Мститель

Утро после всегда приносит открытия. Иногда — приятные: запах дорогого кофе, нежная записка на подушке, обещание скорой встречи. А иногда — зеркало, которое показывает то, чего ты не ожидал увидеть. Новые тени под глазами. Новые синяки на шее. И самый страшный вопрос: «Что я наделал?» Впрочем, Золотой Омега никогда не задаёт этот вопрос вслух. Он слишком горд для этого. Но я-то знаю. Я знаю всё. И пока Капитан зализывает раны, а Плохой Альфа спит в своей башне, наш Король стоит перед зеркалом и считает отметины. Не те, что видны. Те, что внутри. XOXO, Мститель. Питер проснулся с первыми лучами солнца, пробивавшимися сквозь панорамные окна его спальни. Февральское утро было бледным и холодным, и свет, заливавший постель, казался почти хирургическим — беспощадным, выхватывающим каждую деталь, которую хотелось бы скрыть. Первое, что он почувствовал, — боль. Тянущая, тупая, сосредоточенная в пояснице и ниже, она отдавалась в бёдрах при каждом движении. Первое, что он подумал, — Тони Старк. И это имя, вспыхнувшее в сознании раньше, чем он успел построить защиту, обожгло сильнее боли. Он сел в кровати, и простыни сбились вокруг пояса. Тело протестовало. Мышцы ныли так, будто он пробежал марафон или провёл ночь в тренажёрном зале, а не... Он зажмурился, отгоняя воспоминания, но они хлынули неконтролируемым потоком: полумрак пентхауса, огни Бостона за окном, губы Тони на его загривке, шёпот — «Ты такой красивый, такой сладкий...» — и то, как он сам подавался навстречу, забыв обо всём. — Чёрт, — прошептал он в пустоту спальни. Он откинул одеяло и встал. Тело слушалось плохо, каждое движение отдавалось эхом вчерашнего вторжения. Он пересёк спальню медленно, ступая босыми ногами по тёплому мраморному полу, и вошёл в ванную. Зеркало встретило его безжалостным утренним светом. Он выглядел... по-другому. Невозможно было сказать, что именно изменилось. Те же острые скулы, те же глаза цвета виски, те же тёмные кудри в художественном беспорядке. Но что-то в выражении лица, в том, как он держал плечи, было иным. Уязвимым. Настоящим. Словно за одну ночь маска, которую он носил годами, треснула, и сквозь неё проглянуло что-то живое. На шее был синяк. Небольшой, чуть ниже уха, там, где Тони поцеловал его особенно сильно. Питер коснулся его пальцами и отдёрнул руку. — Соберись, — сказал он своему отражению. — Ты — Паркер. Ты не жалеешь. Ты не смущаешься. Ты не... Но он жалел. И смущался. И, что хуже всего, — одновременно с этими чувствами, где-то глубоко внутри, ворочалось что-то тёплое, почти довольное. Память тела, которая не хотела отпускать. Он встал под душ, и горячая вода помогла смыть не только остатки чужого запаха, но и часть смятения. К тому времени, как он вышел из ванной, завёрнутый в халат, в голове уже начинал формироваться план. Правило номер один: никакого стыда. Он — Питер Паркер, лучший студент МИТ, наследник состояния, король элиты. Он сам сделал этот выбор. Он не был пьян — ну, может, совсем чуть-чуть. Он не был обманут. Он пошёл в Башню Старка по собственной воле. И если кто-то посмеет осудить его... Телефон зазвонил. ЭмДжей. Конечно, ЭмДжей. Кто же ещё звонит в восемь утра в субботу. — Да? — он постарался, чтобы голос звучал ровно. — Ты дома? — голос подруги был странным: встревоженным, но с тенью возбуждения. — Я уже еду к тебе. Буду через пятнадцать минут. Не смей никуда выходить. — Я не... — Ты дома, и это хорошо. Потому что нам нужно поговорить. Много. Очень много. — Короткая пауза. — Видел пост? — Какой пост? — «Мститель», — выдохнула ЭмДжей. — Он написал новый пост. Пять минут назад. И там... Питер не дослушал. Он сбросил звонок и открыл Instagram. Сердце колотилось где-то в горле. «Утренние новости для тех, кто пропустил ночную программу. Наш Золотой Омега не ночевал дома. После благотворительного вечера Уотсонов его машина — та самая, чёрный «Мерседес», вы знаете — проследовала прямиком к Башне Старка. И, что интересно, обратно он выехал только глубокой ночью. Совпадение? Может быть. Но у меня есть глаза даже там, где вы выключаете свет. И я видел, как два бокала виски стояли на балконе пентхауса. Видел, как два силуэта исчезли за дверями спальни. Видел, как один из них уехал до рассвета. Вопрос дня: что Золотой Омега делал в Башне Старка? И знает ли Капитан, что его бывший не терял времени даром? Подробности — по мере развития событий. А пока — доброе утро, элита. Наслаждайтесь. XOXO, Мститель.» Питер медленно опустил телефон. Это было плохо. Даже хуже, чем плохо. Это была катастрофа. Но хуже всего было то, что он не мог понять, кого именно пытается скомпрометировать «Мститель» — его, Стива или Тони. Или всех троих сразу. ЭмДжей ворвалась в квартиру ровно через пятнадцать минут, как и обещала. Она была без макияжа, в спортивном костюме — неслыханное дело, — и с двумя стаканчиками кофе. Один сунула Питеру, другой жадно отхлебнула сама. — Рассказывай, — потребовала она, падая на диван. — Всё. Без утайки. Питер сел напротив, сделал глоток кофе и задумался, с чего начать. Скрывать не имело смысла. ЭмДжей была не просто его лучшей подругой — она была его «Сереной», его доверенным лицом, его гаванью в шторм. — Я переспал с Тони Старком, — сказал он ровно. ЭмДжей не поперхнулась кофе. Не закричала. Она просто посмотрела на него долгим, изучающим взглядом и сказала: — Я знаю. — Откуда? — «Мститель». Ну, и ещё логика. — Она поставила стаканчик на журнальный столик. — Ты исчез с приёма, твоя машина была у Башни, ты не отвечал на звонки до двух ночи. К тому же, ты всегда говорил, что Старк тебя раздражает. А люди, которые нас раздражают, часто оказываются теми, кого мы на самом деле хотим. — Я не хотел его. — Ну да. Поэтому ты поехал к нему на вечеринку сразу после того, как публично уничтожил своего бывшего. Питер поморщился: — Это прозвучало хуже, чем было на самом деле. — А как было на самом деле? — ЭмДжей подалась вперёд. — Я не осуждаю. Правда, не осуждаю. Стив — ублюдок, и он получил по заслугам. Ты свободен. Но, Питер, Тони Старк? У него репутация хуже, чем у всего футбольного клуба вместе взятого. — Я знаю. — Он альфа. Развязный, самовлюблённый... — Я знаю. — Он никогда не был ни с кем дольше двух недель. Для него омеги — это просто список. Коллекция. Ты уверен, что хочешь быть в этой коллекции? Питер поставил стаканчик и сжал руки в замок: — Я не собираюсь быть в чьей-либо коллекции, Эм. Это был один раз. Одна ночь. Я был зол, уязвлён, и мне нужно было... что-то. Что угодно, что не было бы связано со Стивом и всей этой идеальной картинкой. — И ты выбрал Тони Старка. — Он сам меня пригласил. — Тони всех приглашает. Но не все соглашаются, а те, кто соглашается, обычно потом жалеют. Питер посмотрел на неё с вызовом: — Я не жалею. ЭмДжей прищурилась: — Правда? — Правда. — Он помолчал. — Было... не так, как я ожидал. Он был осторожен. Внимателен. Он... — О боже, — ЭмДжей откинулась на спинку дивана. — Ты влюбляешься. — Я не влюбляюсь! — Питер вскочил на ноги и тут же поморщился от резкой боли в пояснице. — Я просто констатирую факты. — Факты: ты переспал с человеком, который известен тем, что разбивает сердца. Ты сделал это через два дня после того, как тебе изменил твой бывший. И теперь ты сидишь передо мной и говоришь, что не жалеешь, а на твоей шее засос размером с четвертак. — Она вздохнула и сменила тон на более мягкий. — Питер, я не говорю, что ты сделал глупость. Но я прошу тебя быть осторожным. Тони Старк — это не решение. Это новая проблема. — Я и не ищу решений, — ответил Питер. — Я просто... живу. — Ну да, — ЭмДжей усмехнулась. — А жить для тебя — это всегда по плану. У тебя уже есть план? Питер не ответил. Потому что плана не было. Впервые за долгое время он действовал импульсивно, и теперь пожинал плоды этой импульсивности. Остаток утра прошёл в разговорах. ЭмДжей рассказывала о том, что творится в чатах элиты: все обсуждали посты «Мстителя», благотворительный вечер, публичное предложение Стива и отказ Питера. Никто пока не связывал исчезновение Питера с Башней Старка — в посте не было имён, намёк был туманным, — но рано или поздно кто-нибудь сложит два и два. — Стив будет рвать и метать, — заметила ЭмДжей. — Мне плевать. — Тебе не плевать. Ты ненавидишь, когда о тебе говорят. А сейчас о тебе говорит весь кампус. — Пусть говорят, — Питер пожал плечами с тем ледяным спокойствием, которое давалось ему годами практики. — Я ничего не сделал неправильно. — Ты бросил альфу, который тебе изменил. Это не неправильно. Но переспать с Тони Старком на следующий день после того, как бросил альфу? Некоторые скажут, что это... опрометчиво. — Некоторые всегда скажут что-нибудь. Это их работа. ЭмДжей ушла около полудня, оставив Питера одного. Он проводил её до дверей, а потом вернулся в гостиную и сел перед окном, глядя на заснеженный Бостон. Теперь, без ЭмДжей, тишина стала давящей. Он снова и снова прокручивал в памяти вчерашнюю ночь. Не только физические детали — хотя и они возвращались яркими, почти осязаемыми вспышками, — но и слова Тони. То, как он говорил о своём отце. То, как он сказал: «Ты — не случайный трофей». То, как он попросил: «Скажи, если больно». Тони Старк, которого Питер представлял грубым и циничным, оказался... другим. Но был ли он настоящим? Или это просто очередная маска, которую тот надевал, чтобы соблазнить очередного омегу? Питер не знал. И это бесило его больше всего. Понедельник пришёл слишком быстро и слишком громко. Кампус МИТ, ещё не остывший от скандалов предыдущей недели, встретил Питера гулом голосов и пристальными взглядами. Пост «Мстителя» о ночном визите в Башню Старка разошёлся за выходные, и теперь каждый студент — от первокурсников до магистрантов — строил свои теории. Питер шёл по главной аллее, прямой, как клинок, в тёмно-синем пальто от Burberry и кашемировом шарфе, и делал вид, что не замечает шёпота. Рядом шагала ЭмДжей, которая выполняла роль живого щита: её яростный взгляд заставлял большинство любопытных отводить глаза. — Просто игнорируй, — говорила она. — Ты выше этого. — Я знаю, — отвечал Питер, хотя внутри всё кипело. В «Тронном зале» их ждал Нед. Он сидел за их столом, уставившись в ноутбук, и выглядел так, будто не спал все выходные. — Ты похож на зомби, — заметил Питер, садясь напротив. — Я работал, — отозвался Нед, не поднимая глаз. — И кое-что нашёл. Но сначала... — Он наконец оторвался от экрана и посмотрел на Питера со странным выражением. — Это правда? То, что написал «Мститель»? Питер поколебался, но потом кивнул: — Да. — Ты и Старк? — Это была одна ночь. Ничего серьёзного. Нед присвистнул: — Чувак... Ты только что публично уничтожил Стива, а потом сразу же переспал с самым известным бабником кампуса. Тебя теперь либо боятся, либо боготворят. Или и то и другое. — Мне всё равно, — сказал Питер, и это было почти правдой. — Что ты нашёл? Нед тут же стал серьёзным. Он развернул ноутбук экраном к Питеру: — Помнишь, я говорил, что на Стиве есть что-то про стимуляторы? Ну, я нарыл. И это не просто слухи. — Он открыл несколько файлов. — У меня есть копии медицинских отчётов. Стив принимает тетрагидрогестринон. Это анаболик. Запрещён в NCAA. Если это всплывёт... — Его отстранят от соревнований, — закончил Питер, и его глаза сузились. — Надолго? — На год минимум. Может, навсегда. И это ещё не всё. — Нед открыл другую папку. — У меня есть свидетельства, что он распространял это среди команды. Не только принимал сам, но и продавал. Это уголовная статья. — Дай угадаю, — вмешалась ЭмДжей. — Мы отдадим это «Мстителю»? — Нет, — Питер покачал головой. — Мы сделаем иначе. «Мститель» сам нас найдёт. Или мы найдём его. Но Стив должен получить по заслугам не только от меня. От системы. — Ого, — сказал Нед. — Это уже не просто месть. Это аннигиляция. — Именно. До начала лекций оставалось полчаса. Питер попрощался с Недом и ЭмДжей и отправился в сторону библиотеки, чтобы подготовиться к семинару. Ему нужно было проветрить голову. Сосредоточиться на чём-то, кроме вчерашней ночи. Но судьба — или, скорее, Тони Старк — имела другие планы. Он ждал у кофейни, расположенной в атриуме главного корпуса. Прислонившись к колонне, с неизменным стаканом кофе в руке, в расстёгнутой куртке-бомбере поверх футболки с логотипом какой-то рок-группы. Выглядел он до отвращения свежим для человека, который полночи пил виски и ещё полночи... Питер подавил эту мысль и попытался пройти мимо. Не вышло. — Паркер, — голос Тони перехватил его, как рука, схватившая за шкирку. Питер остановился. Медленно обернулся. — Старк. — Ты сбежал так быстро, — Тони отлепился от колонны и шагнул ближе, — что я подумал: может, тебе не понравилось. — Улыбка была ленивой, но в глазах светилось что-то острое, оценивающее. — Хотя, судя по тому, как ты вскрикивал, тебе очень даже понравилось. Питер почувствовал, как кровь приливает к щекам, но взял себя в руки: — Это была просто разрядка после тяжёлого вечера. — Разрядка, — повторил Тони, смакуя слово. — Я слышал много эвфемизмов для секса, но этот — один из самых очаровательных. Значит, я был просто... инструментом? — А ты предпочитаешь другую роль? Тони усмехнулся, и в этой усмешке было что-то почти восхищённое: — Я предпочитаю честность. Ты хотел меня. Я хотел тебя. Мы отлично провели время. Зачем все эти танцы? — Моя репутация... — К чёрту репутацию, — перебил Тони. — Репутация — это то, что люди придумывают от скуки. Ты сам это знаешь, иначе не поехал бы ко мне той ночью. — Он отхлебнул кофе. — Кстати, приятно было принять участие в лишении тебя этого драгоценного статуса. Питер вспыхнул: — Ты невыносим. — Да. И это одна из причин, почему я тебе нравлюсь. — Тони смотрел на него с той лёгкой, подкалывающей улыбкой, которая выводила из себя. — Слушай, я не хочу ссориться. Я хотел сказать спасибо. За ту ночь. Ты был... — он замялся, подбирая слово, — великолепен. — Я не твой трофей, Старк. — Я знаю. — Улыбка исчезла. — Поэтому ты здесь, а не очередная галочка в списке. — Он помолчал. — Если захочешь повторить — ты знаешь, где меня найти. Он развернулся и пошёл прочь, прежде чем Питер успел ответить. И это было, наверное, к лучшему, потому что ответа у Питера не было. Он стоял посреди атриума, провожая взглядом широкую спину в чёрной куртке, и чувствовал себя так, будто его закрутило в центрифуге и выплюнуло на берег. Стив появился в поле зрения ближе к полудню. Он возник из толпы, словно призрак, — высокий, бледный, с покрасневшими глазами. Двое парней из его команды маячили за его спиной в качестве поддержки. Питер, сидевший в углу библиотеки с конспектами, заметил его слишком поздно. — Питер. Голос Стива был громким; люди вокруг начали оборачиваться. Питер отложил ручку и поднял глаза. — Что тебе нужно? — Правда. — Стив тяжело дышал. — То, что написал «Мститель», — это правда? Ты был у Старка? В библиотеке стало тихо. Студенты за соседними столами замерли, притворяясь, что читают, но на самом деле превратившись в слух. Питер почувствовал, как воздух накаляется от чужого любопытства, и внутри вспыхнула досада. Ещё одна публичная сцена. Ещё одно представление. — Тебе какая разница? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Какая разница?! — Стив почти кричал. — Мы были вместе два дня назад! Я сделал тебе предложение! А ты... — Ты изменил мне, — оборвал его Питер. — Ты целовал другую омегу, когда мы уже встречались. Ты лгал мне месяцами. Ты потерял право спрашивать меня о чём-либо. — И поэтому ты прыгнул в постель к Старку? — Стив скривился, и в его глазах блеснуло что-то тёмное. — Ты хоть понимаешь, как это выглядит? Мой омега, моя пара, с этим... — Я не твой омега. — Питер встал, и его голос стал ледяным. — Я не твоя собственность. Я не твоя пара. Я — человек, которого ты предал. И то, что я делаю с тех пор, тебя не касается. — Тебя переспал с ним! — слова Стива разнеслись по всей библиотеке. Питер медленно обошёл стол и встал прямо перед Стивом. Тот был выше, но Питер держал спину такой прямой, что разница в росте не имела значения. — Да, — сказал он. — Я переспал с Тони Старком. Это было моё решение. Я принял его добровольно. И знаешь что? Это было лучшее, что случилось со мной за последний год. Потому что в кои-то веки я сделал что-то для себя, а не для картинки. — Он наклонил голову. — Тебе знакомо это понятие, Стив? Делать что-то для себя? Стив побледнел так, что его губы стали почти белыми. — Ты... пожалеешь. — Я уже жалею, — сказал Питер. — Что потратила на тебя время. Что верила в образ, который ты создал. Что почти позволил тебе стать моим первым. — Он помолчал. — Но теперь всё кончено. Ты — никто, Стив. И чем скорее ты это поймёшь, тем лучше. Он взял свои вещи и вышел из библиотеки под гробовую тишину, нарушаемую только стуком его каблуков по мраморному полу. Вечером Питер сидел в своей квартире, на диване перед панорамным окном, и смотрел на город. ЭмДжей прислала сообщение: «Весь кампус обсуждает твою стычку со Стивом в библиотеке. Ты — легенда. Серьёзно, тебя либо канонизируют, либо сожгут на костре, но равнодушных нет.» Он не ответил. Телефон завибрировал снова. На этот раз — уведомление от Instagram. «Мститель» опубликовал новый пост. «Ну что ж, мои дорогие. Кажется, наша драма достигла точки кипения. Золотой Омега признался публично: да, он был в Башне Старка. Да, он не терял времени даром. И да, Капитан уничтожен — не только публичным отказом, но и осознанием, что его место занял тот, кого он презирает больше всех. Но вот что интересно: что теперь? Смирится ли Капитан с поражением? Или нанесёт ответный удар? И самое главное — что будет делать Плохой Альфа? Ведь одно дело — соблазнить самого неприступного омегу элиты, и совсем другое — удержать его. Ждите новостей. Игра только началась. XOXO, Мститель.» Питер отложил телефон и закрыл глаза. Он был измотан. Измотан до предела. Но где-то глубоко внутри, под слоями усталости и раздражения, теплилось странное чувство. Свобода. Он больше не был идеальным омегой Стива. Он больше не должен был соответствовать. Впервые за годы он делал то, что хотел, — и пусть весь мир обсуждал это, ему было всё равно. А Тони... Он вспомнил его утреннюю улыбку, его слова: «Если захочешь повторить — ты знаешь, где меня найти». Это было предложение. Чистое, без обязательств, без давления. И — Питер ненавидел признавать это — оно было заманчивым. Где-то в темноте, в своей комнате, уставленной мониторами, Локи Лафейсон перечитал свой последний пост и улыбнулся. Всё шло по плану. Даже лучше, чем по плану. Питер Паркер публично признался в связи с Тони Старком, и теперь Стив Роджерс загнан в угол. Загнанный зверь опасен — Локи знал это. И он знал, что Стив не смирится с поражением. Следующий ход будет за Капитаном. И Локи уже знал, каким он будет. Он открыл личные сообщения — те, что приходили на аккаунт «Мстителя», — и нашёл то, которое ждал. От Стива Роджерса. Короткое, яростное, полное отчаяния: «Мне нужно знать, кто ты. Я заплачу. Я достану что угодно. Мне нужна информация на Паркера. Всё. Любой ценой.» Локи прочитал сообщение дважды. Потом начал печатать ответ. --- Вы думали, что скандал в библиотеке — это финал? О нет. Это только второй акт. Капитан загнан в угол. А загнанный зверь кусает даже тех, кто когда-то был ему дорог. Что он готов предложить за уничтожение своего врага? И кто этот враг теперь — Золотой Омега, Плохой Альфа или кто-то ещё? Ответы приближаются. А пока — следите за новостями. И помните: я всегда рядом. XOXO, Мститель.