Когда ломается золотое правило?

Желудок Люси сводило от голода. Тем не менее мысль о еде вызывала лишь отторжение. — Вот бы и мне увидеть его… — смесь восторга и зависти донеслась из тёмного проёма между палатками. За звуком вышли две фигуры, — О, а это правда, что он выкалывает глаза всем своим рабыням? — Правда, — обернувшись к следующему по пятам легионеру, мужчина поправил ремешок на бедре, — но наличие члена не защитит, если вызовешь его гнев. — Ave! Верен Ланию! — с энтузиазмом выкрикнул рекрут, выходя в освещённую зону. — Ave, decanus, — сухо поприветствовав Аттиуса, старший легионер обошёл ближайшие палатки. Люси с интересом наблюдала, как он заглядывает в каждую из них, вероятно, в поисках свободного места. Между тем, весьма взволнованный юноша, суетливо крутился вокруг. Изучал её, словно какого-то зверька. — Ave, — отрешённо ответил декан им обоим, выпрямившись и расправив плечи, — но у нас тут принято говорить: «Верен Легиону». — Неужели? Так и не успев забраться на матрац, ветеран приподнялся и, мельком оглядев пленников, сосредоточил всё своё внимание на Аттиусе. Молчаливая пауза затянулась, а Люси так и не поняла сути их диалога. Её фокус вынужденно сместился на блестящие азартом глаза парнишки, что опустился на корточки сбоку от её решётки. — Ох, Марс... такая странная. У неё глаза огромные, как у геккона! — его почти детское любопытство резко контрастировало с грубым низким голосом и суровым внешним видом, — И не только глаза... — расплывшись в улыбке, он заёрзал на месте, — Вик? Хочешь посмотреть? — Фу! — Люси нахмурила брови, обнаружив его взгляд на своей груди, и поспешила тут же прикрыться руками. — Как вам не стыдно! Однако юноша продолжал глазеть, словно она была не человеком, а куском мяса на витрине. — И как давно ваш легат устанавливает свои порядки? — В два широких шага Вик приблизился к декану. — Я в первый раз слышу об этом нововведении. Не разрывая зрительного контакта с Люси, рекрут протянул руку сквозь ржавые прутья. Этот порыв не удивил её, но заставил рефлекторно отшатнуться. — Может, стоит реже зажимать рабынь по углам и... Закончить Аттиус не успел. Клетка содрогнулась в одно мгновение. Тяжесть двух тел, навалившихся на дверцу, резко разорвала затянувшееся затишье. Ржавые прутья, царапнувшие и без того повреждённую кожу, вызвали у Люси негромкий вскрик. Рекрут отшатнулся, удивлённо уставившись на происходящее. Впрочем, растерянность на его лице продержалась недолго. Уже через секунду он подскочил на ноги, выхватывая пожарный топор. — Марий! Уйди на хуй! — рявкнул Вик младшему легионеру, оттаскивая декана от клетки. — Забыл об иерархии, брат? — с вызовом подняв голову, прохрипел Аттиус. — Иерархия?! Я драл НКР на Дамбе, когда ты ещё копьё держать не научился! Конфликт разгорался также быстро и легко, как сухая трава. А когда оба мужчины рухнули на землю в потоке неразборчивых оскорблений и глухих ударов, хаос вспыхнул с новой силой. Хватаясь за оружие, из палаток повыскакивали сонные легионеры. Их озадаченные, искажённые от злости лица, заставили Люси непроизвольно отползти как можно глубже в угол клетки. — Эй, что за разгром?! — Хотите ночную децимацию? Недовольство среди присутствующих нарастало, но никто не решался подойти или влезть в драку. — Мм... какое печальное зрелище... — промурлыкал пленный легионер, расслабленно потягиваясь в соседней клетке. — Простите? А за что вы тут? — осторожно поинтересовалась Люси, продуктивно пользуясь отвлечением своего надзирателя. Однако пленник, похоже, не расслышал её вопрос. — Statim siste, — тяжёлый приказ привлёк внимание всех присутствующих на спонтанной ночной стычке.

* * *

Немногим ранее — Нам не стоит делать резких движений, пока не получим подтверждение. Ситуация и без того обострена. Неспешно пересекая Форт, Ласерта оценивал обстановку. И пока одни обитатели лагеря спали, другие суетливо продвигались к северным воротам. — Конечно, Dominus. Я уверен, что это лишь временный кризис управления и скоро всё разрешится... Приватность разговора прервалась лязгом металла и топотом ботинок. Промчавшиеся мимо легионеры осыпали их приветствиями, заметно ободрившись от внезапной встречи с легатом. — Тем не менее вы можете не сомневаться в моей верности, — заверил его Маркус, проводив взглядом удаляющуюся контубернию. — Разумеется. Остановившись на небольшой возвышенности, легат огляделся и снял шлем. Пыльный ночной ветер ударил по лицу, принося с собой отдалённый собачий вой. Приглушённые голоса смешивались с треском костров. — Вам известно о последних новостях из Финикса? — пройдя совсем рядом с центурионом, Ласерта понизил голос до минимума. Впрочем, вид его оставался непринуждённым, почти скучающим. — Legatus Glosius de proditionis suspicione supplicio affectus est... — Ещё один? — уточнил Маркус таким же тихим тоном. — Именно. А легаты, к вашему сведению, не меняются так часто... — Ласерта прервался и нахмурился, заметив нарушение дисциплины прямо у них под носом.

* * *

Люси едва ли воспринимала происходящее вокруг. Нет. Поначалу она, конечно, пыталась вникнуть в суть разворачивающегося спора. Но смесь обрывистой речи, жестов и латыни в какой-то момент стала настолько расплывчатой, что её переутомлённое сознание начало плавиться. Арена? Poena? Какие-то поиски? Поток информации вне контекста был похож на мутное озеро с рад-отходами. Только когда легионеры загородили обзор на спонтанное собрание, Люси вздохнула от досады и наконец отцепилась от ржавых прутьев. Ожидание в неизвестности изматывало. Но кого вообще волновали её неудобства? — Эй, расточительница... — вкрадчиво протянул кто-то совсем рядом, отвлекая от размышлений, — тащи свою задницу сюда. За копошением в замке, послышался скрип открывающейся дверцы. Девушка тут же оживилась, обернулась на звук и в изумлении округлила глаза. Уже знакомый юноша уставился на неё в явном нетерпении, ожидая, по всей видимости, что она последует за ним. Люси моргнула и огляделась. На удивление, все довольно быстро разошлись, оставив после себя лишь тяжёлый запах. Декан, что следил за ней, тоже исчез. Передал её озабоченному рекруту, то ли намеренно, то ли случайно, и пропал. — Оглохла что ли?! Дёрнув Люси за руку, Марий выволок её наружу и повёл за собой. — А где... — суетливо вспоминая нужное имя, девушка щелкнула пальцами, — где Аттиус? — Декан? — с волнением уточнил он, но, встретившись с Люси взглядом, тут же презрительно скривился, — не твоё дело, женщина. Тёплый свет костра скользнул по его лицу, вновь подчёркивая совсем юный возраст рекрута. Тем не менее губа его была рассечена до самого подбородка так, что зубы виднелись даже когда рот был закрыт. То, что пустоши и, в частности, это место делало с едва повзрослевшими детьми, не могло не удручать Люси. — Знаешь, у меня есть младший брат примерно твоего возраста... Марий как-то странно рассмеялся, почти не отрывая взгляда от дальнего конца лагеря. — Тогда ему лучше держаться подальше от нашей территории, — с нескрываемой гордостью заявил он, — таких взрослых уже поздно обучать. — Поздно?... — От волны возмущения, поднявшейся внутри, Люси перекосило. — О, ясненько. Я поняла. Естественно его поздно обучать. Сформировавшейся личности мозги не промоешь. Сформировавшаяся личность устойчивее к пропаганде. Язык буквально чесался от потребности высказаться, но девушка заставила себя проглотить свой остроумный порыв. — Его отправили на опасное задание, — внезапно и совершенно неожиданно выдал легионер. Люси уставилась на него и неосознанно замедлила шаг. Однако Марий продолжил тянуть её через полумрак ночного Форта. — Аттиуса, — уточнил он, заметив её смятение. — И если бы не ты, расточительница, меня бы тоже взяли туда. Задание? Разрозненные кусочки происходящего встали на свои места, немного прояснив случившееся накануне. Вероятно, упомянутое задание и было наказанием? Но почему тогда рекрут так желал попасть туда? — Точно бы взяли... — с важным видом уверил парнишка скорее себя, чем её. Устало переставляя ноги, Люси кивнула. Как бы ей ни хотелось злиться и ненавидеть своего нового сопровождающего, преобладало теперь именно сочувствие. Насколько же нужно сломать человека, чтобы он мечтал рисковать собственной жизнью ради столь жестокого, рабовладельческого режима? — Прошу прощения, — осторожно начала она, щурясь от гари, покалывающей в глазах, — а куда мы, вообще, идём? — Подготовить тебя к встрече с легатом, — демонстративно подбросив топор в свободной руке, съехидничал Марий, — Ласерта лично одобрил тебя как хорошую будущую рабыню...

* * *

И хотя вода была прохладной, ощущение относительной чистоты стоило пережитого дискомфорта. Но к сожалению для Люси, девушка-рабыня, что помогала с купанием, оказалась не слишком-то разговорчивой и, быстро закончив выданное рекрутом поручение, вытолкала её из палатки обратно. Марий же, несмотря на грозный вид, продолжал демонстрировать плохо скрываемую уязвимость. Ему не особо нравилось возиться с ней, даже учитывая массу липкого внимания, выплеснутого на Люси за пару последних часов. Юноша всё причитал о каком-то упущенном шансе и, казалось, одержимо жаждал встречи с легатом. — Эй, эй... не спи, расточительница, — засуетился Марий, толкая её в бок, — у нас такая важная ночь! Люси сглотнула слюну и потёрла глаза, вспоминая где вообще находится. Пережаренное мясо пахло всё восхитительнее с каждым часом затянувшейся голодовки, а недавнее отвращение наконец померкло под натиском естественных потребностей. — Слушай, мне объективно нужна еда, чтобы дожить до встречи с вашим... легатом, — грустно рассматривая сочный кусок брамина, пробормотала она. Замерев у костра с полным недоумением, Марий моргнул. Его взгляд медленно переместился от мяса, к сжавшейся на лавке фигуре. Урчание живота девушки было слышно даже сквозь потрескивание углей за его спиной. — Верно. Я ни за что не подведу Зверя Востока! Быстро оглядевшись по сторонам, рекрут отделил ещё один небольшой кусок и, со странным блеском в глазах, протянул его Люси. — Он получит такую идеальную рабыню, какую только заслуживает... — мечтательно заявил парнишка. Люси выдавила из себя улыбку, решив не спорить с этой фанатичной фантазией, и, приняв пищу с благодарным кивком, сразу же приступила к позднему ужину. Марий тут же рухнул рядом, уставившись на неё настолько пристально, что девушке в очередной раз стало не по себе. — Что? В чём дело? — Сам Марс, должно быть, оставит след в твоём теле, — с искренним благоговением прошептал он, протянув свободную руку к её животу и прижав шершавую ткань туники к коже. Нижнее веко Люси дрогнуло не столько от действий Мария, сколько от его безумного бреда. Подавляемый гнев прорывался наружу, а последний кусочек ужина чуть не застрял в горле. — Звучит так, будто ты и сам мечтаешь о подобном... опыте, — откашлявшись, уколола его Люси. Довольная собой, она немного расслабилась и откинулась назад. Ххррррхр... Усилившийся храп спящих легионеров добавил ещё больше комичности, помогая девушке разрядить обстановку. Рекрут же, наоборот, напрягся. — Что? — Марий моментально отдёрнул руку и, что самое неожиданное, раскраснелся. — Ты... ты хочешь сдохнуть раньше времени?! — Мы не какие-нибудь мерзкие расточители чтобы... заниматься подобными извращениями. То, как его голос срывался в попытке доказать её неправоту, ещё больше забавляло Люси. Она удовлетворённо щурилась, глядя на огонь, и ощущала какую-то иррациональную безмятежность. Костёр потрескивал, облизывая их лица тусклым светом. Форт поглотила гипнотизирующая тишина, нарушаемая лишь храпом и воем собак где-то вдалеке. Однако фоновая тревога Люси никуда не делась. Ощущение нависшей угрозы давило на неё. — Эй! Ты язык проглотила? — Юноша, не унимаясь, ёрзал на месте, то и дело, стараясь задеть Люси локтём. — Или сказать больше нечего? — Да, всё ясно. Никаких проблем, — отстранённо ответила она, уставившись в одну точку. — Если бы ты не была подарком для нашего легата, я бы уже... Очередную нападку прервал шум приближающихся шагов и приглушённая болтовня. Марий заметно напрягся. Группа легионеров, вышедшая на свет, заполнила пространство. Некоторые сразу же развалились на земле, кто-то с интересом уставился в сторону лавки. Псиной завоняло так сильно, что нос Люси начал чесаться. — Это ещё что за херня? — выругался мужчина и грубо столкнул её на землю, — встань и подай нам ужин, женщина. Мерзкий смех остальных быстро испортил атмосферу. — Вы не могли бы... быть немного повежливее? — возмутилась она, поправляя задравшуюся тунику и поднимаясь на ноги. — Молчи, идиотка, — с негодованием шикнул Марий и резко вскочил с лавки. Протиснувшись между ней и деканом, он поднял руки вверх в примирительном жесте. — Dominus... Hic servus est Lanio. Donum. — Lanio? — оттолкнув Мария, декан вытянул Люси ближе к свету и остальным легионерам своей контубернии. — Audivi eum insidiis exceptum et occisum esse. — Новые рабыни такие красивые... — довольно промурлыкал один из них, стягивая пыльную бандану с лица. Люси скривилась от негодования, но не стала нарываться на неприятности. Однако её взгляд прожигал Мария с такой смесью надежды и, вместе с тем, ярости, что рекрут на несколько секунд опешил. Кровь стучала в висках оглушительно громко. Иерархия Легиона всё ещё оставалась не самым понятным блоком в познаниях Люси и девушка понятия не имела, чего от них ждать. Но нехорошее предчувствие не оставляло. Она уже была готова рискнуть и разбудить своим криком весь лагерь, когда где-то в отдалении раздались истошные вопли и грохот. Легионеры, обступившие её, моментально переключили внимание на звук. Насторожившись, некоторые переглянулись. Взъерошенные фигуры повыскакивали из палаток, выхватывая оружие. — Vide quid ibi acciderit, — бросил декан и, наконец отпустив Люси, занял ещё тёплую лавку. Появившаяся сонная девица в рабском тряпье вручила ему кружку с чем-то жидким и суетливо удалилась, зашуршав тарелками. Часть мужчин исчезла в глубине Форта, смешиваясь с другими, также мобилизовавшимися по направлению ко звуку. — Что происходит? — аккуратно поинтересовалась Люси, возвращаясь к напряжённому Марию. — Он не мог погибнуть... — не обращая на неё никакого внимания, бормотал парнишка себе под нос. — Слушай, я всё понимаю, тот легат... твой идол и всё такое, но может не стоит так переживать? — Лучше бы за себя переживала, расточительница, — сделав несколько глотков, ехидно рассмеялся декан. Очередной истошный крик заставил волосы Люси встать дыбом. Бодрствовали теперь, казалось, все. Лагерь быстро оживал, превращаясь в бурлящий котёл хаоса. И возможно... это был её шанс? Люси не знала что происходит. Но она видела как потерян её юный надзиратель. И она, чёрт возьми, должна была воспользоваться этим. Просто обязана. — Decanus?! — Легат прибыл в Форт. Поток взволнованных отчётов, передаваемых от одного легионера к другому, только подпитывал Люси адреналином, заставляя ускорять шаг по наиболее тёмным участкам лагеря. — Sine galea est. Это было настолько удивительное стечение обстоятельств, что девушка почти не верила в свою удачу. Никто не заметил, как она ускользнула. В ночной беготне всё стало настолько беспорядочным, что она едва не потерялась среди всей этой неразберихи. Тем не менее перегородка, отделяющая территорию лагеря от пустыни, уже мелькала перед глазами. — Так, так, так... беглянка, да? Подозрительно ласковый голос заставил всё внутри Люси сжаться. Она оторвалась от бочки, которую пыталась пододвинуть поближе к стене, и медленно обернулась на звук. Вокруг всё ещё была неразбериха, но мужчина, что сидел в клетке, оставался до жути спокойным. Смотрел на неё с расслабленным видом и ухмылялся. — Вот же блин. Люси нервно улыбнулась, пытаясь восстановить контроль над собственным телом, застывшим на месте. Какова была вероятность, что он поднимет тревогу и всё испортит? Спешка не позволяла нормально всё обдумать. Легионер, тем временем, что-то выпил из маленькой склянки, не отрывая от неё глаз. Шум вокруг, похоже, не слишком-то волновал его. — А вообще знаешь что? — вдруг оживилась Люси, быстро оглядываясь по сторонам. Хотя её взгляд то и дело возвращался к странному человеку. — Каждый заслуживает второго шанса, верно? — Вот как? Мило. — Откинув голову на прутья, мужчина расплылся в безмятежной улыбке. — Но боюсь для меня уже слишком поздно. Люси уже не слушала. Она одержимо металась вокруг, шарясь руками по ящикам и бочкам, сваленным в одну кучу. Ключей нигде не было, но ей вполне удалось найти небольшую металлическую заколку. — Вам всем тут не хватает оптимизма и воли к жизни, вот в чём проблема, — уверенно заявила она, покраснев от напряжения. Подбежав к дверце, Люси огляделась и принялась судорожно ковыряться в замке. Звуки, на удивление, стали гораздо тише. И всё-таки какая-то суета продолжалась в дальней части лагеря. — Понимаешь? Она засияла от радости, когда замок проявил понимание и поддался её манипуляциям. Однако спасать было уже некого. Мужчина безжизненно сидел в углу клетки, уставившись на неё жутким стеклянным взглядом. — Вот ты где! — знакомый голос звонко резанул по ушам. Марий яростно вцепился в её плечо, заставляя развернуться. Момент был упущен. — Ты всё ближе к кресту, женщина, но я закрою глаза на твою маленькую шалость, — сильнее сжав её руку, прошипел рекрут, — но если будешь также вести себя с легатом, ничего уже не спасёт твою хорошенькую задницу... И хотя сейчас Марий угрожал, его дрожь невозможно было не заметить. — Идём. — нетерпеливо и, будто бы даже возбуждённо, пролепетал он. Но не успели они сделать и пары шагов, как приближающийся топот ботинок заставил их застыть на месте. Группа легионеров, во главе с резко выделяющейся на фоне остальных фигурой, направлялась сейчас именно в их сторону. Никто не издавал ни звука. Все двигались молча. Головы их клонились вниз, будто все разом решили внимательно рассмотреть землю под ногами. — Где он?! — подавляющий хриплый голос заполнил пространство тяжёлым грузом, — Я хочу видеть его немедленно. Воздух словно сгустился. Никто так и не поднял на него глаз. — Ваш центурион разместил его в клетке, Dominus, — осторожно произнёс Маркус, указывая направление. Выглянув из-за спины Мария, Люси сглотнула слюну. Весь перепачканный грязной смесью песка и крови, он шумно хрипел при каждом вдохе. Казалось, будто среди всех присутствующих, дышал теперь только он. Расцарапанная чьими-то гигантскими когтями вдоль и поперёк броня, прикрывала массивное тело лишь частично, а с искорёженного куска металла, покачивающегося в его руке, нечто тёмное сочилось на землю. Люси даже не заметила как вцепилась в плечо Мария. И если до этого она пыталась, в основном, высвободиться, то теперь неосознанно тянула его назад. В тень. В сторону. Куда угодно, лишь бы оказаться на безопасной от этого монструозного незнакомца дистанции. Однако юноша совсем не обращал на неё внимания. Он будто бы прирос к земле и восторженно глядел в сторону своего кумира. Девушка была готова поставить один из своих здоровых пальцев на то, что это и был их лидер. Тот, о ком Марий рассказывал ей последние пару часов. — Как смеешь ты... Прогромыхал легат гулким басом, медленно приближаясь. — Ничтожество… Люси наконец вырвалась из ослабевшей хватки рекрута и мельком взглянула на заворожённое лицо. Она совсем не удивилась блеску его глаз. В них теплилось такое неподдельное благоговение, будто он видел божество. — Стоять у меня на пути?! Не зная куда себя деть, девушка направилась в наиболее тёмную зону. Шаг за шагом она пятилась, пробираясь меж клеток к изгороди. Тем временем Ланий приближался к рекруту, грузно похрамывая. Их внутренние разборки определённо играли Люси на руку. Она двигалась автоматически, когда жуткое зрелище вдруг заставило её внутренности сжаться в комок. Один из рогов, торчащих из обломка металла, мягко вошёл в глазницу Мария. Парнишка осел вниз и, после неудачной попытки подавить боль, закричал. — Do... Dominus... — жалобно хрипел он, пытаясь отстраниться. Но легат лишь глубже вонзил рог в его череп и потянул вверх, заставляя рекрута смотреть на него одним глазом. Хотя Люси не была уверена, что тот ещё может что-то видеть.  Желчь подступила к её горлу и девушка едва сдержала рвотный позыв. Все остальные стояли в оцепенении ещё несколько долгих секунд.  Не в силах спасти свою изувеченную глазницу, подвешенную на подобии крюка, Марий корчился и елозил ногами по земле. Люси не помнила, как добралась до изгороди. Ватные ноги казались чужими. — Сила Марса... — изумлённо воскликнул центурион, обнаружив мёртвую тушку Квинта. Ланий нехотя отшвырнул изувеченного рекрута и шагнул к удивлённому Маркусу. А затем раздался такой животный рёв, что у Люси заложило уши.  Вцепившись в клетку, легат поднял её и с грохотом перевернул, вытряхнув оттуда ещё тёплое тело. — Слепые жалкие черви!!! Неуклюжими, но пугающими движения огромных рук, Ланий подхватил труп и поднял над землёй. Хрипел и фыркал, пытаясь рассмотреть бледнеющее лицо мужчины. Люси уже было всё-равно, что он делает. Всё-равно, что там происходит. Она силилась взобраться на бочку как можно тише, пока все поглощены бессмысленной жестокостью, на которую сама девушка не желала смотреть. И, всё же, смотрела. Оборачивалась время от времени, боясь заметить его взгляд на себе. К облегчению Люси, легата больше интересовала не она, а мёртвый легионер. Он что-то недовольно выискивал в нём некоторое время и каждая секунда этого осмотра была для девушки драгоценным подарком. Вскарабкавшись наконец на бочку, Люси осторожно приподнялась и, ухватившись за края изгороди, оглянулась. Пожалеть об этом пришлось сразу же. Именно в этот момент массивная ладонь Лания обхватила остывающее лицо и с противным звуком оторвала кожу. Кусочки плоти, нос, губы… всё это болталось в теперь в его руке и было похоже на влажную тряпку. — Ничтожества! Предатели… мерзость!!! — Отбросив оторванную кожу в ближайшую чашу с огнём, легат с наслаждением втянул воздух и с ненавистью прохрипел что-то на ухо трупу. Это было уже слишком и Люси больше не смогла сдерживать подступившую к горлу горечь. Пошатнувшись и рухнув с бочки, она едва успела приподняться, прежде чем выплеснула свой недопереваренный ужин на сухой куст. И это оказалось ошибкой… Теперь все уставились на неё.