Исход определен — 4. Родная кровь

      Шум двигателя поначалу придал Аве чувство радости и облегчения, и она подумала, что свыше ей послали шанс на спасение и им необходимо воспользоваться, что это мог быть сам Дженсон, но радость быстро сменилась тревогой. А если ее выследил Фишер и стремительно движется к ней, чтобы добавить к ее страданиям новые, еще более серьезные? Тогда это совсем не спасение, это бездна, это катастрофа, которая обернется для нее очередными пытками и летальным исходом в финале.       Не так много времени ей понадобилось понять, что скрыться негде, бежать некуда, да она и не сможет с ее-то больной ногой и отсутствием сил. Ава почувствовала, как ее надежда тает. При таком раскладе можно считать, что она уже мертва, а все ее жалкие попытки добраться до дома изначально были обречены на провал. Зря в них только верила. Из защитных средств при ней имелся только тот самый пистолет, примененный по существу в старом доме, и именно это оружие — ее единственная надежда на спасение. Пустить пулю в грудь незнакомцу — самое последнее, что ей хотелось сделать при жизни, но ради самозащиты она готова на это.       Сжав в ладони рукоять пистолета, максимально надежно прикрыв ствол блузой, Ава крепко зажмурилась и выдохнула, оставаясь на земле. Пусть неизвестный посчитает ее мертвой.       Звук мотора с каждой секундой все нарастал, а удары сердца Авы становились все чаще. Она лежала спиной к приближающемуся средству и не могла даже одним глазом увидеть, какой именно транспорт так неожиданно появился в Жаровне и, следовательно, оценить степень опасности. Вдруг это джип с солдатами ПОРОКа, и тогда ей просто необходимо подать хоть какие-то признаки жизни. Или автомобиль какого-нибудь мародера, рыскающего в Жаровне в поисках пропитания и жилья.       Пока Ава вынуждена максимально сохранять спокойствие, а по ходу дела сообразит, как действовать.       Через несколько секунд специфический звук мотора дал понять ей, что к ней приближается достаточно большое транспортное средство: грузовик или микроавтобус, но точно не легковой автомобиль, но это вовсе не означало, что тот, кто за рулем, славится своей добропорядочностью. Кто знает, какие еще люди на самом деле обитают в недрах Жаровни и в какие группы объединены, чтобы действовать против ПОРОКа? Когда же это все закончится? Когда же люди, наконец, поймут, что организация им не враг, а помощник? Это их счастливый билет в новую жизнь.       Когда звук мотора достиг своего максимума, раздался резкий визг тормозов, и наступила оглушительная тишина. Ава не шелохнулась, продолжая играть роль мертвой. Она умеет отлично притворятся, когда это жизненно необходимо. Сердце колотилось в груди, словно пойманная птица, готовая вырваться из крошечной клетки на свободу. Каждый мускул был напряжен в ожидании неизвестного.       Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Ава услышала приближающиеся шаги. Медленные и размеренные. Они звучали не так, как шаги Фишера — не было в них того хищного ритма. Но и не имелось той знакомой, уверенной походки Дженсона. Это были шаги кого-то неизвестного, и эта неизвестность была самой пугающей.       — Черт подери! Это что такое? — услышала Ава мужской голос, не грубый, не угрожающий. В нем не было той злобы, которую Ава слышала от своих мучителей. Точно не голос Фишера, и, к сожалению, не голос Дженсона. Стало еще поганее и отвратительнее на душе. Последняя надежда на спасение рухнула в пропасть. — Ты живая? Эй, ты слышишь меня?       Ава почувствовала, как чужие теплые пальцы небрежно коснулись ее шеи. Очевидно для того, чтобы проверить пульс и понять, жива ли она. Это прикосновение заставило ее вздрогнуть. Она не открыла глаза, но ощутила присутствие человека над собой, его дыхание. В этот момент она была готова к любому исходу — к спасению, к новой пытке, даже к смерти.       Ава не ответила на вопросы. Она боялась, что любое движение, любое слово выдаст ее, разрушит хрупкую иллюзию, которую она создала. Она ждала. Ждала, что этот человек, если он не враг, проявит настойчивость. А если враг, то раскроет свои истинные намерения.       Но секунду спустя внутреннее чутье подсказало Аве, что пора действовать.       Она распахнула глаза и максимально быстро, стиснув зубы и превозмогая боль во всем теле, встала на ноги и тут же показала чужаку свою защиту — направила пистолет строго ему в лицо. Пусть заранее знает, что ее голыми руками не возьмешь. Предупреждение сделала. А затем демонстративно перезарядила оружие и почти сразу же прижала руку к груди, стараясь не выглядеть столь угрожающе. Она и не собиралась его убивать, вдруг у него исключительно положительные намерения?       Перед ней стоял парень, одетый в простую одежду, не похожую на форму ПОРОКа или грязные лохмотья мародеров. Его лицо было открытым, без следов жестокости или алчности. В его глазах читалось беспокойство и капля сочувствия. Или Аве так хотелось, чтобы оно имелось.       С очевидным непониманием во взгляде он поднял руки вверх и попятился к своему автобусу, словно дикий зверь, загнанный в угол.       Какие удивительные личности сегодня ему встретились! Сначала один угрожает пистолетом, теперь другой… Откуда только взялись? Из собственных домов будто выгнали.       — Стоять! — максимально строго приказала Ава насколько это возможно было в ее паршивом состоянии. Даже говорить порой было больно, но сейчас не время показывать слабость.       Парень ухмыльнулся, стараясь держаться как можно спокойнее и не делать резких движений. Кто знает, что ожидать от этой странной женщины, попавшейся ему на пути в столь нелюдном месте?       — Да понял я, что забрел на твою территорию. Прости, что помешал твоему покою посреди Жаровни, — он кивнул в сторону бесконечных песков. — Может, ты уберешь пистолет? И мы спокойно поговорим, если хочешь.       Ава опустила руку с оружием чуть ниже, но продолжила держать на уровне груди на всякий случай. Не внушал этот парень доверия, поэтому стоило подстраховаться.       — Как тебя зовут? — решительно спросила она, четко смотря чужаку в лицо, стараясь запомнить все, что только сможет.       — Чарли, — без запинки ответил парень.       Женщина продолжила сверлить его взглядом, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, то, что выдаст его истинную сущность.       — Что ты здесь делаешь, Чарли? — спросила она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более уверенно, несмотря на слабость. — И не говори, что просто заблудился.       — Я… — он запнулся, подбирая слова. Не ожидал он такого допроса посреди дня. — Я путешествую. Ищу вдохновение для… Своей музыки, — выдал он первое, что пришло в голову. Вряд ли такой ответ удовлетворит женщину, но попробовать стоило.       Музыки? В Жаровне? Ава едва сдержала усмешку. Здесь можно было найти мотивацию только для выживания, а не для искусства.       — Музыки? — переспросила она, приподняв бровь. — И что же, Жаровня вдохновляет тебя на создание душевных мелодий о гниении и смерти?       Чарли покраснел.       — Ладно. Зайдем с другой стороны. Куда ты направляешься? — задала Ава следующий вопрос чуть хриплым голосом.       — Тоже самое могу спросить у тебя, — осмелел парень. — Похоже, ты давно в дороге и сбилась с пути, раз ночуешь посреди песков на земле зараженных, — безошибочно предположил Чарли, да только его красноречие совсем не прибавляло Аве сил. — А отбиться этой штукой, — он указал на пистолет, — от шизов в одиночку у тебя нет шансов. Но раз у тебя все в порядке, то смею откланяться с твоего позволения.       На самом деле, у этой женщины было далеко не все в порядке, и парень это прекрасно понимал. Не слишком-то хорошо она выглядела для довольного жизнью человека, отдыхающего посреди Жаровни.       Ава нахмурилась от его слов и опустила руку с оружием. Неужели она ему совсем неинтересна, и он спокойно уедет по своим делам? Неужели ему от нее ничего не нужно?       Чарли развернулся и уперся в капот автобуса. Глубоко вздохнул, погладил его с улыбкой, словно морду любимой домашней собаки, и повернулся к двери водителя, но к своей неожиданности, сразу наткнулся на Аву, преградившую ему дорогу. Взгляд у нее был уже не таким решительным и серьезным. Скорее, она не понимала, откуда этот человек взялся, ведь просто так люди не устраивают себе прогулки по Жаровне. Тем более, когда солнце палит так нещадно.       Однако этот парень и не собирался делать с ней что-то плохое, судя по поведению, поэтому и ей стоило вести себя иначе, но при этом всегда помнить об осторожности.       — Подожди, — мягко произнесла Ава, успев убрать пистолет от глаз Чарли, как он и желал. Она смотрела на него с особым вниманием, попутно размышляя, а мог бы этот человек быть ей полезен или лучше будет отпустить его? — Жаровня — далеко не то место, в котором можно встретить кого-то с транспортом. Ты прав. Мне не отбиться от шизов, если столкнусь с ними.       — Тогда почему ты гуляешь тут в одиночестве? — спросил Чарли чисто из-за интереса. Ему по большому счету было все равно на Аву, но поинтересоваться стоило. Она не принесет ему никакой пользы, очевидно, что у нее абсолютно ничего нет, кроме оружия, но вдруг она шокирует его чем-то особенным? — И явно не в свое удовольствие наслаждаешься просторами столь богатой шизанутыми тварями местности.       Ава не могла сказать правду, поэтому ограничилась малым:       — Так получилось.       — Понятно. Грохнула того, кто оставил тебя здесь подыхать. Все очевидно и просто, — Чарли закатил глаза и облокотился плечом на капот автобуса. — Надеюсь, ты не прострелишь мне колеса и дашь спокойно уехать.       Он быстро распределил вес на обе ноги и обошел женщину сбоку, уже не проявляя к ней ни малейшего интереса. Пора ему двигаться дальше, правда, куда — он и сам толком не знал. Нужно бы сбагрить все приобретенное толковым людям, да только они по естественным причинам продешевят товары, а к сыворотке и тем более возникнет масса вопросов. В итоге придется больше объясняться, чем получать удовольствие от навара.       — Не прострелю, — сглотнула Ава внезапно образовавшийся ком в горле. Она чувствовала — ей становилось хуже. Время поджимало: нужно было решаться.       Ее тело по-прежнему ныло от усталости, а каждый вдох обжигал легкие. Она смотрела на Чарли, пытаясь уловить в его глазах хоть что-то, что могло бы объяснить его присутствие здесь, в этом проклятом месте. Его спокойствие, его уверенность — все это казалось таким чужим на фоне ее собственного отчаяния. Все говорило о том, что здесь он не впервые. Да и она сама не в первый раз оказалась в Жаровне. Но тогда с ней рядом был Дженсон… Ее опора, ее защита. А теперь…       Ава не могла позволить Чарли просто так уйти. Не сейчас. Не тогда, когда она так нуждалась хоть в какой-то помощи в этом мире, который, казалось, забыл о существовании таких заблудших душ, как она.       — Ты что-то везешь?       — Это не должно тебя касаться, — максимально вежливо ответил Чарли, и именно сейчас Ава смогла увидеть в его взгляде едва заметное сочувствие. Но кто знает, что на самом деле кроется в его сознании? И что он задумал в первую очередь? — Ты тратишь мое бесценное время! — в его голосе проскользнуло раздражение.       Парень открыл дверь автобуса и уже хотел было запрыгнуть внутрь, как услышал фразу, заставившую его затормозить:       — Ты ведь остановился. Хотя мог спокойно проехать мимо по своим делам.       — Я не нарушаю правила дорожного движения Жаровни, — совершенно серьезно заявил Чарли, после чего получил добрую улыбку Авы в ответ на свою глупую фразу.       — Мне нужна помощь, — вдруг с отчаянием произнесла Ава.       Парень вскинул брови и медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по ее фигуре. Он видел, насколько бледным было ее лицо. Он видел оружие в ее руке, но теперь оно казалось не угрозой, а отражением ее беспомощности. Он мог бы просто уйти, оставить ее здесь, забыть навсегда и никто бы его не осудил. Но что-то в ее глазах заставило его остановиться.       — Помощь? — переспросил он ровным голосом. С полминуты он оценивал эту женщину, взвешивал все «за» и «против», а потом наклонил голову. Заинтересовался тем, что ему скажут.       — Мне необходимо добраться до Последнего города, — умоляюще произнесла Ава, сделав шаг вперед, ближе к Чарли. — Пожалуйста. Я достойно отблагодарю тебя по прибытию.       Чарли хмыкнул и скривил лицо, скрестил руки на груди и облокотился спиной на автобус. Интересная просьба от человека, которого встретил пять минут назад. Она едва его знает, а уже, видимо, готова отправиться с ним в неблизкий путь. Точно ненормальная!       Последний город ассоциировался у парня только с ПОРОКом — той организацией, которая для многих людей на протяжении уже нескольких лет подряд являлась одной большой проблемой. И ничего хорошего ждать от нее не стоит в будущем.       — И в чем, по-твоему, я нуждаюсь? — с иронией в голосе спросил Чарли. — Что такого ты, — особо он выделил это местоимение, — можешь мне предложить?       Ава знала, что в этом мире ничего не бывает бесплатно. Особенно от тех, кто не собирается лишний раз вляпываться в неприятности.       Она сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. Она не могла предложить ему ничего материального, ничего ценного в привычном понимании. Только сыворотку от Вспышки и достойные условия жизни в Последнем городе.       — Почти все, что пожелаешь в условиях нашего времени, — сдержанно ответила Ава, стараясь подавить внутри так некстати подступивший приступ кашля. Она закрыла рот рукавом блузы, судорожно сглатывая рвущуюся наружу жижу, чтобы не испугать парня своим состоянием.       — Эй, ты в порядке? — взволнованно спросил Чарли, склонившись к лицу Авы. Но даже при всем желании ответить она не могла: перед глазами замелькали разноцветные пятна, а гул в ушах слишком жестко начал давить на сознание. Чарли поспешил в салон автобуса за водой. Питье у него имелось всегда и в достаточных количествах, учитывая его постоянные перемещения по Жаровне и ежедневно преследующую жажду. — Вот, держи! — Он протянул ей бутылочку с прозрачной жидкостью. Он видел, как согнувшись, Ава упала на колени на сухую землю, едва не уткнувшись в нее лицом. — О черт! Черт! Что с тобой?! — взволнованно воскликнул Чарли, желая в ту же секунду получить ответ.       Не успев даже поднести бутылку с водой ко рту, Ава все-таки не сдержалась и откашлялась как следует, чтобы стало хоть чуточку легче. Когда ее взгляд прояснился, она заметила на клочке земли под собой неизвестную серую слизь с примесью крови.       Чарли с ужасом смотрел на ее в миг побелевшее лицо, и выступившие вполне привычного цвета вены на шее, пытаясь осознать, во что он только что вляпался. Холодок пробежал по его спине. Он не был новичком в Жаровне, видел многое, в том числе и такое, когда здоровый, адекватный человек медленно, против своей воли превращается в безумца.       — Ты заражена, — сухо выдавил он, толком не разобравшись, сделав несколько шагов в сторону, чтобы обезопасить себя от возможности занести инфекцию в свой организм.       — Нет… Нет… — прохрипела Ава, медленно поднимаясь с колен. Однако, ноги ее подкашивались. Она чувствовала слабость во всем теле и странное, ноющее ощущение в груди, словно там что-то разрасталось, пожирая ее изнутри. — Это… Это часть цены…       Взгляд Чарли бегло перемещался то на доктора Пейдж, то на жижу на земле, потом снова на Аву. Его мозг лихорадочно пытался сопоставить факты.       — Цены? Какой цены? Цены чего? — спросил он. Его голос был тихим, но настойчивым.       — Цены выживания, — она снова закашляла, но на этот раз почти беззвучно. — Я не опасна. Я не трону тебя, — каждое произнесенное одними губами слово давалось ей с огромным трудом, но сейчас так важно не упустить возможность воспользоваться помощью Чарли. — Прошу. Выслушай меня.       Она снова прикрыла рот, боясь, что из него вырвется еще что-то. В ее болезненных глазах четко отражались усталость и мольба как можно скорее все это прекратить и наконец-то облегчить жалкое существование.       — Мне очень нужно вернуться в город, — осторожно продолжила Ава, чувствуя, что еще одна фраза — и ей больше не придется ни о чем просить. — Я обещаю, ты не останешься обделенным. Захочешь, получишь приличное жилье и достойную работу, а не захочешь — сможешь спокойно и беспрепятственно повернуть назад и забыть навсегда нашу встречу.       Чарли молчал некоторое время, казавшееся для Авы вечностью. Он попросту не знал, как реагировать на то, о чем его просят. Он был слишком поражен словами и поведением этой женщины. Она вела себя достаточно странно, да и выглядела тоже не лучше. Согласиться помочь этой бедняге с один только шиз знает какими болезнями, чтобы совесть была чиста? Очевидно же, что долго ей не продержаться в одиночку. Шизы и скелета от нее не оставят. Или сесть в автобус и вжать педаль газа до упора, умчаться прочь, даже не смотря в зеркало заднего вида, чтобы избавить себя от возможных проблем в будущем.       Чарли достал из карманной сумки чистый, насколько это возможно в условиях Жаровни, платок и протянул доктору Пейдж.       — Вытрись, — пробормотал он, избегая зрительного контакта. Ему было страшно. Страшно увидеть в ее глазах нечто, что уже невозможно будет исправить.       Дрожащей рукой Ава взяла платок и прижала его к губам. Серая слизь оставила на ткани уродливое пятно.       — Сожалею, что тебе пришлось это видеть… — прошептала доктор Пейдж. В ее взгляде читалась обреченность, будто она уже смирилась со своей участью, но это было не так. Она готова была сражаться до конца.       Чарли покачал головой.       — Это не важно, — сказал он, хотя знал, что это ложь. Это было важно. Это меняло многое.       Пока он размышлял о том, как ему поступить, Ава полностью опустошила бутылку с водой. Жидкость, хоть и не имела вкуса, но казалась женщине самым изысканным деликатесом, достойным к пробе только избранным.       Потом она попросила еще, если есть в надежде, что теперь ее организму точно станет легче, несмотря на то, что в груди что-то неведомое давило на легкие, мешая делать нормальные вдохи и выдохи.       — Держи, — подал ей Чарли новую пластиковую емкость с водой и что-то небольшое размером с ладонь, упакованное в темную бумагу. — Потом посмотришь. А ты что, главная шишка города что ли? С чего я должен тебе верить?       В его глазах снова пробежало сомнение. Он не был склонен доверять незнакомцам, особенно тем, кто появлялся из ниоткуда с такими странными просьбами и таким загадочным видом.       — Не должен… — выдохнула Ава, понимая всю сложность ситуации. — Но я умею быть благодарной тем, кому не все равно на чужую жизнь. Ты можешь довериться мне, как и я делаю это по отношению к тебе.       — Ладно, — он изогнул губы в загадочной улыбке. — Но для начала я хочу быть уверен, что ты не пристрелишь меня по дороге или в финале нашего пути, — он раскрыл перед Авой ладонь в ожидании получить от нее то самое оружие, наличие которого она и не скрывала. — Идет?       Будто у нее был выбор. Но, конечно, был. Отпустить парня с миром и продолжить путь самостоятельно, но из области фантастики, чтобы он увенчался успехом. Ей придется пойти на очередной риск, потому что сама может оказаться под пулей. Но внутреннее чутье подсказывало ей, что делает все правильно.       — Спасибо, Чарли, — шепотом и совершенно искренне произнесла Ава, и чуть помедлив, положила оружие ему в ладонь. Теперь она лишилась своей единственной защиты, но ради возвращения домой она готова была так рисковать.       Будучи окончательно удовлетворенным, Чарли сжал пистолет в руке и бегло рассмотрел слишком легко доставшееся ему оружие, а потом кивнул в сторону автобуса.       — Забраться сможешь?       Ава подтвердила свое согласие кивком головы. Она посмотрела на свою больную ногу, на пыльную землю вокруг и поняла, что оставаться здесь — значит обречь себя на медленную смерть. Чарли — ее единственный шанс вернуться домой.       Только когда она оказалась в салоне автобуса, на сиденье рядом с Чарли, то смогла немного выдохнуть и успокоиться. Сладкое чувство безопасности, пусть и обманчивое, относительное, грело ее изнутри, придавая заряд бодрости. Едва она могла поверить, что через какое-то время окажется внутри защитных стен и ей больше не придется скитаться и выживать среди безжалостных песков, каждую секунду вздрагивая от любого звука, что совсем скоро она увидит любимого человека и утонет в его объятиях, она забудет обо всем случившемся, как только накроет его губы горячим поцелуем…       Но черт возьми! Где же Дженсон сейчас? Что, если он тоже где-то на другом конце Жаровни не находит себе места, пытаясь отыскать хоть какой-то ее след? А если она действительно заражена? Эта мысль была самым страшным кошмаром. И уже не только сама болезнь, как это было с ней несколько месяцев назад, когда узнала, что Вспышка живет в ее крови, а сколько перспектива разлуки с Дженсоном, невозможность прикоснуться к нему, почувствовать тепло его рук, разделить с ним этот мир. Это было бы хуже любых песков, хуже любой жажды. И тогда она обязана будет изолироваться от Дженсона и не иметь с ним никакого контакта. Ей придется сдать множество анализов, чтобы получить полную картину состояния здоровья. Только бы вытерпеть этот оставшийся путь, только бы она справилась со всеми болями и не пугала лишний раз Чарли своим состоянием.       Она развернула сверток и обнаружила внутри него нечто похожее на сэндвич. Ломтик хлеба, кусочек колбасы, сыра, даже маленький огурец и несколько небольших сухих лепешек, напомнивших Аве печенье.       Продукты имели невероятный запах, словно только что поступили на полки магазина. Хотя они катались в салоне автобуса не первый день. В животе заурчало, и Ава вспомнила, что не ела уже больше суток, и почувствовала, насколько же она голодна.       — Судя по всему, никаких припасов у тебя с собой нет, и ты не первый день не ела ничего приличного. Но чего-то посытнее у меня нет, — пояснил Чарли и завел мотор. Хотя доктор Пейдж и не желала объяснений. Признаться, она и не рассчитывала получить даже такую пищу. — Поэтому отовариться в городе станет первым делом.       Ава сглотнула, пытаясь унять нарастающее желание броситься на еду, но что-то ее останавливало. Этот сэндвич казался слишком идеальным для ее ситуации. Да и в целом эти продукты вызывали подозрение. Может быть, это просто игра воображения, вызванная голодом? Может быть, она просто слишком долго была в пути, и ее восприятие исказилось?       Конечно, однажды ее уже пытались отравить, как ничтожную крысу, неудивительно, что сейчас может произойти то же самое. Она чувствовала, как голод борется с нарастающей тревогой.       — Это не отравлено, если вдруг ты подумала об этом, — увидев смятение своей спутницы, произнес Чарли. — С таким же успехом я мог высыпать яд и в бутылку с водой.       Ава поморщилась. Мысль о отравленной пище оставила неприятный осадок.       — Страх — это просто иллюзия, — добавил зачем-то парень. Видимо, решив таким образом успокоить женщину. — Мы сами создаем себе преграды, которые мешают жить нормально.       В чем-то он был прав. Поэтому его слова сподвигли Аву все-таки наполнить желудок тем, что с ней любезно поделились. Еще никогда в жизни простая еда не казалась ей настолько вкусной. Вскоре ей стало гораздо комфортнее и теплее. Появилось стремление поскорее оказаться в городе и дать о себе знать.       — Ну и как тебя занесло в столь живописную местность? — снова задал вопрос Чарли, продолжив неторопливое вождение. — Походу, реально кому-то перешла дорогу. Делись. Путь долгий.       А в тишине ехать не очень-то и комфортно. Он полагал, что Ава уже насытилась ею за долгий период пребывания в Жаровне.       К тому же, ему хотелось узнать что-то большее о своей неожиданной попутчице.       — Нет, — сокрушенно покачала головой Ава. В этот раз дорогу перешли ей, решив, что не помешает отомстить за поступки прошлого. В последнее время она уже и не думала о смерти Харриса. Мысли занимал только Дженсон, который обязательно решит судьбы тех, кто так жестоко поступил с ней. Незавидная участь ждет и самого Фишера. Дженсон не оставит его в живых. Ава была уверена в этом. Но она не желала впускать в сознание мысли об этом страшном человеке, причинившем ей столько боли. — Меня привезли сюда против воли. И тот, кто это сделал, считает, что проблемы должны решаться только насилием.       — И кто так решил? Походу, ты нужна ему живой.       Ава на мгновение задумалась. Она и представить не могла, что на уме у Фишера и что тот еще задумал сотворить с ней будущем. Не трудно догадаться, что он уготовил для нее самую мучительную смерть. И то, что он ее ищет, в этом нет ни малейших сомнений.       — Не только ему, — со светлой надеждой в голосе ответила Ава, только представив, как это прекрасно, что по ту сторону земли она еще нужна кому-то. Что с уходом Альберта в ее жизни появился человек, которому она так дорога. И если бы не Дженсон, она бы уже давно сдалась. — Возможно, где-то здесь, среди этих песков, есть тот, кто ищет меня с исключительно положительными намерениями, — ее лицо тронула нежная улыбка. — А, возможно, и нет… — с опаской добавила она. Как же она желала прямо сейчас окунуться в ласковые объятия Дженсона, как можно теснее прижаться к нему и ощутить силу его рук и бесценное чувство спокойствия и безопасности. Но Дженсон может быть сейчас очень далеко от нее, и встреча тоже может состояться совсем не скоро.       Чарли посмотрел на Аву слишком пристально, с особым интересом и заметил страх в ее глазах, предположив, что рано или поздно ей придется оказаться в заточении того, кто так и жаждет ее смерти, либо она боится, что больше не встретит кого-то близкого и родного, кому так нужна в этом умирающем мире.       Стоп! Близкого? Родного? Того, кто ищет ее? Именно ее? А не тот ли это ненормальный, который заживо сжег Фишера? Тот, кто появился в Жаровне, словно из ниоткуда, дабы найти кого-то! Может быть, он правда ищет именно ее?       Чарли резко дал по тормозам. Его мысли завертелись с бешеной скоростью. Если он думает в верном направлении, то он сможет содрать с того неизвестного за Аву едва ли ни все, что пожелает. Все, что не успел тогда перетащить в автобус.       Идея Чарли пришлась по душе. Такой обмен его бы вполне устроил. Только этот слишком высокомерный и самонадеянный тип явно не шутил относительно того, что грохнет Чарли при еще одной встрече. Но если аккуратно все провернуть, то все должно закончиться успешно для всех.       — Почему мы остановились? — спросила Ава, беспокойно глядя вперед на бескрайние пески. Чарли заметил какую-то опасность?       — Тебя на самом деле ищут? — недоверчиво переспросил Чарли. — Не тот, кто хочет получить твой труп. А кто-то близкий.       — Да, — несмотря на горькую тоску по дому, в голосе Авы проскользнули теплые нотки. — А почему ты спрашиваешь?       — Кажется, я знаю, о ком ты говоришь… — одобрительно кивнул он, все еще прикидывая в голове разные варианты. Не исключено, что он сам мог ошибиться.       — Что? — дрожащим голосом переспросила Ава и слегка повернулась телом к парню, но этого движения ей хватило, чтобы мгновенно ощутить боль в правом боку в области ребер. — Знаешь?       — Возможно… Встретился мне тут один… С чрезмерным чувством собственного достоинства! Тоже размахивал передо мной пистолетом.       Ава не смогла скрыть тревоги.       — Опиши его. Как он выглядел? Когда ты его видел?       Чарли, застыв в напряжении, начал описывать:       — Высокий, темные волосы с приличной сединой, безумные глаза, грубое лицо и взгляд такой… Будто лично я создал Вспышку. Одежда такая… Черная кожанка и водолазка — все из дорогих тканей. Уж поверь, я был в этом когда-то профи.       Ава слушала, затаив дыхание. Каждое слово Чарли отзывалось в ней волной надежды и облегчения.       — Этот тип был очень настойчив, — продолжил парень. — Такой решительный мужик. Откуда он взялся, я не знаю. Но если он действительно ищет тебя, то в целом, его можно оправдать.       — Дженсон… — прошептала Ава одними губами. — Боже!       Она представила его лицо, его глаза, полные той самой решимости, о которой говорил Чарли. И это было самым волнующим и самым прекрасным чувством! Он здесь, он где-то совсем рядом. А это означало, что их встреча гораздо ближе, чем Ава могла себе представить.       — Почему ты раньше не сказал? — задала она вопрос.       — А ты и не спрашивала, — коротко, без желания вдаваться в подробности, ответил Чарли.       — Едем к нему! — решительно сказала доктор Пейдж.       — К кому? — он уставился на нее. — Я тебе что, таксист? Ты уверена, что это тот, кто не собирается грохнуть тебя?       Чарли уже хватило того случая, когда Дженсон заживо сжег Фишера. А эта женщина подобной участи точно не заслуживает.       — Да. Это Дженсон! — с воодушевлением ответила Ава. — Он в Жаровне, чтобы найти и спасти меня. Он был один?       — И этот сумасшедший тип — твой муж? — изумился Чарли. Уж слишком глубокое впечатление оставил этот Дженсон после себя. Такую встречу не забудешь. Этот человек пойдет по трупам, чтобы добиться своего.       Ава на миг представила, а что же такого сумел натворить Дженсон, что у Чарли сложилось о нем такое впечатление? Наверняка приставил пистолет ко лбу, пытаясь грубо вытащить информацию. Это в его духе. Это и отличает его от многих других мужчин, которые когда-то обращали внимание на Аву. За такую индивидуальность она и полюбила его. Сердце приняло таким, каким воспитал его ПОРОК — импульсивным и самоотверженным, готовым броситься в огонь и в воду, задушить шиза голыми руками, если понадобится. И все ради спасения доктора Пейдж.       — Он не сумасшедший, — поправила Чарли Ава тихим, но твердым голосом. — Он просто за меня очень переживает.       Доктор Пейдж вновь позволила себе представить любимого в поисках ее следа в одиночку. Ава надеялась, что Дженсон хотя бы с кем-то из солдат организовал ее поиски.       — Пожалуйста, поедем туда, где вы встретились. Это ведь недалеко? — Она умоляюще посмотрела на Чарли, ее глаза горели огнем, в котором смешались предвкушение от предстоящей встречи с Дженсоном и неоспоримая воля поскорее выбраться из этой местности.       — Нет. Кажется, он собирался поехать в старый дом. Надеюсь, твой спаситель еще там и мы успеем.       Чарли хотелось спросить, а что эта женщина забыла в доме Фишера? Да и целом зачем она ему понадобилась? Кто она вообще такая, если Генри имел с ней какие-то дела, явно не самые успешные, раз ей пришлось столько времени блуждать по Жаровне в поисках безопасного уголка. А если это именно она убила этого Харриса? Тогда от нее точно не стоит ждать ничего хорошего. Но сейчас она точно не являлась для самого Чарли прямой угрозой.       Но не стал задавать ни одного вопроса. Это уже не имело никакого значения в связи со смертью Генри. Но Чарли догадывался — нечисто в этом деле. И ему совсем не нужно быть в нем замешанным.       При одном упоминании старого дома доктора Пейдж бросило в дрожь. Стоило ей только вспомнить, через что ей пришлось пройти, чтобы выбраться оттуда. Запястья до сих пор хранили темные следы от веревок — свежее напоминание о пережитом ужасе.       И теперь ей снова придется вернуться в эти стены…       Ава напряглась еще сильнее. Старый дом, Чарли, Дженсон… А что, если это ловушка? Если Чарли — один из союзников Фишера, хитроумно замаскированный под доброжелателя? Если этот парень не тот, за кого себя выдает?       И вдруг страшная мысль пронзила ее, как кинжал: а если Чарли специально заманил Дженсона в этот проклятый дом, чтобы Фишер мог добить и его?       И теперь везет ее саму прямо в грязные руки Генри.       Все указывало на то, что Чарли знал больше, чем говорил, и это испугало женщину еще сильнее, чем когда-либо.       Ей нужно быть предельно осторожной. Доверять нельзя никому. Никому, кроме Дженсона, который мог находиться в смертельной опасности. Но она уже доверилась. Неужели она оказалась настолько глупа и слепа, что села в автобус к собственному палачу? Неужели интуиция обманула ее?       Ава знала, что Фишер теперь не остановится ни перед чем, чтобы сломить Дженсона, чтобы причинить ему максимальную боль. Мысль о том, что сама могла поспособствовать этому, что любимый человек окажется в заточении из-за нее, сжимала ее сердце железной цепью.       Ей срочно нужно было найти способ проверить свои подозрения и каким-то образом выяснить, как Чарли узнал о доме. Если он получил информацию от кого-то и не был связан с Фишером, это могло бы означать, что парень дал лишь наводку Дженсону, где искать. Но если информация исходила от самого Фишера или от кого-то из его людей, то все становилось хуже некуда.       С другой стороны, зачем Чарли так тянуть с ее собственным убийством? Почему нельзя сделать дело сразу, а не пытаться выяснить хоть какую-то информацию? К чему вообще говорить, где находится Дженсон в таком случае? Какой убийца будет предупреждать, где будет делать задуманное?       Слишком много вопросов, слишком много всего подозрительного. Взгляд Авы снова упал на Чарли, который спокойно, ни о чем не подозревая, вел автобус.       Из страшных дум о жизни и смерти ее вывело резкое торможение автобуса. Не сразу поняв, что произошло, она инстинктивно вцепилась в сиденье, чувствуя, как тело напряглось в ожидании удара. Но удара не последовало. Лишь испуганный вздох Чарли.       Она посмотрела вперед и через лобовое стекло увидела зараженного…