Doctor, Save My Heart

***

Тэхен только поднес стакан к губам, собираясь сделать глоток холодного пива, как входная дверь закусочной с грохотом распахнулась, впуская порцию ночной прохлады и три высокие фигуры. Первым шел Хосок — его энергия ощущалась даже на расстоянии, он что-то весело рассказывал, активно жестикулируя. Следом, засунув руки в карманы куртки, плелся сонный и явно недовольный Юнги. Замыкал шествие Чонгук. В обычной черной толстовке, с волосами, зачесанными назад, он выглядел неприлично хорошо для человека, который провел в операционной полдня. — О! — Хосок замер, заметив их столик. Его лицо расплылось в широкой улыбке. — Чон, Гиги, смотрите! Это же ваши интерны? Какое совпадение! Тэхен в этот момент как раз сделал большой глоток. Услышав звонкий голос Хосока и поймав на себе прямой, насмешливый взгляд Чонгука, он поперхнулся. Пиво пошло не в то горло, и Тэхен зашелся в мучительном кашле, краснея до самых кончиков своих светлых волос. — Эй, осторожнее, Золотая макушка, — раздался низкий голос Чонгука. Он подошел ближе, наблюдая за тем, как Чимин панически хлопает друга по спине. — Я не для того тебя сегодня хвалил, чтобы ты захлебнулся в дешевом пабе. — Да ладно тебе, Чон, не пугай парня, — Хосок бесцеремонно пододвинул стул к их столику. — Ребята, вы не против? Мест больше нет, а тут, я смотрю, самая сочная свинина. Присядем к ним? Юнги издал тихий, страдальческий стон, закатывая глаза. — Хосок, это плохая идея. Дай детям поесть спокойно, они и так нас в больнице видеть не могут. — Глупости! — Хосок уже вовсю махал официанту. — Присаживайтесь, живо! Юнги, ворча что-то про «нарушение личных границ» и «неоплачиваемый сверхурочный труд», неохотно опустился на стул рядом с Чимином, который тут же вытянулся в струнку, едва не выронив палочки. Чонгук же, ни секунды не колеблясь, сел прямо напротив Тэхена. Пространство за маленьким столом мгновенно сжалось. Тэхен наконец перестал кашлять, вытирая губы салфеткой, и поднял взгляд. Чонгук сидел так близко, что его колено почти касалось колена Тэхена под столом. В воздухе тут же смешались запахи жареного мяса и того самого терпкого парфюма хирурга. — Ну что, студенты, — Хосок с энтузиазмом потер ладони. — Рассказывайте, как вам первый день под крылом этих монстров? Кто из них первым довел вас до желания забрать документы? Тэхен посмотрел на Чонгука. Тот подпер подбородок рукой и с нескрываемым интересом ждал ответа, не сводя глаз с лица блондина. Атмосфера за столом накалилась за секунду: с одной стороны — весёлый Хосок и напуганный Чимин, с другой — тяжелый взгляд Юнги и эта странная, давящая тишина между Тэхеном и Чонгуком. Хосок подался вперед, ожидая сочных подробностей о деспотизме своих коллег, но Тэхен и Чимин переглянулись с удивительным единодушием. — На самом деле, — спокойно начал Тэхен, глядя прямо на Чонгука, — всё не так страшно. Доктор Чон — мастер своего дела. Наблюдать за его работой в операционной — это лучший урок, который я получал за шесть лет учебы. — Согласен, — добавил Чимин, чуть менее уверенно, но твердо. — Доктор Мин… он специфичный, но его методы работают. Он видит то, чего не видят другие. Они оба чертовски хороши в том, что делают. Чонгук, услышав это, внезапно усмехнулся. Это была не его обычная холодная ухмылка, а что-то более глубокое, почти довольное. Он медленно отпил воды, не сводя глаз с Тэхена. Хосок тут же перевел взгляд на Чона, вскинув брови. Он слишком хорошо знал друга, чтобы не заметить: Чонгуку чертовски льстит признание этого «золотого» студента. Они просидели еще полчаса, обсуждая разницу между японскими и корейскими клиниками. Атмосфера стала настолько непринужденной, что даже Юнги перестал ворчать и пару раз вставил дельные замечания по поводу ведения документации. Когда пришло время уходить, Юнги лениво потянулся за чеком. — Ладно, сегодня я плачу. Считайте это компенсацией за ваш испорченный вечер в компании ворчливых старперов. — Нет, доктор Мин, что вы, — Тэхен тут же перехватил руку Юнги. — Мы сами за себя заплатим. Мы же интерны, а не гости. — Тэхен прав, мы не можем позволить вам платить, — поддакнул Чимин, доставая кошелек. Между ними завязался тот самый классический спор в корейских заведениях, когда каждый пытается вырвать счет друг у друга. Юнги недовольно простонал: — Да уберите вы свои кошельки, это выглядит жалко… Пока они спорили и перехватывали бумажку с чеком, Чонгук молча встал. Он даже не участвовал в дискуссии. Пока Тэхен и Юнги мерялись вежливостью, Чон подошел к кассе, приложил карту к терминалу и дождался чека. Продавец, пожилая женщина, мило улыбнулась ему: — Спасибо за визит, красивый доктор! Приходите еще. Чонгук коротко, но уважительно поклонился ей в ответ: — И вам спасибо. Всё было очень вкусно. Он обернулся к застывшей у стола компании. Спор затих в одно мгновение. Все в полном недоумении уставились на него — Юнги с открытым ртом, а Тэхен с каким-то странным, смешанным чувством благодарности и неловкости. — Счёт оплачен, — спокойно произнес Чонгук, убирая карту в задний карман джинсов. — Пойдемте. Хватит устраивать сцены в общепите. Он первым направился к выходу, толкнув стеклянную дверь. Хосок весело присвистнул, толкая Юнги в бок: — Видал? Наш Чон сегодня неприлично щедр. Видимо, звёзды в Японии сегодня встали как надо. Тэхен смотрел в спину уходящему Чонгуку, чувствуя, как внутри всё больше запутывается клубок из интереса, страха и чего-то еще, чему он пока не мог дать названия.

***

Ночной воздух Сеула приятно холодил разгоряченные лица после душной закусочной. Пятеро мужчин остановились на парковке, где тускло светили желтые фонари. — Ну что, герои медицины, кто как добирается? — Хосок весело похлопал себя по карманам в поиске ключей, но тут же вспомнил, что сегодня он «пассажир». — Я, пожалуй, вызову такси. После пяти стопок соджу руль мне противопоказан. — Я тоже закажу машину, — кивнул Юнги, бросая взгляд на Чимина. — Пак, ты как? — Я дойду, тут недалеко до метро, — Чимин застенчиво улыбнулся, поглубже пряча руки в карманы куртки. Тэхен, поправив лямку сумки, тоже сделал шаг назад: — Я тоже пешком или на автобусе. Не стоит беспокоиться. Чонгук, который до этого молча стоял у своей BMW, прислонившись к капоту, вдруг поднял голову. Его взгляд в упор впился в Тэхена. — Где ты живешь, Ким? — В районе Хондэ, — ответил Тэхен, недоумевая, к чему этот вопрос. — Садись, мне по пути, — коротко бросил Чонгук, открывая машину с брелока. Зеркала BMW плавно развернулись, а фары хищно мигнули белым светом. В этот момент Хосок и Юнги синхронно замерли. Юнги даже перестал искать телефон в кармане и странно посмотрел на Чонгука. Хосок же едва не присвистнул. Все они знали, что Чонгук живет в элитном комплексе в Каннаме — это было абсолютно в противоположной стороне от Хондэ. «По пути» там не могло быть даже в теории. — Да иди ты уже, Тэ! — Чимин легонько подтолкнул друга в бок, заметив замешательство Тэхена. — Тебе и так по пути, как говорит доктор Чон. Тем более ты выпил, вдруг потеряешься или ввяжешься в историю со своей внешностью. Садись давай! Хосок и Юнги переглянулись, но решили промолчать. Все знали: Чонгук ненавидит алкоголь. Он приходил в такие места только ради компании друзей, всегда оставаясь трезвым и «за рулем». Но чтобы он сам предложил подвезти интерна, да еще и делая крюк через полгорода... Это было за гранью понимания. Тэхен, чувствуя, как уши начинают гореть, неловко кивнул и подошел к пассажирской двери. — Спасибо, доктор Чон. В салоне BMW пахло новой кожей и чем-то очень дорогим. Как только дверь закрылась, шум улицы исчез, сменившись идеальной тишиной. Чонгук сел за руль, бросил быстрый взгляд на Тэхена и, не спрашивая уточнения, уверенно вбил адрес в навигатор. Он запомнил его с первого раза, когда Тэхен вскользь упомянул район за столом. Они тронулись. Машина ехала плавно, разрезая ночной город. Тэхен смотрел в окно на бегущие огни, чувствуя себя странно защищенным в этом маленьком пространстве. Чонгук молчал. Он вел машину уверенно, одной рукой придерживая руль, и эта тишина не была неловкой. Она была тяжелой, густой и наполненной чем-то, что оба боялись озвучить. До самого дома Тэхена они не проронили ни слова. Только мерный рокот мотора и тихий голос навигатора нарушали покой. Тэхен чувствовал на себе случайные взгляды Чонгука, когда тот проверял зеркала, и это заставляло его сердце биться чуть быстрее обычного. Когда BMW плавно затормозила у старого кирпичного дома в районе Хондэ, двигатель продолжал едва слышно рокотать. Тэхен уже взялся за ручку двери, но голос Чонгука, низкий и вибрирующий в тишине салона, заставил его обернуться. — Завтра в шесть тридцать, Ким. Тэхен, поддавшись какому-то внезапному порыву и расслабленности после ужина, вскинул руку к виску в шутливом воинском приветствии. — Хорошо, босс, — с мягкой улыбкой ответил он. Чонгук на мгновение замер. Это «босс» прозвучало не как сухая субординация, а как негласный вызов. Он коротко усмехнулся, качая головой, и в глазах его на секунду блеснуло одобрение, которое он так тщательно скрывал весь день. — Иди уже, студент. Тэхен вышел из машины и, не оборачиваясь, зашел в подъезд. Только оказавшись в своей маленькой, уютной квартире, он наконец-то выдохнул. В помещении было прохладно, пахло домом. Он скинул обувь и сразу пошел в ванную. Горячий душ смыл остатки напряжения. Стоя под тугими струями воды, Тэхен закрыл глаза и снова почувствовал тот самый запах сандала и кожи из салона машины. В голове крутился образ Чонгука: его уверенные руки на руле, его спокойный профиль и татуировки, которые выглядывали из-под рукавов в тусклом свете фонарей. — Сумасшествие какое-то, — прошептал он, вытирая волосы полотенцем. Выйдя из душа, он завалился на кровать и первым делом написал Чимину. От Пудинг🍮: Я дома. Босс довез в целости. Ты как? Добрался? От Пушка🔫: Да, Юнги-хён высадил меня прямо у подъезда. Я до сих пор не верю, что выжил. Спи, завтра будет ад! Тэхен улыбнулся, отложил телефон и закрыл глаза, проваливаясь в сон, который впервые за долгое время обещал быть спокойным. В это же время черная BMW неслась по ночной трассе в сторону элитного района Каннам. Чонгук ехал с открытым окном, впуская в салон холодный ветер. Он должен был быть дома еще сорок минут назад, если бы поехал сразу, но вместо этого он нарезал круги по Сеулу. — Почему я вообще это сделал? — вслух спросил он себя, крепче сжимая руль. Он никогда не возил интернов. Он вообще ненавидел пускать посторонних в свое личное пространство. Но этот Ким Тэхен... был другим. Он не дрожал перед ним, как остальные, не заглядывал в рот, пытаясь угодить. В нем было странное сочетание хрупкости и стального стержня. — Золотая макушка... — Чонгук снова усмехнулся, вспоминая, как свет фонарей играл на волосах Тэхена. — А он хорош. И чертовски красивый. Он въехал в подземный паркинг своего комплекса только через час после того, как высадил Тэхена. Поднимаясь в лифте в свою пустую, идеально чистую квартиру, Чонгук поймал себя на мысли, что завтрашнее утро в больнице уже не кажется ему такой рутиной, как раньше. Впервые за долгое время ему было интересно, что принесет новый день.