Оборотень в Богемии

      Конец весны. Рассвет лениво искрился в изумрудных кронах. Лес только просыпался. Прохладный ветерок с запада колыхал молодую листву. Шорох плавной поступи потревожил застывшую тишь. То благородный олень неспешно брел к ручью. Он скользил сквозь заросли, как скользили лодки по воде. Могучие рога сухо шелестели о ветви. Прошлогодний опад почти не хрустел под пружинистым шагом.       Певучая трель свиристеля вторила ему.       Затем смолк и он.       Олень тревожно всхрапнул, оборачиваясь. Что-то вынудило его остановиться, застыв трепещущим изваянием. Что-то древнее, спящее в крови всякой живой твари: от писклявой полевки до величественных рогатых исполинов — его братьев. Олень, недвижимый, прислушивался к шепоту костей, что не раз сберегал его предков, и лишь повороты широких ушей да дрожание ноздрей, жадно втягивающих воздух, выдавали его.       Хрус-ск.       Негромкий, далекий отзвук, почти эхо. Олень напрягся, ожидая: повторится ли звук?       Да. Снова, точно смялся сочный стебель под чьим-то неосторожным шагом. Ближе. И запах: тяжелый, давящий. Странный. То был не зверь: ни волк, ни рысь. Неужто человек, самый злейший враг всякой дикой твари?       Нет. Что-то другое. Гуще.       То был запах чего-то нездорового.       Чужого.       И тут затопали. Не скрываясь. Грузно, страшно: топ-топ, топ-топ. Двуного. По-человечьи. Что же это за существо такое? Ходит как человек, пахнет — как больной зверь?       За деревьями мелькнул массивный, высокий силуэт.       Олень, дрожа, почти сел на задние ноги и тут же сорвался стрелой, широкими прыжками разрывая дистанцию. Враг — за ним. Топот за спиной ускорился и… вдруг зазвучал иначе. Неправильно. Олень тонко взвизгнул. Невозможно! Дробный топ-топ сменился звериными скачками! Люди так не могут! Бывало, они гнали его братьев собаками. Но собаки лают и голосят. Этот только надрывно пыхтел. И он был один. Все ближе, ближе.       Ни человек, ни его спутница собака. Что же это?       Олень петлял через кустарники и рытвины, надеясь сбить след. Длинным прыжком перескочил небольшой овражек. Бестолку. Нечто шумно приземлилось следом, не отставало. Его топот гулко разносился по земле. Ломались ветки, взметался опад. Уже совсем рядом. Чужеродный запах едко драл острый олений нюх. Неестественный, испорченный. Олень отрывисто взревел, выбегая к пятну света, что брезжило впереди.       Опушка. Вытоптанная трава, странная берлога из дерева и камня, чернильный отпечаток дикого огня посредине. Да ведь это…       …логово человека!       Паника затопила взгляд благородного зверя. Только не это! Прочь, скорее прочь! Олень промчался мимо приземистой берлоги, мимо страшного черного пятна, что пахло дымом и жжеными костями, перемахнул через толстую жердь обтесанной древесины и оказался на непонятном пугающем клочке утоптанной земли, от которого пахло конями в железе.       Олень вновь всхрапнул, словно сама почва жгла ему ноги. Скачок. Еще один — дальше, к стене стволов за опушкой. Это его шанс, пока преследователь замешкал у жерди. Олень слышал его хриплое сопение, но не посмел обернуться. Обернуться — значит умереть.       И снова препятствие! Второй прыжок, да паника сбила ритм: ноги подвели и могучая грудь со всей силы налетела на ограду, проломив ее. Глухой удар вырвал сиплый рев. Олень запнулся, торопливо вскочил и продолжил бежать, едва разбирая дорогу от страха и боли. Снес еще пару жердей, от которых пахло кровью.       Кажется, преследователь отстал. Возможно, человеческое логово напугало его. Возможно — привлекло сильнее. Олень с новыми силами рванулся дальше, не рискуя останавливаться и проверять. Скорее в чащу, к реке, где бурный поток отрежет его от этого жуткого больного хищника.       Олень все летел и летел, пока горящие мышцы не вынудили его замедлиться. Свистящие выдохи вырывались из широко раздутых ноздрей. Ребра неистово вздымались. Олень наконец замер, прислушиваясь.       Действительно ли отстал?       Тихо. Только робко свиркали птицы, потревоженные самим оленем. Он постоял еще какое-то время, а затем вновь побежал, скрываясь за спасительной сенью деревьев.