Всё есть цикл

Кровать пусть и большая, но они оба тоже, и Арсений занимает вокруг всё пространство: его запах, его элегантно залезающая на другую половину нога, его рука, случайно оказавшаяся на пояснице Антона. Шастун ещё раз убеждается в том, что этот человек ему симпатичен и, может, даже больше. Чужой образ этому не помогает. Попов вырубается первым, а Антон долго лежит и думает, но уже не о конце света, а о том, что чувствует к Арсению. Утром он встаёт бодрячком, что очень странно. Попова рядом нет, и Антон идёт в душ и совершать утренние гигиенические процедуры. Арсений на кухне в растянутых домашних трениках и без футболки выглядит по-новому, но Антону нравится, настолько, что он на нём залипает на добрые пять минут, пока сам Попов не замечает его, стоящего в дверях. — Нам что-то нужно сделать, — Антон сразу рвется в бой. И Арсений его осаждает. Тот явно во всём этом дольше и знает, вероятно, больше, и Шастуну не терпится узнать, какой план у него. Но тот пока не спешит делиться. — Нужно делать вид, будто ничего не было. — просит Попов. Хули Шастун это исполняет. Он снова ошивается около секретной лаборатории и вразумляется только с приходом Арсения. Но тогда оказывается уже поздно. — Просил же тебя, придурка, не лезть, — зло шепчет ему Арсений на ухо, прижимая к стене и пытаясь спрятаться за выступом от глаз других сотрудников, но это с треском проваливается, и шаги слышатся в их направлении. Антон понимает, что он дебил. А ещё Арсений к нему слишком близко и, кажется, что терять уже нечего. И он решает пойти на самую банальную вещь, только от неё сердце почему-то начинает биться неровно. Он Арсения целует. Тянет на себя, вжимается всем телом, приобнимает и смакует каждое прикосновение чужих губ. Попов почему-то даже не сопротивляется. Они слышат громкий хмык за спинами и отстраняются друг от друга. — В следующий раз постарайтесь заниматься этим не на рабочем месте, голуби, — просит сотрудник с более высоким уровнем доступа. И парни спокойно уходят, потому что их отпускают. Но вся ситуация Антона не отпускает, и он в шоке и из-за своего поведения, и из-за того, что случилось. Арсений делает вид, будто всё так и было задумано, и хвалит его за сообразительность. — Ты молодец, что быстро отреагировал. Но всё же мы из-за тебя в такое положение попали, так что больше туда ни ногой. Антон задумчиво кивает, а потом поднимает на него глаза. Нужно поговорить. всё же для Антона это навряд ли была просто актёрская игра. Сегодня Арсений тоже его к себе приглашает, и это оказывается Шастуну на руку. Ему нужно обсудить поцелуй. Пока что тот занимает все его мысли, и он даже не может переключиться на что-то более глобальное. Это неправильно. — Пойдем пить чай, — предлагает Арсений, когда Шастун снова входит к нему в квартиру. Антон кивает, он не против, как раз можно будет поговорить. Но он сидит, тупо смотрит на Арсения и не может решиться. А что, если над ним посмеются? Его оттолкнут? Скажут, что он ненормальный, больной? Антон — человек, отрицающий чувства и руководствующийся логикой, сейчас как раз этим пытается оправдать свою трусость. — Между нами… — начинает Шастун. И Попов его быстро перебивает, как будто решая дать досрочный ответ. — Всё хорошо. Антон этому рад, но его вопрос заключался всё же в другом, и сейчас он это пытается уточнить. — Ты мне нравишься, Арс. — признаётся Шастун, ожидая каких-нибудь нотаций или шуток. Но Попов не злится, не орёт на него, не посылает на все четыре стороны, значит шанс ещё есть. У Попова на лице отображаются сложные мыслительные процессы. — Знаешь, Шаст, меня растили в традиционной семье со строгой дисциплиной, — Антон не понимает, к чему такая информация. — И ко мне приелись консервативные взгляды. Я не могу до конца отпустить себя, мне до сих пор кажется, что меня контролируют и я должен как-то скрывать все свои эмоции. Возможно, я сам себе запрещаю что-либо. Но если представить, что нам остались считанные годы и скоро весь мир полетит к ебеням, то, наверное, пришло время признаться в своих реальных желаниях. Шастун всё ещё ничего не понимает, понимает только то, что у Попова было сложное прошлое. Но Арсений больше ничего не говорит прямо. Он тянется вперёд и накрывает его губы своими. И Антон отвечает на поцелуй. Он не может упустить такую возможность. Вроде на них не смотрят и им ничто не угрожает в данный момент, но поцелуй всё равно получается какой-то нервный, резкий, быстрый. Арсений кусает его губы, вцепляется пальцами в плечи. Есть ощущение, что тот будто дорвался до чего-то запретного, хотя Попов именно про это говорил ему несколько секунд назад.