Настырный романтик

      После отчаянного побега из церкви Леон и Эшли направились к месту эвакуации. Тяжёлый путь пролегал через извилистые тропы деревни, где бушевал неистовый шторм, обрушивая на землю потоки воды и порывы ветра. На каждом шагу их подстерегали опасности: коварные капканы и толпы разъярённых фанатиков, чьи глаза горели зловещим красным светом — признаки пробуждающегося в них паразита плага. Их преследовали не только обезумевшие фермеры, но и жуткие заражённые псы, и Кеннеди до последнего вздоха защищал Эшли.       Добравшись до центра деревни, они столкнулись с новой волной противников: обезображенные псы, на чьих спинах копошились живые паразиты, угрожающе щерились острыми клыками. Фермеры, словно безумные, метали топоры и расставляли капканы. Леон, не колеблясь, открыл огонь, сдерживая натиск врагов, рвущихся к ним с Эшли. Преодолевая все препятствия, они пробивались к свободе. Вскоре перед ними возник большой мост, ведущий к дому, из окон которого лился тёплый свет, нарушавший зловещую тишину. Но едва они ступили на середину моста, в рации Леона раздался голос Ингрид, его помощницы. Она сообщила, что из-за непогоды вертолёт не сможет прилететь. Агент был явно разочарован, но девушка поспешила успокоить его, сказав, что они наняли другой самолёт и ему нужно добраться до нового места эвакуации. Леон, приняв информацию, бросил трубку.       Когда они достигли конца моста, путь им преградили деревенщины с факелами. Такая же группа появилась и с другой стороны. Эшли в панике спросила, что им делать, на что Леон решительно приказал ей бежать в дом.       Забежав внутрь, Кеннеди принялся искать, чем забаррикадировать дверь, как вдруг появился Луис и подкинул ему толстую доску. Пока Леон укреплял дверь, Луис осматривал Эшли, отпуская сальные комплименты в её адрес, что вызвало у девушки явное отвращение. Изящно признав свою вину, испанец вежливо поинтересовался её именем, затем обратился к Кеннеди, спрашивая, знает ли он, что Эшли заражена. Леон тут же ответил, что с ней всё в порядке. Луис спокойно возразил, заметив, что заражение проявляется определёнными симптомами.       Испуганная Эшли указала на заколоченное окно, к которому приближалась толпа фермеров с вилами и факелами, выкрикивая что-то неразборчивое на странном языке. Леон приказал Эшли спрятаться и вместе с Луисом приготовился к обороне.       Во время ожесточённой схватки Луис помогал агенту, подкидывая патроны. Кеннеди, в свою очередь, спасал его от разъярённых врагов. Они прикрывали друг друга, стараясь выжить. Луис, не теряя присутствия духа, высмеивал деревенщин, вызывая у них ещё большую ярость. Каждый раз, когда Леону доставалось, он с беспокойством спрашивал, всё ли с ним в порядке. Несмотря на своё легкомыслие и трусоватость, Луис был готов прийти на помощь своим новым друзьям.       После напряжённой битвы деревенщины внезапно, словно по команде, отступили, оставив мужчин и Эшли в доме одних.       — Кажется, они отступают, — заметил Кеннеди.       — Что мы теперь будем делать? — спросил Луис, пряча свой пистолет Red9.       Со второго этажа спустилась перепуганная Эшли, оглядывая мужчин.       — Мост, по которому я сюда добрался, разрушен, — объяснил Леон, глядя на испанца. — Думаю, у нас нет выбора, нужно двигаться дальше.       Услышав слова Леона, Эшли всё ещё испуганно смотрела на него, понимая, что их ждёт непростой путь. Луис же, убедившись, что путь свободен, задумал улизнуть.       — Я кое-что забыл. Вы, ребята, идите без меня. Я позже догоню вас, — сказал он и уже собрался уйти, но Леон его остановил:       — Постой, — прервал его агент. — Объясни сначала. Почему ты сбежал, когда Фелисити нужна была твоя помощь? Ты бросил её, когда она попала в охотничью ловушку!       Кеннеди строго смотрел на испанца. В его глазах не было стыда, но чувствовался страх, вызванный упоминанием девушки. Он не знал, с чего начать и как объяснить всё этому ничего не понимающему парню. К тому же, он вряд ли поверит его словам.       — Понимаешь, мой друг, Фелисити не совсем человек, — начал Луис, на что Леон нахмурил брови.       — Что?       Луис снова замолчал. В этот момент на первый этаж спустилась Эшли.       — Вирус, которым её заразили, гораздо хуже вашего, — пояснил Луис.       Кеннеди не хотел верить его словам. Он не видел в Фелисити никакой опасности, она казалась совершенно обычной девушкой, разве что с немного сложным характером. Однако он чувствовал, что она стала его избегать. Может быть, Сера прав?       — Какие у неё симптомы? — серьёзно спросил Леон.       — Сказки про вампиров слышал? — с усмешкой спросил испанец, а агент лишь покачал головой, не веря в эти легенды. — Так вот, она теперь их потомок, но отличается от них своей жаждой крови. Вампиры обычно пьют кровь, чтобы выжить, а Фелисити, хоть и выглядит как человек и питается как человек, при виде свежей человеческой крови впадает в безумие. Она без колебаний убьёт и выпьет всю кровь, чтобы утолить не только жажду, но и избавиться от безумия. Таких потомков вампиров называют упырями. Они гораздо опаснее и жесточе кровососов. Я не знаю, где эти уроды нашли препарат, превращающий людей в упырей, но скажу одно: Фелисити в опасности.       Выслушав Луиса, Леон не мог поверить своим ушам. Неужели Фелисити действительно упырь? Преодолевая страх за себя и за Эшли, он хотел её найти и узнать правду. Что это: бред сумасшедшего или реальность? Но прежде чем отпустить Серу, он задал последний вопрос:       — Можно ли как-то остановить эту жажду?       Луис лишь пожал плечами, признавшись, что сам не знает, как бороться с этими существами, тем более как унять их голод.       — Одно могу сказать, амиго: держись от неё подальше и не рань себя. Пока ты не превратился в такую же тварь, как и те селяне, ты для неё — еда, — ответил испанец, покидая дом. — Ещё увидимся!       Луис спокойно покинул дом и направился в сторону забора, а Леон наблюдая за ним обдумывал его слова, он до сих пор не мог прийти в себя. Мир словно перевернулся, он не мог поверить, что Фелисити монстр и стояла с ним рядом, если бы он этого не знал и случайно поранился, то он бы умер и не спас Эшли. Но Крейн избегала его, неизвестно знает ли она о своей силе или нет, либо не доверяет ему. Он хочет с ней поговорить, он не оставит это просто так.       Они покинули дом и продолжали путь, за домом горел голубой свет, агент сразу узнал его, он направился туда и встретил торговца, тот счастливо поприветствовал его и открыл плащ, предлагая товары. Леон продал пару драгоценностей, но товары от него были не нужны. Торговец тихо усмехнулся и поблагодарил за драгоценности, но оглядев парня, он остановил его.       — Незнакомец, хочу кое-что передать, — из кармана плаща, он достал листок бумаги, тот принял, но не стал читать. — Эту записку мне дала одна девушка, с красивыми золотистыми глазами. Она хоть и с осторожностью, но она попросила передать тебе от неё сообщение.       Леон сразу понял, от кого эта записка, он её сразу же развернул и увидел тот же корявый подчерк, а буквы стирались, словно их писали углем. Он сразу начал читать:       «Солдафон, надеюсь ты добрался до этого места, впереди ждет полный хаос. Я поймала одного посланника и убила, у него в кармане нашла сообщение, что нужно перекрыть проход вперед. Там два пути, либо с толпой зараженных селян (слева), либо с огромным троллем (справа). Я пойду вперед к зараженным ублюдкам, попытаюсь пройти не заметно, дальше выбор за тобой встретимся на месте эвакуации»       Прочитав сообщение Леон мягко улыбнулся, он почувствовал её самоуверенность через её письмо и похоже, Фелисити начала ему доверять, что уже дает подсказки. Свернув записку, он спрятал в карман и кивнув торговцу, направились в сторону света. Они дошли до большого рычага и перед ними два пути, которые остаются загадкой, Кеннеди не знал куда идти. Он повернул рычаг вправо и ворота в тот проход открылся, агент напряженно смотрел в проход. Ему было не по себе, он знал, что впереди их ждет ловушка.       Они двинулись к проходу, уходящему вниз. Толкнув дверь, Леон увидел перед собой глубокое ущелье, чьи скалы были испещрены платформами и мостами. Он внимательно осмотрелся. Впереди возвышались высокие, словно неприступные заборы, тянущиеся до вершин скал. Там виднелась дверь, но она была надежно заперта. Интуиция подсказывала Леону, что стоит им выйти на открытое место, как они тут же подвергнутся нападению. Больше всего он боялся за Эшли, за то, сможет ли уберечь её. Воспоминания о словах Фелисити кольнули его память: впереди их ждет Эль Гиганте, огромный тролль, еще одно чудовище, порожденное этим проклятым местом.       Леон вышел из тайного прохода, жестом подзывая Эшли. Девушка, дрожа от страха, робко последовала за ним, стараясь держаться как можно ближе. Кеннеди достал свой верный пистолет, до отказа набитый патронами. Он крепко сжал оружие в руке, напряженно прислушиваясь к каждому шороху. Холодный, пронизывающий ветер со свистом пронесся по ущелью, принося с собой запах смерти — крови и мороза.       Едва они добрались до середины ущелья, как позади, с оглушительным грохотом, спрыгнул со скалы Эль Гиганте. Его утробный рык наполнил все вокруг ужасом. Монстр надвигался на агента и девушку, словно оживший кошмар. Леон отчаянно стрелял ему в голову, но чудовище, казалось, не замечало пуль. Оно продолжало уверенно приближаться, намереваясь схватить их и раздавить в своих огромных лапах, словно надоедливых насекомых. Парень приказал Эшли не отходить от него ни на шаг, та, повинуясь, вжалась в его спину, но от страха её колени подкосились, и она, съежившись, опустилась на землю, закрыв голову руками.       Взгляд Леона случайно упал на огромный валун, нависший над ними. Он удерживался лишь хлипким мостиком. Не теряя ни секунды, агент выстрелил в опорную балку. От силы удара дерево мгновенно переломилось, и многотонная глыба обрушилась прямо на голову гиганта. От чудовищного удара монстр рухнул на одно колено, и из его спины вырвался отвратительный паразит. Заметив его, Леон крикнул Эшли, чтобы она оставалась на месте, а сам, рискуя жизнью, прыгнул на спину твари и принялся яростно кромсать ножом мерзкое членистоногое. Но он не успел добить паразита — Эль Гиганте, взревев от боли и ярости, сбросил его со спины, едва не раздавив своей огромной ногой. Лишь чудом Леон успел увернуться и, кубарем перекатившись по земле, отполз к оцепеневшей от ужаса Эшли.       Кеннеди, глядя на надвигающегося монстра, понял, что они в ловушке. В отчаянии он заметил замок на двери, ведущей дальше. Один точный выстрел — и замок разлетелся вдребезги. Леон схватил Эшли за руку, и они, не оглядываясь, бросились в открывшийся проход. Эль Гиганте, обезумев от ярости, сломал забор и огромными скачками помчался за ними. Каждый его шаг сотрясал землю, а рык походил на раскаты грома. Леон, подгоняя Эшли, велел ей бежать, не оглядываясь, а сам, на бегу, отстреливался от разъяренного монстра, целясь только в голову. Когда они, задыхаясь, добрались до выхода, их ждало новое разочарование — дверь была заперта, и открыть её без ключа не представлялось возможным.       Казалось, их жизнь оборвется здесь, под ногами чудовищного гиганта. Леон до последнего загораживал Эшли, готовый пожертвовать собой, чтобы спасти её. Но внезапно, к его величайшему удивлению, на помощь пришла неожиданная подмога. Где-то в горах, воцарилась кромешная тьма, раздался винтовочный выстрел. Разглядеть спасителя было невозможно. Казалось, он делал это не из жалости, а из каких-то своих, неведомых соображений. Пуля пронзила спину чудовища, откуда вылезал паразит, и точно угодила в то место, где он прятался. Эль Гиганте издал нечеловеческий вопль агонии и с грохотом рухнул наземь, прямо перед Леоном. Ошеломленный агент тут же попытался разглядеть своего спасителя, но тщетно. Лишь короткий отблеск жёлтых глаз заставил его поднять взгляд. На одной из деревянных платформ на горе, держа в руках винтовку, стояла тёмная фигура.       Кеннеди не знал, кто это мог быть, но этот человек стоял, словно статуя, ожидая от него благодарности. Агент, глядя на фигуру, кивнул ей в знак признательности. В ответ фигура едва заметно двинулась и тут же растворилась в горах. Видимо, убедившись, что с ними всё в порядке, спаситель покинул их.       Придя в себя, Леон тщательно обследовал территорию ущелья и в одном из покосившихся домиков обнаружил ключ от запертой двери, а там же — коробку с патронами. Они выбрались из ущелья и направились к воротам, ведущим к месту, где их должен был забрать вертолёт… Но Фелисити нигде не было. Неужели её схватили? Или она передумала улетать? Этот вопрос не давал Леону покоя. Но сейчас ворота были заперты, и проникнуть туда было невозможно. Внезапно на одной из вышек он заметил голубоватый огонёк. Он сразу узнал его и поспешил туда.       Добравшись до вышки, Леон увидел торговца. Но во взгляде старика было что-то не так — его глаза горели красным, хотя он и не проявлял агрессии. Леон, испытывая вполне объяснимую тревогу, всё же рискнул подойти к нему. Торговец, заметив его нерешительность, едва слышно усмехнулся.       — Бояться меня стоит, незнакомец, — произнёс он хриплым голосом. — Я хоть и один из этих уродцев, но я держу эту заразу под контролем, так что при свете дня можешь не опасаться меня. Тем более, у меня для тебя есть новые товары и… кое-какие вести.       Кеннеди тут же заинтересовался вестями, а о товарах пока не стал думать.       — Что за вести? — спросил он.       — Твоя подруга приходила ко мне. Её глаза, как и у меня, горели в свете полной луны, но не от моих товаров. Да, она тоже заражена этой жуткой болезнью, однако нападать не стала. Лишь хотела узнать, не видел ли я тебя с твоей спутницей. И когда я ответил ей, она, кажется, выдохнула с облегчением. Видимо, она боялась вас встретить… Она купила у меня винтовку за несколько золотых украшений с изумрудами и рубинами — не мог отказаться от такого предложения. Похоже, тот выстрел за воротами был сделан именно из её винтовки.       В душе Леона смешались радость и тревога. Он так и думал, что спасителем была Фелисити, и он был счастлив, что она поступила благородно, отбросив свою гордость. Однако его беспокоили слова торговца: «Она выдохнула с облегчением… Видимо, она боялась вас встретить…» Чего же она боится? Вспомнив слова Луиса и самого торговца о том, что глаза Фелисити горели красным, и она заражена тем же вирусом, что и он, но гораздо в более тяжелой форме, чем селяне.       — Дальше твой путь лежит через эти ворота. Там тебя ждёт спасение, — загадочно произнёс торговец.       — Куда ушла эта девушка? — спросил Кеннеди.       — Не знаю. Она сказала, что хочет найти ключ от ворот, однако этот ключ не так прост, как кажется, и добыть его будет очень непросто…       Кеннеди нахмурил брови.       — Какой ключ?       — Глаз… Стеклянный глаз старосты этой деревни.       Эти слова торговца прозвучали, как гром среди ясного неба. Староста — огромный и опасный противник. При первой их встрече он играючи отшвырнул Леона, а во второй — легко мог задушить, но, повинуясь приказам своего хозяина, оставил его в живых. Кеннеди чувствовал, что их следующая встреча будет смертельной. Но нужно двигаться вперёд, и ему придется найти этого проклятого старосту и убить его.       — Где этот староста? — спросил Кеннеди.       — На скотобойне, — ответил торговец. — Поднимись в горы, там недалеко есть подъёмник. Удачи тебе, незнакомец.       Кеннеди кивнул торговцу и направился к воротам, обдумывая, как найти туда другой путь. Дойдя до ворот, он заметил впереди несколько вагончиков подъёмника и какое-то здание. Они тут же направились туда.       Добравшись до подъемника, где кабинки плавно скользили вверх и вниз по тросам, словно механические птицы, агент Кеннеди уверенно направился к платформе прибытия.       — Эшли, держись рядом, — скомандовал он, не отрывая взгляда от окрестностей.       Едва они начали спуск, как из укрытий высыпали арбалетчики, осыпая их градом огненных стрел. Леон молниеносно уклонялся от смертоносного дождя, а Эшли, пригнувшись, старалась не стать мишенью. Агент, не теряя ни секунды, открыл огонь из пистолета, меткими выстрелами поражая врагов, которые, теряя равновесие, срывались в пропасть.       Наконец, достигнув нижней платформы, они покинули кабинку и продолжили путь к скотобойне, расположенной где-то в горах. Неподалеку виднелось небольшое здание управления подъемником, но Леон, не тратя времени, свернул направо к железной лестнице.       Спускаясь в ущелье, Леон не мог отделаться от слов торговца о Фелисити. «Боится встретиться со мной вживую…» — эхом отдавалось в его голове. Он знал, что за этими словами скрывается правда, но не хотел сейчас об этом думать. Он чувствовал, что должен помочь ей, узнать ее лучше, возможно, даже подружиться. Он обязательно найдет ее и поговорит.       Внизу их встретила темная тропа, зловеще поблескивающая в свете луны. Леон включил фонарь, высвечивая мокрую от недавнего дождя дорогу, усыпанную опавшими листьями и небольшими лужами. Тропа вела к внушительным железным воротам, над которыми зловеще каркали вороны, рассевшиеся на ветвях деревьев. Эшли, дрожа от холода и страха, робко прижалась к Леону, идущему впереди и освещающему им путь.       Леон распахнул ворота, и они прошли внутрь. Тропа уводила вниз по склону, где вдали виднелся большой амбар — скотобойня, о которой упоминал торговец. Приблизившись ко входу, Леон почувствовал неладное — их ждала ловушка.       — Эшли, оставайся здесь, — приказал он, и девушка послушно спряталась за углом здания, с тревогой прошептав:       — Удачи…       Войдя внутрь скотобойни, Леон увидел старосту деревни, поджидающего его в темноте. Тот попытался сломать ему шею, но, потерпев неудачу, грубо отбросил его в сторону, чтобы запереть в здании. С маниакальным блеском в глазах староста начал отчитывать Леона за то, что тот не принимает «дар», а затем попытался схватить агента. Леон увернулся и бросил в него бочку с бензином. Горючая жидкость разлилась по полу, достигнув ног старосты, и Кеннеди выстрелил в бочку.       Раздался оглушительный взрыв, и скотобойню охватило пламя. Из огня возникло чудовищное существо, в котором с трудом можно было узнать старосту. Ребра выпирали наружу, тело вытянулось, став огромным и уродливым. Монстр, искаженным голосом, начал уговаривать Леона принять «дар божий», дарованный лордом Саддлером. Леон, игнорируя чудовище, продолжал стрелять ему в голову.       Битва была жестокой и беспощадной. Огонь пожирал скотобойню, а Мендес, пытаясь раздавить агента, швырял его из стороны в сторону. Но Леон не сдавался, уклоняясь от ударов и продолжая отстреливаться. Вскоре пламя добралось до второго этажа, грозя обрушить все здание. После многочисленных выстрелов нижняя часть тела монстра оторвалась, оставив лишь верхнюю часть с клешнями, которые цеплялись за уцелевшие балки.       Монстр, словно безумный паук, перескакивал с балки на балку, преследуя агента и пытаясь разрубить его своими клешнями. Однако Леон был готов к этой схватке. Ловко уклоняясь от атак, он выжидал подходящего момента для контрудара.       После нескольких метких выстрелов и ударов ножом чудовище, в которое превратился староста деревни, рухнуло на землю, издав последний душераздирающий крик. Из его глазницы выпал фальшивый красный глаз — ключ, который Леон забрал, не теряя ни секунды. Стена скотобойни рухнула, и Леон, не мешкая, выбежал наружу. Эшли, увидев его, подбежала с тревогой, спрашивая, все ли с ним в порядке. Леон успокоил ее, и они вместе направились обратно к подъемнику, чтобы покинуть это проклятое место.       Добравшись до ворот, Леон приложил глаз старосты к сканеру. Механизм замка издал протяжный писк, и ворота открылись. Путь лежал дальше, по горной тропе к замку, видневшемуся вдали. Именно там, у ворот замка, их ждала обещанная эвакуация.       Но не успели они пройти и нескольких метров, как раздался рев мотора, и из-за поворота выскочил грузовик, несущийся прямо на них. Леон, выхватив пистолет, начал стрелять по водителю, но промахивался. Внезапно раздался выстрел, и пуля, выпущенная меткой рукой, поразила водителя. Грузовик, потеряв управление, перевернулся на бок. Леон обернулся и увидел Фелисити, целую и невредимую, стоящую с опущенной винтовкой и смотрящую на него с легкой улыбкой.       — Я не вовремя? — спросила она.       Леон не мог сдержать радости, увидев ее. Он улыбнулся и покачал головой.       — Ты очень вовремя, — сказал он, пряча пистолет в кобуру. — Пошлите, мы почти у цели.       — Не хочу портить настрой, но нам лучше бежать. За мной гонится целая толпа деревенщин, и я думаю, они не настроены на дружеский разговор.       И действительно, из-за поворота послышались крики и угрозы, а вдали замаячили факелы. Леон, не тратя времени на расспросы, скомандовал Эшли бежать за собой. Крейн последовала за ними. Фермеры, вооруженные вилами и факелами, с яростью гнались за ними, выкрикивая проклятия. Они мчались к замку, надеясь найти там убежище. Перебежав мост и оказавшись на территории замка, Леон приказал Фелисити схватиться за рычаг с другой стороны. Вдвоем они начали поднимать мост, отрезая путь разъяренной толпе. Крестьяне в бессильной злобе бросали копья и вилы, в угрожающе размахивая факелами.       Выдохнув с облегчением, когда мост был поднят, они направились во внутренний двор замка. Замок, казалось, был родом из Средневековья, но, несмотря на свой возраст, выглядел довольно неплохо сохранившемся. Леон осторожно осмотрелся, и, убедившись, что все спокойно, подозвал девушек.       — Эшли, держись рядом, — снова повторил он.       Он посмотрел на Фелисити. Та была спокойна, словно ничего не произошло. У Леона пересохло в горле, и он не знал, с чего начать разговор, когда все утихнет. Он не боялся ее, нет. Он боялся той правды, которую он услышал от Луиса. Если это правда, то он должен найти способ помочь ей.