Темный путь

Глава 33: Свет ... Камера ... [Прим. автора: Бета-ридер этой главы — Lady Columbine of Mystal.] Ювелирный магазин «Diamond Dreams», 15:55 по восточному времени Атропос До назначенного времени оставалось пятнадцать секунд. Я достала из кармана второй телефон, чувствуя тяжесть всего оста льного, что лежало в моем длинном плаще (большие карманы были просто божьим даром в моей новой профессии), и быстро набрала два сообщения. Я знала, что от первого сообщения Мышеловка (Mouse Protector) приподнимет бровь, но она это сделает. Второе сообщение было на потом. Отправив сообщения, я убрала телефон и убедилась, что вещи, которые понадобятся в первую очередь, лежат под рукой. Конечно, они были наготове, но проверить не помешало. Это был мой первый раз, когда я сознательно собиралась не убивать враже ского кейпа, и я хотела полностью уничтожить её авторитет, одновременно устроив крайне занимательное представление для всех остальных. Разумеется, за неимением более удобного времени, мне пришлось пойти «по магазинам» сразу после полуночи, как только я опубликовала пост на ПХФ (PHO). <><> Магазин новинок и безделушек «Wacky Dom's», торговый центр «Hillside» Доминик Литтл — Эй, босс? Кажется, нас обокрали. Это простое заявление от Джины, самой надежной помощницы Доминика, привлекло его внимание и не отпускало. Перестав изучать ежемесячные отчеты о продажах, он встал с удобного стула за прилавком и вгляделся вглубь магазина. Джина стояла там, высунувшись из обычно запертой двери, ведущей в их подсобку. — Ты уверена? — спросил он, потому что никому в здравом уме не хотелось бы, чтобы подобные слова оказались правдой. — Потому что, когда я открывал магазин сегодня утром, замки были целы, и сигнализация всё еще работала. — Да уверена я, — она махнула большим пальцем в сторону подсобки. — Я проверяла за пасы буквально вчера, и если только вы не продали часть суперклея, тот огромный сувенирный шар с восьмеркой, который вы тут прятали, немного краски для тела, огромный клоунский нос, пакет тех шариков с тематикой кейпов, одну из сувенирных сосок и кучу игру шечных глаз, пока я не видела... да, нас ограбили. — Чёртовы грёбаные сука -блядь-мать-ебать проблемы. Доминик был родом из Восточной Европы, и, хотя он выучил английский в относительно раннем возрасте, в его запасе ругательств все еще оставались пробелы. — Следи за входом. Мне нужно проверить записи с камер. — Конечно, босс, — Джина дала двери захлопнуться и заняла его место за прилавком. — Думаешь, это был кейп? — Какой еще кейп? — спросил он через плечо. — Атропос выгнала их всех из города, помнишь? Дверь уже со щелчком закрылась, когда он подошел к ней, но он просто ввел код доступа. Пройдя внутрь, он миновал дверь подсобки (он поверил Джине на слово насчет того, что пропало) и вместо этого открыл дверь слева, ведущую в крошечный офис. Страховые взносы дл я его магазина были немного снижены из -за того, что он находился в торговом центре, и он уменьшил их еще больше, установив камеры вокруг магазина — они охватывали вход, кассу и заднюю дверь. Кроме того, внутри магазина был датчик движения, который можно бы ло отключить, только введя правильный код на клавиатуре, спрятанной за прилавком. Установив воспроизведение видео с интервалом в одну минуту (потребовался бы действительно хитрый вор, чтобы управиться за это время), он уселся смотреть на экран. Каждое изоб ражение мерцало полсекунды, прежде чем смениться следующим — этого было более чем достаточно, чтобы щелкнуть мышкой и остановить запись, если он увидит что -то интересное. С помощью Джины он закрыл магазин и ушел домой в пять часов вечера накануне. С пяти д о шести ничего не происходило. С шести до семи — то же самое. С семи до восьми, с восьми до девяти, затем с девяти до десяти — аналогично. Хотя он мог назвать каждый товар на каждой полке в поле зрения, ему надоело, что ничего не меняется. Но он продолжал смотреть. Отрезок с десяти вечера до полуночи прошел за одну минуту, и на экране по - прежнему ничего не было. Но затем, сразу после полуночи, на экране появилось мерцание — нечто, чего там быть не должно. Он торопливо щелкнул мышкой. На записи оказалась раз мытая фигура в момент открытия задней двери. Он отмотал запись на минуту назад, а затем запустил ее в реальном времени. При наличии всего трех камер в магазине слепые зоны были неизбежны, но он позаботился о том, чтобы они находились далеко от входов. Из о дной такой слепой зоны, до этого невидимой ни для одной камеры, появилась темная фигура. Задержавшись, она посмотрела прямо на камеру и помахала рукой. По спине Доминика пробежал холодок. Он узнал этот костюм. По сути, он уже задавался этим вопросом: если Атропос выгнала всех злодеев из Броктон -Бей, какой кейп мог обокрасть его магазин? И теперь он знал ответ: сама Атропос. На его глазах она направилась к прилавку и перепрыгнула через него с акробатической грацией, с которой могли сравниться лишь самые спор тивные кейпы. Наклонившись к клавиатуре, она ввела код … и мигающий свет на сирене, прикрепленной к потолку, погас. Где она узнала код, он понятия не имел; он нигде не был записан и существовал только в его голове и в голове Джины. Выйдя из пространства за прилавком, Атропос направилась прямиком к двери в задней части магазина и безупречно ввела код и там. Несмотря на то, что он потратил кучу денег на камеры, датчик движения и дверь с кодовым замком, она прошла сквозь его систему безопасности так, словно то й не существовало. И это даже не принимая во внимание то, как она вышла из слепой зоны, словно вошла через обычную дверь. Хотя теперь он знал факты, он продолжал смотреть, просто чтобы узнать, насколько всё плохо. Несколько мгновений спустя она появилась с нова, осторожно закрыв за собой дверь. В руке она держала один из фирменных пакетов магазина, набитый вещами. По описанию Джины, он с унынием понял, что точно знает, что там было. Наблюдая за ней, он увидел, как она вернулась за прилавок, несомненно, чтобы снова включить сигнализацию. Ей не обязательно было этого делать, но если бы она осталась выключенной, он бы понял, что поздний посетитель был здесь намного раньше. Но сначала… она опрокинула стул, на котором он сидел большую часть дня? Имея широкое кругл ое основание и подставку для ног, он был весьма удобен. Но зачем он ей понадобился? Мгновение спустя он всё понял. Достав из кармана то, что, несомненно, было банкнотами, она подержала их секунду, положила на пол, а затем поставила сверху стул. Затем она н аклонилась и снова включила сигнализацию. Выбравшись из -за прилавка, она быстрым шагом направилась к слепой зоне и исчезла из поля зрения камер. Больше ничего не происходило, хотя в течение следующей минуты он просматривал запись на четырехкратной скорости. Выключив экран, он встал со стула и вышел из кабинета, а в его голове роились мысли. «Она только что... заплатила за мой товар? Какой вор так делает?» Признаться, потеря товара волновала его не так сильно, как вторжение на рабочее место. Злодей, демонстрирующий, что может войти в любой момент и просто забрать всё, что захочет, заставил бы его нервничать и лишил бы покоя. Но вместо этого он был просто озадачен. Выйдя в торговый зал, он закрыл за собой дверь и направился не к прилавку, а к той слепой зоне, в которой исчезла Атропос. Как он и ожидал, ничего примечательного там не было: никаких нарушенных потолочных плит наверху, никакого эха, когда он топнул по прочному бетонному полу под ковром. Место выглядело как и любой другой участок магазин а… за исключением того, что камеры его не видели. Джина наблюдала за ним, пока он возвращался к прилавку. — Ну что, камеры засняли того, кто это сделал? — Да, — рассеянно ответил он. — Засняли. Не могла бы ты на секунду встать со стула? — Конечно, — она встала и отошла на пару шагов, явно ожидая, что он займет это место. — Мы собираемся звонить в полицию или руководству торгового центра? Это был кейп? Какой именно? — Нет, — он наклонил стул, затем нагнулся и ощупал пространство под ним свободной рукой. Его пальцы коснулись шуршащей бумаги, он схватил её, а затем снова поставил стул ровно. — Потому что это Атропос забрала товар... и заплатила за него. На глазах удивленной Джины — а его собственное выражение лица было не менее изумленным — он разложил на прила вке четыре двадцатидолларовые купюры; этого хватило бы, чтобы оплатить пропавшие товары, и осталась сдача. — Я сегодня читала на ПХФ, что она, возможно, теперь умеет телепортироваться, — рискнула предположить Джина, после добрых тридцати секунд разглядывания денег. — Так что, наверное, именно так она и вошла, и вышла. Её голос звучал странно, словно она сама не совсем верила в то, что говорит. — Она могла телепортироваться в подсобку, просто забрать все вещи, и мы бы ни о чем не догадались. Доминик снова посмотрел на деньги. — Но она сделала это так, чтобы заплатить. — Мы бы не узнали, это точно, но люди бы начали подозревать, — Джина звучала уверенно. — Пошли бы слухи. Атропос очень заботится о своем бренде, о своем имидже. Поэтому она заплатила. Доминик почесал затылок, затем взял деньги и решительно положил их в кассу. Он быстро ввел стоимость пропавших товаров и зарегистрировал это как продажу, оплаченную наличными. Почти церемонно он отсчитал нужную сумму сдачи и бросил её в банку для пожертвований. — Вот так. Продажа, всё честно и правильно. Джина хихикнула, хотя её голос всё ещё немного дрожал. — Лучший клиент, которого у нас никогда не было. — Согласен, — он положил обе руки на прилавок и глубоко вздохнул. — Знаешь, я думаю, сегодня мы закроемся порань ше. Я всё равно выплачу тебе полную зарплату, но мы оба пойдем домой и отдохнем. Проведем время с семьями. Думаю, мы это заслужили. — Да, — кивнула Джина. — Думаю, вы правы. Она приподняла брови. — Мы собираемся кому-нибудь об этом рассказать? Он пожал плечами. — Кто нам поверит? <><> Манхэттен Мышеловка Диана нахмурилась, когда на телефон пришло текстовое сообщение. Когда она достала телефон, чтобы проверить номер, он оказался ей незнаком. Однако само сообщение привлекло её внимание. «Привет. Я в городе, собираюсь испортить день Разорительнице (Ravager). Хочешь заглянуть в "Diamond Dreams" в центре? Флешетт и Джаустер патрулируют в трех кварталах к западу от тебя; если захватишь их по дороге, будет здорово – Атропос». — О, черт возьми, да, — пробормотала она. Она видела трупы только в результате работы Атропос; ей очень хотелось посмотреть, как этот пресловутый убийца лишает кого-то авторитета. Достав из сумочки маленький складной фрисби (на ткани этого был изображен Легенда), она пометила его и отправила в полет навстречу полуденному солнцу. Она даже не собиралась гадать, откуда Атропос знает, где находятся два патрулирующих Стража. Телепортировавшись туда, куда приземлился помеченный фрисби, она подобрала его, подбежала к краю крыши и осмотрела улицу внизу. При хорошем броске и с теплым воздухом, поднимающимся от асфальта, один из её маленьких дисков мог лететь вечно вдоль этих бетонных каньонов; Диана считала, что делает это лучше среднего. Отведя руку назад, она сильно щелкнула. Фрисби пронесся над улицей, летя прямо и точно. Она улыбнулась. Люди думали, что способность телепортироваться только к помеченному предмету — это ограничение её силы, но она -то знала лучше. Всё дело в том, чтобы правильно использовать свои сильные стороны. <><> Зал заседаний городского совета Броктон-Бей Комитет по улучшению Броктон-Бей (CB3) Дэнни подался вперед в своем кресле. — После зачтения протокола заседание объявляется открытым. Перед тем, как мы заслушаем отчеты о внедрении клиник по реа билитации наркозависимых по всему городу, я хотел бы сделать объявление. Он сделал паузу, встречаясь взглядом с каждым из других членов Комитета. Они были из самых разных слоев общества: кто -то из офиса мэра, кто -то из делового мира, а кто-то (как он) — из рабочих профессий. Он знал их всех, если не лично, то по репутации. Все они были общепризнанно успешны в своих сферах, в той или иной степени «успешности». Двое из них, Дженис Темплтон и Пол Кинг, едва заметно вздрогнули, когда он посмотрел на них, и он п оставил пару галочек в своей голове. «Так и думал». — Это серьезное дело, за которое мы здесь беремся, — сказал он. — Жизни очень многих наших граждан — и я говорю это в буквальном смысле, а не фигурально — зависят от того, сможем ли мы изменить этот город и увести его от скал. На людей, чьи жизни идут под откос из -за наркомании, депрессии или просто потому, что они выпали за рамки общества, влияют poor nutrition and no access to adequate healthcare. Без нормального питания и доступа к адекватной медицинско й помощи они заболеют. Некоторые погибнут совершенно предотвратимыми смертями, если мы здесь, в этой комнате, не выполним свою работу как надо. К счастью, у нас есть план, как именно это сделать. Один палец постучал по толстой книге, лежавшей перед ним. Он прочитал её от корки до корки, впитывая изложенные там концепции, и их элегантность поразила его. Кинг поднял палец и откашлялся. — Это слишком грандиозно, слишком оптимистично. Нам нужно умерить аппетиты и делать то, на что мы способны здесь и сейчас. Из зала послышалось несколько одобрительных шепотков, наиболее слышимых от Дженис Темплтон. Глаза Дэнни слегка сузились. — Это невозможно только тогда, когда мы все решаем, что это невозможно, и перестаем пытаться. Я читаю ПХФ, как и некоторые из вас. Дженис , Пол, не думайте, что я не заметил, как вы пытались обойти правила приобретения во время вчерашнего заседания, якобы под предлогом упрощения процедуры. Я не мог доказать, что вы думали о том, как перенаправить средства, и до сих пор не могу. Однако Атропос, похоже, считает, что вы именно это и делали, и теперь она обратила на вас внимание. Как он и ожидал, прямое упоминание этого имени в разговоре подействовало как большой камень, упавший в маленький пруд. Теперь все очень внимательно слушали его слова. — А-Атропос? — прохрипел Фарли Роджерс, представитель мэра. — О-она идет сюда? Он испуганно посмотрел на дверь, а затем по всем углам комнаты. — Насколько я знаю, нет, — Дэнни говорил спокойно и уверенно. — Однако она говорила со мной сегодня утром, как раз на эту тему. Она просто пожелала мне удачи с Комитетом, но им не обязательно знать эту деталь. Сунув руку в карман, он достал мобильный телефон и положил его на стол. — Если кто -то хочет и дальше чинить препятствия, я могу ей позвонить, и вы сможете ей всё объяснить. Есть желающие? Никто не сказал ни слова. На самом деле, все (особенно Кинг и Темплтон) выглядели так, будто пытались создать впечатление, что даже не знают, что такое препятствовать работе. Все взгляды были прикованы к телефону, как куры, загипнотизированные змеей. — Ну что ж, — Дэнни взял телефон и положил его обратно в карман. — Тогда давайте двигаться дальше. Клиники по реабилитации наркозависимых? Роджерс, вы за это отвечали, верно? — О, э-э, да, — Фарли кивнул почти судорожно. — Прямо сейчас у нас работает дюжина клиник, еще четырнадцать откроются завтра. Первые должны были открыть свои двери пятнадцать минут назад. Пол Кинг снова откашлялся. — Надеюсь, вы не обвините меня в попытках сорвать работу, если я отмечу, что это неразумный шаг . Наркоманы не славятся своим самоконтролем. Скорее всего, они набросятся на клиники и украдут находящиеся там наркотики для собственных нужд. Он откинулся на спинку стула, выглядя самодовольно. — Такое возможно, — согласился Дэнни. — Фарли, узнай, происходит ли это. В плане был предусмотрен вариант на этот конкретный случай; всё, что ему было нужно, — это точная информация о ситуации. — Хорошо, я понял, — Фарли вытащил свой телефон, сверился с листом бумаги и начал набирать номер. Дэнни оглядел остальных за столом. — Пока он получает для нас эту информацию, как у нас обстоят дела с подготовкой к выдаче стимулирующих выплат? — Я всё ещё не понимаю, почему мы не можем просто раздать чеки, — проворчала Дженис Темплтон, у которой, судя по всему, снова вырос хр ебет, как только телефон убрали. — Это проверенная временем система. — И при этом слишком уязвимая для злоупотреблений, — Дэнни покачал головой. — Мы делаем это именно так. — Но давать каждому дебетовую карту — это просто лишние расходы, — возразила она. — Вы знаете, сколько денег мы могли бы сэкономить? «А вот и ваш козырь». — Затраты на выпуск карт ничтожно малы и уже заложены в текущий план, — Дэнни постучал по книге. — Вопрос решен. На данном этапе мы ничего менять не будем. Отвернувшись от неё и решительно пресекая конфликт, он обратился к другому члену Комитета. — Синтия, как у нас обстоят дела с поиском всех получателей? Синтия Хортон одарила Дженис Темплтон уничтожающим взглядом, а затем обратилась к Дэнни. — На девяносто пять процентов всё готово, п риближаемся к девяноста шести. Думаю, до пятницы мы закончим со всеми. — Хорошо, — Дэнни посмотрел на Фарли. — Как дела в клиниках? — Довольно хорошо, на самом деле, — Фарли предложил нерешительную улыбку. — Все работающие там медицинские техники сообщают, что пациенты ведут себя хорошо и вежливо… ну, насколько вежливыми могут быть наркоманы, когда им нужна новая доза. Никто даже не пытался устроить неприятностей. — О, перестаньте! — усмехнулся Пол Кинг. — Никто? Это бред! Проверьте еще раз! — Он уже провер ял один раз, — голос Дэнни был мягким, но в нем чувствовалась сталь. — Я не позволю вам тратить время этого Комитета на ваши мелкие игры. А теперь двигаемся дальше. Следующая часть плана требует обновления инфраструктуры… <><> Чериш Ну что ж. Кто-то пытается играть втихую. Откинувшись на сиденье автобуса, Шери усмехнулась, глядя в окно. По мнению окружающих, её улыбка могла быть связана с тем, что она возвращалась домой после напряженного дня, когда ей в голову вдалбливали факты, но это было не совсем так. На самом деле она прислушивалась к музыке, которую излучал каждый человек в Броктон-Бей. Если говорить точнее, она сосредоточилась на трех группах мужчин, каждая из которых собралась возле одной из клиник в менее благополучных районах Броктон - Бей. Интересно, что эти мужчины не излучали отчаяния и потребности, присущих наркоманам. Вместо этого их эмоциональные мелодии давали понять, что они находились в абсолютно ясном уме и намеревались совершить насилие из жадности; или, другими словами, им заплатили за то, чтобы они устроили неприятности. На мгновение Шери задумалась, были ли это те самые люди, за которыми Тейлор просила её присматривать, а затем кивнула своим мыслям. «Конечно, они. Она не упускает ни одной детали. Я-то знаю». Протянув руку, он а погрузилась в эмоциональное состояние каждого из потенциальных зачинщиков и нашла то, что искала: вполне реальный и совершенно рациональный страх перед Атропос. Учитывая крайне публичный дебют Тейлор, за которым последовали всё более кровавые казни лидер ов банд кейпов каждую следующую ночь, не было ни одного человека в этих командах, кто бы не слышал о ней или не боялся её. Шери взяла этот страх и раздула его в их душах, принудительно напомнив им, что они собираются сделать то, чего она почти наверняка не одобрит. А когда Атропос кого -то не одобряла, продолжительность их жизни обычно измерялась часами в лучшем случае. Как оказалось, ей даже не нужно было поддерживать это давление; как только им напомнили, они сами раздули это пламя. Все либо видели одну из жертв Атропос, либо знали кого -то, кто видел. Это была не какая -то теневая легенда, скрывающаяся во тьме и распространяющая слухи. Атропос была абсолютно, безоговорочно реальна… и она придет за ними. Это было похоже на то, как если бы она уронила чернильн ую бомбу в ведро с молоком, когда тьма распространилась и поглотила свет. Их коллективное чувство цели притупилось, начало подвергать себя сомнению, а затем и вовсе исчезло. Пламя их намерения затрепетало, а затем погасло в одном человеке за другим. С помо щью своей силы она не могла разобрать слова, но лучше всего её догадку об их эмоциях можно было бы выразить так: «Да к черту всё, мне за это дерьмо недостаточно платят». Напротив, сами наркоманы в целом вели себя хорошо. Лишь некоторые начали буянить, но и м за это не платили, поэтому небольшая эмоциональная корректировка быстро их успокоила. Пока автобус ехал дальше, Шери задумалась, чем Тейлор занимается в Нью - Йорке. Что ж. Она расскажет, когда вернется домой. А пока быть хорошим парнем оказалось на удивление… приятно. <><> Набережная (Boardwalk) Аиша — Это так-то круто! Аиша не могла не рассмеяться, глядя на то, как выглядела Райли. Так как Брайан был не на дежурстве, он объявил семейную прогулку на Набережную, где купил сладкую вату и для Аиши, и для Райли. Аиша привыкла к этому лакомству, хотя всё равно любила его. У Райли же лицо было более или менее закопано в разноцветные wispy confectionary. — Вау, — сказала она, незаметно доставая телефон, чтобы сфотографировать свою «кузину», потому что шантаж — это всегда весело. — Ты, типа, никогда раньше её не ела? — Семейная ситуация, помнишь? — это был Брайан, который указал на то, что Аиша временно забыла. Эти три безобидных слова подчеркивали тот факт, что у Райли было отнято детство с шести до двенадцати лет, и только сейчас у неё появилась возможность наверстать упущенное и побыть ребенком. Чем она и занималась с лихвой. При восторженном поощрении Аиши она предавалась боям подушками, дерзила Брайану (но вежливо, потому что некоторые привычки А ише не хотелось искоренять) и, очевидно, фанатела от сладкой ваты. — Я её видела, но никогда не было возможности попробовать, — уточнила Райли, когда смогла нормально заговорить. — Хорошие девочки не едят сладкое перед ужином, понимаешь? — Вау, черт возьми , — Брайан взъерошил ей волосы. — Ну, давай, наслаждайся. Этот день создан для веселья, а не для соблюдения правил. — Если ты не будешь с этим осторожен, то прилипнешь вообще ко всему, — поддразнила его Аиша с хихиканьем. В этот момент её телефон пискнул, сигнализируя о входящем сообщении: «Ой, надо проверить». Держа телефон в руке, она посмотрела на экран. Её брови взлетели вверх, и она едва смогла сдержать писк, увидев определитель номера: «Тёмная госпожа разгула». Затем она прочитала само сообщение: «Привет моему главному фанату. Я заскочу к вам в гости сегодня после полудня. Не нужно спешить домой, я буду через десять минут после того, как вы переступите порог. Идите, дайте Райли насладиться Набережной. Кроме того, у меня есть для тебя сувенир. - А». P.S. Нет, правда, наслаждайтесь Набережной. Её первым порывом было сказать Брайану всё бросить, чтобы они бежали домой. Но, прочитав постскриптум, она перевела дыхание. Она достаточно знала об Атропос, чтобы понимать: когда бы они ни пришли, она появится ровно через десять минут. А они пришли сюда, чтобы дать Райли возможность побыть ребенком, возможно, впервые в жизни. «Окей», — ответила она сообщением и убрала телефон в карман. — Это к чему? — Брайан смотрел на неё со взглядом старшего брата, который подозревал, что она что-то затевает. — Ни к чему, — сказала она, а затем поняла по его выражению лица, что этот номер не пройдет. — Ладно, хорошо. Мой любимый кейп заглянет к нам, как только мы вернемся домой. Она сказала не торопиться. Он приподнял бровь. — Любимый кейп? Знаешь ли... — он указал на себя. — Я тоже кейп. — Я знаю, что сказала, — скосив глаза на брата, она показала ему язык, а затем пришла на выручку Райли. — Пойдем, Ри. Давай уберем эту штуку у тебя с волос. И ушей. Вау, когда ты ешь эту штуку, ты не делаешь это наполовину. — Но она такая вкусная, — запротестовала Райли, но не сопротивлялась, когда Аиша взяла её за руку. Потянув Райли к ближайшему общественному туалету, Аиша ухмыльнулась: — Без разговоров.