Темный путь

Глава 46: Великая охота на уток [Примечание автора 2: Глава двойной длины, ура!] База Протектората, Нью-Йорк 8:17 вечера, четверг, 23 февраля 2011 г. Флешетт Лили откинулась на спинку кровати, ухмыляясь фотографиям, которые прислала Эмили. Они раскрыли друг другу тайные личности нескольк о дней назад — при условии, что Эмили подпишет соглашение о неразглашении, которое Лили отправила ей с помощью Легенды, — и теперь она получала сообщения с забавными рожицами Эмили. Та, где она была в своей маске дракона с игрушечными глазками и высунутым набок большим глупым языком, заставила Лили рассмеяться в голос. В почтовом ящике Лили появилось письмо с адресом Эмили и подписью: «Ты когда-нибудь смотрела это? Это самое смешное». Ниже был ролик с YouTube, на который Лили нажала. Она смутно помнила, как смотрела его много лет назад, но раз уж Эмили его прислала, она посмотрела его полностью. Классика Warner Brothers с Элмером в роли бестолкового охотника и Даффи, который пытается заставить его выстрелить в Багза, но при этом сам постоянно оказывается под прицелом. Классика, решила она, когда Даффи в очередной раз поймал свой съехавший клюв, не зря называется классикой. Прошло две недели с момента благотворительного вечера. Эмили написала ей вскоре после этого, и Лили ответила с опаской. Хотя Лили заметила именно Куклу, Эмили была в костюме дракона, так что все карты были против нее. И именно Эмили сделала первый шаг. «К черту всё», — решила Лили. «В следующий раз, когда у меня будет выходной, я поеду в Броктон -Бей. Я дам ей знать, что приеду, и мы проведем вместе целый день. В конце концов, сама Атропос дала добро на наши отношения. Если она говорит, что всё в порядке, кто ей откажет?» Там же, в Нью-Йорке Тейлор Я подалась вперед как раз в тот момент, когда сработал телепорт, так что оказалась упершись рука ми в стол директора Уилкинс, глядя на нее с расстояния трех футов. Она взвизгнула, замахала руками так, что бумаги разлетелись во все стороны, и упала со стула. Пока бумаги порхали на пол, я подумывала обойти стол и помочь ей подняться, но решила, что любо е мое движение она воспримет как враждебное. «Привет, — услужливо сказала я. — Я вообще -то здесь не для того, чтобы причинить тебе вред». Она не ответила, оставаясь сидеть под столом. Я знала, что она тянется под панель для ног и активирует тревожную кнопк у. Впрочем, толку от этого было бы немного, так как я удаленно взломала здание еще до того, как телепортироваться. Мне не нужно было, чтобы сигнализация выла и сеяла панику; скоро у них и так будет достаточно суматохи. «Я пришла, чтобы сообщить вам две важ ные новости, — проинформировала я стол. Стол продолжал оставаться столом. — Первая новость: я забираю Флешетт и отправляюсь в небольшую поездку в Австралию. Мы ненадолго». Уилкинс не показалась, но такое она не могла пропустить. «Я не могу этого позволить». «Простите, позвольте перефразировать, — терпеливо сказала я. — Я не просила разрешения. Я ставлю вас в известность из вежливости». Она всё еще не показалась. «Если Флешетт куда -нибудь уедет из этого здания с вами, это будет считаться похищением Стража. В городе Легенды». Я фыркнула. «Если вы скажете Легенде, что я похитила Флешетт, он ответит вам, что с ней, вероятно, всё в порядке, и это будет абсолютной правдой. Потому что он меня знает». Я покачала головой; мы отвлеклись. «В общем, вы так и не спросили про вторую новость». Из-за стола доносилась тишина. Она не собиралась клевать на удочку. У меня возникло искушение обойти стол и спросить, во что, по ее мнению, она тут играет, но к этому моменту она уже достала свой пистолет калибра .22 из тайника. Сделай я это, она почувствовала бы такую угрозу, что выстрелила бы, и мне пришлось бы отбирать у нее оружие, а потом она бы снова без нужды травмировалась. Лучше было даже не начинать. Я поспорила сама с собой, что Пиггот на моем месте дала бы отпор. «Вторая но вость, раз уж вам так не терпится ее узнать, заключается в том, что сигнал о появлении Губителя должен прозвучать примерно через двадцать минут. Симург, в Канберре». Я произнесла это как можно спокойнее и безэмоциональнее, чтобы смягчить шок. Профессор Плам в библиотеке с подсвечником. У нее ушло несколько секунд на то, чтобы сложить два и два. Именно тогда она выскочила из -за стола, как чертик из табакерки, держа пистолет обеими руками и целясь мне в центр груди. Ее палец не лежал на спусковом крючке, что было с ее стороны умно. «Канберра находится в Австралии, — тихо произнесла она, как будто это было величайшим откровением. — Даже столица, — согласилась я. — Что странно. Все почему-то думают, что это Сидней». «Куда именно вы собирались везти Флешетт в Австралии?» Я сделала вид, что задумалась на мгновение. «… В Канберру, вообще -то. Там, говорят, есть красивое озеро с потрясающим названием и куча культурных объектов. Юным умам нужно расширять кругозор». Тот факт, что Флешетт на самом деле была старше мен я, не имел значения, поэтому я не стала об этом упоминать. Ее пальцы так сильно вцепились в пистолет, что побелели, а руки начали дрожать от напряжения. Если бы она выстрелила сейчас, пуля с равной вероятностью могла бы уйти в заднюю стену или попасть в меня. «Я не даю разрешения на ее участие в битве с Губителем!» «К слову о фактах, — сказала я, подняв палец. — Во-первых, как я уже сказала, я не прошу разрешения. Я уведомляю вас, где она будет находиться. Во -вторых, слово "битва" предполагает, что будет др ака. Я не "дерусь", если только мне не нужно очень четко расставить акценты. Я убиваю. Мне не нужно ничего доказывать Симург. Она умрет, хотя сначала я скажу ей пару слов. Флешетт просто едет для моральной поддержки». «Вы никуда не пойдете», — ее голос был таким же напряженным, как и она сама. «Пистолет у меня. Через минуту сюда ворвутся оперативники и...» «Нет, не ворвутся». Этот разговор обещал быть чертовски нудным, так что я его пресекла. «Я взломала ваши системы еще до того, как прийти сюда. Ваши безопасники смотрят зацикленную запись. Сигнал тревоги был перенаправлен одному конкретному человеку вместе с реальной записью с камер из этой комнаты». «Кто…» — начала она, как раз когда зазвонил ее телефон. Не спуская с меня глаз, она потянулась за ним. «Алло?» «Директор Уилкинс». Несмотря на то, что звонок был не на громкой связи, я всё равно слышала голос Александрии на другом конце. «Что, черт возьми, вы себе позволяете?» Уилкинс вытянулась во весь рост. «Главный директор, я… арестовываю Атропос… она опасна…» «Да, она опасна. Вы всерьез думаете, что держите ее под прицелом против ее воли? Последний человек, который наставил на нее пистолет, получил свои пули обратно в воздух. Она с вами добра. А теперь включите громкую связь. Что она вам сказала?» Уилкинс, покрываясь испариной, послушно включила громкую связь. Если бы меня волновали такие вещи, мне могло бы стать ее жаль. Но меня это не волновало, так что и жалости не было. «Я… э-э… она хочет забрать Флешетт в Австралию, чтобы сразиться с Симург…» «Закончить с Симург, — твердо поправила я. — И ее наследием. Это разные вещи». Александрия замолчала на целых две секунды, что для нее было сродни отвисшей челюсти на добрых пять минут. «Симург? Будет нападение? Где? Когда?» «В Канберре, — сказала я. — Пятнадцать минут. Отправьте героев, если хотите. Разницы это не сделает, но они будут не в восторге, если пропустят». «Если я спрошу, откуда вам это известно, получу ли я хоть сколько -нибудь разумный ответ?» Она даже больше не делала вид, что разговаривает с Уилкин с. Я пожала плечами. «Я знаю это просто потому, что это произойдет именно тогда и там?» По тону Александрии было понятно, что она сейчас трет переносицу большим и указательным пальцами. «Полагаю, этого должно быть достаточно. Уилкинс, я даю разрешение Флеш етт сопровождать Атропос в Канберру. А теперь опустите пистолет, пока Атропос не заставила вас это сделать. Мне нужно сделать несколько звонков». Телефон издал звуковой сигнал, указывая на то, что разговор окончен. «Вы слышали даму. Хорошего дня». Подняв р уку, я щелкнула пальцами как раз в тот момент, когда сработал телепорт. База Протектората в Нью-Йорке Флешетт Лили оторвала взгляд от телефона, когда в дверь ее комнаты постучали. «Кто там?» — крикнула она. «Я в шоке и удивлена, — донесся с той стороны знакомый голос. — Ты не узнаешь меня по стуку? Теперь я чувствую себя отвергнутой». Она села и свесила ноги с кровати, не веря своим ушам: «Атропос?» «Ну да, очевидно. Тебе нужно, чтобы я снова избила Марш, чтобы это доказать?» Лили посмотрела на висевшую в ножнах на стене рапиру. «А… нет. Заходи». Дверь открылась, и Атропос вошла в комнату, а затем закрыла ее за собой. «Привет, — весело сказала она. — Тебе нужно переодеться в костюм, помнишь, я говорила, что мы едем в Австралию? Мы едем сейчас». «Подожди, что? — Лили знала, что к подобным внезапным выходкам Атропос ей следовало бы уже привыкнуть. — Ты же сказала, что сначала согласуешь это с начальством». «Согласовано. Главный директор Коста -Браун сказала, что можно». Атропос указала на портновский манекен, на котором Лили хранила свой костюм. «Или ты не хочешь в Австралию?» «О, я очень хочу», — бросив телефон на кровать, Лили подошла и начала стягивать костюм с манекена. «Но главный вопрос: почему? И почему именно сейчас? Посреди ночи». «Там сейчас не ночь». Атропос описала в воздухе полукруг пальцем. «Прямо сейчас в Канберре середина дня. А насчет того, почему мы едем: я уже устроила охоту на кролика, а теперь отправляюсь на охоту на утку». Лили замерла на полпути к надеванию костюма и уставилась на Атропос . «… Погоди. Это ты прислала мне то письмо?» «Я, — с легкостью призналась Атропос. — Но зачем?» Прислонившись к стене со скрещенными на груди руками, Атропос буквально излучала самодовольство. «Ты обязательно узнаешь». Продолжая натягивать костюм, Лили зад ала следующий вопрос, крутившийся у нее в голове: «Если Марш была кроликом, то кто тогда утка? Есть злодей с утиной тематикой, который каким-то образом перешел тебе дорогу?» «Не австралиец и не с утиной тематикой, но да. Ты мне доверяешь?» На этот вопрос б ыло нетрудно ответить. Атропос была разной, иногда плохой, но ненадежность не входила в число ее черт. «Да, доверяю». «Хорошо. И веришь ли ты в силу дружбы?» — возможно, Атропос улыбнулась. Почему-то это прозвучало как вопрос с подвохом. Либо же это был ст ранный способ спросить, считает ли Лили ее своим другом. Но ответ оставался тем же, как ни крути: «Думаю, да, считаю». «Отлично. Рада это слышать». Она замолчала на секунду, и в этот момент завыли сирены Губителя. Сквозь систему оповещения базы было слышно , что они настроены на Симург, с характерной трелью, означающей «ее здесь нет». «Еще один вопрос: ты веришь, что я смогу закончить с Симург?» Лили замерла, а затем медленно повернулась, чтобы уставиться на Атропос. «Э - э… почему? Мы туда едем? Сражаться с Симург?» «Нет». В руках Атропос внезапно появились ножницы, она покрутила их в одну сторону, а затем в другую. «Я собираюсь убить ее и закончить ее наследие. Ты нужна мне для важной роли, но сражаться с ней на самом деле не потребуется». Ножницы исчезли так же быстро, как появились, и Атропос выпрямилась, перестав опираться на стену. «Готова?» Этот вопрос тоже показался многоуровневым. Лили надела костюм, так что на одном уровне это было утвердительным ответом, но был и более глубокий вопрос. Готова ли я выступить против Губителя? Был только один возможный ответ. Атропос выбрала меня для этого. Это знание придало ее позвоночнику стальную твердость. «Да. Кажется, готова». Канберра, Австралия Местное время 12:37 вечера (AEST), 24 февраля 2011 г. Тейлор Лит заверил меня, что у телепортера глобальный радиус действия, но я никогда раньше не испытывала его на таком расстоянии, как в Австралии. Портал сработал отлично, хотя ему потребуется немного времени на восстановление, прежде чем мы сможем телепортироваться обратно. Это было нормально. У нас было время. Когда тени рассеялись, сирены Губителя стали слышны и здесь. Лили посмотрела на небо на случай, если Симург уже ждет нас (ее там не было), а затем оглядела пейзаж вокруг. «Так странно знать, что дома сейчас за восемь вечера». «А здесь это было вчерашним вечером, — напомнила я ей. Я указала на странное здание, по крыше которого росла трава, а наверху был угловатый флагшток. — Ну и как тебе Канберра?» Лили прикрыла глаза рукой, осматривая деревья. И ее можно было понять: мы переместились из поздней зимы в позднее лето, и я была рада, что перед выходом из дома нанесла двойной слой дезодоранта. «М-м… — наконец протянула она. — А где это? А где все небоскребы? Где, э -э, что бы они там ни использовали вместо Белого дома?» «Вон там, — сказала я, снова указывая на здание с флагштоком на крыше. — Это их Парламент. А вот то, — я указала в другую сторону на блочное белое здание примерно в четверти мили от нас, — это старое здание парламента. Здесь строят вширь, а не вверх. Самое высокое здание в Канберре имеет всего двадцать шесть этажей». Пока я говорила, я достала из кармана длинного пальто баллончик с белой краской, встряхнула его и начала рисовать фигуру на траве. «Это только мне кажется, — спросила она, — или по его кры ше можно просто ходить? И что ты делаешь?» «Выпендриваюсь, — ответила я деловым тоном. — Или, другими словами, создаю свой бренд. И да, насколько я знаю, туда действительно можно. Наверное, возможность позволить обычным людям ходить прямо над головами поли тиков — это их способ показать, что в конце концов все равны, или что-то вроде того». Я услышала щелчок, когда она сделала снимок здания парламента. «Ага, — тихо сказала она. — Кажется, копы идут. Во всяком случае, ведут себя как копы». Я уже засекла их в своей голове и определила их намерения как служебные, но не смертельные. Надев колпачок на баллончик, я убрала его обратно в карман и повернулась лицом к вновь прибывшим. «Добрый день, офицеры. Чем можем помочь?» Офицеров было двое: крупный, крепко сложенн ый мужчина и женщина пониже, но выглядевшая не менее грозно. Они были одеты в темно -синие жилеты с оборудованием поверх светло -голубых рубашек, что создавало интересный контраст. Мужчина-офицер взял инициативу на себя: «Ну, для начала, мисс, вы не можете здесь находиться и устраивать тут вандализм. Почему вы не идете в укрытие?» «Потому что мы коротаем время до прибытия Симург, — ответила я полуправду. — Это Флешетт из Стражей Нью-Йорка. Я Атропос, возможно, вы обо мне слышали?» Женщина-полицейский определе нно слышала, судя по тому, как у нее расширились глаза. «Что, та самая, которая расправилась с Бойней №9 и всё такое?» «Господи! — воскликнул ее коллега. — Ты та самая чертова Атропос?» «Это точно она, — подтвердила Лили. — Она убила больше суперзлодеев, ч ем кто-либо. И она мой друг, так что оставьте ее в покое». «Ладно, ладно, — сказала женщина -полицейский. — Если вы здесь, чтобы сражаться, мы вас не побеспокоим. Спасибо, что приехали. Берегите себя и будьте в безопасности, ладно?» Я кивнула: «Да, таков и был общий план». «Только одно, — добавил парень. — Как вы сюда так быстро добрались? Сигнализация начала срабатывать всего пару минут назад». Я ухмыльнулась под маской: «Пешком дошли». «Ну ладно, — пробормотал он. — Будь умницей». Но он все равно отошел, подгоняемый напарницей. Я вернулась к тому, чтобы закончить рисунок. Если присмотреться под определенным углом, это могло отдаленно напоминать карту Австралии. В качестве финального штриха я достала еще один баллончик и нарисовала красным крестиком определенное место. «Кажется, кто -то…» — начала Лили за секунду до того, как перед нами появилась фигура кейпа, размытая от скорости. Это определенно был Движок с оранжево-желтыми полосами на костюме, оставленными движением. Коренастый и невысокий, он обла дал скорее грубой мускулатурой, чем телосложением бегуна, которые обычно развивают преданные своему делу Движки. «G'day, — сказал он. — Имя Покет Рокет. Копы сказали, что пара янки уже появилась. Это, должно быть, вы двое?» «Это мы, — я протянула руку для приветствия. — Я Атропос, а это Флешетт из Стражей Нью-Йорка». Его рукопожатие было крепким, но он не пытался раздавить мою руку. «Ого, — сказал он, расширив глаза под маской. — Сама Атропос? Думал, наряд мне знаком». «Она самая, — подтвердила я. — А здесь много других героев в Канберре?» «Не очень много. — Он поморщился. — Я передал весточку в Wave Rock Surf Club, и они сказали, что придут. Что касается остальных, они прибудут, когда прибудут». Он прикрыл глаза рукой и посмотрел в небо: «Есть хоть какие -то признаки Мусорной Птицы Судного Дня?» Лили прыснула со смеху: «Как ты ее назвал?» «Это такой вид ибиса, — объяснил он. — Чертовски уродливые, и они разносят твой мусор повсюду. Никто их не любит. У них белые перья… а еще я становлюсь остряком, когда чертовски напуган». Я не стала смотреть наверх. «Она будет прямо над нами примерно через пять минут. Видишь, как расходятся облака? Это она. К тому времени, как она прибудет, небо будет полностью затянуто облаками ровно на высоте трехсот футов от земли. Выше этой точки видимости не будет». Он остановился и уставился на меня: «И откуда, черт возьми, ты это знаешь?» Я посмотрела на него в ответ: с той лишь разницей, что я видела его глаза. «Потому что она считает себя шахматистом, а я собираюсь показать ей, что та кое детский мат». Что вообще не отвечало на его вопрос, но звучало неплохо. «Ладно, пять минут. Понял. Я вернусь к этому времени». Он один раз топнул ногой по земле, а затем растворился в размытом движении. Лили покачала головой, продолжая хихикать. «Мусор ная Птица Судного Дня. Не терпится рассказать Эмили». «Это довольно забавно, — согласилась я. — Слушай, ты не могла бы мне кое с чем помочь? — Доставая дробовик, который я конфисковала у Равиоли, с металлической смесью Эми, втертой в гравировки, которые я сделала угловой шлифовальной машинкой по бокам ствола, я переломила его и достала пару патронов из кармана. — Ты не могла бы обработать всё, кроме латуни на патронах, а также обработать стволы, чтобы дробь не разорвала их на куски? Затем заряди дробовик и верни его мне, пожалуйста». Она осторожно взяла оружие и патроны. «Ладно, я могу это сделать. Как думаешь, моя сила сработает против нее?» Я ухмыльнулась, доставая ножницы, затем взяла крошечный тюбик с субстанцией от Райли и обмакнула в нее кончик. «О, у меня есть предчувствие, что это может сработать». Закрутив крышку на тюбике, я снова бросила его в карман. «Как только с этим закончишь, не могла бы ты обработать и лезвия моих ножниц? Спасибо». Она замерла на полпути, применяя свою силу к стволам дробовик а. «Постой-ка секунду. Если дробовик предназначен для Симург… для чего нужны ножницы?» Моя ухмылка стала шире. «Для остальных Губителей». «Подожди… нет… что?» Она уставилась на меня так, будто я только что начала декламировать Некрономикон на древнешумерском. «Тебе придется мне это объяснить». «Это штука от Атропос, — легко сказала я. — Поверь мне, всё будет сделано». «Хорошо, что я тебе доверяю, — проворчала она, а затем показала мне язык. — И я это очень ценю». Я посмотрела на свой рисунок и с удовлетворением кивнула. «О, и, кстати? Не пугайся, но будет гость. Я всё полностью контролирую. Понятно?» Она бросила на меня умеренно -недобрый взгляд. «Ты же понимаешь, что фраза "не пугайся" — это, по сути, приглашение испугаться?» «Я доверяю тебе и з наю, что ты не испугаешься. Потому что ты самый крутой Страж в Нью -Йорке, и очень скоро у тебя будут фотографии, в которые никто дома не поверит». Она зарядила дробовик, щелчком закрыла его и вернула мне, приняв в ответ ножницы. «Боже, когда ты так говоришь, мне кажется, что я должна быть ростом десять футов и спасать мир, а не мучиться с домашним заданием по математике». «Домашнее задание по математике универсально, — бесстрастно согласилась я. — Вау, какие классные». Она провела пальцем вдоль лезви я, стараясь не задеть края. «Откуда они у тебя?» Я усмехнулась: «Украла из личной коллекции Кайзера, вместе с мечом, которым его и убила». «О-о-о, больно. Парня, который создавал металлические шипы, убили острым металлическим оружием, которым он когда-то владел». «Которое ранее принадлежало самому настоящему Кайзеру», — добавила я. Она одновременно поморщилась и улыбнулась. «Охренеть, детка. Вот это ирония». Я кивнула, забирая ножницы обратно и давая им возможность непринужденно покрутиться вокруг пальца. « Убивать кого -то иронией сложнее, но чертовски приятно, когда удается сложить все карты как надо». «Твои карты маршируют в ногу, носят боевые ботинки и носят с собой снайперские винтовки, просто к слову». «Я и не говорила, что это не так». Я оглянулась, ког да громкий хлопок возвестил о прибытии Страйдера с первой группой героев и злодеев. Сделав глубокий вдох, я повысила голос: «Могу я привлечь ваше внимание?» Все взгляды устремились на меня или достаточно близко к тому, чтобы это не имело значения. Легенда вышел из толпы и направился к нам: «Флешетт, с тобой всё в порядке?» «Я в порядке, — сказала она. — Но, кажется, Атропос хочет вам кое-что сказать». «Спасибо, хочу, — я снова повысила голос. — Всем летунам! Эти облака созданы искусственно! Симург создает их вместе с Левиафаном! Она прибудет сюда примерно через две минуты, так что держитесь ниже облачного покрова! Если она поймает вас там, она разорвет вас на куски!» «О, брось! — я не видела, кто протестовал, но это был не Легенда. — Две атаки Губителей никогда не случаются одновременно! К тому же, мы в пятидесяти милях от берега! Где он найдет воду?» «В семидесяти, — поправила я его. — Но там есть хорошее большое озеро, меньше чем в миле отсюда. В нем миллиард кубических футов воды, и он прямо сейчас там засел». «Ты в этом уверена?» — тихо спросил Легенда. Я видела, как к нам приближаются Александрия и Эйдолон, оба поглядывали в сторону озера с этим потрясающим названием. В самом деле, как можно ошибиться с названием Берли-Гриффин? «Я бы сделала именно так, — сказала я ему. — Я бы предложила вам спросить людей, против которых я выступала, насколько хорошо я могу предвидеть их действия, но вы получите ответы только от Равиоли и Марш. В любом случае, мы все узнаем наверняка примерно через полторы минуты». Я посм отрела на Александрию: «Это дает нам как раз столько времени, чтобы обсудить следующий вопрос». Раздался хлопок, и Страйдер доставил еще одну группу героев в выбранную точку сбора. В этой группе был один из костюмов Дракона; у меня не было сомнений, что ещ е куча из них летит сюда со сверхзвуковой скоростью через Тихий океан. Я кивнула Легенде, указав на небо, и он понял намек. Направляясь к новой группе, он повысил голос: «Никому не летать в облака! Мы почти уверены, что Симург будет использовать их, чтобы заманить людей в ловушку! И к озеру тоже не приближайтесь!» Я заметила, что никто не спорит, когда он говорит такие вещи. Меня бы это, возможно, раздражало, если бы я позволила. Но мысль была донесена, так что это не имело значения. Теперь мне нужно было с казать кое -что другое; Александрия слушала, а времени было мало. Я посмотрела ей в глаза: «Если я закончу с Симург сегодня, здесь и сейчас, на какую награду я могу рассчитывать?» По толпе прокатилась шокированная тишина, которую едва нарушил хлопок от появления еще одной группы. Другие прибывали и из других мест, летя низко под облаками. Я их всех проигнорировала, сосредоточившись на Александрии, которая, как я знала (и она знала, что я знаю), также была главным директором Коста -Браун, женщиной, имевшей влияние на Президента. За головы Губителей назначали награды на раннем этапе, когда считалось, что они могут быть кейпами -мутантами, но за более чем десять лет, прошедших с первой атаки Бегемота, от этого отказались. Никто всерьез не ожидал, что один кейп сможет уничтожить Губителя с одного удара. Даже Триумвират был доведен до предела, сражаясь с этими монстрами. Просить награду, как это сделала я, было сродни тому, как просить вознаграждение за то, чтобы вычерпать океан или задуть солнце. Это было не просто невозможно, это было в принципе немыслимо. И тем не менее… я задала этот вопрос. И тем не менее… я уже убивала «неубиваемых» кейпов. И тем не менее… я взялась за торговлю наркотиками в Броктон-Бей и победила ее, сломав хребет, а затем выстрелив в голову, к огда она лежала, истекая кровью в сточной канаве. Ни один из героев передо мной не мог сказать того же о своем родном городе. Или злодеев, если уж на то пошло. Александрия всё это знала и приняла мой вызов лицом к лицу. «Мне придется сделать несколько звон ков, но если вы убьете Симург сегодня, я думаю, два миллиарда долларов будут справедливой наградой». «Хорошо. — Я размяла шею, сначала в одну сторону, затем в другую. — Переведите деньги на счет комитета по улучшению Броктон-Бей». Остальная часть толпы молчала, за исключением новичков, спрашивающих, что происходит. Но это была не та тишина, которая возникает из -за гнева или страха. Это была тишина, возникшая из-за чистого, ошеломленного недоверия. «Я передам это», — сказала Александрия. Казалось, это раз рушило некое заклинание, и все начали говорить одновременно, по-видимому, забыв, что мы ждем Симург. «Десять секунд! — закричала я. — Приготовьтесь! Она сейчас будет!» У собравшихся героев было как раз столько времени, чтобы посмотреть друг на друга в пред чувствии, прежде чем начался Крик. Скрытая в облаках, Симург летала взад и вперед, пытаясь сузить круг поиска моей позиции. Я видела, как герои и злодеи хватались за головы, в то время как я сама чувствовала, как она пытается проникнуть в мой мозг, хотя моя сила защищала меня от худшего. В то же время послышался рокот перемещающихся больших масс воды; над деревьями на севере поднялась массивная стоячая волна, внутри которой находился Левиафан. Если бы он захотел добраться до нас, на это ушло бы всего нескол ько секунд; волна прокатилась бы прямо по нам, а также по любым несчастным гражданам, которые все еще находились на улице. «Она сильнее, чем когда-либо! — закричал Легенда. — Мы должны отступить на безопасное расстояние!» Я покачала головой: «Безопасного расстояния не существует! Она жаждет крови! Моей крови!» «Тогда что вы предлагаете?» — проревел Эйдолон. Я повернулась к Флешетт. Ее лицо напряглось от усилий противостоять Крику, но она всё еще твердо стояла рядом со мной. Вера, которую она питала ко мне, вдохновляла. Пришло время вознаградить эту веру. «Время уток!» — крикнула я. Я увидела, как в ее глазах загорелось понимание: «Время кролика!» — возразила она. «Время уток!» «Время кролика!» Александрия и Эйдолон, а также около половины толпы смотрели на нас так, будто мы сошли с ума. Легенда и Дракон пытались остановить остальную часть толпы от паники. «Время уток!» «Время кролика!» Время пришло. Я кивнула Флешетт: «Время кролика!» «Время уток! — закричала она. — Огонь!» Дробовик всё еще был у меня в руке , и я направила его вверх под углом. Как раз в тот момент, когда Симург пролетела мимо в нужной точке… я выстрелила. Заряженная Флешетт дробь устремилась прямо в облака; через долю секунды Крик прекратился. «А теперь, — сказала я, и мои уши попытались зазв енеть в последовавшей ментальной тишине. — Мы все отступаем». Послушно Александрия и Эйдолон отошли за пределы нарисованной мной белой фигуры, так же как и мы с Флешетт. Не прошло и двух секунд, как Симург рухнула с неба в вихре бьющихся крыльев. Она удари лась о землю, подскочила, снесла пару флагштоков, а затем приземлилась точно в тот контур, который я нарисовала. Если бы прекращение ментальной атаки не вывело собравшихся кейпов из состояния начинающейся паники, то двойной удар точно сделал свое дело. Одновременно с этим я развернулась и навела дробовик на Левиафана, находившегося в миле от нас. «Валите отсюда, — прорычала я, позволяя своей силе добавить веса моим словам, — иначе вы следующие». Левиафан Второму не было смысла сопровождать Третьего в его ре гулярном штурме поселений с мешками с водой. Хуже того, это место находилось далеко от океана. Воды там было немного, разве что капли. Едва ли достаточно, чтобы спрятаться до наступления нужного момента, даже если бы Третий соизволил телепортировать ее туда. От него даже не ожидалось никаких нападений до тех пор, пока Третий не обнаружит аномального носителя осколка, что бы это ни значило. Третий хотел, чтобы оно сдерживалось и представляло угрозу, пока аномалия не будет обнаружена и уничтожена. Ничего из этого на самом деле не было тем, что хотел сделать Второй. Но Третий настаивал, и Приказы подтвердили это, поэтому Второй парил в воде, ожидая, чего же добьется Третий. Чего оно добилось, судя по всему, так это самоуничтожения. Мешок с водой, превзойдя способности Третьего к предвидению, использовал какое -то оружие, чтобы сбить Третьего. И затем это оружие навели на Второго. [Уходи или столкнись с таким же уничтожением.] Обычно Второй общался только посредством ряби и волн, но этого он уяснил достаточно хорошо. Оно вообще не хотело там находиться. Позволив водяному холму осесть обратно в бассейн, Второй вызвал грозу и начал свой путь к побережью. Если оно не будет останавливаться нигде по пути, то сможет добраться туда до того, как его настигнут другие на доедливые мешки с водой. Особенно тот, с этим оружием и этим Голосом. Тейлор Пока Левиафан умчался под прикрытием дождя, а Эйдолон и Легенда помчались следом, чтобы проводить его к побережью, я перевела взгляд обратно на Симург. Она слабо дергалась, когда я подошла и поставила одну ногу ей на грудь. Не было сердцебиения, не было подъема и опускания груди, но повреждения ядра в ее основном крыле оказалось достаточно, чтобы вывести ее из строя — как я и планировала. «Слушай сюда, сука, — сказала я, наведя дро бовик на ее ядро. — Для тебя здесь нет выхода. Ты умрешь. Но я могу дать тебе быстрый и безболезненный Конец, или... — я подняла ножницы. — Я вонзаю их в дыру, которую только что проделала в твоем ядре, и нахожу что -то, что дает тебе эквивалент агонии, и я буду вонзать это так сильно, как только могу, так часто, как только могу. Короче говоря, ты можешь умереть легко или умереть трудно. Твой выбор». Она уставилась на меня своими невидящими глазами. Легкое движение ее выражения, истолкованное моей силой, задало мне вопрос. Я кивнула: «Чего я хочу? Всё просто. Ты восстанавливаешь всех, кого когда -либо искалечила своим Криком. Каждая последняя бомба Симург должна быть исцелена. Никаких дыр в головах людей». Я наклонилась ближе: «И поверь мне… я узнаю об этом». На долгий замерший момент мне показалось, что она собирается выбрать «трудный» вариант, просто чтобы позлить меня. Это был мой лучший шанс закончить как с ее наследием, так и с ее неистовством, но я не могла заставить ее отменить свою работу. Я могла лишь заставить ее захотеть этого. И затем она слегка обмякла в знак капитуляции. Я почувствовала, как едва заметно развязалась рубцовая ткань, оставшаяся в моем мозгу после того краткого воздействия, и поняла, что она направляет свою силу на то, чтобы исцелить всех, кому когда-либо причинила такой ущерб. Для нее это было большим напряжением, особенно сейчас, но мне было в общем-то плевать. Как только моя сила подсказала мне, что всё сделано — это заняло удивительно мало времени, — я кивнула ей: «Хороший выбор». Затем я нанесла контрольный удар. Дробовик прогремел, и ее ядро разлетелось на тысячу не подлежащих восстановлению осколков. Когда я убрала ногу с тела Симург, а уничтоженное ядро оказалось прямо над красным крестиком, который я нарисовала на земле, Покет Рокет наконец обрел голос. Уставившись на меня, он покачал головой. «Что, черт возьми, только что произошло? — потребовал он. — Кто, черт возьми, ты такая?» «Я та, кто только что принесла Броктон -Бей еще два миллиарда долларов, — ответила я жизнерадостно, положив дробовик на плечо. — И кто бы мог подумать, это был сезон уток». Александрия внимательно посмотрела на меня: «Что бы вам потребовалось, чтобы…» «Подожди! — крикнула Дракон, стоя в полный рост и указывая на меня. — Что у тебя написано на этом дробовике?» Я подняла его, чтобы она могла прочесть, и она издала смешок, что для двадцатифутового робокостюма Дракона было определенно странно. «Не верю. Ты действительно назвала его "Сила дружбы"?» «Ну, подумай сама, — сказала я, поворачивая дробовик так, чтоб ы светящийся красный текст с обеих сторон был виден всем. — Я сказала, что убью Симург силой дружбы. Это показалось самым простым способом этого добиться». Александрия покачала головой, а Дракон на заднем плане зашлась хохотом. «Твои каламбуры почти так же смертоносны, как и твои боевые навыки. Так что, как я и спрашивала, что потребуется, чтобы вы взялись за убийство двух других Губителей?» Я запрокинула голову, глядя на проясняющееся небо: день в Канберре обещал быть действительно хорошим. Даже гроза, отс тупавшая на восток на скорости пассажирского самолета, через мгновение скроется из виду. «Давайте пройдемся и поговорим. Я уверена, вы не захотите, чтобы это стало достоянием общественности». «Хорошо». Мы отошли от останков Симург. Флешетт снимала фотограф ии со всех возможных ракурсов; ее авторитет среди Стражей Нью -Йорка будет безумным. Как только мы поднялись немного выше по склону Парламента с хорошим обзором вокруг, я остановилась и прислонилась к подпорной стенке. Мои ножницы лениво крутились на левом мизинце, когда я заговорила. «Несколько вещей. Во -первых, десять процентов федерального бюджета, который в противном случае был бы направлен на устранение последствий ущерба от Губителей, в течение следующих десяти лет. Вы знаете, куда их отправить». «Комитет по улучшению Броктон -Бей, — подтвердила она. — Вы, кажется, очень уверены в их честности. Суммы, о которых мы говорим, искусят любого запустить руку в кассу». Я улыбнулась под маской: «Им уже преподали хороший урок, чтобы они держали руки при себе». «Да, верно». Она, конечно, была в курсе этого. «А другие условия?» Я подняла один палец: «Кладбище кораблей. Вам нужно приехать туда с Легендой и несколькими другими людьми и убрать его, дать шанс Лордс -Порту восстановиться». Мы обе знали, что само восстан овление будет осуществляться на деньги Комитета по улучшению. Она согласно кивнула. «Легко осуществимо. И?» «И последнее. И это вам точно не понравится». Мой тон также выражал то, что мне было совершенно всё равно, что ей там нравится, а что нет. Ее выраже ние лица стало настороженным. «Я слушаю». «Эйдолон должен умереть». Я не сделала из этого драматическое заявление, а просто констатировала факт. Вода мокрая, солнце горячее, Эйдолон должен умереть. Было интересно наблюдать, как она в этот момент приняла выражение «каменное лицо». «Почему?» Что было интригующе, так это то, что она не отказалась наотрез и даже не назвала причин, почему нет. Она была готова вести переговоры и выслушать меня, даже когда речь шла о жизни ее товарища по команде и (как я предполагала) давнего друга. Вот чего стоило для нее завершение эпохи Губителей. Или как мало для нее значил Эйдолон; одно из двух. «В какой -то момент в будущем, если его оставить в живых, Эйдолон создаст серьезную проблему для Броктон -Бей. Люди погибнут. Большая часть моей работы пойдет насмарку. Я пресекаю это на корню прямо сейчас. Либо он умирает, либо вы разбираетесь с Губителями сами». Способ, который не работает, можно было не добавлять. Ее глаза дрогнули, она посмотрела на Симург. Я намеренно показа тельно разыграла убийство, чтобы оно выглядело легко. Это должно было учитываться в ее мыслительных процессах прямо сейчас. «Он делает много хорошего… — начала она выкручиваться. — А спасает ли он больше людей, чем убивают Губители?» Мы обе знали ответ на этот вопрос. «Он умирает, или сделка отменяется». «Подожди. — Она наконец заметила лазейку, которой я ее дразнила. — Вы можете убивать силы, верно? Могли бы вы убрать его силы, но оставить его в живых? Это бы вас устроило?» «Хм… — я сделала вид, что колебл юсь. С моей маской и полным контролем над реакциями у нее не было возможности прочитать меня, как она обычно это делала с людьми. — Полагаю, да. Но вам придется его убедить. Он должен захотеть сам. У злодеев я просто забираю силы. У героев есть выбор». Было почти забавно, как жадно она ухватилась за эту соломинку для Эйдолона. По-видимому, она всё-таки была к нему неравнодушна. «Я с ним поговорю». «Сделай это. Он должен вернуться через пару минут. А я просто удостоверюсь, что Флешетт не ушла и не попала в беду». Продолжая крутить ножницы, я пошла обратно вниз по склону, мимо водного объекта (я бы заставила Симург приземлиться там, но это испортило бы его для настоящих уток), туда, где Флешетт стояла на краю толпы. Там была целая куча героев и немало злодеев, которые пришли, полностью ожидая ментальных пыток и, возможно, даже смерти, а им даже не пришлось использовать свои силы. Общая атмосфера была: «Ладно, что теперь?» «Дамы, господа и все остальные! — позвала я. — Обратите на меня внимание! — Они прислушали сь ко мне, даже больше, чем до начала боя. Возможные критики были заметно тихи. — Спасибо, что посетили самую последнюю битву с Симург! Или, как я это называю, Великую охоту на уток!» Я подняла дробовик высоко под общие аплодисменты. Дракон добавила свисто к в стиле паровоза, который эхом отразился от далекого здания старого парламента. «А как же Левиафан? — о, вот и критика. — Ты позволила ему уйти!» «Заткнись! — это был Покет Рокет. — Она сказала ему валить — и он ушел!» «Я разберусь с ним и Бегемотом в св ое время, — подтвердила я. — Я только что заключила сделку с Александрией о том, чтобы покончить с угрозой Губителей раз и навсегда! Когда я закончу, нападений Губителей больше не будет! С ними покончено!» Ошеломленная тишина встретила мои слова. Они видел и, как я уничтожила Симург и положила конец ее наследию, но идею сделать то же самое с Левиафаном и Бегемотом им было трудно уложить в голове. Затем Лили и Покет Рокет начали хлопать. Аплодисменты распространились по толпе, пока все снова не начали аплодир овать. Я направилась к Лили, у которой в руке был телефон. Похоже, она только что сделала мою фотографию, когда я спускалась со здания парламента. «Ты говорила, что собираешься использовать ножницы, чтобы убить остальных Губителей, — напомнила она мне. — Как ты собираешься это сделать? Они намного опаснее, чем Симург». Я ухмыльнулась: «Она была сложной. А эти двое? Даже не увидят, как всё случится». Я подняла руки, призывая к тишине, и стоявшие ближе всего ко мне кейпы замолчали. Тишина распространилась по толпе, пока все не начали слушать снова. «Спасибо всем, что пришли! Если хотите, можете идти домой! Мы справились!» Когда толпа начала расходиться, кто -то собрался вокруг Страйдера, а Лили посмотрела на меня. «И это всё? Мы просто убиваем Губителя, а потом идем домой?» Я покачала головой: «Не совсем. Осталось еще одно дельце». «Какое?» Она увидела, куда я смотрю на востоке, и тоже перевела туда взгляд. Легенда и Эйдолон были крошечными точками в небе, но приближались быстро. От той неспокойной погоды, что оставил после себя Левиафан, почти ничего не осталось. «Эйдолон», — сказала я и замолчала, так как Дракон направилась в нашу сторону. «Привет, — весело сказала она. — Я ожидала увидеть представление, когда ты пришла, но, черт возьми, ты умеешь превосходить ожидания». Я вежливо кивнула ей: «Это моя бизнес-модель. Как дела, кстати?» «Делаем успехи, делаем успехи». Она оглянулась, когда Легенда приземлился рядом с нами, а Эйдолон опустился рядом с Александрией. «Я вас оставлю, но мы можем пообщаться позже». «Конечно». «Делаем успехи» звучало обнадеживающе. Как только она избавится от тех конкретных цепей, я смогу убрать черный ход в ее сенсорную сеть. «Увидимся». Легенда вежливо кивнул Дракону, а затем повернулся ко мне: «Левиафан плыл на глубину, когда мы видел и его в последний раз. Никто никогда раньше не пугал Губителя». «В этом и была задумка». Я снова покрутила ножницы. «Ты сможешь доставить Флешетт обратно в Нью -Йорк? У меня осталось немного дел с Александрией и Эйдолоном». «Конечно». Он повернулся к Лили: «Готова ехать?» «Еще секунду». Она сделала быстрый снимок меня, стоящей рядом с ее боссом, с обломками Симург на заднем плане, а затем подошла и обняла меня. «Спасибо, что взяла с собой. Это было потрясающе. Страшно до жути, но потрясающе». «Всегда пожалуй ста, — я похлопала ее по спине. — Увидимся, когда будешь в Броктон-Бей». «Обязательно». Она повернулась к Легенде: «Поехали. Мне столько нужно рассказать остальным». Я развернулась и направилась туда, где Александрия объясняла ситуацию Эйдолону. Он излучал нечто среднее между гневом и неверием, и гнев побеждал. Когда я поднималась по склону к ним, он повернулся ко мне: «Что это, черт возьми, такое? Почему вы торгуете моими силами в обмен на жизни миллионов? Миллиардов?» Ни у кого из нас не было видно глаз, но я всё равно знала, где находятся его. «Почему вы цепляетесь за свои силы, когда можете спасти миллиарды, отказавшись от них?» «Но почему я вообще должен от них отказываться?» — он не совсем прокричал этот вопрос, но его голос не был тихим. Вокруг его ру к начала собираться энергия, скорее как знак волнения, чем намерение напасть на меня, как я оценила. «Потому что в будущем вы создадите проблемы для Броктон -Бей, если я не предприму действий сейчас». Я вложила в голос задумчивость. «Или вы тайно хотите, чт обы Губители продолжали сеять хаос, чтобы вы могли быть великим героем и сражаться с ними? Вот почему вы не хотите, чтобы я с ними закончила?» «Я не хочу, чтобы они кому -либо причинили вред!» — его кулаки были сжаты так сильно, что он должен был нанести се бе синяки. Повернувшись к Александрии, он указал на меня: «Скажи ей! Ты ведь знаешь, я не такой!» Она посмотрела на меня, затем на него. «Я знаю, что ты никогда не сделал бы ничего, чтобы причинить вред намеренно, — тихо сказала она. — Но слишком часто силы приходят с непредвиденными последствиями. А Атропос продемонстрировала непревзойденный уровень предвидения в таких вопросах». «Но… что, если она ненавидит меня за то, о чем я даже не помню?» — взмолился он. «Что, если всё это было уловкой, чтобы заставить меня отказаться от сил ради какой-то извращенной мести?» «Я бы отдала свои, — неожиданно сказала она. — Если бы это означало, что Губители больше никогда не побеспокоят мир, я бы сделала это». «Но она не вас просит!» — он немного понизил голос, хотя я всё еще отлично его слышала. «А как же… ну, вы знаете. Он». Этот аргумент грозил пойти по кругу, поэтому я вмешалась: «Я разберусь с ним в свое время, тоже. Но здесь и сейчас речь идет о вас и ваших силах. Не об Александрии и не о Легенде. О ваших». Александрия уставилась на меня: «Подожди… что ты сделаешь?» — учитывая то, как они оба уставились на меня, счастье, что у нее не было способности стрелять лучами из глаз, а у него не оказалось таких сил в этот день. Я вздохнула: «Какой части фразы "Может убить буквально что угодно" вы не поняли? Он может умереть, следовательно, я могу его убить. Но это позже. Эйдолон, прямо сейчас у вас есть шанс стать самым почитаемым героем в истории. Отказавшись от своих сил, вы проложите мне путь, чтобы покончить с Губ ителями. Вы спасете буквально миллиарды от смерти, голода и страданий. Но я не собираюсь вас заставлять. Вы должны решить это для себя». Даже с таким стимулом и со всей убежденностью, которую я могла вложить в свой голос, это было трудное решение с его стороны. Он мерил шагами пространство взад и вперед, сжав кулаки, опустив голову. Желание стать величайшим героем в мире боролось с самим собой, и чаши весов склонялись то в одну, то в другую сторону. Наконец он подошел к нам. Не имело значения, что на нем бы ла глухая непрозрачная маска; я всё еще чувствовала, как он смотрит на меня. Только благодаря своей силе я могла понять, что он не собирался нападать. «Хорошо, — процедил он. — Давайте сделаем это. Что мне нужно сделать?» Я перестала крутить ножницы и шагн ула вперед: «Вы готовы позволить мне убить ваши силы? — спросила я официально. — И отдаете ли вы себе отчет в том, что делаете это для того, чтобы Губители больше не приносили миру смерть, несчастья и страдания?» Он глубоко вздохнул, а затем выдохнул: «Да, — сказал он тише. — Да, я готов». «Хорошо, — сказала я. — Я провела ножницами по его бронированной груди, и благодаря тому, как Лили обработала их, они разрезали керамику и металл, как очень мягкое масло». Кончик, пропитанный субстанцией от Райли, едва по царапал его кожу; при этом я вырезала на его груди поверх брони официальную эмблему. Когда последний эффект от обработки Лили покинул ножницы, я один раз щелкнула ими перед его лицом и убрала их в ножны. «И… готово». «Это всё? — спросила Александрия. — Всё готово? Его силы ушли?» Я кивнула, затем повернулась к Эйдолону: «Давай. Попробуй призвать силу». С того самого момента, как ножницы впервые коснулись его кожи, субстанция Райли циркулировала по его крови. Она уже давно достигла его мозга и приступила к о тсечению его Corona Pollentia от остального тела, лишая ее притока крови и обрывая его связь с силами. Времени, которое ушло на то, чтобы произнести эти последние слова, было вполне достаточно. «Я не чувствую никакой разницы». Он пошевелил руками, ожидающе глядя на них. «Что за черт? Как ты это сделала?» «Со стилем и шармом». Я слегка поклонилась: «Спасибо за вашу жертву. Считайте, что Губителей больше нет». «Подожди, — сказала она, когда я начала отходить. — Насчет того, что Котелу не разрешен въезд в Броктон-Бей...» «Всё остается в силе». Я оглянулась на нее. «Если Доктор Мазер покажет свое лицо в моем городе, я выстрелю ей в лицо. Просто к слову». Достав ножницы, я сделала вид, что вырезаю портал в воздухе. «До встречи». Портал сформировался точно по расписанию, и я оставила Канберру позади. Чериш Чери оторвала взгляд от ночного телешоу, когда в гостиной появился теневой портал и из него вышла Тейлор. В тот момент, когда тени рассеялись, Тейлор обессиленно осела: «Ох, ну и денек». Встав с дивана, Чери помогла Тейлор снять шляпу, маску и длинное пальто. «Иди сюда, садись. Я принесу тебе напиток из кухни». Рухнув на диван, Тейлор испустила долгий вздох: «Ты, несомненно, ангел в человеческом обличье». Чери хихикнула, направляясь на кухню: «Ну, это впервые. Тяжелый день?» «Чуть-чуть». Тейлор закрыла глаза к тому времени, как Чери вернулась со стаканом фруктового сока, хотя всё еще продолжала говорить: «Спасла Канберру, разобралась с Симург, заставила Левиафана бежать как сучку и лишила сил Эйдолона. И мне нужно было убедиться, что каждый шаг выполнен правильно. Фух. Это чертовски весело, это прилив адреналина, ни с чем не сравнимый, но черт возьми, как же хорошо быть дома». В этот момент мистер Эберт спустился по лестнице и заглянул в гостиную. «О, привет, Тейлор . Ты выглядишь так, как я себя чувствую после долгого дня в Ассоциации». Тейлор усмехнулась, принимая стакан. «Поверь мне, чувствую я себя еще хуже, чем выгляжу. Но реакции на PHO будут супервирусными. Интересно, это вообще так? Подозреваю, что да». «Ну, т ы это заслужила». Чери устроилась рядом с ней и обняла. «С возвращением». Тейлор снова закрыла глаза и прижалась к ней: «Хорошо быть дома».