Соучастник Вечности

Ночной Сингапур всегда ощущался как другая планета. Влажный, липкий воздух, пропитанный запахом разогретого асфальта и дорогих духов, огни небоскребов, сливающиеся в одну мерцающую стену, и рев моторов, который, казалось, вибрировал в костях. Ландо Норрис любил этот хаос. Для него гонка в Марина-Бэй была вершиной сезона - здесь его экстравертная натура находила идеальный резонанс. Он обожал вспышки камер, обожал внимание толпы и ту сумасшедшую энергию, которую давала ночная трасса. -Третий сектор - пурпурный, Ландо. Отрыв от Пиастри - три секунды. Ты летишь, Норрис, голос гоночного инженера в наушниках звучал бодро. Ландо улыбнулся под шлемом, чувствуя, как пот заливает глаза. Его тело работало на пределе, мышцы шеи ныли от перегрузок, но он был счастлив. Он бросил быстрый взгляд в зеркала заднего вида. Там, в паре секунд позади, мчалась вторая «папайя» - болид Оскара Пиастри. Оскар был его полной противоположностью. За те пару лет, что они провели в одной команде, Ландо так и не смог понять, что тлеет за этим вечно спокойным, почти безжизненным взглядом австралийца. Пиастри почти не говорил. Он слушал, анализировал и выдавал результат с точностью швейцарского хронометра. В паддоке его называли «Новым Ледяным Мальчиком». Пока Ландо шутил с механиками и записывал сторис для фанатов, Оскар сидел в углу моторхоума, уткнувшись в данные телеметрии, и казался частью интерьера. Норриса это немного задевало. Он привык быть душой компании, привык, что все тянутся к нему, но Оскар оставался неприступной ледяной стеной. Гонка закончилась для McLaren триумфом. Ландо финишировал вторым, Оскар - третьим. Двойной подиум. На церемонии награждения Ландо буквально прыгал от восторга. Он обливал шампанским всех подряд, смеялся и обнимал Карлоса Сайнса, который сегодня взял золото. Карлос, его лучший друг и «старший брат» в пелотоне, крепко прижал Ландо к себе, со смехом отбиваясь от струй игристого. -Ты был хорош сегодня, Ландо! - крикнул Карлос, перекрывая шум толпы. - Увидимся на вечеринке? -Обязательно! Я только заскочу в боксы! - Ландо так сиял, что, казалось, мог заменить собой прожекторы трассы. Он обернулся, чтобы найти глазами напарника. Оскар стоял на подиуме чуть поодаль. Он слегка улыбался. Шампанское на его комбинезоне казалось какими-то странными пятнами, а сам он выглядел болезненно бледным даже в теплом свете софитов. Он лишь коротко кивнул Ландо и быстро скрылся в подтрибунном помещении, так и не пригубив свой кубок. Прошло два дня. Команда вернулась на базу в Уокинг для анализа гонки. Ночной перелет, смена часовых поясов и бесконечные дебрифинги выжали из Ландо все соки, но его неуемная энергия требовала завершить дела. Было около трех часов ночи, когда Ландо понял, что оставил свой счастливый браслет, подаренный фанатами, в медицинском отсеке, где днем они с Оскаром проходили плановые тесты после физических нагрузок. База McLaren ночью напоминала декорации к фильму Кубрика: стерильно-белые коридоры, мягкая голубоватая подсветка и абсолютная, звенящая тишина. Ландо шел, насвистывая какую-то мелодию, чтобы не было так жутко. Его шаги эхом отдавались от глянцевого пола. Подойдя к медицинскому блоку, он заметил, что дверь приоткрыта. Тонкая полоска света падала на пол. -Эй, есть кто? - негромко спросил Ландо, толкая дверь. - Забыл тут кое-что... Слова застряли у него в горле. В комнате пахло странно. Металлом. Густым, сладковатым запахом крови, который невозможно было спутать ни с чем другим. В углу, на полу рядом с холодильником для биоматериалов, сидел Оскар. Его спина была напряжена, голова опущена. В руках он держал разорванный пакет с донорской кровью - один из тех, что хранились здесь на случай экстренных переливаний при авариях. Ландо замер, не в силах пошевелиться. Он видел, как Пиастри жадно приник губами к пластику, как его горло мерно дергалось, совершая глоток за глотком. Красная жидкость неаккуратными струйками стекала по его подбородку, пачкая воротник командной футболки. -О-оскар..? - голос Ландо прозвучал жалко и тонко. Пиастри замер. Время словно остановилось.Медленно, с пугающей, неестественной плавностью, он поднял голову. Норрис почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод. Это был не тот Оскар, которого он знал. Глаза австралийца, обычно карие, теперь пылали багровым огнем, зрачки были расширены почти на всю радужку. На верхней губе блестели капли крови, а когда Пиастри приоткрыл рот, Ландо увидел клыки. Длинные, острые, совершенно невозможные для человека. -Ландо, - прошептал Оскар. Его голос стал глубже, в нем появилось странное, вибрирующее рычание. - Ты всегда был любопытным. Слишком. Любопытным. Норрис сделал шаг назад, его сердце колотилось о ребра с такой силой, что, казалось, оно вот-вот проломит грудную клетку. Страх - чистый, первобытный, парализовал его волю. -Ты... ты что, вампир? - Ландо нервно хихикнул, надеясь, что это какой-то безумный пранк для ютуба. - Это грим, да? Оскар, это не смешно. Ты меня до смерти напугал. Пиастри поднялся на ноги. Одним движением, настолько быстрым, что человеческий глаз не успел бы его зафиксировать. В следующую секунду Оскар уже стоял вплотную к Ландо. Его рука, холодная как у трупа, обвилась вокруг горла Норриса, сжимая его достаточно сильно, чтобы перекрыть доступ к воздуху, но не сломать шею. Ландо вцепился в его запястье, пытаясь оттолкнуть его, но Оскар был твердым и неподвижным, как скала. -Послушай меня внимательно, Норрис, - прошипел Оскар, наклоняясь к самому уху Ландо. От него не пахло ни потом, ни парфюмом - только сталью и смертью. - Если хоть одно слово о том, что ты здесь увидел, вылетит из твоего рта... если ты хоть намекнешь кому-то, даже своему обожаемому Карлосу... При упоминании Сайнса рука Оскара сжалась сильнее. Ландо захрипел, его лицо начало багроветь. - ...я лично позабочусь о том, чтобы ты не дожил даже до следующей практики. Моя карьера в этой команде - это всё, что у меня есть. И я не позволю маленькому болтливому щенку разрушить её. Ты понял меня? Ландо судорожно закивал, из его глаз брызнули слезы. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным. Оскар - тихий, незаметный Оскар - сейчас доминировал над ним так легко, будто Норрис был сделан из бумаги. Пиастри ослабил хватку, но не отпустил его. Он другой рукой зарылся в кудрявые волосы на затылке Ландо, с силой потянув его голову в сторону, обнажая беззащитную шею. -Чтобы ты осознал серьезность ситуации, - выдохнул Оскар. Ландо зажмурился, ожидая смерти. Он почувствовал горячее дыхание на своей коже, а в следующую секунду - резкую, ослепительную боль. Клыки Пиастри вошли в его плоть так легко, словно в масло. Норрис вскрикнул, но звук был заглушен ладонью Оскара, накрывшей его рот. Оскар не стал пить. Он просто впрыснул немного слюны, которая обожгла раны, как кислота. Это длилось не более пяти секунд, но для Норриса они показались вечностью. Когда Пиастри отстранился, Ландо рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух. -Это залог твоего молчания, - Оскар вытирал рот тыльной стороной ладони, глядя на Ландо сверху вниз с ледяным безразличием. — Теперь ты помечен. И если я почувствую, что ты собираешься открыть рот - я закончу начатое. А теперь проваливай. И постарайся завтра на симуляторе не выглядеть так, будто ты увидел привидение. Ландо не помнил, как добежал до парковки. Его трясло в крупной дрожи, пальцы не попадали по кнопкам ключа от машины. Сев в свой McLaren, он первым делом посмотрел в зеркало. На шее, прямо над ключицей, багровели две аккуратные точки. Раны уже не кровоточили, но вокруг них кожа стала странного синеватого оттенка. Он должен был ненавидеть его. Он должен был пойти в полицию, к руководству команды, к Карлосу...Да к кому угодно! Но когда он вспоминал взгляд Оскара - этот властный, пугающий, абсолютный взгляд - внизу живота предательски тянуло. Норрис нажал на газ, уносясь в ночь. В его голове все еще звучал голос Оскара, а место укуса пульсировало в такт сердцебиению. Он был напуган. Он был раздавлен. И он, к своему ужасу, понимал, что хочет снова увидеть это чудовище. На следующее утро на базе всё было как обычно. Механики суетились, Зак Браун смеялся в углу, обсуждая новые контракты. Ландо зашел в здание, натянув худи с высоким воротом, несмотря на жару. Он старался не смотреть в сторону Оскара, который сидел за своим привычным столом с чашкой чая. -Привет, Ландо! - крикнул механик, проходящий мимо - Ты чего такой бледный? Опять всю ночь в симуляторе зависал? Ландо вздрогнул, его взгляд невольно метнулся к Оскару. Пиастри медленно поднял голову. На его лице была всё та же маска бесстрастного спокойствия, но на мгновение его глаза встретились с глазами Норриса. Пиастри едва заметно облизнул губы и снова вернулся к своему телефону. - Да... - выдавил Ландо, пытаясь улыбнуться. - Просто не выспался. Много работы. Механик нахмурился, чувствуя, что тот что-то недоговаривает. Он положил руку Ландо на плечо, и в этот момент Норрис почувствовал на себе тяжелый, обжигающий взгляд Оскара. Это был взгляд хищника, следящего за тем, чтобы его собственность не трогали чужие руки. Ландо поспешно отстранился от него. -Извини, мне нужно идти к инженерам. Он почти бежал по коридору, чувствуя, как под воротником худи чешутся и горят две маленькие точки. Он понял, что Оскар не просто угрожал ему. Он начал игру. И Ландо, сам того не осознавая, уже принял её правила.