Abstract Feelings

— Это п%$!#ц какой-то.       Пробормотали Зубл после особенно длинного и изнуряющего приключения Кейна. После всего, через что они прошли, Помни наконец-то поняла, почему Зубл никогда не хочется участвовать в этих «весёлых» мероприятиях.       Если честно, сама Помни почти ничего не запомнила из сегодняшнего дня, сознание девушки было словно в тумане. Но в одном она была уверена точно: время тянулось как жвачка. Ужасно медленно.       В конце Кейн щедро наградил всех пиццей, а потом оставил ребят на произвол судьбы. Помни взглянула на Зубл и молча обменялась с ними усталым взглядом. — Ну, не знаю, — сказала Рагата, которая всегда и во всем ищет позитив. — Мне кажется, это приключение прошло даже спокойнее, чем обычно. Что думаете? — Это потому что Джекса не было с нами, — резко вставила Гэнгл.       Помни была с ней согласна, но сил сказать что-то вслух не было, казалось, энергия внутри иссякла. — Может быть, — мягко произнесла Рагата, хотя Помни подозревала, что та определенно согласна с Гэнгл. — По крайней мере, нам не пришлось терпеть его вые%$!#ы сегодня, — буркнули Зубл. — А мне было так весело с вами! — бодро добавила Гэнгл, целехонькая маска-комедии была на ней.       Помни молча направилась к жилым комнатам, но едва она зашла за угол, как столкнулась с Королёром. Девушка вздрогнула от неожиданности. А Королёр, в своей привычной манере, завопил и вскинул руки. От такой реакции Помни тоже закричала.       На секунду её накрыла паника, но быстро придя в себя, она попыталась успокоить друга: — Это всего лишь я!       Испуганные глаза Королёра всматривались в неё какое-то мгновение, а потом, словно это не он кричал секунду назад, спокойно сказал: — О, здравствуй, Помни! Какая встреча.       Помни положила руку на грудь и глубоко вдохнула. Потом слегка улыбнулась: — Извини, я пойду. Увидимся, Королёр.       Рагата обернулась и окликнула её с тревогой на лице: — Ты не идёшь есть с нами, Помни? — Э-э, нет, — сказала девушка, почесав шляпу. Жест явно из прошлой жизни. Королёр наклонил голову. Она пожала плечами: — Я очень устала и хотела бы поспать. Извините, ребята, увидимся позже.       Рагата выглядела всё так же обеспокоенной. Зубл снова встретились с ней взглядом, но быстро отвели глаза. — Ну ладно, — нехотя сказала Рагата, слегка помахав рукой. — До встречи!       Помни чуть улыбнулась, тоже махнула им на прощание и пошла в свою комнату, чувствуя себя так, словно обманывает их. Хотя это было совершенно не так — она действительно собиралась спать, но всё же оставалось ощущение, будто этим Помни кого-то подвела. При этом она понимала, что это лично дело каждого, как проводить свое свободное время.       Девушка шла, словно в воду опущенная. Чёрт, сегодня на душе было особенно тяжело. Иногда, это место давило сильнее, чем обычно.       И вот, сворачивая в коридор, она услышала звук работающего телевизора. Это было странно. Присмотревшись, Помни заметила приоткрытую слева дверь. Внутренние чутье подсказывало, что это не к добру.       Она осторожно подошла и с опаской заглянула внутрь.       Первое, что бросилось в глаза — комната была заполнена телевизорами. Они были везде: на стенах, на полу, парочка даже свисала с потолка. Все они были включены, на черно-белых экранах рябили помехи. Среди всей этой пугающей картины Помни заметила фигуру.       Джекс лежал на боку, подперев голову ладонью. Он не шевелился и смотрел на один из мониторов. Возможно, он и вовсе спал. Со спины было не разглядеть.       Девушка уже было решила, что лучше уйти, но внезапно осознала одну вещь. Крайне странно, что Джекс не участвовал сегодня с ними. Ему ведь обычно нравятся эти «приключения». Даже не так, он приходил в восторг, портя их и подставляя всех вокруг. Помни нахмурилась.       Она оперлась о дверной косяк, но не вошла. — Джекс…?       Возможно ей показалось, но Помни готова была поклясться, что он вздрогнул и напрягся. Правда, через секунду, парень лениво перевернулся и улыбнулся ей. — О, вы уже вернулись? И что вам Кейн устроил на этот раз? Какой-нибудь тотальный геноцид одной из рас НПС? — Эм, не сегодня… — неуверенно протянула девушка.       Глаза Помни скользнули к рябящим телевизорам и снова вернулись к Джексу. Его улыбка выглядела обычной, но всё равно казалось, что что-то не так. Часть её хотела уйти к себе в комнату, но любопытство в перемешку с беспокойством оказалось сильнее: — Почему ты валяешься на полу в этой дурацкой телевизорной? Это дурно влияет на мозг.       Выражение Джекса не изменилось, он несколько секунд сверлил её взглядом, а потом фыркнул и рухнул на спину, уставившись в потолок. Помни проследила, куда он смотрит, и заметила, что и там находился телевизор. — Захочу испортить мозги — испорчу. Ты что, Рагата? — усмехнулся парень.       Помни посмотрела на экран над ними. Всего лишь бессмысленная мешанина, от которой у неё зарябило в глазах и разболелась голова. — Зачем ты здесь? — вдруг спросил кролик, вырывая её из оцепенения. — Тебе что-то надо или…?       Помни моргнула. Было ли ей что-то надо от него? Зачем она вообще тут стоит? Её губы на секунду скривились, но потом разгладились. Предполагая, что он всё равно её пошлет, она аккуратно спросила: — У тебя всё в порядке?       Джекс наградил её враждебным взглядом. На его лице по прежнему была улыбка, но она не затрагивала глаза. — А с чего бы мне быть «не в порядке», малая? Я же в восхитиииительном цифровом цирке! Разве ты не живёшь тут каждый день, будто в сказке?       Помни нахмурилась и глянула на него: — То есть ответ нет.       Улыбка Джекса погасла, кролик нахмурился. — Помни, освободи меня от своего общества. Я тут телевизор смотрю. Он отвернулся, лениво махнув рукой в сторону двери.       Девушке было нечего на это ответить. Но чувство беспокойства никуда не делось, и она пробормотала: — Если захочешь поговорить… — Ха! Мне? С тобой? Разговаривать? Ты, походу, себя переоценила, — окинул её насмешливым взглядом Джекс.       Помни вздрогнула и тут же прокляла свое тело за такую реакцию. Остатки сочувствия к нему испарились. — Ладно. Наслаждайся компанией телевизоров.       «Придурок», — хотела добавить она, но промолчала. Развернулась и ушла, напряжённая и раздражённая. — Ой, только не разводи сопли! — крикнул Джекс ей вслед.       Путь до комнаты показался вечностью, и, едва закрыв дверь, Помни рухнула на кровать. Облегчение. Тупой Джекс. Тупой Кейн с его дурацкими приключениями, превращающими их жизни в ад. Девушка уткнулась лицом в подушку и долго лежала, погружённая в вихрь мыслей. Было паршиво, но в итоге, засыпая, думала она о Рагате и остальных. О том, что она все же не одна.       Без них Помни бы не выдержала тяжесть этого места. Пока они есть друг у друга, с любыми проблемами можно справиться…

***

      И снова этот сон.       Все начинается с того, что Помни сидит с остальными ребятами, ковыряется вилкой в своей цифровой еде и жует безвкусную пищу. Ощущение, будто во рту помехи, холодные и рябящие. Но тем не менее, она ест, потому что в этом мире они испытывают фантомное чувство голода. Еще одна прихоть Кейна. Но так или иначе, Помни уже начала привыкать к этому. Потихоньку.       Но потом вдруг осознаёт, что остальные куда-то исчезли, и девушка сидит за столом в одиночестве. Еда тоже пропала. Помни опускает взгляд и замечает:       Что-то не так с моей рукой.       Она тёмная и пульсирующая… нет, даже не так… её края дёргаются, образуют иголки, которые то появляются, то исчезают. И лишь спустя мгновение Помни понимает:       Я что… абстрагируюсь?       Девушка кричит и отшатывается, пытаясь убежать от собственной руки. Но это невозможно. Тьма ползёт вверх и поднимается к груди, животу, лицу.       И потом — она превращается в ничто.

***

      Помни рывком просыпается, пальцы крепко вцепились в простынь. Судорожно оглядываясь по сторонам, девушка пытается убежать от чего-то, чего не существует. Если, конечно, жизнь здесь вообще можно назвать существованием.       Она садится, вся растрёпанная, и тяжело дышит. Впивается внимательным взглядом в руки. И только убедившись окончательно, что она не абстрагируется на самом деле, облегчённо выдыхает. Помни прикладывает ладонь к сердцу, которое всё ещё бешено колотится. Когда ей наконец удаётся немного успокоиться, девушка падает обратно на спину, погружаясь в размышления.       Сколько дней прошло с тех пор, как она здесь оказалась? Месяц? Два? Нет, наверное, не больше одного. Помни потирает лицо обеими руками. Мрачные рассуждения одолевают её: насколько близки они все к абстракции? У неё самой уже неоднократно были нервные срывы. А ребята? Помни догадывается, что, например, Рагата вовсе не так в порядке, какой старается казаться. Зубл ведут себя отчужденно, но и по ним несложно понять, что они тоже страдают. А вот Гэнгл хоть и хрупкая, но у неё есть упорство, которого другим порой не хватает.       Думать об этом в таком ключе кажется неправильным, и Помни останавливается. Девушка помнит, как даже грубое замечание Джекса задело её за живое. Ах да, Джекс.       Все ли с ним в порядке?       Мысли вихрем закручиваются в голове, но она пытается отмахнуться от них, правда беспокойство все же одолевает девушку. Да, он был груб с ней, но, тем не менее, с ним явно что-то было не так.       Помни вздыхает и откидывает прядь волос с лица. Ей стоит извиниться за свою нетактичность. Она не станет настаивать и пытаться вытянуть из него информацию о своем состоянии — просто извинится и уйдёт. Если он все еще в той комнате, конечно.       Стоит ей выйти из своей спальни, как тут же хочется вернуться обратно. Но Помни собирается с духом и идёт к коридору, где видела парня в прошлый раз. Дверь, что была открыта ранее, теперь плотно закрыта. Это вызывает тревогу.       Глубоко вздохнув, Помни берётся за ручку и открывает, заглядывая внутрь: — Джекс?       Все телевизоры выключены. На Помни накатывает дурное предчувствие. Желание уйти и сделать вид, что её и вовсе здесь не было все сильнее. Но девушка вдыхает глубже и делает шаг в тусклую комнату. — Дже… — её обрывает хруст под ногами. Она опускает взгляд и видит чёрный осколок похожий на…       абстракцию.       Сначала Помни не понимает, что это. Но, внимательно присмотревшись, осознаёт, что это лишь осколок стекла. Девушка обводит взглядом помещение. Некоторые телевизоры разбиты, их осколки усеяли пол.       Её взгляд скользит по дорожке из обломков, пока не останавливается на фигуре в углу. Зрачки сужаются, фокусируясь лишь на темном пятне у стены. Мир словно уменьшается вокруг неё. По спине пробегает дрожь, и она с трудом сдерживает всхлип. Фигура двигается. Тяжело хрипит и дышит, словно от невыносимой боли.       Беги.       Узкой полоски света из коридора не хватает, чтобы осветить всю комнату, но глаза Помни успели привыкнуть к темноте, и она различает характерный силуэт сгорбленной спины Джекса. Весь правый бок его тела пронизывают те самые колючие всплески абстракции, которые преследуют её в кошмарах.       Беги!       Внутренний голос кричит, чтобы Помни убегала, как можно дальше отсюда. Она пятится, готова развернуться и сорваться с места. Но в памяти всплывает лицо Рагаты, после того как на нее напал Кауфмо. Она видит Рагату, глючащую на полу. Вспоминает взгляд девушки в тот момент, когда Помни собиралась бросить её.       Помни до боли закусывает губу и на дрожащих ногах делает несколько осторожных шагов вперёд. — Джекс, это… это я, Помни. — Она подходит ближе, и не потому что перестала бояться, а потому что чувствует: времени мало. Останавливается рядом и опускается на колени. — Эм… — слова путаются, дыхание сбивается. — Джекс, ты меня слышишь?       Джекс сжимается ещё сильнее, будто пытаясь свернуться в клубок. — З-зачем ты зд-д-есь, По-помни? — его голос глючит. — Я пришла… — мысли обрываются. — Это не важно. Тебе нужно… успокоиться, хорошо?       Она тянется к нему, но тут же отдёргивает руку, боясь, что абстракция может передаться через прикосновение и ей.       Это вызывает у Джекса пугающий смех: прерывистый, заикающийся, отдающийся эхом. — Л-лучше нач-ни бе-бежать. Я р-разорву т-тебя в кл-лочья.       Ледяной ужас охватывает Помни, но она не может уйти и просто оставить его здесь. — Ещё не поздно, Джекс! Ты ещё не абстрагировался окончательно! Ты можешь…!       На этот раз она пересиливает себя и осторожно касается его нормальной руки. — Посмотри на меня, — умоляет она.       Быстрее, чем Помни успевает сообразить, Джекс резко разворачивается. И тут девушка видит всё: абстракция поглотила его правую руку, медленно взбирается на шею и начинает ползти к лицу.       В глазах Джекса плескается ужас.       Неожиданно, словно вишенка на торте, в тёмной массе абстракции вспыхивают цветные светящиеся огоньки. Глаза. Они открываются один за другим и устремляются прямо на неё. — Не см-отри на меня-я! — кричит Джекс.       Помни вздрагивает и отводит взгляд. Но, закусив губу, она поворачивается обратно к парню, делая дрожащий вдох.       Что она мать вашу делает?       Что она мать вашу делает?       Темнота пожирает его, лицо Джекса больше не видно. Остаются лишь эти глаза, и они пугают её до дрожи. Девушка делает глубокий вздох, пытаясь сосредоточиться и понять что делать.       Нечто перед ней дергается вперёд, и Помни, инстинктивно, вскрикивает. Она поднимает руки, кладя их по обе стороны от самого большого глаза, нависающего над ней. — Джекс! — взывает она.       Монструозный глаз внимательно смотрит на неё, и Помни понимает: у неё осталось всего несколько секунд. Тело реагирует раньше, чем девушка успевает сообразить. Она начинает легонько поглаживать рукой уголок глаза, пытаясь успокоить. — Эй, тише… Джекс, — умоляюще произнесла Помни, снова встречаясь взглядом с его огромным глазом, пытаясь отыскать в нём его самого. — Всё в порядке! Всё… всё будет в порядке. С тобой всё хорошо. Тебе не нужно…       Её сердце болезненно сжалось от страха. — Тебе не нужно абстрагироваться. Всё обойдётся. — Она дарит ему единственную улыбку, на которую способна, дрожащую и нервную. — Я здесь с тобой.       Комнату пронзает ужасный вопль — гулкий, рвущий крик, который звучит так дико, что и близко не напоминает человеческий. Помни бросает в холод.       Шипастая тьма вздымается, и ей кажется, что она потеряла Джекса окончательно. Но затем она начинает медленно отступать — рваными, прерывистыми толчками, и комната погружается во мрак.       Помни смотрит в задыхающееся лицо Джекса. Она вдруг чувствует тупую боль в руке и понимает, что он сжимает её так сильно, что наверняка остались бы синяки, будь у неё настоящее тело. Помни чувствует, как он дрожит.       Он смотрит на неё затуманенными глазами, всё ещё не пребывая до конца в сознании. — Почему…? — спрашивает Джекс, в его голосе больше слышно злости, чем благодарности или облегчения.       Сперва Помни не может ответить. Она встречает его взгляд, и они просто смотрят друг на друга. Девушка чувствует, как он пытается понять её мотив, но она понятия не имеет, что ему сказать.       Ни один ответ не сделает Джекса счастливым. — Я не хотела, чтобы ты абстрагировался.       Джекс выглядит так, будто стискивает зубы. Помни ломает голову, как быть дальше, когда он рычит и пытается самостоятельно подняться. Его хватка на её руке усиливается, он напрягается, но сдаётся, покачав головой. Попытка встать оказалась безуспешной. — Ну, раз я не могу избежать этого диалога, то проваливай ты, — говорит Джекс вяло, его слова лишены привычной резкости. — Что? — Помни чувствует оцепенение, пребывая в шоке от его слов. Она опускает взгляд на вытянутое тело Джекса. — По крайней мере, позволь мне помочь тебе выбраться отсюда.       Если у неё получится, конечно.       Помни пытается поднять кролика, закидывая длинное тело себе на плечи. — Давай, помоги мне немного, — взмолилась девушка, так как Джекс лишь вяло шевелил конечностями. — Я мог бы сейчас носиться в безумном буйстве, — пробурчал парень, стараясь выпрямиться, снимая часть тяжести с плеч Помни, но продолжая неловко опираться на неё. — Ты просто слишком мелкая, вот и вся проблема.       Обычно подобные шуточки очень бы разозлили Помни, но сейчас в них звучала такая усталость, что она задумалась: может, именно это помогает ему держать себя в руках? — Да, да, конечно, — безразлично откликнулась она, начиная тащить его вперёд.       Коридор казался бесконечным. Джекса было невероятно трудно тащить в одиночку, а он даже не пытался помочь.       Постепенно, пока они шли, парень вроде бы, успокаивался. Хотя дыхание так и не возвращалось в норму. Когда они добрались до коридора с жилыми комнатами, Джекс уже едва передвигал ноги. — Ещё чуть-чуть, — успокоила Помни.       Кролик, который никогда не отличался молчаливостью, наконец нарушил тишину — голос его прозвучал резко, с жёсткой ноткой: — Если ты хоть кому-то расскажешь о том, что произошло, я уничтожу любую жалкую пародию на спокойную жизнь, которую ты попытаешься здесь построить.       Помни невольно фыркнула. Она нисколько не сомневалась, что именно так он и поступит. Поэтому согласилась: — Ладно, хорошо. Никому не скажу.       Она направилась к комнате Джекса, но, когда они подошли, он резко и настойчиво заявил: — Ноги твоей в моей комнате не будет.       К этому моменту Помни уже вся дрожала от напряжения и тревоги. Она раздражённо выдохнула и огляделась. Он не хотел, чтобы кто-то увидел его в таком виде, а значит, бросать его прямо тут тоже не вариант. — Ну… — протянула она.       Её взгляд упал на собственную дверь, и она нахмурилась. Выбора почти не оставалось. Наполовину неся Джекса на себе, девушка подвела его к своей комнате, отперла замок и толчком бедра открыла дверь. Они вошли внутрь, и Помни довела его до кровати, помогая сесть. Он бесцеремонно завалился на бок, и девушка нахмурилась. — Может, э-э… принести тебе что-нибудь?..       Джекс глубоко вдохнул, будто собирался сказать что-то очень язвительное, но промолчал, лишь тяжело выдохнул, словно сдавшись. — Ты что думаешь, что всё это принесёт тебе какие-то очки доверия перед остальными? Передо мной? О нет, — выплевывает он, закрывая глаза, держать их открытыми слишком утомительно. — Очки?.. — Помни слишком устала. — Я делала всё это вовсе не ради каких-то очков.       Ну да, неудивительно, что Джекс этого не понимает. — Тебе стоит отдохнуть, — говорит она. — Ты выглядишь… ну, плохо. — Ого, спасибо за приукрашивание, — ворчит парень.       Но он и правда выглядит ужасно — и сейчас явно едва держится на грани сознания.       Кролик слабо перекатывается на другой бок, поворачиваясь к Помни спиной. Некоторое время она просто сидит, пытаясь хоть немного собраться с мыслями. — Почему тебе вообще не всё равно, если я абстрагируюсь? — спрашивает Джекс. — Будто вы все не станете плясать на моей метафорической могиле, как только Кейн закинет меня в ту яму.       Эти слова застали Помни врасплох. Сердце болезненно сжалось. Она возмутилась: — Послушай, то что тебе нравятся чужие страдания, не значит, что всем нам тоже!       И добавила: — Никто не будет «плясать на твоей могиле». С чего бы вообще кому-то так делать?       То, что он вообще так подумал было оскорбительно. — Хах! — Джекс оборачивается, и в его взгляде пылает вызов. — Только не говори, будто вы все не были счастливы от того, что меня сегодня не было с вами на приключениях. Были ведь, да? «О, какой чудесный день без Джекса, который всё портит!»       Он усмехается и дёргается, будто хочет перевернуться, чтобы продолжить спор с Помни, глядя ей прямо в глаза. Но рука Джекса слишком слаба и подламывается. Он так и остаётся на боку. — Да вы, наверное, и похороны эти дурацкие для меня не устроите — ведь что вообще можно будет сказать, кроме как «ну и слава богу»?       Помни слушает его слова и цепенеет от ужаса. Её брови хмурятся. — Ты что, действительно так думаешь?       Взгляд, который бросает на неё Джекс, заставляет её нахмуриться ещё сильнее, и она чувствует, как губы сами складываются в гримасу. — Но это неправда. Да, приключение было куда легче без тебя. Но это не значит, что кто-то станет радоваться, если ты абстрагируешься.       Джекс фыркает, и на этот раз ему удаётся приподняться. Он пронизывает Помни жалящем взглядом, в глазах горит вызов. — О-о-о, вот как? Ну давай тогда, Помни. Расскажи мне самые милые, добрые и душещипательные вещи обо мне.       Помни смотрит на него. А потом пожимает плечами. Ну что она вообще может сказать. — Как-то я притащила его к себе в комнату, когда он чуть не абстрагировался, а вместо благодарности он начал издеваться надо мной, пока я сама не абстрагировалась.       Джекс продолжает сверлить её мрачным взглядом, а потом вдруг издаёт тихий смешок, который постепенно перерастает в хохот. Он откидывается обратно на кровать, всё ещё смеясь. — Ну если только это.       Помни смотрит ему в спину, будто пытаясь уловить в ней хоть что-то. Потом осторожно садится на край кровати, не уверенная, прогонят ли её. Но в конце концов, это ведь её кровать. — Что ты хочешь, чтобы я сказала, Джекс? Что мы все тебя ненавидим? Я — нет. Да, иногда ты меня ужасно злишь, прямо до бешенства… До сильного, настоящего бешенства.       Помни замолкает. Неудивительно, что Рагата так измотана. Поддерживать позитивный настрой в этом месте чертовски выматывает. И, честно говоря, если бы не тот разговор с Королёром в доме ужасов, она и сама не уверена, хватило ли бы у неё сил. — Нравится тебе это или нет, но ты — один из нас. Я не хочу, чтобы за ужином стало на одно место меньше.       Джекс снова фыркает. — Не станет. Кейн каждый раз уменьшает стол, когда кто-то абстрагируется.       Помни нечего на это ответить. Этот факт выбивает почву из-под ног, хоть это и звучит логично. Она пытается представить себе более короткий стол.       И тут происходит ужасное — в её глазах наворачиваются слёзы. Они начинают катиться по щекам, обжигая. У Помни внутри всё сжимается от липкого унижения. — Ну, — говорит она дрожащим голосом, — я всё равно бы заметила.       Джекс поворачивается к ней, губы недовольно поджаты. Его взгляд прожигает девушку насквозь, прежде чем уголки рта чуть приподнимаются в насмешливой ухмылке. Он тянется рукой, будто хочет коснуться, но Помни инстинктивно вздрагивает. Ухмылка стала шире. Такая реакция откровенно позабавила Джекса, хотя он всё же опускает руку и медленно переворачивается лицом к ней. — Эй, ну что ты. Если ты станешь плаксой, что тогда останется для Гэнгл? Это её роль, в конце то концов, — тяжело вздыхает он, будто признавая неизбежное. — Вы все такие эмоциональные, божеее. Со мной всё в порядке, ладно? — С тобой всё в порядке? Да неужели? — Помни торопливо вытирает слёзы тыльной стороной ладони. — Ты совершенно не выглядишь «в порядке»! Ты…       Она не знает что сказать, в такой ситуации. Как поддержать парня после всего произошедшего. Джекс — человек, до которого не достучаться. — Побудь здесь, пока не сможешь встать. А я… принесу тебе воды.       Даже если им не нужно пить, кажется, это именно то, что сейчас необходимо.       Помни доходит до двери и, собираясь выйти, оглядывается на последок. Джекс смотрит на неё — и он не улыбается. Скорее выглядит раздражённым. Помни лишь слабо машет ему рукой и хмурится. — Я скоро вернусь.       Последнее, что она слышит перед тем, как закрыть дверь, это недовольное цоканье Джекса. И она думает: не направит ли он весь свой гнев теперь на неё?

***

      Часы для Помни тянулись мучительно долго. Хотя, сколько на самом деле прошло времени, сказать сложно. В темноте её комнаты определить это было почти невозможно.       Она сидела на краю кровати, переплетая пальцы и теребя их, совершенно не находя себе места. Как Помни и обещала, она не расскажет никому про случившееся, но это означает лишь одно: теперь её обязанность — присматривать за Джексом. Сейчас каждый его шорох заставлял девушку вздрагивать, ей казалось, будто он снова начинает абстрагироваться. И это ужасно пугало Помни.       Но Джекс уже давно лежал неподвижно. Казалось, он погрузился в глубокий и беспокойный сон. Его голова дёрнулась в сторону, и он пробормотал что-то нечленораздельное. Помни не смогла разобрать ни слова. Сомневаясь в своем решении, она медленно протянула руку и осторожно коснулась ладонью его лба.       И тут же отдёрнула её с резким вздохом. Он горел.       Единственное, что удерживало Помни от ругательства в слух — страх, что резкий звук цензуры разбудит и испугает Джекса.       Она придвинулась ближе, осторожно просунула руку под его длинную шею, слегка приподняла голову и поднесла к губам парня стакан воды. — Вот, Джекс. Тебе нужно попить. — Не… — пробормотал он сквозь сон.       Помни не поняла, отвечает ли он ей или разговаривает с кем-то во сне.       Джекс попытался отвернуть голову, но, Помни настойчиво прижала стакан к его губам. Парень снова пробормотал что-то крайне недовольное, но всё же сделал первый глоток. Постепенно он начал приходить в себя, пока не дотянулся до её запястья и не наклонил стакан сам, жадно глотая воду.       Наконец кролик отстранился, закашлялся, вода стекала по уголку его рта. Он растерянно огляделся. — Где…? — его взгляд остановился на Помни. В нём не было враждебности или привычной злости, только потерянность, словно он не понимал, почему она рядом. — Ты…       Что бы он ни хотел сказать, он передумал. Глаза его снова закрылись, и наступила тишина. — Слишком жарко, — простонал Джекс наконец.       Остудить его было нечем. Помни мелькнула мысль попросить помощи у Кейна, но кто знает, где он бродит прямо сейчас. Поэтому она просто прижала своё прохладное запястье к его раскаленному лбу. — Джекс… — едва слышно произнесла она, не будучи уверенной, что вообще хочет услышать ответ. — Кто-нибудь когда-нибудь возвращался из абстракции?       Он издал недовольный звук, словно её вопросы раздражали его. Потом приоткрыл один глаз, а Помни словно облили ведром ледяной воды. Она на миг увидела тот самый огромный глаз, в который смотрела, пытаясь удержать Джекса от падения в бездну.       Сначала казалось, что он проигнорирует её вопрос. Но потом он пробормотал: — Не знаю. Никто никогда в этом не признавался. И я никогда не слышал об этом.       От этих слов девушка наконец осознала весь ужас того, что произошло. Её пробрала дрожь.       Но Джекс был здесь. Он всё ещё здесь. И это ведь хороший знак, правда? Значит, абстракцию можно хотя бы частично обратить вспять. Она отчаянно пыталась отыскать хорошее в том, что изначально было лишь источником ужаса.       Помни поворачивает запястье и прикладывает к его лбу другую сторону. — Тебе нужен лёд, — наконец решает девушка и встаёт. — Я сейчас вернусь. — Не надо, — резко отзывается Джекс. — Кейна точно заинтересует, зачем он тебе. Просто… не надо.       Он тяжело вздыхает, закидывая свою руку себе на лоб. — Перестань пытаться мне помочь. Я тебя об этом не просил.       Помни на миг охватывает раздражение. — Да? Ну а я и не спрашивала, — резко парирует она.       Ей даже не так важно, чувствует ли благодарность Джекс. Помни задевает его равнодушие, почти пренебрежительное отношение к тому, что с ним происходит.       Она вздыхает и садится обратно на кровать, подтягивая колени к груди, обхватывая их руками. Время начинает теряться в бесконечном ворохе мыслей. — Это оказалось больнее, чем я ожидал, — вдруг бормочет Джекс в тишине, но больше ничего не добавляет.       Помни колеблется немного, а потом мягко подталкивает его: — Правда…?       Джекс медленно убирает руку со лба. Даже в темноте комнаты он выглядит ужасно больным. — Я сделаю так, что это будет и твоей проблемой, — произносит он хрипло.       С приглушённым стоном парень переворачивается на бок, сворачиваясь клубком, и вновь замолкает.       Проходит ещё какое-то время, и Помни судорожно вздыхает, только теперь осознавая, что всё это время не дышала. Она не знает, что сказать. Не знает, что делать.       Но одно она понимает точно: Джекс сдержит своё слово.       Он непременно сделает это её проблемой.       Помни крепче прижимает колени к себе и утыкается в них лицом, теряясь в ворохе мыслей. Пока ей остаётся только ждать.

***

      Громкий звук заставил Помни вздрогнуть и вырвал её из сна. Он повторился снова, и она резко села, только теперь поняв, что кто-то стучит в её дверь. На миг сердце ухнуло в пятки: девушке чудилось, что сейчас дверь распахнётся, и в комнату ворвётся абстрагированный Джекс, чтобы исполнить своё мрачное обещание. Но вместо этого за дверью раздался знакомый голос Рагаты: — Помни? Ты не спишь?       С тихим стоном она потерла глаза и нехотя поднялась на ноги, оглядев комнату. Вторая половина кровати пустовала. Ну да, вполне ожидаемо. Рагата продолжала тараторить сквозь дверь: — …могу заглянуть позже. Ой! — удивлённо воскликнула она, когда дверь наконец открылась прямо перед её носом. Кукольное лицо тут же озарила улыбка. — Вот ты где! Прости, если разбудила. Я просто разволновалась, мы ведь так и не видели тебя весь прошлый вечер.       Взгляд девушки внимательно скользнул по Помни, и по тревоге в глазах подруги она поняла, что выглядит хуже некуда. — Ты в порядке?       Помни изобразила лёгкую улыбку и кивнула, хотя ответ был очевиден — нет. Тревога по-прежнему съедала её изнутри. — Да, всё хорошо. Просто вчерашнее приключение вымотало до предела, хаха… — Ооо, я тебя понимаю, — махнула рукой Рагата, немного расслабившись. — Даже самые простые задания высасывают силы до последней капли. Ты голодна?       Поесть? Ну, почему бы и нет.       Выйдя из комнаты, Помни машинально заперла дверь на замок — скорее по привычке, чем в надежде, что Джекс не сунется к её вещам. Она отлично знала, что у него есть ключи от каждой комнаты.       Они направились по коридору, и Рагата без умолку болтала о чём-то своём. Помни старалась слушать, но мысли всё равно то и дело ускользали, заставляя её вздрагивать от каждой тени.       Когда они вошли в главный шатёр, там уже стояли Зубл, Гэнгл и Джекс. Королёр, как обычно, прятался в своей подушечной крепости.       Даже не слыша о чем они говорят, Помни видела: Джекс смеялся, держа комедийную маску Гэнгл высоко над головой, вне её досягаемости. Словно вчерашнего вечера и вовсе не было. — Ну же, Джекс, я только что её починила, — жалобно просила Гэнгл, пока Зубл наблюдали с откровенным раздражением. Но заметив приближающихся, они кивнули: — Привет. — Джекс! — укоризненно окликнула Рагата. — Верни маску Гэнгл!       Взгляд кролика скользнул к ним. Его глаза впились в Помни таким пронзительным взглядом, что по спине девушки пробежал холодок. Затем он медленно перевёл глаза на Рагату и ухмыльнулся: — Рэгс, поменьше вмешивайся в чужие разборки, и люди тебя полюбят.       Рагата скрестила руки на груди и бросила на кролика испепеляющий взгляд. Тот лишь закатил глаза и равнодушно пожал плечами. — Ладно, верну.       Джекс размахнулся и метнул маску в воздух, словно фрисби. Все присутствующие проводили её взглядом, пока та не врезалась в случайную колонну и не начала дёргаться, словно заглючила. — Ты просто невыносим, — прорычала Рагата. — Знаю! Видела, как далеко она улетела? — расхохотался Джекс, в то время как Гэнгл, с подступающими слезами на глазах, смотрела на происходящее. — Моя комедийная маска…       Помни внезапно ощутила усталость, несмотря на то, что только что проснулась. — Приветствую, обитатели!       Голос Кэйна напугал её до чёртиков. Она вскрикнула, отшатнулась и подняла взгляд — на неё смотрели огромные зубы и пронизывающие глаза. Кэйн парил футах в шести над землёй, вертя трость, словно какой-то причудливый старик. — Время для вашего запланированного приёма пищи! — провозгласил он, раскинув руки, будто объявлял праздник. — О да, — закатили глаза Зубл. — Ничто так не заставляет почувствовать себя скотом, как назначенное время кормёжки. — Могу подать в корыте, если тебе так уж хочется прочувствовать себя скотиной! — радостно предложил Кэйн, пока все направлялись в столовую.       Зубл лишь тяжело вздохнули, пробормотав под нос целую бурю отборного мата. Правда, из-за цензуры разобрать слова не представлялось возможным.       С щёлчком пальцев перед ними возник стол, ломившийся от яств. Кэйн оглядел всех, пересчитал и щёлкнул еще раз — в тот же миг отсутствующий ранее Королёр, оказался сидящим на одном из стульев.       Он растерянно осмотрелся и, осознав происходящее, закричал во всё горло. — Вот и всё! Наслаждайтесь вкуснейшей трапезой и набирайтесь сил перед предстоящим приключением! — воскликнул Кэйн с восторгом, взвившись ещё выше в воздух.       Ещё одно приключение. Помни была уверена: проблем не оберёшься.       Она уже собиралась сесть между Джексом и Гэнгл, но стул внезапно выдернули из-под неё. Девушка грохнулась на пол, больно ударившись затылком о сиденье. — Ай! — вскрикнула Помни, зашипев и прижимая руку к голове.       Потребовалась секунда, чтобы понять, что произошло. Увидев ухмылку Джекса, она быстро поняла: этот гад специально выдернул стул. Помни злобно уставилась на него, обиженно смирившись от очередной его выходки. — Огромное спасибо, Джекс. — Всегда пожалуйста! — рассмеялся он, явно потешаясь над ней. — Джекс, что за п%$!# ты творишь? — возмутились Зубл, пока Рагата, опершись на стол, пыталась убедиться, что с Помни всё в порядке. — А что тут такого? Я всего лишь поступаю как джентльмен. Отодвигаю для дамы стул, — пожал Джекс плечами, словно говоря: «Ну разве это не забавно было?», после чего удобно развалился на собственном стуле.       Гэнгл протянула Помни ленту: — Ты голову не расколола, надеюсь? Если что, у меня большой опыт в починке трещин. — Заткнись, Гэнгл, — перебил её Джекс через Помни. — Но я же даже не с тобой разговариваю!       Помни села. Голова все еще кружилась. Она проигнорировала зарождавшуюся перепалку и начала есть, без энтузиазма, механически засовывая куски в рот. Шум разговоров вокруг постепенно возвращал её к реальности, помогая сосредоточиться на еде.       Складывалось ощущение, что событий вчерашнего вечера и вовсе не происходило. Джекс вел себя совершенно обычно. Может, все случившееся это был просто очень-очень плохой сон?       Но когда завтрак подошел к концу, Помни поняла: предстоящее приключение обещает быть настоящим кошмаром. Она проглотила последний кусок, и их поспешно отправили к порталу, едва ли объяснив, что именно предстоит делать. — Вверх, вниз, по горкам и лестницам, одно сплошное веселье! — воскликнул Кэйн, проталкивая их в портал, едва не сбив Гэнгл. — Всё, что нужно сделать, это добраться до самого низа!       И кто знает, что это вообще значит…       Выйдя из портала, Помни оказалась в странном мире с фиолетовым небом и… Горками.       Сотни. Может быть, тысячи. Ребята стояли на верхней платформе, с которой тянулись бесчисленные горки, и у Помни сразу закружилась голова, когда она глянула вниз. — Боже! — вырвалось у неё, и девушка цепко ухватилась за ближайшего человека — им оказался Королёр. — Вау… мы достаточно высоко, — спокойно заметил он. — Ну что ж, нам просто нужно спуститься в самый низ, верно?       И после этих слов Королёр спрыгнул.       Прыгнул прямо с верхней, невероятно высокой платформы, совсем не используя горки. Помни кинулась за ним, в последний момент успев схватить мужчину. Она отчаянно цеплялась за Королёра. — Королёр! — закричала она, когда оба начали падать вниз. — О нет! — Рагата прыгнула вперёд, едва успев схватить Помни, удержав их от падения. Руки Помни натянулись, как струны, пытаясь не отпустить Королёра. — Господи, Королёр, зачем ты это сделал?! — выкрикнула Рагата, с трудом державшаяся сама, чтобы не свалиться.       Королёр окинул взглядом пространство вокруг, затем посмотрел на них невозмутимо. — Рагата, отпусти нас, нам ведь надо добраться до низа. Ты всё делаешь неправильно.       Из груди Рагаты вырвался раздражённый звук, но она нервно попыталась улыбнуться: — Может, попробуем найти путь попроще? И тут же позвала через плечо: — Помогите, кто-нибудь! Помни казалось, что её вот-вот разорвёт пополам, пока Рагата тянула её вверх. Как только девушка оказалась на краю платформы, она заметила, что Гэнгл тоже неловко присоединилась к спасательной операции, обмотав Рагату лентами, словно спасательной веревкой. Джекс стоял в стороне, наблюдая за всем с едкой усмешкой, положив руки на бёдра. С твёрдой землёй под ногами Помни смогла наконец начать тянуть Королёра, и вскоре троица сумела вернуть его обратно на платформу.       Королёр присел, моргнул и спросил: — Мы победили? — Конечно! — ехидно сказал Джекс. — Отличное приключение, всем спасибо!       Рагата поднялась, стряхивая с себя невидимую пыль, и помогла Помни встать. — Нет, мы не победили. Но вроде бы, это приключение кажется проще чем обычно, верно?       Зная Кейна, Помни понимала, что спокойствие продлится недолго, но никто не осмелился возражать. — Давайте попробуем найти менее опасный путь вниз, — предложила Рагата.       Все осмотрелись. Горки внизу тянулись спиралью, они казались бесконечно длинными.       Помни замерла, заметив ближайшую к ней. Она была настолько высокой и витиеватой, что у девушки закружилась голова. — Похоже, ты нашла достойный спуск, — раздавшийся позади голос Джекса заставил её вздрогнуть. — Отлично! Будет справедливо, если ты пойдёшь первой. — Подожди, что… — начала она, но договорить ей не дали. Джекс толкнул её в спину, и Помни полетела по горке вниз.       Она кричала весь путь. Спуск был длинным и извилистым, горка бросала её из стороны в сторону, переворачивала, и на мгновение Помни вообще оторвалась от поверхности, а после глухо ударилась о горку.       Наконец она достигла низа и вылетела в огромный бассейн с шариками. На мгновение, с головой погрузившись в разноцветные шары, прежде чем вынырнуть. Бассейн был слишком высоким. Короткий рост был явным неудобством. — Джекс, ты ах%$!# бл%$!#! — закричала она, разозлено глядя наверх.       И тут судьба решила добить её. Худющий, как щепка, Джекс мчался вниз, будто участвовал в экстремальном спорте. С поднятыми руками он нырнул в тот же бассейн с шариками, вызывая новую волну смеха и хаоса.       Из разноцветных пластиковых кружков кролик выскочил через секунду, смеясь, как умалишенный. — Ты что, на горке ни разу не каталась? У тебя это вышло отвратительно. — Как можно сделать это «отвратительно», это же горка! — восклицает Помни. Она пригрозила ему пальцем, что выглядело достаточно забавно, так как из шариков торчала лишь её голова да руки. — Что с тобой не так?! Теперь мы оторвались от остальных, и искать их тут будем вечность! — Полегче, малая, — отмахивается Джекс. — Какое «полегче»?! — возмущается Помни. Плюхается вперёд и начинает проталкиваться через бассейн, разыскивая выход. — Помоги мне найти дорогу! Ненавижу этот бассейн с шариками! — Ты просто злишься, потому что маленького роста, — замечает Джекс таким тоном, будто это личный изъян.       Он прикладывает ладонь ко лбу, делая «козырек», и с высоты своего роста оглядывает пространство: — Ого, да отсюда видно весь бассейн!       Помни, пробираясь с трудом сквозь шарики, раздражённо фыркает и решает его игнорировать. — Не туда, — вдруг произносит Джекс прямо за спиной девушки. Его ладонь ложится ей на макушку и насильно разворачивает голову вправо. — Сюда, коротышка.       Затем парень, для пущей убедительности, легонько подталкивает её в указанном направлении и начинает продвигаться следом. И хуже всего то, что Помни вынуждена ему доверится.       Помни плетётся за ним, высматривая выход. И тут замечает.       Впереди виднеется крутой обрыв, шарики буквально ниспадают водопадом в бездну. А с правой стороны от виднеется маленькая мишень. Невероятно крохотная. — И как мы вообще должны туда попасть? — выдыхает она. — Пф, ерунда, — отмахивается Джекс. — Доверься мне.       И тут до ушей доносится какой-то странный шорох. Звук совсем близко. Помни оборачивается и присматривается. Между шариками мелькает самый настоящий плавник. Акулий плавник.       Сердце подпрыгивает к горлу. — Эм… Джекс?       Тот всё ещё сверлит взглядом мишень: — Что? Не видишь, я произвожу очень важные вычисления!       Помни зовет его снова: — Джекс, по-моему, здесь акула.       Плавник разворачивается и движется прямо на них, раздвигая шарики на пути. Помни пятится к краю «водопада», тревога растёт, быть съеденной акулой сегодня не входило в планы. — Джекс, я серьёзно! — Ага, будто я на это куплю... — начинает он, оборачиваясь на её крик, а затем подпрыгивает, увидев, как нечто стремительно приближается. — Ого!       Кролик оглядывается: варианта два, либо вниз с «водопада» либо прямо в пасть к акуле.       Будто учуяв кровь, животное ускоряется. — Нет-нет-нет-нет! — Помни судорожно ищет укрытие и не находит. Остаётся одно.       Она забирается на Джекса, карабкаясь по нему, как по дереву. — Джекс, сделай что-нибудь! — Что именно?! — огрызается он, безуспешно пытаясь её стянуть. — Убей её! — Как?!       Помни хватает шарик и запускает в акулу. Не достигнув цели, шарик пропадает между себе подобными. Девушка истошно начинает кричать.       Джекс морщится от звука: — Ты только всё ухудшаешь!       Он ещё раз пытается её стянуть, но после неудачной попытки сдаётся. Быстро озирается в поисках выхода и снова переводит взгляд на мишень. — Нам ведь просто надо в неё попасть, верно? Тогда приключение закончится. — Джекс начинает отходить от акулы, опасно приближаясь к краю «водопада».       Помни смотрит вниз: поток цветных шаров низвергается в бездну. Неясно, что хуже — это или акула. — В целом ты у нас почти шарообразная, — вдруг сообщает Джекс, отвлекая Помни от наблюдений.       Сильно вцепившись в девушку, кролик одним резким движением отрывает Помни от себя, держа на вытянутых руках — Постой, Джекс, не вздумай делать это! — Только не промахнись! — бросает он и швыряет её в сторону мишени.       Помни, отчаянно размахивая руками и ногами и летя как попало, с глухим «шмяк» прилепляется точно в центр мишени. Раздаются бодрые фанфары.       Она сползает на платформу под мишенью, и у неё над головой всплывают самые настоящие мультяшные звёздочки.       В бездне тут же появляется огромная спиральная горка. Джекс прыгает первым, едва увернувшись от акулы. Помни собирается с духом и прыгает за ним, больно шмякаясь лицом и медленно начиная скользить вниз. Джекс хватает её за руку и дёргает вперёд, чтобы она поехала как положено.       На ходу она ещё успевает глянуть вверх, акула высовывает пасть из моря шариков, продолжающих сыпаться за край, и грозно трясет плавником им вслед. — Ух, — говорит Помни.       Они всё скользят и скользят по спирали, девушку даже слегка мутит. Внизу их встречает длинный коридор с пружинистым полом, по которому жутко неудобно передвигаться.       Идут они молча. Помни изредка косится на Джекса. Она почти уверена: то, что было вчера, это не её ночной бред. Но в этом игровом мире границы между реальностью и сном размываются, а он ведёт себя так… нормально. Слишком нормально.       Девушка так уходит в свои мысли, что вздрагивает, когда замечает: Джекс пялится на неё. И даже не думает отводить взгляд, когда она смотрит в ответ. Они продолжают шагать, только теперь молча глядя друг на друга. Эдакий немой поединок.       И вдруг Джекс как ни в чём не бывало спрашивает: — У тебя не было, случаем, желания поболтать с кем-нибудь о вчерашнем?       Значит, всё было взаправду. — «Желания поболтать»? — переспрашивает Помни. — Нет.       Хотя, часть её очень хотела это сделать. Скинуть с себя немного груза ответственности. Девушка внимательно на него посмотрела: — Ты… нормально себя чувствуешь?       Улыбка тут же сползает с лица кролика. Джекс щёлкает ей по лбу: — Лучше всех! Никогда в жизни не чувствовал себя так хорошо. Это же очевидно!       Невозможно понять, шутит он или нет. — Ясно, это хорошо, — Помни нахмурилась. — Ну… тогда ладно.       Вот и поговорили. — Честно сказать, я на миг решила, что это был сон, — признаётся она. — Правда? — Джекс удивлённо приподнимает брови. — Жаль! Знал бы, убедил бы тебя, что так оно и есть.       Губы складываются в злую ухмылку: — Хотя, может еще не поздно это сделать.       Помни хмурится в ответ: — Нет, э-э… пожалуй, не стоит.       Перспектива «методов переубеждений» её совсем не радует. — Ха! И не забывай, что я сказал вчера. Раньше жизнь здесь казалась тебе кошмаром? Подожди, дальше ещё хуже! — Джекс хлопает её по спине так, будто у них просто дружественная беседа.       Его слова звенят в голове: Я сделаю это твоей проблемой. — Но зачем тебе это? — вырывается у неё.       Джекс смотрит прямо. Помни и не ждёт ответа. Но он вдруг наклоняется, улыбаясь, и нависает почти вплотную. В этом есть что-то хищное: — Потому что тебе было не плевать на меня.       От этих слов по спине девушки пробегает табун мурашек. Кролик выпрямляется, прячет руки за голову и легко шагает дальше: — Пошли. Акула — это, конечно, мило, но если никого не едят у меня на глазах, мне неинтересно. Скуука смертная!       Помни остаётся лишь плестись следом.       Они подходят к очередной горке, и где-то вдали слышится крик Рагаты. Похоже, конец близко.       Идя молча, Помни успевает пожалеть о всех своих жизненных решениях. О главном — надеть тот самый шлем. И о втором её худшем решении в жизни — помочь Джексу.       Дальше найти остальных оказывается нетрудно: похоже, Королёр открыл «секретный маршрут», и они умудрились пропустить часть заданий. Все весело обсуждают сегодняшнее приключение и его окончание, но Помни остаётся настороже.       Предчувствие подсказывает, что для неё всё только начинается.