Циферблаты силы

Проходит неделя. Я немного успокаиваюсь. Сижу дома, и Снейп, видимо, тоже. В противном случае кто-нибудь из нас свалился бы на голову другому. Потом срабатывает камин. Я вижу в зелёном пламени лицо Снейпа. — Поттер. Если вы не передумали, то предлагаю лично убедиться, насколько опасно нам пересекаться. Надеюсь, это подтолкнёт вас к тому, чтобы избегать меня всеми силами. Сейчас безопасное время. А через полчаса начнётся промежуток, который я бы назвал умеренно опасным. Так что проклятие будет работать не в полную силу. — Хорошо, Снейп, — я всё-таки не собираюсь его прощать. — Мне прийти к вам? — Ни в коем случае. Это произойдёт на нейтральной территории. Запишите координаты аппарации. Это пустующий дом. По части магии там чисто. Хозяева надолго уехали. Мы расположимся в подвальном помещении. — Хотите скрыть все улики? — прищуриваюсь я. — Шутить будете после, — сухо отзывается он. — Жду через пятнадцать минут. Я поставлю своеобразный будильник. Так как разрушительное влияние будет несильным, он сможет нас остановить. Пока не станет поздно. Жду вас. Одевшись по-магловски, я аппарирую по указанным координатам. Снейп никак не комментирует моё появление. Я сажусь на один из двух стульев в помещении. Мы просто сидим и ждём. Я теряю счёт времени и не сразу понимаю, что у меня нет тела. Видя себя каким-то образом со стороны, я напоминаю самому себе кляксу желтоватого цвета. Зрелище не из приятных. Стульев нет — растворились, что ли — и с другого конца комнаты ко мне бросается грязно-серая клякса, которая охватывает меня собой — и начинает душить. Это абсурд. У меня нет шеи. У меня нет лёгких. Почему тогда я задыхаюсь? «Зачем мне жить?» — мысль возникает в голове гулко, с тусклым, приглушённым эхом. Тяжкое ощущение своей неуместности в мире. Оно давит. Объятие чернильной кляксы смыкается плотнее. «Что я забыл в этом мире? По какой нелепой ошибке я остался цел?» Я понимаю, что Снейп-клякса душит меня унынием, подавляет мою волю бессмысленностью бытия. Могу ли я противостоять этому? Могу, но не хочу. Я понимаю, что нет другой правды, кроме как эта. Нет ничего разумнее, чем знать о тщете жизни. Чернильная клякса обвивает меня, прижимает к себе — не чтобы утешить, но чтобы опустошить. И мне пусто. Я знаю, что где-то бегут ручьи, поют птицы в канун лета, сбываются надежды и начинаются интересные дела. Но я своё отжил. Я использованный ресурс. Пора в утиль. Пора… Что это? Я ведь понимаю, что просто брежу, что поддаюсь удушью, позволяю себя задавить. Почему я позволяю? Я должен сопротивляться. Я до… я должен понять, что живу зря. Я напрасен. На исходе седьмого месяца мне не следовало рождаться. Я должен был умереть до того, как прийти в мир. Чтобы не оскорблять вселенную бессмыслицей. В этом чувстве угасания я почти сдаюсь, но в этот момент… трубит рог. Сильно и чисто, разгоняя мороки. Я становлюсь собой, а Снейп — Снейпом. Он немедленно выпускает меня из объятий и отходит в сторону. Я сижу на полу и прихожу в себя. — Надеюсь, вы понимаете, Поттер, — говорит он, — что я не хочу испытать такое более никогда. Дайте мне знать, когда будете готовы обсудить меры безопасности. Кивнув на прощание, он аппарирует. Я слышу деликатное покашливание — и вздрагиваю, увидев Добби. — Простите, Гарри Поттер, сэр, — говорит он. — Добби не хотел вас пугать. Добби пришёл извиниться. — Но за что? — Добби хочет извиниться за то, что в этой ситуации будет поддерживать интересы другого мага — не ваши. — Другого мага? Снейпа? — Нет, не мастера Снейпа. Добби не может выдать личность мага, которому будет помогать. Пока что не может. — В этом кто-то замешан? Это тот, кто нас проклял? Скажи мне! — Добби приносит извинения сэру Гарри Поттеру, что не может сказать, так как это причинит ущерб интересам другого мага. — И что я должен думать? — ответом мне служит хлопок аппарации. Добби исчез. Я понимаю, что об этом нужно будет обязательно рассказать Снейпу. Меня пробивает дрожь, когда я вспоминаю пережитый кошмар. Самое неэротичное удушение столетия. Мысли о поцелуях покидают мою голову. И, в общем-то, я понимаю, почему Снейп меня отверг тогда в ванной. Понимаю — но не хочу принять и забыть.