Abstract Feelings

      Проходит несколько тихих дней. Приключения — самые заурядные, из тех, что пролетят и не запомнятся. Помни старается пережить их настолько спокойно, насколько это вообще в её силах. Единственное исключение, это Гэнгл, которую чуть не съело плотоядное растение, но в остальном всё идёт гладко.       Кроме одной маленькой детали.       Джекс стал ещё более невыносимым по отношению к Помни. Кролик не упускает ни малейшего шанса отпустить ехидную шуточку, толкнуть локтем, и далее по списку из его репертуара. Утром он снова выдёргивает из-под девушки стул, и в этом Помни винит лишь себя, что попалась на один и тот же трюк дважды.       Вроде и ничего удивительного, но ниточка терпения все тоньше и тоньше.       Когда завтрак подходит к концу, Помни украдкой косится на Джекса: он ухмыляется себе под нос, подслушивая разговор Рагаты и Гэнгл, время от времени вставляя в него свои «ценные» комментарии. Помни прислушивается и зависает, не отводя от парня взгляда.       Но вдруг, он ловит её взгляд в ответ. Девушка замирает.       Улыбка Джекса становится еще шире. Помни остро чувствует — грядёт беда.       Она собирается с духом, готовясь к любой колкости, которую тот вот-вот выплюнет. — Какие-то проблемы? — тянет Джекс, а потом наклоняется ближе, понижая голос. — Разве ты не знаешь, что пялиться — невежливо? — Прости, — выдыхает с искренним сожалением Помни. Отворачивается. — Просто игнорируй меня. — Да неужели? — Джекс приподнимает бровь.       И вдруг обращается к ребятам: — Все это слышали? Помни хочет, чтобы мы её игнорировали! Никто не смеет больше разговаривать с Помни, надо уважать её желания!       Гэнгл и Рагата медленно переводят взгляды с Джекса на Помни, а потом Рагата устало качает головой: — Ну почему ты такой? — Какой такой? — протянул Джекс с напускным удивлением. — Это же не я, а Пом-пом сказала, — отмахнулся парень.        Помни буквально чувствует, как его самодовольная ухмылка жжёт ей кожу.       «Пом-пом», значит? Что-то новенькое…       Девушка на это только вздыхает.       И тут, как обычно, из ниоткуда появляется Кейн, заставляя всех подпрыгнуть на месте. — Ну что ж! Раз уж вы закончили поедания чудесных лакомств Пузырька, пора отправиться в новое великое приключение!       Зубл после этих слов разворачиваются и молча идут прочь. — Сегодня вам предстоит подавать сочные бургеры, хрустящую картошку фри и всяческие сладости вашим любимым клиентам ввв…! — Кейн делает паузу, Пузырёк, открыв широко рот, выбивает барабанную дробь. Сюрреалистичная челюсть взмывает в воздух, раскидывая руки и делая изящный оборот.— Безумном Фуд-корте!       Никто не реагирует.       Кейн разводит руки ещё шире и повторяет с пафосом: — Безумный Фуд-корт!       Гэнгл с натянутой улыбкой неуверенно выдавливает: — Ура-а…       Этого Кейну хватает вполне, и он продолжает. — Вас ждёт каторга у раскалённых плит, и вы по-настоящему оцените, что значит горький труд за минимальную зарплату! А на свои чаевые сможете побаловать себя мороженым из фургончика с морожеными!       Невероятно заманчивое предложение.       Кейн открывает портал и требовательно тычет пальцем в его направлении: — Вперёд, в бой!       Помни едва сдерживает тяжёлый вздох, когда все начинают без особого энтузиазма один за другим шагать внутрь. И в тот момент, когда девушка почти переступает порог, кто-то толкает её в спину. Помни вскрикивает от неожиданности, спотыкается — и кубарем летит прямо в портал.       Выход оказывается на вершине холма, спасибо Кейн, и Помни по инерции начинает катиться вниз. В панике пытаясь вцепиться руками в траву, выдирая ту комьями, она медленно останавливает падение. — Джееекс!!! — кричит девушка, злясь так, что глаза застилает красная пелена. Догадаться, кто это сделал, было не сложно. — Ну что опять? — слышится надменный голос кролика, выходящего из портала следом. — В чем твоя проблема?       Королёр помогает Помни подняться, и они осматривают цифровое пространство вокруг: внизу, на равнине, стоят фургончики с едой, формируя круг. Возле фуд-корта снуют НПС. Из декораций лишь пара деревьев, на этом всё.       Кейн в последнее время явно не сильно заморачивается.       Когда ребята начинают спускаться к фургонам, у Помни возникает дурное предчувствие. И дойдя до места, оно лишь усиливается: жестяные коробки раскаляются под искусственным солнцем и тихо потрескивают от высокой температуры. Что ж, неужели несмотря на то, что это цифровой мир, жарко им будет по-настоящему?       На площадке появляется талисман — что-то на подобии большой картошки фри с глазами. — Добро пожаловать в Безумный Фуд-корт! Разделитесь по парам и испытайте свои навыки работы в фастфуде с…       На этом моменте Помни улетает в свои мысли. Она пропускает мимо ушей всю болтовню НПС. — Только смотрите, не перепутайте ингредиенты! — бодро продолжает талисман. Рядом с ним материализуется банановая кожура. Затем разводной ключ. Потом старый ботинок. — Если попадутся «странные предметы», не кладите их в еду! Клиенты будут ооочень недовольны!       Помни слышит, как Джекс что-то на это отвечает, и девушка понимает — он определённо собирается использовать всю эту гадость в своей «готовке». — И наконец, тратьте чаевые, которые щедро оставят клиенты, на мороженое в фургоне с мороженым!       Гэнгл робко поднимает руку-ленту. Талисман некоторое время пялится на неё, явно нервничая, судя по всему он не готов к вопросам. — А какое мороженое? — с надеждой спрашивает Гэнгл.       Маскот продолжает таращится на девушку, но спустя мгновение, радостно сообщает: — Оно всего одно!       Просто прекрасно. Помни скептически осматривает ряды фургонов. — Итак, пора испытать вашу выдержку и умение работать в команде в Безумном– А-А-А-А, МОЯ КАРТОШКА!!!       Помни резко оборачивается на крик и видит Джекса, который стоит рядом с талисманом и жует одну из его картофелин. Все в шоке уставились на кролика. — Что? — невозмутимо спрашивает он. — МОЯ КА-АР-ТО-ООШКА!!! — завывает маскот и начинает носиться по площадке, глюча и дёргаясь, пока не взрывается облаком пикселей.       Помни поражённо раскрывает рот. — Джекс, зачем ты это сделал?! — восклицает Рагата с неожиданным сочувствием к, казалось бы, бездушному талисману. — А что тут такого? Я ведь проголодался. Отстаньте, — спокойно отвечает кролик, доедая остатки.        Напыщенно задрав подбородок, парень направился к рядам фургонов.       Остальным остаётся только последовать его примеру. Надо отдать должное Кейну — выбор был и правда разнообразный: бургеры, хот-доги, смузи… Ничего особо привлекательного, но, как говорится, лучше, чем ничего.       С минуту они молча осматривают пустующие фургоны. Казалось бы, должны быть ещё какие-то инструкции. Рагата негромко хмыкает и первая берёт ситуацию под контроль: — Мне кажется, мы должны разделиться по парам и управлять разными фургончиками.       Всё было бы неплохо, если бы не одно «но». Зубл, как обычно, улизнули и не принимали участие, так что кому-то придётся тащить фургон в одиночку.       Гэнгл, Помни и Рагата обменялись молчаливыми взглядами. Мысль, посетившую всех одновременно, можно было потрогать физически.       Пусть это будет Джекс.       Рагата уже было раскрыла рот, чтобы предложить это вслух, когда Джекс, будто почуявший надвигающийся мятеж, закинул свою длинную руку Помни на шею и резко притянул к себе. Из девушки вырвался сдавленный звук. Она пыталась отцепить его руку, на что кролик сжал лишь сильнее. — Мы будем командой! — торжественно объявил он.       Рот куклы приоткрылся, и она замялась, а Помни была слишком занята спасением себя от удушья, чтобы возразить. Наконец Рагата взяла себя в руки: — О-ох… ха-ха… ну, ладно! Эм… — она взглянула на Гэнгл и Королёра.       Помни уловила в её глазах обречённость.  — Пожалуй, один из фургонов я возьму на себя. А вы двое и Гэнгл с Королёром — будете работать парами!       Гэнгл нервно переплела свои ленточные «ладони»: — Ты уверена? — Да брось, она обожает ответственность! — безапелляционно ответил Джекс вместо Рагаты. Наконец он отпустил Помни, и та, хватая ртом воздух, отшатнулась от парня, с ужасом думая, не посинело ли её лицо. — Ну же, пора устроить НПС эпидемию величайшего пищевого отравления!       Джекс самодовольно зашагал к одному из фургонов. Помни обречённо последовала за ним.       Как выяснилось, он выбрал киоск с хот-догами. Не самый худший вариант.       Стоило им войти внутрь, как девушка окончательно убедилась в своем плохом предчувствии. Их поджидает душный и тесный фургон, в котором невозможно развернуться. Их конечности будут путаться на каждом шагу, пока напарники будут сновать туда-сюда. Окинув взглядом пространство, Помни поняла, что процесс условно делится на две части: приготовление еды и обслуживание клиентов. — Э-э-э… — недовольно пробормотала девушка, глядя то на кассу, то на рабочую поверхность. — Чем из этого ты займёшься? — Очевидно, готовкой, — уже начал возиться с грилем Джекс. — А ты займись всей остальной скукотищей и тупыми НПС. — Великолепно, — безжизненно откликнулась Помни.       Она выглянула наружу и увидела, что Гэнгл с Королёром занялись бургерами, а Рагата обосновалась в фургоне со смузи. Кукла улыбнулась и помахала рукой. Помни тоже улыбнулась в ответ и уже подняла руку, чтобы помахать, когда услышала позади себя: — Помни, ты чем там занимаешься? Надень фартук.       Она обернулась как раз вовремя, чтобы поймать предмет одежды, брошенный Джексом. Жалкие попытки надеть его провалились. Тот был слишком длинным для Помни, подол фартука сложился гармошкой у ног. На этом нелепом куске ткани она непременно споткнётся в будущем, а завязки сзади никак не удавалось затянуть. — Помни, — снова подал голос Джекс. — Клиенты уже ждут.       И правда, там уже выстроилась небольшая очередь НПС с тикающими таймерами над головами. Судя по всему, они показывают, сколько ещё те готовы ждать. Одни выглядят терпеливее, другие — заметно раздражённее. Помни всё ещё возилась с фартуком, пальцы запутались в завязках. — Помни! — окликает её Джекс. — Репутация нашего заведения под угрозой! — Да подожди ты секунду! — резко отвечает девушка, всё ещё мучаясь с узлом. — Я никак не могу надеть эту  ёб%!$# штуку! — Следи за языком, — осуждающе бросает Джекс.       Он подходит ближе, наклоняется и отталкивает её руки, сам принимаясь завязывать фартук Помни. Девушка в панике оглядывается через плечо. — Если ты меня куда-нибудь привяжешь, клянусь… — Расслааабься, — тянет Джекс, в его голосе слышна насмешка. — Доверься мне хоть немного!       Завязав узел, он резко дёргает фартук так, что у Помни перехватывает дыхание. Она вцепливается в стойку, и чувствует, как выбило весь воздух из цифровых лёгких. — Вот и всё. Джекс отступает, а Помни смотрит вниз, проверяя, не напортачил ли он. Но, на удивление, фартук теперь сидит короче, и, возможно, она хотя бы не будет спотыкаться. — Простого «спасибо» было бы достаточно, — победно ухмыляется Джекс.       Помни сверкает в его сторону глазами: — Спасибо.       И тут же отворачивается, принимая заказ у первого в очереди НПС, полностью игнорируя кролика. Всё закончится катастрофой, девушка это нутром чувствует. — Один хот-дог, — озвучивает она заказ через плечо. — С кетчупом, горчицей и маринованными огурчиками. — Сейчааас будееет, — беззаботно откликается Джекс и поворачивается к грилю.       Помни ждёт, глядя на НПС, который в ответ безэмоционально таращится на неё. Девушка бросает взгляд на таймер над головой неигрового персонажа. Он неумолимо тикает вниз, и Помни старательно выдавливает натянутую улыбку. — Готово! — кричит Джекс и протягивает ей картонную тарелку… с деревянной палкой в булке, щедро политой соусами. Помни хмуро сверлит его взглядом. — То есть, даже делать вид, что стараемся, мы не будем? — Ага.       И действительно — не делают. Джекс продолжает стряпать уродливые пародии на хот-дог, используя самые разные начинки: от гаечных ключей до светящихся (буквально, искрящихся) палочек. Помни же выдает эту «еду». Правда, с каждой минутой её тревога нарастает, особенно когда НПС начинают жаловаться. — Возмутительно! — выкрикивает один, удаляясь с хот-догом, щедро начиненным болтами и гайками.       Помни устало вздыхает, бросая взгляд на таймер следующего персонажа, и даже не спешит принимать заказ. Ну а какой смысл? — Мне плевать на проигрыш в игре, но это ужасно, — говорит она.       Джекс заливается смехом и с притворным состраданием тянет: — Ооой, ну надо же! Ты что, чувствуешь вину? Тебе жалко бедных НПС? — Держи, малая, — он протягивает ей «хот-дог» с ботинком вместо булки, причём заказ ещё даже не прозвучал. — И не забывай улыбаться клиентам!       Помни стонет от накрывающих её раздражения и отчаяния.       Она в Аду. И до конца этого кошмара ещё бесконечно далеко.

***

      Шел битый час. Этой игре, похоже, нет конца — и неважно, хорошо они справляются или плохо. Помни так и не удалось продать ни одного заказа, который бы не был отвратительно испорчен. Чувство вины медленно, но верно съедало. Чаевых они, разумеется, тоже не заработали.       Девушка бросает взгляд в сторону и видит Рагату в её фургоне со смузи. Бедняжка выглядит совершенно измотанной. Помни и самой приходится не легче, чем Рагате, но и по кукле отчетливо понятно, что она не получает никакого удовольствия от процесса. Остальных ребят не видно, но время от времени с их стороны доносятся отчаянные крики.       Очередной ботинок с сосиской внутри оказывается у Помни в руках. Глаз девушки нервно дёргается. Жара, усталость, этому кошмару нет ни конца ни края. Не выдерживая напряжения, она срывается на Джекса: — Ты хоть раз можешь постараться?! Просто один-единственный раз. Сделай мне нормальный, съедобный хот-дог! — Это выше моих сил, сладкая, — спокойно отвечает Джекс, стряхивая горчицу с перчатки прямо на прилавок.        Он проходит мимо, полностью игнорируя её раздражение. Помни тут же принимается вытирать оставленое парнем пятно, чтобы им не сняли ещё больше очков. Рейтинг их фургончика и так уже ниже плинтуса.       Девушка уже было хотела попросить Джекса поменяться с ней местами, но быстро поняла, даже если он согласится, то найдёт новый способ превратить её жизнь в Ад. И словно прочитав её мысли, кролик насмешливо интересуется: — Не хочешь ли поработать вместо меня?       Помни срывается, резко оборачиваясь к нему: — Нет! — Нет? — ухмыляется Джекс. — Я точно знаю, что если мы поменяемся, я буду задыхаться от жары и пота, мучиться, а ты будешь просто стоять и орать на меня: «Засунь эту гайку в булку, Помни! Давай живее, засовывай гайку в булку!» — Ну и что? Это разве плохо?       Помни издаёт приглушённый писк отчаяния, на что Джекс закатывает глаза. — Ну что опять?! Почему вообще тебе так важно играть по этим глупым правилам? Всё равно это все понарошку. Вот, держи. Отнеси клиенту.       Он протягивает ей булку начиненную гаечным ключом, щедро залитым майонезом. — Bon appétit.       Помни тупо уставилась на этот «хот-дог», потом всё же протянула его НПС, скользнув взглядом по раздражённой толпе за его спиной. У игры вроде есть система жалоб, но Помни даже не заглядывала туда ни разу — какой смысл?       Они продолжают работать в абсолютной тишине. И вдруг Джекс, словно нарочно, едва не опрокидывает её, ставя подножку. Очень некрасивый жест, пусть и не злой. Обычно Помни бы это стерпела, но сейчас, будучи раздраженной и взбешённой, девушка взрывается: — Джекс, зачем ты это делаешь?! — требовательно спрашивает она. — Зачем ты издеваешься надо мной?!       Она колеблется секунду, но всё же добавляет: — Я ведь помогла тебе.       Джекс, уже собиравшийся наполнить старый сапог соусом чили, резко замирает. Его взгляд становится острым, словно лезвие бритвы. Он откладывает ботинок в сторону и подходит к ней, нависая сверху. Приближаясь все ближе и ближе, он вдруг кажется Помни чудовищно высоким. От этого внутри всё сжимается.       Кролик скрещивает руки на груди и смотрит сверху вниз так, словно перед ним жалкое насекомое. — Знаешь, ты ведь так и не ответила на мой вопрос.       Брови Помни хмурятся, она лихорадочно пытается вспомнить, о чём он. — Какой вопрос?       Джекс наклоняется ближе, его глаза напротив её. Парень прищуривается. — Что ты делала там той ночью? Зачем ты вернулась?       Помни нахмурилась. Значит, ему можно задавать вопросы, а ей — нет? Девушка тяжело вздыхает. — Я вернулась, чтобы извиниться.       Лоб Джекса морщится, глаза застилает ярость. Он пронизывает её настолько злым взглядом, что Помни невольно отступает на пару шагов назад. Девушка тут же оказывается прижатой к прилавку: места в фургончике слишком мало.       Джекс делает шаг вперёд, упираясь руками в стойку по обе стороны от её тела, словно заключая в ловушку. Глаза опасно сверкают. — Дай я уточню, — говорит Джекс, медленно чеканя каждое слово. — Я был с тобой предельно груб, велел убираться, а ты всё равно пришла ко мне извиняться? Помоги мне понять твою логику, Пом.       Помни нервно отводит взгляд, потом вновь возвращается к его лицу. Похоже, уже поздно попытаться перевести тему. — Я хотела извиниться, потому что хоть я и видела, что с тобой что-то было не так в тот вечер, а я всё равно отнеслась к тебе холодно, а после развернулась и ушла, — Помни сглотнула, прогоняя зарождавшиеся волнение. — Это было некрасиво с моей стороны. — Ты издеваешься? — Джекс издал смешок, в котором слышалось явное удивление. — Я-то думал, это у Рагаты голова полна альтруистичных червей, но хотя бы у неё есть на то причина: она отчаянно пытается оправдать своё существование в этом месте.       Джекс наклонился вперёд. Слишком близко. — А у тебя какая отговорка? Доброе сердце? Думаешь, если будешь так поступать, тебе станет легче?       Помни не находит что на это ответить. — Что ты хочешь услышать, Джекс? Я просто пыталась поддержать тебя, — её зрачки сузились, — зачем ты это делаешь? Вцепился в меня как клещ, и приносишь одни только неприятности.       Его губы искривились в презрительной ухмылке, и Помни внутренне приготовилась к потоку ядовитых слов.       Но вместо этого парень подался вперёд, стремительно сокращая расстояние. Между их лицами осталось всего пара дюймов. Голос кролика рассек воздух тихим, злым шипением: — Потому что ты увидела меня в самый уязвимый момент. И я не могу с этим смириться.       Помни с трудом сглотнула. Так вот в чём дело? — Ну и чего ты тогда от меня хочешь?!       Джекс лишь смотрел на неё в ответ, и сердце у Помни болезненно сжалось. Он ведь и сам не знает, чего хочет… так ведь? — Джекс, я… — начала она. И вдруг девушку отвлек странный запах.  — Эм… мне кажется, или что-то горит? — Не меняй тему, — резко оборвал кролик. — Нет, я серьёзно! — настаивала Помни.       И тут над грилем взвился клуб дыма, глаза у девушки моментально заслезились и покраснели. — Джекс…! — Он продолжал неотрывно сверлить её взглядом.  — У нас пожар!       Она повторила громче, уже почти выкрикнув: — Мы горим, Джекс!!       А Джекс всё так же продолжал нависать над Помни, глядя ей в глаза. Судя по всему, мыслями он был далеко отсюда. Но тут вдруг вспыхнуло яркое пламя, превращая небольшую искру в настоящий пожар.       Наконец он отстранился. Оба стояли, завороженно глядя на растущий огонь, который стремительно захватывал тесное пространство. Чёрные клубы дыма закручивались вокруг них. Помни судорожно осматривала помещение, не находя выхода, всё ещё прижатая к прилавку.       И тогда Джекс резко подхватывает её под руки, подняв в воздух.       Он собирается бросить её прямо в огонь. — Джекс, пожалуйста, не надо! — взмолилась она, глядя в его дьявольскую ухмылку. И вскрикнула, когда он со всей силы швырнул её.       Помни зажмурилась, приготовившись к агонии от сгорания заживо. Крик ужаса вырвался из неё, когда девушка врезалась во что-то твёрдое, но на удивление не горячее. Раскрыв полные паники глаза, она поняла, что лежит прямо на НПС, который секундой ранее мирно ждал свой заказ.       Джекс выбросил её из горящего фургона.       Помни едва успела осознать это, как он сам перемахнул через окно, сбив ещё несколько ожидающих НПС. Толпа была безразлична к полыхающему будто факел фургону. Их взгляды на миг пересеклись — и в этот момент изнутри прогремел взрыв. Волна горячего воздуха ударила наружу, языки пламени рванули к небу.       Джекс низко присвистнул, с откровенным удовольствием наблюдая за происходящим: — Вот это я называю достойным концом приключения.       Из Помни вырвался слабый смешок неверия.       И так будет всегда. За что он не возьмется — это будет продолжаться.       Девушка поднялась, отряхнула одежду, хоть и понимала, что на ней нет ни пылинки. Кейн явно сегодня поленился проработать графику. Ещё раз бросив взгляд на Джекса, который всё так же с ухмылкой наблюдал за огненным хаосом, Помни тихо ушла.       Ноги привели её к фургончику, где Рагата, похоже, уже окончательно теряла рассудок.       Помни нужно было отдохнуть.

***

      На какое-то время Помни словно выпадает из реальности. Она стоит в заметно более прохладном смузи-фургоне и помогает готовить напитки безмерно благодарной Рагате. Достаточно простое занятие, и общество подруги куда приятнее.       Насколько Помни могла видеть, Джекс просто откинулся на пластиковой траве и наблюдал за тем, как догорает фургон, составляя компанию парочке несчастных НПС. Тем, что не попадали замертво от съеденных кулинарных изысков кролика.       Игра, похоже, завершилась сама по себе: над фургоном с бургерами Королёра и Гэнгл вспыхнули маленькие фейерверки. Судя по всему, они оказались победителями. Когда ребята наконец собрались вместе, измученные и вспотевшие, то направились к тому самому фургону с мороженым.       Помни держалась в стороне, пока остальные получали свои холодные десерты. Брать чаевые Рагаты она отказалась, а с Джексом они сегодня не заработали ни копейки.       Когда подруга подошла к ней с двумя рожками и одарила лёгкой улыбкой, Помни подумала: «Да чёрт с ним», — и взяла один. Обычная ваниль.       Пока остальные болтали и ели, девушка незаметно отошла за фургончики, чтобы немного побыть в тишине. Там, за одним из них, обнаружился одинокий валун среднего размера. Скорее всего, ошибка Кейна, повторно использованный элемент. Помни удобно устроилась на нём и какое-то время просто наблюдала, как тает мороженое, погрузившись в свои мысли.       Девушка ощущала себя потерянной. Слова Джекса не выходили из головы, горло сжимал тяжёлый ком.       Обычно, он кажется достаточно сильным. Может ей действительно не стоило тогда пытаться помочь? Но ведь он был так… уязвим. — Так вот где ты спряталась, — голос Джекса заставил её вздрогнуть, а сердце ухнуло куда-то вниз.        Он неторопливо подошёл и, прищурившись, уставился на её мороженое.  — Значит, у тебя мороженое есть, а у меня— нет. По-твоему, это честно? — в голосе прозвучала неподдельная обида. — Ты вообще понимаешь, как я старался, сделать каждый хот-дог омерзительным? А ты только стояла рядом и болтала с клиентами!       Помни настороженно уставилась на парня. Он специально её искал, и это не предвещало ничего хорошего.       Что ж, лучше сказать прямо. Их разговор тогда оборвался, и теперь, обдумав всё, у неё наконец появилось, что ответить. Правда, она не была уверена, изменит ли это хоть что-то. — Джекс, — тихо позвала она. — Мне плевать, что я видела тебя уязвимым.       Его улыбка нервно дёрнулась.       Помни продолжила: — Единственный, кому это не даёт покоя, это ты сам.       Улыбка мгновенно сползла с лица кролика. Девушка задела его за живое — хоть это и была чистая правда.       Парень внезапно приседает рядом с Помни, нахмурив брови. Она невольно задумывается, какое ужасное возмездие он придумает за то, что его заставили взглянуть на самого себя со стороны. — Знаешь, как для шута ты совсем не смешная, — бурчит он и неожиданно наклоняется ближе.       Помни во все глаза наблюдает, как Джекс высовывает свой мультяшный язык и широким движением слизывает бок её мороженого.       Затем он просто встает и молча уходит, оставив Помни сидеть с раскрытым ртом и тающим рожком, который теперь капал на руку.       Она проводила его взглядом, потом посмотрела на мороженое.       И что теперь делать?       Девушка пожалела, что не промолчала. Она уставилась на рожок, а затем просто бросила его на землю, вытерла липкие пальцы о пластиковую траву и вернулась к остальным.       Джекс вёл себя как ни в чём не бывало, когда они шагнули обратно в портал. Но она знала наверняка: всё это — лишь маска.       И теперь это точно её проблема.

***

      Поздно вечером Помни тихо постучалась в дверь спальни Рагаты. Сердце бухало в груди от нервного ожидания. Подруга открыла почти сразу, с заранее настороженным выражением лица, но, увидев Помни, расслабилась и улыбнулась. — Привет, Помни! Что-то нужно? — На самом деле… — Помни прикусила губу. — Можем поговорить с тобой наедине?       На лице куклы отразилось беспокойство в перемешку с любопытством, и девушка пригласила её внутрь, закрыв за Помни дверь. — Конечно, что случилось? Ты в порядке?       Помни на мгновение замолчала, а потом тихо спросила: — Рагата, а кто-нибудь когда-нибудь возвращался из абстракции?       Кукольное лицо помрачнело. Она задумалась, потом покачала головой. — Нет. По крайней мере, я об этом никогда не слышала.       И тут же добавила с беспокойством: — Ты точно в порядке?       Помни медленно кивнула: — Да. Всё нормально.       Воцарилась неловкая тишина. — Ну… — начала Рагата: — Не могу представить, что возвращение из абстракции было бы приятным. Наверняка это сломало бы тебя на всю жизнь, но… может быть, это всё-таки возможно, правда?       Казалось, она пыталась вселить надежду в обеих. Помни почувствовала вину за то, что подняла эту тему. — Да…       Рагата нахмурилась, затем улыбнулась и положила руку на плечо подруги. — Эй, не думай об этом. Давай просто посмотрим что-нибудь вместе, ладно?       Помни безучастно кивнула, и они сели на кровать Рагаты, уставившись в маленький телевизор в углу, транслировавший какие-то помехи. — …Телевизоры здесь отвратительные, — наконец пробормотала Помни.       Рагата нервно усмехнулась: — Ага…       Они снова погрузились в тишину на некоторое время, пока Рагата не повернулась к Помни, явно сдерживая какую-то тревожную мысль. — Ты ведь… — её голос дрогнул, и она начала заново: — ты боишься, что это может случиться с тобой?       Её тревога ощущалась почти физически.       У Помни сжалось сердце от вины. Она покачала головой: — Нет. Точнее… не больше, чем обычно.       Тяжёлая правда. Помни вздохнула и опустила руки на колени, пытаясь сосредоточится. — Спасибо, что всегда заботишься обо мне. Я очень ценю это.       Девушка знала, что выглядит не в порядке, и это было правдой, но это было не из-за того что она боялась абстрагироваться прямо сейчас.       Она взглянула на Рагату: — А ты?       Улыбка Рагаты слегка дрогнула, но она положила ладонь ей на спину, в эдаком жесте поддержки. — Бывает очень тяжело… по-настоящему… — она замялась, затем словно взяла себя в руки. — Но всё хорошо! Правда.       Её улыбка стала мягче и теплее. — Спасибо, что ты тоже заботишься обо мне.       Помни чуть улыбнулась через силу, но постепенно эта улыбка стала искренней. — Конечно.       Они вновь вернулись к телевизору, и напряжение немного рассеялось. Но мысли продолжали грызть изнутри.       Помни не хотела абстрагироваться. И она не хотела, чтобы такое случилось с кем-либо.

***

      Помни вышла из комнаты Рагаты поздно ночью. Девушка шла по коридору, ощущая, как мысли преследуют её, будто призраки. Всё, чего ей хотелось сейчас, это крепкий сон.       Но ноги сами вели её дальше, по витиеватым переходам, пока она не оказалась у двери в телевизионную.        Зачем? Она и сама не знала. Может быть, чтобы снова глянуть на ту комнату из воспоминания, которое уже тысячу раз прокручивалось в голове.       Помни глубоко вздохнула и толкнула дверь.       Разгром той ночи давно исчез: стены были пусты, безупречно чисты. Несомненно, Кейн одним щелчком пальцев стёр последствия. Это была первая мысль, пролетевшая в голове. Но за тем… её взгляд упал на тяжело дышащую фигуру, сидящую на полу.       Сердце Помни остановилось.       Неужели это снова повторяется?       Она сделала шаг внутрь, потом ещё один. — Джекс?       Голова Джекса дёрнулась вверх, и в тот же миг её пронзило облегчение: внешне все в порядке. — Что, следишь за мной? — тяжело выдохнул он.       Но за бравадой в его голосе звучала паника. Помни замялась, потом подошла ближе. Опустилась рядом, заглядывая ему через плечо. — Ты… — предчувствие вопило что что-то не так. — Ты снова абстрагируешься?       Тело Джекса напряглось до предела, он обхватил себя руками, словно пытаясь удержать на месте. — С чего бы мне? Сейчас все не так, как той ночью, — он осёкся, судорожно сглотнув. — Я не понимаю, почему это происходит. Этого не должно быть!       Он согнулся вперёд, сдавленно простонав от боли.       Сердце Помни подпрыгнуло на месте. Значит, всё-таки это повторяется… — Д-дай я посмотрю, — выдохнула она, словно это могло что-то изменить. — Может всё не так плохо?!       Джекс хрипло расхохотался, смех его отдавал истерикой: — Да, конечно! Пустяки! Всего лишь небольшая абстра…       Его крик оборвал фразу, рука метнулась к плечу. И Помни увидела: первые чёрные шипы уже прорывались наружу. Когда Джекс попытался выпрямиться, сжимая больное место, она заметила тёмные узоры на его груди, сползающие вниз к животу.       Нет, нет, нет!       Страх пронзил её насквозь, но на этот раз в груди теплилась крошечная надежда. — Попробуй сосредоточиться на дыхании, — прошептала она, — а я…       Помни нерешительно протянула руку. — В-возьми меня за руку.       Джекс посмотрел на неё так, будто это была змея, готовая укусить. Но новая волна боли согнула его пополам, абстракция расползалась всё дальше.       Ладонь кролика резко сжала её руку до боли. — Ост-останови э-это! — прохрипел он.       Помни вздрогнула от боли, но тут же отмахнулись от неё. Это было сейчас не важно. Она сжала его ладонь в ответ изо всех сил и другой рукой мягко коснулась здорового плеча парня. — Джекс, посмотри на меня, — её голос был максимально мягким.       На миг это будто лишь усилило всплеск абстракции: вместе с паникой и болью она почувствовала, как в нём вскипает ярость. Наконец он поднял на неё глаза. — Эт-то не должно было про-происходить… Я же де-держал всё под конт-контролем! — Ш-ш, тише, — прошептала Помни, удерживая его взгляд. Чёрные бездны затягивали девушку, и ей самой хотелось закричать. — Всё в порядке. У тебя получится взять это под контроль. Всё хорошо, Джекс…       Ведь получится, правда? Или это лишь вопрос времени, когда он сломается? Она была уверена: такие же мысли одолевали и Джекса.  Это так ужасно.       Помни не знала, что делать. Она отвела взгляд.       А потом развернулась боком и прижалась к нему в плотную. Плечом к плечу. Словно напоминая Джексу, что она здесь, рядом с ним. Девушка переплела их пальцы, крепко сжимая. — С тобой всё будет хорошо.       Помни высоко задрала голову, так, чтоб их взгляды пересеклись. От такого положения шея начинала ныть. Джекс тяжело дышал сквозь стиснутые зубы, его лицо дёргалось, пока тьма поднималась выше — к самому лицу. И вдруг кролик резко вырвал руку из ладони девушки. Повернувшись к ней всем корпусом, Джекс схватил её голову с двух сторон, притягивая к себе.        Она тихо ахнула от неожиданности, в крови взорвался прилив адреналина.  Он сейчас абстрагируется полностью. Он…       И тут Помни осознала — тьма замедлилась. Джекс нависал над ней и не отводил взгляда, дыша рвано и тяжело. Он держал её голову так крепко, будто хотел раздавить. Помни чувствовала будто падает, проваливается в бездну его взгляда.       Джекс сделал дрожащий вдох, и девушка вырвалась из оцепенения. Она тоже вдохнула. Подняв руки, Помни мягко коснулась его лица. В этом цифровом мире она все еще могла почувствовать теплоту его щек. — Тсс… — успокаивающе прошептала Пом. Большие пальцы нежно скользнули по его коже. — Всё будет хорошо. Она повторила, чуть громче: — Просто… просто оставайся со мной. Ладно?       А помогает ли это вообще?       Джекс кивнул — дёргано, нервно, дыхание оставалось сбивчивым. Помни постаралась дышать медленно и глубоко, и постепенно он подхватил её ритм. Чёрные иглы абстракции смягчились, превратились в тягучую смолу, а затем начали отступать. Сердце девушки дрогнуло в надежде. — Вот так, — мягко подбодрила она. — Видишь? Всё будет хорошо.       Брови Джекса нахмурились, он искал что-то в её глазах. Нашёл ли? Она не знала. По его телу прошла дрожь, и абстракция стала стремительно исчезать, пока не сошла на нет. Некоторое время они не двигались, застыв в этой позе, слушая лишь своё дыхание.       И вдруг хватка на её голове усилилась. — Я ненавижу это! Этого не должно было случиться! — отчаянно пробормотал Джекс.       На секунду давление стало почти невыносимым, а потом он ослабил его, пошатнулся и обессиленно рухнул вперёд, едва не опрокинув Помни. — Этого не может происходить со мной, — прохрипел парень.       Помни неуклюже поймала его в объятия и нервно усмехнулась: — Ну, знаешь… даже с лучшими из нас случается, да?       Смех вышел пустым, истеричным. Она хлопнула Джекса по плечам, не зная, что ещё сделать. — Но ты остановил это, — заметила она. — Я?..       Она уже собралась заверить его, что мол конечно, ведь он же здесь, рядом, когда Джекс продолжил: — Я не понимаю, почему это произошло.       В его голосе звучала злость и бессилие. Тело всё ещё дрожало, обмякшее в её руках. Сердце Помни болезненно сжалось. Она вспомнила Рагату, что лежала на полу после нападения Кауфмо. — Ну… теоретически мы можем спросить у Кейна, но… — осторожно начала девушка.       Джекс раздражённо фыркнул, Помни быстро добавила: — Может это потому, что один раз ты уже был на грани? Может, теперь ты… уязвим к этому?       Она не знала. Она ведь не врач. — Уязвим, значит? — усмехнулся кролик ядовито. — Будет ужасно, если окажется правдой.       Его пробил озноб, и он отстранился. С трудом выпрямившись, парень откинул голову назад и спрятал лицо в ладонях. — Великолепно.       Он посмотрел на неё исподлобья: — Что ты опять тут забыла?       Помни честно не могла вспомнить. Её прорвало на нервный смешок: — Я… не знаю.       На мгновение он нахмурился, но затем лицо разгладилось. Джекса снова затрясло, и Помни заметила, что плечи подрагивают уже от смеха. — Она даже не знает! — прохрипел он, обращаясь в пустоту. — Ты можешь в это поверить?       Он расфокусировано смотрел куда-то в сторону, видимо, всё ещё не отойдя от приступа абстракции. Потом снова перевёл взгляд на неё. — Договор тот же, что и раньше.       Сначала Помни не поняла. А потом рассмеялась — надрывно, с недоверием: — Что… Ты хочешь сказать, что теперь будешь еще большим козлом по отношению ко мне? — Вполне возможно, — заявляет Джекс так прямолинейно, что у Помни кулак зачесался врезать ему. — Кто знает? Может теперь я буду с тобой помягче. А может останусь таким же козлом, как и сейчас. — Отлично. Замечательно. Просто чудесно, — буркнула Помни и начала подниматься на подрагивающих ногах.       Но Джекс резко схватил её за руку и дёрнул обратно вниз. — Что, надеялась, что я стану добрее к тебе?       Помни уставилась на него.        А потом терпение лопнуло. — Да что с тобой не так?!       Его губы расплылись в мерзкой ухмылке: — Ну, таким уж родился. — У-у-у-уф! — в отчаянии вскрикивает девушка, на миг вцепившись в свою шляпу от бессильной ярости. Затем она резко вырывается из хватки Джекса, встаёт и протягивает ему руку. — Вставай, — холодно бросает она. — Если только не собираешься валяться здесь всю ночь.       Лицо Джекса вытягивается от удивления. — Серьёзно? У тебя точно не все дома, конфетка.       Помни уже собирается отдёрнуть руку, но Джекс в последний момент хватает её. Ей приходится помочь ему подняться на дрожащие ноги. Парень чуть опирается на девушку, но не так сильно, как в прошлый раз, и путь до их комнат кажется теперь куда короче.       Помни заранее приготовилась к очередному всплеску его недовольств, но на удивление, Джекс молчал. Тишина лишь сгущала неловкость, и, не зная, что сказать, девушка решила тоже молчать.       Облегчение приходит, когда вдали наконец вырисовываются двери спален. Джекс вдруг отстраняется и, пошатываясь, идет к своей комнате. Он наваливается на дверь и медленно сползает вниз, садясь прямо на пол. — Я справлюсь сам. Иди в свою комнату, я сам зайду, — хрипло говорит он.       Помни не удерживается и закатывает глаза. — Ну и ладно. Бывай.       Она лениво машет рукой, подходит к своей двери, вытаскивает ключ и принимается отпирать замок. — Помни.       Девушка замирает и бросает взгляд через плечо. Их глаза встречаются. — Ты мне не нужна, — произносит Джекс.       Помни не знает, что на это ответить. Она внимательно осматривает его — измученного, обессиленного, сидящего на холодном полу. Затем фыркает и отворачивается к своей двери. — Спокойной ночи, Джекс.       С этими словами она вошла внутрь, закрывая за собой двери так, словно ставила точку, которую, как девушка надеялась, должны были почувствовать оба.