Проклятие луны

Сплетни разошлись по всей резиденции, как горячие лепешки! После инцидента, произошедшего рано утром, по периметру озера собрались наблюдатели. Иссин сидел на деревянном стуле перед погруженным в воду Джунхи, читая стихи собственного сочинения и рассказывая истории, случившиеся с ним во время путешествий. Кто-то из слуг сел поодаль от них, чтобы послушать рассказы. Маленькие дети подбегали к краю озера, чтобы посмотреть на «ту самую злую голову», торчащую из воды и самый смелый из них кинул небольшой камушек в лоб Джунхи. Если бы он только мог двигаться, то устроил им взбучку и разогнал бы маленьких хулиганов. Придворные дамы тихо хихикали глядя на безвыходное положение Джунхи, пытаясь таким образом обратить внимание Иссина на себя, но он никак не реагировал на них. Даже некоторые незанятые стражники ходили поодаль, чтобы разузнать, действительно ли сын Кан Инсу находится в таком унизительном положении. Время близилось к закату солнца, а Иссин продолжал рассказывать о Синъане - стране, в которой жил Джунхи. — «Зачем ты мне это рассказываешь?! Я ведь все знаю!» — он мысленно вопрошал к Иссину и с нескрываемым гневом смотрел на его лицо.  Слепец с улыбкой ответил ему: — Даже мудрецы не знают всего на свете, а лягушка думает, что умнее них? — Джунхи оскалился под водой, но вспомнил о количестве оставшегося у него кислорода. Когда он закричал на детей, то потратил его слишком много, поэтому осталось всего на эту ночь и частичку следующей, а продержаться необходимо три дня! — Ты ведь знаешь, что согласно легенде река Кваоль обладает особой силой? — Иссин провел рукой по воздуху указывая на нее через горы. В Синъане располагалось несколько городов: центром является Гангсиль, что в переводе означает «силу реки», поэтому резиденция тигров располагалась близ реки Кваоль. Река славилась своими кристально чистыми водами, которые отражали свет звезд, а её берега были укрыты густыми лесами и цветущими лугами. По правде говоря Джунхи не знал легенду, поэтому решил вникнуть в рассказ. Иссин, заметив его интерес, продолжил: — Река могла исполнить одно желание любого, кто отважился бы подойти к ее берегу, потому что блики воды настолько слепили, что всякий близко подходящий мог лишиться зрения. Но у исполнения желания оказалась своя плата: нужно принести в жертву свою самую большую мечту. — голос его мягок и спокоен, что убаюкивало Джунхи. — Сотни тысяч лет назад рыбак по имени Сенсан в отчаянии спустился к этой реке и со слезами на глазах умолял её спасти неизлечимо больного сына. В ответ река зашумела и из глубин поднялся туман, превращающийся в великолепную фигуру, напоминающую духа реки, который ответил ему: — «Я вижу, что у тебя доброе сердце и благие намерения. Я исполню твоё желание, но ты должен заплатить цену. Расскажи мне о своей самой большой мечте. — сердце Сенсана забилось сильнее, слезы капали с щек: он знал, что его самой большой мечтой стать великим рыбаком, известным далеко за пределами своей деревни. Он задумался: готов ли он заплатить такую цену? — Я хочу быть знаменитым рыбаком. — наконец произнес он. — Но эта мечта ничто по сравнению с благополучием моего единственного сына. Я хочу, чтобы он был здоров! — так Сенсан отказался от своей заветной мечты, но болезнь, мучившая долгие годы его сына, отступила и никогда не возвращалась.» — Иссин едва заметно закивал головой в знак поддержки и самоотверженности героя истории. — Теперь же множество желающих приходит к берегу реки для встречи с духом, чтобы исполнить свои желания. Но пока дух реки так ни к кому не вышел. — — «Потому что люди дураки и не понимают - это сказки! Вдруг в легенде был переодетый бандит?!» — Джунхи категорично заключил в ответ на историю. — Никто не знает существует ли дух реки на самом деле или эта история придумана паломниками, но люди приходят к ней и просят помощи от отчаяния или сильной нужды. — Иссин осадил Джунхи, на что тот мысленно фыркнул. Говоря о других частях страны, можно отметить город Юнхва, граничащий с центром. В переводе название означало «цветущая луна». Территорию небольшого города наполняли другие кланы: павлины и лисицы. Не смотря на хищнические привычки вторых оба клана жили в полной гармонии, в отличие от тигров и змей. Юнхва располагался у подножия величественных гор и живописная река Кваоль извивалась между зелеными холмами и низменностями. Город раскинулся на плодородной равнине, окруженной лесами, полными вековых деревьев, а на горизонте виднелись снежные вершины гор. Юнхва славился ремесленниками и художниками, которые передавали свои навыки из поколения в поколение. В городе часто проводятся фестивали: каждый год здесь отмечают праздник сбора урожая во время которого горожане угощают друг друга местными деликатесами и танцуют под звуки традиционных инструментов. По слухам, род Сан Гю происходил из этого города, но подлинные доказательства отсутствовали. Другим городом, граничащим с Гангсилем был Ханмунг, что в переводе означает «Город старых рун». Эта загадочная территория раскинулась вдоль океана и является важным экономическим центром. Благодаря этому городу множество моряков и торговцев имеют возможность обмениваться товарами с другими странами. Город также окружен легендами о морских духах и хранителях параллельных миров, которые, согласно поверьям, охраняют берега Ханмунга от бедствий. Местные жители часто рассказывают истории о смельчаках, которые отправлялись в море, чтобы разыскать утраченные сокровища. Здесь жил клан дельфинов. Иссин отпил воды из пиалы, продолжая рассказ о его стране. — Моя страна называется Цзюцзин, что означает Девять Столиц. Их на самом деле девять, но я расскажу тебе о самом главном и знаменитом городе - Лунцзине.  В переводе это означает «Земля драконов или «Копьё дракона». Эта территория славится своими природными красотами, богатствами культуры и духовными традициями. Вокруг города расположены горы Ниань, которые, как будто копья устремлены вверх, готовые вот-вот сорваться вдаль для защиты территории. Река Лун протекает через город и является целебной - многие жители ходят к ней, чтобы излечить серьезные раны или недуги. — Джунхи перебил его. — «Почему ты не излечил отсутствие души и сострадания к другим?! Я скоро превращусь в огромную водяную подушку! Бессердечный!» — Иссин коснулся ладонью головы Джунхи, окуная его до самых глаз, а потом достал за волосы обратно, оставив голову так, как она была до этого. — Ах…— вздохнул он, вытирая влажную руку об лежащую рядом тканевую салфетку. — Кажется, ты перегрелся. — Джунхи прорычал про себя, а Иссин продолжил рассказ дальше. — И, пожалуй, самым важным является то, что в Лунцзине располагается Долина Изобилия, где фермеры выращивают рис, фрукты и овощи. Ученики школ совершенствующихся часто приходят на помощь в сборе урожая или на медитацию, чтобы побыть в наедине с мыслями. Ты когда-нибудь посетишь эти места. — Джунхи резко перестал злиться, ведь ему очень нравилось путешествовать. — Возможно, для тебя это окажется необычным, но деления на кланы в нашей стране нет. Зато существуют духовные школы, например, «Школа Небесного знания», которая изучает потоки и энергию небес, храня священные писания в Библиотеке знаний - самой главной в мире совершенствующихся. О ней вам говорил Намнунг Кю. — он начал загибать пальцы при перечислении. — Вторая по численности духовная школа называется «Путь бессмертных» и из нее я прибыл. Ученики школы практикуют духовные практики, боевые искусства и тайные знания. Они одни из сильнейших в мире боевых искусств. И, третья знаменитая школа называется «Свет знаний», где учатся самые талантливые философы и учителя. — — «Теперь понятно, почему ты выбрал боевые искусства. Сила ума не для тебя.» — думал про себя Джунхи. — И не для тебя! — Иссин хлопнул смельчака по голове небольшим веером.  — «О хороших я послушал. А есть ли те, с кем лучше не связываться?» —Джунхи стало интересно: есть ли в мире люди, которые овладели темной магией? Иссин с утомленным видом поднялся на ноги, но на вопрос ученика ответил достаточно серьезно: — Существует огромная школа темных искусств под названием «Ночные тени», влияние которой распространено по всему миру и за его пределами. Если ты когда-нибудь встретишь последователей этой школы, одетых в черные мантии и со страшными масками на лице, то никогда не вступай с ними в разговор. Это может быть опасно. — — «А что в них опасного? Главный псих сейчас передо мной! Только у тебя повязка на глазах, а в остальном очень подходишь под образ шарлатана! Если бы я мог, то тебе и им бы накостылял!» — воскликнул мысленно Джунхи. — Такой тигренок, как ты, для них всего лишь тряпичная игрушка. — произнес Иссин, стараясь не задеть честь и достоинство клана к которому принадлежал Джунхи. — Их методы значительно отличаются от наших: последователи этой школы используют запретные техники и черную магию, заставляя, например, впадать жертву в беспамятство. Они легко манипулируют человеком, когда он ничего не понимает и выполняют его руками грязные приказы. После совершенного дела они убивают человека или оставляют марионеткой. Как у них это получается, спросишь ты? — Иссин хорошо понимал о чем говорит, что удивило Джунхи. — Ученики заключают соглашения с демонами, приобретая могущество и знания, но рискуют своей душой, которую те забирают взамен. — Иссин резко поменялся в лице и стал задумчивым. — Эти ученики…Они…— он замолчал. Кажется, ему было тяжело говорить на эту тему. — «Что они?» — с нескрываемым интересом спросил Джунхи, напоминая выражением лица глупого веселого пса. Все, что касалось запретного, ему очень нравилось. Помедлив, Иссин сухо ответил: — Я расскажу тебе, как придет время.— больше не желая отвечать на вопросы он взмахнул рукавом белоснежного ханьфу, собираясь уйти. — Я навещу тебя завтра с утра. Веди себя хорошо, тигрёнок. — задумчивое выражение пропало с лица Иссина и он последовал в сторону своего дома. — «Эй! Что за манера заканчивать на самом важном?! Эй! Эй!!!» — Джунхи, что есть сил кричал мысленно так, что вены на его лбу и висках вздулись. — «Ну и проваливай, старый интриган!» — он фыркнул и расстроился из-за недосказанности. Умел же Иссин наводить страх! Джунхи прикрыл глаза. Наступала ночь, но ему было не холодно: как обещал слепец мешочек, который он оставил ему, согревал все тело, а влага не разъедала кожу. Сегодня друзья Джунхи так и не навестили его. — «Скорее всего, отец запретил им приходить, пока вся суматоха не уляжется.» — с сожалением подумал он. Гладь озера была спокойной и отражала яркую луну, кое-где зацветали лотосы, сверчки стрекотали в кустах, шаги людей стали редкими и совсем скоро площадь опустела. Джунхи погрузился в дремоту. Не смотря на свое плачевное положение он пытался найти плюсы: сегодня он узнал немного об истории своей и чужой стран, открыл для себя знания про запрещенную школу. Иссин, казавшийся шарлатаном, немного сгладил плохое впечатление о себе. Разумеется, ему далеко до полного одобрения Джунхи после таких уроков, но гнев его поубавился. — «Возможно, он смог бы научить меня полезным духовным практикам в отличие от других учителей. Тогда я бы смог отомстить Ён Ёнджэ, ведь он унизил меня прилюдно в таверне.» — Джунхи размышлял обо всем, что произошло с ним за последние несколько дней, как до его чуткого слуха начали доноситься шаги. — «Кого принесло в такое позднее время?» — он открыл глаза. В темноте радужка привлекала внимание из-за золотого оттенка, но человеку, что сел возле небольшого дерева, расположенного недалеко от озера, оказалось на него все равно. Он будто хотел исполнить злой ритуал! — «Чего?! Это «Ночные тени»?! — Джунхи стал вглядываться в силуэт: человек весь скрыт за длинной черной тканью! — «Это точно один из тех шарлатанов!Старый! Ты здесь?!» — Джунхи мысленно обратился к Иссину, но ответа не последовало. — «Если меня попытаются лишить разума, то кого ты будешь обучать?!» — сейчас Иссин мог сказать что-то вроде «а у тебя его итак нет», но даже этого не произошло. — «И это твои методы воспитания?! А что, если он сейчас меня убьет?! Я даже не могу ответить!» — Джунхи попытался дернуться, но ничего не вышло.  Человек, который минуту назад казался Джунхи представителем школы запретных техник, достал из под широкой накидки небольшой холст и положил рядом с ним черный мел. Из-за того, что силуэт сливался с темнотой, Джунхи не сразу разглядел часть лица, которая показалась ему знакомой. Тонкая рука скинула с головы капюшон. «Злым последователем» оказался Сан Гю. — «Тьфу… Он же тоже носит странные черные мантии.» — Джунхи расслабленно выдохнул. Сан Гю копошился в небольшом вязаном мешочке из которого достал ещё предметы, необходимые для рисования и разложил их возле себя. Джунхи с интересом наблюдал за ним. — «В резиденции все говорили, что он урод. Но я не замечаю за ним физических недостатков, кроме сутулой спины и худобы.» — Взгляд тигра принялся скользить по длинной челке, разметанной по лбу и щекам, через пряди которой он едва увидел очертания глаз и прямой нос. Подбородок ровный, без изъянов. — «Словно ему кто-то хотел насолить и назло придумал эту байку про некрасивую внешность.» — Джунхи рассуждал, пытаясь сопоставить не связанные между собой домыслы. Единственное, что он знал наверняка, так это то, что отец около десяти лет назад взял под опеку его семью: отца, мать и самого Сан Гю. О причинах такого поступка он не знал и никогда не вдавался в подробности из-за отсутствия интереса. Сан Гю, к которому он испытывал жалость, действительно вызывал в нём что-то необъяснимое. Ему хотелось заставить его встрепенуться, перестать быть таким безучастным, не сутулиться, держать ровно спину, общаться с другими людьми во дворце. Но Сан Гю обладал скромным и скрытным характером: он никогда не появлялся на публике, не ухаживал за придворными девушками, всегда носил прилипшие к щекам волосы… Говорили, что художник страдает психическим расстройством, поэтому всегда находится в своей комнате и разговаривает сам с собой. В редких случаях если он куда-то выходил, то шел туда, куда ему вздумается. Сейчас же взгляду Джунхи открывался совершенно другой человек - его движения руками по холсту источали уверенность, взгляд смотрел прямо на рисунок, в позе отсутствовала скованность демонстрируя то, что художник знал свое дело. Сан Гю настолько увлекся рисованием, что не обращал внимания ни на что вокруг себя. Это очень задевало самолюбие Джунхи. Вся округа знала о его нахождении здесь. А художник… Просто занят своей работой, не созерцая его прекрасного лика?! — «Черт с тобой, чудик!» — почему-то сейчас ему стало спокойнее прежнего. Иссин рассказал ему о медитации и методике обработки энергий «инь» и «ян». Джунхи необходимо прислушаться к своим эмоциям, чувствам и биению сердца, почувствовав, как энергия может циркулировать по важным акупунктурным точкам на теле. Его взгляд был сосредоточен на Сан Гю и плавно перемещался от волос по шее, от нее по плечам, от плеч к локтям и после к запястьям. Почему-то одним своим присутствием художник вызывал спокойствие. Дыхание Джунхи стало глубоким, он ощутил, как в груди разливалась теплая энергия, приятными струями растекаясь по рукам. — «Созерцание прекрасного, значит?» — Джунхи, если бы мог, усмехнулся, но вместо этого задержал дыхание. Кровь приливала к шее и плечам. Эти ощущения оказались новыми. Природа, художник, их странное единение… Установившуюся атмосферу внезапно нарушили незваные гости, шаги которых топтали траву за высокими кустами. Джунхи рассредоточено посмотрел на две тени, показавшиеся из-за кустов. Они стремительно направлялись к художнику. — Эй, ты! Что ты здесь делаешь?! — грубый голос обратился к Сан Гю.  Джунхи пока не рассмотрел его обладателя, но понял, что художнику сейчас не поздоровится.