Безликий рыцарь

3 дня до коронации принца Джорджа.     Первые лучи холодного рассвета едва коснулись высоких стрельчатых окон замка, когда Дрим открыл глаза. Сон слетел мгновенно, не позволяя нежиться в постели. Быстро облачившись в незеритовый доспех и затянув ремни маски, он схватил меч и вставил в ножны.     Рыцарь  шагнул в прохладную тишину замковых коридоров. Факелы догоравшие в настенных кольцах, бросали причудливые, рваные тени. Пока он шел, внутри росло странное, зудящее чувство, будто он забыл что-то важное или мир вокруг неуловимо изменился. Масочник остановился на мгновение, прислушиваясь к тишине, но, списав всё на ранний час, двинулся дальше к своей цели.       Когда до покоев принца Джорджа оставался один поворот, инстинкты Дрима взвыли. Он не услышал привычного звона доспехов или негромкого перешептывания караульных. Вывернув из-за угла, он замер, рука сама легла на рукоять меча. У дверей в покои не было ни души. Два караульных, которые обязаны находиться здесь до его прихода, бесследно исчезли. — Что за чертовщина... — прошептал он, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Не став тратить время на раздумья, блондин рывком распахнул дверь и ворвался внутрь, готовый к худшему. В комнате царил мягкий полумрак. Джордж сидел на краю кровати, заспанный и взъерошенный, пытаясь совладать с завязками на ботинке. Он вздрогнул от резкого звука открывшейся двери и поднял взгляд на тяжело дышащего гвардейца. — Дрим? — принц удивленно вскинул брови. — Ты чего так влетаешь, будто на нас напала армия варваров? Рыцарь медленно выдохнул, чувствуя, как бешено колотящееся сердце начинает замедляться. Он окинул взглядом комнату: всё было на своих местах, никаких следов борьбы.  —Джорж , ты в порядке? Где стража у входа? — Дрим подошёл ближе, все еще подозрительно оглядываясь. Джордж зевнул, прикрыв рот ладонью, и наконец справился со шнурками. — А, ты об этом... Сир ТехноБлейд отозвал их полчаса назад. Какое-то срочное собрание в гарнизоне, кажется, нехватка людей на южных постах. Сказали, что ты всё равно вот-вот придешь.         Дрим нахмурился. Оставлять принца без охраны даже на десять минут было грубым нарушением протокола, но спорить с приказом главнокомандующего было бессмысленно.  — Это... неосмотрительно, — глухо отозвался он. — Техно не мог оставить тебя без защиты.       Джордж встал и подошёл к зеркалу, поправляя воротник своей голубой  рубашки. В отражении он заметил напряжение своего охранника и едва заметно улыбнулся. — Перестань, Дрим. Как видишь, я цел и невредим. Лучше помоги мне с плащом, сегодня завтрак с матушкой и каким-то иностранным послом, я не должен  опаздывать .       Гвардеец коротко кивнул и взял тяжелый бархатный плащ, расшитый золотыми нитями. Пока он закреплял брошь на плече принца, странное ощущение всё ещё свербело на задворках сознания, но вид спокойного, чуть сонного Джорджа заставил его на время отодвинуть тревогу. — Готово, — произнес страж, отступая на шаг. — Идем. Я не спущу с тебя глаз ни на секунду. — Как и всегда, — усмехнулся шатен, направляясь к выходу.

***

      Путь к столовой пролегал через просторный коридор, но аппетит Джорджа и спокойствие Дрима мгновенно испарились, когда из тени широкой колонны им навстречу вышел Квакити. Его вид внушал тревогу: обычно расправленные и гордые, его золотистые перья сейчас были плотно прижаты к телу, подрагивая от едва скрываемого напряжения. — Принц Джордж, Сир Дрим, — голос Квакити прозвучал непривычно официально, в нем не было и следа его обычной скромной манеры. — Регент Шлатт требует вашего немедленного присутствия в тронном зале.        Принц нахмурился, переглянувшись с телохранителем .  — Сейчас? Мы собирались позавтракать. Что-то случилось, Квакити? — Регент не объясняет своих распоряжений дважды, — отрезал тот, сверкнув глазами и жестом указывая на коридор. — Идите за мной.       Дрим почувствовал, как нарастал ком в горле и напряжение в плечах. Воспоминание о недавнем инциденте со Шлаттом, полном недосказанности и ядовитых доводов, все еще жгло изнутри. Хотя Регент и сумел выставить свои действия вполне объяснимыми, но масляник чувствовал - за этой логикой скрывается капкан.       Они шли в мрачной тишине. Замок казался вымершим. Обычно суетливые слуги будто испарились, а эхо их шагов по мраморным плитам звучало пугающе громко в абсолютно пустых коридорах. Тишина давила на плечи, пока они не остановились перед массивными дверями тронного зала. — Прошу, — коротко бросил элитрианец и первым толкнул дверь. Зал был огромен, свет в помещении приглушен. В самом центре, на возвышении, восседал Шлатт. Его поза была расслабленной, а во взгляде искрило веселье . По обе стороны от трона, словно каменные изваяния, застыли гвардейцы — по 4 с каждой стороны. Металл их доспехов тускло поблескивал в полумраке.       Квакити быстрым шагом прошел мимо гвардейцев и занял свое место по правую руку от Регента, завершая этот стройный ряд охраны. — Наконец-то, — Шлатт медленно отпил вино из кубка, не сводя глаз с вошедших. — Я уж думал, вы решили заставить своего правителя ждать. — Ты не правитель, Шлатт, — спокойно, но твердо произнес Джордж, делая шаг вперед. — Зачем этот цирк со стражей?       Регент усмехнулся, и этот звук в тишине зала был похож на хруст сухих веток. — Осторожность, принц, — простое благоразумие. Сир Дрим в последнее время кажется мне... излишне импульсивным. Нам нужно обсудить дела, которые не терпят свидетелей и возражений.       Дрим сделал резкий шаг вперед, его лицо побледнело под маской. — Где остальная стража? Где люди замка? — голос его был низким, почти угрожающим. — И королева. Где она?!       Шлатт отложил бакал на край подлокотника трона. На нем расцвела улыбка — не радостная, а хищная. — Рыцарь задает правильные вопросы, — протянул он. — Хорошо. Я устроил маленькую диверсию. Ничего серьезного, просто... тревогу. Люди паникуют, когда видят флаги чужеземцев за воротами замка. Я позаботился о том, чтобы весь замковый гарнизон, все слуги, все, кто мог помешать, были эвакуированы. В безопасное место, могу заверить. Королева тоже в безопасности. С ней все хорошо.       Джордж сжал кулаки. — Ты эвакуировал королевство без ведома короля? Это измена, Шлатт! — Королевство? — Регент встал со своего трона, спускаясь по ступеням. Его тень, усиленная светом факелов, казалась огромной. — Племяник, здесь нет королевства. Здесь только стены, камень и власть. А вся  стража, все боевые отряды, все те, кто мог бы встать на твою защиту... — он сделал паузу для явного эффекта, — они отправились на южные ворота. У меня там интересные  друзья. Стража разбирается с ними. Развлекаются, можно сказать.       Дрим ощутил ледяную волну страха, прокатившуюся по спине. — Ты привел сюда... наемников? — Я привел сюда справедливость, — ответил Шлатт, его голос стал острым, как лезвие. — Ты не понимаешь, маленький рыцарь. Не понимаешь вообще.       Джордж шагнул между охранником и Регентом, его карие глаза сверкали гневом. — И почему ты не предупредил короля? Почему вообще устроил все это?        Шлатт обошел принца, медленно, оценивающе, словно разглядывая товар на рынке. Его голос был насмешлив: — Король? — мужчина издал короткий, резкий смех. — О принц, в этом замке есть только один настоящий король. И это я. Мой братец Лорас был королем, мудрым человеком. Слабым , конечно, но мудрым. Его правление было эпохой, но эпохи заканчиваются, Джорджи. Они должны заканчиваться, чтобы начались новые. Квакити остался неподвижен, но его перья дрожали. — А ты, — Шлатт указал прямо на принца, — ты моя помеха. Осколок старого порядка, напоминание о тех временах, когда король мог просто указать пальцем, и я должен был подчиниться. Я не мог избавиться от тебя, когда ты был ребенком. Сомнения, совесть, нравственность... — он скривил губы, как от отвратительного вкуса. — Но теперь ты вырос. Теперь ты можешь бросить вызов моей власти, ты — реальная угроза. И теперь, мой дорогой принц, у меня появился шанс исправить эту ошибку.        Масочник окаменел. Его разум лихорадочно просчитывал расстояния, углы, шансы. Восемь обученных воинов против него и Джорджа, который был без оружия. Это не было боевым сценарием. Это была ловушка.       Шлатт сделал шаг назад, поднимаясь на одну ступень трона, и его силуэт вырос в глазах телохранителя, словно он стал еще больше, еще опаснее. —Ах да, сир Дрим, — спокойно произнес мужчина , — кажется пора платить по счетам.     Шлатт вытащил из кармана мешочек и бросил к ногам рыцаря. Золотые монеты звенели, рассыпаясь по холодному полу замка. Дрим стоял неподвижно, но его руки непроизвольно сжались в кулаки, а лицо побледнело под маской. — Что это? — спросил Джордж, поворачиваясь к рыцарю. В его голосе звучало недоумение и первые нотки подозрения.       Шлатт уже восседал на троне, пальцы барабанили по подлокотнику. Он улыбался, но это была улыбка хищника. — Помнишь то письмо, что дал тебе главарь , Дрим? — спросил он, нарочито медленно, растягивая слова. — Выполните задание, и вы получите свободу. Выполните задание, и золото потечет рекой. Простое, понятное предложение для простого наемника.       Блондин не шевелился. Джордж сделал шаг в сторону, отдаляясь от рыцаря. — Дрим? — голос принца был тихим. — Что он имеет в виду? — Костры на границах, — продолжал Шлатт. Его голос эхом разносился по залу. — Ты видел их, да? Несколько месяцев я ждал. Первый костер был сигналом. "Готово ли все?" Второй костер. "Почему еще не готово?" И третий... третий был потерей моего терпения.       Блондин медленно поднял взгляд. Принц уже был в полушаге от него. — Я знал, что ты способен на это, Дрим, — продолжал Регент, наклоняясь вперед, его острые черты лица становились еще более выраженными. — Ты же лучший головорез, которого мне отправили люди из-за границы. Ты мой рыцарь. Думаешь тот сопляк Фанзи случайно заметил тебя?  Думаешь тебя сделали личным охранником за твои заслуги? Тебя бы на метр не подпустили к принцу, если бы не мой приказ. Я дал золото, честь, помазал в рыцари. А это значит, что ты принадлежишь мне. Я твой наниматель и у тебя было задание от меня. — Неправда, — прошептал Дрим. Но даже он сам не был уверен, говорит ли он это Шлатту или самому себе. — Простое задание, — Шлатт встал со своего трона, спускаясь вниз по ступеням. С каждым шагом напряжение в зале росло. — Принц Джордж — помеха. Его смерть — это спасение королевства. Спасение от его слабости, от его нерешительности, от его мечтаний о справедливости и благе народа. Детских грез. — Ты приказал ему убить меня!?       Регент усмехнулся, так и не дойдя до конца лестницы. — Приказал? Нет, мой дорогой племянник. Я предложил ему задачу. Выполнить то, в чем он лучший и получить награду. Очень щедрую награду. Достаточно, чтобы уехать отсюда, начать новую жизнь где-нибудь на юге, в вольных городах, где его никто не знает. Никакой крови на совести. Никакой истории. Только чистый лист и золото.       Дрим почувствовал, как принц отшатнулся от него. Джордж считал его другом… — Почему ты не сделал этого? — спросил Шлатт, и в его голосе впервые прозвучилонастоящая любопытство. — Три месяца, Дрим. Три месяца, как я ждал, что ты выполнишь самое простое задание в своей жизни. Убить одного мальчишку, который даже меч нормально взять не может. Я давал тебе множество намеков, чуть ли не прямо намекал на твой шанс.       Джордж отступил еще на шаг, не отводя глаз от масочника. — Почему? — спросил Шлатт еще раз, и его голос стал острым. — Скажи мне, рыцарь. Почему ты не убил его, когда он спал в своей постели? Когда ты был на страже? Почему ты не воспользовался той ночью, когда он был один в архивах?       Дрим стоял, и молчание тяготило его, как вес доспехов. — Потому что я... — начал он, но Джордж уже прыгнул. — ОХРАННА! — закричал принц, направляясь к двери.       Шлатт взмахнул рукой, и воины бросились вперед, перекрывая выход. — Вот видишь, Дрим? — спокойно сказал Регент, словно разговаривал с глупым ребенком. — Теперь уже поздно. Мальчик бежит. А ты остаешься. Ты остаешься со своим выбором. И со своей судьбой.       Гвардеец смотрел на золотые монеты, все еще лежащие на полу. Они казались ему камнями, тяжелыми, как совесть. Он мог бы взять их. Он мог бы просто встать в сторону и позволить Шлатту сделать свое дело. Никто никогда не узнал бы правду. Но он бы запомнил . И это было самым ужасным.       Ярость вспыхнула в груди Дрима, как пожар, охватывший весь разум. Он не думал — просто действовал. Несколько шагов, и его рука уже обвила шею Джорджа, острие клинка прижалось к нежной коже под челюстью. — Дрим, — прошептал принц, и в его голосе был не столько страх, сколько боль предательства.     Рыцарь не ответил. Он смотрел прямо перед собой, на наемников в доспехах, которые медленно приближались, словно охотники, загоняющие добычу в ловушку. Эти люди не были королевскими гвардейцами. Масочник сразу считывал подобных — они вербовались на каждом перекрестке, в каждом притоне. Люди без прошлого, без будущего, люди, готовые убить за медный грош.       Наемники остановились, глядя на него. Их командир улыбнулся. — Вот как? — сказал он. — решил выполнить свое задание только сейчас? Когда тебя уже ткнули носом и сказали в лицо? — Отойдите, — холодно приказал Дрим. — Или я вспорю ему брюхо прямо на ваши рожи.       Шлатт рассмеялся. Это был смех человека, который держит все карты в колоде и знает о выигрыше заранее. Он встал со ступеней полностью, спускаясь вниз медленно, почти танцуя. — Прекрасно! — воскликнул он, и его ладони захлопали в ритмичном, издевательском аплодисменте. — Прекрасно, Дрим! Я всегда говорил, что в тебе есть что-то дикое. Что-то неукротимое. Помню, как ты впервые  попал в мой замок — такой молодой, такой гордый, такой... упрямый. Я знал, что из тебя выйдет идеальный инструмент. И я был прав! — Молчи, — прорычал рыцарь. Но Шлатт не прекращал. — Наконец-то ты понимаешь, что это за жизнь. Наконец-то ты видишь, что вся эта королевская чушь, все эти идеалы о чести и долге, просто удавка на твоей шее. А теперь...       Регент поднял руку, и наемники разомкнули круг у входа, давая дорогу. — А теперь устрой нам спектакль.     Это была ловушка. Дрим это знал. Но у него не было выбора. Джордж был почти мертв в его руках. Верная смерть гарантирована, если они останутся. Стоит рискнуть.       Страж рванул клинок в сторону. Не от горла Джорджа. Острие вонзилось в мягкую плоть шеи ближайшего наемника — того самого командира этой банды. Мужчина издал странный, хриплый звук, как раненый зверь, и рухнул. Его кровь окрасила мраморный пол в багряный цвет. — Простите, принц! — выкрикнул Дрим, его голос был почти неузнаваем.       Он схватил Джорджа под руки, не обращая внимания на его испуг и попытки сопротивления. Молодой человек висел мертвым грузом, шокированный внезапностью происходящего. — Дрим, что ты — — Беги! Просто беги!       Они бросились к дверям. Остальные наемники, застигнутые врасплох, не сразу среагировали. На мгновение в зале воцарилась тишина — только звук тяжелых шагов и дыхания. Шлатт стоял недвижимо, глядя на тело упавшего человека. Его лицо было маской спокойствия, но в глазах горел бешеный огонь. — Ловите их! — прорычал мужчина, и его голос был исполнен такой ненависти, что стены замка, казалось, вздрогнули. — Ловите их СЕЙЧАС!       Живьем или мертвыми — мне все равно. Но Дрима я хочу видеть живым. Он получит обещанное золото, и получит через боль.       Наемники бросились вслед. Железо доспехов звенело, как бешеные колокола преследования. Дрим не оглядывался. 

***

      Коридоры замка стали лабиринтом. Позади парней раздавались тяжелые шаги — два наемника, самые быстрые из банды Шлатта, не сдавали позиций. Их дыхание было слышно даже сквозь лязг доспехов.       Дрим резко повернул за угол, практически волоча Джорджа за собой. Молодой принц издал подавленный вскрик, когда его спину вжали в холодный камень стены. — Молчи, — прошептал рыцарь, его голос был ровен. — Не издавай ни звука. Слышишь меня?     Шатен судорожно кивнул, его глаза были широко распахнуты от страха. Его губы дрожали.       Дрим занял позицию у края стены. Его руки крепко держали меч. Шаги становились все ближе. — Они где-то здесь! — крикнул один из наемников. — Я слышал шум! — Разделимся, — ответил второй. — Один влево, другой вправо. Они не смогут убежать в обе стороны сразу. Телохранитель прикрыл глаза. Он знал, что нужно делать.       Первый наемник ступил в поле зрения Джорджа. Дрим рванул как пес, спущенный с цепи. Его движения были идеально выверены годами кровавой практики. Меч взлетел вверх, и прежде чем наемник хотя бы понял, что произошло, острие уже вонзилось в его горло. Кровь хлынула фонтаном. — Что — Мужчина не закончил слово. Второй наемник развернулся, пытаясь достать свой меч, но блондин был уже позади него. Один мощный удар в спину — клинок вошел между ребрами, прямо в сердце. Вторая смерть произошла в абсолютной тишине, разве что гортанный хрип и звук падающего тела. Оба упали почти одновременно, их кровь смешивалась на холодных каменных плитах пола.       Джордж смотрел в ничего не видящие глаза мертвеца, лежащего прямо перед ним. Его собственное лицо было мертвецки-бледным. Рука машинально прикрыла рот. — Не смотри, — сказал Дрим, но голос звучал не как приказ. В нем была почти... мольба? Или извинение?       Рыцарь подошел к принцу, его руки чуть дрогнули. Он снял с плеч Джорджа королевский плащ — тот самый плащ, который когда-то принадлежал его отцу. — Слушай внимательно, — прошептал Дрим, пустые глазницы маски не были направлены на Джорджа, его взгляд направился  на кровь. — Ты хочешь жить?       Принц закивал, не в силах вымолвить ни слова. — Тогда держись рядом со мной. Не отставай. И не смотри назад.        Он окунул плащ в лужу крови, которая расползалась вокруг трупов. Ткань впитала багрянец, став тяжелой и липкой. — Зачем... — начал шатен, но голос его был еле слышен. — След. Им нужно показать, куда мы пошли. Ложный след.       Они двинулись дальше по коридору, Дрим тащил плащ за собой, оставляя кровавую дорожку на полу. Капли капали  то здесь, то там, создавая иллюзию движения. Принц шел как во сне, его ноги едва слушались. — Ты... ты очень легко  это делаешь, — прошептал Джордж, голос был полон жуткого осознания. — Убиваешь. Обманываешь . Я никогда не думал... — Потому что я был хорош в этом всю жизнь, — ответил масочник без эмоций, не замедляя шаг. — Потому что жизнь сделала из меня куклу. И кукла  не сомневается. Она делает то, что ей говорит кукловод, чтобы выжить.       Они достигли развилки коридоров. Рыцарь остановился и швырнул плащ вниз по левому проходу. Окровавленный кусок ткани упал на камни и остался лежать там, как приглашение. — Они пойдут туда, — прошептал наемник. — На запах крови. На след. На то, что ты оставил.       Сам же Дрим повел принца вправо, в узкий черный проход, в котором царила почти полная тьма. Их шаги эхом отбивались от стен. Воздух был холодным, затхлым, пропитанным запахом животных и сена. — Конюшня, — обозначил блондин. — Отсюда есть черный ход. О нем знают немногие. Я нашел его давно, чтобы  иметь пути к отступлению. — Ты уходишь, — промямлил Джордж. Это было не вопросом. Это было утверждением, полным горькой истины.    Дрим не ответил. Вместо этого он вытащил принца из темноты в конюшню, где лошади нервно переминались с ноги на ногу, ощущая кровь и страх в воздухе. —Мы уходим, — сказал  страж. — Немедленно.     Позади них, где-то в глубине замка, раздался клич. Они нашли плащ и пошли по ложному следу. Но вскоре они поймут.       Рыцарь помог шатену  вскочить в седло. Его руки были грязными, покрытыми чужой кровью. — Куда мы? — спросил Джордж, хватаясь за гриву лошади. — Пока на запад, — ответил наемник. — Там есть несколько деревень.     Масочник  открыл ворота конюшни, впуская свежий полуденный  воздух. — Почему? — задыхаясь, спросил Джордж, когда они уже промчались сквозь стены замка. — Потому что я не хочу, чтобы ты умер, — ответил рыцарь,  его голос был надломлен, как нарубленное дерево. — Потому что, я вспомнил, что такое быть человеком.       И Дрим знал, что пути назад теперь нет. Он сделал  то, что посчитал нужным.  Он делал то, что было дано им в клятве.