Тишина в эфире.

Вспышка.  Ослепительный белый свет. Оглушительные крики и безумный смех, а следом обволакивающая темнота.  Секунда.  Хлопок. Звон.  И тишина.  Всепоглощающая тишина.  Мир теряется, только остаточное эхо звона: оглушающе и зловеще уходят на задний план оставляя после себя её — тишину и легкость.  Это смерть или он перестал чувствовать свое тело? Казалось бы, наконец-то можно отринуть проблемы. Освободиться от тяжести, что опустились, словно густой туман в предрассветном поле, на плечи ребенка.  Как же он мечтал об этом, наконец-то почувствовать свободу. Настоящую свободу, без обязательств перед судьбой, перед семьей, перед другими. Но у Судьбы свои планы, свой остросюжетный поворот в истории.  Желания не имеют значения. Его желания никогда не учитывали.  Живи. Выполняй. Служи.   С этого момента он полностью потерял над своей жизни контроль. Остатки его свободы перешли в руки Судьбы.  *** Наказания не были чем-то новым в его жизни: начиналось с легких ограничений и выговоров на высоких тонах, но постепенно градус возрастал. Физические же начались с 14 лет. Все стало хуже после Его возвращения, появились обязанности – выполняй или последует наказание. Побои удавалось скрывать под одеждой, но приходилось жертвовать собой и частицей жизни. Пришлось покинуть команду по квиддичу, только ради сохранения тайны. А после и друзьями, потому что становилось невыносимо от лишнего шума. В окружении остались только два человека, которые были в курсе ситуации.  Но все изменилось летом перед началом шестого курса. Впервые в своей жизни он попытался дать отпор и взять свою жизнь под контроль. Ему не хотелось становится убийцей.  Все пошло под откос. Наказание, непростительное. А после наступила тишина.  Все потеряло свои краски, последние барьеры рухнули и надежда вместе с волей угасла. Его лишили слуха. Наказание в виде нескольких часов кромешного ада, повторяющиеся из раза в раз на протяжении нескольких месяцев, возымело свой эффект – он сломался. Его сломали. Больше ничего не имело значения, все рухнуло.  Живи. Выполняй. Служи. Ему пришлось приспосабливаться жить в полной тишине, в новой реальности. Вначале была агония, после которой наступила апатия и мир словно утратил свои былые краски. Все стало серым, бесформенным, пустым, как он сам. Борьба ничего ему не дала, кроме боли. Он перестал бороться, желать, словно вся жизнь просто ушла из его тела. А зачем бороться с тем, что было предначертано ему судьбой? Единственный человек, который решил бороться за него стала его мать. Но то, что отнимает магия нельзя восстановить и повернуть вспять, а все маховики времени были изъяты. Мать будет всегда бороться за свое дитя. И она боролась, всеми силами, чтобы вернуть его. Чтобы вернуть его волю к жизни.  Надежда появилась в магловском мире, а именно у врачей специализирующихся на восстановлении и реабилитации. Несчетное количество лекарей у магов, а после всего один врач-сурдолог с операцией помогли ему услышать вновь. За пару месяцев кромешной тишины он смог снова услышать голос матери. Очередная новая реальность и мальчику пришлось заново учиться в ней жить. Слуховой аппарат, а именно кохлеарный имплантат, стал неотъемлемой частью его жизни – частично из-за того, что был напрямую установлен под кожу. Он начал видеть краски. Сначала проявил себя синие оттенки: небо стало ярким и жизненным. Ему удалось зажечь крохи надежды в сердце. Удалось увидеть плюс в новой реальности – если становилось тяжело и невыносимо, он просто выключал звук, возвращая себе тишину. Единственным минусом становился резонанс с магией, из-за сильных выплесков энергии, в частности стихийной: аппарат начинал барахлить и мог неожиданно погрузить в тишину, отбирая краски. Все таки это был не артефакт, а обычный магловский аппарат дарующий надежду. Его единственную надежду на будущее.  Живи. Выполняй. Служи. Весь шестой курс ощущался для него словно спуск в ад в компании Вергилия. Вот только в его случае, Вергилий не был обычным проводником по Аду, а скорее надзирателем. Каждое движение, действия, были отточенны до взмаха кончиков пальцев. С кем говорить, кого избегать, к кому подойти и забрать вещь. Куда отнести и ждать. Прекрасный спектакль – все с точностью до последней минуты.  Страх стал неотъемлемым спутником. Отчужденность стала подругой. А безразличие сестрой.  Все не имело значения, только: Выполняй. Служи. – набатом, бьющим внутри черепной коробки, не смотря на то что он лишился слуха. Его голос не сможет ничего вытравить. Он отравлен, лишен воли и желаний, где в конце его просто лишат самого последнего: жизни. Потому что он выполнит задания для Темного Лорда.  И это вернуло ему желание – жгучее, неописуемое, словно Адский огонь. Дождаться конца. Но у Судьбы снова другие планы.  Сначала «Сектумсемпра», оставившая глубокие бледные следы на теле: от груди до скул. Он надеялся на покой, темноту и блаженную тишину. Но у Судьбы свои планы.  Слишком рано.  Потом «Адское Пламя», в котором Судьба снова отбила его из цепких пальцев Смерти, отправив взамен душу и тело Крэбба.  Рано. Еще не время.  И он пытался. Правда пытался, до самого конца противостояния держаться на непонятной для него силе. Ад на земле вернулся начиная с Хогвартса. Кровь текла рекой, омывая стены словно воды в шторм. Тела, безвольно лежащие словно сломанные марионетки повсюду. Яркие искры, вылетающие из палочек повсюду. И крики. Крики боли, отчаяния, полные агонии. Повезло, что к тому моменту слуховой аппарат не выдержал скопления магии и вышел из строя.  Судьба пустила свои корни давно. Вокруг был Ад, но внутри него разрастался пожар. Настоящее Адское Пламя, сжирающее и сжигающее внутри него заразу отравляющую внутренности и душу. Словно очищая и возвращая ему то самое забытое чувства – яркие краски жизни. Именно этот внутренний пожар направлял его и дал надежду на будущее. Он встал на сторону защиты, а не нападения.  Но у Судьбы снова другие планы на итог.  Казалось что исход понятен, вот только никто не ожидал увидеть и услышать итоги исхода. Озвучить, это не ожидать. Он был единственным кто не мог понять что происходит, пока не сфокусировался на нем. Последняя надежда угасла вместе с ним.  Служи – возвращается лживый, ядовитый голос оглушающе звенит изнутри. Взгляды направленные на него полны ненависти, призрения и отвращения – с обоих сторон. Темный Лорд что-то вещает, словно он находится в центре амфитеатра «Глобус», а не посреди руин окрашенных кровью и усеянных трупами. Плавно жестикулирует, тянет к нему ладонью, словно приглашая на танец. Он потерялся, словно маленький ребенок на ярмарке под рождество в поисках родителей. Мать кивает, невесомо двигая рукой, подзывая к себе – подсказка недоступная слышащим. «Не конец.» Время пожинать плоды. Он просто чертовски устал, ему хотелось только одного под конец – тишины, покоя и темноты. Невесомости тела и отсутствия всепоглощающего пожара внутри грудной клетки.  Последний рывок в сторону защитников, крик полный силы и власти «Поттер!», а после были только: палочка, вспышка, яркие искры.  Fatum — одно ее слово выше решений богов, прорицание, олицетворение Судьбы. С одной стороны, «судьба ни с кем и ни с чем не считается», с другой, «судьбе, при всём предельном отчуждении от тех, кто находится под её воздействием, есть дело до каждого».  Но для него это было словно начало конца, ему больше не хочется возвращать краски обратно.