Magic Wand and Travel

21 сентября

Прошлая неделя была личным адом для Скорпиуса Малфоя, но за отборочными соревнованиями наступила черная (кудрявая, с французской фамилией) полоса для Лили Поттер. После того, как девушка вызвалась быть вторым председателем Комитета по организации праздников, она в одночасье нажила себе врага в лице Дакоты Моне, а также с головой погрязла в организационных моментах своей же инициативы, которая с каждым днем нравилась ей все меньше. Все начало недели она занималась распространением листовок со списком праздников от иностранных школ, презентацией своей идеи и ответами на вопросы студентов в перерывах между уроками и внеклассными кружками. В общем, кошмар для интроверта. Хоть Лили и нельзя было причислить к их числу, но даже ее навыки коммуникации исчерпали себя уже на второй день. В бесконечных разговорах с учениками она больше не запоминала имен, лиц и отвечала на автопилоте. На занятиях в эти дни она ни разу не подняла руку — пыталась наслаждаться каждым мгновением молчания. Ее спасало то, что Аманда и Доминик были на подхвате, облегчив ей жизнь на несколько десятков листовок, взяв весь удар на себя. Очередное заседание Комитета выпадало на четверг — к этому моменту у Лили и Аддерли на руках уже были результаты голосования. Оставалось только утвердить примерное расписание мероприятий на весь учебный год с Дакотой и остальными участниками. Рыжая нервничала с самого утра. Занятия прошли, как в тумане — она либо вообще не слушала преподавателей, либо выкидывала что-то глупое. Так она получила «Тролль» по Уходу за магическими тварями за то, что чуть не накормила болтрушайку ядовитым магическим зверьком, которому не посчастливилось оказаться у нее под рукой. Лили было плевать на Дакоту, ее свиту и примкнувшую к ним Розье, которая, наверняка, уже успела рассказать свои небылицы, которые выставят Поттер не в лучшем свете и в перспективе могут стать сюжетом для одной из статей Демимаски. По-настоящему она переживала только за то, что взвалила на себя огромную ответственность и о каждом ее шаге, а особенно о провале, непременно будет знать вся школа. Она боялась выйти из этой ситуации посмешищем — девчонкой, которая захотела откусить большой кусок пирога и у нее ничего не получилось. Секундный порыв насолить Моне и отомстить за подругу сменился ощущением тяжести от груза на плечах и осознанием того, что ей практически единолично нужно будет организовать около десяти праздников, о большей части из которых она знать ничего не знает. При этом она состояла в команде Вампуса по квиддичу, пыталась хорошо учиться и в первый день набрала кучу дополнительных предметов и внеклассных кружков — в ее арсенале были Клуб магической криминалистики, Музыкальный класс, Книжный клуб и даже Клуб верховой езды. Расписание девушки в новом учебном году обещало быть крайне насыщенным, даже если не брать в расчет собственное расследование Демимаски и личную жизнь. Хоть Поттер и собственноручно открестилась от нее перед Амандой, личная жизнь не хотела открещиваться от Лили — после стычки с Паркером Джулиан был всегда где-то рядом. Он встречал ее после занятий, подсаживался в Главном зале и искал контакта всякий раз, когда Поттер оказывалась в поле его зрения. Не имея большого опыта в общении с парнями в романтическом смысле, Лили по привычке сводила в шутку все его жесты и пыталась сохранять дистанцию. Лонгботтом причитала над ухом о том, что рыжая волшебница такими темпами состарится в окружении сорока жмыров. Перспектива остаться одинокой пугала ее не так сильно, как показать свою некомпетентность и подвести всех иностранцев, от чьего имени она делает свои заявления в Комитете. Поэтому личные драмы не занимали ее мыслей и бросаться на шею к старосте Вампуса она не спешила. — Мисс Поттер, вы с нами? — окликнула ее Алисия Мур и Лили обнаружила себя на занятии по магической криминалистике. Твою мать. Весь день она хотела ее прогулять, чтобы отправиться на встречу Комитета с пустой головой, но ноги сами привели ее на цокольный этаж — один из минусов жизни на автопилоте. — Да, — прочистив горло, сказала она. Она подняла взгляд на преподавателя, которая по совместительству являлась деканом Вампуса и вела Боевую магию, и заметила, что на сегодняшнее занятие она пришла уже с кислотно-желтыми волосами. Метаморф что ли? — Вы сделали домашнее задание? — Алисия смотрела на Лили с сочувствием, будто уловив ее напряжение и усталость. — Нет, извините, — виновато протянула Поттер. Именно поэтому она и не хотела идти. — Ничего страшного, будете работать в паре с мисс Сантос, — Лили повернулась на свою соседку — пышную бразильянку с вьющимися смоляными волосами. — Профессор Мур, я тоже не выполнила задание, — Адриана опустила глаза. — Девушки, только не делаете виноватые лица. Помните, что это внеклассный кружок, домашние задания можете выполнять по мере своей занятости, — она встала около парты студенток и улыбнулась. — Это не касается Боевой магии, надеюсь вы понимаете. Молодая женщина отошла от их стола и встала в проходе перед всеми студентами. — Поднимите руки все, кто сделал задание. Будем работать в парах, — громко произнесла Мур. Лили окинула взглядом присутствующих студентов и обнаружила, что состав кружка немного изменился — количество людей увеличилось, но несколько знакомых лиц отсутствовали. В числе их была и Гретта Розье. Даже она додумалась прогулять. Воздух разрезали несколько поднятых рук — готовы были чуть более половины от всех участников кружка. Профессор Мур начала по очереди распределять студентов в группы по двое. — Мисс Сантос, пройдите к мистеру Боррелю, — она указала рукой на парту, где сидел бывший студент Шармбаттона Себастьян. — А вы, Мисс Поттер, пересядьте к мистеру Малфою. Ну вот только этого кровопийцы сейчас не хватало. Поттер с трудом поборола порыв закинуть голову к потолку и взвыть. Еще с большим трудом она заглушила желание броситься в ноги к профессору и умолять выбрать другого напарника. Она выдохнула, собрала свои вещи и прошла к столу, за которым сидел блондин. Прощай, последняя нервная клетка. Лили села на свободный стул. Малфой повернулся на нее и окинул дежурным брезгливым взглядом, сдвинув вещи, которые заходили на ее половину стола, ближе к себе. Клоун. — Напоминаю, что на прошлом занятии почти две недели назад вы получили дело. Это одно из рассекреченных МАКУСА дел, которым мы теперь с вами можем пользоваться, — она взяла точно такую же папку, которые были разданы студентам на прошлом занятии, и облокотилась о преподавательский стол. — Здесь есть описание произошедшего, главные подозреваемые и улики. Студенты, которые изучили дело вне занятия, поделитесь своими наработками с напарниками. Далее обсудите ваши догадки в паре и представьте общую теорию остальным. Разумеется, с железной аргументацией. Так как Поттер не собиралась идти на это занятие, папки с делом у нее с собой не было. Она осмотрелась и взяла папку с половины стола Малфоя. — Конечно, пользуйся, не спрашивай, — саркастично кинул он, наблюдая за действиями рыжей. — Малфой, мы напарники, — она начала вчитываться в содержимое дела. — Расскажи о своих наработках. — Думай сама, — он показательно отвернулся. — Скорпиус Малфой, двенадцать лет, — устало выдохнула она и продолжила читать.

«Секрет Зеленого Кристалла»

В живописном городе Сильвервуд, известном своими магическими традициями, произошло ужасное событие. В лаборатории знаменитого алхимика профессора Хьюго Фаррелла нашли тело его ассистентки, Элины Дорн с отравленным зелёным кристаллом в руке. 1. Утро после убийства На утро после трагедии город был потрясён. Профессор Фаррелл вызвал детектива Эдварда Лэйнса для расследования. Эдвард был опытным детективом, специализировавшимся на магических преступлениях. 2. Расследование Эдвард начал с осмотра лаборатории. Он обнаружил следы магического порошка и разорванные записи, указывающие на использование зелёного кристалла для создания мощного зелья. 3. Подозреваемые - Джулия Харт, коллега профессора, недавно имела ссору с Элиной по поводу контроля над проектом. Она была нервной, но имела алиби на ночь убийства — она была в гостях у родителей в другом городе. - Роман Ли, бывший ассистент профессора, уволился месяц назад. Он был известен своими недовольствами и обидами на Хьюго. Убедительного алиби на момент происшествия у него не было, он был дома один. - Марк Стивенс, студент, помогающий профессору. Очевидцы видели его рядом с лабораторией в ночь убийства, но в близлежащей больнице подтвердили его алиби — он обращался к колдомедикам с сильной головной болью. — Очень художественно описано, настоящие дела выглядят не так, — дочитав, Лили высказала мысли вслух. — Вы правы, настоящие дела намного скучнее, — согласилась Мур. Лили вежливо улыбнулась профессору и начала размышлять над прочитанным. Она прикусила нижнюю губу и облокотилась подбородком на руку, согнутую в локте на парте. — Я думаю это Марк, ученик, — предположила Поттер, обращаясь к Малфою. — Почему? — блондин повернулся на Лили. — У него есть алиби. — Но оно какое-то дурацкое, нет? — Поттер наклонилась ближе, переходя на шепот, когда заметила, что другие студенты подслушивают их разговор. — Взрослый волшебник вдруг обратился к колдомедикам с головной болью. Она лечится обычным рябиновым отваром. — Может, у него мигрень, — возразил Скорпиус. — И что? — девушка нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. — Она не проходит от рябинового отвара. — Откуда тебе знать? — У моей матери мигрени. Я говорю точно: рябиновый отвар не помогает, — с нажимом сказал блондин. Поттер заглянула в лицо Малфою, чтобы удостовериться в том, что он не врет. На мгновение ей показалось, что он может манипулировать ее мыслями, вбросив этот личный факт про Асторию. Она скользнула взглядом по нахмуренным бровям, острому напряженному подбородку и остановилась на середине лица, рассматривая нос. В прошлый раз, когда она видела его так близко, он был неестественно искривлен и весь в крови — после ее заклинания в коридоре на нем не осталось даже маленькой горбинки, которая могла бы выдать, что его ломали. Столкнувшись глазами с Малфоем, Лили быстро отвела взгляд и поправила локон волос у лица, заправив его за ухо. Еще не хватало, чтобы этот самовлюбленный змееныш подумал, что она им любуется или вроде того. — Окей, но при хронических мигренях у волшебников дома, наверняка, есть средства, которые помогают, — она снова включилась в разговор с нежеланием соглашаться с его доводом. — Да, но они могли закончится. А изготовить их небыстро, — продолжал спорить бывший слизеринец. — Малфой, ты сам придумал это сейчас и пытаешься меня в этом убедить. Здесь не написано, что он обратился с мигренью, — Поттер начала повышать голос, но осеклась, вновь перейдя на шепот. — В смысле я придумал? Это предположение. Здесь, знаешь ли, не написано, что Марк Стивенс — убийца. Значит, ты тоже это придумала, — Скорпиус активно жестикулировал руками. Мерлин, как Альбус его выносит? — Ладно, кто тогда убийца? — спорить дальше Лили смысла не видела. — Роман Ли, убедительного алиби нет, зато есть конфликт и недовольства, — с важным видом сказал Малфой. — Но это слишком легко, — возразила Поттер. — Люди убивают именно из-за неприязни и неразрешенных конфликтов. Магические легенды, литература, кино и театр рассказывают нереальные истории с закрученным сюжетом и неожиданной развязкой. Настоящая жизнь не так устроена. От этих слов и холодного тона Малфоя у Лили пробежали мурашки по спине. Он говорил так, будто она маленькая наивная девочка и его задача — спустить ее с небес на землю и открыть глаза на этот мир, попутно сняв с них розовые очки. — Я не согласна, — взяв себя в руки, вынесла вердикт волшебница. — Мне кажется, что бедный Роман Ли просто сидел дома. Обычная неприязнь и обида — недостаточные поводы для убийства. Иначе мы бы давно друг друга поубивали. — Окей, а какой мотив у Марка? — Скорпиус выгнул бровь. — Несчастный случай, — Поттер вздернула подбородок. — Серьезно? И это, по-твоему, более убедительно? — он округлил глаза. — Он молод, совсем недавно стал помощником Хьюго. Вероятно, он не знал обо всех свойствах кристалла и спровоцировал какое-нибудь проклятье, которое попало в Элину. Тем более, его видели около лаборатории — это весомо. — Это бред. Ты все это придумала, — Малфой начинал вскипать. — Как и ты. Предположения, ты сам сказал, — парировала Поттер. Скорпиус громко выдохнул и покачал головой. — Я не буду подписываться под этой версией, — после нескольких минут недовольного молчания, вдруг произнес блондин. — Как и я под твоей, — Лили скрестила руки на груди. — Давай бросим монетку. — Очень серьезный подход, — фыркнул Скорпиус. — Это единственный вариант. Мы не переубедим друг друга, — констатировала Поттер. Он закатил глаза и громко цокнул, но все же достал из кармана монету номиналом в один драгот. — Решка, — сказала Лили, наблюдая за его действиями. — И еще, пока ты не подбросил монету, я скажу еще один довод. Дело называется «Секрет Зеленого Кристалла». Кристалл был в лаборатории, а непосредственный доступ к ней имел только Марк. — Роман вообще-то бывший помощник алхимика. Он в теории тоже имел доступ к ней, — не отступал Малфой. — Бросай уже. Блондин подбросил драгот на несколько сантиметров вверх, поймал ее другой рукой и перевернул, положив на тыльную сторону своей ладони. — Орел, — озвучил блондин, глядя на изображение главного здания МАКУСА, вылитое в серебре. — Покажи, — она заглянула ему за плечо и протянула руку к монете у Скорпиуса на ладони. И вправду орел. Через несколько минут Алисия Мур начала опрашивать студентов. Версии звучали разные — от самых очевидных до тех, где убийцей оказывался сам детектив Эдвард Лэйнс. Однако, даже для самых идиотских версий и вправду была подготовлена железная аргументация. Профессор, хоть и не соглашалась с полетом мысли некоторых учеников, хвалила их за серьезный подход. Когда очередь дошла до Скорпиуса и Лили, Малфой вызвался озвучить их совместную версию. Лили откинулась на спинку стула и смотрела в ближайшую стену, пытаясь всем видом показать, что никакого отношения к этому она не имеет. — Мы считаем, что это Марк Стивенс, — Поттер закашлялась и с округлившимися глазами уставилась на блондина. — Скорее всего, место имел несчастный случай. Парень молод, неопытен и единственный, кто имел доступ к лаборатории. В ходе эксперимента или случайного взаимодействия с мощным источником магии, о чьих свойствах он не знал, пострадала Элина. Он был замечен около лаборатории, после чего он попытался создать себе алиби, засветившись в общественном месте. Факт того, что взрослый волшебник среди ночи обратился в больницу с обычной головной болью, кажется странным. — Спасибо, мистер Малфой, — сказала профессор Мур и перешла к другому столу студентов. — И что это было? — Лили метнулась к нему, как только он вернулся на свое место. — Хочу, чтобы мы проиграли с твоей идиотской версией, — он посмотрел на Поттер и издевательски ухмыльнулся. — Я хочу тебя ударить, — прошипела она около его уха. — Я буду кричать. Лили снова откинулась на спинку стула и начала мысленно считать до десяти в попытке успокоиться для того, чтобы не наброситься на своего напарника с кулаками. Когда студенты закончились, Алисия Мур поблагодарила всех за работу и озвучила правильную разгадку. — Это был Марк Стивенс, — она окинула взглядом учебный класс. — Он фигурировал в версиях двух команд, однако аргументация мистера Малфоя и мисс Поттер более убедительна, а главное — приближена к действительности, — профессор смотрела прямо на них. — Все факты были озвучены верно. Единственная деталь — Марк был знаком со свойствами кристалла, но из-за загруженности хотел ускорить процесс работы и прибегнул к использованию запрещенных ингредиентов. Именно они стали причиной трагедии. Все время ее речи Лили показывала Скорпиусу средний палец под партой, который мог видеть только он, и улыбалась во все зубы.

***

Это было странным и даже в каком-то смысле ненормальным, но всякий раз, когда Лили обходила Малфоя или Розье в чем угодно, она в прямом смысле ощущала бабочек где-то в животе, а ее ментальное состояние граничило с описанием чистого счастья из книг по психологии. В этих же книгах, наверняка, было бы не совсем лестное описание таких людей, как она, но ей было все равно на это по пути к аудитории, в которой должно было пройти собрание Комитета. Все-таки хорошо, что она пошла на криминалистику. Зайдя в кабинет Невербальной магии, Лили увидела, что все студенты уже собрались, кроме нее и Аддерли. В аудитории присутствовали Дакота, Вивиан и их свора девчонок, которая в основном, выполняла роль массовки, никогда не произнося ни звука в их присутствии. Также здесь были Розье, Аманда, Доминик, Мики Сато и Адриана, которая почему-то оказалась на собрании быстрее Поттер, хотя она тоже присутствовала на внеклассном занятии. В кабинете столы стояли по обе стороны от преподавательского места напротив друг друга — такая расстановка была как нельзя кстати в сложившейся ситуации. Девушки из разных «лагерей» разделились по противоположным сторонам, то и дело кидая друг на друга косые взгляды. Удивительно, что за это время ни Лили, ни Дакота не вступили в открытую конфронтацию друг с другом, но воздух от напряжения при каждой их встрече был накален до предела. — Госпожа Поттер, наконец, порадовала нас своим присутствием, — сказала Розье и сразу повернулась на Дакоту в поисках ее одобрения. — Гретта, жалко ты пропустила занятие по Магической криминалистике. Мы пытались найти твою гордость, — Лили сделала драматичную паузу. — И представляешь, все улики привели к заднице Дакоты Моне. После этих слов в кабинете начался сущий кошмар — Розье через парту и проход между рядами бросилась на Поттер, Дакота неестественно широко раскрыла рот от удивления, Вивиан и некоторые другие участницы свиты боролись с мимикой на своих лицах, чтобы не расхохотаться, а подруги Лили смеялись в голос. Увидев резкое движение Розье в свою сторону, Лили отпрыгнула и отбежала за соседний ряд столов, создавая между собой и руками бывшей слизеринки препятствие в виде парты. После нескольких минут безрезультатной беготни по кабинету Гретта все же достала палочку и бросила в Лили заклинание. Рыжая, заметив ее жест, в мгновение достала свою и отразила атаку в потолок. В кабинете раздался треск. Девушки остановились и уставились вверх — громоздкая люстра с сотнями хрусталиков начала опасно качаться. Поттер и Розье встретились взглядами — обе были испуганы и понимали, что если с многовековой люстрой что-то произойдет, они сдадут друг друга без раздумий, что навлечет проблемы на обеих. — Простите за опоздание, — в кабинет влетела взъерошенная Аддерли и, не обращая внимание на студенток в застывших позах, пронеслась мимо них к своему столу. — Третьекурсники проникли в теплицы и всей компанией отключились из-за крика молодой мандрагоры. Зачем, спрашивается, они вообще ее достали из горшка? Женщина села на свое место, отряхнув остатки земли со своего красного пиджака и таких же брюк, затем попыталась поправить растрепавшуюся прическу и, наконец, посмотрела на присутствующих. — Что у вас здесь происходит? — ее глаза начали бегать от Лили к Гретте, которые оставались стоять в разных углах кабинета. — Ничего, — вдруг очнулась Лили и прошла к месту рядом с Амандой. Она в последний раз взглянула на люстру, удостоверившись, что она не собирается падать, не смотря на легкие покачивания, и перевела взгляд на Аддерли. Камелия уловила мимолетный взгляд девушки наверх и тоже посмотрела на потолок. — Понятно… — протянула заместитель директора, переводя взгляд с люстры на девушек. — Обсудим мероприятия? — Да, я ознакомилась с результатами голосования и составила примерное расписание, — оживилась Поттер и достала из сумки папку со всеми своими наработками, которые относились к Комитету. — Мисс Розье, вы можете сесть, я думаю, она не упадет, — не обращая внимания на Лили, произнесла Аддерли, снова взглянув наверх. Услышав это, Гретта залилась краской и быстро прошла к своему месту рядом с Дакотой. — Итак, мероприятия, — заместитель директора перевела взгляд на Лили. — Мисс Поттер, напишите на доске ваш вариант, а мы обсудим, — ее губы тронула ухмылка, — Цивилизованно. Поттер прикусила нижнюю губу и вышла к доске. Она перенесла расписание с пергамента в руках на деревянную поверхность. — Спасибо, — Камелия развернула свой стул и смотрела прямо на доску. — Что скажете? — Не хватает американских праздников, — подала голос Моне. — Это несправедливо. Хэллоуин, День всех влюбленных и День Святого Патрика празднуют во многих странах. — Согласна, — немного подумав, честно ответила Поттер. — Какие предложения? — В учебный год попадают День памяти жертв Салема, его отмечают 22 сентября и День благодарения 23 ноября. Мы всегда их празднуем, — спокойно ответила Дакота. — Окей, — Поттер дописала два оставшихся праздника. — Успеете подготовиться к завтрашнему дню? — Да, мы начали заранее, — пожала плечами Дакота. — Нужна помощь? — Нет. В кабинете повисла тишина. Лили думала, что Моне будет более эмоциональной в вопросе мероприятий — особенно, когда Демимаска в своей статье расписала, что Дакота якобы в агонии из-за назначения Поттер. Это напряженное молчание ей не нравилось. Аддерли снова повернулась на доску, посмотрела на окончательное расписание и одобряюще кивнула рыжей волшебнице.

22 сентября — День памяти жертв Салема (Соединенные Штаты Америки)

31 октября — Хэллоуин

5 ноября — Ночь Гая Фокса/Ночь костров (Великобритания)

23 ноября — День благодарения (Соединенные Штаты Америки)

25 декабря — 8 января — Рождественские (зимние) каникулы

3 февраля — Праздник разделения сезонов/Сэцубун 節分 (Япония)

14 февраля — День всех влюбленных

28 февраля — Медвежий фестиваль/La Fête de l’Ours (Франция)

17 марта — День Святого Патрика

21 марта — Праздник устриц/Fête de l’Huître (Франция)

30 марта — 8 апреля — Пасхальные (весенние) каникулы

10 апреля — Праздник сакуры/Ханами 花見 (Япония)

27 апреля — Карнавал Мертвых/Carnaval dos Mortos (Бразилия)

22 мая — День Шерлока Холмса (Великобритания)

10 июня — Праздник Святого Иоанна/Festa de São João (Бразилия)

— Пожалуйста, распространите это расписание по всей школе. Я передам информацию директору и преподавательскому составу, — Камелия встала со своего места и окинула взглядом студенток. — Девушки, помните, что цель Комитета — подарить праздник студентам и отвлечься от занятий. Вы должны помогать друг другу и оставить за дверью все разногласия. Лили и Гретта снова встретились глазами, когда речь зашла о разногласиях. — Общие и американские праздники в зоне ответственности Дакоты Моне. Организация иностранных мероприятий ложится на плечи Лили Поттер, — спокойно сказала Аддерли. — Не пренебрегайте помощью друг друга, это будет полезно для всех, — она прошла вдоль парт к выходу из кабинета. — Собрание окончено.

***

22 сентября

С самого утра в Главном зале за завтраком Малфой выслушивал причитания Гретты о том, как ее бесит Поттер и как она устала от подготовки праздника, о котором вообще ничего не знает. Он согласно кивал и время от времени тяжело вздыхал, думая о том, как его за эту неделю достали бесконечные девчачьи склоки, связанные с какими-то непонятными второсортными праздниками — например, Медвежим фестивалем. Во-первых, кто это придумал? Во-вторых, кто это предложил? И в-третьих, какой адекватный человек за него голосовал? Еще там были Праздник сакуры и Праздник устриц. И все это — в горах Америки, где ни того, ни другого не водится. В отличие от медведей, кстати. Единственное, что его порадовало — это День Шерлока Холмса, который он предложил. Увидев его в списке, он усмехнулся, когда представил реакцию Поттер в момент, когда она увидела результаты голосования. — Понимаешь? — Розье уставилась на него в ожидании ответа. А он не понимал. — Да, — привычно кивнул он и откусил кусок сэндвича, который держал в руках. — Да нихрена ты не понимаешь, — она легко толкнула его в плечо, протянув руку через весь стол. — Ты вообще меня не слушаешь. — Можно я поем? Без размышлений о салемских ведьмах и Поттер, — он повысил голос и развел руками на столе. — А мне кусок в горло не лезет, — Розье отпила из кружки черный кофе без сахара и сливок. — А где Альбус и Клайд? Мы с вами как-то вообще не общаемся. — Как мне кажется, ты слишком занята плетением интриг, — пожал плечами Малфой. — И то верно, — отстраненно сказала Гретта, уставившись в точку над ухом Скорпиуса. — Что у вас с Вивиан? Малфой подавился долькой помидора. — Гретта, что за вопросы? — откашлявшись, сказал он. — А что? Мы же друзья, — непринужденно ответила девушка, хлопая длинными ресницами. — Тебе честно или как? — она кивнула. — Мы трахаемся. — Понятно, — она поправила длинные темные волосы, которые обрамляли бледное лицо с броским макияжем. — И тебе советую найти кого-нибудь. А то ты говоришь только о Поттер. Я скоро начну верить, что ты к ней неровно дышишь, — блондин закончил с бутербродом и отпил из чашки чай. — Скорпиус, фу! — вскрикнула она. — Вот-вот, — закончив завтрак, он вытер рот салфеткой и встал с места. — Пойдем. У нас совместная История магии Америки. — И Поттер там будет, — обреченно вздохнула Гретта и встала вслед за блондином. Скорпиус закатил глаза — присутствие младшей Поттер в его инфополе начинало пугать. «Скорпиус, мы с Лили учимся на разных курсах, даже пересекаться с ней не будем», — вспомнил он слова друга, когда тот уговаривал его на Ильверморни. Чтоб ты, блять, с метлы свалился, Альбус Северус.

***

Хорошей новостью было то, что занятие по Истории магии Америки было приурочено ко Дню памяти жертв Салема и мистер Баффет сообщил студентам, что оно будет проходить в комнате артефактов. Скорпиус и Альбус практически месяц с нетерпением ждали, когда обещание провести экскурсию, данное Аддерли, исполнится. Им не терпелось приступить к изготовлению карты, на которую, возможно, уйдет весь оставшийся учебный год. Преподаватель встретил их в своем кабинете, расположенном во втором учебном корпусе, и повел всех иностранных студентов в библиотеку. Предмет был не таким уж обязательным и в экзамены не входил, но не смотря на это, он был очень популярным у иностранцев — его посещали практически все студенты, прибывшие в Ильверморни. Уолтер Баффет — высокий и крепкий мужчина с черными волосами лет сорока, который, на первый взгляд, не казался книжным червем, на самом деле отлично разбирался в предмете, интересно преподносил информацию и был дотошным, когда речь шла об исторических фактах и деталях. Сначала Скорпиус продолжал ходить на занятия только для того, чтобы не пропустить урок с посещением комнаты артефактов, но в итоге влился и даже принимал активное участие в консилиумах. На занятиях он узнал, что история магической Америки была наполнена болью, кровью и жестокостью. Американское магическое общество было буквально построено на костях от истребления себе подобных. Веками на континенте практиковалась естественная магия коренных народов: шаманизм, тотемы, обращение к силам духов и природы. До того, как на территорию Северной Америки начали прибывать колонизаторы из Европы. Европейские волшебники попали на материк вместе с обычными поселенцами, стремясь исследовать новые земли, а также найти укромные места для практики магии, вдали от преследований. Когда прибывшие волшебники столкнулись с магией коренных народов, это вызвало взаимный интерес и настороженность. Некоторые маги пытались изучать местные ритуалы и травы, другие относились к ним с недоверием, опасаясь неизвестных им сил. Как это обычно и бывает, именно у второй группы волшебников голос был громче, а кошельки шире — так началась Гражданская магическая война. Шаманы с силами природы, связью с духами и отличным знанием трав и ритуалов, не могли противостоять Аваде Кедавре и Круциатусу, которые действовали мгновенно. Большая часть коренного населения просто начала скрываться в регионах, до которых колонизаторы не успели добраться — так им удалось выжить и сохранить свою магию. Со временем оба лагеря примирились и научились взаимному уважению — в настоящее время коренные народы жили бок о бок с другими магами, некоторые из них обучались в Ильверморни, и именно в Америке чаще всего встречались волшебники, которые практиковали оба вида магии из-за смешения крови. Изольда Сейр при жизни даже хотела открыть отдельный факультет для индейцев, где они могли бы углубленно изучать свои дисциплины, но коренные жители Хейвуда и близлежащих территорий крайне негативно отреагировали на эту идею — им было важно сохранить традиции в своей общине, не выставляя свои знания и практики напоказ. Из-за отсутствия единой системы знаний и обучения, до сих пор на континенте насчитывались сотни племен с абсолютно отличающимися ритуалами и видами магии. Свой опыт они передавали из уст в уста и письменно, но их книги чаще всего не покидали пределы одной семьи или поселения. На смотря на это, многие знания индейцев все же перекочевали в жизнь и учебники американских волшебников — особенно в Смешивание зелий и Трансфигурацию. К слову, преподаватель Трансфигурации в Ильверморни — Аника Тала — являлась потомком коренных жителей и в своем курсе часто использовала отсылки к естественным и природным видам магии. Узнав все это, Малфой долго не мог выбросить из головы мысли о том, насколько человеческая натура, будь то магл или волшебник, примитивна и одинакова. Так уж вышло, что об истории не-магической Америки с точно такими же гонениями на индейцев он знал больше из фильмов, которые показывал ему Альбус. — Уважаемые ученики, сейчас мы пройдем в комнату артефактов. В ней скрываются тайные знания американских волшебников, исторические предметы, которое сформировали наше магическое общество и очень сильные артефакты, даже темные. Поэтому прошу не пытаться взломать защитные чары и ничего не трогать, — голос преподавателя, который остановился около двери в комнату, вырвал Скорпиуса из размышлений. Малфой и Альбус молча переглянулись. Уолтер распахнул массивную деревянную дверь и начал пропускать студентов внутрь. Они оказались в просторной комнате без окон, которая была выполнена в темных тонах. Внутри горел тусклый свет от светильников на стенах, висевших рядом с картинами, многие из которых были занавешены простынями. Взгляд Малфоя приковала одна из них — она была не только полностью замотана тканью, но еще и увешана цепями поверх. Интересно, что там? По всему периметру помещения виднелись магические предметы разного происхождения и вида — какая-то часть стояла на открытых пьедесталах, а другая была заключена в стеклянные коробы. Некоторые предметы в витринах двигались — просто леветировали или пытались вырваться из оков, ударяясь о стекло изнутри. Среди экспонатов Скорпиус заметил какие-то кубки, часы, осколки волшебных палочек, магические кристаллы и на первый взгляд совсем обычные вещи — женские украшения, одежду и метлы. В центре комнаты стоял большой стеклянный бокс с закрытой в нем индейской маской с перьями и горящими красным глазами. По бокам от него возвышались два индейских тотема с вырезанными на них человеческими лицами. Вдоль стен стояли закрытые на несколько замков сундуки и книжные шкафы, где доступ к книгам был огорожен решетками. — Сначала мы поговорим о событиях 1692 года, а потом я немного расскажу о других предметах, которые здесь находятся, — преподаватель встал в центре, собрав студентов полукругом вокруг себя. Баффет поправил воротник рубашки и прошел к одному из столов с артефактами — на нем лежали металлические наручники с нанесенными на них символами, похожие на руны. Студенты двинулись в его сторону и начали толпиться рядом, чтобы рассмотреть предмет. — Перед вами, так называемые, «двимеритовые наручники». Это изобретение не-магов прибыло в Америку из Европы в 17 веке вслед за модой на массовые преследования людей, обвиняемых в колдовстве. Не-маги верили, что это приспособление мешает ведьмам колдовать, — он окинул взглядов учеников, на лицах которых появились испуганные настроения. — Конечно, это глупости. Магию этим не заблокируешь. Он взял в руки наручники в руки с мягкой подушки, на которой они лежали. — Главной особенностью истребления ведьм является то, что фактически самих волшебников истреблено не было. Конечно, были жертвы среди магов, но это больше несчастные случаи, — он покрутил наручники в руках. — Представьте ситуацию — вы охотник на, так называемых, ведьм, у вас есть ориентировка или какой-то совершенно идиотский список ведьминских признаков вроде рыжих волос и зеленых глаз, — он не удержался от того, чтобы не посмотреть на Лили Поттер, — Вам выдают эти наручники, вы ловите девушку, подходящую под описание и о чудо! Она действительно не может в них колдовать. Только она и без них колдовать не могла, — он протянул наручники вперед. — Хотите проверить их действие? Из числа иностранных студентов вызвалась Адриана Сантос — бывшая студентка Кастелобрушу, которая ходила со Скорпиусом на Магическую криминалистику. Уолтер аккуратно надел наручники ей на запястья и застегнул их. — Попробуйте колдовать, без палочки. На этих словах Адриана закрыла глаза и начала шевелить запястьями — через несколько секунд наручники упали на пол, открывшись. — Вот видите, — Баффет поднял предмет и положил их на место. — Конечно, это придумка не-магов, — он тяжело вздохнул. — Но придумка ужасная. Я надеюсь, вы понимаете, что истребление людей — это трагедия в любом случае. Хотя большинство обвиненных не обладали магическими способностями, само существование охоты на ведьм означало, что тайна магии была раскрыта. — Почему волшебники не могли просто стереть всем память о магии или внушить Империусом? — спросила Розье. — Это сложный этический вопрос, на который до сих пор не могут ответить первые политики и величайшие умы магического мира, — серьезно сказал Баффет. — Конечно, в частных случаях волшебники защищались, но какое право они имели вмешиваться в историю целого народа? Речь о миллионах человек, одурманенные идеей того, что всех их беды от ведьм. — Но сейчас не-магам стирают память о волшебстве, — подключилась студентка из Махотокоро. — Как раз из-за пережитого нашим народом, волшебниками, опытом. Настоящего не может существовать без прошлого. Находясь в историческом моменте, наши предки этого не понимали — они принимали решения, которые им казались правильными, а мы бы сейчас с вами здесь не стояли, не прими они тех решений, — Уолтер пожал плечами. Профессор прошел к другому артефакту — песочным часам, которые лежали на подушке под стеклом. — Перед вами еще один отголосок охоты на ведьм — Песочные Часы Времени. Их создал волшебник, чью возлюбленную не-магического происхождения приговорили к смерти за колдовство. Эти часы позволяют своему владельцу один раз в день вернуть время на одну минуту назад, давая ему шанс исправить ошибку или изменить ход событий. Однако с каждым использованием цена возрастает — часы забирают одну драгоценную минуту его жизни. Волшебник использовал их снова и снова, чтобы спасти девушку, пока не остался пленником одной единственной минуты, неспособным продвинуться вперед или назад, — он остановился. — К слову, это еще одно подтверждение того, что вмешиваться в естественный ход истории утопично. Преподаватель прошел дальше. Студенты, завороженные его рассказом, следовали за ним по пятам. Группа оказалась у вытянутой витрины с тремя подушками под стеклом. На них лежали испачканные в саже металлические украшения — кольцо, ожерелье и браслет. — Это личные вещи, принадлежавшие последней группе казненных не-магов за колдовство. Казнь состоялась 22 сентября 1692 года, — в голосе Баффета проступили ноты горечи. — Как это удалось остановить? — спросила Поттер со скорбным выражением лица. — Политика, компромисс и договоренности. Практически любая война заканчивается за столом переговоров — так и появился Статут о Секретности. В Европе этот процесс начался раньше, но события в Америке поставили окончательную точку в принятии закона, который означал уход в подполье всему магическому миру. В комнате повисла тишина. Малфой погрузился в собственные размышления. Статут о Секретности — это то, о чем узнают маленькие волшебники еще в детстве либо от родителей, либо в школе. Конечно, дети не изучают все правовые нюансы закона, но взрослые им объясняют его на пальцах, передавая основной посыл — никогда не пользоваться магией в местах, где могут присутствовать маглы. Все юные маги в комнате невольно задумались о глубинных причинах повседневной и даже рутиной жизни любого волшебника, который с момента первого выброса магии думает категориями Статута, сам того не осознавая. Уолтер Баффет попытался разбавить обстановку, наблюдая за тем, как студентов поглотили философские размышления о прошлом и настоящем. Он продвинулся к другим магическим артефактам и начал рассказывать о них. — Вашему вниманию представляю сломанную палочку Салазара Слизерина, которой пользовалась Изольда Сейр. Она бежала с ней из Великобритании и она же чуть не принесла всей семье погибель прямо здесь, в стенах Ильверморни, — он окинул взглядом заинтересованных студентов. — Гормлайт Мракс с помощью Парселтанга деактивировала сердцевину палочки из василиска и погрузила в глубокий сон Изольду и ее мужа Джеймса. Однако темная волшебница не знала о присутствии в доме Чедвика и Вебстера Бутах, которые в итоге смогли спасти свою семью. — И здесь Слизерин, — пробурчала Поттер себе под нос и переглянулась с Амандой. Малфой метнул на нее гневный взгляд. Затем профессор показал другую палочку Изольды, изготовленную ею самой, а также палочки Вебстера и Чедвика Бутов. После перечисления нескольких новых фактов о магической семье, которая основала американскую школу, Баффет переключился на другие предметы. Среди них были: Кинжал кровавой луны, который призывает темные силы и на одну ночь делает своего владельца неуязвимым; Кубок вечного забвения, с помощью которого можно стереть из памяти одно воспоминание, отдав взамен частичку своей души; Свиток забытого заклинания, на котором написано одно мощное заклинание, но никто не знает какое. В одной из частей комнаты хранились артефакты, которые принадлежали коренным народам Северной Америки — амулеты, камни душ, шаманские барабаны, кристаллы, тотемы и медальоны. С каждой вещью были связаны древние легенды и занимательные истории о том, как они попали в школу. — Наше занятие уже подходит к концу, но расскажу вам об еще одном очень значимом для Ильверморни артефакте, точнее о двух — Сфера Отбора и Лист Зова, — Уолтер показал рукой на два магических предмета, находившихся на одном столе. Скорпиус увидел на пьедестале без стекла довольно крупную круглую сферу, которая была заполнена белым дымом. Внутри можно было разглядеть мерцающие имена, которые появлялись на секунду и сразу же пропадали, оставляя место для новых. Рядом с ней лежал огромный свиток, конец которого свисал со стола — когда на нем появлялась новая запись, он самостоятельно закручивался, оставляя взорам присутствующих только пустой пергамент. — Эти артефакты определяют списки учащихся в Ильверморни, отслеживая детей с магическими способностями по всему континенту. Сфера перебирает каждого рожденного ребенка в Северной Америке, невербально посылая ему магический импульс. Если он откликается, то есть отвечает на ее зов, его имя пишется, непосредственно, в Листе Зова. — Извините за вопрос, но как же сквибы? — спросила Лонгботтом. — Сквибы являются сосудами магии своего рода, но не могут ею пользоваться. Весь этот процесс происходит на уровне высоких материй, которые нашему пониманию не поддаются, — он пытался подобрать слова. — Если говорить прямо, на импульс Сферы они отвечают, но отклик настолько мал, что Лист Зова понимает, что ребенок не обладает магическими способностями в привычном понимании — это фиксируется на уровне списка имен для зачисления в школу. Сразу после этих слов по всей школе прозвенел звонок, сигнализирующий о том, что занятие окончено. Преподаватель наблюдал за тем, чтобы все студенты покинули комнату, а после наложил на нее стандартные запирающие чары, которые стояли до экскурсии. — Я потрогал лист, — Альбус из неоткуда подскочил к Малфою и наклонился к его уху. — Что? — Скорпиус повернулся на друга и поднял бровь в непонимании. — Ну Лист Зова, в котором написаны имена. Я потрогал его, — Поттер светился. — Эм… ну… поздравляю что ли, — блондин не понимал, что происходит. — Блин, Малфой, ты тупой? — не выдержал Ал. — На нем нет защитных чар. Если проникнуть в комнату, можно от него отрезать кусок или покопаться в чарах, которые его создали. Скорпиус и вправду почувствовал себя тупым. Вместе с остальными студентами они спустились по лестнице из библиотеки и направились в сторону второго учебного корпуса — там у них должно было пройти совмещенное занятие по Боевой магии, которое вела Алисия Мур.

***

После обеда, когда до конца занятий оставалось всего одно занятие по Трансгрессии, Малфой не увидел никаких изменений и приготовлений к празднику, о котором ему все уши прожужжала Розье. Обстановка казалась… обычной. Он даже понадеялся, что у них что-то пошло не по плану, сломалось, разрушилось или сгорело, и Комитет по организации праздников, одним только названием, вызывающий у него рвотные позывы, оставит студентам свободный пятничный вечер без дешевых свадебных конкурсов и танцев с бубном. Надежда на это разбилась, когда занятия закончились. Выйдя из кабинета, он оказался в людном коридоре, наполненном испуганными визжащими студентами, которые носились вдоль стен, сбивая друг друга с ног. Он осмотрелся и увидел в толпе несколько человек в колоритных костюмах — они были одеты в длинные кожаные плащи с капюшонами, а на лицах виднелись черные кожаные маски с прорезями для глаз. Они двигались вдоль потоков студентов, выхватывали из толпы девушек со старших курсов с воплем «Ведьма» и куда-то с ними трансгрессировали. Затем они возвращались обратно и повторяли свои действия. На глазах Скорпиуса один из них дотронулся до плеча Поттер, которая вышла с занятия в соседнем кабинете, и получил от нее Остолбеней. Увидев это, второй охотник на ведьм, стоявший рядом, обезоружил ее и грубо схватил за запястье. Малфой рефлекторно двинулся в их сторону, но одернул себя на первом же шаге. Еще не хватало спасать эту дуру. Он попытался избавиться от странного ощущения внутри, которое граничило с чувством вины перед Альбусом, общим плохим предчувствием от происходящего и немного садистским удовольствием от увиденного. В итоге рыжую, не смотря на то, что она кусалась и брыкалась в руках своего похитителя, все же переместили из коридора, а после этого по всей школе заработал громкоговоритель, концентрируя на себе внимание испуганных студентов. — Через полчаса в Главном зале состоится главное событие этого года — Процесс над ведьмами. Просим почтить своим вниманием всех свидетелей, которые располагают сведениями о подсудимых. Если вы лично видели, как они использовали колдовство, вас выслушают вне очереди. В случае, если использование магии не получится подтвердить, прекрасных девушек отпустят. Если нет — мы их сожжем, — в конце речи измененный роботизированный голос злобно рассмеялся. Скорпиус не смог сдержать смешок от этой речи и, удостоверившись, что люди в странных костюмах исчезли из поля зрения, зашагал в сторону лестницы. Крики студентов сменились бурными обсуждениями предстоящего мероприятия, доносившиеся из каждого угла. Оказавшись на первом этаже, Малфой вышел во внутренний двор и сразу же наткнулся на Альбуса и Забини. — Скорп, ты слышал? — сказал Поттер, как только его увидел. — Угу, — кивнул блондин и достал пачку сигарет. — Что думаешь? — Альбус был заметно взбудоражен происходящим. — Я в восторге, — с каменным лицом произнес блондин. Малфой решил не говорить другу о том, что видел в коридоре. Еще одного приступа братской любви он бы не пережил. Через полчаса, как и анонсировал голос из громкоговорителя, начался процесс. Большая часть студентов собралась в Главном зале, который переоборудовали в зал суда на скорую руку. За преподавательским столом сидела Дакота Моне в роли судьи, которая облачилась в классическую черную мантию и шапочку. Справа от судейского стола находилась небольшая отдельная кафедра для свидетеля, а слева скамья для присяжных, огражденная невысокой перегородкой — в начале процесса она пустовала. Напротив Дакоты стояли два массивных стола для размещения представителей сторон процесса — обвинения и защиты. В роли обвинителей выступали те самые охотники в кожаных одеяниях, которые устроили шоу в коридоре. В роли защитников были задействованы старосты школы Киран Бартон и Саманта Крастер. Рядом с ними располагались обвиняемые — шесть девушек, которые сидели в два ряда. Скорпиус узнал только Поттер, Лонгботтом, Адриану и Юдзу Накамуру. Остальные были американками, с которыми он не был знаком. В задней части зала, где обычно стояли обеденные столы, находились ряды деревянных скамей, предназначенных для зрителей. Студенты активно занимали места на лавках, ожидая начала заседания. — Там, что, Лили? — сказал Альбус, как только зашел в Главный зал. Начинается. Он сделал резкий рывок в сторону эпицентра всех событий, но Малфой в последний момент удержал его за край кофты и дернул на себя. — Поттер, завязывай, — прошипел он. — Это просто какая-то школьная постановка. Мы в Главном зале, по всему замку снуют преподаватели. Альбус вырвался из его хватки, но все же остался стоять на месте, соглашаясь с блондином едва уловимым кивком головы. — Прошу тишины, — выкрикнула Дакота, когда большая часть студентов уже сидела на скамейках. — Нам нужны добровольцы на роль присяжных. В воздух взмыли десятки рук перевозбужденных от предстоящего шоу учеников. Свободные охотники, которые не занимали свои места за столом обвинения, шли по залу и вытягивали со своих мест студентов в случайном порядке. Проходя мимо Скорпиуса и Альбуса, коренастый парень в кожаном плаще взял за предплечье Малфоя, поднимая его с места. — Возьмите меня, — вмешался Поттер. — Нельзя, ты брат одной из обвиняемых. Это запрещено, — из-под маски раздался басистый голос. Альбус поджал губы и раздул ноздри от недовольства. Скорпиус поднялся, прошел мимо остальных студентов в ряду и направился к огороженной скамье для присяжных неподалеку от стола судьи. Спустя пару минут приготовлений процесс начался. — Все эти шесть девушек обвиняются в колдовстве, в ведьминских промыслах, в служении темным силам и далее по списку, — Дакота надела на переносицу очки-половинки, делая свой образ еще более комичным. — Дела будем слушать по очереди. Сначала слово дается подсудимой, затем свидетелям. Во время дачи показаний со всеми участниками могут работать обвинители и защитники. Один охотник из числа тех, кто отбирал добровольцев на присяжных, подошел к столу, за которым сидели девушки и протянул руку Лонгботтом, провожая ее до пьедестала справа от судейского стола. — Аманда Лонгботтом, вы обвиняетесь в колдовстве. По меркам нашего таймлайна, это тяжкое преступление, — Дакота надменно посмотрела на блондинку поверх очков. — Мистер Чапман, — судья обратилась к одному из охотников, после чего он поднялся и снял маску, — Будьте добры, зачитайте обвинение. — Мисс Лонгботтом застали за использование магии неоднократно. Например, подсудимая никогда не была замечена мною или моими коллегами спящей, что, несомненно, говорит только о волшебном вмешательстве и использовании зелий. Также подсудимую видели на утро после вечеринки — без отеков и синяков под глазами, что свидетельствует об обращении к колдовству и даже демоническим силам, — с важным видом скандировал Атлас, передвигаясь вдоль скамьи подсудимых, стола судьи и кафедры, за которой сидела Аманда. — Протестую! — выкрикнул Киран. — Моя подопечная спит. — Протест отклонен, мистер Бартон. Вы свечку не держали, — Дакота стукнула молотком. — Спасибо, мистер Чапман. Уверена, наши присяжные вынесут справедливый вердикт, — она повернулась на блондинку, которая не могла сдержать смех. — Слово вам. — Я никогда не прибегала к колдовству. Я сплю каждый день. А после вечеринки помогает душ и маска, никакой магии. — Лгунья! — выкрикнул с места другой охотник, который все еще сидел в маске. — Протестую! — с места поднялся Бартон. — Протест удовлетворен. Мистер Паркер, держите себя в руках, — Моне бросила в охотника скомканный лист бумаги со своего стола. — Мисс Лонгботтом, займите свое место, — она указала рукой на стол защиты. — Вызывается свидетель Морган Купер. Парень, сидевший в зале с остальными студентами, поднялся со своего места и прошел к кафедре. — Мисс Лонгботтом очаровала меня своей красотой — это под силу только ведьме, — кратко сказал Морган. Охотники театрально закачали головами в знак согласия, а Дакота поправила очки и громко выдохнула, все больше вживаясь в образ, после чего отпустила подставного свидетеля на свое место. После Аманды перешли к Адриане, разыграв точно такую же сцену с идиотскими и сюрреалистичными обвинениями — свидетельство ее колдовства заключалось в том, что вот уже два года во всем Массачусетсе зимой не поднимается урожай. Скорпиус, хоть и ловил время от времени чувство испанского стыда, наблюдая за сомнительными сюжетными поворотами и отыгрышем студентов, все же поймал общую волну веселья и иногда тихо посмеивался, сидя на скамье присяжных. Во время обвинения Юдзу Накамуры он вообще чуть не умер от смеха, наблюдая за Кираном, вытащившим из кармана пиджака, который был ему велик на несколько размеров, какой-то самодельный пищащий датчик определения магии, и начал крутить им у лица японской студентки, пытаясь доказать ее невиновность. В этот момент его скрутили охотники, дежурящие в помещении, и вынесли из Главного зала, обвинив в колдовстве. Следующей вызвали Поттер. — Мисс Поттер, думаю, что вы и так уже поняли, почему вы здесь. Если нет, напомню: колдовство, — Дакота посмотрела на обвиняемую. — Прошу, мистер Чапман, зачитайте обвинение. — Рыжая, с зелеными глазами, — кратко ответил Атлас. — Я готова дать преждевременное решение: виновна, — Моне ударила молотком. — Прошу увести подсудимую на костер. — Протестую! — крикнула Саманта, оставшаяся одна на стороне защиты. — Протест отклонен. Скорпиус прыснул, смотря на недоумевающее лицо Поттер, когда ее выводили из зала. К его удивлению, в этот раз она не сопротивлялась. Он глазами нашел в толпе Альбуса — он тоже смеялся. Представление заняло еще какое-то время, пока судебный процесс не прошелся по всем липовым обвиняемым. После того, как американскую студентку Джессику Стокер обвинили в глобальном потеплении, судья обратилась к присяжным. — Коллеги, прошу, поделитесь вашим мнением о виновности каждой подсудимой, — она сделала паузу, — Кроме Мисс Поттер, разумеется. На скамье около Малфоя началась возня из-за того, что студенты пытались определить, кому дать слово. В итоге с места поднялся японский студент по имени Акира Кавасаки. — Я озвучу наши заметки… — Спасибо, мистер Кавасаки, — перебила его Дакота и встала из-за стола, обращаясь к студентам в зале. — Что ж, вы все слышали сами. Присяжные вынесли неутешительный вердикт — казнить всех. На последнем слове Дакота вышла из-за своего стола и сделала поклон, придерживая судейскую шапочку. Следом за ней все охотники, участвующие в представлении, сделали такой же жест, показывая, что постановка закончилась. Студенты в зале зааплодировали и встали со своих мест, выкрикивая слова поддержки и улюлюкая. — Спасибо за внимание. Надеюсь у нас получилось передать весь уровень несправедливости, который сопровождал подобные процессы в 17 веке и принес разрушительный эффект для всего американского общества, — сказала со своего места Саманта Крастер, которая вышла вперед к Моне. — Мы должны помнить всех жертв, которые пали от таких вот сфабрикованых приговоров, построенных на стереотипах и невежестве. Во внутреннем дворе мы можете почтить память казненных в Салеме не-магов у специального мемориала.

***

Когда Лили и охотник, выводивший ее из Главного зала, оказались в коридоре, парень снял с себя маску, показывая, кто за ней скрывается. — Джулиан! — она узнала старосту Вампуса. — Как тебе представление? — парень улыбнулся. — Это было… весело. И со смыслом, на самом деле, — честно ответила девушка. — Да, Дакота умеет такое организовывать, — выпалил он, но сразу же прикусил язык, глядя на реакцию девушки. — Уверен, ты тоже, — он замялся. — Вы не думали делать такие штуки совместно? — Мы разделили обязанности, — рыжая пожала плечами, предпочитая не вдаваться в подробности. — Может прогуляемся? Можем сходить на смотровую площадку на Ударной башне, там сейчас хороший вид, — глаза Джулиана загорелись азартом. — Ты разве не должен меня сжечь? — Лили игриво улыбнулась и наклонила голову. — Считай, что я дезертировал, — Рид достал волшебную палочку и заклинанием сменил кожаное одеяние охотника на обычные джинсы и черную кофту. Оказавшись наверху, девушка облокотилась о перила и наслаждалась свежим воздухом и вечерней прохладой. На небе все еще виднелись оранжевые и лавандовые переливы от заката, которые медленно размывались, создавая нежный переход к темноте. Джулиан встал рядом, одной рукой облокотившись о железную перегородку, и смотрел на нее. Лили почувствовала его взгляд и повернулась. — Что? — она нахмурилась. — Ты очень красивая, — Джулиан улыбнулся, обнажая белоснежные зубы. — Спасибо, — Лили смутилась и отвела взгляд. Рид не двинулся с места. — Так и будешь смотреть? — сказала она, не поворачиваясь. — Ага, — он рассмеялся. Лили тоже не смогла сдержать улыбку. Ей было неловко, но от его слов внутри разлилось приятное ощущение. Каждое движение рядом с ним казалось естественным, ненапряженным. Лили не нужно было подбирать слова или думать, как себя вести — можно просто быть. Легкое касание его руки в Главном зале, случайный взгляд в коридоре, пересечение дыхания в тихом разговоре где-нибудь в гостиной — все это было похоже на медленное, размеренное течение реки, убаюкивающее, дарящее чувство безопасности. С каждой их встречей, хоть она бывало и отталкивала его, она все больше ощущала, как легко и естественно ей находиться в его присутствии. Воздух рядом с ним казался теплее, а тишина — уютнее. Он был как мягкий плед в дождливый вечер, как первые лучи солнца на лице после холодной ночи. Глядя на Джулиана, она чувствовала себя в безопасности и не хотела его отталкивать. В глубине души она даже ждала от него первого шага. Немного опасалась, но хотела этого. — Я знаю, что ты хочешь меня поцеловать, — она развернулась к нему туловищем и встала напротив. — Очень, — сказал он, не сводя глаз. — Я возможно этого тоже хочу, — он двинулся в ее сторону, но она остановила его, уткнувшись ладонью в грудь. — Но я должна сделать это сама. Понимаешь? Его лицо вытянулось и приняло вопросительное выражение, а теплые шоколадные глаза стали медленно угасать. — Часто парни делают первый шаг тогда, когда я этого не хочу. Меня это пугает, — она остановилась, подбирая слова. — Возможно это звучит глупо, но я хочу сама это контролировать. Я хочу, чтобы я решила это сама. — Хорошо, я понимаю, — он накрыл ее ладонь на груди своей. — Я буду ждать, Лили Поттер. Рыжая, с зелеными глазами. Лили залилась краской и улыбнулась, опуская взгляд. Когда небо окончательно потемнело, они спустились вниз. — Я хочу посмотреть на мемориал, — сказала Поттер, когда они шли по первому этажу. — Не против, если я не пойду? Я на него за эти дни насмотрелся, — он провел рукой по волосам. — Буду ждать тебя в гостиной. — Я быстро, — сказала Лили и улыбнулась. Они разошлись в коридоре со входом в дуэльный зал — девушка вышла во внутренний двор, а Джулиан пошел дальше в сторону гобелена с изображением вампуса. Оказавшись на улице, Лили сильнее закуталась в спортивную кофту на молнии и прошла вглубь, ориентируясь на мраморную плиту с фотографиями, освещаемую сотнями огоньков от свечей. Вокруг никого не было — для пятничного вечера это было несвойственно. Поттер обрадовалась тому, что студенты понимали, что веселиться во дворе рядом с изображениями салемских жертв было бы кощунственно. Она подошла ближе и начала рассматривать имена и созданные по воспоминаниям фотографии молодых девушек — красивых, улыбающихся и пышущих здоровьем. Ей стало невыносимо больно смотреть на них и думать о том, что могло бы их ждать, если бы не приговоры, которые им подписали на таких же дурацких, как и школьная юмористическая постановка, судебных процессах. Лили взяла свечу из общей коробки, которая лежала на плите, и подожгла ее огоньком от другой. Она поставила ее рядом к остальным, отдавая дань уважения жертвам. Внутри стоял ком, который никак не получалось сглотнуть. Рядом послышался какой-то шорох. Она достала палочку и направила ее на источник звука — темные кусты неподалеку от мемориала. Звук повторился. — Люмос, — произнесла она, двигаясь дальше. — Как же ты заебала, — услышав знакомый голос, Поттер подпрыгнула на месте. — Что ты тут делаешь? — Лили уставила палочку с горящим огоньком на пепельные волосы Малфоя, который сидел на скамейке. — Курю, — он протянул впереди себя дымящуюся сигарету. Этот жест и его самодовольное лицо в считанные секунды вызвали в ней волну раздражения. Почему ему нужно это делать именно здесь? Почему обязательно в двух шагах от мемориала? — Проникся историей американских маглов? Как-то не свойственно для тебя, — не в силах контролировать себя в его присутствии, она пошла в атаку. Он метнул на нее злобный взгляд и стиснул челюсти. — Все сказала? Ты куда-то шла, кажется, — цепляясь за остатки самоконтроля, выпалил он. — Я пришла, чтобы почтить память жертв Салема. А ты здесь куришь, в метре от мемориала. Не мог найти другого места? Или это бунт и ты так показываешь свое отношение? — она вздернула подбородок. — Какое, по-твоему, у меня отношение? — Малфой затянулся. — Ну не то, чтобы твоя семья жалует маглов. Особенно их жертвы из-за волшебников. Для вас же это люди второго сорта, — ее слова были пропитаны ядом. — Почему ты думаешь, что знаешь хоть что-то о моей семье? — он встал и потушил сигарету. — Людьми второго сорта я считаю только заносчивых и невежественных людей вроде тебя и тех, кто выносил приговоры в Салеме. Лили опешила от этого сравнения и смотрела на него, хлопая глазами. — Как часто ты сама помогаешь маглам? Может, семьям с больными детьми? Или малоимущим? — он двинулся на нее. Поттер застыла и вжалась головой в свои плечи, наблюдая за каждым его движением. Ей казалось, что он может накинуться на нее — похожее чувство она испытала рядом с Паркером. — Молчишь, — он встал впритык к Лили и смотрел на нее сверху вниз с нескрываемым отвращением. — Можешь только лаять на всех вокруг. Но за всем этим показным геройством ничего не стоит. Ты пустая. Последнее слово он прошипел ей в лицо, наклонившись. Малфой в последний раз посмотрел на нее, оскалился и ушел прочь из внутреннего двора.