Настырный романтик

      С момента расставания с Фелисити, Леон с трудом добрался до деревни, где его взору предстала зловещая картина: горы трупов, устилающие улицы. Бойни, которой он ожидал, не было. Судя по всему, Фелисити уже побывала здесь и покинула деревню, оставив за собой лишь безмолвное свидетельство ужаса. После непростого столкновения со старостой, Леон обнаружил в его доме ключ, открывающий путь к церкви. Не теряя времени, он устремился к заветной цели, предвкушая новые столкновения с обезумевшими зараженными, но надеясь вырваться вперёд.       Войдя в дом, Леон обнаружил люк, ведущий в секретный проход. Там он наткнулся на торговца, у которого приобрёл новое оружие и целебные спреи. Рядом находилась лестница, выводящая из мрачного туннеля прямо на улицу. Впереди виднелась тропа, ведущая к церкви, где, как он надеялся, держали Эшли. Тишина, царившая вокруг древнего храма, казалась зловещей. Безмолвные надгробия, словно призрачные стражи, стояли на небольшом поле, а карканье ворон лишь усиливали жуткую атмосферу.       Открыв скрипучие ворота, Леон увидел несколько тел селян с пулевыми ранениями — явный след пребывания Фелисити. Ворота в церковь оказались заперты, но рядом с ними валялся клочок бумаги. Неровный почерк, выведенный углем, безошибочно указывал на автора.       «Солдафон, в церкви я слышала чей-то плач. Возможно, это та девочка с фотографии. Ворота заперты, но я подслушала разговор о ключе под водопадом, где-то по пути к озеру. Желаю удачи в поисках. Я ищу выход из этой проклятой дыры.»       Леон мысленно поблагодарил Фелисити за подсказку и свернул на едва заметную тропу, уводящую вниз. Зловещая тишина лишь изредка нарушалась хриплым карканьем ворон, кружившихся над его головой зловещим роем, словно предчувствовавшим поживу.       Впереди маячил ветхий мост из грубо сколоченных досок. Преодолев его, Леон оказался в просторном карьере, напоминавшем заброшенную арену гладиаторских боев. Зловещая тишина, разбросанные тут и там кости, и зловещие тени ворон создавали гнетущее впечатление.       Пробираясь через болота и карабкаясь по горным склонам, Леон достиг утеса, откуда открывался вид на огромное озеро, окутанное зловещим туманом. Вскоре он заметил лодку, в которой находились селяне. Они остановились посреди озера и, словно совершая ритуал, сбросили в воду тело полицейского. Прежде чем Леон успел осознать происходящее, из-под воды взметнулось облако пены, и на мгновение показалась чудовищная пасть, мгновенно поглотившая тело. Холодный ужас сковал Кеннеди. В этих проклятых землях обитали не только зараженные, но и нечто гораздо более ужасное.       Леон понимал, что единственный путь вперед лежит через озеро. Добравшись до причала, он вскочил в катер и направился к противоположному берегу. Лавируя между плавучими бревнами и острыми скалами, он почувствовал, как водная гладь вокруг забурлила. Обернувшись, Леон увидел, как за ним несется огромная тень — озерный монстр начал свою охоту. Из пучины вырвалось чудовище с пастью, способной проглотить катер целиком. Схватив гарпун, Леон вступил в отчаянную схватку. Катер дёргался за монстром, а Леон раз за разом вонзал гарпуны в его шкуру.       Кеннеди достойно сражался и уже думал, что победил, но вдруг почувствовал слабость, а по телу разлилась обжигающая боль. Собрав последние силы, он доплыл до берега и, с трудом добравшись до ближайшего дома, выбил дверь и рухнул на пол, издав истошный стон.       Спустя несколько мучительных часов Леон пришел в себя. Едва встав на ноги, он ощутил острую, пульсирующую боль в груди. Взглянув на свои руки, он замер в ужасе — черные вены зловещими нитями оплетали их, устремляясь к голове. Сердце бешено заколотилось, предчувствуя неминуемую гибель. Но внезапно видение исчезло, словно дурной сон.       Леон очнулся в небольшом домике. Непроглядная тьма царила вокруг, а за окном бушевал шторм. Он снова взглянул на свои руки, но не обнаружил никаких следов проклятой заразы. Тем не менее, гнетущее предчувствие не покидало его. Сердце бешено билось от страха, что он может превратиться в чудовище, подобное жителям деревни. Однако, прежде чем разбираться с проклятием, он должен найти ключ, спасти Эшли, а затем воссоединиться с Луисом и Фелисити и бежать из этого гиблого места.       Кеннеди добрался до водопада. Следуя указаниям, он нашел потайной ход и заполучил заветный ключ. Но путь к нему был усеян трупами зараженных, пытавшихся остановить агента.       Путь к церкви после переправы через озеро оказался еще опаснее. В районе карьера проснулось гигантское существо, напоминавшее разъяренного тролля. Им двигал лишь голод, и он жаждал разорвать агента на части. Кеннеди яростно сражался за свою жизнь, когда на помощь неожиданно пришел пес с белоснежной шерстью, которого он спас из капкана. Пес отвлекал гиганта, кусая его за ноги, пока Леон обстреливал его голову.       Когда монстр ослабел, из его спины вырвался мерзкий паразит, разрывая плоть. Кеннеди, не мешкая, запрыгнул на спину чудовища и начал кромсать паразита своим ножом. После нескольких ударов паразит лопнул, обрызгав зловонной кровью все вокруг, и монстр рухнул замертво. После победы пес скрылся в неизвестном направлении, а Леон продолжил свой путь к церкви.       Кеннеди смог добраться до церкви и найти Эшли. Она была напугана и не сразу поверила Леону, приняв его за одного из похитителей. Но, услышав, что он действует по личному приказу президента, девушка успокоилась и последовала за ним. Узнав от Ханниган координаты эвакуационного вертолета, они направились к выходу, но Леон понимал, что сначала должен найти Луиса и Фелисити, ведь он обещал спасти её из этого кошмара.       Едва они приблизились к выходу из церкви, как их встретил сам лорд Саддлер. Он признался, что дочь президента нужна ему для укрепления власти и влияния, и сообщил, что сделал Эшли «небольшой подарок», внедрив паразита, который растет внутри нее. И тут Леон понял, что и сам заражен. Словно празднуя победу, Саддлер спросил, не лучший ли это способ распространить его веру, на что Леон ответил, что скорее распространит иноземную заразу. В этот момент ворота церкви распахнулись, и ворвались монахи в темных плащах, с горящими арбалетными стрелами, преграждая выход. Леон, не раздумывая, схватил Эшли за руку и выпрыгнул из окна.       Приземлившись, они оказались в темной кладовке, заставленной ящиками и бочками с маслом. Леон помог Эшли подняться, осматривая ее на предмет ран. Лицо его выражало тревогу: впереди ещё были уготованы серьёзные испытания, и времени оставалось мало.       — Эшли, ты в порядке? — спросил Леон, тревожно глядя на перепуганную девушку.       — Леон, — проговорила она дрожащим голосом, — что теперь с нами будет?       — Не бойся. Мы что-нибудь придумаем…       Не успел он договорить, как раздались выстрелы. Однако звук исходил не от арбалетов, а от пистолета — кто-то ворвался в церковь и открыл огонь. Леон напряженно прислушался, помогая Эшли подняться на ноги. Внезапно стрельба прекратилась, и послышались тихие, осторожные шаги. В разбитом окне показалась голова Фелисити с пистолетом в руках. Кеннеди не мог скрыть своей радости.       — Фелисити! Рад тебя видеть, — искренне произнес агент, не в силах сдержать улыбку.       На губах девушки появилась едва заметная улыбка. Она тоже была удивлена, увидев Кеннеди с той самой девушкой с фотографии.       — Вижу, ты нашел, что искал, — начала она, оценивающе рассматривая Эшли. — Куда дальше путь держите?       — Вертолет ждет нас на другой стороне деревни, — ответил Кеннеди. — Полетим вместе.       Фелисити посмотрела ему в глаза, пытаясь найти подвох, но увидела лишь искреннее желание помочь. Однако гордость не позволяла ей принять помощь.       — Лучше разделиться, не хочу отвлекать тебя, — ответила Фелисити. — Я доберусь до места эвакуации сама. Удачи, солдафон.       — Фелисити! — твердо выкрикнул Леон.       Но секунду спустя Крейн вернулась, чтобы предупредить их:       — Кстати, за дверью вас ждет толпа разъяренных селян, — сообщила она. — Постараюсь задержать их, но не обещаю, патроны почти на исходе. Если что, буду рвать голыми руками. Удачи!       Фелисити выскользнула за дверь, а Леон, недовольно фыркнув, посмотрел в окно. Его беспокоило упорство Фелисити и её нежелание принять помощь.       — А кто это? — осторожно спросила Эшли.       Кеннеди тяжело вздохнул.       — Такая же жертва, как и ты. — ответил Леон.       — Она красивая, — улыбнулась Эшли.       — Да, — тихо усмехнулся Кеннеди, направляясь к выходу. — Она что надо.       Выскользнув из кладовки, они окунулись в проливной дождь. Шторм бушевал над деревней, словно стихия пыталась смыть с лица земли все следы произошедших здесь ужасов. Кеннеди понимал, что эвакуация может задержаться, и ситуация становилась все более отчаянной, надо было двигаться к указанному месту.