера они были бы правдой. Еще часа два или три назад он сам пытался убедить в этом Гермиону на том проклятом балконе. Теперь же, после того, как он заглянул в пустоту без неё, эти слова казались ему отвратительной ложью. Драко выпрямился. Его грудь тяжело вздымалась, а глаза внезапно стали холодными, как лёд. - Не могу поверить, что ты осмелился сказать мне это! - прошипел он, сжимая кулаки. - Пользоваться этой ситуацией, чтобы подсунуть мне удобный вариант! Знаешь что? Я передумал, блядь, - каждое слово падало, ударяя по ним. - Я женюсь на Грейнджер! И никто, ни Гринграсс, ни твои проклятые контракты мне не помешают. Ясно? Понятно тебе, отец? Не дожидаясь ответа от онемевшего Люциуса, который сидел с открытым ртом, Драко круто развернулся на каблуках и выскочил из кабинета, с грохотом захлопнув за собой дверь. Ему нужно было выпить. Тишина обрушилась на кабинет сразу после того, как грохот и эхо дубовой двери стихли где-то в коридорах Мэнора. Люциус медленно выдохнул и тяжело опустился обратно в кресло. На мгновение он прикрыл глаза, внезапно выглядя не на свои годы. Он тоже был уставшим человеком, пережившим многое. Нарцисса грациозно поднялась с дивана. В отличие от мужа, на её лице не было ни тени потрясения или гнева. Только легкая улыбка, свойственная истинной даме из рода Блэк. Она подошла к столу, мягко забрала из рук мужа недопитый стакан и поставила его на столешницу. - Ну что ж, - хрипло нарушил тишину Люциус, открывая глаза и глядя на закрытую дверь. - Это было... экспрессивно. - Это было необходимо, Люциус, - мягко, но непреклонно произнесла Нарцисса, опуская ладонь на его напряженное плечо. Он накрыл её руку своей, поглаживая тонкие холодные пальцы. - Ты знала. - Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение. Люциус поднял голову, всматриваясь в идеальные черты лица своей жены. - Ты знала, что он так отреагирует на Гринграсса. Почему ты не попыталась предотвратить это, чтобы он ни о чем не догадался? - Гринграсс предсказуемый и жадный глупец, - Нарцисса чуть пренебрежительно подняла изящное плечо. - Я лишь позволила ему сыграть свою роль на этом балу. Наш сын запутался в собственном, искусственно созданном, благородстве, Люциус. Он почти убедил себя, что разрушить свое сердце и отпустить Гермиону это великий подвиг. - И ты решила подсунуть ему забытый контракт с Асторией в качестве детонатора? - Люциус издал тихий, хрипловатый смешок, в котором смешались усталость и безграничное обожание. Он всегда знал, что женился на самой блестящей и опасной ведьме, но её хладнокровная хитрость каждый раз приводила его в полный восторг. Она плела свои интриги так изящно, что даже он, главный интриган страны, не мог их предугадать. И сам попадал в её ловушки. - Моя прекрасная, безжалостная жена... А как же традиции? Нарцисса обошла кресло и поддавшись порыву нежности, грациозно опустилась к мужу на колени. Люциус тут же обвил руками её талию, притягивая ближе. Она задумчиво посмотрела на тлеющие угли в камине, прежде чем заговорить. - Традиции чуть не убили нас всех, любовь моя, - тихо ответила она, поглаживая его по плечу. - Драко нужено было почувствовать угрозу того, что его жизнь решат за него, чтобы он окончательно перестал бороться с самим собой и начал бороться за неё. Люциус покачал головой, вспоминая полыхающие безумной яростью серые глаза сына, когда тот кричал о женитьбе. - Он камня на камне не оставит от Министерства, если кто-то попытается встать у него на пути. Это чистая одержимость. Что мы будем делать с настырным Гринграссом и его бумагами? - То, что Малфои делают всегда, - Нарцисса перевела прохладный взгляд на мужа, и в её глазах на секунду мелькнула жесткость. Она выглядела удовлетворенно, довольная тем что все сложилась так как она желала. - Заплатим неустойку. У нас полно золота, такую сумму мы даже не заметим. Счастье нашего сына стоит гораздо большего. Откупимся, а если не согласится, то найдем на него такой компромат, что он сам с радостью сожжет этот договор. Люциус тяжело вздохнул, понимая, что ему снова придётся вспоминать старые методы. Но не смотря на это, уголки его губ тронула гордая улыбка. Он крепче прижал её к себе, утыкаясь лицом в изгиб её шеи. - Наш мальчик вырос, Цисси, а я помню его еще таким сорванцом. Он больше не хочет слушать своего отца, - пробормотал он куда-то в шелк её волос. - Да, - она нежно погладила его по светлым волосам, успокаивая. - Зато он наконец-то вернулся к жизни. Они оба сегодня выглядели глубоко несчастными. Я надеюсь только, Гермиона понимает, какой шторм надвигается на её берега. Люциус встал, увлекая жену за собой, размышляя о том, что Цисси слишком уже привязалась к этой девушке. Люциус прекрасно видел, как его жена разглядела в этой упрямой, изломанной девушке стальную волю, что веками текла в жилах самих Блэков. Нарцисса незаметно и очень тонко взяла её под свое крыло, словно та была не кем-то из чужого мира, а весьма ценным для них человеком. Той, кого нужно было оберегать. И, видя эту тихую материнскую нежность, Люциус понимал, что у их сына, по сути, изначально не было ни единого шанса поступить иначе. Нарцисса не позволила бы их союзу не случиться. - Если этот шторм состоит из твоего упрямства и нашего семейного безумия, дорогая, - мягко произнес Люциус, целуя жену в висок, - то мисс Грейнджер абсолютно обречена. Вспышка изумрудного пламени разорвала тишину мрачной, обшитой темным деревом, гостиной поместья Ноттов. Драко шагнул из камина, на ходу отряхнул пепел с плеч и нетерпеливо расстегнул верхние пуговицы рубашки, пытаясь впустить немного воздуха к горящей груди. В комнате царил полумрак, разбавляемый лишь светом огня и тусклым сиянием хрустальных графинов на барной стойке. Теодор Нотт сидел глубоко провалившись в кресло, закинув ногу на ногу. В комнате висел густой, серый дым. Тео меланхолично курил сигарету, аккуратно стряхивая пепел в хрустальную пепельницу на столике. В другой руке он небрежно крутил низкий стакан, лед в котором тихо позвякивал о стекло. Никаких изысканных манер, только неприкрытая апатия человека, загнанного в угол. Блейз Забини обнаружился на соседнем диване. Итальянец лежал, закинув длинные ноги на подлокотник, и медленно раскуривал толстую кубинскую сигару, пуская в потолок густые кольца ароматного дыма. В отличие от своих мрачных друзей, он выглядел до неприличия расслабленным и довольным. Очередной серый комок пепла сорвался с кончика его сигары и приземлился прямо на пушистый ворс ковра. Теодор вытянул длинную ногу и беззлобно пнул итальянца по ботинку. - Хватит стряхивать пепел на мой ковер, придурок, - проворчал Нотт. - Мой любимейший отец, видит Салазар, перерезал половину бедуинов-контрабандистов где-то в Марокко, чтобы добыть этот раритет. Это зачарованный персидский шелк десятого века, между прочим. Блейз лениво скосил на него глаза, демонстративно стряхнул еще немного пепла прямо на бесценную реликвию и самодовольно усмехнулся. - Твой старик был тем еще психопатом, Тео, но вкус у него был отменный, признаю. Твой ковер принимает пепел с истинным достоинством. Драко не выдержал. Стоя посреди гостиной с расстегнутым воротником, он хрипло рассмеялся. Теодор тоже фыркнул, качая головой и упиваясь тем, что досаждает отцу даже после его смерти. - Принес что-нибудь из подвалов лорда Малфоя? - лениво поинтересовался Блейз у отсмеявшегося Драко, приоткрыв один глаз. Драко молча подошел к бару, схватил бутылку коллекционного огневиски многолетней выдержки и даже не утруждая себя поиском бокала, сделал огромный, обжигающий глоток прямо из горла. Алкоголь огненной лавой прокатился по пищеводу, немного приглушая стук крови в висках. Он тяжело оперся о стойку, опуская голову, и глухо выдохнул. - Мой отец, - процедил Драко, глядя на свое отражение в темном лакированном дереве, - пытался подсунуть мне брачный контракт с Асторией Гринграсс. Оказывается, эти ублюдки всё решили за нашими спинами еще тогда, когда мне было всего тринадцать. А этой малявке и вовсе одиннадцать! Теодор глубоко затянулся, на мгновение скрывшись за облаком дыма, и издал невеселый, горький смешок. Ну зато его друг породнится с Гринграссами, раз он не может. - Добро пожаловать в клуб смертников, брат. Мою Дафну хотят выдать за этого лощеного французского индюка. И самое паршивое, - Тео сжал челюсти так, что желваки заходили ходуном, а стакан в его руке опасно наклонился, - что я, блядь, не могу ничего с этим сделать. Фамилия Нотт сейчас не в том положении, чтобы тягаться с амбициями её отца. Я только предполагаю, но уверен на сто процентов, что если я открыто вмешаюсь, старик Гринграсс просто уничтожит меня. Разденет до нитки в судах, смешает остатки моей репутации с грязью, а Дафну... Дафну он вышвырнет из семьи, сделав бесприданницей и изгоем. Драко мрачно кивнул, переваривая эту информацию. Они оба оказались заложниками проклятой чистокровной системы, которая продолжала душить их даже после того, как мир изменился. Внезапная мысль заставила его поднять голову. - Кстати о Дафне, - Драко подозрительно прищурился, впиваясь взглядом в друга. Тень паранойи, вскормленная годами войны, дала о себе знать. - Я должен срочно с ней поговорить. Неужели она не знала об этом контракте с Асторией? Какого хрена она мне ни слова не сказала, Тео? Нотт опустил стакан на столик и встретил его взгляд спокойно, но с затаенной болью. - Я ничего не знал, Малфой, если ты об этом. Возможно, Дафна тоже, а если знала и не сказала, то у неё были на это веские причины, дорогой друг. Ты прекрасно знаешь Дафну. Она не из тех, кто будет плести интриги или участвовать в грязных играх своего отца. Скорее всего, Гринграсс держал всё в тайне даже от неё, чтобы избежать скандала. Драко раздраженно провел рукой по волосам, признавая правоту друга. Дафна всегда была слишком честной для их серпентария. - Просто блядство, - выплюнул он, делая еще один глоток. В этот момент с дивана раздался удовлетворенный вздох. - А мой вечер прошел просто великолепно, - протянул Блейз, сладко потягиваясь. Он сел, поправил манжеты рубашки и хищно улыбнулся. - Маленькая Уизли целуется как богиня. И самое приятное, мне не нужно беспокоиться о старых чистокровных контрактах. Артур Уизли скорее съест свою мантию, чем попытается продать дочь кому-то, особенно кому-то вроде меня. Драко и Теодор почти синхронно повернули головы, уставившись на Забини. Они оба были наследниками древних родов, обладатели огромных состояний, запертые в клетках родительских ожиданий. И вот перед ними Блейз, который всю войну умудрялся скользить как змея на сковороде. Теперь он совершенно открыто крутил роман с сестрой героя и единственной дочерью в семье предателей крови. Без контрактов и обязательств. Просто потому, что ему так захотелось. - Знаешь, Блейз... - медленно начал Теодор, щуря глаза. - Ты невероятно везучий ублюдок, - закончил за него Драко, отрываясь от стойки и падая на свободный диван. Забини лишь самодовольно хмыкнул, принимая комплимент. - Я просто умею расставлять приоритеты, джентльмены. В отличие от вас, я не позволяю мертвым традициям диктовать с кем мне делить постель. Но раз уж мы перешли к откровениям... - Блейз подался вперед, уперев локти в колени. - Чем закончилась твоя извечная драма, Драко? Грейнджер весь вечер выглядела так, будто её собирались ударить авадой. Пальцы Драко крепче сжали горлышко бутылки. Перед глазами снова вспыхнуло её лицо, полное боли и мольбы, от которых он едва не умер. Он посмотрел на своих друзей, единственных людей в этом мире, которым он мог доверять: - Я сказал отцу, что контракт с Гринграссами может катиться к дьяволу, - тихо, но абсолютно твердо произнес Драко. Тео перестал крутить бокал. Блейз заинтересованно вскинул брови. - И? - поторопил Нотт. Драко сделал еще один небольшой глоток, собираясь с мыслями. В нём больше не было страха. Лишь маниакальная решимость человека, которому нечего терять. - И я сказал ему, что женюсь на Грейнджер. В гостиной повисла пауза. Потом Блейз присвистнул, откидываясь на спинку дивана, а на губах Теодора очень медленно начала расцветать почти безумная, искренняя улыбка. - А Грейнджер-то знает об этом грандиозном плане? - усмехнулся Забини, крутя на пальце фамильный перстень. - Что, если она откажет? Драко чуть склонил голову набок. На его лице появилась та самая хищная, наглая усмешка, от которой, в свое время, трепетал весь Хогвартс. Сейчас она была смешанна с одержимостью. Он чувствовал себя так, словно был проклят и наконец-то очнулся от долгого сна, приносящего забвение. Он будто выбрался из ледяной ловушки, в которой был заперт. Он так долго пытался стать правильным, пытался оградить её от своей разрушительной природы. Но разве она хоть раз просила его об этом? Разве она не любила его даже сломанным и темным? Разве не шагала в этот ад добровольно? От одного лишь воспоминания о её податливом теле, о её сбитом дыхании и вкусе её губ - у него кружилась голова. Он хотел её до одури. Но рассудок, пробиваясь сквозь пелену одержимости, отрезвлял. Они своими руками разбивали собственную веру в их счастливый конец. Просто прийти и заявить ей, что они должны быть вместе у него не выйдет. Сначала ему придется понять, как глубоко она ранена и шаг за шагом, вернуть её веру в их счастье. Доказать ей, что он все так же готов на всё ради неё. У него будет время сделать это. Холодный расчет управлял им. Они будут видется на лекциях, их друзья почти что встречаются. Оба их друга если быть точнее. Кажется, Паркинсон стала слишком много времени проводить с Поттером. О, это будет замечательно. У него есть все, что ему нужно. Так что к дьяволу всё это. К дьяволу светлый мир и чужие ожидания. Он больше не собирался медленно умирать в одиночестве. Он не даст им продолжать жить в этом разрушении. Она принадлежала ему каждым своим вздохом, каждой пролитой из-за него слезой. Он собирался забрать её себе, даже если для этого придется перевернуть весь магический мир вверх дном и вырвать её из рук любого, кто посмеет встать между ними. - Я не буду её спрашивать, - промурлыкал он Блейзу и в его голосе прозвучал её приговор. - Я просто заберу своё. - Ну наконец-то, - выдохнул Тео, поднимая свой бокал в его честь. - Хоть кто-то из нас сорвался с цепи. За отчаянные решения, Малфой. И пусть этот правильный мир сгорит дотла.