Земли в огне

      - Мятежников необходимо отделить от деревни, иначе пострадают невинные. Мы вытянем их сюда, - Зуко сдвинул фигурку на карте. - Мэй, твой отряд обойдет с другой стороны, перекрывая им пути отхода. Как только наши отряды разберутся с мятежниками, твой отряд, Гоа, должен обойти деревню и убедится, что мы здесь действительно закончили. Будь внимательным к жителям, убедись, что все в порядке и запускай в город лекарей.       Гоа, темноволосый мужчина с густой бородой тронутой сединой, с готовностью покивал головой, внимательно изучая карту на столе. Мэй легко кивнула, рассмтаривая располжение фигур. Зуко обвел глазами присутствующих и чуть сильнее сжал шлем в левой руке. Прошло чуть больше семи месяцев с конца столетней войны, но на территории Народа Огня, в самых разных ее краях, вспыхивали очаги мятежей от сторонников его отца, не сумевших принять новую власть и новый мир. Мятежники захватывали деревни, воровали еду у местных жителей, избивали или убивали местных жителей, яро поддерживающих нового Хозяина Огня. У Зуко ком в горле сворчавился каждый раз, когда он видел результат жестокости этих людей. Он защищал свой народ последние полгода, всегда находясь на передовой, но так и не смог свыкнуться с мыслью, что на земле еще остались люди, поддерживающие политику отца.       - На сегодня закончили, можете расходиться, - Зуко отставил шлем в сторону и оперся руками о стол. - Выступаем на рассвете, пока отдохните.       Командующие отрядами покинули палатку, оставив Хозяина Огня в одиночестве. Зуко устало прикрыл глаза и провел ладонью по лицу. Каждый день он задумывался над тем, насколько быстрее бы он продвинулся в своем деле, будь сейчас рядом друзья. Но он знал, что те заняты не менее важными задачами. Отряд Аватара сейчас был на пути к новому храму Воздуха, а одновременно с тем, наверняка, разгребали последствия войны на других территориях. Аанг всегда хотел приблизиться к миру настолько насколько это возможно, этого хотел каждый из них, поэтому они старались, не покладая рук.       Зуко вздрогнул от промелькнувшего в голове воспоминания. Почти год назад, когда он вышел из чайной дяди Айро, в последний их совместный дружеский вечер, Зуко наткнулся на обнимающихся Аанга и Катару в свете уходящего солнца. Тогда они выглядели самой обычной красивой парой, но именно поэтому его сердце пропустило удар. Катара ослепительно улыбалась, так как никогда бы не улыбнулась ему самому, чтобы он не сделал в этой жизни. Зуко не знал, почему ему так хотелось почувствовать ее тепло. Наверное, он просто хотел вернуть ее полное доверие, которое он предал там, в далеком Ба Синг Се. Он не знал точного ответа и не хотел копаться в своих чувствах, ему было проще запихнуть их в самый дальний уголок своего сердца и никогда не доставать. И Зуко почти с этим справлялся.       Хозяин Огня устало поднялся на ноги и вышел из палатки, отвлекаясь от мыслей, наблюдением за временным лагерем. То тут, то там ходили воины, готовясь к завтрашнему выступлению, кто-то сидел у костра и чистил доспехи, кто-то перебинтовывал раны, полученные несколько дней назад. Недавняя бойня с мятежниками была непростой их оказалось в несколько раз больше, но отряды Народа Огня справились. И завтра их ждет предпоследний бой и каждый из них сможет вернуться домой. Зуко невольно улыбнулся от этой мысли, за последние полгода он успел соскучиться по ворчанию дяди Айро и его безоговорочной любви к пай-шо. Сейчас дядя находился в столице и временно занимался правлением, поскольку сам Зуко не мог этого сделать находясь так далеко от дома.       От мыслей его отвлекло чье-то прикосновение к плечу. Юноша обернулся, узнавая в пришедшей Мэй.       - Думаешь о столице? - спросила девушка, убирая руку. - У тебя всегда такое глупое выражение лица, когда ты вспоминаешь об этом.       - Да, ты права, - Зуко тихо рассмеялся.       Когда-то с Мэй он был очень близок, поэтому сейчас они понимали друг друга с полуслова. И хоть Мэй хотела-бы стать с ним ближе, но сам Зуко не смог открыться ей полностью, тогда девушка отступила и просто осталась рядом. Она была свирепой воительницей и надежным плечом. Она буквально была его правой рукой во всех вопросах правления. Зуко всегда был благодарен за столь щедрый подарок судьбы.       - Нам осталось освободить две деревни, и мы сможем вернуться. - Мэй оглядела лагерь. - Волнуешься?       - Как и всегда, - кивнул Зуко. - то, что мы делаем не просто. А мятежники с каждым нашим приходом становятся словно сильнее.       - Мы тоже становимся сильнее, Зуко, - девушка кивнула на лагерь. - Каждый из них понимает, что мы делаем, и каждый готов защищать свой народ ценной собственной жизни.       Зуко сжал кулаки, в этих битвах он меньше всего хотел лишать кого-то жизни, столетняя война и так отняла их не мало. Поэтому все мятежники после зачистки деревень отправлялись в заключение, в одиночные камеры тюрьмы, находящейся в столице. Процесс перевозки был долгим, но надежным, еще ни один сторонник отца не сбежал. А главное, многие жизни удалось сохранить. Многие, но не все... Руки Зуко расслабились и горечь затопила его, когда он вновь вспомнил, что после себя оставляют жестокие люди.       - Мы не можем спасти всех, - Мэй вновь коснулась его плеча. - Но мы близки к этому.       - Ты права, Командующая, - Зуко развернулся в сторону палатки и кивнул девушке на прощание.       В момент, когда Зуко отодвинул полог палатки, его слух уловил резкий треск и свист неподалеку. Юноша вздрогнул и резко развернулся, кидаясь к Мэй. И в ту секунду, когда он успел утянуть Командующую за собой на землю, прикрывая своим телом, раздался взрыв. Палатка, в которую он минутой ранее хотел зайти, вспыхнула ярким пламенем.       - Мятежники! - послышались выкрики его воинов со всех сторон.       Зуко вскочил на ноги, протягивая руку Мэй и оглядываясь по сторонам.       - Думаю, мы начнем раньше, чем планировали, - прокряхтела девушка, поднимаясь.       Юноша кинул на нее хмурый взгляд, доставая меч из ножен. Это будет долгая ночь.

***

      Этот бой был в разы тяжелее и страшнее предыдущих. Больше половины войска Зуко потерял в этой кровавой схватке, но и напавших мятежников настигли не меньшие потери. Как оказалось сторонники правления отца из последней деревни присоединились к рядам тех, к кому должен был выступить Зуко сегодня ранним утром. Вместе с Мэй и другими воинами они смогли отбить атаку и захватить всех выживших до единого.       Хозяин Огня поджал губы, оглядывая разрушенный лагерь и военнопленных. Он резко повернулся к Мэй, стоящей справа, и чуть скривился от боли отозвавшейся в новых ранах. Командующая перевела внимательный взгляд на него.       - Сопровождай пленных, забирай оставшееся войско и отступайте в столицу, - его голос чуть хрипел. - Я возьму Гоа и проверю деревни, после нагоню вас.       - Это не безопасно, - покачала головой Мэй, стирая влажной тряпкой кровь с ладоней.       - У нас нет выбора, - пожимая плечами, бросил Зуко. - Ты сама это знаешь.       Мэй тяжело вздохнула и скосила на юношу глаза. Она бросила тряпку в костер рядом и скрестила руки на груди, поворачиваясь к собеседнику.       - Не задерживайся и не рискуй по чем зря.       Зуко мягко потрепал девушку по плечу, и уголки губ чуть растянулись, но янтарные глаза не отражали его улыбки. Он опустил руку и направился в сторону, в которой он видел в последний раз Гоа. В голове роились мысли и множество вопросов, оставленных без ответа. Зуко нашел мужчину на другом краю лагеря, рядом с телами его воинов. Гоа стоял перед ними на коленях и тихо шептал прощальную молитву, сердце юноши обливалось кровью от увиденного. Зуко аккуратно коснулся плеча своего второго Командующего, и мужчина в тот же миг обернулся.       - Лорд Зуко... - спешно поднимаясь, Гоа поприветствовал пришедшего.       - Гоа, мы отправляемся с тобой в деревни, Мэй возвращается в столицу с мятежниками, - Зуко поморщился от резкой боли в боку. - Выступаем как можно раньше, подготовься.       Гоа кивнул и, бросив последний взгляд на тела своих братьев по оружию, ушел в сторону разрушенного лагеря. Зуко прижал ладонь к боку и нащупал продолговатую царапину вдоль ребер. Рана не была серьезной, но приносила дискомфорт, однако при взгляде на усеяную трупами поляну, любая боль отходила на задний план. Зуко прикрыл глаза, мысленно прощаясь с покинувшими их воинами.       Зуко развернулся и отправился в сторону лагеря. Пора уходить.       Отдав приказ позаботиться о погибших и снарядив двух лошадей, Зуко и Гоа ушли за пределы лагеря и направились в сторону деревни. Зуко, погрузившийся в свои мысли, чуть отстал пропуская вперед Гоа. В его голове так и не складывалась общая картина прошедшей бойни. Мятежники узнали местоположение лагеря и атаковали ровно в момент смены стражи на границах лагеря. Это казалось странным, но Зуко знал, что рано или поздно их застанут врасплох, ведь за их плечами были десятки спасенных поселений. Это был просто вопрос времени, как однажды сказал его Командующий. Но все равно какая-то мысль не давала ему покоя.       Вместе с Гоа они добрались до ближайшей деревни. Точнее до того, что от нее осталось. Вокруг, куда не кинь взгляд, были обоженные руины, а в самом центре громоздилась куча сваленных трупов. Зуко зажмурился, подавляя приступ тошноты.       - Идем дальше, - юноша не узнал собственный голос.       - Вы думаете, что в следующей деревне будут выжившие? - Гоа не мог оторвать глаз от представшей перед ним картины.       - Я надеюсь.       Зуко развернул свою лошадь и отправился дальше, оставляя за спиной некогда прекрасное поселение. Очень давно, словно в прошлой жизни, он бывал здесь, и сожаление от того, что он не успел спасти всех этих людей накрыло его с головой. Из глаза, покрытого шрамом, скатилась одинокая слеза. Даже сейчас, когда его отец за решеткой, он умудряется оставлять после себя колосальные разрушения. Как же он был слеп.. Как же он был глуп, раз хотел заслужить уважения отца. Зуко стиснул зубы и сильнее ударил лошадь в бока, заставляя нестись голопом к следующей точке их пути. Гоа еле поспевал за разъяренным Хозяином Огня.       Солнце клонилось к закату, когда они добрались до нужного места. Зуко с трудом сдержал отчаянный вопль, когда заметил, что и от этой деревни осталось ровным счетом ничего. Тут и там лежали обгоревшие тела местных жителей. Зуко был вынужден спешится и отправится к центру пешком, Гоа следовал за каждым его шагом. Передвигая одну ногу за другой, юноша чувствовал, как боль в теле смешивается с его внутренними терзаниями. Его народ, его люди, которые верили в него, лежали в его ногах, погибшие от рук чертовых мятежников.       - Они заслуживают смерти за это, - тихий голос Зуко звучал скорее как крик в мертвой тишине вокруг.       Двое мужчин остановились на пересечении некогда живых улиц, обгоревшие тела лежали повсюду. Янтарные глаза наполненые неописуемой болью обводили взглядом пепелище. Гоа хмыкнул, заставляя Зуко обернуться.       - Я так не думаю.       Юноша застыл, заметив ухмылку своего Командующего.       - Гоа? - Зуко нахмурился еще больше, замечая блеск электрического разряда между пальцев Гоа.       - Незаконорожденный принц не должен править странной, - плечи Гоа расправились, и он с гордостью оглядел разруху. - За повелительницу Азулу!       Электрический разряд яркой вспышкой направился в сторону Зуко. Юноша еле успел отпрыгнуть в сторону, проехавшись боком по земле и раздирая свежую рану, он успевает уклониться и от следующей атаки мужчины. Перекатившись и подрываясь на ноги, Зуко вскидывает руки, закрывая себя стеной огня. В груди вспыхивает ярость, и с боевым кличем юноша вытаскивает меч из ножен, перепрыгивая столб огня.       - Ты все это время был на их стороне! - яростно бросаясь на мужчину, крикнул Зуко.       Гоа выпустил из рук еще один разряд, задевая плечо юноши. Стойкий запах свежей гари ударил в нос, Зуко сжал зубы до скрипа, чувствуя обжигающую боль во всем теле. Молодой Хозяин Огня вскинул свободную руку и, вкладывая в свое намерение всю боль и ярость, выпустил магию на волю. Языки пламени обожгли бедро Гоа, вызывая его удивленный вскрик, сменившийся громким хохотом. Мужчина перекатился ближе, поднялся на ноги, выпуская из своих рук все больше огня, начал надвигаться на юношу.       - Я принесу Азуле радостную весть, когда вернусь в столицу, - лицо Гоа заливала кровь, а радостная улыбка, вызывала дрожь. - С ней вместе, мы вернем былую славу Народу Огня.       Зуко утробно зарычал, слова предателя красной пеленой окутали его разум. Магия бешено текла по его венам, вырываясь из тела обжигающим красным пламенем. Но боль в теле замедляла, и в решающий момент Зуко не смог увернуться, наткнувшись искалеченным боком на холодный метал чужого лезвия. Гоа застыл, словно пороженный собственными действиями, но опомнившись надавил мечом сильнее. Алая кровь стекала по телу и острому лезвию. Зуко прохрипел, падая на колени.       - Чертов ублюдок, - янтарные глаза с яростью смотрели на предателя.       Гоа вскинул ногу и столкнул с меча обмякающее тело Хозяина Огня. Зуко свалился на пыльную землю, поднимая вокруг себя облако серого пепла. Ярость в груди утихала, уступая место острой боли. Юноша словно в тумане видел как мужчина склонился над ним, что-то произнося с насмешливой ухмылкой, и это разожгло его гнев с новой силой, обостряя все органы чувств.       Зуко зарычал, вскидывая руки и хватаясь за доспех мужчины, сквозь его ладони заструилось пламя, опаляя кожу юноши своим жаром и навсегда стирая мерзкую ухмылку с лица Гоа. Оплавленный доспех со звоном упал на землю, тлеющие кости мерзко захрустели под подошвой. Зуко пошатнулся, яркая вспышка гнева, придавшая ему сил, отступила. Колени больно врезались о землю, грязная ладонь прижалась к раненному боку. Пальци были залиты кровью, алакая жидкость окропила ополенную землю.       - Чертова Азула, - прохрипел Зуко, заваливаясь на спину и теряя сознание.