Выбор Рико Мориямы: если бы всё сложилось иначе

В тот момент, когда Аяме узнала, что беременна вторым мальчиком, она поняла, что её жизнь скоро закончится. Клан еще раз не потерпит появление второго наследника. Они просто тихо избавятся от неё, как от главной виновницы. Хотя на самом деле их с Кенго брак изначально был лишён любви и нежности. Она была всего лишь вещью, которую отец продал ради мира и партнёрства между кланами. Теперь, когда главная цель — рождение наследника — была достигнута, её судьба оказалась предрешённой. И эта незапланированная беременность лишь ускорила неизбежное. Но даже в этой безнадёжной ситуации Аяме не собиралась сдаваться. У неё оставался последний шанс на спасение, последний козырь в рукаве. И она была готова использовать его, чтобы вырваться из оков клана и сохранить свою жизнь любой ценой. В конце концов, современные технологии способны достать что угодно.

***

— Зачем ты без предупреждения заявилась в мой офис?! — возмутился Кенго, недовольно глядя на свою жену. Его холодный голос эхом разнесся по комнате. — Я не стану тратить время на прелюдии, Кенго, — голос Аяме был тихим и спокойным, но в нём прослеживалась некая твёрдость и сталь. — Я знаю, что ты планируешь избавиться от меня после рождения ребёнка. И я не собираюсь покорно принять это. Кенго откинулся на спинку кожаного кресла, барабаня пальцами по подлокотнику. Дерзость жены ошеломила его. Аяме всегда была предсказуема, послушна, как и полагается «собственности» клана. Он никогда не думал, что она может пойти против него. — И что же ты собираешься предпринять? — усмехнулся он, голос стал ниже, опаснее. — У тебя нет права указывать мне, что делать. Просто смирись и наслаждайся оставшимся временем. Услышав это, Аяме усмехнулась. — Ты прав, такой власти у меня нет. Зато есть кое-что другое. — Она достала из сумки толстую папку, перетянутую резинкой. — Информация, которая очень сильно заинтересует федералов. Она открыла папку, демонстрируя содержимое. — Здесь есть всё: места для отмывания денег, полная информация о криминальных партнёрах клана, и… — Аяме многозначительно замолчала, губы тронула хищная улыбка, — обо всех твоих грязных делишках, которые ты так тщательно скрывал. Кенго наклонился вперёд, его глаза расширились, когда он увидел содержимое папки. Это были не просто данные о финансовых махинациях. Это были неопровержимые доказательства, способные разрушить весь клан Морияма. Его лицо исказила злость и раздражение. Откуда у неё это? Он никогда не подпускал жену к делам клана. А его кабинет круглосуточно охранялся. Неужели в клане всё это время была крыса? — Я просто убью тебя здесь и сейчас, — огрызнулся глава клана, доставая пистолет из пиджака. — Я бы не советовала, — голос девушки ни капельки не дрогнул. — Эта папка содержит лишь копии документов. Оригиналы у моих людей. И они отправят их куда следует, если я не выйду из здания в течение часа. — Ты думаешь мои люди не найдут их? — усмехнулся мужчина прокручивая в руке оружие. – Они за десять минут устранят твоих подельников. И тогда никто тебе уже не поможет. Аяме усмехнулась, хотя внутри началась паника. Подельников действительно могли обнаружить... Но разве что-то мешает ей начать плевать? — А ты забавный, думаешь я настолько наивная? — она старалась говорить максимально уверенно. Никто не должен заметить фальш. — Мои сообщники следят по камерам вокруг здания, а сами находятся даже не в Нью-Йорке... Так что тебе будет довольно проблематично найти их. А я не против пожертвовать своей жизнью, ради падения твоего бизнеса... Это того стоит. Кенго замер, осознавая свою безвыходную ситуацию. Он не мог допустить разрушения клана из-за какой-то девчонки. — Говори свои условия, — сдался он, со вздохом садясь обратно в кресло. — Я отдам тебе часть оригиналов взамен на свою свободу и жизнь, — губы Аяме озарила победная ухмылка. — Я сегодня же покину семью Морияма с пятьюдесятью процентами от дохода клана за этот год. Это цена моего молчания и вашей безопасности. Кенго на мгновение задумался, его губы искривились в холодной усмешке. — Хорошо, я принимаю твои условия. Но есть одно «но». Ты не будешь общаться с Ичиро. Не хочу скандалов из-за его желания видеться с матерью. — Я и не собиралась на это претендовать. Но у меня есть встречное условие: я хочу знать, что с ним всё в порядке. Раз в месяц ты будешь передавать моим людям отчёт о его благополучии. В случае моей смерти они возьмут эту обязанность на себя. Так что не смей пренебрегать здоровьем и благополучием нашего ребёнка. Услышав эти слова, Кенго закатил глаза. Любовь Аяме к Ичиро была ему противна. — Хорошо, — наконец произнёс он. — Но малейшая попытка нарушить договор, и ты пожалеешь, что вообще родилась. Аяме поднялась, её взгляд был твёрд и решителен. — К тебе это тоже относится. Один неверный шаг в мою сторону, и твоей империи конец. С этими словами она развернулась и вышла из кабинета, оставив позади не только Кенго, но и всю свою прошлую жизнь. Её шаги эхом отдавались в пустом коридоре, пока она направлялась к выходу. Уже сидя в машине, она посмотрела на свой живот, в котором постепенно рос её ребёнок, и тихо прошептала: — Всё будет хорошо, милый. Мы справимся. Ты сможешь вырасти сильным и свободным от преступного мира. Я позабочусь об этом. На следующий день все новостные заголовки пестрели шокирующей новостью: «Аяме Морияма погибла. Причины не разглашаются».

***

Аяме поёжилась от холода, плотнее закутавшись в пальто. Середина декабря встретила её пронизывающим ветром и мокрым снегом, который таял на её волосах, стекая холодными каплями за воротник. Сегодня она переступит порог роддома, из которого девушка выпишется уже под совершенно другим именем. А слуги Морияма, которые последнюю неделю следили за каждым её шагом, узнают, что нужная им пациентка умерла вместе с ребёнком при тяжёлых родах. — Мы почти у цели, мой дорогой Рико , — прошептала она и зашла в больницу. Через две недели её жизнь полностью изменится. К лучшему, разумеется.

***

Роды прошли успешно. Когда врач сообщил, что мальчик родился здоровым, Аяме не могла сдержать эмоций. Она с трепетом прижимала к груди крошечного сына, не в силах сдержать слёзы радости, которые катились по её лицу, оставляя солёные дорожки на щеках. Через неделю Аяме с Рико на руках покинула больницу, теперь уже как Эми Эванс. Её лицо озарилось искренней радостью, когда она не заметила чёрную машину, которая три дня подряд дежурила на больничной парковке. Похоже, её план сработал безупречно. Теперь они с Рико полностью свободны. И все же в глубине души она понимала, что это временно. Она смогла выкупить у Кенго лишь свою жизнь, ведь ребёнок, по мнению клана, ей не принадлежал. В семье Морияма действовал незыблемый закон, который гласил, что права на детей принадлежали исключительно отцам, матери же исполняли лишь роль временных воспитателей. Они заботились о наследниках, но не могли претендовать на что-то большее. Именно поэтому она должна была отдать Рико людям клана. И если Кенго узнает, что они с Рико живы, то он точно попытается забрать или даже убить мальчика. Именно поэтому она тщательно выбрала город, расположенный вдали от территорий, где Мориямы вели свои дела. Здесь, в этом укромном уголке, она могла спокойно растить сына и готовить его к будущему. Так началась её новая жизнь.

***

Шли годы. Рико рос любознательным и отзывчивым мальчиком. Когда ему исполнилось пять, Аяме начала обучать его искусству самообороны и обращению с различными видами оружия. Она понимала: в их мире эти навыки могут однажды спасти ему жизнь. Также она не забывала повторять Рико, что эти знания должны использоваться только для самообороны и защиты слабых. Аяме не хотела, чтобы её мальчик использовал свои способности во вред. Рико с лёгкостью осваивал новые приёмы, особенно Аяме поражала его грациозность в обращении с ножами. Мальчик словно был рождён с оружием в руках. А то, как он ими орудовал, не могло не вызывать восхищения. Помимо физических тренировок, Аяме уделяла особое внимание образованию сына. Она сама преподавала ему историю, математику и языки, стараясь дать всё, что необходимо для полноценной жизни. То, что не могла дать она, давали учителя, приходящие три раза в неделю. В их доме всегда было множество книг, и Рико с ранних лет пристрастился к чтению. В целом в доме царила довольно уютная атмосфера. Аяме искренне любила сына, готовила ему его любимые блюда, покупала ему различные игры. Она делала всё возможное, чтобы детство Рико было счастливым, насколько это было возможно в их обстоятельствах. И всё же Рико не хватало общения со сверстниками. В этом городке почти не было его сверстников. В основном его населяли пенсионеры и бедняки. Встречи с детьми его возраста случались лишь во время редких поездок в более крупные города, куда они ездили для посещения больницы и покупки новой техники. Аяме видела его грусть, но ничего не могла сделать. Когда Рико исполнилось двенадцать, она решилась рассказать ему всю правду. В один из зимних вечеров Аяме пригласила сына в гостиную. — Рико, нам нужно серьёзно поговорить, — начала она, внимательно наблюдая за реакцией сына. — То, что я расскажу тебе, очень важно. Мальчик насторожился, но кивнул, приготовившись слушать. Аяме глубоко вздохнула и начала свой рассказ. Она поведала сыну обо всем: кто такие Морияма, почему они живут в этом маленьком городе, зачем она так усердно обучала его самообороне. И самое главное – она рассказала ему о папке, которая содержала остатки компромата на клан Морияма. По мере того как Аяме говорила, глаза Рико всё больше расширялись от удивления. Он слушал, затаив дыхание, запоминая каждое слово матери. — Значит, моя настоящая фамилия — Морияма, — тихо произнёс Рико, его голос дрожал от осознания. — А мой отец… Он действительно может меня убить, если узнает, что я жив? Аяме тяжело вздохнула, глядя в глаза сыну. — Да, Рико. Твой отец — глава могущественного клана, и для него ты всегда будешь активом, который нужно вернуть в клан. Живым или мёртвым — не важно. Именно поэтому мы живём так уединённо, именно поэтому я учила тебя защищаться. Мальчик опустил голову, переваривая услышанное. Его мир, который казался таким простым и понятным, вдруг перевернулся с ног на голову. — Рико, я знаю, ты сообразительный юноша и сможешь защитить себя и свою спокойную жизнь, — продолжила Аяме, стараясь говорить как можно мягче. — Но пообещай мне одну вещь. Ты будешь держаться как можно дальше от людей с фамилией Морияма. Если ты встретишь хотя бы одного из них — немедленно уходи. Беги без оглядки, что бы ни случилось. — Обещаю. Я не хочу связываться с нашим тёмным прошлым. И я не позволю ему повлиять на то, кем я являюсь сейчас. Аяме улыбнулась, чувствуя облегчение от того, что сын принял правду достойно. Затем она достала папку из ящика стола и протянула её Рико. — Это всё, что осталось от компромата. Теперь эта папка твоя. Когда меня не станет, это будет твоей защитой. — Не говори так, — прошептал он, осторожно беря папку. — К сожалению, я не могу быть уверена, что доживу до твоего девятнадцатилетия, — с грустью в голосе прошептала Аяме. — Ты должен быть готов ко всему, что может случиться после моей смерти. — Но ты ведь выкупила свою жизнь у клана. Почему они хотят убить тебя? — За мной следили не только люди клана Морияма, несколько лет назад другие мафиозные кланы также узнали, что у меня есть компромат против Морияма. И сейчас они всеми силами стараются узнать, куда же он делся после моей «смерти». Я не могу гарантировать, что они не найдут нас. Малейшая ошибка — и я мертва. После этого разговора Рико стал тренироваться еще усерднее. Осознание того, что он не просто оттачивает навыки, а готовится к реальной угрозе, придавало ему решимости. А его отношения с матерью стали еще ближе.

***

Тёмное прошлое напомнило о себе, когда Рико исполнилось семнадцать. Во время их прогулки мать внезапно остановилась у витрины магазина, её взгляд застыл на мужчине с подростком. — Натан? — неуверенно произнесла Аяме, делая шаг назад. Незнакомец вздрогнул и обернулся. В его глазах промелькнула паника, но, увидев Аяме, он заметно успокоился — А Аяме, это ты. Рад видеть тебя в добром здравии — тихо произнёс Натан, подходя ближе. — Похоже, в преступном мире действительно можно встретить живых мертвецов. — Папа, кто это? — спросил рыжеволосый юноша лет пятнадцати, стоявший рядом с незнакомкой. Натан задумался, решая, что же стоит сказать сыну. — Это Аяме, моя старая знакомая, — наконец произнес он, беря сына за руку — Мы с ней… давно не виделись. Аяме кивнула, подтверждая слова мужчины. — Я слышала, что ты несколько лет назад сбежал от Мэри Хэтфорд. Говорят она стала совсем жестокой под влиянием Кенго. Еще и Лола с Патриком перешли на её сторону... Вобщем, нелегко тебе пришлось. А это... твой сын? При упоминании этого имени рыжий юноша поморщился, а Натан нервно сглотнул. — Пойдёмте ко мне, там всё и расскажете, — уловив настроение мужчины, прошептала Аяме, беря парней под руки и направляясь к дому. Рико, сбитый с толку происходящим, последовал за ними. В его голове роились вопросы, но он не решался их задать. Что связывало его мать с этим подозрительным мужиком? Кто такая Мэри? И почему мать никогда не рассказывала ему о ней, раз она принадлежала семье Морияма? Неужели боялась... Когда они вошли в дом, Аяме усадила гостей за стол и налила всем чаю. Натан досконально оглядел все входы и выходы, а его сын стоял в стороне, настороженно наблюдая за происходящим. — Сколько лет прошло… — вздохнула Аяме, нарушая тяжёлое молчание. — Кажется, вечность. Натан кивнул, посмотрел в кружку и начал свой рассказ. Его голос был тихим, но с каждым словом становился всё увереннее. История, которую он поведал, оказалась настолько невероятной, что Рико не мог поверить своим ушам. Он никогда бы не поверил, что женщина, к тому же мать, могла так жестоко обходиться со своим сыном. — После того, как Кенго предложил ей взять пол контроль Балтимор, Мэри сильно изменилась. Я просто не мог смотреть, как она губит нашего сына у меня на глазах. Поэтому мы сбежали — завершил историю Натан, делая последний глоток чая. — Это ужасно, — прошептала Аяме, накрыв своей ладонью ладонь Натана. — А как ты смогла уйти от Кенго? Мэри как-то сказала, что Кенго полностью уверен в твоей смерти и смерти ребенка, — перевел тему мужчина — Я расскажу тебе об этом, когда ты отдохнёшь. Пойдём, я покажу тебе, где тут что находится. Сынок, покажи нашему гостю свою комнату. После этих слов Аяме, взяв Веснински за руку, покинула комнату, оставив подростков наедине. Воцарилась неуютная тишина. — Меня зовут Рико, а тебя как? — неуверенно начал Морияма, нервно сжимая рукав рубашки. Он совершенно не знал, как вести себя со сверстниками. — Сейчас Алекс, а если ты про настоящее имя, то Натаниэль Веснински, — хмуро ответил парень. Рико не смутило фальшивое имя парня, он улыбнулся самой искренней улыбкой, от которой Натаниэль смутился и отвёл взгляд, чувствуя, как краснеют его щеки. Он впервые видел, чтобы кто-то радовался простому имени собеседника. — Натаниэль… — медленно повторил он, словно пробуя имя на вкус. — Необычное имя. — Мне оно не особо нравится. Оно напоминает мне о матери, которая была полностью помешана на моём отце — угрюмо ответил Натаниэль. — Тогда я буду называть тебя Ниэль, — посмеялся Рико, взъерошив парню волосы. Младший Веснински улыбнулся, похоже, ему понравилась такая форма его имени. — Хорошо, вороненок, — посмеялся Натаниэль, обнажая ряд белоснежных зубов. — Почему воронёнок? — недоумевающе спросил старший, перебирая мягкие рыжие волосы. — Ну... знаешь, твои движения такие грациозные и плавные, как у птиц, а волосы и глаза черные. Поэтому воронёнок, — ответил Натаниэль, смущённо отводя глаза. — Понятно... Пойдём, покажу тебе свою комнату, — задумчиво произнёс Рико, поднимаясь с дивана. Парни вместе поднялись в комнату старшего, где Рико провёл для Натаниэля короткую экскурсию, показывая любимые книги, коллекцию ножей и другие личные вещи. Между ними завязался непринуждённый разговор, и вскоре они обнаружили, что довольно хорошо ладят. Рико рассказал, что после окончании школы собирается поступить на юридический факультет. Ниэль же поделился историями из его жизни в бегах. После разговора парни сели смотреть записи матчей по экси, которые Натаниэль очень давно хотел посмотреть, но не мог из-за нехватки времени в бегах. Вечером к ним зашла Аямэ и сообщила, что Натан и Натаниэль останутся у них на неделю. Рико очень обрадовался этой новости: у него наконец-то появилась возможность завести друга. Неделя пролетела незаметно. Рико и Натаниэль проводили вместе всё свободное время, тренируясь, смотря сериалы и играя в видеоигры. Рико чувствовал, что впервые за долгое время нашёл настоящего друга, человека, который понимал его без слов. Натаниэль, похоже, испытывал тоже самое. Натаниэль долго молчал, глядя в потолок. — Я хочу заниматься экси… — наконец произнёс он с горечью в голосе. — Но папа против. Я пообещал ему, что больше не буду играть. Теперь могу только наблюдать за другими. — Ниэль, мне больно слышать, как ты отказываешься от своей мечты ради отца, — искренне сказал Рико. — Он не сможет вечно оберегать тебя. — Я понимаю, — вздохнул Натаниэль. — Но пока он рядом, я не могу даже думать об экси. Хотя однажды я обязательно вернусь на поле. — Когда это случится, я стану твоим самым преданным фанатом, — твёрдо произнёс Рико. — Буду приходить на каждый твой матч и болеть за тебя. — Обещаешь? — с надеждой в глазах спросил Натаниэль. — Обещаю, — подтвердил Рико, нежно потрепав друга по голове. В этот момент Натаниэль не выдержал и крепко обнял Рико, уткнувшись лицом в его грудь. Рико ответил на объятие, чувствуя, как в его сердце расцветает что-то новое и светлое.

***

На следующее утро Натан сообщил, что через несколько часов они с Натаниэлем уедут. Услышав новость, Ниэль помрачнел. У него впервые за долгое время появился настоящий друг, с которым не нужно было поддерживать маску фальшивой личности. Ему не хотелось покидать это прекрасное место. Но решения отца не оспариваются. — Не хочу уезжать. Хочу остаться здесь навечно, — буркнул он, лежа на кровати и обнимая подушку. Рико понимающе кивнул. — Я тоже хочу, чтобы ты остался, но не похоже, что твой отец потерпит возражения, — задумчиво произнёс Рико, усаживаясь рядом с ним на кровати. — По крайней мере, он выглядит как человек, который не терпит отказов. — Это правда, он скорее влепит мне пару пощёчин, чтобы вправить мозги, чем прислушается к моим желаниям, — усмехнулся Натаниэль, поворачиваясь лицом к Рико. — Что ж, мы никак не можем повлиять на решение, давай просто насладимся оставшимся временем. — Давай, но перед этим я хочу тебе кое-что показать, — Нил достал из сумки папку. Внутри оказались газетные вырезки и фотографии высокого брюнета с уверенными зелёными глазами. «Кевин Дэй — восходящая звезда экси», — гласил один из заголовков. Рико с удивлением рассматривал фотографии. — Кто это? — спросил он, не отрывая взгляда от снимков. Натаниэль улыбнулся, его глаза заблестели от гордости. — Это моё сокровище, — начал он, бережно перелистывая страницы. — Когда я не могу играть сам, я наблюдаю за другими. Это Кевин Дэй, игрок малой лиги «Воронов». Я тренировался с ним какое-то время. Его игра… она просто невероятна. — Больше похоже на одержимость, — заметил Рико, внимательно глядя в голубые глаза друга. — Может быть, — признался Натаниэль. — Но экси — это единственное, ради чего я действительно живу. А Кевин… он просто феноменальный игрок. Не переживай, воронёнок, я не собираюсь преследовать его или искать внимания. Это просто моё увлечение. Рико выдохнул с облегчением. — Тогда я спокоен. Знаешь, я рад, что у тебя есть такое страстное увлечение. Пусть даже оно кажется немного странным. — Сказал человек, который коллекционирует ножи, — поддразнил его Веснински, вызывая лёгкое смущение у Рико. — Это другое… — начал оправдываться японец. — Да ладно тебе, я просто шучу, — рассмеялся Натаниэль. Рико подошёл к окну, наблюдая за тем, как утренние лучи пробиваются сквозь листву деревьев. — Знаешь, я восхищаюсь твоей преданностью экси. Даже если мы больше не увидимся, я хочу, чтобы однажды ты вновь вышел на поле. Натаниэль подошёл к другу и положил руку ему на плечо. — Спасибо, воронёнок. Твоя поддержка много для меня значит.

***

— Как думаешь, мы однажды увидимся снова? — спросил Натаниэль, стоя у машины. Рико помолчал несколько мгновений, глядя в глаза друга. В его глазах читалась грусть от предстоящего расставания. — Кто знает… — тихо произнёс он. — Судьба порой преподносит самые неожиданные сюрпризы. Но я буду очень на это надеяться. С этими словами Рико сделал шаг вперёд и заключил Натаниэля в крепкие объятия. Ниэль лишь утешающе похлопал брюнета по спине. В глубине души он был уверен в том, что они ещё встретятся. Они простояли так несколько минут, пока старший Веснински не поторопил Натаниэля. — Нам пора, — сказал он, садясь в машину. Натаниэль неохотно отстранился от Рико, чувствуя, как ком подступает к горлу. Он не хотел прощаться, не хотел покидать это место, ставшее за неделю почти родным. Еще раз крепко обняв Рико и прошептав тихое «до встречи», Натаниэль сел в машину. А Рико еще долго стоял на месте, провожая взглядом уезжающий автомобиль, пока тот не скрылся за поворотом. Только тогда он повернулся к Аяме. — Почему ты не рассказывала мне о них? Не предупредила о Мэри? — холодно поинтересовался он, требовательно глядя на мать. Аяме с лёгкостью ответила ему таким же взглядом, заставляя Рико сдаться и отвести взгляд. — Потому что она работает только в Мэриленлде. А мы ни за что и никогда туда не сунемся. Слишком опасно. Рико кивнул, принимая ответ. Действительно он никогда туда не сунется. Не после того, что рассказал ему Ниэль.

***

Прошел еще один год. Рико успешно сдал ACT, набрав почти максимальный балл. И вот, получив письмо о поступлении, счастливый Рико отправился домой на новенькой машине, подаренной матерью в честь окончания школы. Путь в крупные университеты страны был для него закрыт из-за риска привлечь внимание клана Морияма. Поэтому для поступления он выбрал ничем не примечательный университет в Пальметто. Он уже освободил свою комнату, собрав все вещи в коробки и загрузив в багажник. Сегодня вечером он уезжает в Южную Каролину, чтобы успеть освоиться в новом городе до начала учебы. Сейчас он вернется домой и сообщит матери о поступлении, они отпразднуют, и вечером он покинет этот городок на несколько лет, приезжая лишь на праздники и каникулы. К сожалению, его счастливым мечтам не суждено было сбыться. Переступив порог дома, он увидел, что весь дом перевернут, а на полу красовались кровавые следы, ведущие на кухню. Дрожащими ногами Рико последовал за ними. На кухне его взору предстала картина, от которой кровь застыла в жилах. Его мать лежала на полу, её лицо было бледным, а на груди расплывалось тёмное пятно. Собрав остатки самообладания, он заставил себя действовать. Дрожащими руками набрал номер экстренной службы и объяснил ситуацию, стараясь говорить максимально чётко. Пока ехала скорая, он подбежал к матери. Её дыхание было едва уловимым, а пульс почти не прощупывался. Не теряя времени, он постарался обеспечить ей безопасное положение, слегка запрокинув голову, чтобы не допустить западания языка. В голове крутились мысли о том, что нужно делать дальше, пока ожидание скорой казалось вечностью. Каждая секунда тянулась бесконечно долго, пока он пытался сохранить спокойствие и не дать панике поглотить его целиком. Когда скорая наконец приехала, он окончательно потерял связь с реальностью. Всё, что он помнил, — сирена, больница, в которой к нему сразу подошел врач. Тот напомнил о необходимости уведомления полиции, но толстая пачка купюр мгновенно заткнула его красноречие. Ни Аяме, ни Рико не могли позволить себе засветиться в государственных базах данных, доступных клану. Ночь тянулась бесконечно у дверей палаты. Он сидел, вцепившись в стул, пока врач наконец не вышел на рассвете. Его слова прозвучали как приговор: мать пришла в себя и хочет видеть сына, но её состояние критическое — вероятно, до вечера она не доживёт. Рико кивнул, не в силах издать ни звука. Ноги подкашивались, но он заставил себя подняться, когда медсестра открыла дверь палаты. Аяме лежала на больничной койке, подключенная ко множеству аппаратов. Её лицо было таким бледным, что казалось прозрачным, словно фарфор. Но когда их взгляды встретились, её глаза вспыхнули теплом и нежностью. — Рико… — прошептала она, с трудом двигая губами. — Подойди ближе. Он опустился на стул рядом с кроватью и взял её руку в свои. Её пальцы были ледяными, словно снег. — Мама… — голос предательски дрогнул, выдавая его страх и боль. — Кто это сделал? Почему? Эти вопросы исказили её лицо тенью боли и гнева. — Рико, слушай внимательно, меня нашел бразильский мафиозный клан. Сейчас он на грани уничтожения Мориямами, и их решимость не знает границ. Они искали папку с компроматом, но даже после того, как они напали на меня, пырнули ножом и перевернули весь дом вверх дном, ничего не нашли. Но самое главное — они не знают о твоём существовании. Ты сегодня же должен покинуть город. Это не обсуждается. — Но мама… — попытался возразить Рико. — Никаких «но»! — в её голосе прорезалась несвойственная твёрдость. — Твоя безопасность — единственное, что имеет значение. Никогда не связывайся с кланом. Они не должны узнать о тебе. Она замолчала, тяжело дыша. Аппараты вокруг неё тревожно пикали, словно отсчитывая последние минуты. — Рико, проживи счастливую жизнь, — прошептала она, с трудом открывая глаза. — Используй оставшийся компромат с умом. Когда наступит момент сделать выбор, сделай тот, о котором точно не будешь жалеть. Он кивнул, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. — Хорошо, мама. Но как же ты? — Я… Я сделала всё, что могла. Теперь твоя очередь жить. Уходи, пока не поздно. Медсестра, заглянувшая в палату, мягко положила руку на плечо Рико: — Вам лучше уйти. Ей нужен покой. Он поднялся, не отрывая взгляда от матери. Её глаза закрылись, но на лице появилась слабая, умиротворённая улыбка. — Прощай, мама, — прошептал он, наклонившись к её уху. — Я выполню твою просьбу. Выйдя из палаты, он побрёл по больничным коридорам, словно призрак, потерявший свою тень. В голове крутились последние слова матери, её улыбка, её тепло. Каждый шаг давался с трудом, будто ноги были налиты свинцом. Через час его вызвали в кабинет врача. Тот сообщил о смерти Аяме спокойным, почти безразличным тоном, словно речь шла о чём-то обыденном. Рико слушал, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Мама действительно не дожила до его девятнадцатилетия. — Я хочу, чтобы её кремировали, — произнёс он, когда врач закончил говорить. Его голос звучал твёрдо, хотя внутри всё кричало от боли. Врач кивнул, делая пометку в документах. Через несколько часов Рико забрал её прах и покинул город. Дорога казалась бесконечной, но он гнал машину вперёд, не останавливаясь, пока не достиг побережья. Доехав до уединённого места, он вышел из машины, бережно держа в руках урну с прахом матери. Подойдя к крутому склону, он остановился там, где волны с шумом разбивались о берег, создавая белую пену. Ветер трепал его волосы, принося солёный запах моря. Несколько минут он стоял неподвижно, собираясь с мыслями. Затем открыл урну и посмотрел на бескрайнюю водную гладь. Солнце клонилось к закату, окрашивая море в багряные тона. — Мама, — прошептал он, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. — Теперь ты полностью свободна… Он начал медленно рассеивать прах, наблюдая, как частицы матери уносятся ветром, смешиваясь с морской стихией. Волны подхватывали их, унося всё дальше от берега. Рико стоял, пока последний след матери не растворился в море. Затем повернулся и пошёл прочь. К новому этапу своей жизни.

***

Рико пересек границу Пальметто только на следующий день. С тяжелым вздохом он направил машину к своей новой квартире, которую они с Аяме приобрели несколько месяцев назад. Жилище располагалось на девятом этаже современного здания неподалеку от стадиона местной команды по экси и университета. После знакомства с Ниэлем Рико всерьез увлекся просмотром матчей, и близость стадиона казалась ему несомненным преимуществом. Изначально он намеревался выкупить весь верхний этаж, но мать убедила его ограничиться просторной трехкомнатной квартирой, чтобы не привлекать лишнего внимания. Когда машина наконец остановилась на прилегающей к зданию парковке, Рико с облегчением выдохнул. Единственным желанием было упасть в постель, но сначала требовалось разгрузить вещи. К счастью, их было немного: один чемодан с одеждой и две небольшие коробки с вещами. Вся нужная ему мебель и совершенно новая техника уже была в квартире. Чтобы не возвращаться на парковку лишний раз, Рико решил унести всё за один раз. Он попытался удержать две коробки в одной руке, второй волоча за собой чемодан. Сумка, перекинутая через плечо, только усложняла ситуацию, натирая плечо и мешая сохранять равновесие. Загруженный по самую макушку, Рико медленно побрёл ко входу в здание. Открывать дверь в таком положении оказалось сущим адом. Единственными свободными конечностями остались ноги, и даже они были заняты тем, чтобы не упасть под тяжестью ноши. Каждая секунда превращалась в маленькую вечность, пока он пытался нащупать ключи в кармане свободной рукой, не уронив при этом свой ценный груз. Наконец, после нескольких неудачных попыток, ему удалось извлечь ключи из кармана брюк. Но вот как войти в дверь, не уронив коробки, Рико не знал. Пока он думал над этой задачей, дверь резко распахнулась, и из нее вышел довольно габаритный мужчина с татуировками на руках. Японец замер как вкопанный, чувствуя, как от неожиданности вспотели ладони. Коробки в руке опасно наклонились. Он был уже готов к тому, что они упадут, но в самый опасный момент коробки были выхвачены из рук парня. Рико поднял глаза и встретился с внимательным взглядом незнакомца. — Осторожнее надо быть, — упрекнул незнакомец, слегка качнув коробками в руках. Его голос звучал неожиданно мягко для такого внушительного телосложения. Брюнет растерянно кивнул, не зная, что сказать. — Давайте помогу донести, — неожиданно предложил мужчина, заметив, как Рико пытается справиться с чемоданом второй рукой. — Тебе на какой этаж? Рико немного смутило предложение незнакомца, он привык справляться со всем самостоятельно. Но в этой ситуации помощь была просто необходима. — Большое вам спасибо, мне на девятый, в 924, — прошептал парень, сильнее прижимая к себе сумку. — Получается, ты мой сосед сверху, — задумчиво проговорил мужчина, проходя в лифт и нажимая нужный этаж. — Вы живёте на восьмом? — спросил Рико, прислонившись к стенке. — На седьмом, — опроверг догадку мужчина. — Тогда почему мы соседи? — поинтересовался парень. — Потому что раньше никто не жил выше седьмого этажа. Я вообще единственный жилец на своём этаже, — пояснил мужчина, глядя на поднимающийся указатель этажей. — Я, кстати, Дэвид Ваймак, а тебя как зовут, малец? — Рико. — ответил парень, немного помедлив. Дэвид улыбнулся. — Приятно познакомиться, Рико. Надеюсь, мы с тобой поладим. В этом доме не так уж много молодых жильцов. Вскоре лифт плавно остановился на девятом этаже. Рико вышел первым, нервно теребя ключи в кармане. Дойдя до нужной двери, он быстро вставил ключ и открыл дверь, сразу прислонив чемодан к стене. Затем он повернулся к мужчине и принял оставшиеся коробки. — Ещё раз большое спасибо, господин Ваймак, — прошептал он, ставя коробки на порог квартиры. — Всегда пожалуйста, и можно просто Ваймак, без всяких господ, — улыбнулся Дэвид. Рико смущённо кивнул, отчего мужчина не смог сдержать лёгкой усмешки. — Ну что ж, Рико, располагайся. Если что-то понадобится — знаешь, где меня искать, — сказал Дэвид, глядя на растерянного парня. — Хорошо… Ваймак, — наконец решился Рико, произнеся имя без привычного обращения. Дэвид кивнул и, развернувшись, направился к лифту.Рико проводил его взглядом, а затем, глубоко вздохнув, переступил порог своей новой квартиры. Первым делом он отправился в свою комнату, где располагался шкаф с потайным ящиком, в котором был сейф. Выложив внутрь папку и наличные, он закрыл его, установил новый код и отправился спать, не забыв сходить перед этим в душ. Кровать встретила его мягкостью и свежестью, от которой усталость накатила с новой силой. Не в силах ей сопротивляться, Рико провалился в глубокий сон.

***

Кенго сидел в своём кабинете, погружённый в изучение документов. Власть клана с каждым днём становилась всё более ощутимой, в то время как позиции конкурентов неумолимо ослабевали. В отчаянной попытке удержаться на криминальном рынке одни уничтожали других, а тех, кто выживал в этой кровавой бойне, добивали уже люди Морияма. Размышления Кенго прервал стук в дверь. — Господин, всё подготовлено. Сегодня мы наконец-то сможем избавиться от бразильского клана на юге, — доложил вошедший секретарь. — Очень хорошо. С ними давно пора покончить, — с усмешкой ответил Морияма. — Но есть кое-что странное. Вчера наши шпионы доложили, что небольшая часть клана на несколько часов покинула зону своего влияния. Более того, в месте, куда они отправились, вообще не ведётся никакой нелегальный бизнес. Прикажете выяснить подробности? — И что же в этом странного? Вероятно, они пытаются найти место, куда можно сбежать от нас. Просто подготовь отчёт об этом месте и отложи в дальний ящик. Изучу, когда появится возможность. После этого можешь идти. — Как будет угодно, господин Морияма, — секретарь почтительно поклонился и направился к выходу. — Ах да, передайте Ичиро, чтобы зашел ко мне сегодня вечером.

***

— Отец, вы вызывали меня? — Ичиро вошёл в кабинет, сохраняя бесстрастное выражение лица. — Да, Ичиро, присаживайся, — Кенго указал на кресло напротив своего стола. — У меня есть для тебя важное задание. Ичиро опустился в кресло, внешне оставаясь невозмутимым, хотя внутри был ужасно напряжён. Он знал, что Кенго никого не вызывает к себе просто так. — Ты уже достаточно зрелый, чтобы на равных со мной управлять кланом, — начал Кенго, перебирая документы на столе. — Пришло время доказать свою состоятельность. — Я готов, отец, — ответил Ичиро, тщательно скрывая волнение в голосе. — Отлично. Как тебе известно, мы недавно ликвидировали бразильский клан и получили их территории. Однако их бывшие партнёры отказываются сотрудничать с нами. — Кенго наклонился вперёд. — Твоя задача — подчинить их или устранить. Меня устроит любой вариант. Справишься — и я начну посвящать тебя во все дела клана. Не справишься — вернёшься к самому началу: будешь управлять кучкой доставщиков наркоты. — Я понял, отец. Но вы ведь вызвали меня не только из-за этого. — Верно. Ты помнишь, какой сегодня день? — День смерти матери? — спросил Ичиро, чувствуя, как холодеет внутри. — Не совсем, — усмехнулся Кенго. — Восемнадцать лет назад твоя мать не погибла — она просто ушла с компроматом и моим ребёнком в утробе. — То есть мама жива? — с надеждой в голосе спросил Ичиро. — Опять неверно, — холодно ответил Кенго. — Она умерла вместе с младенцем при родах. Когда мои люди прибыли забрать мальчика, врачи сообщили, что Аяме приняла какие-то таблетки, которые осложнили роды. Похоже, она настолько не желала отдавать ребёнка, что выбрала смерть. Какая жалость. — Почему ты не рассказал об этом раньше? — голос Ичиро дрогнул. — Тогда меня интересовало лишь одно — местонахождение папки с компроматом, — ответил Кенго, глядя сыну прямо в глаза. — Вероятно, она находится у её людей, чьё расположение до сих пор остаётся неизвестным. Лицо Ичиро побледнело. Он не знал, что сказать. Столько лет жить с ложью, а теперь узнать правду, которая оказалась ещё более горькой. — Тогда почему сейчас рассказал? — спросил Ичиро, стараясь скрыть гнев в голосе. — Просто хотел посмотреть на твоё лицо, — усмехнулся Кенго. — Ты же её так любил, а теперь ты знаешь, что она не умирала в тот день, а бросила тебя. Как печально. — Не говори так! — прошипел Ичиро, теряя самообладание. В следующий момент сильная рука отца с размаха влетела в его щёку. — Не смей разговаривать со мной в таком тоне! — прогремел Кенго. — Ты слаб, раз не можешь скрывать эмоции. А теперь прочь с моих глаз! — Да, отец, — произнёс Ичиро ровным голосом, прижимая руку к горящей щеке. Он медленно направился к выходу, стараясь не показать свою боль.