Мы из будущего, не влюблены

Говоря честно, следующее утро… странное. Катара не может перестать думать о том, что видела вчера. О том, как вели себя Сокка и Зуко. Это… было обычным совпадением, верно? Просто Сокка почему-то доверяет Зуко. Между ними ничего нет. Туи и Ла, Сокке нравятся девушки. Но это не значит, что ему не нравятся парни. Это… необычно, если Катара будет говорить честно. Дома таких людей не было — но позже, когда они начали путешествовать по миру, Катара начала замечать, что иногда женщины немного ближе друг к другу, чем следует, так что, может быть, мужчины тоже могут… И Сокка тоже… Нет. Нет, нет, нет. Катара не будет думать о таком. Ни за что. Это, должно быть, сон. Или, может, Катара слишком думает и видит того, чего не существует. Это, должно быть, совпадение. Итак. Это, должно быть, совпадение. Бессмысленно паниковать без причины. Да. Катара должна быть спокойна, абсолютна спокойна, и она не запаникует. Нет. Вндь для паники нет никакой причина, да? Вот только утром, когда она просыпается, то понимает, что она не одна. Катара привыкла, что утром просыпается первой. Она первая встаёт и готовит завтрак, и только затем просыпаются её друзья. Сегодня всё не так. Сегодня у костра сидят двое человек. Сокка. И Зуко, которому они должны доверять. Чего Катаре, конечно же, не хочется делать, но ей не хватило голосов, так что… что ж, у неё не было выбора. У костра сидят Сокка и Зуко. Сокка рассказывает глупую шутку, отчего на лице Зуко появляется лёгкая улыбка. Зуко готовит им еду. Сокка сидит рядом с ним, явно ожидая этого. — Привет, Катара! — Сокка широко улыбается ей, как будто это совершенно нормальное утро. — Как спалось? — Я бы спала лучше, если бы не тот факт, что в нашем лагере враг, — Катара холодно отвечает, с подозрением глядя на Зуко. — В Ба Синг Се я никогда не обещал тебе, что перейду на вашу сторону, — Вчера сказал ей Зуко. — В Ба Синг Се я предал дядю, да. Но я не предавал тебя. Не забывай. Почему Катара вспоминает об этом сейчас? Почему она думает об этом именно сейчас? Возможно, все остальные более-менее убеждены в Зуко, но Катара нет. Она не собирается доверять ему, потому что кому-то надо быть осторожным — кто-то здесь должен думать. Обычно Сокка был бы полон подозрений, но сегодня он явно не в состоянии мыслить здраво. Поэтому. Именно Катаре надо быть осторожной. И внимательной. Даже если она единственная будет такой и все возненавидят её за это. — А, верно. — Улыбка Сокки становится немного напряжённой. — Что ж, в любом случае, мы пережили ночь без попыток убийства или попыток зарезать кого-то до смерти, так что сейчас всё будет прекрасно, да? — Это первая ночь, — Катара исправляет его, всё ещё подозрительно глядя на Зуко. — С чего ты взял, что он ничего не отравил? — Мы ели одно и то же и я сидел рядом с ним всё время, — отвечает Сокка. — Зуко правда не хочет убить нас, Катара, поверь мне. — Я поверю в это, когда увижу доказательство. — Весьма честно, — Сокка признает, краем глаза глядя на Зуко. — Ты ещё не закончил? Он готов? — Ещё нет, — отвечает Зуко. — Дай мне секунду. — Дай мне секунду, — Сокка пародирует его. — Я голодный. — Да, и я давно ничего не готовил, тем более такую еду, так что- — О, бедный Зуко, еда не соответствует его требованиям? — спрашивает Катара. — Конечно нет, — Сокка отвечает за него. — Ты бы видела его, Катара. Раньше он был хорошим поваром, но сейчас? Жизнь во дворце испортила его. — Сокка, не преувеличивай. Возможно, последние нескольком лет — месяцев — я жил во дворце, но это не значит, что я забыл, как готовить. Дядя и я некоторое время жили, как беженцы, знаешь? Когда мы жили в Ба Синг Се, нам пришлось готовить. У нас не было слуг и… О. Зуко замолкает, смотря на Катару так, как будто он видит её впервые в жизни. — В Ба Синг Се- — Мне всё равно, — Катара перебивает его. — И оставь еду. Я не хочу, чтобы ты был рядом с ней. Не думай, что ты часть группы. Ты здесь, только потому что у нас нет другого выбора — ты последний человек, которого я хочу здесь видеть. Ты понимаешь это? Никто не хочет, чтобы ты был здесь. — Эй, я хочу! — возражает Сокка. — Ты не считаешься, Сокка. Сокка выглядит немного обиженно. Как и Зуко. — Катара, я знаю, у тебя есть причины не доверять мне, но это не значит, что ты должна быть жестокой к брату. Не говори того, что не имеешь в виду. — Я не спрашивала твоего мнения! — Катара шипит на него. Сейчас Сокка выглядит обиженно из-за Зуко. — Эй, — говорит он. — Не злись на него сразу же. Он просто хотел помочь. — Я не поведусь на его помощь, — просто говорит Катара. Что правда, она не настолько наивна, чтобы поверить, что кто-то может измениться за один день. — Но… — начинает Сокка. Он замолкает, когда Зуко искоса смотрит на него. Они некоторое время смотрят друг на друга, словно ведя безмолвную беседу, пока наконец Сокка тихо вздыхает. — Ты права, Катара, — говорит он. — Прости. Да. Ты права. Я был слишком доверчив. Я думаю, ты права, не сразу же доверяя Зуко. И я не прошу тебя. Если честно, было бы странно, если бы так случилось, и это скорее всего было бы плохим знаком о твоих инстинктах самосохранения. Я лишь прошу, чтобы ты дала ему шанс. Ты не обязана любить его, ты не обязана доверять ему, ты даже не обязана терпеть его — просто дай ему шанс. И пока мы обсуждаем тему перемен, есть ли шанс, что я могу получить добавку? Катара неверяще смотрит на пустую миску в его руках. — Как ты так быстро всё съел? — спрашивает она. — Я не знаю, — Сокка пожимает плечами. — Было вкусно. И, вероятно, еда не отравлена, раз уж мы ещё живы. Так? Можно мне добавку?

***

Еда, вероятно, не отравлена, ведь ни один из них не умирает в течении следующих нескольких часов. Однако на них нападает тот же убийца, кто мучил их последние пару недель, преследуя их и пытаясь избавиться от них. Катаре… Катаре следовало ожидать такого. Правда. Ей бы следовало привыкнуть к такому, но, если честно, она надеялась, что их предполагаемый убийца — Взрывающийся человек, как окрестил его Сокка — сдастся после дня Черного солнца. Или потеряет их след. Но. Видимо жизнь не очень добра. Так что. Что ж. В одно мгновение все сидят в лагере, всё ещё с подозрением смотря на Зуко — к счастью, Сокка хотя бы не пытается занять его сторону — а в следующее на них нападает убийца. Он в состоянии стрелять в них своим третьим глазом — ладно, Катара знает, это какой-то странный подвид покорения, но давайте будем честны. Выглядит так, будто он стреляет в них из третьего глаза. Да. Совершенно нормально. Ага. За считанные секунды все оказываются на ногах, пытаясь избежать огня, направленного на них Взрывающимся человеком. Храм дрожит, в воздух поднимается пыль. Катара окружает себя водой, Аанг всё ещё кажется немного сонным, Тоф топает ногой, чтобы создать барьер, временно защищающий их. А потом Катара понимает, что Сокка и Зуко пропали. Когда укладывается пыль и они что-то видят, Катара понимает, почему — эти двое уже сражаются с Взрывающимся человеком. И Катара знает, она прекрасно знает, что она должна отреагировать, должна присоединиться к ним, помочь им. Но от их стиля боя она на миг замирает. Потому что Зуко и Сокка сражаются вместе, бок о бок. Как будто они сражались вместе долгое, долгое время — как будто они предугадывают движения друг друга, как будто они знают, чего ожидать друг от друга, что случится, что они сделают. И это ненормально. Катара замирает; она всё равно слишком далеко, чтобы что-то сделать. Как Сокка и Зуко зашли так далеко за такой короткий период времени? Поэтому Катара замирает и наблюдает. И она наблюдает за братом и человеком, кто только вчера был их врагом, пока они сражаются бок о бок, без сомнений, защищая друг друга. Без сомнений, словно они делали так всегда, словно это было очевидно для них — что не имеет смысла, ведь они сражаются друг с другом так, словно они делали так всегда, словно это совершенно естественно… Катара наблюдает за боем. Наблюдает, пока бумеранг Сокки не попадает Взрывающемуся человеку прямо в лоб и с его покорением явно что-то происходит. Несмотря на это, Взрывающийся человек пытается напасть на них снова, но Зуко внезапно отходит назад, вытягивая руки перед собой и как раз вовремя, потому что Взрывающийся человек буквально взрывается в воздухе и к Зуко с Соккой мчится горячий воздух, и только покорение огня Зуко спасает их. Сокка стоит позади Зуко, с подозрением смотря в том направлении, где исчез Взрывающийся человек — он мёртв? Он правда мёртв? — а потом, как только он доволен результатом, он широко улыбается и хлопает Зуко по плечу, что-то ему говоря. Зуко качает головой, словно в неверии, но на его лице тоже странно нежная улыбка. Катара наблюдает за этим. Она наблюдает и не может поверить в увиденное. Нет, это неправильно — часть неё хочет поверить в это, и это худшая часть. Вчера Сокка и Зуко уже показали ей, что они близки — слишком близки — а их нынешнее взаимодействие только доказало, что они хорошо работают вместе. Что они работают, как команда. Катаре это не нравится. Зуко и Сокка возвращаются к ним. Аан подбегает к ним, проверяет, всё ли в порядке и не пострадали ли они. Тоф, похоже, раздражена тем, что они оба отреагировали быстрее, чем она. А Катара просто смотрит на Зуко и Сокку. Они работали слишком хорошо. Их действия были слишком синхронизированы. Катара правда надеется: это просто совпадение.

***

Как выясняется, это не просто совпадение. Вскоре после, когда Зуко начинает учить Аанга покорению огня — Катара всегда настаивает на том, чтобы быть поблизости, просто чтоб удостовериться, что Зуко не причинит вреда другу — Зуко и Сокка начинают уходить на собственные тренировки. Они двое. Только они двое. Нет, нет, нет. Просто нет. Катара не даст им проводить время наедине. Это плохая идея, по многим причинам. Когда Зуко и Сокка уходят на тренировку, Катара осторожно следует за ними. Она прячется сбоку, так что они не замечают её. Катара наблюдает за ними вблизи. В теории Сокка и Зуко кажутся хорошими друзьями. В теории Зуко даёт им причины доверять ему. Но Катару не обманешь. Поэтому Катара наблюдает. И наблюдает. И не останавливается. Зуко и Сокка начинают тренировку. И не с деревянными мечами, а настоящими. Катара лишь надеется, что они достаточно тупые, чтобы не ранить Сокку. (Если Сокка ранит Зуко, Катара поздравит его с этим.) Они дерутся друг с другом, в один момент буквально улыбаясь и ведя себя так, будто они наслаждаются избиванием друг друга мечами. Катара тихо фыркает. Мальчики и их игрушки. Что не меняет того факта, что их поведение опасно и что Зуко может ранить её брата — и ладно, это бы противоречило его приходу сюда и словам, что он здесь для обучения Аанга. Так что, если Зуко хочет заполучить их доверие, стремясь напасть на Аанга и застать его врасплох, он, наверное, не должен ранить Сокку на тренировке. Наверное. Катара сужает глаза, следя за ними вблизи, ожидая мельчайшего намёка, что Зуко предаст их. Но сейчас Зуко и Сокка просто тренируются. И Катара должна признать: они вполне хороши. А потом они внезапно останавливаются, делают небольшой шаг назад и снимают рубашки. Какого черта? В шоке Катара забывает, что она должна злиться на Зуко и что она должна напасть на него. Хорошо, здесь возможно жарко — они в нации Огня, здесь ужасный улимат — но это не причина снимать рубашки. Только если Зуко не хочет воспользоваться этой возможностью, чтобы продемонстрировать Сокке свое тело? Убедиться, что он, ну не знаю, мужчина? Это какой-то новый способ соблазнить её брата? И, похоже, он работает, потому что Сокка и Зуко снова начинают драться. И ладно, они всё ещё дерутся на мечах, но всё же. На них нет рубашек. И видно их мышцы. И. Это. Так. Неправильно. Потом… Потом Катара почти кричит, потому что Сокка и Зуко убирают мечи и переходят к рукопашному бою. Всё. Ещё. Без. Рубашек.

***

— Я только что вспомнил, почему я ненавидел тренировки в народе Огня, — Сокка признается, уклоняясь от удара Зуко. — Почему здесь так жарко? — Таков наш климат, — спокойно отвечает Зуко. — К сожалению. Я начинаю серьёзно сомневаться в решении, хочу ли я провести пол своей жизни здесь снова. — Подожди, пока Суюки не вызовется быть командиром моей охраны, и, увидишь, ты будешь на коленях умолять меня принять тебя обратно. — Скорее ты будешь умолять её, чтобы она любезно согласилась защищать тебя снова. Зуко отвечает подножкой. Сокка падает, но он не просто так тренировался столько лет. Ему удаётся упасть так, что он тянет Зуко с собой. Он падает на землю и наклоняет голову набок, чтобы избежать кулака Зуко. Не то чтобы его друг ударил бы его, он бы скорее остановился перед ударом, чтобы показать, что он выиграл. А потом всё превращается в одну большую потасовку, где они пытаются одолеть друг друга и прижать другого к земле. Прямо как иногда сражаются Сокка с Суюки, вот только их дуэли часто заканчивались без одежды и бессонной ночью. Судя по реакции Зуко, Сокка начинает догадываться, что у него с Мэй были похожие ритуалы. — Перестань так улыбаться, — неожиданно говорит Зуко. — Как? — Как будто ты думаешь о Суюки и что вы двое могли бы сделать. Я не хочу слышать об этом. — О. Застигнутый врасплох, Сокка на мгновение отвлекается, чем Зуко и пользуется, хватая его, разворачивая и прижимая к земле. — Я был убеждён, что ты должен быть лучше меня в рукопашном бою, — Зуко победно говорит, усмехаясь. — Это не считается, ты отвлек меня разговор о Суюки! — возражает Сокка. — Перестань быть таким простаком, Сокка, — говорит Зуко. — Признай, я лучше тебя. — Ты ужасен, — говорит Сокка. — Суюки надрала бы тебе задницу в мгновение ока. А если не Суюки, тогда Мэй. На лице Зуко возникает характерная улыбка, что часто появляется, когда он думает о жене. И кто здесь простак?

***

Катару сейчас стошнит. Или она просто уйдёт. Или выцарапает себе глаза. Или пойдёт к Дай Ли и заставит их стереть последние несколько минут из её памяти. Ей не нужно было видеть такое. Правда. Ей не нужно было видеть, как её брат перекатывается по земле с Зуко. Полуголый. А потом они начали странно улыбаться друг другу, словно они не видели мира, кроме друг друга. Просто… нет. Катаре даже не хочется подойти к ним и крикнуть на Зуко, чтобы он перестал пытаться соблазнить её брата. Для этого уже слишком поздно. Сокка потерян. Катара поворачивается и уходит, прежде чем она потеряет остатки здравомыслия. Сокка уже потерян, но, может, Катаре удастся спасти Аанга с Тоф.