you are mine forever

------------------------------ Тэхен сидел на массивном стуле в подвале, сохраняя абсолютное спокойствие, которое пугало сильнее любого крика. Он жестом приказал охране оставить их наедине. Когда за тяжелой дверью стихли шаги, он рывком притянул Чонгука к себе и бесцеремонно перекинул его через колени. Мощный альфа, облаченный лишь в кофту и подгузник, выглядел в руках омеги нелепо и трогательно одновременно. Тэхен достал из своих широкий кожаный ремень. ... Удары падали размеренно и тяжело. Чонгук поначалу пытался сжимать зубы, впиваясь пальцами в штанины Тэхена, но его выдержка, и так подорванная днями в кроватке, окончательно рухнула. Где-то на десятом ударе гордый глава мафии не выдержал и громко зарыдал, захлебываясь слезами и собственным бессилием. Тэхен не остановился, пока не отсчитал ровно двадцать ударов, каждый из которых оставлял на коже Чонгука пылающий след. Закончив, Тэхен без лишних слов поднял его за локоть и повел наверх, в свой кабинет. Чонгук шел за ним, шмыгая носом и едва переставляя ноги от стыда. В кабинете пахло дорогим табаком и старой кожей. Тэхен указал в угол комнаты, подальше от стола. Он приказал Чонгуку поднять руки вверх и стоять так два часа. На Чонгуке была только короткая домашняя кофта и подгузник, а во рту снова плотно сидела соска-кляп, не давая издать ни звука, кроме приглушенных всхлипов. Тэхен сел за стол и погрузился в изучение отчетов, лишь изредка бросая на пленника строгим взгляд, проверяя, не опустил ли тот руки. Чонгук стоял, дрожа всем телом, слезы безостановочно катились по его щекам, впитываясь в ткань соски, но он не смел ослушаться. Прошел час томительной тишины, нарушаемой только шелестом бумаги. Тэхен, видя, как сильно дрожат колени его «малыша», наконец отложил ручку. Он негромко позвал Чонгука к себе. Тот подошел, понурив голову, и Тэхен по-хозяйски усадил его к себе на колени. Строгость в его глазах сменилась мягкой заботой. Он начал медленно гладить Чонгука по спине, иногда легонько шлепая по подгузнику, чтобы напомнить о дисциплине, но при этом шептал успокаивающие слова. Тэхен нажал на кнопку селектора и приказал принести бутылочку теплого молока. Когда заказ был исполнен, он вынул соску изо рта Чонгука и вставил туда соску бутылочки. Чонгук, измученный физически и эмоционально, жадно припал к молоку. Под мерные поглаживания Тэхена и тепло напитка его веки начали тяжелеть. Весь стресс от неудачного побега и последующего наказания вылился в глубокую сонливость. Через несколько минут голова Чонгука бессильно упала на плечо Тэхена, и он крепко уснул, полностью отдавшись во власть своего строгого, но любящего папочки. ------------------------------