Magic Wand and Travel

Гриммо, 12. Дом Поттеров, 22 августа

Очень кстати День Рождения Альбуса выпадал на субботу. Гарри даже не пришлось брать выходной за свой счет. А накануне праздника он строго-настрого запретил своему заместителю посылать ему патронусов, сов и пытаться связаться любым другим способом, только если в происшествии не будут замешаны его дети. Не смотря на частую занятость на работе, он старался расставлять приоритеты в пользу семьи — дни рождения детей и жены, первое сентября, годовщина свадьбы с Джинни. Будучи молодым мракоборцем он срывался на каждый вызов, будь то задержание бывшего Пожирателя или мелкая кража в винтажной лавке. С появлением детей все изменилось. Ни разу не встречавшись со своим отцом, он хотел быть рядом с детьми так часто, насколько мог. Утром Джинни настояла, чтобы он остался в постели: впереди был шумный, людный праздник, и лишний час покоя мог спасти ему нервы. На кухню она заблаговременно наложила заглушающие чары, чтобы ни Гарри, ни именинник не проснулись от утренней какофонии, устроенной Лили и Джеймсом. — Джеймс, еще одна вишня с торта окажется у тебя во рту и я наплюю на Надзор, чтобы кинуть в тебя Петрификусом, — возмущенно выпалила Лили, тыкая в брата пальцем, испачканным в креме. — Авбус не вюбит вишню, он сам мне воворил, — с наполненным ягодами ртом ответил старший брат. — Мам! Он опять все портит! У меня было ровно восемнадцать ягод, осталось всего двенадцать! — младшая Поттер с самого утра была на взводе. Лили вызвалась готовить торт самостоятельно, заявив, что получится у нее лучше, чем в лавке Мадам Пимс — известного кондитера в Магическом Лондоне. Но почувствовала, что терпит поражение еще вчера, когда крем вышел не таким густым, как нужно. Поведение брата становилось последней каплей в ее чаше терпения, которая от природы и так могла вместить не больше шота огневиски. — Милая, давай просто добавим других ягод из холодильника, — предложила Джинни и немного нервно улыбнулась. Миссис Поттер чувствовала, что буря близко и не ощущала достаточно сил, чтобы ее сдержать. Если Лили не добивалась чего-то, чего очень хотела, под горячую руку попадали все. Она познакомилась с этой ее особенностью, когда той едва исполнилось два года — Лили так сильно хотела «цветочек» из сада Молли Уизли, невзирая на все запреты и уговоры, что следующие пару месяцев Джинни приходилось мазать фиолетовую руку дочери каждый день и посещать Мунго, чтобы убрать последствия столкновения с ядовитой тентикулой. Младшая Поттер дернулась к холодильнику, попутно вытирая кремовые руки о фартук, и стала лихорадочно рыскать глазами по полкам. Через мгновение она достала упаковку свежей клубники и, немного покрутив ее в руках, будто прицениваясь, положила на стол. — Лил, да так вкуснее будет. Белиссимо, мама мия — Джеймс, вскинул руки, изображая жестикуляцию итальянцев, на что получил суровый взгляд от сестры. — А что мы напишем на торте? — Ты — ничего, — буркнула Лили. — Думаю будет классно, если каждый напишет какое-то слово в качестве пожелания, — предложила Джинни. — Послушай, что мудрая женщина говорит, — сказал старший ребенок Поттеров, обращаясь к сестре и окунул палец в остатки крема. — Надо работать сообща, мы же команда. Должна быть синергия. — Я пожелаю ему нормального брата, — не обращая внимания на Джеймса, который уже облизывал палец, сказала Лили, выкладывая на торт клубнику. Закончив, она взглянула на получившийся торт. Так и правда было лучше. В итоге идея Джинни пришлась по душе обоим детям. Они сначала написали свои пожелания, дав этим ложную надежду на спокойный остаток утра, но завершив надписи, оба сунули руки в растопленный шоколад и кинулись друг на друга в попытках испачкать. После того, как Джеймс атаковал последним, оставив на щеке у сестры большую шоколадную кляксу, она стала кружить по кухне с измазанным пальцем в надежде отомстить. Все уговоры и попытки отвлечь внимание детей Джинни ни к чему не привели. Она решила действовать по привычной схеме — сделать замечание обидчику и пожалеть жертву, когда кто-то из них «одержит победу». Спускаясь вниз, Гарри остановился на предпоследней ступеньке, чтобы понаблюдать за происходящим: Лили в грязном фартуке, с измазанным в шоколаде лицом и растрепавшимися волосами носилась за хохочущим Джеймсом по всему первому этажу и кидала словесные проклятья. В оскорблениях Лили была особенно изобретательна — Джеймс бывал и ощипанный гипогрифом, и гоблином-переростком, и кентавром с головой лошади и жопой человека — и это только то, что слышал Гарри лично. Джинни, заметив мужа, просто пожала плечами и улыбнулась. Гарри преодолел последнюю ступеньку и оказался в самой гуще событий. Проносясь мимо, почти двухметровый Джеймс одним движением повернул его за плечи и выставил перед собой, как живой щит. — Папа! Вы опять забыли ей дать таблетки! — выкрикнул Джеймс, прячась от сестры за спиной отца. — Дети, успокойтесь, — улыбнулся Гарри и отошел от Джеймса к столу. — Какая красота! Лили, это ты приготовила? — Ага, а я помогал, — влез старший. Лили цокнула, стоя у раковины в попытках отмыть шоколад с лица и рук. — Каждый из нас написал какое-то пожелание. Остался только ты, — игриво сказала Джинни и пододвинула на край стола, где стоял муж, глубокую стеклянную тарелку с остатками шоколада. Гарри достал волшебную палочку из кармана домашних штанов и направил ее в сторону торта. Через мгновение шоколад из тарелки переместился на крем по воздуху и преобразовался в слово «гармонии» рядом с «побед» от Джинни, «любви» от Лили и «мозгов» от Джеймса. — Можем идти поздравлять, — воодушевленно сказала младшая Поттер, подойдя к столу. Все присутствующие на кухне проследовали к комнате Альбуса, доверив нести торт Джинни, как самой ответственной. Даже Гарри Поттер, будучи героем войны, семьянином и руководителем в Министерстве, стабильно раз в неделю приходил домой в треснувших очках. О детях и говорить нечего. — Подождите, — перед дверью комнаты раздался голос Гарри. Он снова достал палочку и наколдовал горящие свечи, которые парили в воздухе над тортом, но не опускались на поверхность, чтобы не испортить надписи. — С Днем Рождения! — одновременно выкрикнули все члены семьи и завалились в комнату к Альбусу. Джеймс вместе с отцом запустили из палочек огненные искры, которые освещали всю комнату и так и норовили что-нибудь поджечь, но усилиями волшебников оставались под контролем. Средний из детей Поттеров подскочил на кровати и резко сел, испуганно озираясь по сторонам. Увидев всю семьи и торт, он сонно улыбнулся и поднялся на ноги. «Чтобы в этом году все было по-новому», — загадал про себя желание Альбус и задул свечи. В ту же секунду он исчез из комнаты. — Юху! — раздалось откуда-то снизу. — Классика, — прыснул Джеймс, вспоминая свое совершеннолетие.

***

Ближе к обеду начали прибывать гости. Первыми на пороге появились Рон и Гермиона с детьми. Родители отправились помогать Джинни и Гарри с уборкой и расстановкой мебели в столовой, которая предназначалась как раз для таких семейных застолий. Раньше любые посиделки на Гриммо, даже самые шумные и массовые, вполне умещались в кухне и гостиной. С появлением молодого поколения, особенно, когда с каждым годом количество детей у родственников и друзей только увеличивалось, Гарри и Джинни решили увеличить одну из комнат на первом этаже расширяющим заклинанием и оборудовали там что-то вроде обеденного зала. Большую часть времени она стояла без дела, но в такие торжества, как чей-то день рождения или другой праздник, который решали отмечать у Поттеров, ее открывали, приводили в порядок общими усилиями и меняли обстановку на более подходящую для того или иного события. Джеймс, Альбус и Хьюго сбились в комнате Альбуса и смотрели квиддичный матч, используя очередное изобретение из магазина Уизли — радиоприемник, настроенный на магические волны, имел оптическое стекло на одной из сторон, с помощью которого на стену или любую другую поверхность можно было выводить картинку трансляции. — Я поставил три галеона на «Пушек», надеюсь их ловец Льюис будет порасторопнее, — жарко выпалил Хьюго, внимательно наблюдая за игрой. — А на кого еще ты ставишь? — выгнув бровь, спросил Джеймс. — На «Татсхилл Торнадос», конечно же. Ты уже принес мне тридцать галеонов, — после этих слов Поттер смягчился и одобряюще кивнул кузену. Хьюго понял, что прошел проверку. Лили в это время на кухне украшала микрозеленью готовые брускетты, растрепанная и очень сосредоточенная. — Черт, как же неудобно без магии! — зашипела младшая Поттер, когда маленький кустик травы снова упал на поверхность стола. — Давай помогу, — в кухню зашла Роза. — Было бы супер, — улыбнулась Лили. Роза достала палочку, произнесла заклинание и украсила оставшиеся брускетты. Лили разочарованно хмыкнула, наблюдая, как Роза одним движением палочки сделала то, на что у нее ушло добрых полчаса. — Слушай, Роз, может ты поможешь мне собраться? А то я столько с этими закусками провозилась, что ничего не успеваю, — оленьи глаза Лили приняли коронное умоляюще-жалобное выражение, которому обычно никто не мог отказать. — Я, конечно, не профи в этом, но можно попробовать, — неуверенно сказала Роза. — Ты профи во всем, не прибедняйся, — Поттер обошла стол и направилась в сторону лестницы. Кузина двинулась за ней, — Я все тебе покажу. Девочки оказались у косметического столика Лили в ее спальне. Поттер с важным видом раздавала команды, следя за тем, чтобы старшая кузина не изуродовала ее лицо. От сурового тона Поттер, Роза даже боялась сделать лишнее движение или, не дай Мерлин, перепутать баночки. Девушка поймала себя на мысли, что меньше переживала, когда сдавала Макгонаггал свою аттестационную работу по Трансфигурации в прошлом году. — Роза. Джиневра. Грейнджер-Уизли, это не тот оттенок! — чеканя каждое слово, сказала Лили, наблюдая за тем, как кузина пытается накрасить ее губы темно-бордовой помадой. — Лил, ты не думала стать каким-нибудь надзирателем в Азкабане? Я тебя боюсь, — шутливо произнесла Роза, поднимая в воздух палочкой нужный цвет. Лили смягчилась и хихикнула. Тюбик с помадой вернулся на место и Уизли опустила палочку. — Боюсь, там все места уже заняты, — улыбнулась Поттер. Макияж оказался неожиданно удачным. Лили теперь сияла с выразительным смоки-айс в теплых коричневых оттенках и с идеальной красной помадой. — А теперь волосы. Знаешь, я тут увидела одну занятную статью в «Модной ведьмочке», в ней рассказывали о трехъярусной объемной прическе со стразами и живыми цветами, которые в самом разгаре торжества должны трансфигурировать в птиц и улететь, — Роза нервно сглотнула и раскрыла глаза. — Эм… Ну давай попробуем, но я не уверена… — растерянно начала кузина. — Расслабься, я шучу, — Лили рассмеялась, а Роза облегченно выдохнула. Младшая Поттер практически никогда не делала прически, оставляя свои огненные кудри в естественном виде. Тем более, дрессировке они поддавались очень слабо. Она только распустила хвост, повидавший за это утро многое, и заточенными движениями рук придала жизни своим волосам. Встав со стула перед столиком, она прошла в гардеробную и надела подготовленное с вечера платье. — Ты решила отправить своих братьев прямиком в Мунго? — Роза прищурилась, глядя на короткое черное платье с пышной юбкой и корсетом с открытым верхом, в котором стояла кузина. — Переживут, — улыбнулась Лили и подошла к коробке с украшениями. Достав несколько пар серег, она начала подносить их к своему лицу. — Какую школу ты выбрала? — вдруг спросила Роза. Лили замерла, уставившись на кузину через свое плечо в отражении. За последние два дня этот вопрос уже набил оскомину — его задавали однокурсники, кузены, родители и Альбус. Она так сильно злилась на брата все это время! На то, чтобы выведать название школы, у нее ушло куча нервов и, по ощущениям, пару лет молодости. А он так и не сказал правду. Лили не понимала, что за игру он затеял и почему, как под Империусом, повторял из раза в раз название американской школы. Несколько раз девушка даже усомнилась в своей правоте, но сколько бы она ни пыталась представить брата на пару с Малфоем, разгуливающими в стенах Ильверморни, не могла в это поверить. Лили перебрала с десяток теорий заговора: может, Альбус так подсказывает ей, куда нужно ехать? А может, они договорились с Малфоем выбрать разные школы? Может, в эту школу едет какая-нибудь новая влюбленность брата? Вдруг его заставили родители или Джеймс? К концу вчерашнего дня она думала, что сходит с ума. Был даже вариант просто остаться в Хогвартсе, но и он после длительных размышлений показался ей подозрительным. А что, если Альбус тоже так решил и просто издевается? За несколько минут до полуночи она начеркала на пергаменте название школы и поклялась больше не занимать свои мысли этим до завтрашнего дня, на который назначены финальные сборы. Но вот Роза задала свой вопрос и ее снова прошибла волна тревоги. — Роз, давай не обсуждать эту тему хотя бы сегодня, — умоляюще протянула Лили. — Я слишком много думала об этом последние дни. Я не хочу учиться с Альбусом, а он не признается в том, куда едет на самом деле. — Без проблем, — Роза пожала плечами. — Просто на всякий случай, я поеду во Францию. — Ты предсказуема, Рози, — Лили улыбнулась кузине в отражении зеркала, застегивая вторую сережку. — Дети, все уже здесь! Спускайтесь! — с первого этажа раздался голос Джинни Поттер, громкость которого была увеличена с помощью заклинания, чтобы все обитатели второго этажа точно ее услышали.

***

Спустившись вниз, Альбус оказался в эпицентре внимания, объятий и всеобщей любви. Все рвались его потрогать, вручить подарок и сказать пару теплых слов. Когда он побывал в руках каждого присутствующего, ему начало казаться, что от особенно сильных объятий он уменьшился минимум на два размера. В столовой сидели Рон и Гермиона, Лонгботтомы — Невилл, Ханна и Аманда, Джордж Уизли с семьей — Анджелиной и Фредом (Роксана не смогла прийти из-за дежурства на практике в Мунго), Тедди, Мари-Виктуар, бабушка и дедушка Уизли. В этот раз столовая была украшена воздушными шарами с лицом Альбуса (все фотографии, к несчастью, выбирал Джеймс), растяжками с разноцветными флажками и надписью «С Днем Рождения, Альбус». Посередине стоял огромный стол, который ломился от блюд и напитков, а у стен расположились узкие высокие столики с цветами, пуншем и закусками, которые не уместились на обеденном столе. Родственники, которые не смогли прийти, прислали подарки. Сначала их сложили в угол комнаты, но в начале застолья Гарри переместил их в комнату Альбуса после того, как о них споткнулся Джеймс и чуть не окунул руку в пунш на соседнем столе, еле удержав равновесие. Поттеровская неуклюжесть — это не какая-то там выдумка. Альбус, конечно, был рад видеть всех, но к середине застолья начал ощущать ту самую странную усталость, когда на тебя одновременно смотрят, спрашивают, щипают за щеку, вспоминают твои пеленки и спрашивают про планы на будущее. Он, как истинный слизеринец и лев по гороскопу, не был против внимания. Но в разумных дозах. Спустя несколько минут он, кажется, отвечал одно и то же, не разбирая сути вопроса. «Все хорошо, учеба отлично, пока не решил, куда буду поступать, девушки нет», — повторял он, как мантру. За очередным обсуждением кубка школы в прошлом учебном году, который удалось выиграть Слизерину, он посмотрел на часы на руке. Оставалось два часа до неофициальной части, которую готовил Джеймс. Всего два часа. — Форель очень вкусная. — Слышали, «Пушки Педдл» победили со счетом 320:170? — В этом году мы были в Южной Корее, представляете, они в каждый прием пищи едят рис. — Мы с Роном хотим открывать филиал магазина в Магическом Сохо. — Я думаю, что могу сыграть на Чемпионате Мира в следующем году. — Помада из последнего выпуска «Волшебной ведьмочки» настолько стойкая, что не смылась даже мицеллярным зельем. Не уверена, что это хороший знак. — В этом году в теплице очень хороший урожай мандрагоры. — Мы думаем купить новую машину. Сначала хотели кабриолет, но на нем не полетаешь — ветер ужасно сушит кожу. — Мой новый фильм выйдет в октябре. Я сыграю жену Мерлина. — Очень рада, что, наконец, удалось воплотить в жизнь программу по обмену. Остался час. Голова шла кругом, Альбус не знал, за какой разговор ему хочется зацепиться. Возможно, ни за один из них. — Кстати, Доминик, Флер и Билл не приехали из-за финального сбора по поводу обмена в Шармбаттоне. У вас он, разве, не сегодня? — на этот раз Мари-Виктуар обратилась конкретно к Альбусу и ему пришлось выпасть из оцепенения. — Нет, завтра, — он посмотрел на кузину, которая сидела напротив. — Вообще, он должен был быть сегодня, но ваша тетя сжульничала, — сказал Рон, который сидел неподалеку. — Рональд, — Гермиона тут же смерила мужа серьезным взглядом. — Я не сжульничала, а просто немного сместила дату из-за любимого племянника. — Что? — Альбус округлил глаза. Ему сразу показалось странным то, что сборы не назначили на следующий день после приема ответов. — Благо я могу себе позволить, — Гермиона пожала плечами и обвела в воздухе рукой, держащей вилку всех присутствующих, — А вы никому об этом не скажете. Собравшиеся за столом рассмеялись. Осталось сорок минут. Альбус почувствовал, как Тедди, который сидел рядом с Мари-Виктуар, нарочно поймал его взгляд и кивнул на дверь из комнаты. Альбус нахмурил брови, выражая немой вопрос. Тедди поднялся первым, не прерывая зрительный контакт со средним Поттером. Альбус встал следом, не совсем понимая, что от него хотят. За столом никто не обратил на это внимания, кроме, разве что, Лили, которая сидела рядом, но она была увлечена разговором с Анджелиной Уизли. Люпин вышел из столовой, Альбус следовал за ним. — Тед, ты куда? — кинул Поттер вслед. — Покурить. Ты идешь? — по-мальчишески улыбнулся Люпин и направился к входной двери. — А как же субординация и все такое? — усмехнулся Альбус, который, на самом деле, готов был прыгать от счастья. — Сейчас я не твой профессор. Да и вообще, если тебя не выкинут из школы по обмену, я больше де факто у тебя преподавать не буду, — сказал Тедди, когда они вышли на крыльцо. — Наложи, хотя бы, дезиллюминнационное, — Альбус озирался по сторонам. — Родители-то знают, но вот бабушка Молли — нет. И пусть так и останется. Навечно. — Давай просто переместимся в соседний квартал к цветочному магазину. Как раз покажешь свои навыки трансгрессии, — на этих словах Люпин растворился в воздухе. Альбус переместился следом, оказавшись у оговоренного магазинчика. Профессор тут же протянул ему открытую пачку, наблюдая, как Поттер в одно мгновение вставил ее в рот, поджег и начал жадно затягиваться дымом. Они стояли, наслаждаясь абсолютной тишиной и компанией друга друга. Через пару минут им снова нужно будет оказаться в максимальном уровне шума, который может создавать компания почти из двадцати человек, но для них существовал только этот момент. — Спасибо. Мне это было просто необходимо, — сказал Альбус с благодарностью. Тедди понимающе кивнул и, докурив, первым переместился обратно на Гриммо. Когда они вошли в дом, гомон из столовой тут же ударил в уши. Лили вылетела из-за стола и направилась к ним с видом, будто сидела у двери с секундомером. — Вот, съешьте, — она пихнула им салфетку, в которой лежало две закуски в форме шариков. — Ал, можно было и потерпеть полчаса. — А меня ругать будешь? — спросил Тедди с нескрываемым весельем в голосе. — Вообще-то, да. Профессор Люпин, это было безответственно. Минус пять очков с преподавательского состава, — серьезность в голосе Лили сменилась смешливыми нотками. — Мисс Поттер, обещаю, что такого не повторится, — Поттеры прыснули одновременно, а профессор одним движением положил закуску в рот. Все трое вернулись к остальной компании, и Альбус уже в более спокойном состоянии провел остаток семейного обеда после вылазки на улицу с профессором. И понял, что Тедди — в начале списка того, по чему он будет скучать в новом учебном году за пределами Хогвартса. Спустя двадцать семь минут, ровно в оговоренное время (старший брат тоже постоянно смотрел на часы), Джеймс встал со своего места. — Дорогие гости, — он обратился ко всем присутствующим, — Любимые родители, — он повернулся к Гарри и Джинни Поттер, — Спасибо за то, что оказали нам честь поприсутствовать на таком знаменательном событии, как День Рождения моего брата, — он сделал паузу. — Хоть он учится на Слизерене и играет в квиддич, как топеройка, мы все же его любим. А я больше всех, поэтому я вынужден украсть его и других малолетних присутствующих, чтобы напоить, опозорить и вообще внести вклад в разрушение доброго имени семьи. Джинни прикрыла рукой глаза, Гарри смеялся, Лили вскинула голову к потолку, Тедди хлопал, Артур Уизли опрокинул на себя бокал с пуншем, а Альбус залился краской. — Джеймс, если я завтра увижу в «Ежедневном пророке» хоть одну фотографию вечеринки с каким-нибудь скандальным заголовком, плачу двадцать галеонов, — выкрикнул Джордж Уизли и сразу же получил локтем от сидящей рядом жены. — Заметано, — Поттер подмигнул и направился к выходу из столовой, останавливаясь в дверях. — Детки, ну что сидим? Лили, Хьюго, Роза и Аманда поднялись со своих мест, обменялись со всеми словами прощания, получили теплый поцелуй в щеку от Молли Уизли и вышли из комнаты. На крыльце их уже ждали братья Саламандеры, Малфой и Забини. Малфой в один шаг настиг Альбуса и, улыбнувшись, по-братски обнял друга и похлопал по плечу. Лили отшатнулась от этого зрелища, как от инфернала — она всерьез заподозрила, что Джеймс подмешал в пунш галлюциногенные ингредиенты. Малфой, выражающий эмоции? Это уже что-то из разряда темной магии. Следом за ним, Альбуса поздравили остальные друзья, вручив небольшие подарки, которые он оставил в прихожей, быстро забежав домой. — Да-да, с Днем Рождения, Альбус и все такое. Давайте уже свалим, — нетерпеливо сказал Джеймс, доставая из кармана брюк потрепанную колоду магловских карт. — Это и есть твой великий сюрприз? — скептически прищурился Альбус. — Мы сыграем пару партий на крыльце, ты объявишь победителем себя и разойдемся? — Это портал, умник. — Откуда у тебя портал? Их нельзя изготавливать без согласования Министерства, — влез в разговор Лоркан. — Знаешь ли, у меня есть некоторые связи в Министерстве, — с видом человека, у которого в записной книжке телефонный номер каждого замминистра, сказал Джеймс. — В отличие от некоторых, я — Поттер. — Сомнительное преимущество, — буркнула Лили. — Живее! Все дотронулись до портала практически одновременно. — Портус, — сказал Джеймс, наводя палочку на колоду.

***

С порталами у Скорпиуса обстояли дела абсолютно точно лучше, чем с трансгрессией. Хоть ему и нечасто доводилось ими пользоваться, в этих перемещениях он всегда чувствовал себя более уверенно. Если трансгрессию описывать буквально, то это будто тело рассыпается на частицы в одном месте, а потом собирается обратно в другом — с надеждой, что получится тот же человек, а не нечто с глазами на коленях. Ему это казалось жутким. Возможно, именно от постоянных мыслей о самом процессе и от страха собраться в кого-то не того, у Малфоя были такие сильные побочные эффекты каждый раз. Портал же, в этом смысле, больше сравним с очень быстрым поездом или суперскоростной метлой. Реальность тоже уплывала из-под ног и смешивалась вокруг, но волшебник хотя бы продолжал ощущать свое тело. Совладав с головокружением, он осмотрелся и, наконец, увидел, куда все перенеслись. — Твою мать, Поттер, это то, о чем я думаю? — где-то рядом послышался голос одного из Саламандеров. Малфой так и не научился их различать. Скорпиус посмотрел на всех остальных — все, как завороженные запрокинули головы наверх и рассматривали вечернее небо в отверстии огромного квиддичного поля. Младшая Поттер готова была выпрыгнуть из своего крошечного платья, а у Альбуса, он был готов поклясться родовым поместьем Малфоев, глаза были на мокром месте. И почему он не взял с собой фотоаппарат? — Да, это чертов стадион Лиги Чемпионов, — в шаге от истерики проговорил Альбус. — И он полностью в нашем распоряжении, братец, — Джеймс подошел к брату и обнял его за плечи. — Джеймс, это просто потрясно! — рыжая Поттер носилась по песчаной насыпи со вскинутыми руками, как сумасшедшая. Интересно, что будет, если это дурацкое платье не удержится и рухнет на пол? Скорее всего, эта чокнутая просто продолжит здесь носиться. В ее стиле. Блондин отвернулся от Поттеров и тоже вскинул голову к небу. Выглядело это действительно невероятно. Размеры поля поражали. Зрительские места простирались далеко вверх. А то, что они были абсолютно пустыми, делало его еще громаднее из-за высвободившегося воздуха, который обычно крали посетители. Поле казалось бесконечным, трибуны — по-настоящему гигантскими. Пустые ярусы и свет софитов создавали ощущение колоссального масштаба. Кольца возвышались так высоко, что падение с метлы могло закончиться чем угодно — кроме целых костей. Вечерний воздух, который не был утяжелен дымом от сигарет и бесконечных фейерверков, едва долетал сюда вниз, но все равно давал чувство свежести и прохлады. — Малфой, можем поговорить? — голос, от которого у него моментально начался внутренний отток энергии. Рыжая Поттер. Дементорша. — О чем? — буркнул он, даже не стараясь скрыть раздражение. — Слушай… — она подошла немного ближе и замялась, — Давай объявим перемирие на один вечер… ради Ала. Вероятнее всего, ты захочешь столкнуть меня с метлы или выкинуть еще что-нибудь более мерзкое, но я не думаю, что мой брат будет в восторге, — она сделала паузу. — Я тоже не буду к тебе лезть. Ей удалось ввергнуть его в ступор. Что она вообще о себе возомнила? Он уставился на неё. Это вообще что? Провокация? Хитрый план? Или ее реально кто-то проклял? Наверняка, эта изворотливая ведьма что-то задумала и, в случае чего, все свалит на Малфоя в очередной попытке рассорить его с Алом. Обойдется. — Окей, — Малфой кинул ей свой коронный снисходительный взгляд и отошел в сторону Забини. — Что это там? — сказал Клайд, подняв голову вверх. Где-то вдалеке виднелись три точки, которые стремительно двигались на компанию. — А это еще одна часть моего сюрприза, — Поттер-старший весь светился, глядя на присутствующих. Скорпиус был готов поспорить, что он жалеет, что на стадионе нет репортеров, которым он бы мог с важным видом дать интервью, как у него удается быть таким образцовым братом, замечательным человеком, первоклассным ловцом и завидным женихом одновременно. Павлин. Точки в воздухе с приближением принимали все более узнаваемый человеческий облик. Почти достигнув земли, три парня спрыгнули с метел и все, наконец, смогли разглядеть их лица. Скорпиус посмотрел на Альбуса. Выражение на лице друга было таким, будто он вот-вот скинет с себя штаны и отдастся прямо на месте. Присутствующие девчонки вели себя сдержаннее — по крайней мере, пока. Поттер притащил на стадион Майлза Грина и Троя Ковальски — любимых игроков Альбуса, с которыми старший играл в одной Лиге. Третим оказался очередной Уизли — Луи, ловец из «Гарпий». Конечно. К тому времени, когда Грин и Ковальски протянули руки, чтобы поздороваться, именинник потерял всякие остатки достоинства, чуть ли не кидаясь каждому на шею. Ну вот почему он не взял с собой фотоаппарат? Под всеобщую волну восторга, комплиментов и благоговейных вздохов старший Поттер приготовился толкнуть речь — павлин снова распустил хвост. — Дорогой брат, — начал он с пафосом, — мои коллеги Майлз и Трой, а также твой обожаемый кузен Луи, любезно согласились сегодня выйти на это поле и сыграть с нами в настоящий, взрослый квиддич. Он театрально положил руку на плечо Альбуса. — Как именинник, ты выбираешь команду первым. Вторым капитаном будет Луи. Ну а мое скромное присутствие в твоей команде — подарок номер два. Лучший ловец прошлого сезона, не забывай. Игра в квиддич с профи. Звучало это заманчиво. — Загонщики — Забини и Хьюго, — без раздумий сказал Альбус. — Неплохо. Теперь охотники. Сам будешь играть, это ясно. Осталось выбрать еще двоих, — сказал старший Поттер, расхаживая вокруг. — Трой и … — Ал вновь и вновь осматривал всех присутствующих. Остались только девчонки — Поттер, Уизли и Лонгботтом. Саламандеры — загонщики, а Малфой и Грин вратари, — Лили. — Отличный выбор! — Джеймс коротко похлопал, — Перед тобой осталось два вратаря — Малфой и Майлз. На твоем месте я бы дал второй команде хоть какой-то шанс, тем более, что там остается только два охотника, и выбрал своего друга. — Я вообще-то и так хотел его выбрать, — Ал посмотрел на блондина и улыбнулся. — Скорпиус со мной. — Итак, команды сформированы. Капитаны, дайте им названия, — старший Поттер обратился к Альбусу и Уизли. — Крылатые кони, — ответил Уизли. — Шмели-вампиры, — сказал Ал. Странно, что не флоббер-черви. — Команда «Шмели-вампиры»: Альбус Поттер, Трой Ковальски, Клайд Забини, Хьюго Уизли, Лили Поттер, Скорпиус Малфой, Джеймс Поттер. Команда «Крылатые кони»: Луи Уизли, Майлз Грин, Роза Уизли, Аманда Лонгботтом, Лоркан и Лисандер Саламандеры, — Джеймс голосом комментатора перечислил всех участников и направился в сторону одной из трибун. — Теперь все живо переодеваться! Игра начнется через десять минут. В пространстве под трибунами располагалось несколько раздевалок и стойки с метлами. Оказавшись в вытянутой комнате со шкафчиками, встроенными в стены, на скамейках все игроки обнаружили ровно семь комплектов одежды и принялись переодеваться. Младшая Поттер сначала растерялась, оказавшись в окружении шести парней, а затем ушла за перегородку, которая разделяла большое пространство. Малфой надеялся, что хоть сейчас она, наконец, осознала, что заявляться полуголой на праздник брата было нелепо. Ровно через десять минут все вернулись обратно на поле. Джеймс вышел из раздевалки раньше всех и ждал остальных на песке, стоя около ящика с набором игральных мячей. — Слушайте, а как мы будем играть без судьи? — спросил Хьюго. — Я буду вам и ловцом, и судьей, и комментатором, и медбратом, — улыбался Поттер. — Счет будет выводиться на табло — кольца заколдованы, а все остальное по ощущениям. После некоторых организационных моментов — распределения колец и напутственной капитанской речи Альбуса, игроки поднялись в воздух. Впечатления были не сравнимы со школьным полем. От высоты у Малфоя сначала даже немного перехватило дух, но он быстро собрался и направился к кольцам, которые ему предстояло защищать. Остальные игроки немного покружили на метлах, привыкая к ощущениям, а затем повисли в воздухе, ожидая начала игры. Старший Поттер остался внизу и, дождавшись, пока все займут свои места, выпустил мячи. Затем он быстро рванул вверх и игра началась. Квоффл сразу оказался в руках младшей Поттер и через несколько секунд табло показывало 010:000. Грин даже понять ничего не успел. Это было ее фишкой — она всегда пользовалась замешательством вратаря в начале игры и кидалась к кольцам. В Хогвартсе Скорпиус пропустил несколько таких голов от нее, но потом раскусил ее тактику и в начале каждой игры с Гриффиндором был максимально сконцентрированным. С его места открывалась полная картина происходящего в игре. Старший Поттер, как и Луи Уизли пока просто висели в воздухе, осматривая воздушное пространство в поисках снитча. Альбус, его сестра и Ковальски отыгрывали связки в нападении. Все загонщики почему-то кидались бладжерами друг в друга. Скорее всего, все дело было в том, что они боялись навредить золотым ловцам британского квиддича. Спустя несколько минут возни в зоне противника, троице охотников из команды «Шмелей-вампиров» удалось забросить еще два гола. Когда последний оказался в воротах Грина, по лицу Лонгботтом было видно: она в бешенстве. Квоффл оказался у нее в руках и она уже двигалась на Малфоя. Он внимательно следил за ее движениями, пытаясь предугадать, какое кольцо она выберет для атаки. Ее повадки во время игры Скорпиус изучил не хуже, чем у Поттер. Лонгботтом горячо любила бросать в правое и он, нарочно долго оставаясь посередине, рванул именно к нему, схватив мяч. Ал оказался около друга через мгновение и Малфой привычным движением бросил ему квоффл. Где-то вдалеке от колец Саламандеры все же осмелились атаковать старшего Поттера и блондин усмехнулся, наблюдая за тем, как он от них уворачивается. На середине поля за мяч боролись Ковальски и все та же Лонгботтом. Последняя, ожидаемо, упустила его, но в итоге он был отбит Грином. Не давая противникам выйти из зоны, Поттеры снова начали проводить атаку, да так сыгранно, будто и не играли в разных командах в Хогвартсе. Альбус отдал пас сестре и она хаотично закружила около колец Майлза, бросив мяч под острым углом, который угодил прямо в левое кольцо. Скорпиуса она тоже часто так переигрывала — сначала кружит вокруг, как сумасшедшая, делая вид, что вот-вот сорвется с метлы, а потом бросает в самый неожиданный момент. Она, похоже, решила показать все свои грязные приемы. Счет 040:000. У Розы впервые за игру оказался в руках квоффл. Она обошла Поттеров в своей зоне и вышла один на один с Ковальски, который был в защите недалеко от своих колец. Бладжер от одного из Саламандеров разбавил обстановку, заставляя Троя увернуться и уйти с пути Уизли. Не смотря на догоняющих Поттеров, Роза бросила мяч в левое кольцо. Скорпиус рванул к нему, и еле удержавшись на метле, схватил квоффл обеими руками. К нему подлетела рыжая Поттер и протянула руку, жестом показывая отдать ей мяч. Диссонанс в голове ввел его в ступор на несколько секунд. Обычно все было наоборот — она летит на Малфоя с мячом, а он пытается его поймать или отбить. — Малфой, ты его себе решил оставить? Ну же, отдай мне мяч, — нетерпеливо прокричала Поттер. Вратарь выпал из оцепенения и, не рассчитав силу, со злостью бросил квоффл в Поттер. Она смогла его поймать, но сильно качнулась на метле и еще пару мгновений боролась с гравитацией, чтобы с нее не свалиться. В любую другую игру он бы даже оставил кольца, чтобы подлететь и помочь работе законов физики, но сейчас ее падение было бы совсем некстати. Они все-таки договорились о перемирии. И она будет это использовать против Малфоя. Она быстро собралась, удержавшись на метле, и бросила на Скорпиуса бешеный взгляд, сжимая в руках квоффл. Он даже не успел осмыслить произошедшее, когда увидел на табло счет 040:010. Она действительно забросила мяч в мои кольца. В наши, блять, кольца. — Лили, напоминаю, что мы не в Хогвартсе, — полусудья полуловец Поттер появился рядом и смерил сестру жестким взглядом. — Он первый начал, — ее жалкая попытка оправдаться. — Штраф две минуты за неспортивное поведение, — отчеканил Джеймс. Игра продолжилась, и воспользовавшись всеобщим замешательством от выходки Поттер, Лонгботтом забросила еще один квоффл в кольца «Шмелей-вампиров». Ковальски и Альбус начали проводить атаку, но к голу она так и не привела. Через две минуты Поттер показалась на поле и отобрала квоффл у Розы рядом со своими кольцами. Она бросила на Малфоя взгляд и ему даже показалось, что в ее глазах можно было прочитать чувство вины и нечто подозрительно похожее на разум. Но уже через миг она унеслась на другой конец поля, обошла всех игроков и отправила мяч прямиком в кольца Грина. Через несколько мгновений ей удалось забить еще один гол в момент, когда она уворачивалась от бладжера Саламандера. Так она, видимо, пыталась сгладить идиотскую ситуацию с забитым голом в свои ворота. Затем совместными усилиями, охотницы из команды «Крылатых коней» все же вывели квоффл с их территории, а у Розы получилось забросить мяч. Получить еще один гол от еще одной рыжей Скорпиусу было неприятно — особенно из-за того, что Уизли даже не играла в школьной команде. Вскоре он увидел, что у ловцов на противоположной стороне поля началась какая-то заварушка — они заметили снитч. Парни кружили между игроками и кольцами Майлза, стараясь его поймать и все понимали, что игра скоро подойдет к концу. Малфоя это даже порадовало, ведь игроки Лиги все равно играли не в полную силу, давая шанс школьникам. Он продолжал наблюдать за погоней. Поттер, хоть и павлин с раздутым эго, но даже Скорпиус мог признать, что он талантливый ловец. Об этом говорил, в том числе, тот факт, что его схантили в команду еще на седьмом курсе, когда представители Лиги посетили несколько матчей в Хогвартсе — такая практика прижилась лет десять назад, когда большие шишки в квиддиче поняли, что в школе пропадает много кадров, некоторые из которых даже и не думали связывать будущее со спортом. Блондин следил за ним в полете и за тем, как он, будто даже не замечая препятствий, кружит в небе. Уизли заметно отставал от него не только в скорости, но и в технике — врезался в других игроков и терял золотой мячик из виду. Результатом их гонки стал пойманный снитч Поттером на сорок первой минуте матча. Игра завершилась со счетом 210:030. Игроки победившей команды еще немного радостно покружили в воздухе, а потом спустились на землю, бросившись к герою-Поттеру. Малфой тоже пикировал вниз и спрыгнул с метлы, оставаясь немного в стороне от всеобщего веселья. Бросаться на шею Поттеру он точно не собирался. Спустя какое-то время он сам подошел к нему и протянул ладонь для рукопожатия. — Малфой, ты пропустил меньше голов, чем сам Майлз Грин! — он растянулся в улыбке, пожимая парню руку. Уголки губ его рта тоже потянулись вверх, реагируя на похвалу. — Если бы не Лили, ты бы, наверняка, оформил сухарь. Как бы ему не хотелось вцепиться в шею рыжей Поттер и сжимать ее до тех пор, пока не увидит в ее глазах хоть какие-то намеки на осознание собственной тупости, он решил, что будет умнее на этот раз. Никаких выпадов и оскорблений — у них все же перемирие. Скорпиус подумал, что не будет вступать с ней в очередную перепалку, в которой она все равно выйдет победителем, потому что, наверняка, начнет жаловаться на то, что Скорпиус хотел столкнуть ее с метлы или вообще расплачется. Слезы Поттер были хоть и редким явлением, но ее братья не могли на них адекватно реагировать. Он не позволит на празднике Альбуса переманить все внимание к своим визгам. — Наверное, не смогла совладать с рефлексом, увидев мое лицо в кольцах, — с максимально безразличным видом сказал Скорпиус. Джеймс усмехнулся и отошел в сторону других игроков. — Попрошу минуту вашего внимания, — прокричал Джеймс. — Чтобы поздравить нашего именинника и отпраздновать победу… команды с самым нелепым названием в истории квиддича, предлагаю переодеться и переместиться во внутреннее помещение стадиона. Там уже все готово: диваны, еда, бар… в общем, все как вы любите. Большинство присутствующих одобряюще заулюлюкали, а потом всей толпой зашагали в направлении трибун. На пути в раздевалку Малфоя окликнула рыжая Поттер. — Слушай, Малфой, — она снова замялась, прокручивая метлу в руках. Было видно, что ей сложно произносить слова, как и формулировать мысли в предложения в принципе. — Поттер, угомонись, — он не стал дожидаться ее обвинений или, упаси Мерлин, извинений. — Мы победили, а ты нарушила свои же договоренности — ничего нового. Просто не подходи ко мне оставшийся остаток вечера. Он быстро направился в раздевалку, не давая возможности Лили что-то ему ответить. Спустя несколько минут старший Поттер провел игроков по коридорам внутри трибун и они оказались в просторной комнате, где стояло несколько диванов, мягких кресел, столов с закусками, а главное — много огневиски. Почти одновременно в комнату зашла вторая команда во главе с Луи. Поттер поспешил собрать всех присутствующих около себя. Скорпиус мысленно подготовился к очередной напыщенной речи и мечтал поскорее опрокинуть стакан залпом. — Чем вы вообще занимаетесь в своей Лиге? — со смешком спросил Альбус, осматривая комнату. — Хорошая игра требует хорошего праздника, братец, — важно сообщил Джеймс. — Здесь обычно собираются победители, чтобы обмыть победу, похвастаться собой и устроить драку с прессой. Или друг с другом. В общем, квиддичная классика. — То-то ты после победы над «Пушками» на следующий день даже не заметил снитч в игре с «Гарпиями», — с ехидцей вставил Хьюго. — Мы здесь не для того, чтобы обсуждать мои тактические промахи, — тут же перескочил на другое Джеймс. — А чтобы поздравить Альбуса. Он подошёл к барной стойке, одним взмахом палочки разлил огневиски по бокалам, и те стройной шеренгой взмыли в воздух. — Сегодня наш именинник не только спас честь дома Слизерин, но и доказал, что умеет руководить командой, — продолжал он. — Для меня честь быть твоим братом. Хоть ты и не такой красивый, конечно. С Днём Рождения, Ал! Все повторили его движение и, поднимая бокалы в воздух, начали скандировать поздравление. Спустя мгновение Малфой осушил свой стакан и, наконец, почувствовал небольшое расслабление после целого вечера с семейством Поттер-Уизли. Несколько последующих тостов от присутствующих шли один за другим, а толпа заметно веселела — все только и успевали наполнять свои стаканы, чтобы снова вскинуть их вверх и выпить за именинника. Все они были о разном: Луи — о братстве, от Розы — о перспективах образования, от Саламандеров — никто не понял, о чем они говорили, но это прозвучало душевно. — Малфой, теперь ты, — сказал Джеймс, обернувшись через плечо. В другой момент он постарался бы отшутиться, но в его организме уже было именно то идеальное количество алкоголя, при котором язык начинал развязываться. — Ал, надеюсь, ты и так знаешь, насколько ты мне важен, — сказал он, удивляясь собственному голосу. — Ты мой лучший друг. И я очень надеюсь, что даже если я однажды тебя случайно подставлю, забуду на ночь на кладбище или украду твою метлу, ты все равно будешь меня терпеть. С Днём Рождения, придурок. Присутствующие снова выпили, а через несколько минут все желавшие сказать тосты закончились, и компания начала разбредаться по комнате. Кто-то пошел к закускам, кто-то устроился на диванах, а Скорпиус выцепил Альбуса и повел его на улицу. — Клянусь, если ещё раз кто-нибудь скажет «Альбус — будущее магического мира», я съем бладжер, — проворчал он, выдыхая в свежий воздух. — Надо было позвать остальных, — сказал Ал. — На самом деле у меня есть разговор, — сказал Малфой, закуривая. — Помнишь про нашу прогулку по Лютному переулку? Я тут подумал… — он сделал паузу. — Наверное, это все же не лучшее место и время. Может оставим эти запасы для школы? Кто знает, может, там это будет добыть труднее. — Я боялся, что ты предложишь обратное, — дослушав речь, Альбус облегченно выдохнул. — У меня как-то нет желания накуриваться в присутствии семьи и моих любимых игроков Лиги. Он тоже закурил, и они молча постояли пару минут, глядя на пустое ночное небо и не чувствуя себя обязанными болтать. Когда они вернулись, в комнате снова кипела жизнь — обсуждали матч, кто-то спорил о тактике, кто-то спорил просто ради спора. Все участники собрались на диванах, которые стояли у одной из стен в форме буквы «П». Только Роза о чем-то разговаривала с одним из Саламандеров в другом конце помещения — у них было что-то вроде романа. Малфой хихикнул над своей же шуткой про сорванную розу, которая пронеслась у него в голове. Ал занял свободное место рядом с Троем Ковальски, а Скорпиус плюхнулся в мягкое кресло–мешок, повторив за старшим Поттером, который сидел рядом в таком же. — Лили, я даже не мог подумать, что пропущу четыре квоффла от школьницы. Мое почтение, — Майлз Грин изобразил пантомиму, будто снимает шляпу, а Поттер вся раскраснелась. — Да, моя сестра была в ударе. Особенно, когда начала забрасывать мячи во все кольца на поле, вне зависимости от команды, — хохотнул Альбус. На этих словах цвет лица рыжей готов был слиться одновременно с ее волосами и губами. Малфой едва поборол желание вставить какую-нибудь едкую ремарку. Обязательно что-нибудь про ее неизличимую болезнь, связанную с хроническим идиотизмом. — А мне даже понравилось — столько эмоций! — не успокаивался Грин. — Не каждый игрок Лиги может похвастаться такой страстью к игре. На этой реплике Скорпиус решил игнорировать этот разговор. Очевидно, что Грин несет эту чушь просто, чтобы получить одобрение Поттер и залезть ей, если и не в трусы, то хотя бы языком в рот. Это было мерзко. В настоящей игре он вряд ли бы похвалил своего сокомандника за такую выходку. — Давайте сменим тему, — сказала Поттер, улыбнулась Майлзу и заправила прядь за ухо. Она думает, что так выглядит флирт? Меня сейчас стошнит. — А мне понравилось, как Саламандеры гонялись за Джеймсом в середине матча, — влезла Лонгботтом и улыбнулась Поттеру. — Я даже раз думала, что ты и вправду свалишься с метлы. — Кстати об этом! Хьюго, какого хрена ты вообще не атаковал Луи? Ты в курсе, что на поле мы не родственники? — очнулся Поттер, включаясь в разговор. Уизли ничего не ответил, рассмеялся и отпил из стакана. Скорее всего, он и сам понимал, что играл чересчур мягко по сравнению с Забини, которому по ходу матча стало абсолютно плевать на сохранность ловца «Гарпий». Какое-то время все еще посидели такой компанией за обсуждением игры. Малфой особо не участвовал в разговоре и просто раскинулся на кресле с бокалом огневиски. Альбус очень увлекся общением с Ковальски — до блондина даже долетали фразы о каких-то совместных планах. Поттер вертелась рядом с Грином, то и дело трогая свои волосы — классическое поведение поплывшей девчонки. А Забини наслаждался компанией… Лонгботтом и ее вопиюще больших сисек где-то в углу комнаты. Когда градус в крови у всех дошёл до той волшебной отметки, где «потанцуем?» звучит не как вопрос, а как приговор, гриффиндорки буквально потащили всех на импровизированную танцплощадку. Джеймс в мгновение ока организовал музыку и заколдовал свет — в зале стало уютно, как на подпольной школьной дискотеке. Скорпиус, Альбус, Трой и Саламандер остались на своих местах, наблюдая со стороны за танцующими. — Ал, почему ты не позвал нормальных девчонок? — протянул блондин, наблюдая за образовавшимися парочками на танцполе. — Даже твоя сестра развлекается с Грином, а мы тут сидим, как какие-то дрочилы. — Что она… — Ал резко обернулся и уставился на картину, за которой блондин наблюдал уже несколько минут — Майлз терся о младшую Поттер в такт музыке. — Вот сволочь! — Да ладно тебе, рано или поздно она отдаст свою невинность. Пусть хотя бы это будет звезда квиддича, — безынтересно кинул слизеринец. — Я не стану обсуждать с тобой невинность моей сестры, — резко оборвал его Альбус, уже покрасневший от злости. — Ты лучше посмотри на то, как Забини обжимается с Лонгботтом. Ему же завтра стыдно будет. Хорошо хоть, что мы не в Хогвартсе, — он искусно перевел тему. — В какую, кстати, школу он едет? — Альбус отвернулся от сестры. — Без понятия, — Малфой пожал плечами. Он не стал скрывать от Клайда, что едет в Ильверморни, но и открыто звать с собой не стал. Оставшаяся часть вечера прошла по стандартному сценарию — танцы, выпивка и разговоры. Джеймс, наконец, тоже расслабился после организации праздника и просто отдался веселью без торжественных речей — таким Скорпиусу его воспринимать было легче. Потеряв счет времени, компания даже не заметила, как начало светать — это обнаружилось, когда Малфой снова вышел на улицу. Ал опять зацепился языками с Ковальски и он не стал его отвлекать. Ему становилось скучно. Парень набрал полной грудью свежий ночной воздух и поджег сигарету. На улицу вывалился старший Поттер, который хоть и был заметно пьяным, неплохо держался на ногах. — Угостишь? — он подошел и выставил руку в ожидании. Скорпиус на мгновение вскинул бровь, но все же протянул ему открытую пачку. — Только не говори никому. Он усмехнулся и вспомнил картину, когда застал в одной из курилок Хогвартса рыжую Поттер в прошлом году. Она его не заметила, что играло на руку Малфою, оставляя против нее козырь в рукаве, которым пока не подворачивалось случая воспользоваться и раскрыть ее маленький секрет. — Идеальный Джеймс Поттер, оказывается, не такой идеальный, — констатировал Скорпиус и затянулся. — Получается, что так, — он даже не стал сопротивляться. Когда они вернулись, толпа была заметно пьянее. Малфой старался не обращать внимания на зажимающихся по углам парочек и просто вернулся на свое кресло. Однако в глаза бросилось, что Грин перестал наслаждаться компанией рыжей Поттер. Хотя вообще непонятно, как этим можно было наслаждаться в принципе. Не успел он присесть, как Джеймс вышел на середину комнаты и постучал вилкой по своему бокалу с огневиски, привлекая внимание. — Детки, боюсь, что нам пора закругляться, — по комнате пронесся недовольный гул. — Поверьте, я бы тоже этого не хотел, но буквально через несколько часов у вас сборы по обмену, а Гермиона очень ясно дала мне понять, что, если кто-то из вас опоздает, вы все останетесь в Хогвартсе. Недовольство присутствующих усилилось, но в итоге все смиренно начали собираться.